<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
 <description>
  <title-info>
   <genre match="50">sf_horror</genre>
   <genre match="50">sf_social</genre>
   <author>
    <first-name>Михаил</first-name>
    <last-name>Лост</last-name>
    <home-page>http://imi.su</home-page>
    <email>letter@imi.su</email>
   </author>
   <book-title>Небеса 2.0. Часть I. Земля и ад</book-title>
   <annotation>
    <p>Мистико-философская история на тему сущности бытия, от начала времен и до нынешних дней. Религиозным людям для прочтения КАТЕГОРИЧЕСКИ не рекомендуется.</p>
    <p>____________________________________</p>
    <p>Координаты для связи с автором:</p>
    <p>E-mail: <a l:href="mailto:letter@imi.su">letter@imi.su</a></p>
   </annotation>
   <keywords>Небеса 2.0</keywords>
   <date></date>
   <coverpage>
    <image l:href="#heaven20.jpg"/></coverpage>
   <lang>ru</lang>
   <src-lang>ru</src-lang>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <first-name></first-name>
    <last-name></last-name>
   </author>
   <program-used>FictionBook Editor Release 2.6.6</program-used>
   <date value="2013-09-10">10 September 2013</date>
   <id>DA29E0EE-1DA6-44B5-8B31-39D3016E108D</id>
   <version>1.0</version>
  </document-info>
 </description>
 <body>
  <title>
   <p>НЕБЕСА 2.0</p>
   <p>Часть I. Земля и ад</p>
   <p>Михаил Лост</p>
  </title>
  <epigraph>
   <p><emphasis>Когда слезы архангелов прольются на землю, наступит конец света.</emphasis></p>
  </epigraph>
  <section>
   <title>
    <p>– 1 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        Особенность природы во всем ее великолепии и многообразии заключалась в сочетании удивительной красоты и неуемной жестокости. Ее живое изобилие поражало, начиная с мельчайшей букашки, чей мир низводился до опавших листьев, до величественных исполинов, способных бродить по болотам и выкорчевывать деревья; от крошечных лишайников, узорно устилавших шершавый камень, и заканчивая настоящими гигантами в сотню ярдов высотой, чьи вершины, казалось, доставали до неба.</p>
   <p>        Поражало изобилие и неживое. Даже пустынные пейзажи обладали своей уникальной притягательностью. Песчаные дюны и барханы золотились под палящим солнцем, окрашивались в багрянец заката, а по ночам, под звездами, морозно серебрились их далеким светом. Чего уж говорить о равнинах, волнующихся густыми травами, дремучих лесах, полнившихся грибами и ягодами, и величественных горах, где в ущельях гремели пенистые реки, а заснеженные вершины сверкали нетронутой белизной. Все это выглядело волнующе и прекрасно, будоражило воображение и не оставляло равнодушной даже самую блеклую фантазию. Только самые черствые сердца, самые отрешенные глаза могли не замечать поразительные краски мира, их невероятные сочетания и завораживающую игру света. Однако нельзя было не замечать и другого. Абсолютно все в этой палитре, сложенной поистине чудотворными мазками, несло в себе перманентную угрозу.</p>
   <p>        Жестокий мир непрерывно пребывал в движении, и речь шла не о беге оленя на водопой или игре серебристых рыбок, плескавшихся в прохладе озера. В нем постоянно кто-то кого-то умерщвлял, причем не ради удовольствия или желания убивать. Это было необходимо для самого существования. Исключая простейших вроде инфузорий, все остальные были вынуждены поглощать какие-либо виды биологического разнообразия. Мало кто довольствовался погибшими животными или растениями. В большинстве своем поедались живые клетки, в той или иной их конечной форме и содержании.</p>
   <p>        Кролики и лани ели траву, а их, в свою очередь, поедали хищники, которые зачастую служили питанием и друг для друга, согласно доминирующей иерархии. Большие ловили меньших, порой не брезгуя и сородичами, а всеядность позволяла потреблять практически кого угодно. И все они, отжив свое, становились трапезой для падальщиков, не способных существовать без наличия мертвечины.</p>
   <p>        Резная листва и удивительные цветы, ковры наливных лугов и душистый кустарник бездушно поглощались травоядными, но только для того, чтобы те становились источником свежей плоти. Гусеница превращалась в прекрасную бабочку, однако сначала она пожирала иную красоту, усердно объедая живые растения. Эту бабочку тоже не щадили, даже и не думая делать скидку на ее изумительные крылья. Целые деревья, огромные зеленые массивы погибали под натиском саранчи, вот только и ей находилось применение в качестве отличного источника протеина. Даже грибы умудрялись питаться друг другом, не говоря уже о проникновении в организмы различных существ.</p>
   <p>        Крошечные насекомые, кропотливо собиравшие свою толику, становились жертвой для видов покрупнее, в свою очередь кормивших целую цепочку голодных ртов. Мошкара, донимавшая оленей, проглатывалась трясогузками и стрижами, а они регулярно попадали в когти соколам, ястребам и совам. Вороны ловили крыс и других мелких животных, однако и сами падали под ударами более удачливого охотника. Вершина пищевой цепи возвращалась к падальщикам, не способным существовать без мертвечины, и это причисляло их к непрерывному круговороту убийств и жестокости.</p>
   <p>        Жертвами становились даже львы, также именуемые царями зверей. Налетев жужжащей тучей, мухи цеце — эти небольшие кровососущие насекомые, — вполне могли извести целый прайд, заразив его вредоносными простейшими. Те вызывали болезнь, которая неторопливо, долгие месяцы мучительно ослабляла пораженное тело, вплоть до неминуемого летального исхода.</p>
   <p>        Болезни составляли отдельную форму жестокости во внешне прекрасном мире. Вирусы и бактерии, простейшие, грибки и токсины — все это прямо-таки изощрялось в губительном разнообразии. Контроль над численностью популяции, эволюционное развитие, выживание сильнейшего уж никак не объясняли мучений, приносимых этим смертоносным кошмаром. Иные убивали жестоко, с ужасными язвами, кровотечением, удушьем, невыносимой болью и гниением заживо. В процессах умерщвления жизни, порой превосходивших любые пытки, мироздание проявляло изрядную фантазию.</p>
   <p>        Не стоило забывать и о паразитах. Как злобная насмешка, особенно изощренное истязание, они могли превратить иную жизнь в прижизненный ад. Обживая хозяина, они проникали практически куда угодно, порой причиняя ему невыносимые страдания и нередко заканчивая их смертью. Многие паразиты хозяина в принципе убивали. Они не просто питались им, а поедали заживо, либо заставляли стать добычей, чтобы распространяться через промежуточного носителя. Личинка наездника, грызущая тело гусеницы — подлинный кошмар для гусеницы, однако совершенно обыденное явление для прекрасной и жестокой природы. Пораженный слизень, теряющий над собой контроль — тоже. Движимый паразитом, он специально выползал туда, где птица легко могла его съесть. Даже мыши, чье поведение нарушала токсоплазма, не боялись кошек только потому, что в природе такое взаимодействие было нормой. За ее красотой, обширным и насыщенным великолепием всегда скрывалось и другое лицо, бездушное и беспощадное.</p>
   <p>        Помимо живого мира, ничего благоприятного не сулил и мир заведомо безжизненный. Любой пейзаж таил в себе перманентную угрозу. Заснеженные вершины были по-настоящему хороши только издали. Там царили извечные холода, способные заморозить в считанные минуты, а колючие бураны в любой момент могли стать приговором. Туманные ущелья, где журчали талые реки, были кладбищем для сорвавшихся туда жизней. Горные кручи хранили следы обвалов, похоронивших немало застигнутых существ. Внешне безопасные, долины гибли под натиском сходивших селей.</p>
   <p>        Цветущие пустыни, безусловно, представляли собой поразительное зрелище, доступное лишь изредка, но даже тогда любоваться ими опрометчиво не стоило. Полуденный зной, способный убить еще до заката, сменялся ночным морозом, пронизывающим насквозь. В песке обретали себе убежище немногие, вроде пауков, змей или скорпионов. Остальные находили там могилу, и их выбеленные кости могли пролежать целые тысячи лет. Цветущий оазис был спасительным прибежищем, однако его мираж заводил на смерть как болотные огоньки в глубокую топь.</p>
   <p>        Формально, самыми безобидными казались степи, однако и там не стоило чувствовать себя в безопасности. Любое крупное животное могло сломать себе ногу, угодив в сусличью нору. Дыра, камень или трещина были незаметны в густой траве, чье море колыхалось в порывах налетавшего ветра. И эти ветра сбрасывать со счетов не следовало. Непогода, порой, приходила внезапно, стремительно приближаясь из-за горизонта, и бушевала с неукротимой яростью. Бескрайние степи не защищали от ревущих ураганов, и спрятаться от смерча там было решительно негде.</p>
   <p>        Трясина болот представала подлинной ловушкой, смертельной и безжалостной. Сколько жизней она забрала, маскируясь под травянистый ковер или ровную прогалину, и сколько еще заберет, жадно чавкая непроглядным илом. Пугающие полыньи вели в гнилую бездну. Зеленая ряска таила глубокие ямы, полные холода и давно затянутых трупов. Любой неосторожный шаг мог стать последним. Засасывая не хуже вакуума, трясина забирала жертву нелегкой смертью, заставляя испытывать подлинный, порой многочасовой ужас. Потом наступала агония, когда над головой утопающего смыкалась густая жижа.</p>
   <p>        Столь желанная повсеместно, вода представала хрустальной красотой, даря прохладу, чистоту и наслаждение, утоляя жажду и омывая разгоряченные тела. Она была домом для рыб и водорослей, растила дельфинов и тюленей, качала на волнах стаи птиц и насыщала влагой берега, полнившиеся множеством растений. Она не только давала приют и поила — она была частью живых существ. Их же она губила, то грозными ударами, то неторопливо, а то исподтишка. Пенные шторма уносили вдаль или разбивали о камни. Водовороты утягивали на глубину. Бурное течение сбивало с ног, полноводье уносило, омуты и придонные ключи сводили судорогой, вызванной цепким хладом. Наводнения становились настоящим бедствием, вставая в один ряд с другими глобальными катаклизмами. Все это сплошь и рядом обрекало жертву на судьбу утопленника. Необходимая для всех, одним вода дарила дыхание, а у других забирала, кого-то баюкала на своих волнах, но многие находили конец в ее объятиях.</p>
   <p>        Реки, озера, моря и особенно океаны неизменно впечатляли своей незабываемой красотой. Прозрачные и непроглядные, голубые и изумрудные, темные от штормов и зеркальные от штиля, они были одним из столпов природы, прекрасным ее чудом и одновременно неумолимо жестоким чудовищем. В них рождалась жизнь, и они же ее отнимали, очаровывали своим великолепием и губили зазевавшихся. Иные просторы поражали воображение, даря такое, чего там даже и не было, и при этом оставались суровой и чрезвычайно опасной стихией.</p>
   <p>        Насыщенный красками, светом, звуками и запахами, мир как будто соблюдал некое издевательское равновесие. За редким исключением, нечто приятное и прекрасное обязательно сопровождалось досаждающим и пугающим. Залитая теплым солнцем, лесная поляна представала настоящим раем, наполненным ароматами цветов и сочной зелени. Звуки дополняли впечатление, лаская слух перекличкой птиц, поскрипыванием деревьев и шелестом ветвей, поющих в унисон с травой и мхами. Рай быстро исчезал когда налетали комары и мошки, отравляя не только зрелище, но и в принципе существование. Различные ароматы их отпугивали, включая клубы густого дыма, однако с кровососущими тварями пропадали и приятные запахи. Доминировали только те, что их прогнали, и выбор получался невелик: хорошее и плохое сразу, либо же урезанный вариант красот, лишавший изрядной доли удовольствия.</p>
   <p>        Издевательское равновесие относилось практически ко всему. Каждое время года приносило свои дары, но каждое же взимало за это плату. Летнее изобилие сопровождалось нашествием кровожадных насекомых, а жара изнуряла и обезвоживала. Плоды багряной осени отравляли сырость и ненастья, сокращавшийся день и встрепенувшиеся болезни. Зима избавляла от насекомых и наделяла пушистым снегом, но она же нагнетала трескучие морозы и только ненадолго позволяла солнцу озарить бледный горизонт. Весна возвращала жизнь на круги своя, сочетая обилие грязи с душистым расцветом, пронизывающие ветра с перелетными птицами и первые дары природы с просыпавшимися напастями.</p>
   <p>        Как и части света, климатические пояса, безусловно, имели свои отличия. Куда-то не приходила жара, а где-то и снег был астрономической редкостью, продолжительность суток не особо менялась, а леса плодоносили круглый год. Засуха или муссоны, бархатный сезон или буйство стихии — суть оставалась везде одна. Любая приятная мелочь непременно сопровождалась довеском в виде чего-то откровенно нежелательного. Прекрасный на вид, мир непрерывно старался ужалить, обжечь, уколоть или укусить, поранить или нанести еще какой-нибудь вред. Наслаждаться им в полной мере было весьма непросто, не опасаясь какого-нибудь подвоха или гадости. Защитные же меры изрядно нивелировали удовольствие вплоть до полного его исчезновения.</p>
   <p>        Мало кто мог похвастаться безразличием к природным напастям, либо стоически их перенося, либо не особо замечая. Неуязвимостью — и вовсе никто. Но если бы таковые и отыскались, лишь они сполна постигали бы красоты природы, не опасаясь ее жестокости, недоступные для ее издевательского равновесия и клыков. Вот только зачем бы им это понадобилось, могущественным настолько, что законы мироздания не могли причинить им даже малейший вред. Пейзажи, достойные гениального художника, встречались сплошь и рядом, однако они были обителью и уделом простых смертных. Изгибавшаяся через лес река, обрамленная то песчаными, а то камышовыми берегами, не составляла исключение.</p>
   <p>        Тихо журчала вода. Плавно перекатываясь, она то вилась короткими струйками, а то плела длинные косы, переплетавшиеся вокруг замысловатых завихрений и зеркалец гладей. Ранний закат добавлял ей особого очарования, привнося свою лепту теплыми и мягкими лучами. Уже не злое, солнце сменило гнев на милость, и теперь озаряло окрестности с живительным благословением, а не жгучим проклятьем. Неторопливо скользя к горизонту, оно уже не пылало нестерпимым пламенем, а милостиво улыбалось всему живому. Улыбалось оно и воде, где плескались, ощутив спадавшую жару, мелкие озорные рыбки. Рассеянный по реке, легкий свет окрашивал ее не то в багряный, не то в золотистый цвет. Точный оттенок мог подсказать только угол, под которым он падал, и то глазами, которыми на него смотреть. Но мужчина, сидевший на берегу, не только смотрел, но и слушал.</p>
   <p>        Где-то стучал дятел. Неподалеку, ясно слышимый своей деревянной трелью, такой звучной и такой по-простому забавной. Там, среди берез и сосен, вплотную подступавших к песчаному бережку, он чувствовал себя вполне привольно, ибо он был дома. Облюбовав очередной сухостой, он мерно добывал себе пропитание, интересуясь всем остальным постольку поскольку. Лишь иногда, вскидывая голову в красной шапочке, он косился вокруг, однако вид одинокого мужчины никакой тревоги ему не внушал. И дятел начинал стучать снова, выводя свою неизменную песню лесного труженика.</p>
   <p>        Заливалась синичка. Маленькая, беспомощная, она припрыгивала совсем рядом с мужчиной, не боясь его и словно не замечая. Гоняясь за жучками, она даже перепорхнула прямо через него, завидев соблазнительно упитанную гусеницу. Она едва не задела крыльями его лицо, обрамленное в меру длинными золотистыми волосами, но тот даже глазом не моргнул. Точнее, глазами, серо-голубого, с каким-то небесным оттенком цвета. Подхватив добычу, синичка радостно пискнула и упорхнула прочь, однако лишь для того, чтобы вскоре вернуться снова.</p>
   <p>        В кустах, перепархивая с ветки на ветку, перекликались лесные пичуги. К воде они показаться не решались, немного страшась этой чуждой им стихии. Они предпочитали сновать в густых зарослях, шурша миниатюрными крылышками, и их задорный щебет радовал слух даже искушенного ценителя. Иногда они устраивали свару, будто те еще городские воробьи, однако быстро мирились и успокаивались, а потом еще миролюбивее напевали свои незатейливые звонкие трели.</p>
   <p>        Вдоль густой травы, преисполненной трепетных цветов, неторопливо прогуливалась проворная трясогузка. Как и синичка, она высматривала жучков, особенно хорошо заметных на песчаной, слегка присыпанной хвоей береговой полосе. Она не пела и не чирикала — она интересовалась строго своим делом. Несколько шажков, прыжок, еще прыжок — и вдруг она запрыгнула на мужчину, на его белую теннисную туфлю. Белую просто на удивление, ибо было поистине странно, каким образом та совсем не запачкалась. Ведь люди все-таки ходят, и даже в лесу, вне раскисших полей и городского сора, земля оставляет на них неизменный отпечаток. Еще страннее становилось оттого, что и весь наряд мужчины оставался отдавать ничем не запятнанной белизной. Его рубашка с длинным рукавом и довольно просторные брюки выглядели так, словно только что покинули руки умелой прачки, знающей толк в своем почтенном ремесле. Но ведь его знали и законы природы, однако отчего-то пасовали, не проявляясь на одежде мужчины ни единым пятном или капелькой.</p>
   <p>        Помахивая хвостиком, трясогузка балансировала на носке теннисной туфли, крутя головкой и словно бы не обращая на ее владельца никакого внимания. Она и не обращала. Она не обратила его даже тогда, когда мужчина пошевелился. Доселе сидевший, опершись на берег обеими руками, он чуть наклонился вперед и потянулся к птичке, будто хотел дотронуться до нее пальцами. Передумал он или нет, а может, и вовсе не собирался, однако он быстро вернулся в прежнюю позу. Трясогузка же никак не отреагировала. Она преспокойно качала хвостом, и спрыгнула лишь тогда, когда этого захотела. Спрыгнула, и неторопливо пошла по берегу, провожаемая взглядом мужчины в идеально чистой одежде.</p>
   <p>        Гулко стукнула шишка. Невольно обернувшись, мужчина увидел белку, сидевшую на нижней сосновой ветке. Уронившая свою добычу, она недовольно цвиркала, соображая, поискать ли новую или попробовать вернуть старую. Меркантильность взяла верх. Соскочив на землю, она в два прыжка очутилась возле шишки, радостно схватила ее и тут же разочарованно отбросила прочь. Притягательная лишь на вид, шишка оказалась пуста, успев лишиться таившихся в ней семян. Расстроенная мордочка белки, которую та потерла лапкой, внезапно растрогала мужчину.</p>
   <p>— Держи, — негромко сказал он.</p>
   <p>Отняв одну руку от берега, он протянул ее к белке. На его ладони лежал орех. Крупный лесной орех, от вида которого у белки заблестели глаза. Ничуть не испугавшись, она схватила угощение и ускакала обратно на сосну. Там, недолго думая, она тут же принялась разгрызать нежданный подарок, не утруждая себя соображениями, откуда тот, собственно, появился. А поразмыслить, в общем-то, стоило, ведь не сидел же мужчина все это время с орехом в руке.</p>
   <p>        Вода все пела. Обдуваемая налетавшим ветерком, она мурлыкала и журчала, наигрывала убаюкивающую колыбельную и тихий причудливый вальс. В своем неизменном беге, она делала это миллионы лет, и делала сейчас, безразличная к тому, кто ее слышит, и слышит ли вообще. Но мужчина слышал, и в этих мелодичных звуках он различал гораздо больше, нежели самый одаренный поэт. Он слышал очень многое, и не только в беге реки, чью длину измеряли многочисленные водомерки. Его слух полнил целый оркестр — огромный и поистине неизмеримый, — где вместо инструментов звучали голоса живой природы.</p>
   <p>        Гудели шмели, перетаскивая свой труд с цветка на цветок. Их чашечки радостно улыбались, когда очередной мохнатый красавец заглядывал к ним в гости своими черно-бурыми полосками. Натужно жужжа, он собирал нектар, приготовленный ему в качестве угощения, а взамен приносил желанную пыльцу. У скромных полевых цветов не было садовника. Ничья рука не заботилась о них и не опыляла по необходимости. Они просто росли, протягиваясь к голубому небу, и так же просто надеялись, что сумеют вырасти и снова. Шмели им в этом помогали, а цветы благодарили их своим нектаром. Мужчина слышал их тихий шепот, витавший в дуновении ветра, улавливал отголоски желаний и ощущал все нехитрые чаяния. Слышал он и кроны деревьев, веками шелестевшие о своем, и далекие крики чаек, перекликавшихся ввиду наступавшего заката. Тревожа веточки, перекатывая иголки, катил свой шар жук-навозник, и мужчина внимал его простому труду, как внимал и бабочкам, порхавшим среди кустов. Их время подходило к концу, но они достойно закладывали будущее для следующих поколений.</p>
   <p>        Жужжали мухи. Поодиночке и целым гуртом, они лавировали над рекой, заглядывая на берег и выискивая, кому досадить. Их привлекали запахи, и особенно присущие живым существам. Назойливые до невозможности, порой они наседали так, что могли довести до исступления. Они лезли ко всем, кто был крупнее землеройки, и были словно созданы для того, чтобы доставлять как можно больше неприятностей. Люди страдали от них особенно, однако сидевшего мужчину, как ни странно, они не трогали. На удивление, его также игнорировали оводы, которых у воды хватало, и стаи мелкой мошкары, обычно не упускавшей возможности поживиться. Они не обращали на мужчину внимания, словно его и вовсе не существовало, а тот не обращал внимания на них. Никем не потревоженный, он так безмолвно и сидел, как неотъемлемая часть самого пейзажа.</p>
   <p>        Мимо пронеслась стрекоза. Потом еще одна и еще. Налетев целой гурьбой, они принялись носиться взад и вперед, выхватывая над водой кружившую там мошкару. Мужчина чуть посторонился. Особенно крупная, одна стрекоза чуть не врезалась в него в своем стремительном, полном охотничьего азарта полете.</p>
   <p>— Ты бы поосторожнее, — негромко предложил ей вслед мужчина.</p>
   <p>Куда там! Распаленная погоней, стрекоза принялась носиться пуще прежнего, и вскоре все-таки влетела в покачнувшийся камыш. Удар получился не очень сильным, однако достаточным, чтобы стрекоза потеряла равновесие, кувырнулась и шлепнулась на песок. Подрагивая лапками, изгибая туловище, она шевелила крылышками и силилась подняться, однако у нее никак не получалось.</p>
   <p>        Зрелище, на которое мало кто и внимание бы обратил, произвело на мужчину определенное впечатление.</p>
   <p>— Ну вот, — огорченно пробормотал он.</p>
   <p>Крупная, вся в переливах красавица не оставила его безучастным. Точнее, не оставила настолько, что он решился ей помочь. Поднявшись в мгновение ока, словно и вовсе не сидел, он подошел к стрекозе таким шагом, будто едва касался берега. Наклонившись, он аккуратно поднял ее, а затем посадил на тот же злосчастный камыш, с которым стрекоза и столкнулась. Крепко вцепившись в него лапками, та замерла, стараясь восстановить и силы, и равновесие.</p>
   <p>        Бегло оглядев стрекозу, мужчина вдруг снова протянул руку и коснулся ее пальцем. Видимо, на то у него появились какие-то основания. Блеснувшая под пальцем искорка, должно быть, порождалась лучами солнца, чьи блики задорно сновали по бежавшей воде.</p>
   <p>— Учти! Ведь в другой раз меня рядом уже не будет, — строго сказал мужчина, не без удовлетворения глядя, как стрекоза расправляет крылышки.</p>
   <p>А та и впрямь расправила. Легкое касание словно вдохнуло в нее новую жизнь, с которой она едва не рассталась. Поднявшись в воздух, стрекоза покрутилась на месте, посмотрела на мужчину и тут же упорхнула прочь, догонять своих товарок. Правда, летела она теперь несколько осторожнее. Может, еще не оправилась от удара, а может, все-таки вняла наставлениям своего спасителя.</p>
   <p>        Вернувшись на прежнее место, мужчина уселся и снова стал неподвижен. Вода все так же пела, и он вникал ее переливчатой песне, как и песне всей окружающей жизни. Она пахла цветами, подаренными матери, от нее веяло любовью, дарованной юной девушкой своему избраннику; она звенела надеждами отрочества, зрелой просьбой об еще не разрушенных мечтах, стариковскими воспоминаниями и сохранившимися чаяниями; она сверкала и убаюкивала, очаровывала и напоминала, что все текуще и при этом прекрасно. Лицо мужчины озаряли солнечные лучи. Он не прикрывался рукой и не щурился. Он смотрел на мир так, будто глаза его были невосприимчивы к ярким бликам, сновавшим по воде и среди берез. Сверкая и искрясь, вода уподоблялась россыпям алмазов, а подсвеченные березы роднились своими черными полосками с африканской зеброй. Ветер слегка шевелил его волосы. Легкий ветер, налетавший словно исподтишка, теребивший их золотистые пряди и приносивший с собой ароматы невидимых отсюда полей. Глядя перед собой, мужчина при этом смотрел словно и куда-то вдаль. Куда-то туда, что было даже совсем и не здесь, и при этом как-то связывалось с окружающим миром, неотъемлемо и неразрывно. И в глазах его нет-нет, да и мелькала какая-то странная затаенная печаль.</p>
   <p>        В симфонию тонов природы добавился посторонний звук. Поначалу тихий и далекий, он постепенно, но уверенно нарастал, и вскоре стало очевидно, что нарастал он именно сюда. К реке, к этому уединенному берегу, приближался по лесной дороге легковой автомобиль. Покачиваясь на ухабах, он то стихал мотором, чтобы миновать очередное препятствие, а то вдруг взревывал им, выезжая на более ровный участок пути. По-прежнему не оборачиваясь, мужчина едва заметно поморщился. Помимо приближавшегося шума, ветерок донес до него ароматы бензина и машинного масла.</p>
   <p>        Мужчина едва заметно помрачнел. Он не то чтобы не любил людей — просто не ожидал их появления здесь. Здесь и сейчас, когда и сам облюбовал столь тихое и прекрасное место. Не без досады, он хотел было встать и удалиться, однако плеск, донесшийся с реки, заставил его замедлиться. Жара окончательно спала, сменившись благостным теплом. Ощущая проснувшийся аппетит, рыбешки принялись активно искать себе пропитание. По воде пошли многочисленные круги. Тут и там стал раздаваться звонкий плеск, сопровождавшийся ударами особо ретивого хвоста. Закружив у берега, где покачивались россыпи кувшинок, рыбешки разошлись настолько, что иные начали выпрыгивать из воды, посверкивая на солнце чешуйчатыми бочками. Речная жизнь закипала прямо на глазах, даруя еще одно отрадное для глаза зрелище.</p>
   <p>        Немного поколебавшись, мужчина передумал уходить. Что ж, как видно, придется делить берег с соседями. Качнув головой, он лишь пересел в сторонку, чтобы не столкнуться со случайными визитерами. А те уже подъезжали, ибо к рокоту мотора отчетливо добавилось дребезжание их пожиток в багажнике.</p>
   <p>        Остановившись у самой кромки леса, где на крышу еще падала тень, машина затихла. Теперь она не издавала ни единого звука, ограничиваясь запахами топлива и нагретого металла. Звуки издавали люди. Хлопнув дверцами, они ступили на землю, слегка присыпанную листьями и прошлогодней хвоей. Песчаный берег начинался немного дальше, а здесь дорога еще утопала в объятиях нетронутого леса. Ступил впрочем, только один из приехавших. Пузатый приземистый мужчина, он гулко объявил о себе грузным шагом, отдавшимся на много ярдов окрест. Проведя грубоватой ладонью по коротко стриженой голове, где красовалась ярко выраженная проплешина, он втянул свежий воздух и причмокнул мясистыми губами. Судя по легкому прыжку, вторым пассажиром был ребенок, чей звонкий голосок тут же всполошил ближайших птиц и обеспокоил белку. Перескочив через ножку, ребенок огляделся и тут же ринулся ловить шарахнувшуюся ящерицу.</p>
   <p>— Не дурачься, помоги разгрузиться, — велел пузатый мужчина.</p>
   <p>Ребенок тут же остановился. Это была девочка лет девяти, с вьющимися русыми волосами, которые тут же растрепались в погоне за юркой ящерицей. Худенькая и невысокая, похоже, она привыкла слушаться своего взрослого спутника. Вздохнув, она развернулась и пошла вынимать вещи из машины.</p>
   <p>        В потрепанный, но еще не дряхлый пикап влезало на удивление много. Из его изумрудного чрева объявился целый туристический набор, способный удовлетворить гораздо больше, нежели основные нужды. Складные столы, стулья, тент, покрывала, спальные принадлежности и не самая маленькая палатка — все это появлялось как по-волшебству, расставляемое вокруг в относительном порядке. К ним прибавилась индукционная плита на аккумуляторе, набор походной посуды, две пятигаллоновые бутыли с водой и целый ворох провизии, расфасованной по коробкам и пакетам. Было крайне сомнительно, чтобы ребенок столько ел — следовательно, хорошенько поесть любил именно мужчина, о чем и свидетельствовало его внушительное брюхо. Он же переносил и тяжести, оставляя на долю ребенка вещи полегче, которые, в общем-то, тоже мог бы таскать и сам. И все же он его не отпускал, словно держал под неусыпным контролем.</p>
   <p>        Импровизированный лагерь потихоньку рос. Пока еще хаотичный, он еще не походил на полноценное место для отдыха, однако его очертания вполне определились. Закончив разгрузку, взрослый и ребенок разложили вещи там, где их предстояло хранить или возвести.</p>
   <p>— Папа, ну можно я уже пойду? — наконец, взмолилась девочка, томительно поглядывая в сторону реки. — Я хочу поплескаться.</p>
   <p>— Можно, — отдуваясь, смилостивился грузный мужчина. — Только в воду не свались. Еще течением унесет.</p>
   <p>Радостно вскрикнув, девочка скинула босоножки и побежала к отмели, где кружили мелкие рыбки. Пузатый же, проводив ее долгим взглядом, начал обустраивать походный лагерь.</p>
   <p>        Река была не бурной и даже не большой. Ярдов пятидесяти в поперечнике, она неторопливо несла свои неглубокие воды, ничем не угрожавшие уже достаточно подросшему ребенку. Достаточно для того, чтобы оставлять его без непрерывного присмотра. Бегая по мелководью, девочка вздымала тучи брызг, задорно вскидывая тонкие ножки. Разлетаясь то веером, а то абы как, брызги звонко плюхались в воду, напоминая штормовую капель. Короткое, в цветочках, розовое платьице все больше намокало, однако в такой теплый вечер это было даже приятно. Поддевая ногами, всплескивая воду ладошками, ребенок получал огромное удовольствие, даже когда из пригоршней изрядно проливалось ему на голову.</p>
   <p>        Осваивая бережок, девочка принялась гоняться за стайками рыб, уносившихся от нее в одном месте и собиравшихся в другом. Она не рассчитывала их поймать — она просто бегала, смеясь и смахивая набивавшиеся на лицо волосы. Рыбки, вероятно, тоже не считали, что ей удастся их изловить. Они просто сновали туда-сюда, будто переняли эту беззаботную игру. Та же, пока неподалеку возводился лагерь, набирала обороты.</p>
   <p>        Брызгаясь и подпрыгивая, чем вызывала те еще фонтаны, девочка так расшалилась, что в какой-то момент окончательно потеряла равновесие. Ойкнув, она взмахнула руками и плюхнулась в воду, скрывшись в ней с головой. Сидевший несколько поодаль, мужчина в белой одежде даже подумал, не прийти ли ей на помощь, однако удержался, ибо ничего страшного не произошло. Утонуть на такой мели было просто невозможно, а камней или иных опасных предметов тут не водилось. Спустя секунду девочка вскочила как ошпаренная. Вода стекала с нее ручьями. Мокрая насквозь, она терла глаза, отфыркивалась и отплевывалась. И при этом смеялась, находя происшествие весьма забавным.</p>
   <p>— Вот же несносный ребенок! — обернувшись на шум падения, сердито воскликнул пузатый. — А ну иди сюда! Надо переодеться и обсохнуть, пока ты не простудилась!</p>
   <p>        Девочка не стала спорить. С явной неохотой, она вышла из воды и пошла на зов того, кого называла папой. Судя по всему, тот действительно был ее отцом, что проистекало не только из манеры общения. Провожая ребенка взглядом, мужчина в белой одежде окинул взглядом и ее спутника. Более внимательным, чем прежде, позволившим безошибочно установить родственную связь. Вероятно, только отеческой заботой все последовавшее и объяснялось.</p>
   <p>        Уже установленный, тент надежно укрывал не только от солнца. Его обширные пологи представляли собой антимоскитные сетки, что было весьма не лишне. Помимо птиц, белок и ящериц, у реки водились и менее приятные существа, чей назойливый писк регулярно раздавался то здесь, то там. Естественная сырость берегов таила комарье, атаковавшее при любой удобной возможности как поодиночке, так и целыми взводами. Мошкара, за которой гонялись стрекозы, собиралась в облачка и могла доставить весьма значительные неприятности. Особенно для ничем не защищенного тела, каковым и предстала девочка.</p>
   <p>        Заведя дочку под тент, пузатый снял с нее одежду и принялся растирать махровым полотенцем, старательно удаляя влагу. Старательно прямо-таки на совесть, не пропуская ни единого дюйма. Поворачивая девочку то так, то эдак, он вытирал ее насухо, не забывая и про русые волосы на голове, и тонкие ножки, которым лишь предстояло налиться девичьей полнотой. Затем он принес сухие вещи, после чего самолично облачил ребенка в белую майку и голубые шорты. Не забыл он и про нижнее белье, ибо предыдущее также промокло насквозь. Это-то мужчину в белом и озадачило.</p>
   <p>        Безусловно, отеческая забота проявлялась налицо, однако девочка была уже довольно большой, чтобы представать перед ним без единой нитки. Чай, уже не маленькая, а пусть и родной отец — он все-таки мужчина; тем более столь усердно, самолично наводить порядок на ее намокшем теле. Как-то это странновато. Впрочем, можно ли требовать от людей шаблонного поведения и привычек.</p>
   <p>        Поразмыслив, мужчина в белом допустил, что с годами отец слишком уж увлекся своей ролью и позабыл, что его малышка изрядно выросла. Та же, привыкнув к отцовскому вниманию, также не находила в подобном обращении ничего особенного. И все же… Наблюдая эту сцену, благо что и густой полог ему не мешал, мужчина в белом слегка нахмурился. Он всматривался все пристальнее, но тут же отвернулся, когда девочка выскочила из-под тента. Переодевание было закончено, и она побежала в лес, по исключительно естественной надобности. Мужчина в белом прекратил присматриваться и снова уставился на реку. Пузатый же развесил промокшие вещи, для чего заранее приладил веревку, добавил к ним махровое полотенце и принялся готовить ужин.</p>
   <p>        Уверенно поставленная, палатка собирала на себе последние лучи заходящего солнца. Это была добротная зеленая палатка — не слишком большая, но достаточно вместительная и удобная. По крайней мере, для двоих. Комфорт внутри гарантировался даже взрослому, способному почти стоять в самом ее центре. Ребенку же и вовсе там было где развернуться. Обстоятельность, с которой пузатый ее расставил, оказалась не единичной. С такой же обстоятельностью он натянул и тент. С ней он обустроил вообще весь лагерь, отнюдь не походивший на пристанище каких-нибудь засаленных, довольствующихся малым туристов.</p>
   <p>        Все было установлено не только добротно, но и со вниманием к деталям. Благодаря светодиодным фонарям, под тентом горел уверенный свет. В багажнике пикапа охлаждал напитки и провизию портативный холодильник. Походная кухня, в виде индукционной плиты на отдельном столике, была дополнена уймой всяких мелочей, позволявших приготовить более чем сносную трапезу. Трапезе пузатый и предавался, звучно посапывая и чавкая. Комфорт, безусловно, приходился по душе и девочке, но судя по тому, как ее отец поглощал обильный ужин, он в первую очередь организовал его для себя. Ужина-то хватило бы на троих.</p>
   <p>        Девочка ела немного, как и положено обычному девятилетнему ребенку. Она больше болтала, чем опустошала походную миску, делясь впечатлениями от пребывания на природе, и вслух скучала по отобранному смартфону. Мол, сколько можно было бы сделать замечательных фотографий. Как отец, пузатый, разумеется, настаивал. Уговаривая дочку есть, он ласково, полной ладонью, поводил по ее плечам и гладил по спине, желая, чтобы та проглотила еще ложечку. Девочка подчинялась, но вскоре все начиналось сызнова. Пузатый, на удивление, не сердился. Складывалось впечатление, будто именно уговоры его и устраивают гораздо больше, нежели нормальное питание ребенка. Из-за этого даже ужин затянулся. Уже насытившись, отец продолжал слушать дочку, и на прежний манер увещевал ее доесть. Он явно никуда не спешил. Две бутылки холодного, запотевшего пива отлично скрашивали ему время.</p>
   <p>        Мужчина в белом оставался поодаль. Комары его не беспокоили, хотя и пребывали вокруг в изрядном изобилии. Они его словно не замечали и даже не садились, воспринимая будто пустое место. Вот этих тварей, в отличие от многих других, мужчина в белом не любил, и наслаждаться их обществом не собирался. Он бы давно ушел, распрощавшись с закатом, однако так и не сдвинулся с места. Он лишь поменял свою позу и теперь сидел в наступивших сумерках, глядя отнюдь не на реку. Он смотрел в сторону соседей, чью идиллию не нарушал ни единым звуком. Он вел себя настолько незаметно, что те имели право считать, будто находятся у реки одни. Пузатый так явно и считал, отчего поведение его настораживало все больше и больше.</p>
   <p>        Мужчина в белом присматривался. Он внимательно слушал и старался проникнуть в пузатого взглядом, словно лучом рентгена, однако ему постоянно мешала девочка. Ее светлый облик заслонял собой отца, не позволяя как следует того рассмотреть, а беззаботное щебетание умиляло и сбивало бдительность. Мужчина в белом мог бы и переместиться, чтобы взглянуть с другого ракурса, или даже подойти поближе, однако он не стал торопиться. Он решил оставить догадки и позволить событиям идти своим чередом. Событиям, которые либо подтвердят его предположения, либо развеют их как дурной сон, и тогда он спокойно удалится. Рассудив подобным образом, он и продолжал недвижно сидеть, только и предпринимая попытки раскусить пузатого издали.</p>
   <p>        Стемнело. Под тентом мерно горели светодиодные фонари, заливая б<emphasis>о</emphasis>льшую часть лагеря умеренным светом. Такие же горели у пикапа, припаркованного неподалеку, и умывальника, стоявшего под отдельным навесом. Похожий на них, только менее яркий, зажегся и в палатке. Велев дочке умыться, отец умылся и сам, после чего отправился с ней спать. Правда, не сразу. Фонарь, включенный в палатке, позволил как следует расположиться на ночлег. Его приглушенный свет проявлял наружу две фигуры, обустраивающие спальные гнездышки. Делалось это не молча, однако голоса теперь звучали куда тише, да и ребячье щебетание сменилось несколько другими интонациями. Другие интонации зазвучали и в речах пузатого.</p>
   <p>        Укладывая девочку и укладываясь сам, отец предлагал какую-то игру. Судя по словам, вполне для них обычную, разделенную на некие роли с неким же подтекстом. И эти роли, этот подтекст мужчине в белом окончательно разонравились. В своем предположении он уже почти не сомневался. Не выдержав, он встал и неторопливо приблизился, не собираясь пропускать излишне доказательный момент. Он уже не жалел, что не ушел. Теперь он жалел лишь об одном — что не оказался рядом где-то гораздо раньше.</p>
   <p>        Свет в палатке погас. Теперь он исходил лишь от фонарей из лагеря, словно нарочно расставленных таким образом, чтобы палатка оставалась в непроглядной тени. И появись кто посторонний, он даже не сразу заметил бы ее, не говоря уже о том, чтобы различить, какое действо происходило внутри. Тишина, стоявшая окрест, нарушалась исключительно естественными звуками, вроде негромкого журчания реки и далекого уханья совы. Лучшего часового и представить было трудно, хотя для верности чья-то предусмотрительная рука натянула у земли веревку с привязанными к ней пустыми консервными банками. Хитрость старая, родом из минувших веков, однако вполне себе актуальная. Кажется, кто-то в палатке явно не хотел оказаться застигнутым врасплох, и мужчина в белом теперь отлично понимал, почему. Всякие сомнения отпали. Остановившись в паре футов от входа, он словно окаменел. Не только телом, но и лицом, на котором появилась выраженная жесткость. Его глаза смотрели на палатку. Даже не смотрели, а буравили так, будто видели ее насквозь.</p>
   <p>        Тихие, довольно специфические звуки и сбивавшееся, чье-то осипшее дыхание говорили сами за себя. Шепот, срывавшийся с мясистых губ, вмещал ужасные вещи, где слово "сальный" было бы еще мягким эпитетом. Приглушенная возня дополняла это красноречивее некуда, прекрасно доносясь до невероятно чуткого слуха. Его, впрочем, особо и не требовалось, ибо мужчина в белом не только слышал, но и видел. Видел своим особым взором, читавшим не столько физические оболочки, сколько души. И он увидел достаточно. Дальнейшее промедление грозило тем, чего он как раз и не собирался допускать. Стиснув кулаки, он на мгновение попытался совладать с собой, и трудно было сказать, получилось у него или нет.</p>
   <p>        Внезапно палатка осветилась как от вспышки молнии, сверкнувшей без всякого грохота. Внутри стало светло как днем. Ее высокий верх с треском разошелся, словно его мгновенно вспороли огромным, в несколько футов, тесаком. Длинная застежка, запиравшая вход, со звоном рассыпалась на звенья. Веревки, натягивавшие палатку, тут же растянули стены прочь, и вот она уже лежит вокруг беспорядочной грудой ткани. Лежит вокруг открывшихся спальных мест, где отпрянул от девочки ее ошеломленный мучитель. Путаясь в одеялах, расталкивая подушки, он отчаянно пытался понять, что за напасть вдруг приключилась среди ночи; нагрянула к нему в полной тишине, когда он, наконец-то, вновь хотел удовлетворить свои гнусные страсти.</p>
   <p>        — Ты! — страшным голосом громыхнул мужчина в белом. — Как ты опустился до такого?!</p>
   <p>Порывисто усевшись, пузатый хлопал глазами и таращился на невесть откуда объявившегося незнакомца, стоявшего на пороге разрушенной палатки. Пребывая в шоке, он просто не понимал, что происходит. Здесь, на укромном берегу, в тишине и без никого, в полной безопасности — и вдруг!.. Затрясшись, он машинально прикрывал свои голые телеса, не в состоянии что-либо предпринять. Спальные места по-прежнему ярко освещались, хотя источник света не угадывался. Он просто был, озаряя все вокруг, и особенно место едва не состоявшегося преступления.</p>
   <p>        Глаза девочки говорили сами за себя. Глаза ребенка, еще не потерявшего наивную мечту о жизни. Перепуганные, они отражали не столько страх, сколько вину. Застигнутая врасплох, бедняжка сама ощущала себя виновной за то, что происходило, хотя она оказалась лишь жертвой, а преступником было дрожавшее рядом чудовище. Заглянув ей в глаза, голубые, словно незабудки, мужчина в белом тут же увидел все. Решительно ВСЕ. Все долгие годы, все грязные слова и омерзительные прикосновения, психологические обработки, давление, посулы, шантаж и искусный обман для всех. И особенно для ее собственной матери. Эти эпизоды, ужасающие в своем изобилии, дополнялись ощущениями и эмоциями. Их мужчина в белом прочел точно так же, как прочел и видения, мгновенно пронесшиеся перед его взором яснее солнечного дня. В его глазах, доселе серо-голубых, стало разгораться нечто новое. Нечто такое, что и освещало все вокруг невесть откуда льющимся светом.</p>
   <p>— Ты! — еще громче грохотнул мужчина в белом. — Она даже не просто ребенок! Она твоя дочь!</p>
   <p>        Гнусное чудовище, и впрямь именовавшееся отцом, усвоило суть. Громогласные реплики звучали красноречивее некуда. Оно сообразило, что его застали на месте преступления. И как застали! Оно лишь не могло понять, где допустило ошибку, и каким образом на берегу, который был абсолютно пуст, откуда-то взялся этот человек. Очень странный человек, говоривший громовым голосом и выглядевший весьма недружелюбно, если не сказать, устрашающе. И все-таки чудовище сдаваться не собиралось. Сработал инстинкт самосохранения, в особенности присущий мерзавцам всех мастей, начиная от закоренелых лжецов и заканчивая маньяками. Где-то здесь, зарытый в одеялах, лежал револьвер, прихваченный на крайний случай. И этот крайний случай явно настал.</p>
   <p>        Чудовище не пыталось уяснить, каким образом разлетелась палатка и откуда взялся свет, озарявший преступное ложе. Оно лихорадочно думало лишь о том, как избавиться от свидетеля.</p>
   <p>— Ты про что? — проглотив комок, выдавило чудовище.</p>
   <p>Диалог. Вопросы. Время. Рука, нашаривавшая револьвер, дрожала и ничего не находила, а драгоценные мгновения испарялись. В груде смятой постели, в ее полном беспорядке оружие совершенно запропастилось. Ну, либо же чья-то воля уводила его от владельца, если допустить столь невероятную версию.</p>
   <p>— Папа, кто это? — всхлипнула девочка, подтягивая одеяло и испуганно прижимая руки к груди.</p>
   <p>— Да, кто это?! — запальчиво подхватило чудовище. — Кто ты вообще такой?! И по какому праву врываешься к нам?!</p>
   <p>В порыве самосохранения, все еще выискивая револьвер, оно решило хамить, пусть даже и оставаясь в чем мать родила. Бравадой спасти положение, пока не найдется оружие и не выручит в столь критической ситуации. Ну а уж дочери чудовище потом все объяснит, как делало это всегда, и дочь обязательно подтвердит версию отца.</p>
   <p>        Идея была неплоха, однако слова замерли на языке. Нагло глянув незнакомцу в лицо, чудовище ощутило всколыхнувшийся ужас, несравнимый с тем, что оно уже успело испытать. Доселе серо-голубые, глаза того разгорались и вдруг полыхнули. Полыхнули чистейшим белым светом. Наливаясь и лучась, он прямо-таки проникал насквозь, не столько в тело, сколько в самую душу. Ничтожную душу, насквозь прогнившую душу, затрепетавшую в сиянии этого первозданного света. Внезапно чудовище поняло все, всем своим гнусным существом. Оно не поняло, кто перед ним, однако осознало, что настал его судный час. Повалившись на колени, омерзительное в своей наготе, оно в отчаянии протянуло руки.</p>
   <p>— Дьявол меня попутал! — взмолилось чудовище. — Пощади!</p>
   <p>— Дьявол? — с внезапной холодностью вопросил незнакомец, из-за чьей спины вдруг раскрылись белоснежные крылья. — Я тебя ничем не путал, подонок, которым в мире места нет.</p>
   <p>        Крылья незнакомец раскрыл не просто так. Девочка уже настолько перепугалась, что чуть не заплакала. Более того, она была близка к истерике, грозившей очередным психическим потрясением. И тут она увидела свет. Свет, идущий от крыльев и от этого мужчины, от всей его фигуры и особенно от ореола. Прекрасный свет, успокоивший ее и не давшей политься слезам. Незнакомец улыбнулся ей и наполнил юную душу мечтами. Он сделал это в мгновение ока, просто глянув своими сиявшими глазами ей в глаза. Там были чудесные видения и песни, тепло, и далекие сказочные миры, куда девочку уводили волшебные феи. Девочка затихла. На ее лице появилась улыбка. Смотря куда-то в пространство, она видела и слышала только то, что показывала ей эта удивительная крылатая фигура. Однако чудовище, ее гнусного отца это не касалось. Он что-то взвизгивал и бормотал, трясясь и моля о пощаде, но незнакомец его не слушал. Убедившись, что не причинит вреда ребенку, он протянул к чудовищу руку и произнес только одно слово:</p>
   <p>— Гори.</p>
   <p>        И вспыхнул свет. Это был не огонь, пожирающий библейских грешников. Не тот, которым испокон веков стращают религиозные учения, грозя глубинами ада. Не пламя, со своими языками и жаром, хищным танцем и жадно грызущими плоть объятиями. Даже ничего похожего. Это был чистейший свет, белоснежный как крылья и глаза незнакомца. В мгновение ока он охватил все существо чудовища, и не только снаружи, но и изнутри. Этот свет был сродни атомной вспышке, когда она только разгорается, еще не породив ударную волну. Вспышке без жара и разрушений, сосредоточенной в одном-единственном месте.</p>
   <p>        Чудовище горело. Охваченное сияющим светом, налитое им не только телом, но и душой, оно кричало, и кричало ужасно. Его жуткие вопли переполошили весь лес на несколько миль окрест. Плоть чернела на глазах, приходя в полное соответствие с тем, чем мыслил и жил в этом мире тот, кто просто не имел права именоваться отцом. Чудовище не извивалось и не билось в конвульсиях, не тряслось и не пыталось убежать. Оно уже не шевелилось. Сжигаемое светом, оно застыло будто изваяние, из белого мрамора стремительно обращавшееся в серый пепел. Но вопило и чувствовало до конца. Вплоть до того момента, пока свечение не угасло, ибо в нем более не было надобности.</p>
   <p>        От чудовища, совсем недавно полнившегося страстями, остался только прах, по форме напоминавший человека. Казалось бы, на том и все, однако такой неординарный памятник крылатую фигуру явно не устраивал. Мимолетное движение пальцев — и этот прах рассыпался в мелкий порошок. Подхваченный порывом ветра, ударившим словно из ниоткуда, он разлетелся по округе и развеялся настолько, что чудовище окончательно перестало существовать. Девочка осталась одна. Все это время она лежала рядом, но не плакала и вообще не видела сожжения. В ее глазах стоял совсем другой образ. Образ прекрасного крылатого человека, который пришел ей помочь, и который ее действительно любит.</p>
   <p>        Возмездие свершилось. Настало время исцеления. Опустившись на колено, крылатая фигура положила руку на голову девочке, все еще пребывавшей в мире грез. И снова пролился свет, однако на сей раз не испепеляющий, а живительный. Тело ребенка выгнулось, словно дугой, но ненадолго — то уходила из него нематериальная болезнь; травма, нанесенная юной душе. Затем оно спокойно улеглось и расслабилось, овеваемое целительными лучами света. Крылатая фигура ослабляла воспоминания, стирала из памяти ядовитые речи, уничтожала ощущения от недопустимых прикосновений. Она не переписывала что-либо в ребенке — она убирала все плохое, привнесенное злом, и восстанавливала нарушенную психику, даровала мечты и здоровье, положенные от природы девятилетней девочке. Она возвращала любящих родителей, веру в окружающий мир и надежды, начинавшие исчезать под гнетом гнусного чудовища. Она обновляла тело и душу, и уже совсем скоро девочка почувствовала себя так, будто всю жизнь жила нормальной жизнью, и ее отец никогда не вел себя неподобающе.</p>
   <p>        Свет угас. Он угас везде, как от руки и фигуры в целом, так и над разрушенной палаткой. Крылья сложились и исчезли за спиной, будто их и не было. Исцеление окончилось. Окинув девочку взором, мужчина в белом убедился, что вполне преуспел. Перед ним лежало совершенно здоровое дитя, с которым будто бы ничего плохого и не происходило. Теперь, по логике вещей, настала пора удалиться, однако бросать ребенка одного было совершенно недопустимо. Мало ли что с ним случится — ночь, а место дикое и безлюдное, да и люди встречались разные. В этом деле требовалось поставить точку. На то существовали разные способы. Поколебавшись, мужчина в белом выбрал самый естественный и простой.</p>
   <p>        Смартфон сожженного чудовища валялся в ворохе одеял. Помимо прочего, оно еще и снимало свои отвратительные манипуляции, пользуясь блокировкой устройства и неприкосновенностью частной жизни. Фотографии и видео мужчина в белом тут же уничтожил даже бровью не поведя, и никакие коды доступа ему не препятствовали. Затем, отойдя в сторонку, набрал номер службы спасения.</p>
   <p>        Оставленное сообщение наверняка взбудоражило местные силы правопорядка. Мужчина в белом прямо-таки ощущал, как они аллюром отправляются на выезд, торопясь по указанным координатам. Что ж, дело было сделано. Теперь за судьбу девочки не стоило волноваться. Криво усмехнувшись, мужчина в белом небрежно отбросил смартфон, полыхнувший прямо на лету и упавший в траву нераспознаваемым пеплом. Чтобы совершить задуманное в этом устройстве он не нуждался, однако все должно было выглядеть правдоподобно. А для этого требовалось сделать вполне определенный звонок.</p>
   <p>        Размышляя, дождаться ли сирен или удалиться прямо сейчас, мужчина в белом задумчиво закусил губу.</p>
   <p>— Ты кто, дяденька? — раздался вдруг позади тонкий голосок.</p>
   <p>Мужчина в белом обернулся. Девочка пришла в себя и теперь стояла совсем рядом, слегка поеживаясь в своей цветастой пижамке. В отличие от солнечного вечера, прохладная ночь не располагала к прогулкам в столь легком одеянии. Ей следовало одеться потеплее, однако в нынешних обстоятельствах такой рассудительности требовать не приходилось. Скорее, следовало порадоваться, что с ней в принципе все в порядке. Похоже, исцеление прошло на славу. Она даже очнулась куда раньше, чем предполагалось, а исчезнуть мужчина в белом еще не успел.</p>
   <p>        Как ни странно, девочка не испугалась разодранной палатки, да и куда-то запропастившийся отец ее не слишком волновал. Все ее внимание было сосредоточено на незнакомце, и тот быстро сообразил, почему. То сказывалась непродолжительная связь, установившаяся в момент исцеления; подаренное чувство покоя, закрывавшее глаза на некоторые детали.</p>
   <p>— Ты кто? — повторила вопрос девочка, подходя вплотную.</p>
   <p>— Просто прохожий, — ласково улыбнулся мужчина в белом. — С вечерней рыбалки возвращаюсь, — тут же уточнил он, решив упомянуть нечто более реалистичное.</p>
   <p>— Ты Люцифер? — внезапно произнесла девочка.</p>
   <p>        А вот это было крайне некстати! Связь установилась гораздо сильнее, нежели предполагалось. Причиной тому послужила глубина исцеления, необходимая в данном тяжелом случае. Невольно, девочка увидела и узнала такое, чего ей видеть и знать не следовало.</p>
   <p>— Тебя зовут Люцифер, — наморщив носик, утвердительно кивнула она. — Мне говорили, ты плохой.</p>
   <p>Но теперь она явно в это не верила. Обвив ручками своего спасителя, она доверчиво прижалась головой к его груди. Точнее, к животу, ибо до груди банально не доставала.</p>
   <p>— Ну-ну, дитя, теперь с тобой все будет в порядке, — только и сказал слегка растерявшийся архангел.</p>
   <p>Погладив девочку по голове, он погладил ее снова и снова, а затем, при очередном касании, его ладонь снова испустила свет. Мягкий и убаюкивающий, он тут же овеял юное сознание и спел ему прекрасную песню. Колыбельную, погрузившую и в сон, и в забвение. Веки девочки смежились, она обмякла и упала бы, не подхвати ее заботливые руки.</p>
   <p>— Пожалуй, тебе не стоит помнить события последних пятнадцати минут, — пробормотал архангел. — Пусть это останется нашей маленькой тайной.</p>
   <p>        В пикапе, на заднем сиденье, ребенку было вполне удобно. Уложив его туда, архангел пристроил ему под голову подушку и накрыл одеялом, позаимствованным из разгромленной палатки. Тепло укутанная, девочка тихо посапывала, безмятежно чмокая во сне губами. Кажется, ей снился клубнично-шоколадный торт, поданный ко дню рождения.</p>
   <p>— Вот же застрял. Я давно должен быть в другом месте, — тихо произнес архангел, но не сделал и шагу.</p>
   <p>Светлое лицо ребенка, пребывавшее в чудесных грезах, оправдывало любые накладки и опоздания. Настолько, что он дождался, когда вдали наконец-то послышался вой сирен. Множества сирен, ибо на вызов поспешало сразу несколько машин, включая машину скорой помощи.</p>
   <p>— Что ж, наконец-то можно и удалиться, — кивнул сам себе архангел. — Прощай, дитя, — улыбнулся он девочке. — Надеюсь, теперь у тебя все будет хорошо.</p>
   <p>        Револьвер разделил участь смартфона. Тот, который пыталось нащупать чудовище, чего архангел ему сделать помешал. Помимо прочего, еще не хватало пальбы при ребенке. Зарытый в груде одеял, поначалу он там и оставался, однако в итоге обратился в пепел. Следуя выбранному сценарию, архангел решил, что оружие тоже должно бесследно исчезнуть. Постель же он оставил в беспорядке, как и разгромленную палатку. Противоречивые свидетельства должны были произвести надлежащий эффект.</p>
   <p>        А сирены становились все ближе, суля нежелательное свидание сразу со множеством людей. Невидимость для смертных обычно работала безукоризненно, но только не тогда, когда давала явный сбой. Сейчас, после сеанса исцеления, присутствие девочки все еще нарушало возможность оставаться незамеченным. Открывшись кому-либо настолько ярко, архангел невольно открывался и другим. Но ведь девочку больше и не требовалось охранять. Не дожидаясь ненужных свидетелей, Люцифер расправил белоснежные крылья и унесся в ночное небо.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Бесследно исчезнувшего, отца девочки искали долго. Полицейские прочесали побережье, не преминув заглянуть и в русло реки. Водолазы ничего не нашли, ни прямо у лагеря, ни ниже по течению. Не нашли ничего и собаки, с помощью которых окрестный лес прямо-таки перевернули сверху донизу. Отец девочки как сквозь землю провалился. Собаки просто не брали след, который не вел никуда из лагеря. Полицейские и добровольцы сбивались с ног, пытаясь отыскать пропавшего человека, однако в своем намерении преуспели не больше чем пустыня, решившая взрастить цветущий сад.</p>
   <p>        Не лучше дела обстояли и у детективов. Версии выдвигались разные, но чем бесплоднее шло расследование, тем безумнее они становились. Трудно ведь дать логическое объяснение тому, что с редкостным упорством никак не объяснялось. Озадаченно бродя туда-сюда, детективы изучали лагерь едва ли не под микроскопом, по бессчетному разу осматривая одно и то же. Толку с того выходило круглый нуль. Нуль выдали и эксперты-криминалисты, не найдя ровным счетом ничего хоть сколько-нибудь полезного или, хотя бы, подозрительного. А его, между тем, хватало.</p>
   <p>        Разорванная палатка доверия не внушала. Пропавший отец девочки — тем более. Особенно после того, как он позвонил в службу спасения и заявил, что его ребенку угрожает опасность. Запись разговора была прослушана сотни раз, однако ничего нового не открыла. Очевидно взволнованный, почти на грани паники, голос прерывался какими-то звуками, каковыми, вероятно, и были звуки раздираемой палатки. Дальнейший шум не поддавался идентификации, как бы эксперты ни старались его определить. И длился он недолго. Звонок прервался, после чего полицейские поспешили на вызов, а отец ребенка бесследно исчез. Исчезли и следы, которых просто не было. В том числе неких предполагаемых злоумышленников. В известном смысле, область лагеря и его окрестностей была стерильна, если не учитывать возможность улететь по воздуху.</p>
   <p>        Смартфон пропавшего человека также не нашли. Последний раз он был в сети именно в момент экстренного вызова, после чего отключился и более не объявлялся. Также выяснилось, что исчезло и оружие — законно приобретенный револьвер, вполне резонно прихваченный в столь уединенное место. Его судьба оставалась неизвестной, как и судьба владельца, имевшего полное право защищать себя и ребенка. Судя по всему, толку от оружия оказалось немного, хотя и утверждать-то никто не мог, была стрельба или нет. А даже если и была, то кто в кого стрелял. Хватаясь за голову, детективы беспомощно переглядывались, но так и не могли сказать, что произошло с отцом девочки. Хорошо хоть сама девочка оказалась цела.</p>
   <p>        Ребенок ничего не помнил. Обнаруженный спящим в пикапе, он был аккуратно разбужен и тут же окружен заботой врачей и психологов. Осмотр показал, что девочка в добром здравии, причем настолько, что этому здоровью можно было позавидовать. Она только и поведала, как провела день с отцом, а потом оба легли спать. Дальше — провал. Девочка понятия не имела, что произошло, и каким образом очутилась в машине, да еще с подушкой и одеялом. Она лишь наивно хлопала глазами и качала русой, с рассып<emphasis>а</emphasis>вшимися волосами головой.</p>
   <p>        Не верить ребенку оснований просто не было. В унисон, психологи заявили, что о лжи не идет и речи. Это маленькое юное существо, играющее с ласточками и бабочками, на нее просто не способно. Вероятно, дело в банальном шоке, чему в подобных обстоятельствах и удивляться не приходилось. К счастью, не повлиявшем на психику девятилетнего ребенка, который спокойно, без всякой истерики спрашивал, "где папа". Возможно, позднее девочка что-то и вспомнит, но явно не сейчас и уж точно не под давлением. По требованию специалистов, ее безоговорочно передали матери, а детективы, утратив последнюю надежду на хоть какие-то показания, только озадаченно кряхтели да чесали растерянно затылки.</p>
   <empty-line/>
   <subtitle>* * *</subtitle>
   <empty-line/>
   <p>        Земными красотами Люцифер любовался не впервые. Визит на лесную реку был спонтанным, то есть заранее он его не планировал. Когда выпадал случай, он лишь решал, где хотел бы побывать, и отправлялся туда, куда его тянуло в тот момент. Удаленность места не имела значения — физического расстояния для архангела не существовало. Он мог мгновенно появляться где угодно, хотя и на крыльях летал с поистине огромной скоростью. Его прибытие на землю имело известные ограничения, однако он давно наловчился их обходить.</p>
   <p>        Обязанности властелина ада далеко не всегда только ими и ограничивались. Заглядывая в мир смертных по делам, Люцифер частенько совмещал приятное с полезным. Покончив с необходимым, он позволял себе необязательное, включая откровенный, обычно присущий только людям досуг. Иногда же он и вовсе объявлялся ради досуга, покидая преисподнюю отработанным способом.</p>
   <p>        Как великий архангел, Люцифер не тяготился иной стороной природы. В сочетании красоты и жестокости он был одним из тех, кто в полной мере постигал красоту и при этом имел абсолютную неуязвимость для жестокости. Его не леденил мороз и не жгло самое знойное пекло, не топила вода и не придавливали лавины. Грозовые разряды били мимо, а если и попадали, то без всяких последствий. Огонь не оставлял и опалины, токсичные испарения или даже вакуум были не опаснее чистого воздуха. Ядовитые существа не могли причинить ему вреда, как и самые свирепые хищники. Люцифера не кололи шипы, не резали острые стебли и камни. Песок не набивался ему за шиворот, и страшная топь была в не состоянии затянуть пусть и изгнанного, но все же небожителя. Пучины океанов грозили ему не больше беспомощного младенца, а вулканическая лава и тем более не могла навредить ни архангелу вообще, ни правителю преисподней в частности. И Люцифер этим пользовался. Выбирая уголок, он выкраивал время чтобы поглядеть на мирскую красоту, настолько отличную от красоты небес и особенно ада.</p>
   <p>        Безусловно, разница с преисподней была огромной. Желание ее покинуть, выбраться хоть ненадолго выглядело естественным. Ее предназначение формировало облик, накладывало свой отпечаток, который не мог изменить даже ее властелин. Абсолютная власть не означала абсолютное же удовлетворение. Смена обстановки дарила не только другие ощущения, но и другие возможности. В глазах очень многих, регулярные вылазки были вполне понятны, и все же имелась еще одна причина, по которой правитель ада наведывался на землю.</p>
   <p>        Что бы там ни говорили, Люциферу нравился мир людей. Во всяком случае, визуально, не вдаваясь в особенности и физические законы. Его не морозили снега и не ели мошки на закате, поэтому он мог спокойно бродить по вершинам гор или наблюдать, как заходящее солнце окрашивает все красным золотом. Гуляя средь пенных штормов, он был неуязвим для шквалистого ветра, любуясь на ярость стихии и на то, как умело использует ее альбатрос. Тропические леса дарили ему не духоту, а зеленый ковер под зеленым же потолком, и самые ядовитые змеи были безобидными цветастыми лентами. Земля представала во всей красе, и эту красоту он выделял особо. Его отношения с небесами фигурировали отдельно. То же относилось и к пеклу. Не смешивая одно с другим, Люцифер отдавал дань прекрасному, которому когда-то помогал воссиять и сам. Былое не перечеркнуло настоящее, и он совершенно не хотел сотворить на земле филиал ада. Вот изменить ее он действительно желал, однако не реками огня и не полчищами обитателей преисподней.</p>
   <p>        Рассматривая красоты мира, наблюдая за порядком его вещей, Люцифер не только созерцал. Он также примечал, запоминал и размышлял. Он ничего не имел против туманностей, раскинувшихся в звездном небе, золотых рассветов и багряных закатов, шелеста листвы и заливистого щебетания птиц. В пении речной воды он улавливал гармонию, как слышал ее и в рокоте водопада, и в грохоте океанского прибоя. В ней звенела роса, падая с цветочных лепестков, и она же сквозила в шуме ливня, барабанившего в блеске молний и грохоте сизой грозы. Все это не вызывало у него отторжения, желания что-либо убрать или перекроить. Да, тут он ничего не имел против, однако против другого он много чего имел — устройства мира вообще и его повсеместной жестокости в частности.</p>
   <p>        Идея жизни, вынужденной пожирать саму себя, казалась Люциферу не слишком-то привлекательной, если не сказать специфической и даже абсурдной. Химические процессы, преобразование неорганических элементов — это одно; безвыходное существование какого-либо организма за счет другого — совсем иное. В глобальном представлении, вся жизнь не отличалась от пауков, запертых в банке, только масштабы были больше, а участники разнообразнее. Меняя структуру, то есть окисляясь или даже сгорая, неодушевленная материя просто переходила из одной формы в другую. При этом ей было все равно. Она не испытывала боли и не терзалась страхом — это оказалось уделом живых, в чьей бренной физиологии боль и страх присутствовали повсеместно. Хоть и не обладавшие разумом, их испытывали даже растения, не говоря уже о более сложных существах.</p>
   <p>        Как и набор эмоций, чувства были даром, несомненно подлинным и даже бесценным. Но ведь и причина, и следствие бывали разными. Любить и грустить, мечтать о несбыточном, тосковать и смеяться — не то же самое, что и терзать добычу в клочья, и уж тем более не становиться такой добычей, в крови и ужасе содрогаясь в невыносимых страданиях. Убивать чтобы жить, поглощать живую материю для того, чтобы продлить дни материи собственной — так себе закон мироздания. Один из законов, который Люцифера смущал изначально, а теперь и откровенно не устраивал. Особенно когда его жертвами становились дети.</p>
   <p>        Чем крупнее и совершеннее было существо, тем больше оно не оставляло безучастным. Крошечного малька, не прожившего и часа, было безусловного жаль, но еще больше жалости пробуждал птенец, убитый хищником. Погибшие в природе, щенок или котенок вызывали скорбь. Убитые жестокой рукой, они же вызывали уже не только жалость, но и гнев. И гнев этот прорывался, когда касался человечества, и когда за жестокость мироздания расплачивались дети. Олицетворение невинности, наивные и беззащитные, они нуждались в заботе и опеке, и было совсем недопустимо, когда именно та причиняла им боль. Люцифер и впрямь специфически относился к людям, не желая принимать заведенный порядок. Вот только его отношение было иным, и совсем не таким, как принято считать.       </p>
   <empty-line/>
   <p>        Приземистый пузатый мужчина решительно не понимал, что происходит. Растерянно потирая голову, украшенную ярко-выраженной проплешиной, он пытался апеллировать к своей сбоившей памяти. Последнее воспоминание ускользало, словно вода через пальцы, и выглядело довольно расплывчатым; там, в уединенном месте на берегу реки, куда он привез дочку для своих особых утех. Помнится, оба улеглись в палатке, он погасил фонарь, и только было начал, как затем… Затем какой-то свет. И темнота. Кромешная темнота, сменившаяся здесь, в его собственном доме, где он давно жил жизнью примерного семьянина. Во всяком случае, в глазах общества.</p>
   <p>        Вне всяких сомнений, дом был его. Пузатый знал в нем все до последней половицы, до паутины на чердаке и старой коробки в подвале. Ошибка исключалась, но родной, всегда такой уютный дом теперь выглядел как-то отчужденно. Во-первых, он был пуст. По-особому, словно из него ушли не только люди, но жизнь вообще. Во-вторых, его наполняла гнетущая тишина. Даже часы — и те стояли, отказываясь наполнять гостиную своим мерным тиканьем. В-третьих, снаружи также не доносилось ни единого звука, как то шелест листьев, лай соседской собаки или шум проезжающего автомобиля. Да их и не было видно ни в одно окно — ни собаки, ни автомобиля. Темный багрянец, присущий позднему закату, заливал все вокруг непрерывным и каким-то мертвенным светом.</p>
   <p>        Узнать, что с ним приключилось, у пузатого никак не получалось. Не найдя ответа в доме, безлюдном и как-то по-особому пустом, он хотел было выйти к соседям. Те никогда не отказывались посудачить. Чтобы разобраться, что к чему, он согласился бы пройти и квартал-другой, расспросив кого-то более сведущего. Ведь что могло быть проще, чем завязать непринужденный разговор, в ходе которого выудить желаемые подробности? Проблема заключалась в том, что выйти из дома пузатый никак не мог.</p>
   <p>        Двери и окна сидели как влитые. Отчаявшись их открыть, пузатый попытался разбить оконное стекло, однако ничуть не преуспел. Его не брали стулья — ни ножками торцом, ни со всего маху; его не взяло даже тяжелое пресс-папье, отскочившее как от бетонной стены. Окна игнорировали все старания их взломать, невзирая на все меры, которые изобретал хозяин дома. Не лучше дело обстояло и с дверями. Они отказывались отворяться, какую бы грубую силу к ним не применяли. Тяжело дыша, пузатый предпринимал попытку за попыткой, включая удары топором, прихваченным в подвале. Положительного результата не наблюдалось. От дверей не отскакивала даже щепка, а на все удары они отвечали глухим, словно со дна колодца, стуком.</p>
   <p>        На помощь техники рассчитывать не приходилось. Телефоны молчали. Проводной телефон не подавал признаков жизни, словно линия никуда не вела. Им и пользовались-то нечасто, а теперь, когда возникла нужда, он отказывался выполнять свои обязанности. Смартфон оказался не лучше. Он не ловил сигнал, будто все вышки сотовой связи внезапно вышли из строя. Как пузатый ни сновал по дому, забираясь, в том числе, и на чердак, на экране не объявилось ни единой полоски. Чертыхаясь, он потряхивал смартфон и поднимал его то так, то эдак, с неизменно нулевым эффектом.</p>
   <p>        С компьютерами дело обстояло в том же духе. Они работали, однако интернет отсутствовал на всех ноутбуках. Следовательно, связаться с кем-либо через них не получалось, а от остального толку просто не было. Взбунтовался даже телевизор, не показывая ничего кроме белого шума.</p>
   <p>        Теряя всякое разумение, не зная, что еще предпринять, пузатый заметался по дому, беспорядочно хватаясь за все подряд, и в какой-то момент дошел до исступления. Вскрикивая как умалишенный, он опрокидывал вещи, ломал все подряд и кидался на стены, будто те, в отличие от окон и дверей, ему да подадутся. Это занятие он, однако, вскоре прекратил. Было невозможно не заметить, что вещи каким-то образом возвращались на свои места, а сломанные предметы словно и не ломали.</p>
   <p>        Констатация поразительного факта обескураживала. Окончательно обалдев от происходящего, пузатый плюхнулся на диван, ловя мясистыми губами воздух. Потом снова забился в припадке, бегая в истерике и все круша, и снова осел на диван, когда убедился, насколько все его усилия бесплодны.</p>
   <p>— Похоже, мне отсюда не выбраться, — потрясенно вымолвил он, хватаясь руками за голову.</p>
   <p>Зародившись где-то в груди, это ощущение мало-помалу заполонило все его тело, проникая и в самые потаенные уголки сознания. И в этом сознании, словно молния, внезапно блеснула догадка, подпитанная всколыхнувшимся воспоминанием.</p>
   <p>— Этого я и ждал, — в тот же миг послышался чей-то голос.</p>
   <p>        Пузатый вскочил, лихорадочно озираясь. Искать пришлось недолго. В нескольких футах от него стоял какой-то человек. Вперившись в него взглядом, пузатый присмотрелся и тут же попятился, резко изменившись в лице. Он узнал этого человека! Это был тот самый человек, который там, на берегу… Пузатый вскрикнул, замахав выставленными руками. Он вспомнил! Вспомнил и этого человека и то, что происходило среди разорванной в ночи палатки. Этот свет и эти глаза… И то, что он говорил, и как он это говорил. А потом нахлынули ощущения.</p>
   <p>— Кто ты? — упавшим голосом произнес пузатый.</p>
   <p>— Я думаю, ты уже знаешь, — холодно усмехнулся Люцифер. — Ты говорил, что тебя якобы попутал дьявол. А я тебя ничем не путал. К твоему чудовищному деянию я вообще отношения не имею. Впрочем, как и всегда.</p>
   <p>— Где я? — практически беззвучно прошептал пузатый.</p>
   <p>— Думаю, ты и это уже знаешь, — усилился холод Люфицера.</p>
   <p>        Да, пузатый знал. Крупно задрожав, он вспомнил и вспышку света, которая сожгла его дотла, и окончательно уяснил, где оказался.</p>
   <p>— Я ждал, пока ты поймешь, что отсюда тебе не выбраться, — на сей раз бесстрастно произнес Люцифер. — Тогда я и пришел. Ибо не думай, что там, у реки, ты получил сполна. Здесь, в аду, для тебя все только начинается. Давай-ка я тебе кое-что покажу.</p>
   <p>И сказав так, он направил руку к голове пузатого.</p>
   <p>        Возникшая череда видений пронеслась стремительным хороводом. Это были видения прошлого, происходившего под крышей этого дома. Настоящего дома, оставшегося на земле. Примерный семьянин, верная жена, гости, улыбки, образцовый образ жизни, рождество и детские праздники — все это могло бы умилять, если бы не то, что затесалось промеж них сначала грязным, а затем и отвратительным образом. То, что касалось ребенка, и касалось уже давно, с самых ранних лет и по сей день, непрерывно нарастая и совершенствуясь в психологической манипуляции и психологическом же разрушении. И физическом надругательстве над собственной дочерью, чья психика, само отношение к миру подрывались столь чудовищным обращением. Полузабытые, ушедшие было из памяти, эти эпизоды ярко вспыхивали так, будто снова оживали, напоминая обо всем до последней мелочи. В какой бы книге их ни записали, сейчас эта книга открывала сохраненные улики, предъявляла неумолимый счет.</p>
   <p>        Владыка ада хорошо знал свое дело, до мельчайшей детали и самых скрупулезных подробностей. Люди на земле не ведали, за что страдают, и отчего жестока с ними судьба. Они жили на ощупь, гадая и веря, выстраивая теории, принимая и отрицая. Наказание без разъяснений Люцифер считал недопустимым. Кара могла свершиться лишь тогда, когда появлялось понимание, за что она следует. Твердое понимание, содрогавшее нечистую душу, и оттого становившееся частью ее дальнейших терзаний. Люцифер не преследовал театральный эффект. Декорации, разыгранная сцена, носили тщательно выверенный характер, как и все его слова и действия. Он добивался максимального психологического результата. У каждого архангела была своя особенность — собственный дар, доступный только ему.</p>
   <p>        Люцифер читал в душах, в самом широком смысле этого слова. Он единственный мог узнать о них все, увидеть сокровенные мысли и самые потаенные желания, проникнуть в сны и постичь надежды. Психология была его инструментом и волей, наказанием и созиданием. Душа открывалась ему будто книга, он слышал ее звучание и видел как уже содеянное, так и грядущие намерения. И поступал соответственно. Исцелив психику девочки, Люцифер вернул ей детство, не омраченное годами боли. Диаметрально противоположное он собирался сделать с ее мучителем.</p>
   <p>        Когда видения закончились, пузатый понял, что выкручиваться бесполезно. Каждая деталь, каждое чувство страдавшей девочки разили приговором, и отрицать их было бесполезно. Оставалось лишь молить, в надежде хоть как-то оправдаться.</p>
   <p>— Сжалься! Пощади! — повалился на колени пузатый, ощущая налившуюся тяжесть предъявленных грехов. — Пощади ради моей дочери! Она же сущий ангел, она бы меня простила! Спроси ее — она меня простит! У нее такое прекрасное имя, словно…</p>
   <p>— Не надо имен! — резко вскинул ладонь Люцифер. — Как ты думаешь, почему я ни разу не назвал ни ее, ни тебя по имени? Не назвал ни разу за все время, и не называю сейчас.</p>
   <p>        Дрожа и вращая глазами, пузатый промолчал, не понимая, надо ли отвечать на этот вопрос. Странный вопрос, учитывая место и то, от кого он исходил.</p>
   <p>— Потому что случай, увы, не единичный, — полыхнул глазами Люцифер. — Вас таких хватает. Имена ничего не значат. Они создают иллюзию, будто очередной разоблаченный подонок уникален, как и его жертва. А это, к сожалению, не так. Здесь, в аду, подобных тебе много. И будет еще больше. Уж я об этом позабочусь.</p>
   <p>        Всем своим нутром, пузатый ощутил, что надвигается нечто очень ужасное. Дико вскрикнув, он ринулся прочь, но только для того, чтобы вновь увидеть Люцифера, идущего ему навстречу. И снова он побежал, и снова увидел Люцифера, возникшего просто из ниоткуда. Силы покинули беглеца. Упав на колени, он снова взмолился о пощаде, но той не было, и быть не могло.</p>
   <p>— Не всем я оказываю такую честь, появляться лично. Не всеми занимаюсь сам, однако подобные тебе этого заслуживают, — подходя, жестко произнес архангел, и его глаза зажглись белым светом Утренней звезды. — А теперь, чудовище, ты ощутишь ту боль, которую сотворил. Детскую боль, причиненную такими, как ты, всем несчастным детям. Боль, усиленную в миллионы раз, и она будет терзать и грызть тебя до скончания веков.</p>
   <p>И сказав так, он пронзил гнилую душу рукой насквозь. И чудовище закричало. Нет, не закричало — зашлось истошными воплями, ибо то, что оно ощутило, было несравнимо, абсолютно несравнимо страшнее по сравнению с недавним сожжением.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>– 2 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        Протянувшись от горизонта до горизонта, джунгли казались бескрайними. Покрывая холмы и равнины, подступая к рекам и охватывая озера, они теснились и у подножья гор, карабкались на них и старались зацепиться за каждый выступ. Их зеленое море колыхалось, ведомое порывами муссонного ветра, или же замирало неподвижно под палящим солнцем засушливого периода. Проносясь над деревьями, чьи ветви едва пропускали дневной свет, пыльные бури были не в состоянии проникнуть под густой полог. Там, под сплетенными вершинами деревьев, царила первозданная природа, лишь изредка нарушаемая чуждым воздействием извне. На смену кронам и ветвям приходили лианы, свисавшие до земли настоящей плетеной паутиной, и плотный кустарник, во всем своем многообразии. И низкий, и высокий, он то и дело соревновался по высоте с древесными стволами. Утопая в густой траве, разрастаясь из мхов и болот, он представлял собой лес в лесу, где едва ли можно было протиснуться наугад. Звериные тропки заменяли все пути сообщения, и непроходимые заросли стояли возле них и как стены, и как неумолимые часовые.</p>
   <p>        В непролазных джунглях, где практически отсутствовали дороги, витала неизменная тень. Солнце заглядывало туда лишь по случаю, пользуясь раздавшимися ветвями или озаряя случайную прогалину. Его заменяла влажность, насыщавшая огромный тропический лес. Влажность и духота, которую порождали эти густые, смыкавшиеся со всех сторон объятия. Войти в этот лес было первой радостью, дабы познать его величественные красоты, приоткрыть для себя тысячелетние тайны природы. Выйти — второй, тяжело дыша и утирая пот, чувствуя слабость в ногах и радуясь, что не остался в нем навсегда. Но кто-то и оставался, волею злой судьбы так и не сумев покинуть этот внешне прекрасный, однако по сути чрезвычайно суровый и жестокий мир.</p>
   <p>        Джунгли всегда носили противоречивый характер. Как уникальная экосистема, они служили домом для множества видов животных и насекомых. Их зелень производила кислород, необходимый для существования современной жизни, а густота и цепкость корней препятствовала выветриванию и опустыниванию. Они дарили свои богатства знающим, отпугивали несведущих. Их зелень, пышность и разнообразие тесно вплетались в окружающий мир, однако только на своих правилах, чуждых неподготовленным и непосвященным. Со стороны они выглядели великолепно, радуя взор буйным царством растительности, ее сочетаниями и различиями. Какое-то, довольно непродолжительное время еще лучше они выглядели изнутри. Однако потом все менялось.</p>
   <p>        Тропические леса были не лучшим местом для обитания человека. Более того, эта среда относилась к нему весьма враждебно, будто ища случая, чтобы уколоть, ужалить или укусить. Решительно все здесь, от крупных хищников до ядовитого паука, представляло перманентную угрозу, и особенно для зазевавшегося путника. Змеи не жалили намеренно — они здесь просто жили, и жили в изобилии. Ядовитые насекомые пребывали в джунглях в несметном количестве, и даже от большинства муравьев следовало держаться подальше. Некоторые жабы — и те представляли опасность. Они не атаковали, но и трогать их не стоило. Опрометчивый контакт мог закончиться неизбежным летальным исходом. Тропические леса не пытались кого-нибудь целенаправленно извести. Они жили своей жизнью и располагались на своих законных, отведенных природой местах. Так же, как располагается в колбе соляная кислота, и она ничуть не виновата, если какой-то болван внезапно сунул туда руку.</p>
   <p>        Племена, тысячелетиями обитавшие в джунглях, давно привыкли к их условиям и попросту не знали других. Выросши в такой среде, они сызмальства становились ее частью, неотъемлемым фрагментом первозданной мозаики. Родившимся в объятиях жестокой и дикой природы она становилась родной матерью. Туристам же, со своими смартфонами, планшетами и социальными сетями, соваться туда явно не стоило. Во всяком случае, без надлежащего сопровождения, способного уберечь цивилизованных зевак от неминуемой беды. Но и для бывалых гидов, опытных исследователей и набивших руку энтузиастов джунгли оставались отнюдь не безопасным местом. Им тоже следовало держать ухо востро, и даже за малейшую ошибку зачастую приходилось серьезно платить. Встречались, однако, люди и другого сорта, и совсем не того, к которому относились промышленники, использующие тропические леса в качестве ресурсов. Облюбовавшие джунгли, они не интересовались их красотами и не стремились к исследованию. С их суровыми законами и опасностями они мирились исключительно из особого интереса, ибо джунгли надежно укрывали все, что притаилось под их непроглядным пологом.</p>
   <p>        Печально известный, Золотой треугольник вполне заслуженно обрел свою сомнительную славу. Это была зеленая дыра. Не та, которой обычно именуют либо скучное, либо захламленное место. Это была дыра в которой исчезали люди. Зеленая, а не черная, по цвету непролазных джунглей. Треугольник тут упоминался не для красного словца. Его порождала сама география, прочерчивая область между Таиландом, Мьянмой и Лаосом. Утопая в тропическом лесу, гористая местность надежно скрывала свои тайны от людского глаза. Цивилизация здесь отсутствовала, полноценные дороги не проходили. Дикие места, чья площадь раскинулась на поистине огромной территории, лишь формально принадлежали упомянутой тройке государств. В реальности же властей тут не было, ни в какой форме их проявления. Люди в зеленой дыре исчезали не сами по себе, как в фильме ужасов или некой природной аномалии. Пользуясь недоступностью региона, его облюбовали криминальные синдикаты.</p>
   <p>        Торговля людьми не канула в лету, не осталась лишь в хрониках минувших веков. Пропорционально населению, ее масштабы сократились, однако рабский труд никуда не делся — изменилась лишь форма его заполучения, методы приобретения невольников и их последующего содержания. Разумеется, изменился и сам труд, перестав ограничиваться одними только полями и рудниками. По большей части, он принял более технологичный характер. Несчастных женщин, безусловно, сплошь и рядом принуждали к тому же, что и много веков назад, однако в остальном невольники орудовали не только кайлом и лопатой. В зависимости от квалификации, их заставляли работать в самых разных областях.</p>
   <p>        Как правило, Золотой треугольник ассоциировался с наркотиками, и нельзя было сказать, что это незаслуженно. Наркоторговля здесь действительно процветала. Впрочем, данное определение представлялось не совсем корректным. Наркотики тут не продавались, а производились. Опиум, героин, синтетический метамфетамин шли отсюда в огромных масштабах, охватывая всю юго-восточную Азию, из которой растекались по всему миру. Количественный оборот был настолько велик, что позволял легко перекрыть все возможные путевые потери, и дешевизна продукции играла тут не последнюю роль.</p>
   <p>        Перехватив одну партию пагубного вещества, власти упускали из виду десять, арестовав сто наркоторговцев — не замечали тысячу. Рабов же — несчастных людей, не своей волей попавших на этот страшный рынок, — они не замечали вовсе, ибо зачастую попросту не знали об их существовании. Точнее, знали в целом, однако без конкретики, и попробуй тут освободи хоть кого-то в труднодоступных джунглях Золотого треугольника. Рабов там вызволяли крайне редко и по большей части случайно, во время очередного антинаркотического рейда. Как правило, безрезультатного, ибо у синдикатов везде были свои глаза и уши, заранее предупреждавшие об облаве. Силы правопорядка находили джунгли пустыми, а производственные лагеря оставленными, и о судьбе тамошних невольников оставалось только гадать.</p>
   <p>        Современная эпоха предполагала современные методы. Людей все еще покупали и продавали, однако обычно заманивали в рабство куда более цивилизованными способами. Одним из самых популярных было обещание трудоустройства. Зарплата сулилась исходя из собственных пожеланий жертвы. Низкоквалифицированным кадрам предлагалось одно, специалистам с приличной профессией — другое. Дальнейшие события шли своим чередом, развиваясь по схожему сценарию. Официальная часть здесь сочеталась с нелегальной, якобы для снижения издержек и в интересах самого будущего невольника. Жертва прибывала в одну из стран Золотого треугольника, где у нее, по тому или иному поводу, изымались документы. Затем, под предлогом прохождения пограничного контроля, она вполне себе добровольно пряталась там, где укажут, после чего обратной дороги для нее уже не было. Очутившись в джунглях, жертва еще не понимала, куда ее везут, и горькая правда приходила уже там, в очередном охраняемом лагере.</p>
   <p>        Счастливчикам предлагали выкуп — мол, компенсация за потраченные на них средства и время. Точнее, выкуп предлагали заплатить их родственникам, если таковые имелись и оказывались платежеспособными. Кому-то везло и его выкупали, сумев собрать необходимую сумму; кто-то оставался в лагерях навсегда. Неимущим же, только и рассчитывавшим подзаработать, нечто подобное и предлагать было бессмысленно. Их либо ставили на производство, либо определяли в обслуживающий персонал, ибо людей в лагере надо было кормить и обстирывать, убирать за ними и служить для их утех. В последнем случае все обстояло так же, как и в прежние века. И как в прежние века несчастные женщины попадали в такой кошмар, из которого, погружаясь в его пучину, уже не видели иного выхода кроме самоубийства.</p>
   <p>        Притаившийся в джунглях, укрытый промеж холмов, типичный лагерь был обнесен забором с колючей проволокой. Высокий, сколоченный из простых материалов, такой забор возводился быстро и служил вполне эффективно. Для того, чтобы невольники не разбежались, его было достаточно. Никто не тратился на более серьезное сооружение, теряя на нем силы и средства. Если лагерь придется оставить, что временами и бывало, то и сожалеть окажется не о чем. Все постройки носили сносный, однако не капитальный характер, и стоимость их никак не била по карману, а быстрая возводимость с лихвой компенсировала потенциальную потерю. Это касалось и производственных помещений, и бараков для невольников. То же относилось даже к жилищам охраны, надзирателей и руководства. Сторожевые вышки также не составляли исключения.</p>
   <p>        Охрана откровенно скучала. Забор забором, колючка колючкой, а без надлежащего присмотра работники проделают лазейку и разбегутся. Конечно, львиная доля их сгинет в джунглях, однако какая в том польза бизнесу. Дежуря на своих постах, охранники, позевывая, поглядывали то в лес, а то на территорию лагеря, хотя по большей части уже не смотрели ни туда, ни туда. Бежать пытались настолько редко, что им не было смысла непрерывно таращиться с максимальной бдительностью. Выкуривая сигарету за сигаретой, охранники успешно зарабатывали себе рак легких и коротали время в смартфонах. С автоматами через плечо, они не отрывали глаз от экранов, либо с играми, либо с видео, и лишь иногда, для проформы, окидывали взглядом порученную им территорию. Видно там, впрочем, было не очень.</p>
   <p>        Начинался сезон дождей. Пришедшие муссоны привели с собой сизые тучи, из которых то поливало как из ведра, а то мелко моросило, вплоть до следующего ливня. Лишь иногда дождь прекращался, и тогда, совсем ненадолго, сквозь тучи робко проглядывало солнце. Разумеется, днем. Сейчас, ночной порой, тьма стояла такая, что без прожекторов и фонарей в лагере можно было передвигаться только наощупь. Витавшая в воздухе, сырость кружила в рассеянном свете облаками пара. Иногда они становились настолько густыми, что и само освещение утопало в их белой пелене, угадываясь лишь тусклыми волнами. Позевывая и чертыхаясь, охрана на вышках поглядывала в подсвеченные зоны, после чего возвращалась к своему привычному занятию. Беспокоиться ей было не о чем. Темные джунгли молчали, не издавая ни единого звука, кроме привычных за тысячи лет. В лагере также все шло своим чередом.</p>
   <p>        В домах для охраны и руководства было куда уютнее. В отличие от вышек — этих утлых коробок с максимум парой стульев, — они предлагали гораздо больший набор для досуга и отдыха. С сыростью здесь боролись обогреватели, да и освещение выглядело несравнимо мягче, по-домашнему. Скромная, но практичная, в них имелась различная мебель, включая вполне удобные, с матрасами и одеялами кровати. Окна затягивали занавески, а на полу стелились простые, но сносные ковровые дорожки. Одноэтажные, с низкими крышами, дома служили своим хозяевам надежным пристанищем и в периоды жары, обдувая их вентиляторами, и во время муссонов. Фактически, они напоминали летние бунгало, с широкими террасами и всем необходимым для комфортного времяпрепровождения.</p>
   <p>        В холодильниках охлаждалось пиво и иные спиртные напитки. Из портативных динамиков играла музыка. Антимоскитные фонари и сетки успешно уничтожали львиную долю кровососущих насекомых, от которых страдали охранники на вышках. Даже в непогоду, на террасе было вполне приятно посидеть, устроившись за дощатым столом и потягивая что-либо из кружки или бокала. Еды, поставляемой с общей кухни, водилось в изобилии, в том числе дымящегося жаркого или пряных блюд. Выводимые на телевизор, жильцам были доступны все прелести контента из спутникового интернета. При таком наборе, даже муссоны выглядели не столь уныло. Пока снаружи барабанил дождь, пока там облаками испарялась влага, они наслаждались жизнью под надежной крышей, глядя в ночь и предаваясь различным утехам. Курево, алкоголь, еда и женщины — все это имелось у них в изобилии. Заступая на смену, охрана не жаловалась, ибо знала, что вскоре вернется в свои дома и с лихвой компенсирует тяготы дежурства. Это же относилось и к надзирателям. Руководство так и вовсе не утруждалось. В лице нескольких распорядителей, оно лишь приглядывало за порядком в лагере, отчитываясь перед вышестоящим боссом, а само палец о палец не ударяло.</p>
   <p>        Отлаженное производство сбоило редко. Бывалые, набившие руку надсмотрщики знали свое дело, отчего охрана и, тем более, руководство, вмешивались крайне редко. Вот и сейчас, ни о чем не тужа, трое смуглых мужчин устроились на террасе и соревновались в употреблении спиртного. Невысокие и худощавые, как типичные жители этих регионов, для несведущего взора они выглядели очень похоже, хотя ничего общего между ними не имелось. Ничего, кроме занятия и форменной одежды. Под занятием подразумевалась работа на синдикат. Очень непыльная такая работенка, заключавшаяся в присмотре за лагерем и невольниками. Форменной одеждой служили армейские мундиры.</p>
   <p>        Разумеется, охрана не имела к армии никакого отношения, однако мундиры давали ряд очевидных преимуществ. Во-первых, они с первого взгляда — даже издали, — позволяли отличить представителя синдиката от раба. Во-вторых, погоны и нашивки воплощали иерархию субординации. Рядовые охранники подчинялись низшим чинам. Те, в свою очередь, своему начальству, которое слушалось руководителей лагеря. Последние, впрочем, предпочитали гражданскую одежду, однако столь отличительную по качеству и покрою, что и с невольниками их никто не путал. Неподчинение довольно сурово наказывалось. Никто особо не пенял, если охранник применял рукоприкладство к невольнику, при этом самому охраннику не стоило показывать норов в общении со старшим по положению. Расположившаяся на террасе, троица относилась к старшим.</p>
   <p>        Покуривая сигару, на стол выложил карты человек с погонами майора. На небрежно расстеленном сукне они тускло блеснули мастями и картинками. Ему ответил капитан, с довольной улыбкой ответив своими. Торжествующий шлепок прозвучал лучше всяких слов. Судя по комбинации, банк доставался ему. Третий игрок — лейтенант, — уже спасовал, решив не рисковать высокой ставкой, и теперь ожидал исхода партии. Сигары он не курил, ограничиваясь сигаретами, да и вместо виски потягивал обычное холодное пиво. Зато в изобилии. Опустошая шестую бутылку, он ощущал приятное подпитие, с лихвой компенсировавшее набежавший проигрыш. В этом подпитии и тропические дебри выглядели милее, да и дождь, барабанивший по крыше, казался приятной музыкой, вызывавшей во всем теле легкую истому. Тот, впрочем, ненадолго кончился, и теперь в ночи, в свете фонарей, от земли поднимались вьющиеся клубы влаги.</p>
   <p>        Тишину нарушали только привычные звуки лагеря, быстро растворявшиеся в окрестных джунглях. Приглушенные, они относились либо к производству, либо к жизнедеятельности персонала, ибо б<emphasis>о</emphasis>льшая часть невольников уже спала в своих бараках. Невидимые отсюда, где-то ворчали сторожевые псы. Откуда-то издали, из плохо освещенной зоны, раздался чей-то вскрик. Судя по интонации, нетрезвый охранник потерял в темноте равновесие и плюхнулся в грязь, познав все прелести раскисшей глины. Лейтенант усмехнулся, изрядно глотнул из бутылки и внезапно услышал кое-что еще. Это был странный, доселе незнакомый звук, будто в воздухе возникла упругая волна. Негромкая и мимолетная, она появилась в какой-то точке, но далеко не пошла и быстро угасла, словно единичный удар сердца.</p>
   <p>        Поглощенные картами, партнеры лейтенанта не услышали ничего. Ища утешение в виски, майор сокрушался, ибо обладал сильной комбинацией и уверенно рассчитывал на выигрыш. Комбинация капитана оказалась сильнее, и теперь тот загребал сваленные грудой мятые деньги. Обернувшись, лейтенант поглядел туда-сюда, и внезапно его глаза полезли из орбит. На террасу, по ее нескольким ступенькам, поднималась какая-то женщина.</p>
   <p>        Учитывая место и время, явление получилось сногсшибательным. Узрев очевидно постороннюю, лейтенант вскочил, машинально потянувшись за оружием. Было отчего. На невольницу женщина никак не походила, а в управляющем персонале лагеря подобных не значилось. Длинные русые волосы свободно вились за плечами и по плечам. Большие зеленые глаза поблескивали в свете фонарей. Точеное округлое лицо дышало свежестью и молодой, какой-то нетронутой красотой. Белая, без малейшего загара кожа выглядела идеально, без единой морщинки или дефекта. Немного тонкие, губы отливали алым кораллом, но не сорванным, а живым, как на незасоренном океанском рифе. Тонкая талия волнующе контрастировала с округлыми бедрами и умеренно-крупным бюстом. Ростом выше среднего, женщина была облачена в просторное бежевое платье, ничуть не стеснявшее ее движения и при этом плавно подчеркивавшее ее природные формы. Короткие рукава открывали изящные, словно созданные для музыки руки. Сиреневые босоножки на ногах отличались не только мастерством работы, но и серебряными пряжками с настоящим жемчугом. На пальцах у женщины не было колец, однако в волосах красовалась сверкавшая камнями диадема.</p>
   <p>        Для дождливой ночи, обыденно скучной и сырой, внезапная сцена была явно через край.</p>
   <p>— Какого?.. — нецензурно воскликнул лейтенант, привлекая внимание собутыльников.</p>
   <p>Подняв глаза, те опешили не меньше него. А женщина уже подходила. Чарующе улыбнувшись, она блеснула взором и протянула к троим мужчинам руку. Судя по всему, те признали в ней кого-то из высшего руководства синдиката, ибо чем еще было объяснить и внешний вид этой женщины и их дальнейшую реакцию. Бухнувшись кто на одно колено, а кто на оба, трое нетрезвых мужчин забыли про выпивку и карты.</p>
   <p>— Приказывайте, госпожа! — наперебой сказали они, преданно глядя женщине в глаза.</p>
   <p>        В зависимости от деятельности группировки, в лагерях занимались разной работой. В некоторых производили даже вполне себе обыденные вещи, которые затем расходились едва ли не по всему миру. Рабский труд позволял основательно сэкономить на себестоимости, окупавшейся на всех этапах производства и реализации продукта. Особую нишу занимали подделки под известные бренды, порой очень даже неплохие. Они пользовались неусыпным спросом и неизменной популярностью. Однако в лагере могли и вовсе ничего не производить, а заниматься исключительно киберпреступностью. Тогда речь заходила о хакерских атаках, взломах, краже конфиденциальных данных, шантаже, торговле в теневом сегменте интернета и прочем в том же духе. Невольники тут требовались более квалифицированные, но и результат был соответствующим. И все же, по большей части, под покровом джунглей процветало производство наркотиков, в их основном видовом разнообразии. Сокрытый среди холмов, этот лагерь не оказался исключением.</p>
   <p>        Сопровождение майора и еще двух офицеров открывало любые двери. Не без удивления, охранники косились на неизвестную женщину, чья волнительная красота производила на них неизгладимое впечатление, однако и не думали ей препятствовать. Надсмотрщики — тоже. Убежденные кулаком майора, показанным исподтишка, они с готовностью демонстрировали, где, что и зачем. Их грубые, но словоохотливые комментарии в красках дополняли преступное изобилие.</p>
   <p>        Производство героина было налажено в пугающих масштабах. В подсобных помещениях заботливо хранилось сырье, поступавшее из других лагерей — как правило, возле затерянных в джунглях плантаций. Его перерабатывали сразу в трех просторных сараях, больше напоминавших амбар либо даже дом. Основным отличием была открытость планировки, исключительно для удобства производственного процесса. Условное деление на сектора осуществляли занавеси из полиэтилена, дополненные ширмами или подвижными перегородками. Круглосуточная, работа никогда не прекращалась, с той только разницей, что ночная смена в основном следила за процессами, запущенными еще днем. Таким образом, б<emphasis>о</emphasis>льшая часть невольников сейчас спала, изможденная обращением и плодами своего труда. В ночь работали немногие, чьи ввалившиеся глаза говорили о подорванном здоровье и пагубном образе жизни.</p>
   <p>        Ответы не заставили себя ждать. Смертоносное зелье, небезуспешно травившее людей по всему миру, было в ходу и здесь. Надсмотрщики не пичкали им невольников без разбору. Оно предназначалось для строптивых, кто сопротивлялся судьбе и даже пытался протестовать. Их подсаживали на иглу, после чего всякое проявление характера прекращалось. Остальные, не желавшие такой же участи, становились более покладистыми, хотя иные и сами, от отчаяния, добровольно превращались в наркоманов. Особенно женщины для утех, которых либо насильно держали в наркотическом дурмане, либо они сами старались забыться и ничего не чувствовать.</p>
   <p>        Слушая надсмотрщиков, дополняемых комментариями офицеров, госпожа становилась все мрачнее. Как боссу из синдиката, ей бы порадоваться, насколько эффективно было налажено дело, однако она выказывала явные признаки неудовольствия. Не понимая причины, ей расписывали и рассказывали все больше, похваляясь достижениями и нюансами производства, однако результат получался обратный. Вероятно, она находила объемы поставок недостаточными, а обращение с рабами неоптимальным. Поставки, безусловно, не оставили госпожу равнодушной, однако именно в последнем случае предположения офицеров попадали в точку. Глядя на худых изможденных женщин, забитых настолько, что они лишь вздрагивали и не смели поднять глаза, лицо госпожи темнело, и на нем все больше проявлялась неумолимая жесткость. Именно женщин, поскольку мужчин-невольников в лагере не было.</p>
   <p>        С годами, обретя определенный опыт, в синдикате стали разделять невольников по половому признаку. Это позволяло избегать ненужных осложнений, вызванных социальными и психологическими особенностями человеческого поведения. Лагеря либо полностью делились на мужские и женские, либо мужчины и женщины содержались в раздельных бараках, контактируя только при обслуживании администрации и на некоторой работе. Этот лагерь оказался сугубо женским, что частенько и бывало при производстве героина. Мужчины трудились на плантациях, выращивая опиум. Его переработка поручалась женщинам. С одной стороны, их не эксплуатировали для утех, заставляя удовлетворять рабов мужского пола, ибо администрация лагерей считала такую меру не лишней. Для несчастных женщин это было явным плюсом. С другой, все связанное с производством героина уж точно не шло на пользу их здоровью. К тому же охрана и надсмотрщики тоже жаждали утех, чем изрядно нивелировали хоть какой-то положительный аспект. Слушая надсмотрщиков, отмечая замечания офицеров, госпожа все больше теряла самообладание.</p>
   <p>        Одна из женщин произвела особенно глубокое впечатление. Подойдя, госпожа спросила ее имя, однако в ответ не услышала ни слова. Невольница никак не отреагировала, продолжая отрешено смотреть в пол. Выслуживаясь, надсмотрщик свирепо рявкнул, требуя от невольницы послушания, и даже замахнулся, чтобы ее ударить. Взгляд госпожи ожег его до глубины души. Сверкнувшие глаза заставили его попятиться, с перепугу опрокинув какой-то жбан. Не успев опомниться, надсмотрщик схлопотал затрещину от капитана, решившего, что этот растяпа не угодил госпоже. Та же, тем временем, протянула руку, чтобы приподнять голову женщины за подбородок, однако касание нарушило хрупкое равновесие. Женщина упала. Она была в наркотическом забытье. Беглый осмотр, проведенный госпожой, показал, что она на грани жизни и смерти.</p>
   <p>        Дальнейшее офицеры и надсмотрщик восприняли весьма абстрактно. Должно быть, то сказывались витавшие в сарае специфические пары, а также изрядная доля спиртного. Склонившись над лежавшей женщиной, госпожа приложила ладонь к ее едва вздымавшейся груди. Из-под точеных пальцев заструился белый свет, мягко озаривший тело несчастной невольницы. Доселе бесчувственная и слабо дышавшая, та вдруг глубоко вздохнула и открыла глаза. Наркотический дурман рассеивался, губительная отрава покидала исхудавшее тело.</p>
   <p>        Служа госпоже, офицеры плохо понимали, что произошло, однако и вопросов не задавали. Не сговариваясь, они дружно посчитали, что им померещилось, а даже если и нет, то какая разница — госпоже виднее. Надсмотрщик также решил помалкивать, не особо пытаясь сообразить, что сейчас увидел. Оплеуха от капитана все еще гудела в голове, напоминая, что соваться на рожон явно не стоило. Госпожа же, тем временем, окончательно привела женщину в чувство. Усадив ее в уголке, она дала несчастной бутылку воды, отобранную у надсмотрщика, и окинула взглядом других невольниц. Закусив губу, она быстро оценивала положение. Похоже, работы ей предстояло гораздо больше, нежели представлялось до сих пор.</p>
   <p>        С приближением госпожи злобные псы не заворчали и даже не пытались рычать. Ласково завиляв хвостами, они умильно скулили и всячески выказывали свое расположение. В отличие от людей, госпожа одарила их снисходительным взглядом, в котором читалась ласка к живому существу и сожаление от того, как это существо используется. Караулившие у дома, пройти они и не подумали препятствовать. Воспрепятствовала охрана.</p>
   <p>— Господин отдыхает! — заявили двое молодчиков, смыкаясь и перекрывая входную дверь.</p>
   <p>Присутствие майора, компанию которому составляли все те же капитан и лейтенант, их ничуть не впечатлило.</p>
   <p>— Да как вы смеете! — взъярился майор. — Немедленно пропустите госпожу или вам не поздоровится!</p>
   <p>        Охранники в замешательстве переглянулись, но все-таки не подчинились. Они побоялись гнева босса, выразительно и недвусмысленно велевшего, чтобы его никто не беспокоил. Впрочем, госпоже они все же уступили. В сердцах, майор уже потянулся за пистолетом, однако она остановила его движением пальцев. Чарующая улыбка, рука, протянувшаяся к ошеломленным охранникам у двери — и те как по команде расступились.</p>
   <p>— Приказывайте, госпожа! — хором произнесли они.</p>
   <p>        Лагерем заправлял довольно крупный по здешним стандартам тип. Изрядно обросший черным волосом, вившимся по всему телу, жилистый и костлявый, он проживал в самом лучшем доме, и сейчас с комфортом расположился на большой удобной кровати. Держа во рту чубук от кальяна, побулькивавшего на тумбочке, он выпускал пары ароматного дыма и сквозь прикрытые веки рассматривал деревянный потолок. Рядом с ним, получив очередную дозу наркотика, в беспамятстве лежала еще не совсем увядшая женщина. На экране телевизора мелькало какое-то неприличное действо, сопровождавшееся соответствующими звуками.</p>
   <p>— Встать! — входя в эти сомнительные покои, коротко заявила госпожа.</p>
   <p>        Появление посторонних немедленно произвело на лагерного босса ошеломляющее впечатление.</p>
   <p>— Что?! Как?! Кто посмел?! — выплевывая чубук, зашелся он гневными вопросами.</p>
   <p>Усевшись на постели, он быстро багровел, насколько это было возможно с его смуглой кожей. Обмена любезностями не последовало. В отличие от охраны, руку к нему госпожа не протягивала и не улыбалась. На ее лице все больше проявлялась жесткость, мало-помалу переходившая в гнев. Этого человека она касаться никоим образом не хотела, чтобы даже мимолетом не вступать в контакт с такой падшей душой.</p>
   <p>— Молчать! — грозно велела госпожа. — Прострелите ему башку, если вздумает не подчиняться или позовет на помощь, — выразительно кивнула она сопровождающим.</p>
   <p>Тут же послышались щелчки взводимого оружия. Багровеющий босс опешил. На него, без лишних слов, недвусмысленно навели пистолеты и автоматы собственные офицеры и охрана, доселе стоявшая у двери. Гонора у босса сразу поубавилось.</p>
   <p>— Как это понимать? — выдавил он упавшим голосом.</p>
   <p>— Встать! — коротко повторила госпожа. — И одеться, — добавила она, окидывая заправилу лагеря презрительным взглядом. — У меня есть вопросы.</p>
   <p>        Пока босс одевался, трясясь и не попадая ногами в штанины, госпожа проверила лежавшую на постели женщину. В целом, та была в порядке, если не считать подорванной психики и наркотика в крови. Наркотик в крови госпожа уничтожила, прикоснувшись к ее спине рукой и испустив все тот же белый свет. С психикой было сложнее, и вот так запросто, по-быстрому она не исцелялась. На этом поприще специализировался кое-кто другой.</p>
   <p>— Сколько в лагере рабынь? — холодно вопросила госпожа.</p>
   <p>— А? — захлопал глазами босс, насилу одевший рубашку наизнанку.</p>
   <p>— Сколько в лагере рабынь? — сквозь стиснутые зубы повторила госпожа, делая скидку на ошеломление этого скверного человека.</p>
   <p>Ответ ее не очень-то обрадовал.</p>
   <p>        Для всей полноты данных, лагерный босс апеллировал к картотеке, размещавшейся в металлическом шкафу подле его рабочего стола. Госпожа гневалась все больше. Схватив его за шиворот, она протащила босса как худого котенка и толкнула туда, где стоял раскрытый ноутбук и лежали какие-то папки. Похоже, силой она обладала немалой, поистине поразительной для ее утонченного женского тела. Роясь в картотеке и открывая файлы на ноутбуке, босс принялся торопливо выкладывать все свои преступные тайны.</p>
   <p>        Дела синдиката госпожу не интересовали. Во всяком случае, сейчас. Все сведения о товаре она проигнорировала, спрашивая только о невольницах. Не понимая причины такого внимания, босс решил помалкивать. Стальная рука госпожи произвела на него не меньшее впечатление, нежели по-прежнему нацеленные стволы автоматов и пистолетов. Перерыв картотеку, побелевший босс ответил на все вопросы, потея и ежесекундно ожидая рокового выстрела. Он и понятия не имел, отчего охрана взбунтовалась. Он лишь нутром почуял, что сейчас уж точно не время для выяснения отношений.</p>
   <p>        Босса оставили связанным. С кляпом во рту, надежно прикрученный к кровати лейтенантом, он только таращил глаза и неразборчиво мычал. Женщину госпожа приказала взять с собой. Ее отнесли в медицинский барак, для чего она ненадолго изменила планы и сделала небольшой крюк. Помимо прочего, она решила проверить, кто сейчас находился в местной лечебнице. Что ж, рабынь там ожидаемо не оказалось. Медицинский барак предназначался для членов синдиката, обычно попадавших туда с несварением желудка или с перепоя. Что же касалось невольниц, то им предоставлялось право умирать по собственному усмотрению. Болели они на своих кроватях, и там же расставались с душой, если самые примитивные врачебные меры не оказывали на них воздействия. Ну а для заразных заболеваний существовал медицинский бокс — отдельный, с грязными матрасами, сарай, куда пациенток бросали выживать или погибать.</p>
   <p>— Позаботьтесь об этой женщине. Я еще вернусь, — многозначительно приказала госпожа дежурному фельдшеру, которому, для убедительности, снова погрозил кулаком майор.</p>
   <p>Фельдшер тут же сделал невольнице укол и подсуетился, поставив капельницу. Удовлетворенно кивнув, госпожа удалилась, сопровождаемая все теми же тремя офицерами и двумя охранниками из дома босса.</p>
   <p>        Периметр выглядел однообразно. Крытые коробки деревянных вышек располагались на равном расстоянии вдоль забора, увенчанном колючей проволокой. Примитивный, но вполне надежный, он обеспечивал достаточный барьер между лагерем и лесными дебрями. Главные ворота, запертые на двойной засов, вели к полузаросшей дороге через джунгли, где могли пройти только армейские грузовики и серьезные внедорожники. Каким маршрутом она вела и где петляла — знали только сведущие проводники, ну а с воздуха эта дорога и вовсе не угадывалась. Малые ворота вели в другую сторону, и тамошние пути служили для сообщения между лагерями.</p>
   <p>        Вообразив, что госпожу интересует безопасность, офицеры заверяли ее наперебой — мол, сбежать из лагеря едва ли возможно, а кто и сбежит, то почти наверняка заблудится и сгинет в джунглях. Как ни странно, именно это госпожу и не устраивало. Все больше хмурясь, она задумчиво поглядывала на забор, в том числе защищавший лагерь и от внезапного визита кого-нибудь извне.</p>
   <p>— М-да. Кажется, тут придется повозиться, — негромко пробормотала она, окончательно убедившись в нежизнеспособности своего первоначального плана. — Тут мало просто отпустить. Вопрос — куда отпустить.</p>
   <p>Сопровождающие ничего не поняли, однако от них и не требовалось. Уяснив, что тут к чему, госпожа закончила обход и направилась к бараку с невольницами. От остальных он отличался сеткой рабицей, установленной вокруг неказистых деревянных стен, да дощатой будкой охранника, караулившего проход в эту унылую зону отчуждения.</p>
   <p>        В бараке воняло хлоркой и мочой. Не очень щедро посыпаемая, хлорка не справлялась с естественными человеческими выделениями. Ночной порой, когда входные двери запирались, всякие уличные удобства отсутствовали. Их заменяли ведра, куда приходилось справлять нужду, и они распространяли по бараку то острое, то удушливое зловоние. Поутру ведра выливались в отхожее место, отравлявшее близлежащий водоем, однако запах исходил не только от них. По многу дней не стиранное, белье пропитывалось тем, что выделяло живое тело, начиная от пота и заканчивая женскими особенностями. Если утлая одежда, худо-бедно, содержалась в порядке, то постельные принадлежности оставляли желать лучшего. Особенно матрасы, чей цвет вполне соответствовал витавшим запахам. Все, что на них попадало, на них и оставалось, отравляя жизнь и без того несчастным и забитым пленницам. Иные еще пытались навести в своей постели хоть какую-то чистоту, однако большинство давно махнуло на это рукой. Как минимум, та его часть, что проводила отдых в наркотическом забытье.</p>
   <p>        Гигиена невольниц интересовала руководство лагеря постольку поскольку. Ее поддерживали на минимально приемлемом уровне, дальше которого заботы не распространялись. В основном, все той же хлоркой, дезинфицируя одежду и помещения только если заводились вши или клопы. Быстро распространяясь, эти паразиты становились проблемой самого персонала, чего последний всячески старался избежать. Что же касалось чистоты матрасов и одеял, их пятен и сомнительного запаха — на это администрации и охране было решительно наплевать. Определенных для утех, женщин отмывали и переодевали, да и то не всегда. Остальные же довольствовались душем только раз в неделю, в остальное время ополаскиваясь уж как получится. Несчастные женщины существовали за рабский труд, и жизни их стоили не больше еды на содержание.</p>
   <p>        Двумя шеренгами, утлые кровати выстроились вдоль стен, оставляя в центре место для прохода. С каждой стороны их насчитывалось пятьдесят, что в сумме давало сотню, однако не каждая постель была занята. Численность невольниц варьировалась, в зависимости от производственных нужд лагеря. Кроме того, она менялась и в силу естественных причин, как то банальная смерть от какого-либо недуга, побоев или передозировки.</p>
   <p>        Новых невольниц подолгу ждать не приходилось. По запросу, они прибывали вместе с продуктами питания, алкоголем и прочими припасами, без особого труда восполняя просевшую численность. Там, снаружи, мир представлял собой своеобразные джунгли. Здесь, по ту сторону забора, они были дикими и первозданными, положенными от природы. Среди цивилизации эти джунгли воплощали исключительно человеческий характер, все особенности его социума, и жестокости в них царило куда больше, нежели в суровом тропическом лесу. Вкупе с безразличием общества, его отношению к не преуспевшим своим слоям, она и поставляла рабов, собирая их в самых разных уголках и пристанищах.</p>
   <p>        Помимо ведер и кроватей, в жилом бараке не было ровным счетом ничего, исключая простенькую одежду невольниц, их полотенца — по одному на персону, — и какие-то единичные предметы обихода. Застиранные тряпки и лысые зубные щетки были единственным достоянием, компанию которым составляли сломанные расчески и кривые гребни. Вещам вещи не положены. Это отношение сквозило во всем, чтобы сломить невольниц и лишить их всякой надежды на освобождение. Администрацию интересовали только живые роботы, способные выполнять порученную работу, и тела для вполне конкретных низменных целей. Остальное было лишним, и ценности не имело. О какой тут вообще ценности речь, если охранники иногда, со злобы или в пьяном угаре, могли застрелить свою жертву или забить ее насмерть. И в ведомости это списывалось как случайный ущерб, производственная потеря стоимостью меньше заплесневевшего мешка муки. Впрочем, иные, порой, все же находили у рабынь определенную цену.</p>
   <p>        Обитательницы невольничьего барака не разговаривали. Слабые и утомленные, на диете из баланды и беспросветного труда, они пребывали в забытье, во снах без сновидений. Усталый рассудок не видит снов. Дождавшись хоть какого-то отдыха, он проваливается в черноту, из которой выныривает в момент побудки. Ночью если кто и вставал, напиться воды или по естественной надобности — чьего-либо внимания это не привлекало. Спящие спали, не спящие отрешенно глядели в потолок. На кого-то из персонала лагеря невольницы реагировали еще меньше. На них старались не поднимать глаза, не прислушиваться к их разговорам, да и вообще вести себя как безмолвная вещь, за которые их здесь и принимали. Место для ночлега не становилось исключением. Явившийся в барак, сутулый охранник беспрепятственно бродил вдоль кроватей, где лежали женщины. Подрагивая и покачиваясь, его фонарик выхватывал из полумрака лица, освещая их осунувшиеся черты.</p>
   <p>        Женщины не шевелились — даже те из них, которые по какой-либо причине не спали. Они догадывались, зачем сюда явился этот провонявший перегаром мужлан, и лежали затаив дыхание, в надежде, что на сей раз их минует чаша сия. Фонарик, между тем, все перескакивал с одной кровати на другую. Пошатываясь и сопя, нетрезвый сержант шествовал через барак, не без труда держась прямого центрального коридора. Судя по упорству, по не совсем обычному поведению, он кого-то искал, и вскоре, спустя где-то сотню неровных шагов, все-таки нашел.</p>
   <p>        Свисавший через плечо, автомат с лязгом брякнулся на пол. Избавившись от докучливой ноши, сержант не опасался за судьбу оружия. В пьяном мозгу не возникало и мысли, что одна из невольниц способна его пристрелить. В свете фонаря он увидел долгожданное лицо. Это была новенькая, прибывшая буквально накануне и еще не утратившая подлинной женской красоты. Не слишком щепетильный, сержант решил не упускать свое, пока до нее не добрались чины постарше. Он уже пытался поладить с этой женщиной по-хорошему, но та не поняла намеков и вырывалась, когда он грубо потащил ее в сторонку.</p>
   <p>        Тогда, с первого раза, ничего не получилось, однако от избиения сержант воздержался. Во-первых, он не хотел отравить себе удовольствие, созерцая разбитое лицо вместо довольно симпатичной мордашки. Подпорченных рабынь в лагере из без того хватало, чтобы второпях подбить глаза, поставить синяки и кровоподтеки. Во-вторых, помешало начальство. Женщину следовало определить на работу, натаскать на ее обязанности, и в тот конкретный момент похоть сержанта шла вразрез с пользой для дела. Сержант отступил, но не отступился. Дождавшись благоприятного момента, он основательно набрался и отправился на поиски облюбованной жертвы. Теперь, найдя ее в бараке, он уже не сомневался в грядущем успехе. Бросив автомат, он по-звериному облизнулся, отер с небритой рожи пот и полез на жалкое ложе, подминая проснувшуюся невольницу.</p>
   <p>        Пьяная скотина даже не утруждалась уединением. Находившиеся по соседству, рабыни были вещами, безмолвными и бесправными. Он относился к ним как к мебели, стыдиться которой уж точно не имело смысла. Да те и не смотрели. Они либо спали и ничего не слышали, погруженные в беспробудный сон, либо никак не выдавали своего присутствия, ибо ничего хорошего им это не сулило. Они молчали, не шевелясь, когда новенькая испуганно вскрикнула, придавленная навалившимся сержантом. Барак оставался словно вымершим, когда она начала отбиваться, силясь оттолкнуть, стряхнуть с себя наседавшее животное.</p>
   <p>        Даже грубой лаской действия этого существа назвать не получалось. Слюнявя все подряд, сержант дал волю рукам, уже давно не стеснявшимся ничего. С его точки зрения, он вел себя куда галантнее, чем обычно, выказывая жертве признаки расположения. Жертва так явно не считала. Обуянное похотью, нетрезвое животное не вызывало у нее ничего кроме инстинктивного отторжения, бьющего через край. Бедная женщина, уже вроде бы и привыкшая к унижениям, не смогла остаться безучастной к тяжкому перегару, запаху прогорклого пота и ладно бы от мужа — от одного из своих мучителей. Чисто по-женски взбунтовавшись, она оттолкнула грязного подонка, который хотел осрамить ее честь. Оттолкнула настолько сильно, что тот едва не свалился с кровати.</p>
   <p>        Поначалу подонку это даже понравилось. Привыкший к покорности, он воспринял внезапное сопротивление как часть игры, прелюдию, за которой последует неминуемая награда. Расплываясь в гаденькой улыбке, отпуская скабрезные сальности, он возобновил наступление, стараясь укротить норовистую лошадку. Брыкаясь и отмахиваясь, жертва раззадоривала его еще больше, но только до поры, пока не изловчилась и не толкнула снова. Вот тогда сержант все-таки слетел с кровати и мешковато свалился на пол.</p>
   <p>        Любовный пыл рассеялся. Вернувшись на былое место, на смену ему стремительно нарастала злость. Поднявшись, сержант придавил свою жертву и отвесил ей пощечину — пока еще не слишком увесистую, чтобы не попортить лицо. И тут же вторую, мотнувшую голову женщины как у набитой соломой куклы. Хорошенько встряхнув ее за волосы, подонок отпустил несколько грязных ругательств, суть которых сводилась к предложению угомониться. Послышался треск раздираемой одежды. Перейдя от прелюдии к действию, подонок намеревался получить свое, сменяя всяческие церемонии на будоражившую его свирепую грубость. Женщина не выдержала. Барахтаясь на утлой постели, ощущая грядущее неминуемое, она окончательно утратила всякий страх. Инстинкт самосохранения сменился инстинктом спасения чести. Забыв про все на свете, ведомая нахлынувшими эмоциями, женщина отчаянно вскрикнула и вцепилась ногтями в рожу своего мучителя. Вцепилась как дикая кошка, крича и полосуя все подряд, что попадалось под руки.</p>
   <p>        Подонок взревел. Глубокие царапины на его физиономии быстро набухали, сочась показавшейся кровью. В одном месте она даже полилась, стекая по щеке до самого подбородка. Резко отшатнувшись, поначалу он опешил, шокированный отпором, однако быстро пришел в себя. Похоть отступила. Теперь он жаждал не удовлетворения страстей, а жестокой расправы. Придавленная его массой, женщина билась, стараясь освободиться, и все еще пыталась дотянуться до насильника ногтями. К сожалению, физический перевес был явно не на ее стороне. Теперь, когда подонок изменил намерения, ее ближайшее будущее выглядело плачевно. Хлесткий удар лишил ее части сознания, выводя уже не только из душевного, но и телесного равновесия.</p>
   <p>        За первым ударом последовал второй, затем третий. Кровь, пошедшая из носа женщины, раззадорила подонка еще больше. Он не боялся ни последствий, ни свидетелей. В бараке стояла тишина, только и нарушаемая, что вскриками и звуками избиения. Никто не приходил несчастной на помощь, чтобы не разделить ее незавидную участь. Барак словно вымер, и будто не было в нем никого, кроме насильника и его жертвы. А та все еще билась, на одних инстинктах пытаясь извернуться из лап озверевшего подонка. Она кусалась и царапалась, она так отчаянно отбивалась, что обычных сил даже у дюжего мужика, привыкшего к своему физическому превосходству, уже переставало хватать.</p>
   <p>— Лежать! — хрипло бросил он, снова ударяя женщину. — Не рыпайся, тварь! Хотела поспать?! Сейчас я дам тебе проспаться!</p>
   <p>Но женщина продолжала сопротивляться. Полуоглушенная, почти ничего не соображая, она все еще давала отпор, не желая становиться добычей пьяной свиньи. Уж лучше умереть, чем стерпеть такое. Остатками сознания, проблеском ума она отлично понимала, что не сумеет себя защитить, что падет под свирепым натиском этого существа. И что смерть, видимо, уже не за горами. И все же не сдавалась — только преисполнилась невыразимой, мучительной горечи. Она не находила справедливости в жизни, в итоге приведшей прямо сюда, в этот зеленый ад; теперь, у последней черты, она в отчаянии не видела ее и в своей гибели. Ее достоинство, такое слабое, но еще не совсем поруганное, молило о возмездии.</p>
   <p>        Сухой металлический щелчок прозвучал грозовым раскатом средь безмолвной ночи. Уже занеся кулак, подонок обернулся и увидел одну из невольниц. Одну из невольниц с его собственным автоматом. Направив его на владельца, она нажимала на курок, однако оружие отвечало ей все теми же металлическими щелчками.</p>
   <p>        Похоже, кто-то не остался безразличным к развернувшейся сцене. Не выдержав происходящего, выплескивая и собственную боль, восставшая рабыня уже не думала о том, что ее ждет. Сейчас ее существо стремилось лишь к одному — прекратить эту кошмарную драму, эхом отдающуюся в ней самой, отплатить за все хотя бы этому поганому животному. Вышло у нее, однако, так себе. Всхлипнув от отчаяния, она все жала и жала на курок, беспомощно не понимая, почему оружие не стреляет. Судьба обходилась с ней просто подло; как плевок с самих небес, отказавших в отмщении своему мучителю.</p>
   <p>— С предохранителя надо снимать, дура! — злобно произнес подонок, оставляя избиваемую жертву. — Сейчас я тебя научу!</p>
   <p>Шагнув с кровати, он выхватил автомат и навел на взбунтовавшуюся рабыню. В его мутных, налитых кровью и бешенством глазах блеснул неотвратимый приговор. Еще один короткий щелчок — и очередь должна была разнести ей грудь.</p>
   <p>— Не понял, — с искренним удивлением сказал подонок, передергивая затвор.</p>
   <p>Ибо выстрелов не последовало.</p>
   <p>— Сейчас поймешь, — проникая в само сознание, леденяще холодно прозвучал чей-то мелодичный голос.</p>
   <p>        Войдя в барак, госпожа не пыталась очаровать пьяного подонка. В этом лагере она увидела достаточно, все прочувствовала и все поняла. Сейчас она пришла на зов, исходивший от несчастной поруганной души. Разинувши рот, подонок был впечатлен и ее появлением, и ее красотой, однако госпожу это никак не тронуло. Она приблизилась в мгновение ока, словно двигалась быстрее скоростного поезда. Мягко отстранив восставшую женщину, одной рукой она схватила подонка за грудь, смяв полезшую из штанов форму. Затем приподняла, словно пылинку, и швырнула в проход между кроватями. Грохнувшись на дощатый пол, подонок прокатился по нему несколько футов, выронив так и не выстреливший автомат. Вскрикнув от неожиданности, он закряхтел, ощущая ссадины и ушибы, и попытался подняться. Но на ноги уже не встал.</p>
   <p>— Гори! — протягивая к нему руку, коротко произнесла госпожа, и ее глаза налились чистейшим белым светом.</p>
   <p>В то же мгновение подонок вспыхнул.</p>
   <p>        Застыв на коленях, с одной ладонью оторванной от пола, несостоявшийся насильник весь засиял слепящей белизной. Она не причиняла вреда никому другому, не поджигала окружающее дерево и не испускала жар. Но подонка она испепеляла. Его дикие, поистине звериные вопли передавали только часть тех ощущений, которые он сейчас испытывал. Свет пронизывал его насквозь, наполнял каждую клетку тела, и каждую клетку тела он сжигал, обращая в серую сажу, в однообразный нераспознаваемый прах. Казалось, под сводами барака зажглась и сияла миниатюрная атомная вспышка. Она горела не долго, но и не моментально. За ту четверть минуты, что поставила точку в его существовании, подонок наконец-то получил именно то, за чем пришел — свою заслуженную награду, давно искавшую обладателя.</p>
   <p>        При жизни так и не поднявшись, пепельная фигура застыла над полом, освещенная непонятным, откуда-то взявшимся заревом. Заполоняя весь барак, оно проникало даже в самый темный угол, освещало малейшую прореху промеж грубо оструганных досок. Рабыни переполошились. Теперь уже никто не спал, и притворяться не пытался. Вскочив на постелях, они уставились на госпожу, не зная, что и думать, и только переводили взгляды с нее на пепел. Однако они не боялись, не кричали и не плакали. Исходившие от госпожи, светящиеся волны дарили им чувство защиты и покоя. Исключение составляли те, кто пребывал в наркотическом забытье и по-прежнему ни на что не реагировал.</p>
   <p>        Свет от госпожи усилился. Раскинув руки, она озарила весь барак, и от несчастных, погруженных в дурман невольниц взвился черный дым. Они не горели и не страдали — наоборот, этим дымом сочилась отрава, покидавшая измученные тела. Прежде наркоманки, неспособные существовать без дозы, женщины открыли глаза и приподнялись, возвращаясь к нормальной жизни. Иные, очарованные чудодейственным светом, встали на ноги и приблизились, не в силах оторвать глаза от его источника.</p>
   <p>        Волнистое свечение стало угасать и вскоре сошло на нет. Теперь барак озарялся обычным электрическим освещением, каким-то образом включившимся будто само собой. Госпожа достигла своей цели. Никто из невольниц уже не страдал от наркотического яда, не падал в обморок и не дышал на ладан. Все еще изможденные и худые, они получили достаточно, чтобы дальше жить. Здесь госпожа постаралась на славу, однако ее работа только началась. Снаружи донеслись тревожные крики, нараставшие с каждой секундой. Где-то послышались выстрелы, и часть из них грянула недалеко от входа.</p>
   <p>— Ждите здесь! — коротко велела невольницам госпожа. — Ни шагу наружу!</p>
   <p>И в мгновение ока вышла из барака.</p>
   <p>        Отсутствие госпожи привело офицеров и охранников в чувство. Оставленное на крыльце барака, лишенное прямого воздействия, ее сопровождение возвращалось в свое исходное состояние. Тем временем, вопли сжигаемого подонка привлекли внимание персонала лагеря. Взбудораженная среди ночи, охрана искала источник тревоги, поспешая и снуя туда-сюда. Спьяну кто-то пальнул, приняв за врагов пляшущие тени. Стрельбу подхватил не менее трезвый индивид. Выстрелы грохотнули и на крыльце. Три офицера сцепились с двумя охранниками из дома босса, которые тут же припомнили им все.</p>
   <p>        Появление госпожи, объявившейся из барака, схватку недавней свиты не остановило. Она больше не испытывала нужды в этих скверных людях, и тем более не распространяла на них свою симпатию. Не моргнув и глазом, она позволила продырявить капитану грудь и прострелить голову майору. Лейтенант, уложивший одного охранника, ловко всадил нож в шею другому, однако свалился и сам, схлопотав пущенную мертвеющей рукой пулю. Конвульсии окровавленных, грудившихся рядом тел госпожу не впечатлили. Протянув руку в ночь, она резко вскинула ее вверх.</p>
   <p>        Ближайшая вышка вспыхнула так, словно ее облили бензином. Поднявшись от основания, огонь объял ее факелом и жарко полыхнул в ночное небо, с треском испуская взвившиеся искры. Теперь это был настоящий огонь — красно-оранжевый, с присущим ему жаром и вьющейся копотью. Промозглая сырость его не останавливала. Его мощь пожирала все, от набухшего влагой дерева до железных гвоздей, оплавляемых огненным натиском. Людей она поедала еще быстрее. Очутившись в огненном котле, охранник на вышке дико закричал, и завопил во всю глотку, когда пламя захлестнуло его целиком. Заметавшись в пылающем капкане, теряя разум от невыносимой боли, он бросился на перегородку, проломил ее и свалился на землю, прочертив при падении огненный шлейф. Ему выпала милость — при ударе он сломал себе шею и более ничего не чувствовал. Другим охранникам повезло явно меньше.</p>
   <p>        Вышки вспыхивали одна за другой. Отойдя от барака, госпожа неторопливо поворачивалась, и ее воздетая рука посылала вынесенный приговор. На длинных опорах, с балками и поперечниками, крытые коробки вышек превращались в пылающие костры. Пространство заполонил громкий треск, с которым пламя поглощало чернеющее дерево. В этом треске, в гуле жаркого огня тонули даже вопли, испускаемые горевшей там охраной. Вопли стали охватывать и весь лагерь. Шокированный происходящим, его персонал вообразил, что на них напали. Силовики, конкуренты — без разницы, ибо здесь и сейчас творилось нечто неописуемое. Хаотичная стрельба разрасталась, человеческая беготня принимала панический характер.</p>
   <p>        Почти бегом, неподалеку от госпожи объявились двое. С автоматами наперевес, они в ошеломлении искали врага и палили во все подряд. В госпожу они тоже выстрелили, однако поразить ее не сумели. Глаза, лучившиеся белым светом, только на мгновение и глянули на них. Один, словно сбитый поездом, улетел прямо в пылавшую вышку, где тут же занялся сам. Другой, уронив раскалившийся, ставший вишневым автомат, вспыхнул на месте. Заметавшись и крича, он уже не думал о том, чтобы в кого-нибудь стрелять. Госпожа же, тем временем, не забыла и о производственных сараях.</p>
   <p>        Избавленная от наркотика, лежавшая у фельдшера женщина ничего не успела понять. Вот только что она дремала, ощущая во всем теле уже позабытую свободу, и вдруг ее подхватили чьи-то крепкие руки, а затем она очутилась в жилом бараке.</p>
   <p>— Ни шагу наружу! — строгим голосом напомнила госпожа, передавая свою ношу другим невольницам.</p>
   <p>И тут же молнией унеслась прочь. Остававшиеся на производстве героина, женщины испуганно жались и кричали. От босса госпожа узнала, сколько их в лагере всего. Недавний осмотр прояснил и точное местонахождение.</p>
   <p>        Забыв про свои обязанности, надсмотрщики спасали только себя. Разбегаясь, кто куда, одни пытались спрятаться, а другие хватались за оружие. Госпожа им не препятствовала, устраняя только тех, кто объявлялся на пути. Таких она расшвыривала в стороны, словно ударяя невидимым, но огромным и тяжеленным молотом. Испущенный ей свет предназначался исключительно для невольниц. Окутанные его волнами, чувствуя защиту и покой, они доверчиво приблизились, сбиваясь в плотную группу. Этой группой госпожа довела их до жилого барака и присоединила к остальным. Шальные пули она пресекала даже бровью не поведя. Пытавшаяся стрелять в них целенаправленно, охрана вспыхивала как сухой хворост.</p>
   <p>— Ждите. Я вернусь, — лаконично сообщила госпожа невольницам.</p>
   <p>Сама же снова вышла наружу и наконец-то дала волю своему бурлившему, давно прорывавшемуся гневу. Теперь ему ничто не препятствовало, ибо ни одна безвинная душа уже не могла пострадать.</p>
   <p>        Свирепое пламя охватило производственные сараи в считанные секунды. Облизав их стены, оно перекинулось на крышу и обосновалось там плотным гудящим полем. Железный покров, положенный для излишней надежности, не стал ему помехой. Он загорелся сам, оплавляясь и язвлясь растущими, пунцовыми от жара дырами. Проедая крышу, металл полился внутрь, где лежало сырье, располагалось оборудование и непрерывно, партия за партией, изготовлялся героин. Подступая отовсюду, огонь добрался до всего этого изобилия, поднатужился, и враз охватил все подряд, взмывая до самого плавившегося потолка. Грянул взрыв, и тут же превратился в целую серию взрывов, сливавшихся воедино. Оглушительно взревев, огненный самум завихрился и в клочья разорвал сараи вместе со всем их содержимым, прекращая мучения метавшегося там персонала.</p>
   <p>        Взметнувшись в небо, обломки железа и дерева стали сыпаться по всему лагерю и за его пределами, вспыхивая в темных джунглях снопами искр. Подброшенные высоко в воздух, железные бочки с грохотом падали на землю, проламывая крыши домов, сокрушая забор и пылая своим раскуроченным чревом. Одна из бочек свалилась прямо на охранника, искавшего пути к отступлению, и мгновенно раздробила ему кости. Другая ухнула в целую группу персонала. Неровно подпрыгивая, она плюнула пламенем и покатилась прочь, раскидывая вопивших надсмотрщиков и ломая подвернувшиеся конечности.</p>
   <p>        Один за другим, производственные сараи перестали существовать, вместе со всем своим содержимым. За ними последовали и складские помещения. От опиума, полыхнувшего синим пламенем, взметнулся только дым, быстро развеивавшийся в ночи. Уже предназначенная для отправки, партия готовой продукции была уничтожена без остатка, выгорев до последней нераспознаваемой молекулы. Вырывавшиеся к ночному небу, огненные столбы напоминали выбросы из вулкана, а зарево стояло такое, что освещало полыхавший лагерь словно днем, и наблюдалось за множество мил окрест. Госпожа, однако, не унималась. С этим проклятым местом, с его начинкой и обитателями она еще не покончила.</p>
   <p>        Стоявшие несколько поодаль, жилые дома охраны начали разделять всеобщую участь. Со звоном вылетали стекла. Охваченные пламенем занавески хлестали в воздухе, выплевывая в ночь лоскуты кружевами тлеющей ткани. Трещала и разваливалась пожираемая огнем мебель. На террасах, поглощаемых огненной пляской, танцевали ревущие языки огня. Проседая под неудержимой хваткой, крыши обрушивались внутрь, перемешивая пламенеющие обломки бесформенной грудой. Занимаясь один за другим, дома напоминали гирлянду, зажженную на Рождество. Яркую полыхающую гирлянду, с той только разницей, что огонь был не электрический, а настоящий, и его размеры достигали пугающих масштабов.</p>
   <p>        Дом лагерного босса постигла особая участь. Его хозяин по-прежнему был внутри, привязанный к кровати и с кляпом во рту, ибо его так никто и не освободил. Госпожа хотела, чтобы этот дом хорошенько тлел; сгорел не сразу, а занимался долго, и долго же поедался неторопливо разраставшимся огнем. Ее гнев выплеснулся иначе. Все увиденное, услышанное и ощущаемое породило взрыв, в котором воплотились постигнутые боль и страдания. Дом разорвало изнутри, разметало в мгновение ока, и даже незначительные обломки, даже щепки не разлетелись окрест и не падали как пылающие бочки. Он просто исчез, испепеленный в объятиях взрыва до последней песчинки. От него только и осталось что ударная волна, разошедшаяся на сотню ярдов. Огненная волна, обратившая в сажу тех, кому не посчастливилось подвернуться на ее пути.</p>
   <p>        Чихая и взревывая моторами, с автостоянки срывались армейские грузовики и внедорожники. Ворота промеж горящих вышек никто не открывал. В таком пламенеющем кошмаре на это не тратили времени. Первый грузовик их просто вышиб. За ним, теснясь и сталкиваясь, в беспорядке старались прошмыгнуть и остальные машины. Те из них, что еще не пылали и сохраняли работоспособность. Приближаясь к ним, госпожа не собиралась отпускать беглецов восвояси. Она не стремилась спалить решительно всех, однако такой отступающий караван не остался без ее внимания.</p>
   <p>        Снова загремели выстрелы, полились грохочущими очередями. Стреляли винтовки и автоматы, молотил крупнокалиберный, установленный на крыше джипа пулемет. На фоне пылающего лагеря, подходившая госпожа в своей неизменной красоте представлялась исчадием ада. Она уже никого не очаровывала — она изливала гнев и карала. Содрогаясь от ужаса, охрана открыла по ней интенсивную пальбу, одновременно стараясь проскочить через пробитые ворота. Приподнятая рука госпожи нивелировала все их усилия. Летевшие дорожками и веером, пули замедлились и расплавились. Длинные очереди исчезали, так и не достигнув цели. Свистящий свинец бестолково прочерчивал воздух, и в воздух же обращался, испуская облачка серого пара. Оружие заклинило. Вырываясь прочь, грузовики ревели моторами и с треском ломились через джунгли. Буксовавшие внедорожники елозили по заросшей дороге, теряли путь, влетали в дебри и врезались в тропические деревья. Иные сталкивались, образуя затор, который тут же прошибал несущийся следом грузовик.</p>
   <p>        Госпожа снова воздела руку, как сделала это тогда, когда полыхнули вышки. Одну за другой, машины стало подбрасывать будто игрушечные. Так, словно под ними сработала притаившаяся в засаде катапульта. Гремя железом, они переворачивались, падали и катились, расплющивая пассажиров. С протяжным грохотом, грузовики валились в кроны деревьев, обламывая их ветви и свои оси. Искореженные внедорожники разваливались на части. Сорванные двери сыпались градом. Крутящиеся колеса катились сами по себе и вертелись волчками, застревая в зарослях. Кому-то, впрочем, удалось и убежать; уехать настолько далеко, что госпожа не стала утруждать себя погоней.</p>
   <p>        Бегство получилось сомнительным. В темноте, на недопустимой скорости, в панике и на заросшей дороге, машины далеко не ушли. Они находили судьбу на ухабах, ошибочно сворачивали не туда, бились о деревья и кубарем катились в дремучие джунгли. Первозданно пересеченная местность не располагала к гонкам, равно как и к невнимательному движению. Выжил там кто или нет — госпожу не интересовало. За жалкими тараканами она не гонялась. У нее еще оставались дела в полыхавшем лагере, где начинала гореть сама земля. Превращаясь в единый костер, он насыщался жаром, грозившим уничтожить барак невольниц, и непременно уничтожил бы, не наложи госпожа заранее на него защиту. Едва заметная, тонкая световая дымка не позволяла огню добраться до рабынь. Дрожащие и напуганные, они прислушивались к жутким звукам, доносившимся снаружи, и с надеждой ожидали госпожу, которой отчего-то поверили с первого же слова. И госпожа действительно вернулась.</p>
   <p>        Теперь вся озабоченность, изменившая первоначальный замысел, проявилась в полной мере. Невольниц недостаточно было просто освободить, проломив забор и отпустив восвояси. Куда им деваться? В джунгли? Хорошенькое получится спасение, отправить несчастных, и без того ослабленных женщин в тропический лес, где они почти наверняка и сгинут, так и не добравшись до цивилизации. Именно поэтому госпожа сперва и осматривала лагерь, уясняя диспозицию. По той же причине она не торопилась с освобождением, начав с возмездия, которое даже не планировала.</p>
   <p>        Это получилось спонтанно. Насмотревшись на производство героина, оценив его масштабы и моральное отношение персонала, без зазрения совести плодившего отраву, преисполнившись эмоций из-за обращения с рабынями, госпожа вышла из себя и устроила членам синдиката ад на земле. Лишь теперь, когда лагерь сгорал дотла, а уцелевшие беглецы терялись в джунглях, она более-менее успокоилась и вернулась за тем, за чем поначалу пришла. Она откликнулась на зов, ощутив его горечь в отчаявшейся душе, однако сейчас имела дело не с одним человеком, а сразу с девяносто двумя. Глядя на нее с надеждой, эти женщины обретали то, что у них давно отняли, и госпожа просто не могла их подвести.</p>
   <p>        Переносить людей по одному было так себе идеей. Кроме того, защитный барьер развеется, если госпожа удалится от него слишком далеко, и тогда огонь тут же пожрет всех внутри барака. Нет, здесь требовалось нечто более глобальное, что выходило за привычные рамки хирургического вмешательства. К сожалению, это означало изменение облика. Рабыни уже поняли, что имеют дело с чем-то очень необычным, не поддающимся объяснению и даже сверхъестественным, однако до сих пор это укладывалось хоть в какие-то границы альтернативного восприятия. Подлинный вид госпожи наверняка произведет на них неизгладимое впечатление, кардинально отличное от предыдущего, однако деваться было некуда.</p>
   <p>        Вздохнув, госпожа упокоила волнение невольниц и попросила их отойти. Затем остановилась в конце барака, словно ей для чего-то требовалось свободное пространство. Ее глаза загорелись белым, залучились так, будто в них зажглась настоящая звезда. И снова полился свет, но более ярко, насыщенно и совсем по-другому. Охватив всю фигуру госпожи, он объял ее сияющим ореолом, и вдруг за ее спиной раскрылись белоснежные крылья. Расставив руки, архангел словно раздвинула ими пространство, свернула его кольцом, и вот уже перед ней, проходя сквозь реальность, протянулся длинный, куда-то уводивший нематериальный тоннель.</p>
   <p>        Стена барака никуда не делась. Его потемневшая древесина оставалась на прежнем месте, хранимая светящейся дымкой. Там, снаружи, бушевало пламя, доедая постройки и пожирая обугленную землю. Здесь, внутри, тоннель уходил и через дерево, и сквозь огонь. Зыбкий и словно призрачный, он неторопливо вращался будто вложенными кольцами, и его сиреневый цвет медленно мерцал, временами сменяясь то на фиолетовый, то на синий и голубой. Куда он вел — было не разобрать, ибо другой его конец терялся в неведомой дали, а вокруг не существовало привычного материального мира.</p>
   <p>— Живо сюда, — очень твердо, но без всякого давления в голосе велела архангел. — Идите смело. На другой стороне вас ждет свобода.</p>
   <p>        Впечатленные лучистым светом, пораженные белоснежными крыльями, невольницы не сразу повиновались, пребывая в некотором замешательстве. Разошедшаяся от архангела, мягкая световая волна вернула им чувство покоя и самообладания. Повинуясь своей защитнице, пришедшей не иначе как с небес, освобожденные рабыни поспешили в тоннель. С их глаз текли следы облегчения и радости. В сердцах, где уже ничего и не оставалось кроме горечи и тоски, возрождалась давно утраченная надежда. На ходу, оборачиваясь на госпожу, они благодарили ее за все и спрашивали, кому обязаны жизнью.</p>
   <p>— Это не имеет значения, — отмахивалась архангел. — Идите скорее, и пусть отныне все у вас будет хорошо.</p>
   <p>— Люмениферус. Ее зовут Люмениферус, — внезапно сказала женщина, спасенная из лап пьяного подонка.</p>
   <p>Та женщина, чей зов и услышала архангел, и на который явилась в эту зеленую, всеми забытую в джунглях дыру. Набравшись храбрости, она остановилась рядом со своей спасительницей и не сводила с нее расширенных, влажных от признательности и восхищения глаз.</p>
   <p>— И откуда бы ты это знаешь? — осведомилась архангел, пытливо глянув на разоблачительницу.</p>
   <p>— Просто знаю, — и сама не понимая, качнула головой женщина. — Я узнала это сразу, как только вас увидела. Вы услышали мои мольбы, и мне открылось, кто именно их услышал.</p>
   <p>— Задержись, — коротко велела архангел, продолжая отправлять остальных в тоннель.</p>
   <p>        За дальнейшую судьбу освобожденных женщин Люмениферус не переживала. Водить их за ручку все оставшиеся годы она не собиралась, а в остальном сделала достаточно, чтобы кардинально изменить их угасавшие жизни к лучшему. Тоннель вел не абы куда, и не просто выводил из джунглей. Другой его конец располагался там, где освобожденные сумеют худо-бедно устроиться, найдут себе и ночлег, и пропитание. Страны Золотого треугольника к этим краям не относились, однако и слишком развитые — тоже.</p>
   <p>        Архангел выбрала такое место, где появление стольких женщин не вызовет особого удивления, и где они сумеют найти надлежащую поддержку. В конце концов, в этом мире царило не только зло. Сердобольные люди все еще не перевелись, и различные центры помощи беженцам — тоже. Девяносто одна рабыня обретала свободу, и вряд ли они хорошо запомнят произошедшее. На последнем шагу, при выходе из нематериального тоннеля, их память основательно поплывет. Недавние события они если и запомнят, то очень смутно, путая наваждение с явью. Другое дело, как поступить с девяносто второй, опознавшей спасительницу по имени. Судя по всему, с ней предстоял особый диалог.</p>
   <p>        Круживший и мерцающий, тоннель исчез, ибо в нем более не было надобности. Снаружи все еще ревел, гудел исполинскими ульями неистовый пожар. Где-то там, невидимые из барака, с характерным треском валились деревья, подминая полыхавший забор. С грохотом рвались уцелевшие бочки с топливом. Барак же оставался нетронутым, все еще закрытый от огня светящейся дымкой. Ныне опустевший, только он и стал свидетелем непродолжительного разговора.</p>
   <p>— Откуда ты? — лаконично спросила Люмениферус, обойдясь без вопроса об имени.</p>
   <p>Она знала его и так, раз уж услышала горькие мольбы. В ответ женщина назвала столицу одного из государств Золотого треугольника.</p>
   <p>— Как ты сюда попала? — продолжила архангел.</p>
   <p>        И не помышляя что-либо утаивать, женщина вкратце поведала, как ее муж задолжал синдикату, крупно проигравшись на ставках, и как ее забрали в счет уплаты долга. Она считалась красивой, а женская привлекательность была востребованным товаром.</p>
   <p>— Та сама согласилась на это или как? — уточнила, с холодком в голосе, архангел.</p>
   <p>— Нет. Меня забрали насильно, — понурилась женщина, оживляя в памяти эти тяжелые воспоминания.</p>
   <p>— Понятно. Муженек твой, поди, не слишком этому мешал, — сразу потеплела к ней архангел, но уж точно не к ее супругу.</p>
   <p>Женщина не ответила, и ее молчание прозвучало красноречивее всяких слов.</p>
   <p>— Заяви ты мне сейчас, что сама вызвалась расплатиться за мужа — я бы оставила тебя здесь. Не в огне, разумеется. В джунглях. И выбирайся как угодно, — помолчав, заметила Люмениферус. — Такие жертвы я не приемлю. Нельзя расплачиваться собой за какого-то недоумка. Вот себя бы пусть в рабство и продавал.</p>
   <p>— Он меня не продавал, — тихо отозвалась женщина.</p>
   <p>— Но не особо и препятствовал, — прищурилась архангел. — Не защищай того, кто защиты недостоин. Настоятельно рекомендую к нему не возвращаться, иначе в следующий раз я уже не приду. Однако ты не закончила историю. Ты рассказала, как попала к этим скверным людям, но не конкретно сюда.</p>
   <p>        Вторая часть повествования была едва ли лучше первой. Запертая в гнусном притоне, женщина дала себе слово, что скорее умрет, нежели станет куклой для утех. И она бы его сдержала, не сломленная ни побоями, ни наркотиками. В известном смысле, ей повезло. К ней не применили обычные меры устрашения и воспитания. Ее даже не изнасиловали, как то обычно и бывало. Грядущий полицейский рейд, о котором стало известно заранее, переполошил весь притон. Его срочно свернули, а всех женщин вывезли в некое подобие центра временного содержания. Там они томились в ожидании, куда их в итоге распределят. Оттуда же закрывалась потребность в рабском труде. Выполняя срочную заявку, узниц хватали второпях и не глядя. Женщина не попала в бордель, где наверняка покончила бы собой. Как и многих других, ее увезли в зеленую дыру Золотого треугольника.</p>
   <p>        Для Люмениферус все прояснилось окончательно. Едва заметно кивая, она смотрела на женщину светившимися глазами.</p>
   <p>— Теперь я не удивляюсь, что услышала зов твоей души, — подытожила она. — Твоя гордость, отказ подчиняться обстоятельствам — весьма нечастное явление. Чем мириться с навязанной тебе судьбой, ты предпочла бы умереть. Ты не желала терпеть несправедливость. Ты даже не молила о спасении — только лишь о возмездии. За то, как обошлась с тобой сама жизнь. Что ж, теперь ты лицезреешь его воочию.</p>
   <p>С этими словами архангел выразительно повела рукой. Полыхавший лагерь ответил ей неистовым ревом пламени.</p>
   <p>— Поверить не могу, что кто-то совершил подобное ради меня, — потрясенно прошептала женщина.</p>
   <p>— Мы еще не закончили, — сурово усмехнулась архангел. — Раз уж на то пошло… Ты сможешь указать то место, где тебя содержали? Полагаю, оно и сейчас не пустует.</p>
   <p>— Думаю, да, — помедлив, кивнула женщина.</p>
   <p>— Тогда иди сюда, — велела архангел.</p>
   <p>Немного тушуясь льющегося света, женщина тихонько приблизилась. Подхватив ее на руки, Люмениферус взмахнула крыльями и взмыла вертикально вверх. Пробив деревянную крышу, она поднялась в ночное небо и понеслась со своей ношей прочь, оставив позади и пылающий лагерь, и немедленно загоревшийся барак.</p>
   <p>        В ночи, среди бегущих туч муссонов, город сиял огнями, чьи упорядоченные, а местами и неровные цепочки охватывали улицы и кварталы, перебегая по окраинам бесформенными россыпями. С высоты, непривычной для человека, опознать какое-то отдельное место было довольно трудно. Женщина терялась, не без труда направляя неожиданный, потрясший ее полет. Приняв во внимание человеческую природу, Люмениферус снизилась. Кружа над городом, она прислушивалась к ощущениям женщины, несомой на руках, и постепенно сужала область поисков. Так они нужное здание и нашли.</p>
   <p>        Женщина вспоминала не столько умом, сколько чувствами, а Люмениферус улавливала их получше всякого сканера. Уверенность пришла, когда они подлетели совсем близко, а затем и вовсе опустились на землю, в темном закутке какой-то улочки.</p>
   <p>— Здесь, — ткнула пальцем женщина, невольно задрожав от нахлынувших воспоминаний.</p>
   <p>— Уверена? — складывая крылья, уточнила архангел, однако и сама ощутила ответ.</p>
   <p>Пристального взгляда, направленного в конкретную точку, более чем хватило. От двухэтажного, зажатого промеж других здания исходила аура, прекрасно читаемая ей даже на расстоянии. Точнее, не от здания, а тех, кто находился внутри. Похожее на склад, оно и было складом, с офисными помещениями наверху и обширными секциями внизу. Вот только товар там находился довольно специфический, отнюдь не расфасованный по ящикам и коробкам. Подозрительные, маячившие на входе молодчики дежурили явно не просто так.</p>
   <p>        Велев женщине не высовываться, архангел отправилась одна. Спасенная и так натерпелась, чтобы лицезреть, что еще произойдет. Впрочем, прелюдию от нее скрыть не удалось. Подойдя к молодчикам, удивленным появлением столь прекрасной госпожи, Люмениферус мигом изучила их душевный фон, сквозившие чувства и излучение ауры. Вывод напрашивался однозначный — жалеть эту парочку явно не стоило. Насквозь порочная, она была частью невольничьего рынка, его структуры и производных цепочек, о чем ни мгновения не сожалела. Не стала сожалеть о ней и Люмениферус. Подхваченный ее рукой, один из молодчиков испустил ошеломленное ругательство, перелетел через улочку, грохнулся в мусорные баки и более не шевелился. Он только тихо стонал, пребывая в забытье. Другой отлетел в соседнюю стену, глухо в нее врезался, осел, и остался сидеть, оглушенный ударом. Сорвав дверь с петель, со всеми замками и засовами, архангел шагнула внутрь и пошла на излучение страха, отчаяния и боли.</p>
   <p>        Недавний гнев рассеялся. Теперь Люмениферус вернулась к более спокойной манере. Она уже не жгла все подряд и не обращала дурных людей в сгустки пламени и горстки пепла. Быстро изучая всех, кто попадался на пути, она выводила их из строя более щадящими методами. Сторожившие склад, члены синдиката выбывали один за другим. Какие-то падали словно подкошенные, получив неотразимый удар, других сносило прочь, навстречу со стенами, лестницами и иными препятствиями. Это зависело от того, где находились они, и где находилась Люмениферус. Ввергая в беспамятство, расшвыривая негодяев словно пылинки, она быстро шла к своей цели, с каждым шагом становившейся все ближе.</p>
   <p>        Стрельба не поднималась. Оружие заклинивало, едва архангел оказывалась поблизости. Тревожные крики также не нарастали. Преступники просто не успевали понять, чего вдруг стряслось посреди тихой, ничего не предвещавшей ночи. Люмениферус это было на руку. О лагере в джунглях она не сожалела и спалила бы его опять, однако здесь, на окраине города, пылающий костер представлялся ей ни к чему. Тут лучше действовать потише, ограничиваясь основной задачей. Она не переживала, выживут ли после ее ударов эти скверные люди или нет. Она и так давала им шанс, не уничтожая целенаправленно, ну а там уж как повезет.</p>
   <p>        Пленницы отыскались в глубине, запертые в большой, лишенной света складской секции. Сорвав замки даже к ним не прикоснувшись, архангел осветила узилище, используя для этого волны собственного света. Пленницам требовалось успокоение, которое они тут же и обрели. Перестав дрожать и плакать, ощутив покой и проснувшуюся надежду, они ощутили и защиту, дарованную им этой неизвестной и такой прекрасной госпожой.</p>
   <p>— На выход, — коротко велела та, отступая на пару шагов и делая приглашающий жест рукой.</p>
   <p>        Овеваемые ласковым светом, пленницы не заставили себя ждать. Торопливо, гурьбой, они поднимались и спешили к выходу, сначала из тюремной секции, а затем и склада. Люмениферус насчитала шестьдесят три души, чье будущее до сих пор выглядело незавидно. Впрочем, дальнейшее тоже представлялось весьма туманным. В отличие от тех, кто прошел через тоннель, эти женщины оставались в городе, где промышлял преступный синдикат. Вероятность их повторной встречи была достаточно высока.</p>
   <p>        Выводя освобожденных пленниц, архангел закусила губу и размышляла, не открыть ли тоннель еще раз. Уже на выходе, ступив на улицу, она совсем было собралась это сделать, как вдруг услышала приближающийся звук мотора, сопровождавшийся визгом полустертых шин. Повернувшись, она увидела микроавтобус. Из ветрового люка уже высовывался какой-то человек, державший в руках отнюдь не тубус архитектора. Еще пара выглядывала из окон, и еще один на ходу приоткрывал боковую дверь.</p>
   <p>        При всем своем могуществе, Люмениферус опять упустила из виду видеонаблюдение. Обезвредив охрану, она благополучно попалась в объективы камер, скрытно понатыканных там и сям. Кто бы через них ни смотрел, он наверняка впечатлился ее вторжением и тут же отправил на склад подмогу. Не дожидаясь приближения к той, кто расшвыривала крепких мужиков как слепых щенят, эта подмога открыла шквальный огонь.</p>
   <p>        Проще всего было уничтожить машину пламенем или, хотя бы, подбросить ее в воздух, как это произошло недавно с внедорожниками и грузовиками. К сожалению, для города театральный эффект выглядел чрезмерно, и свидетелей вокруг было хоть отбавляй. Даже ночной порой, всегда найдется чей-нибудь смартфон, запечатлевший нечто очень лишнее. Кроме того, спасенные женщины пока еще не увидели ничего из ряда вон, и вполне могли обойтись без воздействия на память. Мгновение поколебавшись, Люмениферус выбрала менее зрелищную тактику.</p>
   <p>        Пули расплавлялись, не достигая цели. Архангел не могла допустить, чтобы преступники стреляли в нее, а попали в освобожденных пленниц. Этого как раз никто не замечал. Внимание привлекала пальба, а никак не ее результаты, которых откровенно не наблюдалось. С ней требовалось покончить побыстрее. Выстрела из гранатомета не последовало. Архангел шевельнула пальцами, будто смахивала крошку со стола. Стоявшие вдоль улочки, столбы электропередач внезапно покосились, будто их подрубил топор дровосека. Быстро накреняясь, они сорвались в неудержимое падение. С надсадным звоном лопнули стальные провода. Вытягивая их шлейфы, заискрившие потревоженным электричеством, столбы наискось рухнули на проезжую часть. Перегороженная тем, что вполне сходило за бревна, она стала непроходимой для любого транспорта, исключая, разве что, танки. Микроавтобус тут же проверил это на себе.</p>
   <p>        Первое столкновение подбросило машину вверх. Поврежденная ось заскрежетала, однако скорость и сила инерции сделали свое дело. Перескочив через препятствие, микроавтобус ринулся было дальше, но тут же натолкнулся на второй упавший столб, на который навалился третий, а за ними протянулся и четвертый. Этот удар стал для него фатальным. Мгновенно разбившись, фары вылетели вперед звенящими осколками, а вместе с ними вылетел и водитель, пробивший лобовое стекло. Потеряв передние колеса, микроавтобус смял весь передок, задрал заднюю часть, а затем кувырнулся через нос. Падение сопровождалось диким скрежетом сминаемого металла. Столкнувшись с еще одним столбом, микроавтобус снова подпрыгнул, громыхнул и завалился на бок, истекая лужей хлынувшего бензина.</p>
   <p>        И все-таки грянул взрыв. Боевик с гранатометом, так и не пальнув по сверхсильной женщине, поставил точку в приключившейся аварии. Вряд ли он сделал это намеренно. Скорее, тому способствовала мешанина внутри микроавтобуса, уподобившегося взболтанной консервной банке. Разнеся все в клочья внутри, взрыв разнес и машину, окончательно обратив ее в груду искореженного металла. Теперь уже пылающего металла, с сорванными дверями и зияющими дырами в корпусе. В живых не осталось никого, включая выброшенного через лобовое стекло водителя. Прокатившегося по мостовой, его придавило своим же упавшим транспортом.</p>
   <p>        Люмениферус тихо ругнулась. Ничего подобного в ее замысел не входило, и уж тем более не очередной костер, в который машина обратилась посреди улицы. Взрыв повышибал все стекла соседних домов. По всему кварталу взвыла и начала голосить автомобильная сигнализация. Послышались крики окрестных жильцов, к которым присоединялись и другие нежелательные звуки. Звуки раздались и у входа на склад. Освобожденные женщины разбегались. Отвлеченная микроавтобусом, Люмениферус потеряла успокаивающий контроль, и теперь они спасались, кто куда.</p>
   <p>        Узрев беглянок, архангел снова отпустила ругательное словечко. Она хотела восстановить порядок, снова окутать женщин волнистым светом, однако б<emphasis>о</emphasis>льшая их часть оказалась вне прямой досягаемости. Унося ноги от склада, подальше от выстрелов и взрыва, освобожденные растворялись в ночи, скрываясь в переулках и тенях. Догонять их поодиночке не было никакой вменяемой возможности. Впрочем, была ли в том нужда? Всех на свете не спасешь, к чему Люмениферус, даже при своем отношении к миру, отнюдь и не стремилась. Оценив ситуацию, она лишь пожелала беглянкам удачи, после чего сочла, что свою работу здесь выполнила. Осталась самая малость, к которой она тут же и направилась, потеряв к остальному всякий интерес.</p>
   <p>        Женщина из лагеря оставалась там, где и было велено. Несмотря на инцидент с микроавтобусом, она терпеливо ожидала возвращения спасительницы. Она лишь придерживалась тени, не без опаски выглядывая из-за угла какой-то постройки. Появление светоносной сущности вызвало на ее лице облегченную улыбку.</p>
   <p>— А ты чего не убежала? — подняла бровь Люмениферус.</p>
   <p>— Я вам верю, — только и сказала женщина.</p>
   <p>— Хм. Даже так, — протянула архангел. — Ну и что прикажешь с тобой делать?</p>
   <p>Поигрывая пальцами, она изучающе оглядела освобожденную рабыню, словно примеряясь и прицениваясь. Вот уже вторично она меняла на ее счет свои намерения.</p>
   <p>— У тебя родные, близкие есть? — пытливо осведомилась Люмениферус. — Муженек не в счет, — предупреждающе добавила она.</p>
   <p>Женщина ответила, что у нее осталась сестра, однако та живет далеко, в другой стране. Добраться до нее будет очень трудно.</p>
   <p>— Тоже мне проблема, — фыркнула архангел, способная мгновенно перемещаться сквозь любое пространство.</p>
   <p>        Расставались уже у дома упомянутой сестры. Небольшой, но уютный, он спал, погруженный в убаюкивающую темноту. На дворе по-прежнему стояла ночь, ибо с момента сожжения лагеря прошло совсем немного времени. Даже с человеком на руках, архангел летала с огромной скоростью.</p>
   <p>— Это хорошо, что она живет так далеко. Здесь до тебя те мерзавцы вряд ли доберутся, — заключила архангел, подразумевая торговцев людьми и синдикат.</p>
   <p>— Надеюсь. Еще не хватало впутать в это сестру, — обеспокоенно вздохнула женщина. — Она милая и добрая. Она уж точно ничего такого не заслужила.</p>
   <p>— Если что — зови. Я приду, — тронутая заботой о ближнем, неожиданно предложила Люмениферус.</p>
   <p>Уже протянув было руку, она передумала ослаблять бывшей рабыне память.</p>
   <p>— Значит, я буду вас помнить? — тихо уточнила та, догадавшись об этом намерении.</p>
   <p>— Будешь, — кивнула Люмениферус. — Пожалуй, не стоит разрывать такой контакт. Иначе второй раз я могу тебя и не услышать.</p>
   <p>— Я думала, вы слышите всех, — невольно удивилась женщина. — Вы же… ангел?</p>
   <p>— Всех не слышит даже мой брат. Все-таки он лишь архангел, а не отец, — качнула головой Люмениферус.</p>
   <p>— А кто ваш брат? — не в силах сдержать любопытство, заинтригованно спросила женщина.</p>
   <p>— Люцифер, — коротко отозвалась Люмениферус.</p>
   <p>        Женщина ахнула. Невзирая на края, язык и религию, это имя было известно по всей земле. Машинально отпрянув, она отступила на шаг и теперь перебегала по спасительнице округлившимися глазами. Люмениферус заподозрила, что сболтнула лишнее. С другой стороны, отношение людей было в принципе далеко от справедливого, ибо далеко оно было и от истины.</p>
   <p>— Не пугайся. Все совсем не так, как принято считать, — спокойно молвила архангел, даже и не думая внушить что-либо насильно.</p>
   <p>— А что я должна думать? Вы же говорите о дьяволе, — напряженно ответила женщина.</p>
   <p>— Он не только мне брат. Подумай об этом, — предложила Люмениферус.</p>
   <p>— А кому еще? — озадаченно произнесла женщина.</p>
   <p>— Вот я и говорю: подумай, — не стала прояснять очевидное Люмениферус. — На досуге. Когда успокоишься и отдохнешь. А на сегодня с тебя достаточно.</p>
   <p>        Странное, совершенно непредвиденное знакомство подошло к концу. Архангел дала это понять более чем красноречиво. Она и так задержалась сверх всякой меры, чтобы посвящать столько времени одному человеку.</p>
   <p>— Вы меня прогоняете? — понурилась женщина, чья душа опечалилась расставанию со светоносной сущностью.</p>
   <p>Инстинктивно, ей хотелось всегда оставаться рядом, никогда эту сущность не покидать.</p>
   <p>— Прогоняю? Я доставила тебя в твой новый дом. И не стерла память. По-моему, этого достаточно, — усмехнулась архангел. — Иди к своей сестре. Только лишнего не болтай. Мы с тобой никогда не встречались, и ты обо мне даже понятия не имеешь.</p>
   <p>— Мы еще увидимся? — только и спросила женщина.</p>
   <p>— Как знать, — послышался неопределенный ответ.</p>
   <p>        Расправив белоснежные крылья, Люмениферус махнула на прощание рукой и тут же поднялась в ночное небо. Но не полетела. В этом более не было необходимости. С негромким звуком, словно в воздухе возникла упругая волна, она мгновенно исчезла где-то в пространстве.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>– 3 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        С самой зари человечества, с первых шагов по земле его историю всегда сопровождали войны. Войны за все, начиная от ресурсов и заканчивая идеологией. Менялся только их характер, отражая развитие цивилизации и ее морально-технический уровень. Суть оставалась неизменной. В любую эпоху, в каждый культурный период люди не прекращали воевать, и даже мирные годы зачастую использовали для того, чтобы подготовиться к новой войне. Складывалось впечатление, будто из суровой необходимости она превращалась в какую-то жестокую прихоть, неизменное выражение особенностей человеческой натуры. Необходимость увязывалась с борьбой за выживание; прихоть означала одно лишь следствие собственной природы.</p>
   <p>        Первобытные времена сложно осуждать. Очутившись во враждебном мире, где их жизнь непрерывно подвергалась смертельной опасности, люди выкручивались и приспосабливались как могли. Практически ничего не зная и еще меньше умея, они завоевывали себе место под солнцем, сплошь и рядом ценой нескончаемых жертв. Примитивное существование ограничивало их ум и способности, сосредоточенные исключительно на том, как прожить занимавшийся день, и как дотянуть до следующего.</p>
   <p>        О развитии не приходилось и говорить. Одетый в легкую тогу, глотнув расслабляющего вина, философ может себе позволить чертить на песке теории, устроившись в тени на теплой скамейке. Его далекие предки не имели такой роскоши, думая лишь о том, где бы раздобыть пропитание, и не погаснет ли огонь. Огонь, который у них не сразу и появился. Об этом они думали даже во сне, ибо привилегия сложных сновидений, грезы об иных мирах стали достоянием цивилизации, следствием продолжительного и многотрудного пути. У первобытных людей просто не было ни времени, ни возможности на фантазии. Долго, и очень долго им приходилось делать только одно — выживать. Оставшаяся в прошлом, безмятежность райского сада позволяла обладать абсолютным незнанием, не заботясь ни о чем на свете. Чуждая и враждебная, земля диктовала свои законы тем, кто по развитию недалеко ушел от беспечного младенца.</p>
   <p>        Схватки за ресурсы носили грубый и жестокий характер, но этот характер тогда носило все, от окружающего мира до социальных отношений между одиночками и группами. Утонченные манеры и светское общество были далеко впереди. Столкнувшись с реалиями земного мира, завоевывая себе право на существование, люди фактически прогрызали его зубами и ногтями, мало чем отличаясь от животных. Они и не умели вести себя иначе, оперируя только тем, что имелось в их распоряжении. А имелось очень немногое. Кто не забирал свое — умирал; кто отступался и не вел борьбу — умирал; кто делился — тоже умирал. Возлюбить ближнего, делиться с ним последним было непозволительной роскошью, способной немедленно поставить крест на примитивном существовании. И винить людей за это было априори невозможно. Во всяком случае, по совести, присущей не только им, пусть она и проснулась, заговорила гораздо позднее.</p>
   <p>        Первобытные стычки происходили исключительно за пищу и место жительства. Порой, за размножение, если с первыми двумя заботами удавалось все уладить. На первых порах, все было очень просто, как и сами люди, не ведавшие ничего кроме удовлетворения основных потребностей. Так продолжалось долго, очень долго, но потом на смену им пришли стычки племенные.</p>
   <p>        Мало-помалу, человечество выбиралось из объятий животной природы; маленькими шажками, иногда делая большой исторический шаг. Первая социализация привела к формированию племен, где отдельные личности стали ассоциировать себя с той или иной популяцией. Меняя образ жизни, это принесло человечеству несомненные плюсы, однако возросли и минусы. Отныне воинственные проявления носили не индивидуальный, а племенной характер. Люди нападали друг на друга просто потому, что они были из разных сообществ, ну а раз так, то вполне можно отнимать любые ресурсы. Визуальные, телесные отличия — следствие разных регионов обитания, — еще больше усугубляли дело. Разраставшиеся племена становились более сложными в части общественного устройства. Одновременно с этим увеличивались градус и масштабы войн. Чужаки — суть те же люди, только живущие в другой социальной группе, — убивались подобно добыче на охоте, и это считалось в порядке вещей.</p>
   <p>        Появление религии, в ее зачаточной форме, положило начало войнам иного рода. Прежде они велись исключительно за материальные ценности. Теперь же они могли разразиться из-за ценностей бесплотных. Именно бесплотных, ибо духовными их пока называть не получалось. Забыв, откуда пришли, люди подсознательно искали то, чего лишились. В силу уровня развития, альтернативной заменой стали идолы. Поклоняться проще всего тому, что очевидно видишь, чего боишься и не понимаешь. Воплощая силы природы, идолы трансформировались у людей в восприятие высших сил. Потом начали трансформироваться и сами идолы, плодясь и усложняясь в огромном многообразии. Само собой, это напрямую отразилось в социуме.</p>
   <p>        Было бы странно, окажись у разных племен, да еще разделенных расстоянием регионов, одни и те же объекты для поклонения. Воображение у всех разнилось. Укоренившись в одном обществе, она передавалась по наследству, однако у другого общества были свои представления о мире, особенно если он визуально и климатически отличался. Воплощая и пестуя своих идолов, люди поклонялись им все более изощренно, придумывая обряды и ритуалы, праздники и мольбы. Накапливая культурный опыт, они уже не мыслили без них себя, и всю свою жизнь начинали связывать с суеверными фантазиями, воплотившимися в неотъемлемую часть существования.</p>
   <p>        Вместе с различиями в религии появилась и религиозная нетерпимость, только тогда она называлась и воспринималась иначе. Доселе одно племя нападало на другое потому, что оно именно "другое", и это позволяло убивать и грабить без зазрения совести. Теперь же война могла начаться из-за чуждого капища, чтобы порадовать своих идолов и избавиться от воздействия других. Жрецы и шаманы не усмиряли, а только подхлестывали этот убийственный настрой, призывая защищать своих покровителей и в удовлетворение им повергать чужих. Давно забыв про истоки, блуждая в потемках невежества, древние люди погрузились в свои верования, и с тех пор вера заменила им все, чего они не знали или не хотели знать. Удобная по форме, она дарила ощущение уверенности и защиты, позволяла подавить глубинные страхи и давала ответы на вопросы, даже если эти вопросы были в корне неправильными, а уж ответы и тем более.</p>
   <p>        С развитием религии войны приняли особый, специфический характер. Чем сложнее становился человеческий строй, тем большую изобретательность он проявлял в истреблении себе подобных. Оставшись прежними по сути, идолы преобразились в богов. Как существа иного уровня, боги требовали другого отношения, которое люди им охотно выказывали. Подспорьем в этом становились адепты иной религии, которых можно было завоевать, принести в жертву, либо сделать рабами, ибо лжеверующий чужак не имел таких же прав, как верующий истинно. Разумеется, войны за ресурсы и территории не прекращались, однако все чаще они порождались соответствующим отношением к инакомыслящим. Того, кто не разделял религиозных убеждений, вполне себе свободно можно грабить, убивать и брать в полон, и сами боги на это благословят — не то что не накажут. Инакомыслие, впрочем, со временем приняло отдельную форму, отличную от веры. Разные по сути, они роднились только отношением — неприятием и враждебностью тех, кто иного мировоззрения не принимал.</p>
   <p>        Разраставшаяся цивилизация начала вести не просто войны, а войны глобальные, приводившие к ее частичному уничтожению. С карты мира исчезали уже не только племена, а и целые государства, очень даже могущественные и развитые. Уникальные культуры поглощались и вымирали, как и народы уходили в небытие или ассимилировались. В какой-то момент религиозное доминирование стало очевидным, и именно оно начало определять весь последующий эволюционный характер.</p>
   <p>        Сражаясь во имя веры, люди не забывали на этом наживаться, умерщвлять себе подобных и присваивать чужое имущество, однако не забывали и распространять свою победившую религию на побежденных. При этом сама суть их верований особого значения не имела — непосредственно война всегда порождала одно и то же. Чем бы ни руководствовалось человечество и какие бы идеалы ни исповедовало, конечный результат оставался неизменным: кровь, смерть, неисчислимые страдания, насилие и нажива. Благословляемые священнослужителями, вместо любви и сострадания солдаты несли боль и горе, охотно прибирая к рукам имущество побежденных. Материальные ценности никуда не делись — наоборот, они только набирали обороты, шли в гору по мере развития цивилизации и появления новых мирских благ. Вот только теперь они шли рука об руку с ценностями духовными, отвергавшими их на словах, однако на деле вызывавшими еще большую жажду если уж и не злата, то власти.</p>
   <p>        Принято считать, что золото и власть суть одно и то же. Владеющий огромным состоянием имеет столько власти, сколько у него богатства, если не вдаваться в подробности пропорций. Но так случалось не всегда. Иные люди сознательно не стремились к обогащению, однако отнюдь не потому, что были святыми. Их интересовала только власть, в чистом ее виде; способность контролировать и формировать умы, диктовать другим свое видение мира, свою и одну лишь свою волю. Такие, пожалуй, были самыми страшными представителями человечества, и происходили, как правило, из пласта религиозных деятелей. Горе и боль, потери и страдания они порождали больше, чем все иные преступники вместе взятые, и останавливаться на достигнутом не собирались.</p>
   <p>        Нажива превратилась в следствие, фактическую награду за выполнение приказов. Движущая сила войн перешла исключительно к вере. Сталкивая цивилизации, идеологи мечтали заполучить себе новый человеческий ресурс, подчинить его своей воле. Альтернативой бывало истребление инакомыслящих. Радикальные взгляды зачастую не хотели подчинять себе другие народы. Их интересовало тотальное уничтожение всех, кто не вписывался в представляемую картину мира. Фанатизм, как самая крайняя, наиболее агрессивная форма религии, здесь проявлялся в полной мере. Служа своим учениям, фанатики всерьез полагали, что чем больше они прольют чужой им крови, чем больше загубят жизней, тем отраднее их встретят в некоем раю.</p>
   <p>        Верования дремучих, оставшихся в истории народов хотя бы оправдывались их образом жизни, с младенчества внушаемыми нормами. Учитывая эпоху и отсутствие знаний, их поведение вписывалось в окружающую действительность. Конец их бесчинствам положила сама цивилизация. Познав ее плоды, они отказались от кровавых вакханалий и предпочли менее жестокое существование. В более развитом сообществе, где моральные ценности стали отнюдь не пустым звуком, а научно-просветительский прогресс достиг небывалых величин, оправданий для глобального насилия не оставалось никаких. Однако оно лишь росло, как пресловутый снежный ком, и порой скатывалось в убийственную, сметающую все на своем пути лавину.</p>
   <p>        Идеология недалеко ушла от религии. По сути разные, в конечном счете они приводили к одному и тому же, причем регулярно использовали друг друга как инструмент в достижении целей. Один общественный строй пытался сокрушить другой с помощью всевозможных церквей и религиозных союзов, обрабатывая население и в первую очередь молодежь. Религиозные иерархи также не брезговали применять те же методы. Не гнушаясь достижений цивилизации, достигнутых вопреки их верованиям, они брали на вооружение социальную напряженность, увлечения и нужды людей, после чего использовали в своих интересах. Борьба за души разворачивалась нешуточная, хотя по факту ни о каких заботах о душе речь как раз и не заходила. В раздаваемые именем высших сил обещания едва ли верили сами идеологи. Она шла за человеческий ресурс, моральную обработку граждан и паствы, рабскую покорность и подавление инакомыслящих.</p>
   <p>        Казалось бы, с развитием цивилизации, открывавшей для себя законы мироздания, просвещение было просто обязано все изменить. Постигая свою природу, имея в распоряжении то, что древние приписывали идолам, люди должны были выйти совсем на другой уровень, где убийства заменялись человеколюбием, а жестокость милосердием. Они и вышли. На уровень, где уничтожение себе подобных стало исчисляться миллионами, а насилие над ними приобрело высокотехнологичный, крайне изощренный характер. Идеологи, в лице представителей религии, властолюбцев и магнатов, еще масштабнее делали свое дело, пытались заполучить весь мир и подменить собой его основу. Они не желали познать истину. Их интересовало только то, во что они сами верили, а верили они исключительно в то, что их устраивало. И даже если ангел спустился бы с небес, они предали бы его анафеме, опутали ядовитой ложью и объявили ему войну.</p>
   <p>        Трактовка законов, фундаментальных религиозных текстов, будто зеркало, отражала подлинные намерения их трактующих. Истина их не волновала. Ее требовалось подогнать под определенные рамки, впечатать в желаемую пресс-форму, сделать орудием своих замыслов. Не закон или сакральный текст порождали намерение, хотя бывало и такое — намерение искало пути, как подстроить под себя закон или текст. Казуистика здесь достигала гениальности, чтобы черное перекрасить в белое, а белое в черное. Игрой набора слов, благодаря неточностям языка, находились лазейки даже в основополагающих учениях, которые видоизменялись с течением лет. Все неугодное оттуда попросту вымарывалось. Истина приносилась в жертву словоблудию, а красноречие одерживало победу даже над самой незапятнанной правдой.</p>
   <p>        Искаженное восприятие реальности, насаждение ложных учений и дурных страстей не оставляли места для справедливости. Задвинутая в темный чулан, она еще пыталась как-то воспрять, не сгинуть в паутине лжи. Ее отдельные проявления служили путеводным светом; лучом для тех, кто пока не сдался и не опустил руки, на что-то надеялся и мечтал о лучшем. К сожалению, она носила очень ограниченный характер. Получай по заслугам идеологи, отравлявшие на смерть миллионы — в этом и заключалась бы подлинная справедливость. За кровь и страдания, загубленные жизни и душевную боль возмездие должно было наступать неотвратимо. Однако не наступало.</p>
   <p>        За редким исключением, идеологи процветали. В комфортабельных условиях, с иголочки одетые, они росчерком пера обрекали страдать многие миллионы, имея под рукой преданных лакеев и надежные бункеры. Пока гибли целые народы, пока они испытывали лишения и несли на руках своих мертвых детей, идеологи вкушали все блага, даже и не думая раскаиваться в том, что сотворили. Иные фанатики, впрочем, отказывали себе в мирских удовольствиях, однако расплачивались за их фанатизм простые люди. За все всегда расплачивались простые люди. За чужие прихоти, насаждаемую веру или взгляд на мир они рассчитывались кровью, незаживающими ранами в душе и судьбой нерожденных поколений. Эта справедливость — не подлинная, а извращенная и гипертрофированная, — была в мире нормой. Не ведая настоящей, не находя ее нигде несмотря на все мольбы, простые люди впадали в отчаяние. Они либо подчинялись горькой судьбе, утешая себя самообманом некой веры, либо гибли, в попытках оказать ей хоть какое-то сопротивление. Живого примера, не абстрактного маяка перед глазами, способного указать им путь, просто не было. Никто не приходил на их защиту, и никто не протягивал руку помощи, отчего несчастным только и оставалось, что блуждать впотьмах, принимая лжеучения и насаждаемые ценности.</p>
   <p>        Казалось бы, это отношение проявлялось исключительно к врагам, объявленными таковыми за общественный строй, религию, расу или даже пол. Ненавидя соперников, стараясь их переубедить, завоевать или уничтожить, идеологи были просто обязаны позаботиться о своих адептах, сторонниках учения и верноподданных. Не тут-то было! Они воспринимались как презренная масса, безликий расходный материал. Их призывали на заклание под знаменами вероучений и патриотизма, насаждаемых в принудительном порядке. Все это сопровождалось обязательной героизацией на поле боя, лишениями в некие трудные времена.</p>
   <p>        Простых людей идеологи не спрашивали — они требовали безусловного повиновения. Не гнушаясь и насилия к своим народам, они желали, чтобы те положили жизни на алтарь неких высших интересов. Награду обещали позднее, и в основном на небесах. Как правило, этой наградой становились гробы, наспех сколоченные из необструганных досок, и безымянные могилы. Счастливчикам выделяли дорогой цветной металл, в котором отправляли к безутешным родственникам, сопровождая бездыханное тело побрякушкой в виде ордена или медали. Но и это было еще не все. Даже к тем, кто сумел вернуться, большинство идеологов теряло всякий интерес, пока в них вновь не возникала надобность. В остальном же они превращались в отработанный материал. Отслуживших свое, солдат это касалось в первую очередь.</p>
   <p>        Восхвалявшими верную службу, бравурными речами сыт не будешь, и особенно здоров. Тем более, когда эти речи оставались в прошлом. Настоящие награды, включая титулы и материальные блага, получали фельдмаршалы и адмиралы; главы государств, религиозные иерархи и полководцы, множеством смертей вписавшие себя в историю. Солдаты, на своих плечах поднимавшие их величие, за редким исключением не получали ничего. Только они, простые люди, обеспечивали своим идеологам победу, но об этом никто и знать не хотел. Как максимум, их имена гравировались на каких-то камнях, буднично обрамляемых дежурными венками, а то и вовсе зараставших сорной травой. О выживших же не шло и речи, а ведь для них вся дальнейшая жизнь зачастую превращалась в самый настоящий ад. Умершие не чувствовали холода могилы. Их более не тяготил покинутый ими мир. Живые — тот самый отработанный материал, — чувствовали все, и в качестве награды они получали душевные травмы и физические страдания.</p>
   <p>        В разных странах, в разные эпохи судьба отслуживших солдат формально выглядела по-разному. В широком смысле, к ним относились решительно все, кто выполнял и выполнил приказы идеологов, однако солдатская доля представляла типичную судьбу наиболее показательно. Предоставленные сами себе, они пытались вернуться к обычной жизни, однако выходило далеко не у всех, и особенно у тех, кто получил какие-либо увечья. И захоти они работать, честно трудиться для себя и семьи — по объективным причинам это становилось невозможно. Списанные солдаты побирались, порой поблескивая настоящими медалями и орденами. Не видя другого пути, немалое число их шло в криминал, где физические недостатки, отсутствие конечностей были скорее плюсом, нежели минусом. К ним относились и душевные травмы, повлиявшие на психику и едва ли исцелимые. Они же доводили до алкоголизма, наркотиков, и даже до самоубийства, столь усердно порицаемого идеологами. Загубив несчастного до крайности, они не желали признавать, что сами и были тому виной. Человеческий ресурс должен отрабатывать до конца, без всякого права отказаться это делать.</p>
   <p>        Цивилизованное общество предполагало заботу. Даже в былые времена создавались различные организации, суть которых сводилась к благотворительности и уходу за отверженными, увечными и беспомощными. Их подлинные лицо и эффективность — вопрос отдельный, однако с развитием общества развивались и они. На смену похлебкам, работным домам и ночлежкам пришли госпитали для ветеранов, а они, в свою очередь, обрели новые черты и более широкие масштабы. Социализация, различного рода помощь охватывала многое. На бумаге это выглядело впечатляюще — уйма программ поддержки и реабилитации, медицинских услуг и психологического сопровождения. По факту же все это тонуло в обилии параграфов, установленных лимитов и приоритетов, хитросплетении законодательного крючкотворства. На первый взгляд, складывалось впечатление, будто помощь предоставлялась решительно всем, причем любая помощь, без ограничений. Действительность сплошь и рядом оказывалась иной.</p>
   <p>        Медицинская страховка — пугающие слова, за которыми крылась настоящая, вводящая в заблуждение и ломающая жизни казуистика. Обнадеженный неким полисом, человек воображал, что теперь о нем позаботятся. Случись чего — он не останется без поддержки, и ему не придется оплачивать счета, порой становившиеся безнадежно неподъемными. Реалии регулярно проступали другими, сродни бесплатной, ограничивающей во всем медицине. Вправить сустав или остановить кровотечение, заштопать порез или наложить компресс — это пожалуйста, чем регулярно занимались больницы уровня Красного креста. Аспирин они тоже давали, вместе с самыми дешевыми и повсеместно распространенными лекарствами. Помимо простых обследований, все остальное стоило денег, и зачастую немалых.</p>
   <p>        О серьезном лечении, пересадке органов или сложной операции людям с улицы оставалось только мечтать. Страховка дарила уверенность, что именно такого и не произойдет. Вот только они бывали разные, и обычно не предполагали полный набор любых медицинских услуг. Рассказать о том, что именно предоставляет конкретный полис, не всегда мог даже опытный юрист. В том числе потому, что своей судьбы человек не знал. Беда, пришедшая в его дом, заведомо не прогнозировалась и не отражалась ни в каком, пусть даже самом надежном страховом полисе.</p>
   <p>        Железное здоровье не служило гарантией ровным счетом ни для чего. Вирусные инфекции поражали печень, не упомянутую в медицинском договоре. Ни разу в жизни не кашлянувший, человек вдруг заболевал туберкулезом. Случайное отравление губило почки или пищеварительные органы. Внезапно пошедшая вразнос, челюсть оставляла без зубов и самой возможности вести нормальную жизнь. Спортсмен, чье здоровье служило эталоном, в смятении выяснял, что у него глиобластома или лейкемия, отсутствующая в страховом полисе. От бактерий, вирусов, отравы или радиации не был застрахован ни один человек, каким бы иммунитетом он ни обладал. Онкология же и вовсе объявлялась словно ниоткуда, зачастую без всяких на то прогнозов и предпосылок. Предугадать ее появление было едва ли возможно. Составляемые на известных данных, страховые полисы имели свою цену, и они, как правило, не учитывали того, что никто не мог предсказать. Но то полисы добровольные, которые любой желающий оплачивал сам, исходя из своего кошелька и предполагаемого набора услуг. Бывали полисы по готовой программе, то есть предоставляемые неким работодателем, включившим туда что-либо по своему выбору. К таким работодателям относилось и министерство обороны. И вот здесь, без прикрас, проявлялась подлинная стоимость жизни отслужившего солдата.</p>
   <empty-line/>
   <p>        На измятой, давно не перестилавшейся постели лежал умирающий. Кашель налетал порывами, терзавшими его исхудавшее, утратившее былую силу тело. В такие периоды он сотрясался, задыхаясь и полагая, что настал его конец. С трудом хватая воздух, он прижимал к груди асбестовую руку и давил, выдавливал из себя остатки воздуха, с трудом насыщавшего больные легкие. В глазах темнело, голова шла кругом. На губах выступала розовая пена. Наполняя рот, кровь проливалась к подбородку, вырывалась прочь в надсадном мучительном кашле. Брызгая вокруг, ее капли разлетались алой моросью, оседали на кровати и потертых, давно утративших узор обоях. Бурые пятна — целая россыпь больших и малых пятнышек говорила, что такое происходило не впервой.</p>
   <p>        Продолжая содрогаться, умирающий прижимал ко рту смятую тряпку, в которую превратилось некогда хорошее полотенце. Впитывая кровь, она становилась еще непригляднее и темнее, разделяя участь других, валявшихся на полу бесформенной грудой. Казалось, этому припадку не будет конца, а если он и прекратится, то вместе с исчезавшим дыханием. Но вот кашель стихал, отпуская свою измученную жертву. Весь в испарине, умирающий откидывался назад, на продавленную, давно отслужившую подушку. Закрывая глаза, он старался забыться, чтобы встретить неизбежное во сне. Влажная от пота, его грудь вздымалась пугающе редко, однако говорила о том, что умирающий еще жив.</p>
   <p>        Тишину слабеющего дыхания не нарушало даже тиканье настенных часов. Израсходовав батарейку, они давно остановились, окончательно превратившись в нерабочий раритет. Исправно служили только электронные, воткнутые в розетку позади тумбочки. Радио в них не играло. Сбившиеся настройки требовали наладки, а это, в свою очередь, требовало вмешательства умирающего, на что у него сил попросту не хватало. Фактически, теперь их не было ни на что, ограничиваясь удовлетворением физиологических потребностей, и каждый такой эпизод превращался в настоящий подвиг. Оттого и грудились, источая запах, смятые тряпки, впитавшие в себя немало крови. О стирке уже не шло и речи. По той же причине некогда прибранная, по-армейски образцовая комната имела унылый и запущенный вид.</p>
   <p>        Неуклонно нараставший, слой пыли лежал на всем, к чему не прикасалась некогда крепкая рука. Книжные полки были покрыты им особенно плотно. Их цветастые корешки посерели, словно перекрашенные сумерками. В промежутках между томами, некогда не возвращенными на место, притаились целые залежи. Пыль покрывала комод, вместе с тамошними безделушками и оставленными вещами, стелилась по шкафу, осыпаясь с него неприглядными снежинками, насыщала ковровую дорожку, тянувшуюся от кровати к дальней стене. Пол она покрывала всюду, исключая отпечатки неуверенных, сдававших с каждым днем ног. Она захватила даже зеркало, висевшее над журнальным столиком. Словно стеклоочиститель, пару раз его отирала, наискось, чья-то неуверенная рука, но и эти прогалины уже подернулись вездесущим серым налетом. Меньше всего пыли было лишь на тумбочке. Простой, в пару отделений, деревянной тумбочке, стоявшей у изголовья кровати. Тускло поблескивая стеклом, там расположился графин с водой, в компании ничем не примечательного стакана. Там же, частично свалившись на пол, лежали какие-то бумаги, с россыпью характерных бурых пятен. Их окровавленную стопку, внешне случайную и разнородную, объединяли штампы отказа.</p>
   <p>        Бюрократия выносила свое неумолимое слово, проставляла штемпелем вердикт. Умирающего никто не лечил. В его запросах фигурировали        только причины отказа, и то если до них снисходила бездушная система. Страховка не предусматривала дорогостоящие процедуры. Своевременно не сделанная, в какой-то момент операция стала не просто бесполезной, а и невозможной. Не покрываемая полисом, она требовала денег, которых у больного просто не было. Еще больших денег стоила терапия, оставлявшая хоть какие-то шансы на спасение. Не сумев собрать на операцию, больной тем более не собрал их на усложнившееся лечение, и так превратился в умирающего. Ему доставалась лишь паллиативная помощь, позволявшая менее болезненно сходить в могилу. И то до поры.</p>
   <p>        Анальгетики уже едва помогали, заставляя кряхтеть и стонать от боли. Стоявший у кровати, кислородный баллон насилу справлялся со своей задачей, даруя в минуты кризиса лишь незначительное облегчение. Опухоль разрасталась. В терминальной стадии, она стремительно добивала еще здоровую ткань, превращая легкие в бесполезный кровоточащий мешок. Неумолимо приближаясь, смерть уже наложила отпечаток на восковое, покрытое испариной чело страдавшего человека. Он уже не бежал от нее. Устав от боли и едва дыша, теперь он хотел лишь одного — чтобы все закончилось побыстрее. Он больше не прикладывал к лицу маску кислородного баллона, ибо это лишь затягивало мучительную агонию. Единственное, на что он теперь надеялся — это скончаться в забытье.</p>
   <p>        В праве на жизнь отказывал сам мир, та система и те идеалы, за которые умирающий ее отдавал. Он честно служил, выполняя свой долг, за что был многократно отмечен и награжден. Об этом говорил мундир, висевший в запыленном шкафу, и в его зеркальной, частично приоткрытой дверце отражались шевроны и многочисленные медали. Полный сил и здоровья, он был востребован на службе и оставался на хорошем счету у начальства. Когда здоровье пошатнулось, а упадок сил начал выводить из строя, служба закончилась принудительной отставкой.</p>
   <p>        Нюанс заключался в том, что болезнь стала следствием должностных обязанностей, нанесших непоправимый вред некогда крепкому организму. Солдат не роптал. Есть такая поговорка: "на войне как на войне". Военная служба предполагала риск, автоматически таила в себе перманентную угрозу. Он знал, на что шел, и прекрасно понимал, что могут быть последствия. Вот о чем он понятия не имел, так это о том, что списанный из армии станет никому не нужен; что в качестве благодарности за заслуги ему предоставят право умирать.</p>
   <p>        От больницы, за которую пришлось бы платить, умирающий солдат отказался. Собственно, даже не больницы, а хосписа, ибо денег на лечение у него в принципе не было. Пенсии хватало только на простую жизнь, которую он решил закончить дома. Палата, иглы и белые стены были не тем местом, где он хотел бы навсегда закрыть глаза. Среди таких же безнадежных, исполненных тоски и отчаяния, он ощутил бы себя еще хуже, нежели здесь, в стенах пусть и скромной, но все же своей квартиры. Она пахла далекой юностью, со всеми ее и приятными, и терпкими запахами, смотрела дорогими сердцу вещами, нашептывала семейные истории и беззвучно наигрывала старые, давно уже вышедшие из моды мелодии. Развешенные на стенах, фотографии напоминали о минувших днях, и улыбки на них были преисполнены оптимизма и надежд. Родные, семья — они тоже оставались здесь, смотрели с фотоснимков такими знакомыми и жизнерадостными лицами. И все это теперь уходило, оставалось в прошлом, пересекая невидимую черту, за которой возврата уже не было.</p>
   <p>        Родные не бросили умирающего солдата — он отстранил их сам. Небогатые, не без труда сводившие концы с концами, они, быть может, и отдали бы для него последнее, однако именно этого умирающий допустить не мог. Им еще жить да жить, и уж тем более их детям, мечтавшим о колледже и чем-то большем, нежели работа в забегаловке. Его же песенка была спета, чтобы ради призрачного шанса, продления угасавшей жизни все близкие люди остались без гроша, крова и будущего. Понимая, к чему идет, умирающий вводил их в заблуждение, не открывая правды о своем здоровье. По мере развития болезни, все общение он свел до минимума, ограничиваясь лишь звонками, становившимися все более формальными и редкими. В минуты кашля он и вовсе их пропускал, перезванивая позднее, когда наступало облегчение, и поддерживая обман. А то и не перезванивая вовсе.</p>
   <p>        Вероятно, родные обижались, что с ними обошлись таким образом. С этим приходилось жить, причиняя небезразличным людям душевную боль, ибо истина причинила бы еще больше боли, сломав уже не одну жизнь, а сразу несколько. Это было тяжело — очень тяжело, самостоятельно лишить себя моральной поддержки, возможности услышать слова утешения, в трудный момент, в последнюю минуту перед самым концом. Умирающий сознательно пошел на эту жертву, однако давалась она с трудом, усиливая и без того нараставшие страдания.</p>
   <p>        Новый приступ кашля оторвал солдата от затхлой подушки. Его силы таяли словно воск, оплавляемый догоравшей свечой. Кашель стал сильнее. Пошедшая кровь тут же пропитала весь полог испачканного полотенца. В какой-то момент ее стало так много, что умирающий подумал, будто вот-вот захлебнется. Хрипя и отплевываясь, он содрогался в жестоком приступе, словно набравшем мощь для решающей атаки. Хладная смерть замаячила перед глазами, в которых потемнела и комната, запыленная сверх всякой меры, и даже солнечный свет, пробивавшийся через неухоженные шторы. Ночь уплывала на запад, уступая черед рассвету, и этот рассвет, судя по всему, становился последним в угасавшей жизни.</p>
   <p>        И все-таки кашель снова отступил, напоследок обагрив одеяло сгустком крови. О себе не забыла напомнить и анемия, нараставшая по мере учащения приступов. Головокружение, темноту в глазах, снижение температуры тела и растущую слабость вызывала не только разраставшаяся опухоль. Их усиливала кровопотеря, в последние дни приобретавшая ярко-выраженный характер. Бороться с ней было бессмысленно, ибо сейчас умирающему не помогло бы и все железо мира, а переливание крови лишь продлило бы предсмертные часы, да и то ненадолго. Скорее бы уже конец. Посмотрев на кислородный баллон, солдат удержал свою руку усилием воли. Пользуясь передышкой, вместо этого он протянул ее к графину, стоявшему на прикроватной тумбочке.</p>
   <p>        Стеклянный и лишь наполовину полный, графин показался тяжелым словно гиря. С трудом налив себе воды, умирающий едва поставил его обратно — очень неаккуратно и на самый край. Болезненно, со свистом дыша, он поднял стакан и потянул к себе, но на этом силы его кончились. Уже дрожавшая, рука так затряслась, будто через нее пропустили электрический ток. Она не слушалась и не могла служить как прежде. Настолько, что не выдержала вес стакана, чье содержимое расплескалось на кровать и ковровую дорожку. Ослабевшие пальцы не удержали ношу. Стакан упал на пол и разбился, а вместе с ним утекла и вода, которая была так нужна угасавшему телу. Она еще оставалась в графине, однако отпить из него не было возможности. Умирающий не удержал стакан — держать графин он в принципе уже не мог.</p>
   <p>        Откинутая на подушку, голова кружилась. Перед глазами, смотревшими куда-то вбок, неторопливо вертелся комнатой хоровод. По рукам, слабо подрагивавшим поверх одеяла, поползло покалывающее онемение. Кольнуло и в груди, тоскливо сжало еще бьющееся сердце. Теперь, напоследок, словно в издевательской гримасе, жизнь отказывала в такой малости как испить воды, облегчить последние минуты страданий.</p>
   <p>        По щеке умирающего потекла слеза. В своей судьбе, в подступавшей смерти он никого не винил — даже отказы врачей. Несостоятельную страховку, бездушность системы он воспринял со стоической терпимостью. Будь у него возможность снова выполнить свой долг — он выполнил бы его до конца, даже заведомо зная, к чему это приведет. Он достойно прожил бы все опять, перенес все тяготы и лишения, ибо только так он и мыслил свое существование, преисполненное чести и доблести. Солдат хотел служить — он уходил слишком рано, и только об этом просил безмолвную пустоту. Он не жаловался и не роптал, не мечтал кому-нибудь отомстить и не желал никому зла. Даже в самые трудные времена, перед лицом тяжелейших испытаний он не впадал в отчаяние, не ныл и не проронил ни малейшей слезинки. Одна-единственная стекала теперь, прочерчивая путь через исхудавшую, ввалившуюся щеку. Не выпить воды, просто перед смертью, было уж совсем тяжело и как-то даже подло.</p>
   <p>        Последний рывок. Собрав остававшиеся силы, умирающий попробовал подняться, чтобы дотянуться до графина. Прижав его к себе, он надеялся напиться хотя бы лежа, но понял, что уже не в состоянии этого сделать. Потекла вторая слеза. Тихо застонав, он снова попытался взять графин и тем сделал себе еще хуже. Доселе приостановившись, кровь пошла сильнее. Судорожно кашляя, отплевывая то, что текло по венам и дарило жизнь, а теперь же и убивало, умирающий солдат осознал, что ему осталось совсем недолго. Подтянув холодеющую руку, он прижал ко рту полотенце, от которого распространялся тяжелый запах. Отстирать его умирающий давно не мог, а кому-то другому было просто некому. Он взял бы и рубашку, ибо те все равно больше не понадобятся, однако ему пришлось бы встать и добраться до комода, а эта задача стала невыполнимой.</p>
   <p>        Сотрясая тело, кашель выжимал остатки жизни. Держа полотенце у лица, умирающий солдат теперь мало что видел. Прикрывая рот, полотенце прикрыло и глаза, тускневшие с каждой минутой. Терявший обоняние, нос уже не воспринимал исходившего от ткани смрада, как и язык металлический привкус крови. Отказывал и слух. В ушах нарастал неразборчивый шум, перемежавшийся тихим звоном. Начались слуховые галлюцинации, ибо ничем другим они не объяснялись. В комнате послышался странный звук, будто в ней возникла упругая воздушная волна. Возникла и тут же сошла на нет, так и не разойдясь далеко из породившей ее точки. Вслед за этим раздался еще один звук, менее странный и более узнаваемый. По ковровой, тянувшейся от кровати дорожке кто-то размеренно ступал, хрустя стеклом разбитого стакана.</p>
   <p>        Умирающий солдат ощутил странное облегчение. Вероятно, предсмертное, когда боль уходит, уступая место вечному покою. Опуская руку, он отнял от лица окровавленное полотенце, желая в последний раз увидеть хоть какой-то свет. Его тускнеющие глаза приоткрылись, медленно моргнули, и внезапно узрели рослого, средних лет, мужчину. Стоя у кровати, он смотрел на умирающего твердым, но при этом каким-то затаенно-ласковым взором. Умирающий солдат заморгал куда чаще. Он был уверен, что видит галлюцинацию, порожденную спутанностью угасавшего сознания. Широкий в плечах, ростом шести с половиной футов, мужчина был одет в строгий классический костюм. Черный, в тонкую полоску, тот идеально сидел на его атлетической фигуре.</p>
   <p>        Умирающий крайне неважно воспринимал происходящее. Для наваждения, причуды сдававшего разума, незнакомец выглядел слишком реалистично. В его наряде можно было рассмотреть даже самую незначительную малость, как и в суровом лице с художественно-правильными чертами. Волевой подбородок выражал врожденное величие. Его дополнял аристократический нос, присущий изваяниям античных императоров. Густые брови не топорщились, аккуратно изгибаясь под гладким, без единой морщинки, лбом. Не черные, а скорее темно-пепельные, волосы не казались длинными, но при этом и совсем короткими. Во взгляде светло-карих глаз сквозило сострадание, какового у галлюцинаций попросту не бывает.</p>
   <p>        Глядя на незнакомца, умирающий не понимал, прошла секунда-другая или гораздо больше времени. Уже расставаясь с душой, теперь он как будто очутился на волнах облегчающего покоя, перестав терзаться кровавой болью. Он снова ощутил свои руки, почувствовал трепет в теплеющей груди. Все тело, как бы невероятно это ни представлялось, словно пронизывало незримым излучением. Излучением, каким-то образом исходившим от мужчины в черном костюме. Не иначе, предсмертный бред. Развеивая все сомнения, умирающий привстал и потянулся, надеясь дотронуться до неизвестного, либо наоборот, провести рукой сквозь него. И тут же снова закашлялся, нарушив хрупкое физическое равновесие. В натужном дыхании появилось характерное бульканье, сопровождавшее кровотечение, однако кровь так и не пошла. Ее что-то уняло — излучение стало сильней.</p>
   <p>— Лежи! — строго велел мужчина, протягивая ладонь к умиравшему солдату.</p>
   <p>        Приказ оказался излишним. Растратив остатки энергии, всколыхнувшейся в нем не иначе как чудом, умиравший откинулся на подушку. Теперь он не шевелился и уже не пытался дотронуться до неизвестного. Он лишь смотрел, как тот положил ладонь ему на грудь, решительно и твердо, но при этом не надавливая. Он ощутил ее словно прикосновение теплого камня, насыщенного солнцем мрамора или гранита. И это тепло стало переходить ему, возвращая чувство облегчения и покоя.</p>
   <p>        Глаза незнакомца вспыхнули. Наливаясь белым, они светились все ярче, и вот окончательно наполнились сияющей белизной. Такой же озарилась и рука, лежавшая на груди умиравшего солдата.</p>
   <p>— Свети! — звучно молвил мужчина в черном.</p>
   <p>И относилось это не к его ладони, а к душе, утомленной и истерзанной страданиями угасавшего тела. Свет усилился. Ладонь стала лучиться так, словно под ней взорвалась, но при этом каким-то мистическим образом не расширилась атомная вспышка. И она становилась все сильнее. Заполоняя комнату, ее свет отражался от стекол старых фотографий и запыленного зеркала, простецких картин и заблестевших наград. Распространяясь от руки незнакомца, он овеял всю фигуру умирающего, полился по ней сияющими волнами и устремился внутрь как вода в сухую губку. Расширив глаза, солдат сделал глубокий вдох — полный вдох всей грудью, доселе с трудом вздымавшейся под слабевшим дыханием.</p>
   <p>        Неизлечимая, дошедшая до терминальной стадии, смертельная болезнь отступала. Тепло, дарованное атомным светом, стремительно изгоняло ее прочь. Наполняя легкие, насыщая их до отказа, оно растворяло пораженные клетки, уничтожая кровоточившую опухоль. Взамен удаленной ткани появлялась новая, здоровая как никогда. Непрерывный и неослабевающий, этот процесс был совершенно безболезненным и благотворным, словно сон младенца, убаюкиваемого в колыбели. Заливая вены, тепло разносилось обновляемой кровью, из которой исчезали все последствия онкологического кошмара.</p>
   <p>        Восстанавливая полноту восприятия, сознание пораженно наблюдало, как светившаяся рука возвращала его к жизни. Солдат не пытался шевелиться, да и не мог. Неизвестный хоть и мягко, однако твердо придавил его неимоверной тяжестью, неощутимой и при этом совершенно неподъемной. Удерживая умирающего, исцелявшегося прямо на глазах, он обращался с ним как с пушинкой и при этом будто мать, успокаивающая дитя.</p>
   <p>        Пожиравшая легкие, злокачественная опухоль исчезла. От нее не осталось и следа — даже малейшего рубца на восстановившейся ткани. Метастазы бесследно испарились, уничтоженные согревающим светом. Изувеченные сосуды, что недавно лопались и кровоточили, вернули юношескую прочность и эластичность. Изможденное, исхудавшее до крайности тело налилось энергией, обретая утраченную массу. Осунувшееся лицо преобразилось. Ввалившиеся щеки стали округляться. Восковая бледность сменялась здоровым румянцем. Круги под глазами рассасывались. Их пугающая темнота отступала, вытесняемая белоснежным светом. Пораженный дальше некуда, солдат ощутил, что больше не чувствует не только боли, а и малейшего недомогания. Не оттого, что ему ввели какой-то наркотик или отключили болевые рецепторы, а потому, что совершенно здоров.</p>
   <p>        Свечение унялось. Отняв от солдата ладонь, мужчина внимательно его оглядел, и на суровом лице появилось едва заметное удовлетворение. Результат явно соответствовал ожиданиям. Сияющая белизна в его глазах растаяла. Теперь они выглядели как и прежде — уверенные, пронизывающие, светло-карие. Убедившись, что дело сделано, мужчина повернулся и явно собрался уходить, однако прошел только пару шагов, когда позади раздался стук. Откинув одеяло, то соскочил с кровати недавний умирающий, а теперь здоровый солдат.</p>
   <p>— Кто вы?! — в смятении воскликнул он, не зная, что и думать.</p>
   <p>Он уже осознал, что это не наваждение и не предсмертный бред, что он не отошел в мир иной и не в плену каких-то иллюзий. Все произошло по-настоящему, о чем говорила острота ума и совершенно исцеленное, полное жизни тело. Желая остановить незнакомца, солдат протянул было руку, но так и не осмелился схватить его за плечо. Объятый необъяснимым трепетом, он просто не мог себе позволить прикоснуться к этому удивительному человеку. Или не человеку…</p>
   <p>        Мужчина остановился. Повернувшись, он встретился взглядом с тем, кого сейчас вырвал из объятий смерти. Глядя на него, солдат умоляюще ждал ответа, не решаясь проронить еще хоть слово. Мужчина слабо улыбнулся — совсем немного, не столько губами, сколько уголком рта.</p>
   <p>— Я твой главнокомандующий, — спокойно произнес он. — Ты хотел послужить. Я предоставлю тебе такую возможность.</p>
   <p>Внезапно его облик изменился — совсем ненадолго, и только во взоре исцеленного солдата. Мужчина в черном костюме исчез. На его месте стоял величественный воин, облаченный в белые, с золотой инкрустацией, доспехи. Шлем он не носил, равно как и перчатки, но на ногах серебрились тяжелые латные сапоги. В кристально-прозрачных ножнах, привешенных к широкому поясу, полыхал огненный меч.</p>
   <p>        Исцеленный солдат аж задрожал. Обуянный священным трепетом, он только и пожирал глазами фигуру незнакомца, явившегося к его смертному одру; пришедшего на помощь и изгнавшего смерть, которую уже ничто вроде бы не могло предотвратить. Однако незнакомцем он теперь не был, и спрашивать имя более не приходилось. Образ в черном костюме хранил инкогнито, предназначался для непосвященных взглядов. Исцеленный солдат сумел увидеть подлинный облик своего спасителя. Он не мог перепутать его ни с кем другим. Он знал только одного, кому принадлежал этот огненный, полыхающий великой мощью меч. Перед ним стоял архангел Михаил.</p>
   <p>        Изменившись в лице, солдат вышел из глубокого ступора. Упав на колено, он тут же склонил голову пред небесным полководцем, кому оказался небезразличен.</p>
   <p>— Прошу принять мою присягу и мою ничтожную жизнь! Клянусь служить вам до последнего вздоха! — искренне произнес солдат, от волнения не без труда выговаривая слова.</p>
   <p>— Будь твоя жизнь ничтожна, я бы не пришел. Ты не заслужил такого конца, — ровным голосом отозвался Михаил. — Я принимаю твою клятву, — тут же добавил он. — В душе ты уже ее дал. И я уже был твоим главнокомандующим.</p>
   <p>— Жду приказаний, — коротко ответил солдат.</p>
   <p>— Приберись, — неожиданно сказал архангел, делая выразительный жест рукой. — Моим воинам не подобает пребывать в таких условиях.</p>
   <p>— А потом? — невольно уточнил солдат, поскольку иных распоряжений не последовало.</p>
   <p>— Живи полной жизнью. Только на прежнюю службу не возвращайся. Когда ты мне понадобишься — я тебя позову, — неторопливо и выразительно разъяснил Михаил.</p>
   <p>        Поразительный визит был окончен. Исцелив умирающего, приняв его неподдельную преданность, архангел собрался уходить. Это читалось в его лице и в последней фразе, произнесенной так, словно он поставил точку. Однако он не исчез. Посмотрев куда-то в пространство, Михаил едва заметно нахмурился. Немного помедлив, он развернулся и пошел из комнаты.</p>
   <p>— Почему я? — поднявшись, осмелился спросить солдат.</p>
   <p>Михаил сдержал шаг. Уже у двери он остановился, немного поворачивая голову.</p>
   <p>— Ты не губил невинных. Не причинял зла тем, кто этого не заслуживал. Ты с честью выполнял свой долг, и даже в своей беде не захотел становиться обузой, — отозвался он. — Уже за это я должен был тебе помочь. Но не только. Ты заслуживаешь командира получше. И воинства. Поэтому я принял твою присягу.</p>
   <p>Не проронив более ни слова, он вышел из комнаты. Негромко хлопнула входная дверь, замки которой не были для него препятствием. Архангел удалился, покинув жилище своего нового солдата. Немного постояв столбом, тот переварил услышанное, огляделся, и ринулся исполнять приказ.</p>
   <p>        На выходе из квартиры никого не было. Многоэтажный дом полнился звуками, однако в коридоре не наблюдалось ни души. Лаяли соседские собаки, неподалеку ревел капризный ребенок да где-то надрывался телевизор, транслируя футбольный матч. С разных сторон доносился говор, не слишком заглушаемый тонкими дверьми. Слышался детский смех, перемежаемый детскими же вскриками. Кто-то что-то уронил, сопроводив это сочным ругательством. Надрывный женский голос доказывал чью-то неправоту. Ему вторил другой, с не меньшим апломбом. Погромыхивая, невнятно пиликала музыка. В воздухе тянуло несвежим мусором и прогорклым табаком. Обшарпанные стены пропитались им своей облупленной краской, как и потолок пожелтевшей штукатуркой. Этот дом находился не в солидном районе, и жили в нем люди отнюдь не состоятельные. Солдат не мог себе позволить дорогую квартиру, однако очень ценил и ту, что у него была. Доставшаяся от отца, она стала ему дороже любого особняка. Проведя в ней детство, солдат хотел провести в ней и последние дни. Помимо прочего, Михаил отметил и эту его душевную черту, однако сам оставаться здесь не намеревался. Не глядя по сторонам, он, не задерживаясь, направился к лестнице.</p>
   <p>        Архангелу не требовалось выходить через дверь. Он и не собирался, ибо в любой момент мог исчезнуть в пространстве, улететь. И все же он не улетел, хотя и попытался сделать это еще там, в комнате исцеленного солдата. Он ощутил, что ему препятствуют. Секундное удивление сменилось пониманием, которое и вызвало мимолетную хмурость на лице. Лишь очень немногие могли помешать ему удалиться, вынуждая к передвижению человеческим способом. Кто именно — особо гадать не приходилось.</p>
   <p>        Покидая дом, Михаил не спешил. Он ожидал, что инициатор помехи вот-вот появится. Ожидание затягивалось, однако в грядущем итоге он ни мгновения не сомневался. В противном случае какой резон его удерживать, тем более что надолго это не получится. Тихий звук, будто в воздухе объявилась упругая волна, подтвердил его правоту.</p>
   <p>— Опять твои штучки, брат, — проворчал Михаил, спускаясь по заплеванной лестнице, которая не видела уборщицы, пожалуй, не меньше, чем дом своих строителей.</p>
   <p>— На этот раз я только посланник. Люмениферус хочет с тобой поговорить, — спокойно отозвался Люцифер.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Неухоженное и не вспаханное, поле заросло густыми сорняками. Подступая к домам, чьи стены также окружал бурьян, оно упиралось в изгородь, из которой выпадали обветшавшие жерди. Дома выглядели нежилыми. Их печи давно не топились, а окна не намывала заботливая рука. Пожелтевшие занавески угрюмо свисали в полумраке запыленных комнат. Местами закрытые, ставни говорили о многом, учитывая, что запоры на них заржавели. Набитые крест-накрест, доски на дверях это подтверждали. Некогда проторенные, тропинки едва угадывались в травянистом ковре. Утрамбованная у крыльца или колодца, земля покрылась зеленью, кое-где поднявшейся в полный рост. Запущенные сады напоминали лесные прогалины. Грядки огородов терялись в гуще дикой растительности. Запустение царило решительно кругом, и все же деревня не выглядела совсем уж заброшенной. Безусловно, люди ее покинули, однако не так давно, чтобы дома покосились и развалились. Два года — быть может, немного больше они прозябали без владельцев, наполненные трескучим морозом или летней духотой. Теперь, наконец-то, жизнь снова находила дорогу в эти края, некогда изгнанная разразившейся войной. Люди в военной форме стали причиной этого изгнания. Другие, тоже в форме, способствовали ее возвращению.</p>
   <p>        От бомбежек или артобстрелов деревня не пострадала. Боевые действия обошли ее стороной, ограничившись непродолжительными и спонтанными перестрелками. Свидетельством тому были отверстия, проделанные пулями в иных стенах. Став частью прошлого, война уже не угрожала своим бездушным молохом, однако жители деревни все еще не возвращались. Было отчего. Хоть и не разрушенная в битвах, деревня оставалась непригодной для безопасного проживания. Более того, она таила смертельную опасность. Как и многое другое, ее основательно заминировали, что регулярно делала отступавшая сторона. Заложенные в изобилии, мины только и ждали, когда на них наступит взрослый или ребенок. Не допуская трагедии, никто не позволял населению вернуться, пока не будет устранена перманентная угроза.</p>
   <p>        Протяжно вздохнув, загорелый мужчина устало отер со лба тягучие капли пота. Помятая и запыленная, полевая армейская форма пропиталась ими насквозь. Работать приходилось на открытом солнце, лишь изредка переводя дух в густой тени. Без единого облачка, небо изливало на землю один лишь зной, отчего казалось не синим, а белесо-голубым. Бурьян застыл неподвижно, не колышимый даже малейшим дуновением ветерка. Жужжали мухи, среди которых, с низким басовитым ревом, носились здоровенные оводы. Ни форму, ни сапоги они прокусить не могли, однако изрядно надоедали, садясь на незащищенную шею, руки и лицо. Влажные от пота, те привлекали их десятками, кружившими с неослабевающим энтузиазмом. Это изрядно раздражало и еще больше отвлекало, а серьезность поставленной задачи требовала максимальной выдержки и внимания.</p>
   <p>        Прихлопнув очередного овода, проявившего чрезмерную назойливость, мужчина в форме потянулся за фляжкой. Его одолевала жажда. Кропотливый труд, да еще солнцепеке, выжимал из него всю влагу не хуже чем при переходе через пустыню. Фляжка была пуста. Проливаясь в рот, последние капли едва намочили пересохший язык. Чертыхнувшись, мужчина попытался сплюнуть, чтобы избавиться от горького привкуса полыни, однако не сумел этого сделать. Оказалось нечем. Что ж, настало время сделать перерыв. Выключив миноискатель, мужчина с шевронами сапера закинул его на плечо и проследовал к знакомому колодцу.</p>
   <p>        Проверенные тропы были безопасны. Прибыв в деревню, саперы первым делом осмотрели ключевые объекты, которые были нужны им самим. Дороги таили противотанковые мины, предназначенные для любого транспорта. Присыпанные в выбоинах, сокрытые в засохшую грязь, они с надеждой караулили свою жертву, но были обнаружены и обезврежены. Проезжая часть перестала представлять угрозу, однако ее с лихвой хватало на тропинках, в садах и домах. Там скрывались мины противопехотные, причем в пугающем изобилии. Его инициатор либо не слыхал ни про какие конвенции, запрещающие подобное оружие, либо откровенно проигнорировал. Находя их повсеместно, саперы очищали деревню от смертельной опасности, но до завершения работы было довольно далеко.</p>
   <p>        Проглядеть хотя бы одну мину потенциально означало погубить какого-нибудь ребенка. Не ослабляя бдительность, саперы проверяли каждый квадратный фут, и в первую очередь места наиболее очевидного пребывания людей. Иные мины караулили жертву даже в колодцах. Одни располагались за закрытыми дверцами, только и ожидая, когда их потянут на себя. Другие чья-то злобная изобретательность разместила в ведрах. Когда ведро поднималось, хитроумная растяжка провоцировала детонацию. Не лыком шитые, саперы обезвредили все, хотя двумя колодцами пришлось пожертвовать. Риск перевешивал пользу. Контролируемые взрывы разнесли колодцы в щепки, плюнув искореженным металлом и зашвырнув их крыши в небо. Восстановлению это подлежало, пускай и стены частично обрушились. Жители смогут собрать колодец, но никто не собрал бы обратно подорвавшихся жителей.</p>
   <p>        Тропа, которой прошел усталый сапер, была давно проверена и угрозы не таила. Покрутив простую ручку, снова заблестевшую от использования, он вытащил ведро, полное воды. Хоть и замутненная, та была вполне пригодна для питья. Томимый жаждой, сапер напился прямо через край. Затем наполнил фляжку, наливая из ведра больше на землю у колодца. Вернув ее на пояс, он омыл лицо и руки, фыркая от блаженной прохлады, а остатки воды опрокинул себе на разгоряченную голову. За первым ведром последовало второе. Обнажив загорелый торс, сапер хорошенько облился, смывая пот и темные разводы. Ему ощутимо полегчало. Освежившись, он снова оделся и ненадолго присел на тонкой, в одну дощечку, скамеечке, в тени раскидистого дерева. Непродолжительный отдых, прохлада и тень возвращали ему изрядно подтаявшие силы.</p>
   <p>        Обратный путь занимал куда больше времени. Совмещая приятное с полезным, сапер пошел другой дорогой, чтобы проверить еще одну, почти заросшую тропинку. Она с трудом угадывалась промеж густой травы и вела через запущенный сад все к тому же полю. Неторопливо поводя миноискателем, сапер не упускал ни малейшего сигнала, благодаря чему нашел притаившуюся смерть. Укрытая в бурьяне, она была едва заметна даже посвященному взгляду. Сплетение корней и зелени, наслоение прошлогодней листвы надежно скрывали мину от глаз. И все же ее обнаружили, благодаря внимательности и надежному поисковому прибору.</p>
   <p>        С обезвреживанием не затянулось. Эта серийная модель выпускалась огромными партиями и была саперу хорошо знакома. Как опытный профессионал, он деактивировал мину очень быстро, после чего поставил соответствующую отметку. Все найденное фиксировалось на местности и документировалось. Саму же мину он отнес к проезжей части, где ее заберут для утилизации. Вернувшись на тропинку, он вскоре обнаружил еще одну, с которой разобрался столь же оперативно. Сапер хорошо знал свое дело. В проверенных им зонах никто никогда не подрывался; не подорвется и здесь, ни грузным шагом взрослых, ни босоногой беготней играющих детей.</p>
   <p>        В саду, совсем неподалеку, послышалось какое-то шуршание. Ветра по-прежнему не было, отчего спонтанное движение листвы исключалось. Кроме того, звуки доносились из вполне конкретного места. Невольно заинтригованный, сапер поискал глазами и увидел крупного дрозда. Перескакивая по веткам яблонь, теснившихся в этой части сада, он выискивал плод покрупнее, и желательно самый спелый. Похоже, это был тот еще гурман. Не дожидаясь прихода осени, он наверняка наведывался сюда не впервые, и теперь высматривал себе деликатес. И нашел. Вобравшее немало солнца, с алым бочком яблоко было со здоровенный кулак. Устроившись рядом, дрозд клюнул его разок другой, одобрил находку и приступил к полноценной трапезе.</p>
   <p>        Рассматривая пернатого, в крапинку, красавца, сапер ощутил прилив покоя, который тревожная действительность сделала роскошью. Под ярким солнцем, деревенский пейзаж впервые выглядел не по-военному, а именно по-деревенски. Простую птицу не заботили тягости людей. Свободная в небе, она занималась своими воздушными делами, не интересуясь делами земными. Дрозд совершенно не боялся человека, сделавшего к нему несколько шагов. Активно осваивая яблоко, он ковырял его клювом и не обращал внимания на саперов, равно как и на то, чем они занимались. На деревьях мин не водилось, и ничто не препятствовало дрозду летать, где заблагорассудится, и порхать с ветки на ветку.</p>
   <p>        Налюбовавшись вдоволь, сапер сделал шаг назад и с хрустом на что-то наступил. Под ногу подвернулся толстый стебель. Сухой, как песок в пустыне, он тут же возвестил о себе громким треском. Дрозд встрепенулся, посмотрел на человека, отвлекся и стукнул клювом не туда. Увесистое яблоко и так не без труда держалось. Поврежденный черенок не выдержал. Сорвавшись с ветки, яблоко мелькнуло алым бочком и ухнуло в густую траву.</p>
   <p>        Сапер нахмурился. Потянувшаяся при виде дрозда, улыбка тут же сползла с его лица, и отнюдь не из-за оплошности пернатого. Ему не понравился звук, с которым упало яблоко. Вместо гулкого шлепка, сопровождавшего удар о землю, или шороха о траву, он услышал щелчок. Негромкий металлический щелчок, который в данных обстоятельствах, мягко говоря, настораживал. Прыгая по ветке, озадаченный дрозд высматривал, куда подевалось его яблоко. Сапер уже не обращал на него внимания. Выставив миноискатель, он медленно двинулся вперед, старательно изучая местность. Худшие подозрения подтвердились. Согласно сигналам, в бурьяне под дроздом притаилось что-то металлическое.</p>
   <p>        Оставаясь на безопасном расстоянии, сапер прикидывал, как ему поступить. Что означал этот щелчок? Скользящий удар по корпусу или нечто более зловещее? Например, активацию детонатора. Но если активацию, отчего тогда мина не взорвалась? Неисправна? Тогда он спокойно, не торопясь, сумеет ее обезвредить. А если все же взорвется? Показания миноискателя говорили, что металла впереди довольно много. Может, это что-то другое? Забытый хозяйственный инвентарь или какой-то иной инструмент? Нет, вряд ли. Из-за щелчка, безобидное происхождение находки вызывало серьезные сомнения.</p>
   <p>        Перебрав все варианты, сапер немного обождал, после чего убедился, что мина — если это она, — детонировать не спешит. Следовательно, просто так она теперь вряд ли это сделает. Взвесив все за и против, он пошел на оправданный риск и приблизился, не сводя глаз оттуда, где фиксировал источник сигнала. Он был совсем рядом, когда раздался еще один щелчок. Взметая комья земли, из травы подскочила прыгающая мина, также известная как мина-лягушка. Сапер похолодел, осознав, что сейчас произойдет. Одна секунда показалась вечностью, за которую здесь, в этом яблоневом саду, он пережил целую жизнь. Потом раздался взрыв.</p>
   <p>        Близость сыграла роковую роль. То ли неисправное, то ли намеренно не сразу сработавшее, коварное устройство словно поджидало подходившего человека. Ввиду подпрыгивающей конструкции, его поражающие элементы разлетались во все стороны. Они доставали гораздо дальше, нежели у обычной мины, увеличивая потенциальное число жертв. Часть из них попала в сапера, однако наибольший урон ему нанес непосредственно взрыв. Подскочив как-то наискось — не строго вверх, а под углом, — мина взорвалась практически рядом с ним.</p>
   <p>        Правую ногу оторвало выше колена. Сапера отбросило в одном направлении, а его конечность в другом. Оглушенный взрывом, он не чувствовал боли, испытывая глубочайший шок. Сознание пребывало в ступоре, наполненном звоном и красной, перекрасившей весь мир завесой. Оно не видело ни оставшейся части ноги, откуда ручьем хлестала кровь, ни оторванной, с торчавшими оттуда осколками раздробленной кости.</p>
   <p>        Упав в траву, сапер лежал неподвижно. Выйти из шока он уже не мог. И окажись рядом медик, он просто не сумел бы остановить кровотечение, обагрившее зеленую траву алой росой. Разорванная артерия выносила неумолимый приговор, который не заставил себя ждать. Лицо сапера быстро бледнело, а его глаза начала застилать предсмертная дымка. Его дрогнувшие пальцы медленно сжимались, скребя ногтями землю. На губах выступила розовая, с примесью грязи, пена.</p>
   <p>        Откуда-то издали донеслись тревожные крики. В этой деревне сапер работал не один. Сюда прибыло целое подразделение. Каждый проверял свой участок, определенный общим планом, и по мере продвижения они все больше отдалялись друг от друга. Затрещала рация, сорванная осколком. Чей-то взволнованный голос проводил перекличку. Ему отвечали другие голоса, но только не владельца рации. Расставаясь с жизнью, теперь он не сумел бы ответить, даже вернись к нему ясное сознание. До его конца оставались считанные секунды.</p>
   <p>        Раздался негромкий звук, будто в воздухе возникла упругая волна. Возникла — и сразу исчезла, словно ее и не было. Появившись возле сапера, архангел Михаил мгновенно оценил ситуацию. Времени оставалось в обрез, однако для него это не было препятствием. Его глаза тут же вспыхнули белым светом. Опустившись на колено у раненого, он провел засветившейся рукой над его увечьем. Кровь тут же унялась. Этого, однако, было мало. Поведя рукой дальше, Михаил опустил ее саперу на бок. Свечение полилось сильнее, восстанавливая в венах потерянную кровь. Мертвенная бледность сошла с его лица, уступая место возвращавшемуся румянцу.</p>
   <p>        Предотвратив неминуемое, архангел аккуратно перевернул человека на спину. Настал черед осколков, поразивших в тело. В сердце не угодил ни один, иначе спасать было бы уже некого, однако брюшные органы оказались серьезно повреждены. Перемещая ладонь, Михаил прикасался к пострадавшим местам. Сияющий свет заживлял все в считанные секунды. Внутреннее кровотечение остановилось. Убийственный, застрявший в теле металл попросту растворялся под воздействием белоснежного излучения. Органы восстанавливали свою целостность, раны затягивались, рубцы исчезали. Вскоре о них напоминала только форма, в которой оставались окровавленные прорехи, однако эти пятна тоже исчезли, повинуясь длани архангела Михаила.</p>
   <p>        Саперу больше ничего не угрожало. По-прежнему пребывая в ступоре, происходящего он не видел и не слышал, однако теперь был совершенно цел, если не считать оторванной ноги. Тревожные крики приближались. Прикинув видимость и расстояние, Михаил решил не останавливаться на достигнутом. Помочь инвалиду он уже не сумеет. У общества возникнут вопросы, когда утраченная нога внезапно объявится на своем месте, но здесь и сейчас об этом увечье еще никто не знал. Архангел плавно повел рукой, и оторванная конечность пришла в движение. Прошуршав по траве, она приникла к своей изуродованной верхней части. О какой-либо точности не шло и речи. Многие фрагменты разметало взрывом, а края ужасной раны топорщились безобразными клочьями. Михаил и бровью не повел. Хирург лишь беспомощно развел бы руками. Архангел же снова приложил ладонь, и на сей раз она засияла так, будто в ней разожглась и пылала настоящая, сжатая до дюйма звезда.</p>
   <p>        Ткани регенерировали. Разрастаясь от краев, раздробленные кости соединялись, возвращая былую длину и целостность. Сосуды протягивали друг другу свои обрывки и склеивались воедино. Мышцы наливались былым объемом, а нервные окончания сплетались в прежнюю тончайшую паутину. Последней восстановилась кожа. Образуясь на заживленной ноге, она наросла на ней привычной толщей, завершая процесс исцеления. Полный процесс абсолютного исцеления, не оставившего от страшного ранения даже малейшей царапины.</p>
   <p>        Свечение угасло. Отняв ладонь, Михаил распрямился и удовлетворенно оглядел лежавшего сапера. Теперь тот был как новенький, и еще послужит на своем благородном поприще. При мысли о том, что на эту мину мог наступить ребенок, брови Михаила сошлись к переносице, а в его величественном лице появилась жесткость. Подобные устройства запрещали не просто так. По большому счету, на солдат всем было наплевать, и тем более солдат вражеской армии, однако война рано или поздно кончалась. Мины же, заложенные в изобилии, никуда не девались, приказов не слушали и по щелчку пальцев не исчезали. На них, порой расставленных целыми полями, сплошь и рядом подрывались мирные жители. Из всех орудий войны они были настоящим варварством, однако люди продолжали их использовать, открыто игнорируя все нормы своего якобы цивилизованного общества. Особую нишу здесь занимали эти прыгающие лягушки — зловещий продукт военных инженеров. Их сконструировали так, чтобы наносить максимальный ущерб, причем возможно большему числу жертв. Тот факт, что пострадать может обычное население, ни создателей этой мины, ни ее установщиков особо не волновал. Михаил же не остался безучастным.</p>
   <p>        Пролетая неподалеку, архангел лично изучал эти края, наблюдая последствия очередной человеческой войны. Инцидент с сапером привлек его внимание. Сапер обезвреживал притаившуюся смерть, стараясь на совесть, чтобы селяне вернулись в свои дома. Его погубила случайность, от которых не застрахованы даже опытные профессионалы. Михаил решил предоставить ему второй шанс. Этот человек обезвредит еще немало мин, отведет угрозу от мирных жителей и особенно от ни в чем не повинных детей. Так пусть же выполняет свою благородную работу.</p>
   <p>        Архангел не забыл и про дрозда. Оглушенная взрывом, птица избежала разящих осколков, однако лежала неподалеку. Подходить к ней не требовалось. Легкое движение пальцев — и вот она пришла в себя, встрепенулась, и тут же порхнула в небо. Провожая взглядом, Михаил укоризненно погрозил ей пальцем — мол, в следующий раз не роняй яблоки на мины. Затем повел рукой, и от ее свечения вся кровь на траве исчезла. Теперь о страшном ранении не напоминало ничего, как будто его и вовсе не было.</p>
   <p>        Тем временем, тревожная перекличка приближалась. До появления свидетелей оставалось совсем немного. Закончив с этим происшествием, Михаил собрался исчезнуть, однако все же вынужден был задержаться.</p>
   <p>— Ты кто такой? — раздался напряженный голос исцеленного сапера.</p>
   <p>Придя в себя, он вспомнил только взрыв, однако не нашел на себе никаких повреждений. Зато он нашел мужчину в черном костюме, стоявшего совсем рядом. Михаил отреагировал мгновенно. Склонившись к саперу быстрее, чем тот успел вскочить или закричать, он протянул к нему засветившуюся руку.</p>
   <p>— Ни де ми! — властно приказал он, коснувшись двумя пальцами человеческого лба.</p>
   <p>Закатив глаза, сапер тут же обмяк и провалился в беспамятство. Он начисто забыл последние минуты. Прикоснись к нему Михаил всей ладонью, он забыл бы гораздо больше. И снова раздался звук, как будто в воздухе возникла упругая волна. С этим звуком архангел исчез куда-то в пространство — прямо перед тем, как в саду объявились военные.</p>
   <p>        Очнувшегося сапера объявили счастливчиком, родившимся не иначе как в рубашке; баловнем судьбы, проявившей к нему невиданное благоволение. Поражающие элементы мины посекли траву, оставили следы на яблонях, а некоторые попали даже в дом, однако на сапере не было и царапины. Прорехи в одежде были, вспоротые пролетавшими осколками, а любые ранения отсутствовали. Его оглушило взрывом, однако не контузило, не поставив, ни синяка, ни кровоподтека. Это выглядело поразительно, поистине невероятно, однако факт оставался фактом. Прыгающая мина взорвалась, а стоявший рядом сапер отделался потерей сознания и продырявленной формой. Скользящий рикошет никак не задел тело, иначе осколки нанесли бы ранение, которых и в помине не было.</p>
   <p>        Недоумевал и сам счастливчик, так и не найдя у себя хоть каких-нибудь повреждений. Он помнил только взрыв, тут же ввергнувший его в беспамятство. Потом он увидел сослуживцев, взволнованных донельзя, а также встревоженного медика. Встревоженного, пока на его лице не разлилось величайшее удивление, вызванное полной невредимостью пациента. Дрозда сапер тоже не забыл, помянув набедокурившую птицу крепким словом. Еще в его памяти отложился как-то свет — яркий, пронизывающий и согревающий, но то, вероятно, были последствия оглушения. Эту версию подтвердил и медик, задававший вопросы о самочувствии и пытавшийся отыскать хоть какие-то симптомы. Сотрясение мозга — штука скверная, как и возможные внутренние травмы.</p>
   <p>        Само собой, ни о каком продолжении задания не шло и речи. Счастливчика эвакуировали, отправив прямиком в военный госпиталь. Врачи настояли на обследовании, на предмет потенциальных, не видимых снаружи повреждений. Оно ничего не показало. Точнее, показало, что сапер совершенно здоров, и что мина-лягушка действительно не причинила ему ни малейшего вреда. Все кости были целы, а в тканях не наблюдалось даже незначительного рубца. В этом, кстати, и заключалась странность, которую заметил только сам счастливчик.</p>
   <p>        Когда-то давно, в бурной юности, будущий сапер сломал правую ногу, отчего на кости остался характерный след. Доселе тот фигурировал везде, когда доводилось проходить обследование, и уж тем более на рентгеновских снимках. Теперь он как будто испарился. Объяснения этому не было, однако сапер предпочел держать язык за зубами. Еще не хватало, чтобы медики стали его изучать, выискивая причину удивительной аномалии, а залеживаться в госпитале желания не возникало.</p>
   <p>        Сапер отметил и вторую странность, которая тоже толкования не находила — прорехи в одежде, оставленные поражающими элементами. Версия с рикошетом звучала не слишком убедительно. Они выглядели так, словно попадание было прямым, как и полагалось, когда перед тобой взрывается мина. Ранений, однако, не было, что представляло собой настоящую загадку. Сапер не понимал, как такое возможно, однако долго голову не ломал. Получив врачебное разрешение, он вернулся в строй и даже успел закончить разминирование деревни. Затем другой, и следующей, и еще многих, где прошла война, и где требовалось обезопасить людей от смертоносных ее даров. Туда вернулась жизнь. Там снова вспахивали поля, играли дети, и в ухоженных садах раздавался их беззаботный смех.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Война приносила не только смерть и разрушения, увечила людей и калечила психику. Помимо прочего, она приносила болезни, и жатва их порой превосходила потери от боевых действий. С развитием медицины, глобальные эпидемии остались в глубине веков, однако локальные все еще давали о себе знать. Особенно там, где цивилизация еще не пришла во всей своей полноте, а до ближайшего врача было очень далеко. Урбанистические, избалованные удобствами регионы даже не ведали, как такое вообще возможно. Тем не менее, подобных мест на земле хватало, где люди довольствовались малым, без ультрасовременного оборудования, достижений фармацевтики и санитарной авиации.</p>
   <p>        Расположенный далеко в горах, аул стелился по склону старинными кибитками, теснившимися вдоль главной дороги и узких боковых улочек. Это был довольно большой аул — не в несколько домов, в которых ютились охотники или отшельники. Вдали от шумного мира, среди седых камней и снежных вершин, его обитатели вели простую и размеренную жизнь, как делали это на протяжении столетий. Они нечасто покидали горы, лишь изредка выбираясь в соседние аулы или далекий районный центр. Редко заглядывали и к ним.</p>
   <p>        Нехитрая торговля сводилась к пополнению припасов и приобретению вещей, которые жители не производили сами. В остальном они имели полную автономность. Не особо нуждаясь во внешнем мире, они жили так, как считали нужным, а мир в ответ не особо нуждался в них. Кому-то это показалось бы унылым, а кому-то и до невозможности скучным, однако для обитателей аула все выглядело по-другому. Их устраивала такая идиллия, спокойное и размеренное существование. За редким исключением, ничто не нарушало их покой и не вторгалось в безмятежные трудолюбивые дни. И все же такое, порой, случалось. Тогда-то удаленность и уединение могли из желанного плюса превратиться в серьезный минус.</p>
   <p>        Появление вооруженных людей — всегда тревожный знак, особенно если этих людей много. Они пришли не убивать, однако и добра от них ожидать не приходилось. Они заняли кибитки, стесняя хозяев, и требовали не только кров. Они желали пищи и воды, обременяя женщин стиркой своих вещей. Открытого насилия они не чинили, однако давали понять, что в случае чего воздерживаться от него не станут. Переговариваясь о чем-то своем, незваные гости держались обособленно, и без нужды никого к себе не подпускали.</p>
   <p>        Жители аула решили чужакам не перечить. Побудут, мол, какое-то время, да уйдут. Судя по всему, этот вооруженный, человек в тридцать, отряд либо от кого-то скрывался, либо куда-то шел. Как бы там ни было, он решил переждать, ничего никому не объясняя, однако и надолго окапываться не собирался. Во всяком случае, по своим меркам, ибо жителям аула в тягость были и два дня, проведенные с этими людьми. А на третий разразилась беда, несоизмеримая с той, что уже пришла.</p>
   <p>        Слышимый далеко в горах, к аулу приближался гул вертолетов. Когда они показались, стрельба уже началась. Вооруженные люди не были военными, в классическом понимании этого слова. Одетые каждый по-своему, они и вели себя не как армейское подразделение, хотя очевидно представляли собой некое формирование боевиков. Настоящие военные пришли за ними. Подобравшись к аулу, они объявили, что боевики окружены, и велели сдаться. В ответ те открыли огонь, явно не собираясь выбрасывать белый флаг. Военные не стали церемониться. Их было намного больше, и явились они не для дипломатии. Хорошо организованные, они атаковали, обстреливая весь аул и держа его как на ладони.</p>
   <p>        О мирных жителях никто не думал. Боевики уж точно о них не заботились, не интересуясь кем-то кроме себя. Как оказалось, военные тоже не особо беспокоились. Прицельно они по гражданским не стреляли, различая местное население и врагов, однако на этом их ограничения заканчивались. Интенсивный обстрел вышибал в ауле окна, дырявил двери, решетил кибитки свинцовым градом. Молотившие очереди косили всех, кто попадался под свистевшие пули. Гранаты тем более взрывались без разбора. Глинобитные кибитки, ничуть не походившие на бетонные дзоты, были не в состоянии защитить своих хозяев, тем более когда там отстреливались боевики. Жители аула спасались как могли. Лежа на полу, они закрывали головы руками, прятались в ямах, подполах и сараях, старались уберечь детей, ревевших от грохота и страха. Иные бросались прочь, надеясь убежать из разразившегося кошмара, но зачастую находили не спасение, а смерть.</p>
   <p>        Удары с подлетевших вертолетов кратно усилили хаос, охвативший весь аул. Окружив боевиков, военные уже не считались с потерями населения. Оценивая их как приемлемые, они предпочли пожертвовать парой десятков жителей, чтобы гарантированно уничтожить три десятка боевиков. И им это удалось. Стрельба затихла сама собой, что означало конец всякого сопротивления.</p>
   <p>        Заняв аул, военные прочесали его до последнего закутка, но обнаружили только трупы. Мирных жителей они не трогали, однако и помогать им не спешили. Убитых боевиков, в итоге, они сожгли, свалив в одну большую кучу. Жителям же оказали минимум поддержки, ограничившись перевязками, наложением шин и остановленной кровью. И то не всем. Получив приказ, военные удалились столь же быстро, сколь и пришли, ничуть не заботясь о том, что оставили после себя на земле.</p>
   <p>        Затихнув вдали, грохот вертолетов уже не оглушал аул, зализывавший свои раны. Многие дома были серьезно повреждены, а некоторые и вовсе разрушены. Истоптанные огороды полнились воронками, среди которых громоздились бесформенные обломки. В плетеных хозяйственных постройках зияли дыры, а некоторые стены полностью рассыпались. Домашний скот разбежался, а кто из животных не покинул аул, того посекли пули или убили взрывы. Иные погибли от разрыва сердца, вызванного паникой и страхом. Их утрата, однако, была восстановима, как и сам аул, кропотливым и усердным трудом. К погибшим жителям это не относилось. Став жертвой чужого противостояния, потеряв свои жизни ради чьих-то интересов, они лежали в ряд, оплакиваемые родными и близкими. Смерть заглянула почти в каждый дом, и везде кого-то коснулась ее костлявая рука. С двух семей она сняла жатву целиком, от престарелого старца до младенца в люльке. Безразличная, кого забирать, она взяла свое и ушла, но как оказалось, только лишь для того, чтобы вскоре вернуться.</p>
   <p>        Военные собрали не все трупы боевиков. Одного из них жителям пришлось самим доставать из колодца, расположенного в низине у подножия склона. Во время боя чужаки вели себя по-разному, и особенно тогда, когда стало очевидно, к чему этот бой ведет. Делая ставку на глубину, боевик рассчитывал укрыться там от военных, пересидеть их атаку и грядущий штурм. Не получилось. Его заметил снайпер, занявший позицию на склоне и державший аул под прицелом. Точный выстрел — и сраженный боевик кувырнулся в колодец, ставший ему не убежищем, а могилой. Военные поленились вытаскивать тело, плававшее на поверхности. Всадив в него несколько пуль, они удостоверились, что боевик действительно мертв, и лезть за ним не стали; или не успели, закончив операцию и получив приказ улетать. Как бы там ни было, труп остался на глубине, став головной болью местных жителей. Его, разумеется, вытащили, а воду частично вычерпали, однако на том все заботы о колодце прекратились. Заколачивать его никто и не думал.</p>
   <p>        Источники воды представляли собой естественную и огромную ценность. До ближайшего ручья было далековато, и колодцы у склона пользовались неизменной и заслуженной популярностью. Падение убитого боевика не послужило основанием для закрытия одного из них. Мертвец ведь там не разлагался, а достали его быстро. Специалист, который чистил колодцы, проводил в воде намного больше времени, и никто этим не брезговал. Разумеется, про обеззараживание не шло и речи. Во-первых, сделать это было просто нечем, ибо в ауле подходящих средств не водилось. Во-вторых, особой нужды в том не наблюдалось. Избавившись от трупа, не успевшего отравить в колодце воду, жители вернулись к более насущным делам — оплакиванию погибших и восстановлению аула. Колодец их больше не заботил, и они выкинули его из головы. Как оказалось, зря.</p>
   <p>        Инфекция не заставила себя ждать. Ее принесли боевики, однако сразу она распространиться не смогла. На это требовались условия и время. Кто именно из них был заражен — определить возможным не представлялось. Носители встречались бессимптомные. Они инфицировали других, но сами переносили болезнь незаметно. Сокрытая в их телах, зараза незаметно распространялась, когда в аул нагрянули военные. Не задержись боевики, уйди они восвояси — и мирные жители, возможно, не столкнулись бы с этой напастью. Незваные гости контактировали с ними мало, держась угрюмо и обособленно. Перестрелка, унесшая много жизней, последовавший хаос и антисанитария сделали заражение неотвратимым, а в замкнутом сообществе массовым.</p>
   <p>        Симптомы появились спустя пару дней после побоища, у кого-то раньше, у кого-то позже. Казавшаяся случайной, внезапная диарея не унималась, приобретая нехороший вид. К ней добавились рвота и нараставшее обезвоживание. Слабость и жажда сопровождались снижением температуры тела, хотя при заболеваниях она обычно повышалась. Число новых случаев росло, и все имели общую клиническую картину, уже не похожую на обычное отравление.</p>
   <p>        Больные выглядели слишком примечательно, что изрядно встревожило местных знахарей. Хоть и не будучи учеными врачами, к чьим услугам были госпитали и анализы, они все же имели представление о многих болезнях, и многие же умели более-менее лечить. Однако не эту. Характерные симптомы говорили сами за себя. Быстрота распространения, состояние заболевших подтверждали наихудшие догадки. Аул поразила холера, и теперь было неизвестно, в ком она уже гнездилась, а в ком еще нет.</p>
   <p>        Зараженная вода сделала свое гиблое дело. Введенная в срочном порядке, изоляция заболевших ни к чему не привела. Жители нуждались в питье, как и любое живое существо. Вода из колодцев гарантировала им инфицирование. Распространяясь из одного, холера проникла и в другие, путями оставлявшей желать лучшего гигиены, а если куда и не попала, то это уже не имело значения. Предположив, что тут к чему, знахари дали совет старейшинам, а те велели набирать воду только из ручья. Увы, было слишком поздно. Спустя неделю в ауле заразились почти все, чему способствовала компактность проживания, отсутствие лекарств и действенных профилактических мер.</p>
   <p>        Счастливчики переносили холеру в легкой форме — порой и вовсе бессимптомно, отчего иной раз ошибочно считалось, что они ее не подхватили. Таковых, однако, было очень мало. Большинству везло куда меньше. Появились первые жертвы. Синюшные, изможденные и обезвоженные, они в мучениях умирали, и знахари никак не могли это предотвратить. На помощь не пришла и современная медицина. Осознав, насколько дела плохи, старейшины послали весточку во внешний мир, однако отзываться на нее тамошние люди не торопились. Безусловно, холерные вспышки представляли серьезную опасность, и врачи бдительно следили за эпидемиологической ситуацией. Вот только не везде. Иные страны были не слишком развиты, и особенно на своей периферии. Прежде чем известие о холере достигло медицинских кругов, положение в ауле стало поистине критическим.</p>
   <p>        Любое замкнутое сообщество обладало своим индивидуальным иммунитетом, которому хорошо известны одни болезни и совершенно неизвестны другие. Циркулирующие внутри популяции были относительно безопасны. Приходившие извне могли оказаться чрезвычайно губительными. Распространяясь где-нибудь в агломерате, обычная инфекция не становилась приговором, протекая вполне умеренно и поддаваясь своевременному лечению. В удаленном селении, где контакты с чужаками сводились к минимуму, она же могла выкосить множество людей. И то инфекция именно обычная. Холера к ним не относилась, представляя собой весьма опасный патоген. Попав в среду, где иммунитет оказался уязвим, она развернулась во всю мощь и вознамерилась превратить живой аул в селение мертвых.</p>
   <p>        Генетическое разнообразие играло колоссальную роль. Наследственность дарила устойчивость к болезням, однако не всем, ибо она же передавала предрасположенность к другим. Выживание популяции обеспечивала сама природа. Скрещиваясь разными ветвями, производя многочисленное потомство, вид обладал огромным набором генных комбинаций. Даже в самой страшной, самой смертоносной эпидемии находились выжившие, которых не затронула инфекция, либо же они сумели выздороветь. Но то исключительно в массе, где популяция и ее отличия позволяли сделать такую жестокую эволюционную выборку. К замкнутым сообществам это не относилось.</p>
   <p>Продолжительное уединение, лишенное размножения извне, накладывало отпечаток на генетические вариации, сводя их к похожему минимуму. Одни и те же семьи передавали свои гены столетиями, лишь иногда, в качестве свежей крови, принимая к себе чужака. До близкородственного скрещивания в ауле не доходило, однако его генофонд хранил следы очень ограниченного числа людей. Это лишало его гибкости и критически снижало шансы противостоять новым вызовам. Однажды он пережил чуму, разразившуюся в былые времена, но оказался уязвим перед натиском холеры.</p>
   <p>Инфекция изнуряла и валила с ног, поразив едва ли не все население аула. Девяносто процентов его жителей, каждые девять из каждых десяти, ощутили дыхание подступавшей смерти. Одни уже скончались — из тех, кто оказался самым уязвимым для болезни, — другие страдали от обезвоживания и диареи, теряя силы и едва передвигаясь. Обреченные синели, остальные в ужасе ожидали своей участи, включая тех, кто обнаружил у себя первые симптомы.</p>
   <p>        Уход за больными обеспечивали те немногие, кого не затронул губительный недуг, однако их скромных возможностей на всех не хватало. И сами осунувшиеся и усталые, они носили воду, хлопотали в кибитках и всячески старались помочь страдавшим соседям. Они делали что могли, но все чаще их помощь уже не пригождалась. Вернувшись в аул, смерть расходилась не на шутку, намереваясь собрать здесь богатую жатву. И ей это удавалось. Вирулентная нагрузка, постоянный контакт с заболевшими в условиях плохой гигиены не проходили даром. Доселе избегавшие инфекции, счастливчики заражались один за другим. Обнаружив у себя симптомы, он падали духом и молили о чуде, которого особо и не ждали.</p>
   <p>        Еще не погибший, аул словно вымер. На улочках не было видно ни души, и никто не вздымал ногами пыль на главной дороге. Стояла зловещая тишина, нарушаемая лишь звуками гор, далеким плеском ручья, воем собак и жалобными криками домашнего скота. Обессиленные и умиравшие, люди не могли позаботиться о себе — где уж им проявить заботу о животных. Собаки чуяли беду и голосили, видя смерть и сами напуганные до смерти. Козы и овцы надрывно блеяли. Некормленые и непоеные, они томились в плетеных хлевах, втягивая ноздрями воздух и предпринимая робкие попытки вырваться на свободу. Там была трава, особенно желанная в низинах этой части гор, и там же была вода, журчавшая прохладной чистотой ручья. Двери держались крепко, не подаваясь, как и починенные стены.</p>
   <p>        Огромный бык или крупная корова легко пробили бы себе путь наружу, однако в ауле таких не водилось. В горах нечасто встречался крупный рогатый скот, а баранам и овцам было не под силу справиться с запорами. Собранные после побоища, они только-только забывали про стресс, как им теперь грозили не пули, а голодная и мучительная смерть. Она грозила всем, и впрямь собираясь превратить аул в селение мертвых.</p>
   <p>        За низиной, где виднелись зараженные колодцы, начинался склон соседней горы. Кибиток там никто не строил из-за каменистой, усеянной валунами кручи. Туда не забредали пастухи, и лишь горные бараны, легко скакавшие с уступа на уступ, свысока глядели на копошившихся людей. Словно часовые, на круче выстроились скалы, то громоздясь внушительным гуртом, а то выдаваясь в гордом одиночестве. Доступные и неприступные, небольшие и поистине огромные, они и сами были жителями гор, вздымаясь к небу в природном разнообразии. Вот только потомства они не приносили. Обветренные веками, храня следы селей и землетрясений, они безмолвно уходили в вечность, собираясь пережить и аул, и вообще людей.</p>
   <p>        Одна скала стояла особо. Вздымаясь ввысь, она располагалась напротив аула, откуда тот просматривался как на ладони. На ее вершину — удивительно ровную будто от среза скальпелем, — не забирался ни один человек, включая самых отчаянных смельчаков. Там не появлялись даже архары, способные запрыгнуть почти куда угодно. Тем поразительнее было то, что на ее краю показался какой-то мужчина, одетый крайне нехарактерно для этих мест. Его черный костюм откровенно не вписывался в пейзаж, и уж тем более не подходил для скалолазания. Было совершенно непонятно, как он туда забрался, причем без всякого видимого снаряжения, да еще и одежду не помял. Понимать, впрочем, оказалось некому. Даже в добром здравии, жители аула и то вряд ли заметили бы незнакомца, стоявшего на высокой скале. Теперь, умирая в своих кибитках, они не видели, как он там появился, и не слышали звука, с которым это произошло. Негромкого, но отчетливого звука, как будто в воздухе возникла упругая волна.</p>
   <p>        Окрестности, преисполненные красотами гор, Михаила не интересовали. Безусловно, он отдавал им дань, как и многому в этом мире, однако сейчас смотрел только на аул, внимательно изучая каждую мелочь. На его лице, обычно величественном и суровом, теперь проявлялось совсем другое выражение. В нем сквозила задумчивость, смешанная с нотками жалости. По мере того, как глаза скользили по кибиткам, жалость проступала все сильнее, а задумчивость становилась глубже.</p>
   <p>        Архангелу не требовалось брать пробы и проводить исследования, лично осматривать больных и полагаться на прихоть случая. Аул был обречен. Немногие уцелевшие уже не сумеют вдохнуть в него жизнь, восстановить былую численность населения и сохранить наследие своих предков. Одинокие и отчаявшиеся, утратившие надежду и лишенные будущего, они либо закончат свои дни у могил умерших, либо покинут опустевшие кибитки, чтобы никогда уже не возвращаться. Возможно, здесь поселятся другие люди, наполняя теплом очагов глинобитные дома, однако вековым родам здешних жителей приходил конец.</p>
   <p>        Помощь не поспевала. Узнав о холере, врачи из большого города подняли тревогу и ждали подмоги от коллег. Извещенные об этой вспышке, эпидемиологи собирали команду, чтобы выдвинуться к очагу заражения, однако время играло против заболевших. Пройдет не меньше недели, прежде чем в аул прибудет первый вертолет. К тому моменту лечить тут будет уже некого. Могущественный небожитель, архангел предвидел все это так, словно оно уже произошло, и знал, что обязательно произойдет. Сложившаяся ситуация уже не допускала разночтений. Положение было плачевным. Теперь спасти аул могло лишь чудо, но его не сотворят руки врачей. Просто не успеют. Лимит на чудеса отныне ограничивался крайне небогатым выбором.</p>
   <p>        Решение надо было принимать здесь и сейчас, отчего задумчивость архангела легла на его чело сумрачным облаком. Михаила никто не посылал. Не получая приказа, он действовал по своему усмотрению. Вопрос заключался в том, насколько это усмотрение не противоречило высшей воле. Единичные случаи к ним явно не относились, иначе Михаилу давно сделали бы внушение, однако как быть с целым аулом. Величина очевидно возрастала, потенциально влияя на другие судьбы. Один человек — куда ни шло, но множество… Болезнь никто не насылал. Архангел видел это так же ясно, как солнце в вышине или отвесную скалу у своих ног. Следовательно, небеса не подвергали аул некой каре, ибо тогда его вмешательство получилось бы сродни нарушению приказа. И все же это не означало, что такое вмешательство разрешено и допустимо. Никто не санкционировал Михаилу вторжение в естественный ход вещей. С другой стороны, и не запрещал.</p>
   <p>        Безмолвно глядя на кибитки, архангел слышал страдания людей, не столько слухом, сколько первозданным светом. Он чувствовал, как они задыхаются и стонут, терзаются неутолимой жаждой и холодеют под натиском болезни. Державшиеся до последнего, мужчины слегли, от дряхлого старца до безбородого юнца. Их одышка напоминала пробитые кузнечные мехи. Матери лежали подле колыбелей, не отводя от них глаза, но уже не имея сил подняться. Они их не качали, а слабо царапали ногтями, стараясь убаюкать едва живое дитя. Иные держали ребенка на руках, однако руки холодели, а ребенок уже не шевелился. Синева, проступавшая у обоих, опустошала песочные часы угасавших жизней. Детский плач походил на тихий хрип, а слезы не шелестели по щекам из-за тяжелейшего обезвоживания.</p>
   <p>        Душераздирающую симфонию дополняли животные. Козы и овцы блеяли от голода в своих хлевах, слизав из поилки остатки воды. Сторожевые собаки жалобно скулили, и по аулу то и дело разносился их протяжный вой. Чувствуя неладное, напуганные состоянием хозяев, они дрожали и выли так, что аж дрожь пробирала. Михаил прикрыл глаза, словно вслушиваясь во что-то, что было ведомо лишь ему одному. Он надеялся услышать голос, вносящий хоть немного ясности в его сомнения, однако ответом ему была тишина.</p>
   <p>        Размяв костяшки пальцев, смерть снова занесла косу. Отсчитывая минуты, она готовилась забрать сразу несколько человек. Половину из них составляли дети. Исхудавшие, с заострившимися чертами, они едва дышали, посинев и тихо переходя в мир иной. Они уже не плакали и никого не звали. Их уста сковал гиповолемический шок, ставший следствием острого обезвоживания, а последняя искра разума тонула в объятиях подступившей комы. И это была довольно милосердная смерть. Иные оставались в сознании до конца, ощущая ее хлад и предсмертный ужас.</p>
   <p>        На лице Михаила очертились скулы. В его светло-карих глазах промелькнул стальной блеск. Сжав кулак, он сделал это так, словно хотел сокрушить целую гору, и непременно сокрушил бы, если бы обратил на нее свою мощь. Тяжесть происходящего незримо ложилась на его широкие плечи, проникала в саму основу архангельской сущности. Он ждал указаний, но не получал, надеялся услышать хоть что-нибудь, однако ответом ему было молчание. И тогда он принял решение сам.</p>
   <p>        Глаза Михаила вспыхнули белым, и настолько ярко, что из них полились волнистые струи света. Черный костюм развеялся, уступая подлинному облику — белым, с золотым, доспехам. В то же мгновение за его спиной раскрылись большие белоснежные крылья. Раскрылись настолько широко, словно он хотел заслонить горный хребет, отсечь некую часть самого мироздания. Опустив руку к поясу, Михаил положил ее на рукоять меча и обхватил с непоколебимой решимостью. Потянув меч из ножен, он поднял его перед собой и протянул огненный клинок к погибавшему аулу.</p>
   <p>        Разошедшееся от меча, зарево не было доступно взору простых смертных. Его пламя не испускало волну, не выбрасывало снопы и не извергалось подобно вулкану. При этом оно расходилось туда, куда указывал архангел. Насыщая само пространство, его огонь был везде, где приказывал ему военачальник небес. Но то был не испепеляющий огонь, хотя в истории случалось и такое. Проведя клинком над аулом, словно прочерчивая над ним дугу, Михаил выразил свою волю.</p>
   <p>        Пропитывая землю, насыщая воздух, проникая в самые малейшие частички материи, пламя огненного меча объяло все, от подножия скалы до середины противоположного склона. Охватив весь аул и окрестности, оно поднялось и колыхалось — не языками или сполохами, но единым насыщенным светом. Оно не имело формы и лишь отчасти походило на купол, заполненный внутри незримым огнем. Его распространение было абсолютным и неотразимым, всеобъемлющим и беспредельно могучим. Исполняя волю Михаила, пламя налилось великой силой и сделало то, что казалось невозможным.</p>
   <p>        Огонь пожирал болезнь. Он уничтожал ее везде — в воде, в почве, на немытой посуде и загрязненных стенах. Стелясь и вздымаясь, полыхая поистине везде, он сжигал ее на любой поверхности, от ручек на дверях до нестиранной одежды. Вода в колодцах освободилась от заразы, не имевшей и шанса ему противостоять. Земля избавилась от нее в мгновения, заливаемая мощью вездесущего пламени. Она сгорала в нечистотах, испарялась в садовой росе, покидала пищу и предметы домашнего обихода. И она покидала тела.</p>
   <p>        Окружая руки, покрытые вибрионами, овевая лица, где притаились бактерии, огонь истреблял холеру без остатка, не оставляя от нее на коже ни единого атома. Он был всеобъемлющим и всепроникающим, омывая тела как животворящая река. Холера не укрылась внутри, продолжая травить и убивать людей — пламя огненного меча добралось до нее и там. Вены горели им словно реки лавы, испаряя губительный токсин. Кровь очищалась быстрее чем разрушалась прорванная плотина. В пищеварительном тракте бушевал жгучий вихрь, совершенно безопасный для здоровья и смертоносный для инфекции. Она сгорала под натиском пламени, распадалась на мельчайшие частицы и бесследно исчезала.</p>
   <p>        Накрывший аул, невиданный пожар поглотил его постройки и деревья, домашний скот, утварь и людей. Но то был не разрушительный пожар, способный стереть с лица земли города и народы. Он принес исцеление, полнейшее и совершенное из всех, какие только возможны без вмешательства высшей силы. Архангел Михаил мог не только карать и воевать. Его огненный меч обладал колоссальной мощью разрушения, но он же воплощал и дар величайшего целительства. Обращенное на гибнувший аул, оно излило на него свою благодать и уничтожило заразу без остатка. Смерть отступилась, не в состоянии противостоять архангелу. Ее хлад покинул умиравших. Забрав, кого успела, она поспешно удалилась восвояси, изгнанная пламенем огненного меча.</p>
   <p>        Открывая глаза, люди чувствовали облегчение, наполнявшее их разум и члены. Огромное облегчение, сродни ушедшей тяжести всех гор. По-прежнему изможденные, они вдруг ощутили всю полноту жизни. Нахлынул волчий голод, объявший исхудавшие тела, а с ним и прежняя жажда, атаковавшая с удвоенной силой. Но жажда теперь унималась, восстанавливая водный баланс, а еда усваивалась, не превращаясь в бесполезную диарею.</p>
   <p>        Отовсюду послышались голоса. Раздался детский плач, переходивший в громкий рев. Возвращаясь к жизни, дети требовали внимания. Они хотели есть и пить, и взрослые немедленно бросились им на помощь. Старики вставали со смертного одра, которое уже и не надеялись покинуть. Испытывая прилив энергии, молодежь упивалась водой, жевала все подряд и выбегала на улицу, перекликаясь с соседями в лучах сиявшего солнца. Младенцы в люльках умолкали, но уже не от бессилия, а получив долгожданную бутылочку.</p>
   <p>        Вспомнили и про домашний скот, уже отчаявшийся увидеть хозяев. В поилках зажурчала вода, а в кормушках появилось сено. Собаки уже не выли от голода и страха. Теперь они счастливо лаяли, наперебой наполняя аул звонкими голосами. Выходя из кибиток, люди встречали друг друга и удивленно ахали, радуясь и дивясь, что болезнь ушла. Ушла повсеместно — сразу везде, покинув и тех, кто еще держался, и стоявших на краю могилы. Симптомы исчезли, и в этом не было никаких сомнений. Холера отступила от всех, кого не успела забрать, каким-то непостижимым единовременным образом.</p>
   <p>        Охватывавшее аул, разливавшееся по окрестностям пламя унялось. Покинув кибитки, оно опало к земле, затрепетало на ней тускнеющими разводами, пошло прогалинами и угасло, не оставив после себя ни болезни, ни воспоминания. Незримое смертным, вездесущее и неотразимое, оно исчезло вместе с полыхавшим заревом. В исцеляющем пламени более не было нужды. Архангел Михаил опустил свой огненный меч и вложил его в ножны.</p>
   <p>        Оживший аул наполнился движением. Здоровые люди спешили переделать накопившиеся дела, наверстать упущенное за время жестокой эпидемии. Умильно повизгивая, рядом с ними крутились собаки, безмерно счастливые возвращением хозяев. Умиротворенные вернувшимся порядком, мирно нежились на солнце кошки, с прищуром наблюдая за человеческой суетой. Радостные голоса подавал домашний скот, наконец-то получивший корм и питье. Исхудавшие, но уже не больные пастухи повели его на пастбища. Улыбаясь небу и солнцу, на улицах появились дети, и в ауле наконец-то зазвучал их звонкий смех.</p>
   <p>        Сосредоточенные на делах, жители аула не глазели по сторонам, и тем более не всматривались в противоположный склон. Одинокая скала не стала исключением, но и посмотри они туда, то никого бы не увидели, однако не потому, что та опустела. Погасив белый свет в глазах, архангел сложил свои крылья и выглядел как обычный человек, то есть мужчиной в черном костюме. При этом он оставался недоступен для восприятия людей. Михаила могли заметить при исцелении, когда он предстал в своем истинном обличье. Воздев огненный меч, он не был сокрыт от человеческого взора, вплоть до того момента, как убрал его в ножны. Потом уже нет. Свершив исцеление, он молча смотрел на аул, которому вернул будущее. В благодарности он не нуждался. Люди и понятия не имели, кому обязаны, однако Михаила именно это и устраивало. Он бы уже удалился, однако по-прежнему оставался на скале, стоя на самом ее краю. Он снова ощутил, что ему препятствуют.</p>
   <p>        Создатель помех вторично заставил себя ждать. О его появлении возвестила упругая воздушная волна — слышимая, но бесплотная, с каковой архангелы проявляли себя в пространстве. Складывая крылья, к Михаилу приблизилась знакомая фигура. Встав рядом с ним, она окинула взором аул.</p>
   <p>— Я смотрю, ты без дела не сидишь, — неопределенно сказал Люцифер, однако с таким выражением, что это что-нибудь да значило.</p>
   <p>Он вообще никогда ничего не говорил или делал попусту, всегда имея некий умысел, и брат это прекрасно знал.</p>
   <p>— Тебе какая забота? — прохладно отозвался Михаил. — Грешников недополучил?</p>
   <p>— Я пришел тебя поздравить, — спокойно произнес Люцифер. — Одиночных случаев тебе стало мало, вроде недавних онкобольного и сапера. Ты явно решил нарастить масштаб. Целая деревня — это впечатляет. Глядишь, ты так и до большого города доберешься.</p>
   <p>На удивление, в его голосе не звучала ирония, что было даже подозрительнее, чем если бы она проявлялась.</p>
   <p>— Я уже исцелял города, — резковато ответил Михаил. — От чумы в средневековье, если помнишь. И не только.</p>
   <p>— Как такое забудешь, — повел рукой Люцифер. — Вот только есть нюанс. Тогда ты действовал по приказу. По указке сверху. Сегодня ты проявил самодеятельность. Если я не ошибаюсь, тебя никто не посылал.</p>
   <p>        Лицо Михаила опять обрело величественное выражение, с той только разницей, что суровости на нем сейчас было куда больше, нежели обычно. Несмотря на твердость в принятом решении, его все еще беспокоила неуверенность, не пошел он ли наперекор высшей воле. Военачальник небес считал неподчинение абсолютно недопустимым. Приказа, конечно, он не получал, как и повеления не вмешиваться, и все же… Михаил ощущал колебания, прежде незнакомые его сущности, и приписывал это Люциферу. Приписывал отнюдь не облыжно. Уже не впервые брат зарождал в нем сомнения, к чему активно подключалась и сестра. Суровость на лице Михаила адресовалась именно Люциферу, и все же он промолчал, поскольку воплощал собой справедливость.</p>
   <p>        С одной стороны, поведение Люцифера было сродни тому, что говорили о нем люди на земле — хитрый дьявол, способный лживыми речами совратить почти кого угодно. С другой, Михаил прекрасно знал, насколько это не соответствует действительности. Ему была известна истина, которую Люцифер никогда не преступал. Что бы тот ни говорил, его слова всегда основывались на правде. Другое дело, в каких интересах он ее использовал, однако это уже оставалось на совести собеседника. Как и обычно, даже сейчас Люцифер был совершенно прав, хотя несомненно имел скрытый умысел. Скрытый, впрочем, отнюдь не для Михаила.</p>
   <p>        Утренняя звезда говорила с военачальником небес не впервые. Темы разнились, порой касаясь совершенно неожиданных вещей, однако с некоторых пор в них все чаще прослеживался единый лейтмотив. С некоторых пор — по меркам архангелов. Правитель ада проявлял растущий интерес к человечеству, причем совсем не тот, который это самое человечество могло бы предполагать. Пока его проклинали со всех амвонов, неизменно виня в любом проявлении зла, он выражал недовольство несправедливостью. Самое любопытное, что не конкретно к нему, а вообще.</p>
   <p>        История небезызвестного изгнания начинала разниться с ее последствиями. Люцифер, которому небезразлична судьба людей — это выглядело оксюмороном, какой-то насмешкой над самим собой, если бы не соответствовало действительности. Михаил давно приметил его странные дела, никак не вписывавшиеся в привычную канву. Не ограничиваясь наказанием в аду, Люцифер все чаще проделывал это и на земле, досрочно отправляя грешников в пекло. Михаил удивлялся, но не вмешивался, тем более что и приказа такого не получал. Он был вынужден признать, что брат никогда не вредил невинным, а сожженные им злодеи могли натворить еще немало всяких бед, причинить много горя и боли. Поначалу списав это на прихоть, постепенно Михаил заподозрил, что тут кроется нечто большее. Речи брата все сильнее его в этом убеждали. Не отставала и Люмениферус. Сговорились они или нет, и кто из них первым кого подбил — особого значения не имело. Важно было лишь то, что их внимание теперь все чаще обращалось на Михаила.</p>
   <p>        Пауза затягивалась. Глядя на аул, братья думали каждый о своем, хотя во многом их мысли сходились и даже пересекались. Правда, причина на то была разная, да и следствие тоже.</p>
   <p>— А скажи-ка мне, зачем ты все это проделал? — нарушил безмолвие Люцифер.</p>
   <p>— Надеюсь, ты не воображаешь, что я стану перед тобой отчитываться? — прищурился Михаил.</p>
   <p>— Хорошо, я отвечу сам, — пожал плечами Люцифер. — Ты восстановил справедливость, не смог остаться в стороне. Спас от смерти всеми брошенного солдата, чья совесть и доблесть произвели на тебя впечатление; вернул в строй сапера, который погибал по нелепой случайности и мог не уберечь от гибели ребенка; исцелил целый аул, незаслуженно, за чужую бездушность идущий прямо к смерти. Никто им не помог, никто не вмешался, несмотря на все мольбы. Вмешался ты. Взял на себя смелость поступить наперекор уготованной им судьбе.</p>
   <p>        Продолжительная тирада ничуть Михаилу не польстила. В похвалах он не нуждался, да к тому же чувствовал подвох.</p>
   <p>— Откуда ты знаешь, что я как раз и не воплотил их подлинную судьбу? Что именно так я и должен был поступить, следуя высшей воле? — нахмурился Михаил, не слишком-то воодушевленный словами брата.</p>
   <p>— Да брось. Оставь эти речи святошам, — поморщился Люцифер. — Это они любое добро и зло трактуют одним и тем же. Отказывают себе в объективном выборе, словно пресловутый трамвай на рельсах. Ты же имеешь волю, знаешь истину. Никакая ложь, никакие надуманные убеждения не застилают тебе глаза. И уж тем более убеждения удобные — для оправдания своих желаний или бездействия.</p>
   <p>— Это ты сейчас о чем? — с подозрением осведомился Михаил.</p>
   <p>— Все, что ты сделал — ты сделал по своему усмотрению, ибо сам этого захотел, — и бровью не повел Люцифер. — Не лги себе, как это делают люди. Впрочем, ты и не лжешь — просто не хочешь вдумываться. Ты вершишь справедливость — бесспорный факт, но даже мне не желаешь признать, от кого она исходит. Ты слышишь этих селян? Тех, кого ты сейчас исцелил? Кому они возносят хвалы? Уж явно не тебе.</p>
   <p>— Я не нуждаюсь в благодарности, — резко ответил Михаил. — Я поступаю, как должно.</p>
   <p>— А я и не об этом. Они возносят ее тому, кто палец о палец не ударил. Кто ничего не сделал, чтобы спасти их от смерти, — выразительно подчеркнул Люцифер.</p>
   <p>        Михаил хотел было возразить, однако снова промолчал. Вступать в идеологическую перепалку с братом он считал ниже своего достоинства. К тому же хитроумный братец почти наверняка одержит верх, а поражение для военачальника небес было неприемлемым и унизительным. Да чтоб тебя, ну вот опять! Насупившись, Михаил ощутил, как в нем снова шевельнулось сомнение. Этого еще не хватало! Что за напасть такая — считать, что поступаешь справедливо и одновременно неправильно?</p>
   <p>— Ты зачем явился? — сухо напомнил Михаил. — Посетовать на судьбу или ткнуть меня во все это?</p>
   <p>        Сдерживавшие узы уже спали. Михаил мог улететь, хоть на крыльях, хоть мгновенно исчезнув в пространстве, однако оставался на скале. Теперь ему хотелось узнать, с какой целью его опять навестил Люцифер. Уж явно не для того, чтобы обсудить деяния Михаила. Впрочем, кто его знает. Последние пару веков брат все чаще вел себя нетривиально.</p>
   <p>— Люмениферус хочет с тобой поговорить, — повторил Люцифер то же самое, что и в прошлый раз.</p>
   <p>— Ты это уже передавал, — фыркнул Михаил.</p>
   <p>— А ты так и не явился, — парировал Люцифер.</p>
   <p>        Похоже, это и впрямь была подлинная причина визита. Подгадав момент, брат снова выступил посланником, воспользовавшись тем, что Михаил задержался на одном месте. Другой никак не угадывалось, исключая неоднозначные слова о мироустройстве вообще и справедливости в частности. Люцифер и прежде был охотником что-то такое обронить.</p>
   <p>— Чего ей надобно? — ворчливо осведомился Михаил.</p>
   <p>— Придешь — узнаешь, — послышался лаконичный ответ.</p>
   <p>— А почему она сама меня не позовет? Чего она тебя присылает? — довольно резонно поинтересовался Михаил.</p>
   <p>— В отличие от нее, я ничем не рискую. Мне хуже уже не сделаешь, а ей очень даже можно, — спокойно пояснил Люцифер, однако в его голосе промелькнули и другие нотки.</p>
   <p>Не было секретом, что светоносной сестрой он дорожил.</p>
   <p>— Не находишь, что это должно меня насторожить? — покосился на него Михаил.</p>
   <p>— Не больше, чем твои собственные деяния, — невозмутимо ответил Люцифер. — Теперь у вас с ней много общего.</p>
   <p>— Я никого не сжигал! — возмутился таким сравнением Михаил.</p>
   <p>— Ага. Значит ты в курсе про тот пожарчик, который учинила наша сестра, — уголком рта улыбнулся Люцифер. — Справедливость, знаешь ли, заключается не только в исцелении.</p>
   <p>        Вот же белокурая бестия! Раздосадованный речами брата, Михаил начал сердиться, однако быстро успокоился. Было бы странно, не узнай про дела одного архангела другие. На земле, в мире смертных, это примечалось довольно легко, что и объясняло появление Люцифера. Их родственные узы позволяли многое улавливать на расстоянии, и особенно в порыве чувств. Нахлынувший в Золотом треугольнике, гнев Люмениферус ощущался очень хорошо, а пожар был виден даже из космоса. Впрочем, Михаила рассердило не это. Сестра и прежде выкидывала номера, по природе эмоциональная и чувствительная. Ему не понравилось сравнение, поставившее на ту же планку и его.</p>
   <p>— Тебе известно, как там было дело, — подлил масла в топку Люцифер. — Ты же наведался проверить. Давай, скажи, что она поступила несправедливо.</p>
   <p>Михаил сдержался, не желая ввязываться в сомнительный спор. Он знал надежный способ избавиться от речей брата.</p>
   <p>— Если захочу, я дам ей знать. И не преследуй меня больше, — твердо заявил он, давая понять, что разговор окончен.</p>
   <p>И тут же исчез в пространство.</p>
   <p>        Уходу Михаила, отбывшего без церемоний, Люцифер не препятствовал. Во-первых, помехи действовали недолго, и на раз-два не возобновлялись. Помешать друг другу удалиться архангелы могли только на короткий промежуток времени. Во-вторых, его цель была достигнута. Он сделал то, за чем пришел.</p>
   <p>        Оставшись в одиночестве, Люцифер неторопливо обвел взглядом горы, услаждая взор их незыблемой и величественной красотой. Снежные вершины сверкали белым светом, похожим на его собственные крылья. С неприступных круч срывались гремучие водопады, сиявшие хрустальной чистотой. Цепляясь за склоны, деревья нависали над обрывами, местами сбиваясь в целые леса. Глубокие ущелья полнились таинственным туманом. В небе кружили орлы, гордо рея в далекой вышине. По камням и уступам скакали проворные архары, за которыми бесшумно крался красавец барс. Горы жили и дышали, в суровом своем великолепии, под бегущими облаками и лучами яркого солнца.</p>
   <p>        Жил и дышал аул. Обратив на него взор, Люцифер отметил, как забурлила, возвращаясь в русло, его привычная суета. Оплакивая умерших, его жители не забывали о живых, чьи нужды превосходили потребности мертвых. Завтра наступит новый день, и теперь они с надеждой смотрели в будущее. То будущее, которого они едва не лишились, и которое им вернул архангел Михаил.</p>
   <p>— Начало положено, даже если ты сам этого еще не понял, — тихо произнес Люцифер. — Но ты поймешь. Другое дело, как ты потом поступишь.</p>
   <p>Сказав так, он исчез. Как и брат, он не раскрывал белоснежных крыльев, а просто ушел куда-то в пространство, оставив аул наедине с его новой судьбой.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>– 4 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        После зеленой дыры, затерянной в дремучих джунглях, кварталы мегаполиса представлялись настоящим технологическим исполином. Блестя стеклом и металлом, громады небоскребов устремлялись ввысь, словно хотели достать до небесных врат. Сияли огни витрин, озаряя тротуар затейливыми вывесками и динамичной рекламой. Перемаргивались вездесущие светофоры, собирая на улицах длиннющие пробки. За вечерним временем, повсеместно разгорались большие и малые фонари. Тарахтя и гудя, горели фарами автомобили, протянув свои светящиеся цепочки через все артерии города. Светились и смартфоны в руках многочисленных пешеходов, создавая целую реку хаотично смещавшихся огней.</p>
   <p>        Уставившись в телефоны, люди шагали по своим делам, чинно выстраивались на перекрестках, входили и выходили из зданий, подзывали такси или высаживались по прибытию. В подземку или из нее они шли целым потоком, гурьбой ожидали автобуса и цепочками выстраивались на платформах. Их голоса сливались, образуя единый неразборчивый шум. Он смешивался с гулом машин, фрагментами игравшей музыки, криками уличных торговцев, какими-то стуками, скрежетом, далеким грохотом и прочими звуками бурлившего мегаполиса. Его жизнь никогда не прекращалась. Вплетая в себя жизни людей, он обретал и собственную — не живую, но пульсирующую и бьющую ключом, хоть и не обладавшую разумом, однако имевшую характер и диктующую свою волю. Создав законы большого города, его уклад, особенности и порядки, люди теперь и сами были вынуждены их соблюдать. Город довлел над ними как титан, бросавший вызов олимпийским богам, и неизменно требовал свое, подчиняя, перемалывая и властвуя.</p>
   <p>        Люмениферус недолюбливала каменные джунгли. Не то чтобы не любила или сторонилась, а именно недолюбливала, относясь к ним с известной долей скепсиса и прохладцей. Огромные города наполнялись неживым движением. Людей там было много, а вот всего остального мало. Она же предпочитала разнообразие, когда вокруг доминирует природа и где всегда есть чем заняться. Удивляться этому не приходилось. Ее отношение к жизни носило весьма нетривиальный характер. Она ощущала ее всю, начиная от инфузорий и заканчивая человечеством. Она не просто видела ее и ценила, наблюдала, вмешивалась и исцеляла — как никто другой, она могла творить.</p>
   <p>        Единственная из архангелов, Люмениферус обладала даром сотворения новой жизни, недоступным ее братьям. Заживить кому-то раны — это одно, это могли они все; взрастить новое дерево, наполнить пустыню цветами или вернуть плодородие выжженной земле — совсем другое. Люмениферус не воскрешала — таковой возможностью по отдельности ни один архангел не обладал. Она создавала новое, во всем его изобилии и красоте. Чему и удивляться, что она недолюбливала царство стекла, камня и металла. Жизнь тут сводилась к очень ограниченному набору, в то время как ей хотелось широты, ощущения богатого разнообразия. И все же она частенько обреталась в городах, ибо и людей в них встречалось гораздо больше; человечества, которому она не забывала уделять внимание.</p>
   <p>        Прохаживаясь по улицам, Люмениферус поглядывала на прохожих. Она ловила их реплики, слушала разговоры и подсматривала переписку на смартфонах. Она наблюдала, как родители общаются с детьми и как в ответ общаются с ними дети. Рабочие с отбойными молотками вызывали у нее интерес, ничуть не меньший, чем мамочки с колясками или мойщики окон. Она оборачивалась на пожарных, несущихся на вызов, присматривалась к полицейским патрулям, окидывала взором таксистов и поспешающих курьеров. Все это казалось шпионажем, откровенным подглядыванием за людьми, однако в известной степени так и было. Корыстный интерес отсутствовал, равно как и нездоровый, архангелам априори не присущий. Люмениферус изучала людей в интересах самих людей.</p>
   <p>        Каждый по отдельности, человек обычно представал не таким, каким он выглядел в социуме. Поведение в одиночестве, в семье или обществе существенно разнилось. Характер оставался неизменным, однако слова, эмоции и даже привычки серьезно отличались. С одной стороны, это было нормально. С посторонними людьми не вели себя так, как с родными и близкими, а с теми не всегда допускалось то, что проявлялось только в уединении. С другой, это существенно осложняло задачу Люмениферус. Ей требовалось совершенное восприятие, а не частичное и уж тем более искаженное. Если уж и вмешиваться в жизнь людей, то со знанием дела, хорошим пониманием их самих, а не как пресловутый слон в посудной лавке.</p>
   <p>        Действиями наобум, исходя из архангельского взгляда на мир, можно было не столько помочь, сколько сделать еще хуже. На этом Люмениферус уже неоднократно обжигалась, учла полученные уроки и сделала соответствующие выводы. Времени на это у нее хватало. Она давно обосновалась на земле, проводя на ней львиную долю лет. Она видела эпоху Возрождения, мрачное Средневековье и Раннее Средневековье. Она была свидетелем зари Новой эры, падения и становления античности. Мимо нее не прошел железный век, как до него и бронзовый, и неолит. Вживую, а не понаслышке, она узрела всю историю человечества, ибо всегда находилась где-то рядом, лишь ненадолго отлучаясь в преисподнюю или райские кущи.</p>
   <p>        Пока Михаил командовал небесами, а Люцифер властвовал в аду, Люмениферус бродила в мире смертных, ниоткуда не изгнанная, но везде и нежеланная. Сначала она смотрела на людей с любопытством, дивясь, сколько шуму из-за них поднялось. Затем она стала им сочувствовать и даже сопереживать, мало-помалу все больше проникаясь их судьбой. Тогда-то она и уяснила, что любое вмешательство способно вызвать нежелательный эффект.</p>
   <p>        Могущество архангела подводило в житейских особенностях. Помогая одному человеку, Люмениферус невольно могла осложнить жизнь другим, просто не сообразив, к чему это приведет. Хуже того — результаты ее помощи зачастую вредили и тому, кому она оказывалась. Удивительное исцеление, воспрявшие посевы или расплодившийся скот вызывали не радость, а подозрение, зависть и даже страх. Не в состоянии объяснить чудеса, люди весьма неважно относились к тому, у кого их находили. И последствия, порой, оказывались плачевными.</p>
   <p>        Поубавив архангельскую прыть, Люмениферус осознала, что всем подряд помогать не получится, да и не стоит. Не вдаваясь в философию, вреда от этого выходило куда больше, нежели пользы. Тут требовался очень взвешенный подход, тонкое знание дела и мастерское понимание человечества. Достичь этого можно было лишь самой, и отнюдь не на раз-два, а путем кропотливого и усердного труда.</p>
   <p>        В отличие от Люцифера, Люмениферус не умела читать прямо в душах, исключая поверхностное излучение. Кроме него, этого вообще никто из архангелов не умел. Ей приходилось осваивать другие методы, по крупицам вникая в психологию людей, старательно изучая их социум и взаимоотношения. Обосновавшись среди них, Люмениферус смотрела и слушала, делала выводы и запоминала. И постоянно совершенствовалась. Каждая эпоха, все достижения человечества становились и ее эпохами и достижениями. Все глубже проникая в суть, она оттачивала навыки, что позволяло вмешиваться более аккуратно и результативно.</p>
   <p>        Могущество архангела предоставляло широчайшие возможности для шпионской деятельности. Заметить Люмениферус, усевшуюся на кухне или обосновавшуюся в гостиной, людям было нереально, пусть даже с помощью научных приборов. Она присутствовала на праздниках, заглядывала на романтические свидания и осматривалась на похоронах. Она стояла возле матерей, возившихся с младенцами, сопровождала отцов в их прогулках с детьми, наведывалась на работу и устраивалась рядом с отдыхающими в шезлонгах. Таким участием, однако, она не ограничивалась.</p>
   <p>        При желании, архангел без труда выдавал себя за человека. Ему только и требовалось, что не распускать свои крылья да не лучиться белоснежным светом. Лучше бы вообще никаким, а заодно и обходиться без чудодейственных штучек. Тогда он вполне сходил у людей за своего, особенно если прожил с ними века и даже тысячелетия. К такой маскировке Люмениферус и прибегала. Расхаживая по улицам, заходя в магазины и кафе, она далеко не всегда оставалась невидимой. Используя образ, она представала в разном облике, меняя не только одежду, но и украшения, прическу и цвет волос. Вживаясь в роль, она все чаще позволяла это делать людям.</p>
   <p>        Выбирая наряды, Люмениферус говорила со стилистами и продавцами, не без интереса вверяя себя их рукам. В парикмахерских ей делали прическу и окрашивали волосы, а в салонах красоты педикюр и макияж. Притворяясь обычной женщиной, она общалась и с мастерами, и с покупателями, проникая в их заботы, потребности и чаяния. Поднаторев за минувшие века, она маскировалась поистине великолепно, ничем и никогда себя не выдавая.</p>
   <p>        Люмениферус подводило лишь одно — подлинная сущность. Как бы она ни старалась, люди примечали ее красоту, присущую этой неповторимой небожительнице. Они не понимали, с кем имеют дело, однако относились более предвзято, пусть эта предвзятость и носила неизменно приветливый характер. Непроизвольно, они зачастую не отводили от нее глаза, улыбались и хотели сделать что-нибудь приятное. Необъяснимое очарование чувствовали даже женщины, а про мужчин так и вовсе говорить не приходилось.</p>
   <p>        Пока Люмениферус молчала, ей удавалось оставаться незамеченной, сохранять нейтральное и непредвзятое отношение. Привлекая внимание, она привлекала его полностью. Женщины болтали с ней как с лучшей подругой, и даже у неразговорчивых мужчин просыпалась невероятная словоохотливость. Они рассказывали ей больше чем священнику на исповеди, и при необходимости Люмениферус могла узнать у них решительно все.</p>
   <p>        С одной стороны, это было хорошо — уметь вытягивать у людей всю подноготную. С другой, это основательно мешало чистоте эксперимента. Как у действующего лица, у Люмениферус не выходило воспроизвести естественную ситуацию, проверить какое-то соображение наглядным образом. Точнее, выходило, однако с вышеупомянутой предвзятостью. По этой причине она и совмещала оба способа. В зависимости от обстоятельств, она незаметно подглядывала за людьми, что гарантировало подлинность их поведения, либо же вливалась в социум сама.</p>
   <p>        Люмениферус никого не обходила вниманием. Ее интересовала любая профессия, раса, возраст или пол. То же относилось и к увлечениям, без разницы, была ли то игра на скрипке, гребля на каноэ, вышивание или страйкбол. Впрочем, своеобразные любимчики у нее все же были. Из всех осведомителей она предпочитала таксистов, барменов и полицейских. Любого из них она могла разговорить, и любой из них выкладывал ей массу жизненных рассказов. Люмениферус не только слушала. Отделяя правду от домыслов, при случае она еще и проверяла, что с возможностями архангела не представляло особого труда. Это заканчивалось по-разному. Порой она открывала для себя волнующую, полную драмы историю, совершенствуя свои познания человечества. Бывало и такое, что проверка приводила к ее вмешательству. В мегаполисах это происходило куда чаще, нежели в небольших деревнях. Люмениферус предпочитала очарование сельской местности, однако большие города давали ей больше пищи для размышлений.</p>
   <p>        Прогуливаясь в свете фонарей, все ярче разгоравшихся под вечерним небом, Люмениферус находила, что день прошел не зря. Поведанная седовласым копом, очередная история привела ее в домишко многодетной матери. Эта женщина не то чтобы бедствовала, однако с сожителем ей явно не повезло. Невежа и тунеядец, работать он явно не хотел, вместо чего занимался сомнительными делами. Однажды он уже отсидел, однако на пользу ему это явно не пошло. Прежде воровавший, теперь он приторговывал в клубах наркотой, довольно ловко избегая обвинений полиции. Приводы у него были, а достаточных доказательств не было. Люмениферус не занималась перевоспитанием преступников, да и со всякой шушарой не возилась, однако коп рассказал, что тут имелось и кое-что еще.</p>
   <p>        Официально это называлось "домашнее насилие". К сожалению, только на словах. Прибывая на вызов, патрульные догадывались о происходящем, но какими-либо подтверждениями не располагали. Не слишком расторопные, соцработники также разводили руками. Им требовалось свидетельство многодетной матери, а без него привлечь подлеца не удавалось. Та же упрямо его защищала. Положение казалось безвыходным, однако Люмениферус никак не связывали человеческие ограничения.</p>
   <p>        Наведавшись в указанный дом, архангел быстро установила истину. Мерзавец бил не только эту женщину, но и не стеснялся колотить ее детей — якобы в воспитательных целях. Люмениферус не переносила, когда поднимали руку на ребенка, а уж вид синяков и ссадин моментально завел ее с пол-оборота. В разговоре по душам она выведала абсолютно все.</p>
   <p>        Женщина не заявляла в полицию по двум причинам. Во-первых, она была воспитана в дремучем патриархате и банально не мыслила дома без мужчины, пусть даже такого паршивого. Во-вторых, мерзавец грозил отыграться на ее ребятишках, если на него донесут или просто выставят. Надеясь на лучшее, женщина терпела, ибо какие-то деньги ее сожитель все же приносил. В глубоком самообмане, она традиционно верила, что ей удастся его перевоспитать. Как и всегда, эти надежды проходили втуне, оставаясь плодом беспомощности и лжи самой себе.</p>
   <p>        Уяснив, что к чему, Люмениферус быстро разрешила ситуацию. Архангелу такое было как рукой повести. Наведавшись в ночной клуб, мерзавца взяла полиция, да не просто взяла, а с полными карманами улик. Хватало у него и денег, предназначенных для управляющего клубом, а по совместительству наркодилера. При задержании все это изъяли копы, однако в хранилище улик остались только наркотики. Из-за оплошности в отчетах, нелепой путаницы в бланках деньги странным образом затерялись. Нашлись они у многодетной матери.</p>
   <p>        Благодаря подсказке, у женщины хватило ума не поступить опрометчиво. Она припрятала нежданную кубышку, чтобы расходовать оттуда по необходимости. Не ограничившись содеянным, Люмениферус сумела поставить и точку. Она направила в этот дом хорошего человека — сантехника, еще не старого вдовца и очень работящего мастера. Теперь она неплохо разбиралась в людях и нутром ощущала, что и как надо провернуть. Взаимный интерес не заставил себя ждать. Удовлетворенно улыбаясь, Люмениферус даже не сомневалась, что у этих двоих появилось совместное будущее, а у детей заботливый опекун. Засим она удалилась и отправилась бродить по оживленным улицам города.</p>
   <p>        Архангелы не спали, не чувствовали голода и вообще не зависели от физиологии — этого бремени исключительно смертных, в том числе и людей. Они даже не дышали, хотя временами имитировали дыхание, чтобы не выделяться из толпы. Выражая эмоции, они по-человечески вздыхали, причем иногда умудрялись это делать и между собой. Как говорится, с кем поведешься. Тем не менее, они не нуждались в пище или сне, отчего Люмениферус не сидела сложа руки сутки напролет. Безусловно, она позволяла себе и досуг, как тот же Люцифер с его любованием пейзажами. Закончив с многодетной матерью, она совмещала приятное с полезным, гуляя по тротуарам и поглядывая на прохожих. Затем, насмотревшись и наслушавшись, решила поехать в парк. Как архангел, она могла переместиться туда мгновенно, однако последовала заведенной привычке и вскинула руку, подзывая такси. Степенные и импульсивные, разного возраста и цвета кожи, водители оставались любопытным источником информации, пренебрегать которой не стоило.</p>
   <p>        Машина остановилась быстро. Среагировав на архангела, ближайший таксист тут же притормозил, хотя уже и проезжал ее на скорости. Необъяснимое очарование спровоцировало желание угодить. Неспособное замереть мгновенно, такси проехало дальше и припарковалось у тротуара, футах в тридцати от Люмениферус. Улыбнувшись, та направилась на посадку. Она была уже у дверей, как тут произошло нечто неожиданное. Ее опередил какой-то смуглый мужчина. Подскочив к машине, он дернул за дверную ручку и запрыгнул на заднее сиденье.</p>
   <p>— Эй! — опешила Люмениферус.</p>
   <p>На ее лице разлилось искреннее недоумение. Обычно люди хотели ей услужить, а уж никак не перехватить такси под самым носом. Постучав по стеклу, она привлекла к себе внимание — мол, любезный, разве так порядочные люди поступают? Ответом ей был мимолетный взгляд — бездушный и холодный. Смуглый мужчина и бровью не повел. Слушаясь его указаний, таксист вырулил в полосу и влился в поток.</p>
   <p>        Лицо Люмениферус снова изменилось. Оставшись на тротуаре, она уже не удивлялась, хотя ситуация и выглядела из ряда вон. Таковой она, собственно, и была. В чертах архангела появилась жесткость, глубокая неприязнь и всколыхнувшаяся тревога. Человек, только что уехавший в машине, по своей природе таковым и являлся, однако с весьма серьезной оговоркой. Такси везло его как пассажира, а своего собственного вез он сам. Ошибиться Люмениферус не могла. Кем бы ни оказался смуглый мужчина, сейчас это был не кто иной, как демон.</p>
   <p>        Исчадия ада симпатий у ангелов не вызывали, и тем паче архангелов. Это касалось даже Люцифера, хотя и правившего преисподней, однако без выраженного удовольствия. Тамошних обитателей он держал в узде и спуску им не давал. Никакого расположения он к ним не испытывал, в случае неповиновения тут же обрушивая свой испепеляющий светоносный гнев. Чего уж говорить о Люмениферус, которая обитала не в краю зла и проклятых, а на земле. Наведываясь к брату в ад, она едва удерживалась, чтобы не всыпать тамошней братии по первое число. В мире смертных она уже себя не останавливала. Немало злобных тварей сгорело от ее сияния, и еще больше она отправила обратно в пекло. Уяснив, с кем столкнулась у такси, она распалялась и сейчас.</p>
   <p>        Михаил отличался терпением, невозмутимостью и выдержкой. Он великолепно держал себя в руках, и обычно не терял хладнокровной уравновешенности. Характерными чертами Люмениферус были эмоциональность, чувственность и импульсивность. Проявляясь в любви, искренней привязанности к прекрасному и живому, они проявлялись и в гневе. Люмениферус быстро остывала, но столь же быстро и вспыхивала, иногда способная взорваться словно пороховой погреб. Одной искры вроде демона для этого было вполне достаточно. Загораясь изнутри, она уже примерялась, чтобы ворваться в такси своим белоснежным сиянием, и лишь усилием воли задумалась о последствиях.</p>
   <p>        Самообладание взяло верх. Нападение на демона немедленно раскрыло бы инкогнито архангела, развеяло его образ и представило в подлинном обличье. Даже без крыльев, без их лучистого излучения, поди людям объясни поток ослепительного света. В безлюдной местности Люмениферус не колебалась бы ни секунды. На шумной улице, средь оживленного потока пешеходов, она сумела совладать с эмоциями. Зрелище архангела, испепеляющего отродье преисподней, было им, пожалуй, ни к чему. Уняв внутренний огонь, Люмениферус ничем не выдала себя огромному городу. Экзекуция не произошла, однако и отпускать демона восвояси она не собиралась.</p>
   <p>        Быстро оглядевшись, Люмениферус прошла в ближайшую дверь, а там отыскала безлюдный закуток, где тут же исчезла. Исчезла для людей, чтобы не ошарашить их на улице. Став незримой для смертных, она расправила крылья и немедленно порхнула обратно. Благодаря огромным пробкам, такси уехало недалеко, и обнаружить его в потоке машин оказалось несложно. Кроме того, Люмениферус теперь знала, кого искать, и ощущала демона на довольно приличном расстоянии. Для архангела это считалось в порядке вещей. Тут было куда любопытнее, ощущал ли ее демон.</p>
   <p>        Прикидываясь человеком, Люмениферус автоматически ограничивала свое восприятие. С раскрытыми крыльями она обладала всей полнотой могущества. Намеренно сдерживаясь, она сужала его как по расстоянию, так и возможностям. Это объясняло, отчего она распознала демона лишь вблизи, столкнувшись с ним лицом к лицу. Она ведь не выискивала их в толпе, непрерывно сканируя пространство будто сонар на подводной лодке. То же относилось и к демону, априори силой архангела не располагавшего. У него, безусловно, имелись свои трюки в рукаве, однако с величайшими небожителями они были несопоставимы. Это касалось и чутья.</p>
   <p>        Засев в человеке, демон мог не уловить, у кого перехватил такси. На него ведь не действовала красота Люмениферус, поскольку та не для преисподней и предназначалась. В образе обычной женщины она оставалась таковой и для демона. Не исключалась, однако, и альтернатива. Узрев перед собой архангела, тот предпочел сделать вид, будто ничего не заметил. Для него это было точно безопаснее, ну а дальше уж как получится. Если он остался неузнанным — хорошо; если же нет — ну, это Люмениферус и собиралась проверить. Неторопливо помахивая крыльями, она летела поодаль, не выпуская такси из виду. Держась повыше над улицей, она сохраняла расстояние, на котором была вне поля зрения демона. Сама же его прекрасно видела и намеревалась выяснить, куда он направляется.</p>
   <p>        Проследить за необычным пассажиром труда не составляло. В отличие от архангела, демон не мог перемещаться как заблагорассудится, исчезая в пространстве и уносясь с огромной скоростью. В человеческом теле он вынужденно следовал человеческим же ограничениям. Для Люмениферус поездка на такси была прихотью, для демона же непреодолимая необходимость. Архангел ни в кого не вселялась, всегда оставаясь собой, только замаскированной. Исчадие ада зависело от тела человека. Оно могло его покинуть, за редким исключением в любой момент, однако в остальном было связано материальной оболочкой. Оттого демон и ехал в такси, пока архангел летела неподалеку. По той же причине он и дальше оставался несложной целью для наблюдения.</p>
   <p>        Прибыв на место, демон расплатился за поездку, не забыв про типичные чаевые. Судя по всему, он не желал выделяться из толпы, поскольку не использовал свои возможности, а достал бумажник. Купюры в нем были самые настоящие, отнюдь не сфабрикованные в адской кузнице. Затем он вошел в большое здание, украшенное полированной вывеской, и тем же приземленным образом дождался лифта. Кабина заполнилась людьми, среди которых у него нашлись знакомые. Демон от них нос не воротил. Похоже, он тоже прикидывался человеком, и проделывал это вполне успешно.</p>
   <p>        Разговор носил оживленный, однако сугубо деловой характер, и после выхода из лифта переместился на рабочее место. Обосновавшись неподалеку, а именно прильнув снаружи к стене, Люмениферус уже поняла, чем занимался демон, и что это за заведение вообще. Он засел в теле брокера, на кой-то ляд ведя его образ жизни и усердно выполняя обязанности. Сверив часы, он принялся изучать какие-то цифры и графики, выводимые сразу на несколько мониторов, а потом с головой окунулся в работу. Начинались вечерние торги.</p>
   <p>        Уже само по себе, появление демона ничего хорошего не означало. Ангелы встречались разные, люди были разными, отродья преисподней — тоже, однако последних неизменно роднило одно. Добрыми они заведомо не бывали. Чего бы они ни замышляли, ожидать приходилось лишь чего-то скверного. В отличие от ангелов, они не заглядывали на землю ради любопытства, и досуг свой там тоже не проводили. Их визит всегда преследовал некую цель, в той или иной ее степени вредоносности. Сражая демонов, Люмениферус никогда не испытывала колебаний. Любая ошибка здесь в принципе исключалась. Другое дело, <emphasis>что именно</emphasis> она упреждала. Пожалуй, не стоило разбираться с демоном немедленно. Подавив это желание, архангел решила выяснить, какое зло у того на уме.</p>
   <p>        Ни в золоте, ни в деньгах, ни вообще в материальных ценностях обитатели ада не нуждались. Всем этим набором, имевшим значение для одних людей, они отлично умели совращать, однако сами были вне презренного богатства, как и ангелы. Сюда же причислялись и акции, которыми одержимый брокер зачем-то торговал. Было очевидно, что ему они совершенно ни к чему. Значит, он либо сохранял личину, поддерживая образ жизни своего носителя, либо действовал в чьих-то интересах. В первом случае все выглядело обыденно и вопросов не вызывало. За долгие годы на земле такое Люмениферус уже неоднократно встречалось. Куда нетривиальнее выглядел случай второй.</p>
   <p>        Подкупая богатством, демон умел материализовать его из ада, золотые то были слитки или драгоценные камни. Такую ерунду там штамповали в любом количестве, и она обладала неизменной популярностью в мире смертных. К ней не приводили следы, и отследить источник обогащения возможным не представлялось. Так зачем понадобились акции? Их число ограничивалось, как и обращение, имея весьма приметный характер. Для чего такие сложности? Поглядывая через стеклянную стену, Люмениферус окончательно угомонилась. На смену воинственному пылу пришел охотничий азарт. Отложив изгнание до поры, она принялась следить с утроенным энтузиазмом.</p>
   <p>        Обосновавшийся в брокере, демон торговал на совесть. Сам брокер был все еще где-то там, запрятанный в собственном же теле, однако заправляло им исчадие ада. Оно и мыслило и передвигалось, пока душа носителя пребывала в полузабвении и волевом параличе. За душу Люмениферус не переживала. Без серьезной вины ни в какое пекло та не отправится, овладей ей хоть сотня демонов. Эту ахинею самозабвенно распространяли люди, с чего-то вдруг воображая, что вот так запросто демон может погубить ее и отправить в ад. Одержимость достигалась разными путями, ибо зло всегда искало лазейки, однако она никогда не равнялась приговору. Будь все настолько просто, туда затащили бы половину человечества, если вообще не все. Нет — сама по себе одержимость к подобным последствиям не приводила. Безусловно, демон мог навредить своему носителю, однако не душе, если та его не вызывала и не стала вместилищем добровольно. Случалось ведь и такое, однако явно не на этот раз. Люмениферус видела не только физическую оболочку. Она убедилась, что брокер захвачен не по доброй воле, а демон в его теле проявляет изрядный энтузиазм.</p>
   <p>        В биржевых делах архангел не особо разбиралась, испытывая неприязнь к материальным ценностям. Торги чужим трудом ей претили по существу, не слишком далеко уйдя от феодализма и работорговли. Спекуляции на акциях, способные возвысить пустой проект и похоронить важнейшее производство — тем более. Зато теперь она разбиралась в людях, умея находить к ним подход. Влетев прямо в здание, Люмениферус заглянула в уборную. Когда она оттуда вышла, то снова была неотличима от человека, в деловом костюме и с пропуском-биркой на груди. Дальнейшее стало делом техники, где ее смог бы превзойти разве что Люцифер.</p>
   <p>        Разговорить сотрудников конторы для Люмениферус не составило труда. Держась подальше от демона, она вступила с ними в разговоры, которые ловко направляла на предмет своих интересов. Застигнутые у кофейного автомата, люди успешно попадали в ее сети, как мужчины, так и женщины, от брокера до уборщика. Не прошло и получаса, как Люмениферус знала об одержимом решительно все.</p>
   <p>        Прежде брокер особо не выделялся. За ним не числилось каких-то проколов, однако и серьезных достижений тоже не водилось. Он был одним из массы, исправно выполнявшей свою работу, без очевидного прогресса и перспективы, и вдруг с некоторых пор все изменилось. Он словно поймал удачу за хвост, нашел четырехлистный клевер или таскал за пазухой лепрекона. Успех стал сопутствовать ему во всем, и особенно в рискованных сделках, за которые не всякий бы и взялся. Его клиентская база преобразилась. Теперь он работал только с ограниченным кругом лиц, зато каким! В него входили влиятельные люди из числа настоящих шишек, а не спекулянтов и случайных нуворишей. О них он не распространялся, ссылаясь на конфиденциальность, однако слухами, как говорится, земля полнится. Все эти слухи Люмениферус ловила, мотала на ус и делала предварительные выводы.</p>
   <p>        С наибольшей вероятностью, одержимый на кого-то работал. Вся эта купля-продажа, профессиональный рост и смена клиентской базы иного объяснения не находили. Для самого себя это было демону не нужно, однако вряд ли он действовал и в интересах захваченного брокера. Люмениферус не улавливала сделки, клеймившей душу весьма характерным образом. Обезволенный демоном, брокер был не рад происходящему, что в принципе подтверждало его незаинтересованность. Задав ему пару вопросов, Люмениферус прояснила бы все из первоисточника, но это выходило за пределы ее возможностей. Говорить с душой, чье тело оккупировал демон, мог только Люцифер, и ей было интересно, он в курсе этой одержимости или нет. Пожалуй, при встрече его стоило расспросить, ну а пока… Пока Люмениферус оставила одержимого в покое. Узнав его адрес, она отправилась к нему домой.</p>
   <p>        Еще не достигший среднего возраста, брокер жил один, без семьи и постоянных отношений. Об этом говорила его квартира, обставленная в образе жизни холостяка. Теперь она носила и следы присутствия демона. В еде тот не нуждался, равно как и во всем остальном. Пока он пребывал в носителе, то насыщал его своей энергией, и телу также не требовалось пить или есть. Он мог это делать, чтобы не выделяться в обществе — и не более. Заглянув в холодильник, Люмениферус нашла в основном просрочку, среди которой завелась и откровенная гниль. Сроки годности сообщили о периоде, в течение которого холодильник оставался без внимания. Они совпадали с полосой удачи, внезапно доставшейся на долю брокера. Судя по всему, он был одержим где-то месяц.</p>
   <p>        Изучив квартиру, Люмениферус удостоверилась, что прежде брокер был изрядным бабником. Он регулярно таскал к себе девиц, однако быстро их бросал и ни с кем долгих отношений не поддерживал. Прожив с людьми тысячелетия, теперь она все это примечала получше любого сыщика. Приметила она и то, что в квартире не было признаков оккультизма или какого-либо мистического взаимодействия. Брокер не поклонялся дьяволу и вообще религиозной тематикой не интересовался. Такое можно скрыть от полиции, но никак не архангела, и отсюда возникал вопрос, каким же тогда образом в него проник демон. Отметив адрес в памяти, Люмениферус удалилась, однако лишь физически. Мыслями она оставалась там, постфактум анализируя каждую мелочь, и была крайне раздосадована, что эти мелочи ей так ничего и не сообщали.</p>
   <p>        Обычно Люмениферус не снисходила до рядового демона. При встрече она их испепеляла, однако специально за ними не гонялась и без необходимости не выслеживала. Нынешний случай заинтересовал ее особо. Формально ничем не примечательный, он чем-то зацепил ее чутье, а у Люмениферус оно никогда не подводило. Своими чувствами, особым ощущением мира она улавливала то, что могло ускользнуть от взора и ума ее братьев. Люмениферус тоже была умна, ибо глупцов среди архангелов не водилось, однако интуиция была ее сильной стороной. Люцифер читал в душах, делал логические выводы и предвидел наперед. Его сестра достигала того же за счет чувствительной натуры и восприятия самой жизни. Взяв демона на заметку, она пообещала себе вернуться, дабы разобраться, что тут к чему. Пока же отправилась туда, куда недавно и собиралась, а именно в городской парк.</p>
   <p>        Стемнело. Над мегаполисом, чье зарево виднелось и за горизонтом, простерлась безлунная ночь. По небу, закрывая звезды, бежали серо-белые облака, еще не набравшие воды для дождя или хотя бы мороси. Звезды, впрочем, видела лишь Люмениферус, ибо для людей они были сокрыты сплошным засветом от миллиардов городских огней. Видела она и туманности, далекие галактики и сверхмассивные черные дыры. Архангельский взор проникал сквозь материю, не ограниченный физическим пространством и его законами.</p>
   <p>        Космические красоты Люмениферус тоже нравились, и порой она отправлялась полетать в эти просторы цветного газа, заглядывая и в гости к звездам. Однако ненадолго. Там было холодно и пусто, а она любила жизнь, дарившую ни с чем не сравнимое тепло. Люди стремились в космос, находя в нем манящую романтическую прелесть. Люмениферус тянулась к земле, такой отличной от ледяной и бездушной стихии. Черному мраку вакуума она предпочитала земной свет, который озаряла и своим. Усевшись на скамейке, пустующей в столь поздний час, она отбросила мысли о демоне и думала о своем.</p>
   <p>        Михаил по-прежнему не появлялся. Он не игнорировал сестру, и вообще не относился к ней с предубеждением, но и откликаться на ее зов не спешил. В отличие от Люцифера, он держался нейтрально, и никаких совместных дел с Люмениферус не заводил. Он не упрекал ее за земную жизнь и не порицал интерес к человечеству, с течением веков все углублявшийся. При этом он и не помогал, ограничиваясь лишь рекомендациями быть поосторожнее, и изредка удерживая от серьезных ошибок. Однако и не препятствовал.</p>
   <p>        Постигая человечество, Люмениферус вмешивалась все чаще и все с б<emphasis>о</emphasis>льшим размахом. Михаил не встревал, не получая такого приказа, а без него позволял сестре поступать как заблагорассудится. Во всяком случае, до той поры, пока она не переступит его чувство справедливости, а такого ни разу не случалось. Наоборот — это Люмениферус к нему взывала, указывая на явную несправедливость в земных делах. Михаил сдержанно уходил от темы. Он говорил, что решать это не им. Он выполняет приказы, а кто не хочет им повиноваться, тот живет как Люмениферус и Люцифер. Он же во всем уверен и оставляет сомнения на долю отступников. Его спокойное, величественное лицо воплощало праведность своих слов.</p>
   <p>        Казалось, крепость Михаила непрошибаема, и каждый кирпичик его мыслей покоился на фундаменте незыблемых убеждений. И все же Люмениферус чувствовала, что он далеко не так непоколебим, как дает понять. Именно чувствовала, своим уникальным и лишь ей доступным даром. Где-то в глубине себя Михаил ощущал, что согласен не со всеми существующими порядками, и что со справедливостью действительно не все гладко. Похоже, он и сам этого не понимал, либо же не хотел признаться даже себе. Обращаясь к брату, Люмениферус надеялась, что ей удастся проявить эту скрытую искру, раздуть из нее огонек. Затем, может быть, и пламя, ибо предпосылки к тому появлялись и росли.</p>
   <p>        Деяния Михаила воодушевляли. Все чаще не оставаясь безучастным, он и сам приходил на помощь людям, движимый чувством справедливости. Это, безусловно, радовало. Вмешиваясь в ход вещей, он автоматически давал понять, что его не принимает. Загвоздка заключалась в том, что Михаил трактовал эти поступки по-своему. А именно, объяснял движением высшей воли, хотя приказов не получал. Мол, раз ему не запрещают и не останавливают, значит в этом и есть ее подлинное проявление, не требующее слов. В отличие от него, Люмениферус и Люцифер прекрасно знали, что их никто не посылал, и что они действовали по собственному усмотрению. В этом и заключалось кардинальное противоречие между ними. Противоречие, которое сестра намеревалась побороть.</p>
   <p>        Затрагивая нужные темы, Люмениферус заговаривала с Михаилом не впервые, однако тот вел себя очень сдержанно и осторожно. Теперь он и вовсе уклонялся от встречи. Люмениферус догадывалась, в чем причина. Михаил ощущал, что она зарождает в нем сомнения, причем подпитывает их весьма умело. Ему же хватало бесед с Люцифером, заслуженно славившимся умом и хитростью. Воздействие сестры усиливало натиск, и Михаил, по всей видимости, его избегал.</p>
   <p>        В ожидании встречи, сама Люмениферус брата не искала, хотя ей и было известно, где его найти. Она не хотела излишне его компрометировать. Зачастив к нему в гости, она тем самым подчеркнула бы свой интерес, наверняка далекий от обсуждения цветов и утят. Ее намерения следовало держать в уме, насколько это вообще возможно при всеведении отца. Кроме того, Люмениферус беспокоилась и о себе. Это Люциферу было нечего терять, а у нее, по крайне мере, не отняли небеса. Видеть там особо не хотели, однако не отняли, и в ад не сослали. А ведь могли и запереть, причем не обязательно в аду, тем самым лишив полюбившейся земли. Из преисподней хватало лазеек, которыми пользовался ее брат. Небеса стали бы надежным узилищем, откуда уже не выберешься. Такой удар оказался бы для нее тяжелейшим, если не сказать катастрофическим. Люцифер отлично адаптировался к тому, что с ним произошло. С ее чувствительностью и эмоциями, Люмениферус не была уверена, что сумеет так же, особенно если она не сможет создавать новую жизнь. Благоразумие подсказывало, что ей требовалось проявлять осторожность, отчего она и посылала к Михаилу Люцифера. Последний, впрочем, ничуть не возражал, поскольку брата и сестру связывали общие интересы.</p>
   <p>        Погруженная в свои мысли, Люмениферус не отрешалась от мира, как бывает, когда кто-то глубоко задумается и ничего не воспринимает. Ее внимание привлек тихий плач. Практически беззвучный, он вряд ли был слышен кому-либо еще, однако архангел моментально уловила страдавшую душу. Юную душу, характерно отличавшуюся своим излучением. Люмениферус встрепенулась. Отложив семейные интриги, она присмотрелась в темноту, окутавшую львиную долю парка. В столь поздний час тот не изобиловал посетителями. За редким исключением, здесь появлялись только эксцентричные личности и криминальные элементы. Хулиганы любили ночь, разгуливая под ее покровом. Любили ее и грабители, выискивая одиноких прохожих. Им тоже доводилось пустить слезу, и отнюдь не крокодилью, однако этот плач ни от кого из них не исходил. Поднявшись со скамейки, Люмениферус повернулась и порхнула туда, откуда доносилось тихое всхлипывание.</p>
   <p>        Парк не озарялся огнями целиком. Фонарей в нем хватало, причем вполне себе исправных, однако предостаточно было и неосвещенных мест. Густые заросли утопали в темноте как уголь в мазуте. Она стелилась вдоль дорожек, слабо отсвечивавших серебром, заливала целые поляны непроглядным покровом и подступала к светлым островкам, создаваемым одинокими лампами. Там она сменялась на полумрак, где было видно как в поздние сумерки, и где человеческие очертания становились хоть и смутно, но различимы. Архангелы, впрочем, видели все ясно и без исключений. Они разделяли день и ночь, однако не как те же кошки, а по-своему. Они просто отмечали разницу — и не более. Укрыться от них во мраке возможным не представлялось. Люмениферус не включала свет и не блуждала в потемках. Определив источник плача, она подлетела к нему совсем близко и остановилась в нескольких шагах.</p>
   <p>        На скамейке, расписанной вульгарными словами, сжался подросток двенадцати лет — совсем еще мальчик, хотя он уже успел изрядно вытянуться, а на губе пробивался робкий пушок. Бывало, иные дети и вовсе смахивали на взрослых, однако в душе оставались детьми, как и положено природой. Это оставалось неизменным, несмотря на изобилие технических новинок и развитие цивилизации. Рассуждая о серьезных вещах, порой они выглядели очень зрело, затрагивая совсем не детские темы, и на кого-то даже производили тем самым впечатление. Вот только зрелыми они от этого не становились, понятливо говоря, да не слишком понимая, и Люмениферус прятала в глазах улыбку. Разумеется, не сейчас.</p>
   <p>        По щеке подростка прокатилась слеза, которую тот утер порывистым движением. Даже в полумраке, держась подальше от света фонаря, он не позволял себе разрыдаться, хотя и едва сдерживался. Люмениферус уловила это во всей полноте эмоций. Не иначе, мальчик следовал установке что мужчины не плачут, однако его переживания были велики. Настолько, что он срывался, подрагивая плечами. В такие моменты и раздавались всхлипы, которые издали услышала Люмениферус. Нет, так дело не пойдет. Став видимой, она приблизилась к подростку и негромко окликнула его своим певучим голосом. Ответом ей были глаза, полные слез. Люмениферус проняло. Плачущих детей она видела регулярно, однако плач плачу рознь. У этого мальчика что-то стряслось, и просто так она отсюда уже не уйдет.</p>
   <p>        Противостоять обаянию Люмениферус было невозможно — во всяком случае, для человека. На сей раз она намеренно пустила его в ход. Первым порывом мальчика оказалось бегство — куда подальше от постороннего человека, — однако он остался на месте, едва лишь встретился глазами с прекрасной женщиной. В них он прочел столько участия и сострадания, сколько не встречал за всю жизнь. Усевшись рядом, Люмениферус улыбнулась ему так светло, что и окружающий полумрак показался теплым и дружелюбным. Положив ему руку на плечо, она привлекла подростка к себе и ласково заключила в объятия.</p>
   <p>        Мальчик больше не сдерживался. Он ощутил прилив доверия, как младенец к матери. Сейчас ему не надо было глотать слезы и таиться, делать над собой усилие и носить маску мужественности. Он разрыдался, уткнувшись в необыкновенное, заливавшее его тепло. Архангел мальчика не успокаивала, а лишь прижимала к груди и гладила по жестким упрямым волосам. Она дала ему выплакаться, почувствовать облегчение. И это облегчение приходило. Рыдания становились тише, плечи вздрагивали все реже. Наконец, подросток затих, и теперь только шмыгал носом да ронял высыхавшие слезы. Когда последняя из них так и не скатилась, Люмениферус мягко отстранила его от груди и снова глянула в глаза.</p>
   <p>— Рассказывай, — предложила она.</p>
   <p>И мальчик рассказал, доверившись исходившему от нее свету.</p>
   <p>        С точки зрения архангела, непоправимого ничего не случилось. Это принесло облегчение ей самой, ибо если бы, скажем, родители мальчика погибли, помочь тут было бы едва ли возможно. Для него, впрочем, трагедия носила не меньший характер, на что Люмениферус сделала поправку. Мальчик и впрямь потерял родителей, и только она понимала, что не насовсем. Уяснив основную суть, она внимательно выслушала и подробности.</p>
   <p>        Семья подростка была из той категории людей, которых именовали незаконными мигрантами, а коротко нелегалами. Это определение уже звучало не очень — еще не как оскорбление, однако с явно неприязненным уклоном. По сути, это были лишь слова, сами по себе ничего дурного не означавшие, но использовались они с определенным акцентом. Отрицательный смысл в них вкладывали люди, как происходило с расовой принадлежностью. Проблема, разумеется, заключалась в другом, то есть не в словах, а в том, что за ними крылось.</p>
   <p>        Как правило, различий между приезжими не делали. Безусловно, среди них хватало и криминала, ибо не все прибывали трудиться, однако доставалось и работящим. Иные бездельники отнюдь не бедствовали, умудряясь при этом получать пособия и насаждать свои дикие порядки. Они становились подлинным бедствием, и таких следовало гнать восвояси, пересажав, для острастки, всех нарушивших закон. Настоящих же тружеников надлежало защищать, предоставляя им хотя бы базовые права. К сожалению, их всех косили под одну гребенку, обычно не снисходя до индивидуального разбора. Работящие мигранты этого не заслужили, и свете справедливости речь шла именно о них.</p>
   <p>        К нелегалам относились по-разному. Одни их ругали и нередко ненавидели, другие словно и не замечали, а третьи ничего не имели против и даже помогали. К сожалению, тут получалась лотерея, результаты которой нелегалы оспорить не могли. Прав у них априори не было, начиная от суда и заканчивая обычным вызовом полиции. Поиски защиты у Фемиды исключались, а любой патруль если кого и заберет, то их самих. Нелегалам приходилось терпеть, каким бы ударам ни подвергала их судьба, и выкручиваться уж как получится. Хороший работодатель им благоволил и не подводил с пусть и скромной, но оплатой. Плохой мог задерживать расчет, срезать обещанную сумму, а то и вовсе оставлял без денег. Жаловаться на него было некуда, ибо у нелегалов имелось только одно право — право на депортацию. То же относилось и к аренде жилья. Прекрасно понимая ситуацию, хозяин мог сдирать непомерную плату за клоповник и выставить их в любой момент.</p>
   <p>        Уничижительное отношение царило почти повсеместно. Пребывая вне закона, нелегалы низводились до положения рабов, от которого отделяла только невозможность безнаказанно их убить. И то смотря для кого, ибо частенько случалось и такое. И все же они терпели. Даже такие условия, неопределенность положения и неуверенность в грядущем обычно были лучше, нежели там, откуда они прибыли.</p>
   <p>        На незаконных мигрантов обычно смотрели свысока. О плохих хозяевах не шло и речи, но даже условно добрые, не забывавшие указывать на распятие и цитировать Библию, и в мыслях не видели в них ровню. Любовью к ближнему тут и не пахло, не говоря хотя бы о сострадании. Нелегалы были удобными биороботами — работящими, послушными и покорными. Они проглатывали любое оскорбление и самое неподобающее обращение, за которое в иных обстоятельствах полагался бы тюремный срок. Они были живыми вещами, которые всегда можно выбросить словно надоевшую игрушку, и особенно за строптивость, если нелегалы вдруг требовали свое.</p>
   <p>        Родители мальчика стали жертвами "добрых хозяев". Муж и жена, они работали прислугой в большом доме, принадлежавшем какой-то стерве из шоу-бизнеса. Как и положено стервам, у той случались приступы неадекватности, когда снисходительное отношение сменялось беспричинной агрессией и грубостью. В хорошем настроении стерва могла сделать и подарок, неизменно мня себя благодетельницей. В дурном расположении духа она становилась злобной фурией, отыгрывавшей свои комплексы на заведомо беззащитных людях.</p>
   <p>        Родители мальчика терпели, ибо в целом им еще повезло. У них было приличное жилье, нормальное питание и сносная оплата. Все изменилось к худшему, когда у стервы начались серьезные неприятности. Сболтнула ли она лишнее публично, перешла кому дорогу или по собственной дурости залезла в долги — сути это не меняло. Ее карьера пошатнулась, а вслед за ней затрещало и финансовое благополучие. Отразилось это и на прислуге из числа нелегалов. Она вообще перестала ей платить. Не отказывалась, но и не платила, задерживая деньги за много месяцев. До поры семья мальчика не жаловалась, ибо кров и еда у них по-прежнему были, а небольшие сбережения позволяли покупать необходимое. В расчете на оплату, они сводили концы с концами, однако настоящая беда только этого и ждала.</p>
   <p>        Двенадцатилетний мальчик был младшим сыном. Его старший брат работал на стройке, вкалывая сверхурочно в бригаде таких же нелегалов. Платили ему сносно, а по молодости он выдерживал тяжелую нагрузку. Чего он не выдержал — так это отношения общества. Вроде как единый для всех, закон превращался в издевательство, если речь заходила о простых людях с улицы, и особенно если у них было что-то не так с цветом кожи. Полиция вела себя корректно, когда дело касалось белых и состоятельных господ. Предельно корректно, даже когда была в своем полном праве. Низших слоев общества это не касалось, и особенно тех, кого именовали "цветными".</p>
   <p>        Господа располагали толпой дорогих адвокатов, способных доставить полиции массу неприятностей. Их отпускали даже тогда, когда были уверены в их виновности, из-за процессуального недочета или какой-то ерундовой неувязки. С неимущими цветными обходились иначе. Их могли арестовать "просто потому что", продержать почем зря в камере и даже свалить на них какое-нибудь подходящее преступление. Не обязательно подставить, а именно свалить, не теряя время на какие-то детали. Ведь кто же еще виноват, как ни цветной парнишка, оказавшийся не в том месте не в то время. Так происходило повсеместно, и на этот раз несправедливость ударила по брату мальчика. Обстоятельства сложились против него, а полиция не особо разбиралась. Любой наемный адвокат разбил бы обвинения в пух и прах, и еще до исхода суток брат был бы на свободе. Но тот стоил денег, а бесплатный не слишком и старался.</p>
   <p>        Депортация выглядела сущей ерундой в сравнении с грозившим заключением. Даже непродолжительный, тюремный срок покалечил уйму судеб, а речь заходила о годах. Очень многих годах. Собирая на залог, родители мальчика попросили выплатить им жалованье. Хозяйка ответила отказом. Родители стали настаивать. Надеясь смягчить ее сердце, они поведали историю о беде, постигшей их старшего сына. Результат получился диаметрально противоположным. Не иначе, стерва увидела повод не платить. Она разоралась, что приютила в своем доме семью преступника, которая наверняка и сама от него недалеко ушла. И тут же выставила ее вон. От отчаяния родители мальчика уперлись. Они заявили, что никуда не уйдут, пока не получат сполна. Сполна они и получили.</p>
   <p>        Трясясь от злобы, стерва вызвала полицию и заявила, что ее терроризируют нелегальные мигранты. Она, мол, не знала, что эти люди пребывают в стране незаконно — ее обманом ввели в заблуждение. Теперь же они выдали себя с головой, требуя денег для побега уголовника и угрожая применить насилие. Все это звучало как чистейший бред, с визгливыми нотками истеричной неадекватки, однако благополучно сошло за чистую монету.</p>
   <p>        Дальнейшее развивалось по стандартному сценарию. Разумеется, полиция поверила богатой стерве, а никак не цветным нелегалам, с которыми не церемонилась. Уяснив, с кем имеют дело, полицейские известили службу иммиграционного контроля. Возможно, им и не удастся доказать, что богатой стерве как-то угрожали, однако депортация из страны становилась неминуемой. И это тогда, когда старший сын так отчаянно нуждался в помощи. Младший же спрятался, в ужасе наблюдая арест отца и матери, а потом убежал.</p>
   <p>        Растерянный и перепуганный, мальчик бродил по городу, а к ночи забрался в парк, в котором так любил гулять. Идти ему было некуда. Вероятно, он найдет приют у семьи друзей, однако та не сумеет вызволить его родителей, и особенно брата. Пребывая в стрессе, мальчик мыслил крайне неважно, и уж тем более не обладал рассудительностью взрослого. Он просто шел, куда глаза глядят. Его мир в одночасье рухнул. Его родители не умерли, как и старший брат, однако сейчас он ощущал себя так, словно никогда их больше не увидит. Вероятность такого исхода действительно была.</p>
   <p>        Продолжительное тюремное заключение выдерживали не все. Брат мог не выйти на свободу, получив не справедливость, а бесплатную могилу. Депортация родителей означала долгую разлуку, которая очень даже запросто станет перманентной. Мальчик остался в одиночестве, и его собственное будущее теперь оказалось, мягко говоря, не определено. Немало семей было разлучено похожим образом, и очень многие больше никогда не встречали своих родных.</p>
   <p>        Окончательно разобравшись в ситуации, Люмениферус уяснила и детали. Она даже удивилась, как мальчик сдерживал слезы, хотя имел все основания реветь белухой. Пребывая в отчаянии, он ощущал тоску и щемящую, выворачивавшую наизнанку боль. Мир отвернулся от него, и слова молитвы, подсказанные матерью, помогали не больше, чем бездушные люди. К сожалению, это была сущая правда. На выручку мальчику никто не спешил, да и вряд ли бы сумел что-то изменить, ибо состоятельными знакомыми он не располагал. И найди он приют, отца и мать это не вернет, и тем более брата. На земле ему было не на кого надеяться, но и за ее пределами все обстояло так же. Небеса оставались глухи к его мольбам, что Люмениферус уже ничуть не удивляло.</p>
   <p>        Положение мальчика и впрямь было тяжелым, однако не для светоносной архангела. Искренне радуясь, что очутилась рядом, Люмениферус и думать забыла про какого-то там демона и Михаила.</p>
   <p>— Все будет хорошо. Доверься мне, — ласково пообещала она подростку.</p>
   <p>И тот сразу же поверил. От этой женщины веяло силой и покоем, добротой, светом и удивительным теплом, которого он никогда в жизни не испытывал. Взяв ее за руку, он пошел с ней к выходу из парка, и вскоре они уже куда-то ехали на такси.</p>
   <p>        Люмениферус обошлась без крыльев и раскрытия инкогнито. В Золотом треугольнике ее вынудили обстоятельства, а именно бескрайние джунгли вкупе с многочисленностью невольниц. В мегаполисе все обстояло иначе, предоставляя вполне человеческие возможности. В пути она отвлекала мальчика беседой, вселяя в него покой и уверенность. Укрепив эти чувства, она оставила его в отеле, который не внушал ни малейших опасений. Уютный и четырехзвездочный, тот предоставлял не только комфорт, но и внимательное отношение к постояльцам.</p>
   <p>        Архангелу не доставило хлопот забронировать номер, внезапно оказавшийся и оплаченным. Столь возлюбленная человечеством, цифровизация существенно упрощала ей все задачи. Стремясь угодить госпоже, персонал поклялся не тревожить мальчика, даже и не думая спросить, кто они такие, и кем друг другу приходятся. Эффект, безусловно, развеется, когда Люмениферус удалится, однако никак не депозитный счет, чья сумма удержит персонал на почтительном расстоянии. Накормив изголодавшегося подростка, наконец-то проявившего аппетит, архангел уложила его спать, мягко прикоснувшись ко лбу пальцами. Удостоверившись, что тот еще долго не очнется, она расправила крылья и отправилась улаживать эту драматическую историю.</p>
   <p>        Найти родителей мальчика было несложно. Располагая адресом стервы, Люмениферус выяснила, какой именно патруль туда приезжал. Потом она установила, куда отвезли задержанных, и где они находились в данный момент. На это все она потратила совсем немного времени. Мальчик не досмотрел и первый сон, когда она навестила его отца и мать. Люмениферус прошла к ним открыто, в совершенстве разыгрывая роль. Перед дорогим, с иголочки одетым адвокатом открывались любые двери, ибо об этом просила не обычная женщина, а архангел. Подстроенный законный повод усиливался очарованием Люмениферус, покорявшим даже самые черствые сердца. На этом первая часть ее задачи окончилась. Начиналась вторая, куда более сложная. Разговорив родителей мальчика, Люмениферус узнала, где содержится его старший брат.</p>
   <p>        Пенитенциарное заведение не отличалось удобствами или человеколюбием. Формально, закон приговаривал осужденных к отбыванию срока в заключении. Фактически, он отмерял им годы в своеобразном аду, полном насилия, морального уродства и издевательств. О каком вообще перевоспитании шла речь, если люди там боролись за элементарное выживание. Словно нарочно, их помещали в одно ограниченное пространство, где следили только за тем, чтобы никто оттуда не сбежал. Внутри же творилось практически что угодно, а это приводило к жесточайшим звериным отношениям.</p>
   <p>        Закон говорил о лишении свободы. Об изнасиловании, избиениях и поломанной психике, не говоря уже об увечьях и даже смерти, там не упоминалось ни слова, однако приговаривался осужденный именно к этому. Получив всего лишь год, иной оступившийся человек мог уже не выйти из тюрьмы никогда, либо же расплачивался за выживание таким, о чем позднее старался забыть, но вряд ли забывал. Все прекрасно знали, что творится в тюрьмах, и ничего для изменения ситуации не предпринимали. Отсюда следовал простой в своей очевидности вывод: законодателям, судьям, прокурорам и полиции было просто наплевать. Осуждая людей, они обрекали их не на замкнутое пространство, а настоящее физическое и душевное истязание, однако и ухом не вели. Наплевать было и высшему правосудию.</p>
   <p>        От безысходности и отчаяния, а порой и просто от однообразия и тоски в тюрьмах множились верующие, искавшие утешение в религии. Иные его даже находили, ибо самообман и уход от реальности — великая психологическая сила. Вот только по-настоящему им редко кто-либо помогал, если не случалось настоящего же чуда. Таким неожиданным чудом и выступала Люмениферус. В подобные заведения она заглядывала не впервые, спасая узника от ужасной судьбы. Ради невиновного человека она могла постараться на совесть, однако именно невиновного, что предварительно требовалось установить. Предыдущие разговоры были прелюдией, однако истину не проясняли. Мальчик видел все глазами наивного возраста, а какие родители не выставят агнцем свое дитя, даже если оно погрязло в пучине преступлений.</p>
   <p>        Ввиду ночной поры, все узники находились в камерах, и как правило не в одиночных. Задачу архангелу это ничуть не осложняло — наоборот, дневная суета лишь добавила бы ей хлопот, вынуждая придумывать более заумные комбинации. Ночь предоставляла свободу действий. Найдя брата мальчика, Люмениферус тут же усыпила его сокамерника. Тот и так храпел, а теперь провалился в беспробудный сон, из которого вряд ли выйдет до утра. Помеха была устранена, а охрана ее изначально не представляла. По коридорам никто не бродил и в камеры не заглядывал. Оценив обстановку и найдя ее подходящей, Люмениферус посмотрела на другого заключенного. Настал черед того, к кому она пришла.</p>
   <p>        Юноша не бодрствовал и не спал, а скорее грезил наяву. Сказывалось психологическое потрясение, уже заработанное им за время заключения. Регулярно подвергаясь опасности, теперь он ожидал ее всегда, что душевное здоровье уж точно не поправляло. Судя по всему, с ним пока не случилось чего-то плохого, однако и хорошего тоже ничего не происходило. Царапины на коже и синяк на лице говорили не о беспечной жизни.</p>
   <p>        Хорошенько рассмотрев молодого парня, Люмениферус закрыла ему рот ладонью и пробудила, приложив палец к своим губам. Открыв глаза, юноша узрел неизвестную женщину и тут же подпал под ее очарование. Он и не подумал закричать или вырываться. Красота неизвестной гостьи поразила его воображение, причем настолько, что он даже не разволновался, откуда та вообще взялась ночью в камере. Поняв ее выразительный жест, он кивнул и повиновался беспрекословно.</p>
   <p>        За расспросами дело не стало. Уяснив, чего хочет прекрасная женщина, юноша выложил ей все, не спрашивая о причине такого интереса. Не в силах оторвать от нее взгляд, он говорил горячим шепотом, чтобы не слышали охранники и соседи. Отвечая ему ясным светом своих глаз, сама Люмениферус о посторонних не волновалась. Она окружила камеру непроницаемым барьером — незримым, но надежным, через который не проникал ни один звук. Юноша шептал, сбивчиво и торопливо, а она внимательно слушала, не упуская ни малейшую деталь.</p>
   <p>        В отличие от судебной системы, Люмениферус не требовались свидетели и улики. Любой архангел был крылатым детектором лжи — настолько совершенным, что умел отличать настоящую истину от той, в которую человек и сам искренне верил. Иными словами, ввести его в заблуждение было невозможно. Люмениферус не умела читать напрямую в душах. Промолчи сейчас юноша — и она не узнала бы правду. На помощь пришла ее сильная сторона. Люмениферус использовала свой дар, чтобы развязать ему язык, а уж в содержании речей она не сомневалась. Юноша говорил, очарованный прекрасной незнакомкой, и та воочию убедилась, что преступления он не совершал. Дальнейшее было делом техники.</p>
   <p>        Установив невиновность узника, Люмениферус погрузила его в сон, не забыв стереть и память о своем визите. Это сейчас он не задавал вопросов, однако позднее те у него наверняка появятся. Раскрывать свое инкогнито архангел не хотела, отчего избавляла юношу от излишних воспоминаний. Теперь ей только и оставалось, что унести его из тюрьмы. К сожалению, исчезнуть вместе с ним она не могла. Человеческое тело не предназначалось для таких перемещений. Здесь, в камере, Люмениферус подхватит на руки живого юношу, а в момент перехода в пространстве его фактически убьет. Смертная материя растворится, душа отправится куда положено, а это в ее планы никак не входило. Открытие прохода тоже было нежелательным. В Золотом треугольнике это оказалось уместно, но там весь лагерь уже пылал, сжигаемый дотла вместе со свидетелями. В тюрьме, где в ночи разносился каждый шорох, подобное представление было Люмениферус ни к чему. Слишком уж хлопотно. Она поступила проще. Ну, для архангела.</p>
   <p>        Взяв юношу на руки, Люмениферус раскрыла крылья и развела перекрытия над головой, образовав своеобразный сквозной колодец. Один порыв, какое-то мгновение — и вот она уже взмывала с ним в ночное небо, а перекрытия сомкнулись обратно, будто ничего и не произошло. Все было настолько быстро, что осталось незамеченным как охраной, так и системой видеонаблюдения. Рябь в глазах, шум на экранах, молниеносное искажение реальности — вот и все, что могли увидеть люди, да и то особо не приметили.</p>
   <p>        Родители мальчика стали следующими. Расспросив о старшем сыне, поначалу Люмениферус оставила их там, где нашла, дожидаться своего череда. Подбодрив словами и воздействием, она не видела необходимости вытаскивать их незамедлительно. Семейной паре ничего не угрожало, хотя бы и в центре временного содержания. Придерживаясь замысла, сперва Люмениферус наведалась в тюрьму, действуя от сложного к простому. Уладив с юношей, она вернулась, уже отлично представляя, как ей надлежит поступить.</p>
   <p>        Задержанные нелегалы содержались группами, рассаженные по сетчатым клеткам словно дикие звери. Условия содержания были сносными, однако психологическое отношение, безусловно, ужасало. В какой-то момент Люмениферус захотела освободить их всех. Она так загорелась этой идеей, что едва не начала загораться по-настоящему, слепящим белоснежным светом. До уничтожения решеток дело не дошло, как и до массового побега. Люмениферус припомнила, сколько раз наступала на грабли с поспешным вмешательством.</p>
   <p>        В общей массе, нелегальные мигранты были разными. Среди них наверняка найдутся и те, кому Люмениферус помогать не захочет. Более того, пожелает свершить возмездие за совершенные преступления. Кто из них кто — разъяснило бы только индивидуальное общение, довольно продолжительное с учетом того, что речь шла о сотнях человек. Могущество архангела не заменяло множества обычных ангелов, которыми располагал военачальник небес. Люмениферус действовала в одиночку, не в состоянии поспеть везде и сразу, что налагало на нее определенные ограничения. Уняв свой пыл, она решила не устраивать масштабную акцию и вернуться к первоначальной задаче. Ей было непросто сознавать, что многие здесь нуждались в помощи, а она оставалась в стороне. Увы, она была не всесильна, а всесилие не вмешивалось. Удрученная вынужденным выбором, Люмениферус выручала уж кого могла. Не смущаясь этим выбором вообще, всесилие не помогало никому.</p>
   <p>        Разделенные по разным клеткам, родители мальчика забылись тревожным сном. Спали многие, а кто и нет — это не имело значения. Людей тут в принципе было много, да и охрана носом не клевала. Иными словами, посторонних глаз более чем хватало. В отличие от тюрьмы с рядами камер, в центре временного содержания планировка обстояла иначе. Иначе поступила и Люмениферус. В предыдущем случае она провернула все ювелирно. Здесь же она устроила небольшую суматоху.</p>
   <p>        Когда погас свет, загорелось аварийное освещение, наперебой с оранжевыми тревожными огнями. Тут же потухли и они, ввергая все заведение в непроглядную темноту. Камеры видеонаблюдения отключились. Вырубились и мониторы. Магнитные замки отказали, одновременно разблокировав все двери. Умолкла гудевшая вентиляция, напоследок издав стихающий протяжный гул. Выключилось вообще все, никак не реагируя на запасные генераторы и батареи автономного питания.</p>
   <p>        Обомлев от происходящего, охрана переполошилась, тревожно перекликаясь и вытаскивая фонарики. Те работали ничуть не лучше, равно как и экраны сотовых телефонов. Не горели даже светодиодные индикаторы, словно подавленные неким вездесущим полем. Это поле подавляло электричество как таковое. Без видимой причины оно дало сбой, неважно, была ли то настольная лампа или ультрасовременная антенна. Рации молчали как и репродукторы, поскольку тоже работали не на механической основе. Насосы остановились. Проводные телефоны выдавали мертвую тишину. В центр временного содержания вернулся каменный век, и не только технологически. За неимением обычного огня, все погрузилось в кромешный мрак, где передвигаться можно было лишь на ощупь. Архангела, разумеется, это не касалось.</p>
   <p>        Могущество Люмениферус позволяло ей то, что оставалось недоступно обычному ангелу. Как архангел, она могла воздействовать на законы мироздания, непреодолимые для людей, но не для нее. Ангелы ими не сковывались, однако и не распоряжались по собственному усмотрению. Одной лишь своей волей архангелы обходили все барьеры, исключая самые фундаментальные, относившиеся к божественному. Их ограничивало только расстояние, то есть область прямого взаимодействия. Отключить всю технику на земле они не могли, а в каком-то отдельном здании — очень даже запросто. Даже не щелкнув пальцами, Люмениферус фактически остановила движение электронов в электрической цепи. Это походило на последствия атомного взрыва, когда из строя выходит вся электроника, но без разрушений и электромагнитного излучения. Она не создавала физических полей, а выборочно изменила законы физики. Никакого вреда это не наносило. Процесс был обратим, стоило ей удалиться или вернуть его в исходное состояние.</p>
   <p>        Темнота предоставляла свободу действий. Став видимой для людей, Люмениферус оставалась для них незаметной, а сама никак от освещения не зависела. Появившись внутри клетки, она тут же усыпила отца мальчика. Проворно избегая соседей, она раздвинула стену и пронесла его сквозь решетки и бетон, а затем еще раз и еще, пока не очутилась у клетки с его женой. Там начинались волнения. Перекличка охраны и сплошная тьма встревожили узников. Не понимая, что происходит, они испуганно вскрикивали, сыпали словами и начинали совершать беспорядочные телодвижения.</p>
   <p>        Архангелу следовало поторапливаться. Усадив отца мальчика у клетки, она молниеносно прошла за его матерью и столь же быстро вынесла ее на руках. Решетка за спиной сомкнулась, зато разошелся потолок. Подхватив семейную пару как пылинки, Люмениферус расправила крылья и взметнулась вверх. Никто ее не увидел, а из-за начавшейся суматохи и не услышал. Взмывая в небо, она оказалась вне досягаемости людей, и у них тут же все пошло своим чередом.</p>
   <p>        В центр временного содержания вернулось электричество. Мгновенно разгоняя мрак, повсеместно зажегся свет. Вся техника снова заработала, а помещения наполнил гул ожившей вентиляции. Рации затрещали, содрогаясь от многочисленных вызовов. Камеры видеонаблюдения исправно передавали изображение на включившиеся мониторы. В телефонах появился гудок, а экраны смартфонов засветились как ни в чем не бывало.</p>
   <p>        Паника не поднялась. Просто не успела. Встревоженные непроглядной тьмой, иные узники только начинали кричать, присоединяя свои голоса к голосам охраны, когда освещение полностью восстановилось. Его и не было-то меньше десяти секунд. Охрана и узники ошалело озирались, однако быстро уяснили, что ничего особенного не произошло. Нигде не полыхнул пожар, инопланетное вторжение не наблюдалось, армагеддон не наступил, и по центру временного содержания не бродили кошмарные чудовища. Выясняя, что это за сбой, охрана и администрация насели на технический персонал, а тот лишь чесал затылки и озадаченно разводил руками.</p>
   <p>        Мальчик крепко спал и видел чудесный сон, когда в номер отеля вернулась Люмениферус. На все про все у нее ушло меньше часа, и то из-за необходимости прикидываться человеком. Подростка она не будила, позволяя ему выспаться и отдохнуть. Взяв его на руки, она вышла в коридор и поднялась по лестнице на крышу, оставшись незамеченной как для постояльцев, так и персонала. Везде, где она молниеносно проходила, на секунду отключался свет. Свой трюк с перекрытиями она решила не повторять. Многоэтажный отель представлял собой совсем иное здание, нежели центр временного содержания или тюрьма, и она случайно могла задеть людей. Торопиться же теперь было некуда.</p>
   <p>        Очутившись под открытым небом, Люмениферус осмотрелась, снова выпустила крылья и упорхнула с огромной скоростью. Покоясь на ее руках, люди не чувствовали перегрузки, хотя та и должна была достигать чрезвычайных величин. Перепада температур, воздушного потока и атмосферного давления они также не ощущали. Архангел воздействовала на законы физики, не позволяя им влиять на свою живую ношу, не говоря уже про вред.</p>
   <p>        Воссоединение семьи состоялось на далекой ферме, давно пустовавшей без хозяина. Посторонние там не объявлялись, ввиду безлюдной местности вообще и удаленности от дороги в частности. Погруженный в сельскую дрему, старый дом ожидал нового владельца, поскрипывая половицами и присвистывая чердачным окном. Особой надежды на это он не испытывал, ибо за преклонным возрастом не имел подходящей ликвидности. Его подводила и земля, выглядя бесплодно и непривлекательно. Печально вздыхая ветхой крышей, сетовавшей на судьбу ветрам, дом доживал свои годы в забвении и одиночестве. Запущенный и невзрачный, он казался совсем ненужным, и все же несомненный плюс у него был. Та самая уединенность. Поднаторевшая за века, Люмениферус держала в уме много различных мест, а память у архангела вмещала что угодно. Сейчас эта ферма ей очень пригодилась. Разместив там отца и мать, она разместила и братьев, уложив их на отдельных кроватях.</p>
   <p>        Пыль и плесень архангел смахнула движением руки, а за ними последовала и паутина. Мановение засиявших крыльев — и вот уже обновленный дом наполнился свежестью, задышал сияющей чистотой. Ржавчина ушла, заблестели дверные петли и трубы. Прежде лишенная нескольких ступеней, лестница на второй этаж теперь выглядела как новенькая. Крыша больше не протекала, обещая верно прослужить еще десятки лет. Гнилые половицы вернули былую крепость. Трещины и прорехи в окнах затянулись. Только что замызганные и тусклые, их стекла стали прозрачнее горного ручья. Проводка восстановилась, неисправные патроны, розетки и выключатели обрели небывалую надежность. Лампы вернулись на свои места. Истлевшая рухлядь, в которую превратилась мебель, совершила обратное превращение.</p>
   <p>        Сломанная бытовая техника вернула работоспособность и выглядела как из магазина. Хоть и устаревшая, она обещала верно служить новым хозяевам, а к ней добавилась и новая, появившаяся из ниоткуда. Появились и столовые приборы, вместе с воскресшими из праха скатертями, занавесками и полотенцами. Холодильник наполнился продуктами, а цистерна генератора топливом. Топливом наполнился и трактор, доселе годный только в утиль. Велением архангела он обрел вторую жизнь. Ржавый пикап — один лишь остов без колес, рулевое колесо да дырявые кресла, — оброс новым железом, проводами и всеми отсутствующими деталями, включая аккумулятор и двигатель. Ветшавший и запущенный, дом невероятно преобразился, вернув утраченные краски и былую молодость. Теперь он не походил на дряхлеющего старика, доживавшего свои годы в скрипучем кресле-качалке. Стряхнув замшелые седины, он радостно принимал в свои объятия новую семью.</p>
   <p>        Выйдя на крыльцо, обновленное столь же эффектным образом, Люмениферус снова раскинула крылья, и ее белоснежный свет залил окрестности. Давно не паханая, земля насыщалась влагой и оживала, возвращая утраченное плодородие. Сорняки оседали, растворяясь в ней питательным компостом. На смену им поднялись ростки, стремительно разраставшиеся в стебли созревшей кукурузы. Испуская лучистый свет, Люмениферус дарила жизнь, возрождая старое поле. Ощущая его воздействие, встрепенулись ряды деревьев, выбрасывая свежую листву. Трава и кустарники налились насыщенной зеленью. Забытая и заросшая, большая клумба покрылась прекрасными цветами. Цветы появились и в ящиках, привешенных на фасаде дома. Рождаясь волей архангела, все растения вокруг наливались энергией, обретали молодящую сочность и невероятную пышность.</p>
   <p>        Преображенную ферму было не узнать. Прежде блеклая и запущенная, требовавшая огромного труда и немалых вложений, теперь она представала в сияющей новизне, обещая уют своим владельцам и неизменно богатый урожай. Вернувшиеся в строй, подсобные постройки ожидали хозяина, как ожидали его трактор и пикап. До самой последней мелочи, все было готово к немедленному и плодотворному труду. Труд же архангела завершился. Белоснежный свет перестал лучиться и погас. Удовлетворенная содеянным, Люмениферус сложила крылья и вернулась в дом. Устроившись в плетеном кресле, она вернулась к своим раздумьям и недвижно дожидалась пробуждения мальчика.</p>
   <p>        Занимаясь у горизонта, рассвет окрасил небо в робкий розовый цвет. По мере восхода, солнце добавляло в него голубые и желтые тона, пока его лучи не протянулись соломенным золотом. Озаряя поле, они позолотили дом, и благостное их тепло пробежало по лицу подростка. Открыв глаза, тот сразу зажмурился, прикрывшись ладонью от слепящего света. Часто заморгав, он встряхнул головой и уселся на постели, протирая ото сна слипавшиеся веки. Потом огляделся, удивляясь перемене обстановки, и увидел у своей кровати все ту же женщину.</p>
   <p>— Вставай, — ласково сказала она, протягивая ему руку. — Начинается твоя новая заря.</p>
   <p>        Умудренная опытом, Люмениферус предпочла иметь дело с мальчиком, а не кем-то из взрослых. Подросток сохранит в своем сердце образ, лишенный каких бы то ни было стереотипов. Он воспримет его как и должно — словно ожившую сказку, удивительное чудо, заглянувшую к нему мечту. Пока остальные спали, Люмениферус показала ему дом, пикап и трактор, привела к пышному полю и сообщила, что отныне все это принадлежит его семье.</p>
   <p>        На лице подростка вспыхнул непередаваемый восторг. В его округлившихся глазах засияла радость, а сердце заполонило опьяняющее счастье. В словах этой прекрасной женщины он не сомневался и мгновения. Он сразу же поверил, что та говорит правду, и теперь переживал этот поразительный, чудесный, поистине волшебный момент — лучший момент в своей жизни. Увидев родных, спокойно спавших на кроватях, он уже был готов молиться на неизвестную благодетельницу. Теперь же он испытал к ней такие чувства, которые и словами нельзя описать.</p>
   <p>— Кто вы? — только и шепнул он, пожирая ее восторженным, полным любви и благоговения взглядом.</p>
   <p>        Прежде несущественный, вопрос, наконец, прозвучал, своевременно допущенный той, кому задавался. Люмениферус раскрыла крылья, позволив мальчику увидеть их белоснежный свет, ненадолго появившийся и в ее глазах. И тут же вернула себе человеческий облик.</p>
   <p>— Вы ангел! — восхитился мальчик, импульсивно прижимаясь к ней всем телом. — Я сразу должен был это понять!</p>
   <p>— Только обещай, что это останется нашим маленьким секретом, — погладив его по голове, наставительно сказала Люмениферус. — Остальным ни к чему такое знать. Когда я уйду, они даже не вспомнят о моем существовании.</p>
   <p>— Да, конечно. Все что скажете. Но как же я им все объясню? — резонно растерялся мальчик.</p>
   <p>— Об этом не беспокойся. Вот, просто передай им, — улыбнулась Люмениферус, вручая ему большой и толстый конверт.</p>
   <p>        Наивность подростка, узнавшего правду, служила надежной гарантией, что его не послушают всерьез. И расскажи он про ангела, семья воспримет его слова за фантазию, проявление чистой веры. Все ведь действительно смахивало на чудо, словно в тяжелую минуту к ним снизошли сами небеса. Так бы оно и казалось, но объяснение в конверте звучало более прозаически.</p>
   <p>        Пачку документов сопровождало письмо, положенное так, чтобы его открыли первым. Люмениферус выдала себя за эмиссара, представителя некоего фонда, помогающего нелегальным мигрантам по желанию анонимного миллиардера. Вышедший из низов, тот якобы испытывал сострадание к таким же бесправным труженикам. Ведь некогда он и сам им был. Зная систему изнутри, теперь он искал достойных людей, чтобы подарить им шанс на будущее. Волею случая, выбор пал на эту семью, переживавшую очень трудные времена.</p>
   <p>        Документы не оставляли сомнений. Оформленная надлежащим образом, вся собственность принадлежала тем, кому адресовался конверт, однако в письме упоминалось не только это. Оно объясняло вызволение из тюрьмы, вкупе с центром временного содержания. На этом делался особый акцент, призывавший и к пониманию, и к вниманию.</p>
   <p>        Как прежние личности, в глазах закона все члены семьи были мертвы, и им не стоило об этом забывать. Их не станут разыскивать, если те сами себя не скомпрометируют. Их имена остались прежними, чтобы сохранить привычное общение и жизнь, но фамилии изменились. Эти фамилии гарантировали им все гражданские права, и никто никогда в том не усомнится, если они сами все не испортят. Их лица не узнают, отпечатки не совпадут. Они могут смело появляться в обществе, но пусть их прошлое не дает о себе знать. Даже анонимному миллиардеру, которому они ничего не должны и которого не надо искать.</p>
   <p>        Дочитав письмо, изучив содержимое конверта, новоиспеченные фермеры пришли к выводу, что это не розыгрыш. Все бумаги были в полном порядке. Транспорт, дом, земля и все, что к ней прилагалось, отныне принадлежали им. Точнее, они принадлежали тем, кто был указан в удостоверениях личности, и откуда смотрели их собственные фотографии. Подлинность документов сомнений не вызывала. Они открывали новую жизнь, полную достойного труда и лишенную прежних унижений. Они дарили гражданство, номер социального страхования и положение в обществе. А еще они дарили тихое семейное счастье и покой.</p>
   <p>        Люмениферус не лгала, заведомо исключив все подводные камни. Бумаги были настоящими, что подтвердил бы кто угодно. Созданными ей, но настоящими. С обветшалым домом и запущенным полем, старая ферма стоила гроши. Она требовала больших вложений, сопоставимых с приобретением более выгодного имущества. Это делало недвижимость неликвидной и невостребованной, зато вполне объясняло, как ее купила небогатая семья. Остальное же официального подтверждения не требовало.</p>
   <p>        Обновление, проведенное архангелом, в банковские документы не входило и в сметах не отображалось. Чудесный ремонт, превративший дом в конфетку, и пышное поле никем и никак не проверялись. Отследить какое-то процессуальное несоответствие было просто невозможно. То же касалось и транспорта. Полуразобранные пикап и трактор стоили как ржавый металлолом. Если владельцы умудрились ввести их в строй — в жизни встречалось и не такое. Иные мастера оживляли машины прямо со свалки, собирая их, словно конструктор, по каждой детали.</p>
   <p>        Люмениферус позаботилась, чтобы бумажные документы совпадали с электронными. Цифровизация существенно облегчала ей задачу. Отправляясь за мальчиком в отель, она ненадолго заглянула в нужный банк, где навестила тамошний компьютер. Навестила она компьютер и федеральный, то есть тот, откуда внесла изменения в гражданские записи. За подлинность своих исправлений она не волновалась. Проникновение хакера рано или поздно выявляли, по несоответствиям или каким-либо мелочам, но то проникновение человеческое. Обнаружить вмешательство архангела, идеально менявшего абсолютно все, включая резервные копии и автономные хранилища, было заведомо невозможно.</p>
   <p>        Применительно к новой жизни, легенда получилась неплохой, подкрепленной солидно и разнообразно. Ее самым уязвимым местом было только время. Заснув в тюрьме, брат мальчика проснулся уже на ферме, как и его родители, последнее что видевшие — это центр временного содержания. С тех пор прошло лишь несколько часов, за которые их не просто вывезли, а на огромное расстояние. Каким образом это было сделано — письмо умалчивало.</p>
   <p>        Люмениферус решила не затягивать. Пожертвовав правдоподобностью, она не стала усыплять семью на несколько дней, имитируя время в пути. Она предпочла провернуть все быстрее, и то досадовала, что подзадержалась. Кивая на некоего миллиардера, она предоставляла семье пространство для фантазии. И та ее не подвела. Отталкиваясь от факта, то есть пробуждения на ферме после заключения, догадки строились разные и относительно реалистичные.</p>
   <p>        Вертолет или частный джет вполне могли пролететь такое расстояние, перевозя на борту бесчувственных людей. С эксцентричного, подарившего ферму миллиардера такое станется. Сохраняя анонимность, он провернул все оперативно и незаметно. Спящие люди ничего не слышали и не видели. Другое дело, как он вызволил их из заточения, однако и это представлялось не таким уж невозможным. Деньги и связи. Учитывая его состояние, которое резонно предполагало и знакомства, он наверняка подкупил кого-то из персонала. С чего бы иначе семью признали умершей? Кто-то оформил свидетельство о смерти, и кем бы он ни был — его сговор с организатором вызволения напрашивался сам собой. Ну а дальше джет, вертолет и ферма, заранее приобретенная и обустроенная.</p>
   <p>        Так рассуждала семья, гадая, как было устроено ее счастливое воссоединение. Люмениферус их, разумеется, не переубеждала. Не переубеждал и младший сын. Тайком благодаря своего ангела, он держал данное обещание и помалкивал. Он лишь внушал родным убеждение, что все это по-настоящему, и никто у них ничего уже не отнимет. Ведь потому Люмениферус ему и открылась — чтобы мальчик своей уверенностью вселял уверенность и в семью. И цели своей она добилась.</p>
   <p>        Не откровенничая в письме, архангел опускала детали не только ради инкогнито. Спасение семьи оказалось куда правдоподобнее, нежели выглядело на первый взгляд. Свидетельства о смерти были настоящими, потому что они и были настоящими. Администрация тюрьмы, как и центра временного содержания, имела дело с трупами. Якобы заснувшие, брат мальчика и его родители уже не проснулись. Обнаруженные соседями, поднявшими крик, они были доставлены врачам, а те констатировали смерть.</p>
   <p>        Об убийстве, подмене или переселении душ не шло и речи. Люмениферус дарила жизнь. Это означало, что она могла создавать сколько угодно органической материи. Ну, в определенных пределах, однако на несколько тел ее возможностей более чем хватало. Улучив момент, она пустила свою архангельскую силу в ход, для чего ей не требовались какие-то особые условия.</p>
   <p>        По сути, Люмениферус сотворила клоны, до последней родинки идентичные оригиналу. Разумеется, клоны без души, заведомо неживые, но ведь для медицинского заключения именно это и требовалось. Улетая с настоящими людьми, чьи сердца по-прежнему бились, она оставила хладные оболочки, никогда не делавшие ни единого вздоха. Еще бы это не сработало! Обнаружив тела, охрана подумала, что узники скончались от инфаркта, а врачи подтвердили их предположение. Раскусить, что тут к чему, людям было попросту не по зубам, ну а дальнейшее пошло своим чередом. Отца, мать и брата мальчика объявили мертвыми, внеся соответствующие записи в базы данных. Люмениферус добавила туда и от себя, изменив их биометрию и фотографии. Теперь эту семью просто невозможно было опознать, и столкнись с ними охрана лицом к лицу. Что, кто-то и впрямь различает цветных нелегалов?..</p>
   <p>        Замысел Люмениферус удался. Сумев помочь невиновным, оказавшимся в тяжелой жизненной ситуации, она при этом не наследила и не сделала еще хуже, как бывало в прежние века. В конце концов, не зря она прожила среди людей целые тысячелетия. Поверив в легенду, семья пришла к выводу, что мир все же не без добрых людей. Преисполненная счастья, она желала здравия анонимному миллиардеру и обращала молитвы к богу, традиционно благодаря его за то, что он как раз и не совершал.</p>
   <p>        Люмениферус не слышала мольбы, направленные не ей, но случайно оказалась рядом и помогла, в то время как на молитвы никто не откликнулся. Теперь благодарность отправлялась не по адресу, однако она была не в обиде, ибо ничего другого и не ждала. Она поступила так, как считала правильным, и никаких восхвалений для себя не жаждала. Истинное добро не требовало поклонения, и уж тем более раболепия — в этом она была убеждена до последней мысли, всем своим светоносным существом. Устройство мироздания смахивало на обратное.</p>
   <p>        При повсеместном упоминании трудолюбия, любви и правды, люди не получали ничего кроме эксплуатации, равнодушия и лжи. Люмениферус это все больше не устраивало, однако в одиночку она на амбразуру не бросалась, дабы не уподобляться гласу вопиющего в пустыне. Официально она не отвергала существующие порядки, но и мириться с ними бесконечно уже не желала. И искренне мечтала все изменить. История с мальчиком была одной из многих, где она выказывала свое отношение к реалиям, и в ней она тоже собиралась поставить надлежащую точку.</p>
   <p>        Большой и роскошный, дом стервы очень кстати пустовал. Изгнав нелегальную прислугу, другую она еще не наняла, а легальная круглые сутки не работала. Тем более за гроши. Ругая "цветных" тунеядцев, которые только и делают, что спят, а потом нагло требуют деньги, стерва утешалась алкоголем. За неимением рук, способных сделать ей коктейль, она довольствовалась джином, смешивая его с чем попало. В своем шоу-бизнесе она, возможно, и разбиралась, зато в остальном была полным профаном, если не сказать круглой дурой. Взбалмошной истеричной дурой, у которой виноваты все, кроме нее самой.</p>
   <p>        Пошатнувшиеся дела настроения стерве не прибавляли, а уж ума и доброты тем более. Злющая как черт, сейчас она даже сожалела, что сдала нелегалов полиции — не из чувства вины, разумеется, и не укоров совести. Она отвела бы на них душу, крича и унижая совершенно безнаказанно, а заодно заставила бы пресмыкаться. Ведь стерве сейчас так не хватало этого пресмыкательства! Ее карьера была под вопросом, что незамедлительно повлияло на отношение людей. Прежде ей боялись перечить и терпели любые возмутительные выходки. Теперь же самый ничтожный из сотрудников набирался наглости игнорировать ее присутствие, не говоря уже о требованиях. Тупые твари! Жалкие людишки! Да что они о себе возомнили?! Глотнув спиртного, стерва неровно поставила бокал и чуть не уронила на пол. От неожиданности рука ее дрогнула, ибо где-то за спиной раздался звук, будто там возникла упругая воздушная волна.</p>
   <p>        Появление незнакомки произвело на стерву глубочайшее впечатление, ибо в доме она находилась одна. Окна и двери были заперты, прислуга еще не приходила, а гостей она не ждала. И все же гостья объявилась, невесть каким образом очутившись рядом. Округлив глаза, стерва хотела разораться, не то от возмущения, не то с перепугу, однако удержалась. Незнакомка выглядела сногсшибательно, вызывая и зависть и расположение одновременно. Завидовала стерва ее красоте, поскольку она вообще завидовала всем, кто в чем-либо ее превосходил. Расположение она испытывала невольно, и сама немало удивляясь этому неожиданному чувству. Конкуренток она ненавидела, и с удовольствием портила им жизнь. На всех, кто ей досаждал, она срывалась, источая брань и гадости. Эта женщина явилась в дом без приглашения, просто напрашиваясь на скандал, одна стерва ей и дурного слова не сказала.</p>
   <p>— Ты еще кто? — только и буркнула она, поедая незнакомку озадаченным взглядом. — Как ты сюда вошла?</p>
   <p>        Люмениферус криво усмехнулась. По впечатлению, которое она производила, косвенно оценивались личностные качества. В отличие от демона, стерва поддалась ее очарованию, однако не настолько, чтобы проявить радушие. Она не начала орать и беситься — уже неплохо, ибо этот порыв архангел ощутила, — но и дружелюбия не проявляла. Ну, оно и не требовалось. Это было даже хорошо, ибо Люмениферус пришла отнюдь не любезничать.</p>
   <p>— Узнаешь? — коротко спросила она, показывая фотографию.</p>
   <p>Стерва сфокусировала взор, но у нее не особо получилось. Изрядная доза спиртного существенно осложняла идентификацию. Качнувшись вперед, она снова попытался присмотреться, да только стало еще хуже. В глазах сначала раздвоилось, а затем основательно поплыло.</p>
   <p>— Нет, так не пойдет, — уяснив, что к чему, качнула головой Люмениферус.</p>
   <p>Ей требовалось понимание происходящего, иначе задуманное лишалось смысла. Очутившись возле стервы, она коснулась пальцами ее лба.</p>
   <p>        Воздействие архангела не заставило себя ждать. Своеобразное исцеление сопровождалось светом, исходившим от ее руки, молниеносным и тут же угасшим. Стерва не успела и отпрянуть, как опьянение улетучилось. Алкоголь испарился из ее крови, включая продукты распада и физиологические последствия. Дурман рассеялся, зрение вернулось в норму. Нервная система избавилась от пагубного влияния спиртного. Голова посвежела, и в мыслях наступила такая ясность, какая и положена трезвому человеку. Стерва почувствовала себя так, словно совсем ничего не пила. Происходящее стало восприниматься в несколько новом свете.</p>
   <p>        Добившись желаемого эффекта, Люмениферус вернулась к прелюдии.</p>
   <p>— Узнаешь? — повторила она, снова предъявляя фотографию.</p>
   <p>Теперь стерва видела хорошо и воспринимала все как следует. Она глянула и побелела. На снимке была семья, которую она сдала полиции — мать, отец, и двое их сыновей. Обычно нелегалов не запоминали, воспринимая как безликую рабочую массу, послушные самодвижущиеся инструменты. Своих нелегалов стерва не забыла, ибо они работали у нее долго, да и скандал с увольнением получился знатный.</p>
   <p>— Ты что, их адвокат? — даже не зная, как отреагировать, отшатнулась она.</p>
   <p>— Не совсем, — холодно отозвалась Люмениферус. — Но это и не важно. Имеет значение лишь то, кем теперь станешь ты сама.</p>
   <p>— О чем это ты? — не поняла ни слова стерва.</p>
   <p>— Скоро поймешь, — еще холоднее произнесла архангел.</p>
   <p>        Доселе Люмениферус обходилась без зрелищных эффектов, если того не требовала ее природа. Теперь же она считала демонстрацию не просто уместной, а и необходимой. Ее рука, протянутая в сторону, словно указывала на пол. Там, прямо на паркете, возникло движение. Рука засветилась, наливаясь белоснежным сиянием, и движение на полу усилилось. Казалось, в воздухе что-то уплотнялось. Возникая из ниоткуда, в нем появлялись прозрачные частицы вещества, которые быстро мутнели и густели, сбиваясь в единую массу. Свет стал ярче. Откликаясь на него, масса стремительно прирастала, начиная обретать структурно внятные очертания. Разинув рот, ошеломленная стерва не издавала ни звука, а затем испуганно вскрикнула. На ее глазах, отливая белым, формировался человеческий скелет. Потом стало еще страшнее.</p>
   <p>        В тюрьме и клетке для мигрантов архангел действовала быстро, как того требовали обстоятельства. Теперь же она затягивала процесс намеренно, а выглядел тот поистине жутковато. На полу распростерлись настоящие кости, сложившиеся в надлежащий каркас, а на них стали нарастать хрящи и мышечная масса. Из пустоты объявились органы, занимая положенные им места. Поначалу крошечные, они увеличивались в размерах, пока не достигли полноценных габаритов. Тогда в них вплелась кровеносная система, походившая на спрута с миллионом щупалец.</p>
   <p>        Плоть стремительно разрасталась. Протягиваясь и извиваясь, нервы смахивали на тончайших паразитов, повсеместно проникавших в ее вязкую слякоть. В глазницах налились глазные яблоки, над зубами образовались губы. Скулы затянуло мускулами, а над лицом поднялся нос. По бокам головы развернулись ушные раковины. Артерии наполнились кровью, придавая тканям характерную окраску.</p>
   <p>        Заканчивая формирование, клетки окончательно сложились в человеческое тело, но только без кожи, будто ту содрал таксидермист. Настал, однако, и ее черед, и настал вместе с волосами. Из кожного покрова, наслоившегося как воск, потянулись брови и ресницы. Уподобляясь лесу, на голове взошла густая шевелюра. Тускло блеснули ногти на руках и ногах. На коже возникли родинки и шрамы, а на пальцах следы от ювелирных колец.</p>
   <p>        Свет от руки архангела полился особенно ярко. Озаряя свое творение, он пробежал по нему волной, воплощая мельчайшие детали, и закончился лучистой вспышкой. Доселе обнаженное, тело на полу вновь преобразилось. На нем появилась одежда, макияж и украшения. Ноги обулись в туфли на высоком каблуке, а волосы на голове сложились в прическу. В ушах блеснули вычурные серьги. Скользнув по запястью, к локтю поднялась затейливая татуировка. Наливаясь цветами, ногти украсил педикюр, не иначе выполненный рукой салонного мастера. Впрочем, мастерски было выполнено все, ибо архангел владела своим даром в совершенстве.</p>
   <p>        Свечение угасло. Завершив создание тела, Люмениферус неторопливо указала на него пальцем.</p>
   <p>— Это ты, — выразительно сказала она.</p>
   <p>Стерва вскрикнула. Доселе она лишь повизгивала, пораженная сценой словно из фильма ужасов. Теперь ее сковала полнейшая жуть. Пораженная до глубины души, она увидела на полу себя. Точную свою копию, вплоть до самой последней мелочи и едва заметного, полученного еще в детстве рубца. Совпадало решительно все, включая посадку глаз и изгибы пальцев, расположение окрашенных волос и цвет самой маленькой родинки.</p>
   <p>        Проходя все стадии шока, стерва менялась в лице, как менялась и оттенком кожи. Дыхание и пульс то ускорялись, словно взбесившаяся лошадь, а то замирали подобно опоссуму. Сказался и выброс адреналина. В какой-то момент ее затрясло, до гусиной кожи и стука ляскающих зубов. Перебирая руками, стерва то прижимала их к лицу, а то принималась оглаживать себя, будто проверяя, она ли это на самом деле. Люмениферус не двигалась и молчала, позволяя ей хорошенько все рассмотреть и переварить. Предъявленное уже готовым, тело не произвело бы такого глубокого впечатления, а сомнений в его подлинности остаться не должно.</p>
   <p>— Мамочки, — пролепетала стерва.</p>
   <p>Мечтавшая убежать, она была не в силах двинуться с места, как не в состоянии оторвать глаза от собственного двойника. С трудом — с великим трудом, она все же перевела их на неизвестную женщину.</p>
   <p>— Ведьма! — выдохнула она с расширенными, как после наркотика, зрачками.</p>
   <p>— Нет, — пугающе улыбнулась Люмениферус. — А ты теперь никто, — многозначительно добавила она.</p>
   <p>        Несмотря на все произошедшее, слова незнакомки сработали своеобразным триггером. Возомнившая о себе, стерва бесилась, когда ей не выказывали желаемого уважения, и особенно теперь, ибо все больше людей ее ни во что не ставили. Жуть и оторопь уступили гордыне и оскорбленному самомнению. Кровь бросилась ей в лицо. Это она никто?! А кто вообще такая эта женщина?! Заявилась к ней в дом и показывает дикие фокусы! Светящиеся руки, человекоподобные монстры! Что это за безобразный розыгрыш?! Кто ее подослал?!</p>
   <p>— Это ты мне?! — запальчиво воскликнула стерва. — Да ты хоть знаешь, с кем говоришь?!</p>
   <p>        Очарование Люмениферус окончательно развеялось. В порыве отрицательных эмоций, бурливших и бьющих через край, человек переставал под него подпадать, если она сама это позволяла. Одно усилие воли — и стерва снова присмиреет, но архангел ни к чему такому не стремилась. Она пришла не любезничать, и ее влияние теперь служило помехой, а не подспорьем. Оказавшись вне ее воздействия, стерва явила свою подлинную натуру, лишний раз подтверждая, что щадить ее ни к чему.</p>
   <p>— Беги, — не вступая в полемику, коротко предложила Люмениферус.</p>
   <p>        Огонь вспыхнул не везде, но сразу. Взвиваясь от пола, он быстро вырос на фут, и тут же на два. Словно примеряясь, он лизнул обои, попробовал на язык дорогую мебель и вольно пробежался по оконным шторам. Довольно загудев, он нашел угощение достойным своего внимания и принялся за него всерьез. Затрещало пожираемое дерево, отекая прослезившимся лаком. Трепеща от нагретого воздуха, чернели в его хватке ткани. Паркет пошел разводами, отзываясь на пляску красно-желтых хороводов. Бумага взлетала жар-птицей, махавшей огненными крыльями и распускавшей пламенный хвост. Потянуло дымом, вздымавшимся отовсюду большими и малыми клубами. Собираясь у потолка, он растекался вдоль него густыми облаками. Коптящие и бурлящие, они становились все больше и плотнее, напрасно выискивая путь через запертые окна.</p>
   <p>        Охваченная паникой, стерва ринулась на улицу. Забыв про все на свете, она стремилась к выходу, только и слыша, как вокруг гудело набиравшее силу пламя. Дом загорался весь. Судя по звукам, он полыхнул словно подожженный, и теперь очень быстро погружался в объятия разгулявшегося пожара. Треск раздавался повсеместно, а воздух наполнялся нестерпимым жаром. Стало трудно дышать. Взмывая стайками сажи, едкая копоть проникала в легкие и вызывала надсадный кашель. Глаза слезились, в голове мутилось и шумело.</p>
   <p>        Спотыкаясь и оступаясь, стерва сломала каблук, чуть не свалившись прямо в пылающее кресло. Дергая ногами, она догадалась сбросить эту обузу и куда быстрее побежала дальше, к спасительной двери во двор. Не снижая скорости, она налетела на нее всем телом, однако та не подалась. Стерва толкнула ее снова, но с тем же результатом. Вцепившись в дверную ручку, она принялась ее трясти и дергать, поворачивая что было мочи. Дверь сидела как влитая, словно ее петли приварили. Ничего не соображая, стерва билась об нее будто в помешательстве, то и дело колотя ладонями и ногами. Защелка была повернута, а толку не наблюдалось.</p>
   <p>        Огонь, тем временем, подступал. Его жаркое дыхание опахнуло стерву горячим дуновением, вожделенно проведя по ее плечам и пошевелив растрепавшиеся волосы. Истошно завизжав, стерва утроила натиск. Ударившись в панику, она уже ничего не соображала, включая и то, насколько ее усилия бесплодны. Одно простое движение — и она была бы на свободе, но разум потерял контроль над собой и телом, которым руководили одни лишь звериные инстинкты.</p>
   <p>        Приблизившись сквозь огонь, архангел безмолвно наблюдала сцену с дверью. Пожар ей ничем не вредил, и даже бежевое платье не колыхалось под его мощным напором. Она была неуязвима для всех стихий на свете. Про стерву же такое сказать ну никак не получалось, а спалить ее заживо в планы не входило. Для нее Люмениферус приготовила кое-что иное, однако стерва отчаянно старалась себя похоронить. Покачав головой, архангел оценила глупость этой женщины, вкупе с умением владеть собой в критической ситуации. Пришлось вмешаться, пока все не пошло наперекосяк.</p>
   <p>        Дверной язычок внезапно щелкнул. Ручка провернулась, и дверь открылась сама собой, толкнув стерву в грудь. Она открывалась НА СЕБЯ. Потеряв равновесие, стерва едва не свалилась назад, где ее поджидал огонь, но воздушная волна толкнула ее вперед. Направляя порыв, Люмениферус не дала ей упасть, не желая устроить из этой истерички живой костер. Трясясь и подвывая, стерва выскочила под открытое небо и побежала прочь.</p>
   <p>        Свежий воздух сделал свое дело. Оставшийся позади, пожар уже не представлял угрозы. Вырвавшись на свободу, стерва бежала пока не поняла, что непосредственная опасность миновала. Остановившись, она обернулась и посмотрела на свой дом. Его окна ярко освещались, отражая гулявшее внутри пламя. Шторы пылали, превратившись в длинные огненные столбы. Громко зазвенев, лопнуло стекло. Потом еще одно и еще. Гул быстро нарастал. Поднимаясь и расширяясь, огонь добрался до самой крыши и начал лизать водосточные желоба.</p>
   <p>        Поискав руками, стерва вспомнила про смартфон. Тот остался в доме, охваченном пожаром. Вернуться за ним нечего было и думать, ибо это означало неминуемое самоубийство. Распространившись повсеместно, пламя пожирало внутреннее убранство, не иначе подумывая, не выбраться ли ему наружу. Стерва застонала. Как и у многих, в телефоне была вся ее жизнь, и теперь она даже не могла позвать на помощь. Ноги ее подогнулись. Завалившись на колени, стерва поникла и опустилась прямо на траву. Силы покинули ее, как душевные, так и физические. Схватившись за голову, она стала раскачиваться словно умалишенная, и делала это до тех пор, пока не прибыли пожарные. Ее смартфон сгорел, но службу спасения умела вызывать не только она. Пожар заметили соседи, и пока тот только разгорался, они уже обрывали звонками провода.</p>
   <p>        Стерва пришла в себя под одеялом, в которое укутали ее парамедики. Усаженная у машины скорой помощи, она огляделась и узрела масштабы бедствия. Дом уже догорал. По большей части, он выгорел дотла, и особенно там, где провалилась сожженная крыша. Все имущество оказалось безвозвратно уничтожено. Пожарные расчеты сбивали пламя, шедшее на убыль и сочившееся густым дымом, однако спасать было уже нечего. Неподалеку виднелись полицейские, прибывшие двумя патрулями. Не допуская жертв, они удерживали соседей, гурьбой толпившихся за оцеплением. Там же, цепочкой и порознь, выстроились зеваки, вытягивая шеи и постоянно фотографируя. Тут уж кому горе, а кому потеха и горячие посты в социальных сетях.</p>
   <p>        Окончательно опомнившись, стерва быстро оценила положение. Она осознала, что ее дому пришел конец, а заодно и тамошнему имуществу. Она не сомневалась, в чем причина. Пожар наверняка устроила та женщина, так напугавшая ее жутким фокусом с двойником. Как она попала в дом, и как провернула такое зрелище — сейчас было не важно. Главное — она преступница и поджигательница, о которой надо немедленно известить полицию.</p>
   <p>        Откашлявшись и поправив прическу, стерва возвращала себе привычную наглость и самоуверенность. Ничего, неизвестная женщина свое получит! Эта пироманка думала отомстить ей за тех цветных? Отыграться пожаром? Спалить имущество и разорить? Страховка покроет все с лихвой! Стерва получит намного больше, нежели потеряла, и очень кстати поправит свое материальное положение. Пожалуй, это выйдет ей даже на руку, позволяя списать под огонь очень многое, и совершенно безнаказанно. У полиции и страховой компании будет официальная причина и подозреваемая.</p>
   <p>— Офицер, я должна сделать заявление! — громко заявила стерва, чувствуя себя хозяйкой положения.</p>
   <p>Она уже не сомневалась, что все худшее позади, и намеревалась обернуть пожар в свою пользу. Вот только замысел Люмениферус заключался отнюдь не в нем.</p>
   <p>        Реальность получалась настолько безумной, что стерва отказывалась в нее верить. Поначалу все шло хорошо. С ней обращались корректно и профессионально, доставили в больницу и взяли показания. Затем начался какой-то не прекращающийся кошмар. Вскоре возвратившись, полицейские выглядели куда менее дружелюбно. На пожарище и впрямь нашли какую-то женщину, вот только совсем не ту, которую описывала стерва. Другую. ЕЕ САМУ. На удивление, огонь пощадил бездыханное тело, слегка обгоревшее, но вполне узнаваемое. Сделанные экспертом, фотографии насторожили всех, кто лично знал стерву в лицо, как насторожили и полицию. Снятые отпечатки пальцев развеяли всякие сомнения. Труп принадлежал хозяйке дома. Отсюда возникал вопрос, кто именно лежит в больнице, и что в действительности произошло?</p>
   <p>        Отсутствие телефона, где хранились все контакты и данные, осложняли сгоревшие документы, включая любое удостоверение личности. Не в состоянии подтвердить, кто она такая, ошеломленная стерва ударилась в злобную истерику. Она грозила адвокатами, сыпала ругательствами и обещала засудить рехнувшуюся полицию, не иначе вступившую в сговор с поджигательницей. Закончилось все это наручниками. Стерву приковали к кровати, а у дверей ее палаты выставили полицейского. Было отчего. Отпечатки стервы отличались от отпечатков хозяйки дома. Иными словами, в глазах закона леди из шоу-бизнеса умерла, а в больнице находилась неизвестная, просто очень похожая на нее женщина. Женщина, рассказывавшая дикие истории.</p>
   <p>        Слепки зубов и генетический анализ стерве не помогли. Пытаясь доказать свою правоту она добилась диаметрально противоположного результата. Вне всяких сомнений, эксперты дружно утверждали, что она — это не она. Теперь полиция разговаривала с ней не как с потерпевшей, а как с преступницей, чьи намерения и личность оставались неясны.</p>
   <p>        Положение ухудшало отсутствие хорошего адвоката. Стерва лишилась всего, начиная от банковских счетов до любых контактов. Признанная не собой, она уже не могла распоряжаться своим имуществом и деньгами. Юридическая контора отозвала ее защитников, ибо посторонней женщине они не полагались, а нанять каких-то других стерва не могла. Банки заблокировали ей доступ подчистую, и у нее теперь не было ни гроша. От бесплатного же адвоката толку особо не наблюдалось. По его лицу становилось ясно, что он и сам не верит своей клиентке ни на грош.</p>
   <p>        Срываясь до визга, стерва билась в истерике, а потом затихала, размазывая сопли и восстанавливая силы. Затем все повторялось. Усомнившись в психике подозреваемой, полицейские обратились к психиатру. Ее поведение не походило на симуляцию, а припадки становились все неадекватнее. Видавшие виды, детективы теперь не верили ей априори, только и дивясь, как эта женщина умудрялась выдумывать такие сказки. Не просто выдумывать, а упорствовать в них до конца, невзирая на опровержения и неоспоримые доказательства. Между тем, стерва говорила сущую правду.</p>
   <p>        Предвидя развитие событий, Люмениферус устроила все заранее. Коснувшись пальцами лба, она не только избавила стерву от спиртного — она заодно скорректировала ее клеточную структуру. На личность это никак не повлияло, зато отпечатки пальцев стали другими, как и слепки зубов. Изменилось и ДНК — совсем немного, однако вполне достаточно, чтобы провалить любой генетический тест. Найденная в сгоревшем доме, никогда не жившая копия в глазах закона была настоящей стервой, а настоящая стерва превратилась в бесправную и неизвестную женщину. Ту, которую подозревали в убийстве леди из шоу-бизнеса, и которая наверняка задумала воспользоваться их несомненным сходством.</p>
   <p>        Благодаря характеру, настоящих друзей у стервы не было. Были только знакомые, не особо-то к ней расположенные, да мужчины для постельных утех. Все они отказались подтвердить ее личность, равно как и престарелые родственники. Осведомленные об анализах и отпечатках, они не пошли против экспертизы и больше на зов не откликались. Стерва была не из тех, кому им хотелось бы помочь, и ради кого хотя бы кто-то пошел против очевидного. Не пошли против него и боссы шоу-бизнеса, уже и без того недовольные этой особой. В глазах всего общества стерва стала неизвестной преступницей, погубившей пусть и скверную, но безвинную женщину. Ну, не совсем безвинную, иначе Люмениферус не устроила бы все это.</p>
   <p>— Ну что, как тебе теперь живется? — осведомилась она, появляясь в ее камере.</p>
   <p>        Разразившись воплями, стерва стала призывать на помощь, истошно уверяя, что к ней пришла та самая женщина. Подошедший полицейский никого, разумеется, не нашел, кроме самой подозреваемой, в чьей ненормальности уже никто не сомневался. Велев стерве заткнуться, он в раздражении удалился, и больше на крики не приходил. Люмениферус показалась снова и велела не орать, если стерва желает уяснить, что происходит. Та побушевала, но умокла, бормоча ругательства и сверля ее дикими глазами. Об очаровании уже не шло и речи. Сказывалось отношение самой Люмениферус, накладываясь на злобу со стороны стервы. Злобу и фрустрацию. В какой-то момент она и впрямь предположила, что действительно спятила; что все это просто наваждение, и у нее поехала крыша. Иначе ведь объяснить происходящее не получалось, включая сверхъестественное и вторичное появление прекрасной женщины.</p>
   <p>        Истинный облик Люмениферус поверг стерву в суеверный трепет. Узрев крылатого ангела, она потеряла дар речи и только часто моргала.</p>
   <p>— Ты теперь в шкуре этих людей, — неторопливо разъяснила Люмениферус. — В глазах закона ты никто, без прав, личности и документов. Никакой страховки ты не получишь. Твое имущество тебе больше не принадлежит, до последнего полиса и монеты. Леди из шоу-бизнеса умерла. Ты официально другой человек — неимущий, без гражданства и связей. Делай что хочешь, но свою прежнюю жизнь ты уже не вернешь. На твоем месте я бы не стала тратить на это время, смирилась и начала все с нуля. А именно, тяжелым и ежедневным трудом, каким живут нелегальные мигранты. Ты теперь одна из них. Если сумеешь выпутаться, встать на ноги и заработать, я не стану тебя повторно наказывать. Живи уж себе. Но и на милосердие мое не рассчитывай. Такие, как ты, его недостойны.</p>
   <p>— Так это все из-за тех жалких нелегалов?! — выслушав отповедь, поразилась стерва. — Ты уничтожила меня из-за этих никчемных бездельников?!</p>
   <p>— Ты только что подтвердила, насколько я поступила правильно, — сурово молвила архангел. — И я не уничтожила тебя. Я поменяла вас местами. Теперь ты до конца изопьешь из той чаши, что собственноручно уготовила для них.</p>
   <p>        Стерва ожесточилась. Хоть и имея дело с небожителем, она нашла, что слова у той расходятся с делом. И даже осмелилась возразить, поскольку речь шла об ее судьбе.</p>
   <p>— Меня обвиняют в присвоении личности и убийстве! Убийстве самой себя! — возмутилась она. — Пускай я кого-то там и выгнала, но ТАКОГО не делала!</p>
   <p>— Не обвинят. Это не входит в наказание, — спокойно ответила Люмениферус. — Ты выйдешь на свободу — уж я об этом позабочусь. Но выйдешь именно никем, без имущества и документов. Тобой займется миграционная служба, и тебе придется от нее скрываться. Как ты будешь жить? Как нелегальные мигранты, которых ты презирала, и с которыми так бессердечно обошлась. Такова моя воля и мой приговор.</p>
   <p>— Ты же ангел! Ангелы добрые! — заламывая руки, взмолилась стерва. — Как ты можешь со мной так поступать?!</p>
   <p>— Я архангел. И дело тут не в добре, а справедливости, — с непривычной для нее жесткостью ответила Люмениферус.</p>
   <p>        Разговор был ожидаемо бесполезен. Ощущая, с кем имеет дело, Люмениферус на него особо и не рассчитывала. Она лишь хотела донести, за что наказывает стерву, и почему именно так. Донести предельно ясно, чтобы у той не оставалось даже намека на непонимание. Небесное правосудие сплошь и рядом этого не делало. Обрушивая кару, о ее причинах оно обычно оставляло людей в неведении. Те же не просто имели право знать — они ДОЛЖНЫ БЫЛИ ЗНАТЬ. Неведение порождало недоумение, а то, в свою очередь, разочарование, недоверие и ожесточение. В совокупности или порознь, все это вызывало ощущение несправедливости, даже когда справедливость именно что свершилась.</p>
   <p>        Презирая нелегалов, стерва возмущалась, что возмездие испортило ей жизнь, и даже не задумывалась, что без них она и так была бы совсем другой. Об этом не задумывались многие. Прославляя свой социум и экономику, они мечтали изгнать всех мигрантов подчистую, однако случись такое на деле, их хваленые экономика и социум немедленно бы рухнули. Они базировались на дешевой рабочей силе, бесправной и неспособной отсудить миллионы в бесчисленных тяжбах. На них не распространялись нормы, вроде минимальной оплаты труда и условий рабочих мест. Это значительно снижало издержки, и никакие штрафы за нарушения не грозили. Нелегальные мигранты глубоко интегрировались в систему, которая потому и держалась, что ей всегда было кого эксплуатировать. Эксплуатировать за гроши, оставаясь конкурентоспособной и позволяя процветать своим создателям и адептам.</p>
   <p>— Ты получила то, что заслужила, — прокрутив это в уме, подытожила Люмениферус. — Жаль, что одна лишь ты. До остальных, быть может, я тоже доберусь.</p>
   <p>        Услышанное пришлось стерве не по вкусу. О справедливости у нее имелось собственное представление. С одной стороны там были люди вроде нее, заведомо достойные лучшей жизни. С другой же всяческое отребье из низов, кому в них самое и место. Уяснив, что милости не дождется, стерва начала сыпать проклятьями.</p>
   <p>        Люмениферус и бровью не повела. Такого она понаслышалась в преисподней, где проклятые души ненавидели всех и вся. Апеллируя к высшей справедливости, суля наказание небес, каждый считал правым именно себя. Люди не принимали во внимание, что даже в божественном правосудии одна из двух сторон всегда останется им не удовлетворена.</p>
   <p>— Советую тебе не усугублять свое положение. Душа твоя пока не пропала, однако все еще впереди, — многозначительно предупредила Люмениферус. — Продолжишь в том же духе — и однажды тобой займусь уже не я, а мой брат.</p>
   <p>— А кто твой брат? — предчувствуя неладное, глухо спросила стерва.</p>
   <p>— Владыка ада. Люцифер, — коротко ответила Люмениферус.</p>
   <p>И тут же исчезла в пространстве, оставив стерву сжавшейся от нахлынувшего ужаса.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Будущее женщины из шоу-бизнеса, ныне пребывавшей в заплеванной камере, представлялось вполне ясным. Архангелы умели его предвидеть, без всяких бессмысленных гаданий на кофейной гуще, полетов птиц и раскладывания карт. Даром ясновидения они не обладали, а просто исходили из наиболее вероятного развития событий. Если речь шла не о предначертанном, они прогнозировали его с высокой точностью, словно видели все вживую своими глазами. В известном смысле, так оно и было.</p>
   <p>        Люмениферус сдержала обещание. Покинув стерву, пенявшую на возмездие и судьбу, она устроила все так, что обвинения с нее сняли. Экспертиза установила множество важных деталей. Леди из шоу-бизнеса скончалась от естественных причин, и за некоторое время до того, как возник пожар. Тот же полыхнул из-за утечки газа, наполнившего запертый дом. Войдя туда, обвиняемая неумышленно спровоцировала возгорание, а огонь распространился быстрее, чем она успела что-либо предпринять. По сути, ей еще повезло, что она осталась жива. Следствие не установило, кем была эта неизвестная, выдававшая себя за хозяйку женщина, однако ее невиновность сомнений не вызывала. Как и вменяемость.</p>
   <p>        В поведении обвиняемой произошли разительные перемены. Она больше не называла себя именем погибшей леди и не пыталась присвоить ее личность. Она стала куда спокойнее, и уже не грозила полицейским судебной расправой. Оставаясь стервозной и неприятной, она перестала быть наглой и неадекватной. Психиатры подтвердили, что она не представляет угрозу для себя или общества, пребывает в ясном уме и здравой памяти. Вероятно, недавний психоз был вызван потрясением из-за трупа и пожара, тем более что труп походил на нее как сестра-близнец. Они только и рекомендовали, что посещение психотерапевта и курсы управления гневом. Характер-то у этой женщины был сквернее некуда, как и оставлявшие желать лучшего манеры. На том наихудшие злоключения стервы и закончились. Их сменили другие, менее тяжкие, но все же далекие от беззаботной жизни.</p>
   <p>        Процессуальные нюансы привели к тому, что стерва оказалась на свободе. Удерживать невиновного человека никто не имел права, а миграционный контроль ей еще не занялся. Немного не успел, из-за нестыковок в бюрократии и сроков соблюдения процедур. Памятуя слова архангела, стерва не дожидалась, пока за ней придут, и тут же исчезла с горизонта. Тогда-то и началась ее новая жизнь — бесправная, полная скитаний, лишений и унижений. Сама став нелегалом, она отличалась только внешностью, да и то быстро поблекшей без привычных салонов, мастеров и дорогостоящего ухода. О брендовой косметике теперь не шло и речи, равно как дизайнерских платьях, ювелирных украшениях, стоматологе и пластике. За кожей ухаживали моющие средства, диетой стал фастфуд, а фитнес-клуб заменила физическая нагрузка. Пытаясь выжить, стерва скрипела зубами, ненавидела всех вокруг, однако наскребала на скромное существование.</p>
   <p>        Люмениферус не ошиблась. К несомненной заслуге стервы, та не опустилась до воровства или проституции, не села на иглу и наркотиками не торговала. Она честно трудилась, ломая ногти и до трещин иссушая некогда завидную кожу. Она запомнила не только сказанное про ее судьбу и будущее — она не забыла и упоминание Люцифера. Она едва ли любила архангела, которая ее наказала, а временами осыпала проклятьями. Она больше не хотела ее видеть, но еще меньше она хотела увидеть владыку ада. Как человек, стерва не стала лучше, но не стала и хуже. Она не преисполнилась любовью к ближнему, сочувствием и состраданием, однако и зла больше никому не делала. Неприятная в общении, она все же сдерживала язык, прекратив оскорблять всех и вся.</p>
   <p>        Новые знакомые не испытывали к стерве симпатии, но и не сторонились. Она поддерживала с ними нормальные отношения, вполне достаточные для продуктивной работы. Даже с нелегальными мигрантами. Работая среди них, она больше не чуралась этих людей, и всем своим видом не выказывала превосходство. Думать, может, и думала, однако открыто этого не выражала. Она трудилась на совесть, словно давая им понять, что и здесь сумеет всех обойти. И однажды все-таки обошла. Заглядывая в будущее, Люмениферус видела ее в придорожной закусочной, где стерва проработала много лет, начав с посудомойки и закончив помощницей управляющей. Конца ее жизни архангел не разобрала, однако ощутила, что свидание с Люцифером там не состоялось.</p>
   <p>        Оставался последний штрих. Пока дом стервы полыхал, Люмениферус кое-что там взяла. Самую малость, которая формально и нужна-то не была. Архангел могла сделать гораздо больше, причем не утруждая себя такими сложностями, но для нее это был вопрос принципа. Позволив сгореть остальному, она закончила со стервой, а потом отправилась на ферму, которую обживала спасенная ей семья.</p>
   <p>        Мальчик из парка, младший сын был в школе, наконец-то сумев вернуться к нормальному образованию. Как законного ученика, на шоссе его забирал и возвращал автобус. Тем временем его родители трудились в поле, собирая богатый урожай. Там же работал и старший брат, быстро освоивший отличный трактор. Об этом говорило тарахтение, доносившееся издалека. Оттуда же доносились жизнерадостные, полные бодрости голоса. В уютном доме, наполненном покоем и чистотой, не было ни души, и только ходики нарушали своим тиканьем размеренную тишину.</p>
   <p>        Пользуясь моментом, Люмениферус объявилась в гостиной, озаренной золотистыми лучами солнца. В ее руке появился конверт, который она поместила на столик, прислонив к стеклянному графину с водой. Настолько приметно, что там его обязательно найдут. Записку она не оставила. Ее заменяла надпись на конверте, объяснявшая все более чем красноречиво: "Ваше невыплаченное жалованье". То была сущая правда, ибо внутри конверта лежали деньги. Деньги стервы, взятые из ее горевшего дома — ровно столько, сколько та задолжала своей изгнанной прислуге.</p>
   <p>        Вот теперь Люмениферус была полностью удовлетворена. Она завершила эту историю, не только оказав людям помощь, но и свершив возмездие. Завершила все до последней мелочи. При этом она не нанесла непроизвольного вреда и не спровоцировала непредвиденных последствий. Благословляя ферму своим светом, Люмениферус повела рукой, взмахнула крыльями и собралась удалиться. Внезапно у нее не вышло. Оторопев от неожиданности, она попробовала снова, решив, что отвлеклась на сентиментальность, возникшую привязанность к этому месту и семье. И вновь у нее не получилось, однако причина такой неувязки не заставила себя искать.</p>
   <p>— И не надоело тебе играть в супергероя? — послышался чей-то знакомый голос.</p>
   <p>Знакомый настолько хорошо, что его принадлежность сомнений не вызывала. Не узнать своего брата было попросту невозможно. Порывисто обернувшись, Люмениферус увидела сложившего крылья Михаила.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>– 5 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        За поздним вечером, в парке было немноголюдно. Наступавшая темнота повторяла недавний антураж, когда Люмениферус встретила плакавшего мальчика. Светили те же фонари, и тот же полумрак витал вокруг их светлых островков, отгораживая освещенные места от непроглядной тени. Порхнув через пространство, Люмениферус снова пришла сюда, хотя могла выбрать любое место. Вершина горного пика или оазис в сердце пустыни, крыша небоскреба или даже дно мирового океана — архангелам было без разницы, однако к определенным местам привязывались и они. Впрочем, сейчас парк носил и символический характер, став живым отголоском недавних событий.</p>
   <p>Устроившись на скамейке, откуда была видна и слышна вода пруда, Люмениферус поправила изумрудное платье и откинула длинные каштановые волосы. Сегодня именно каштановые, поскольку она меняла их цвет как хотела. Глаза остались зелеными, зато в волосах красовалась не алмазная, а жемчужная диадема. Кулон в виде сердца горел на груди насыщенно-красным рубином, уложенным в оправу из вечно не тускнеющего серебра. Легкие туфли без каблуков отливали перламутром, хорошо сочетавшимся с диадемой в волосах. Платье перехватывал поясок с полированной пряжкой, где на округлом белом фоне посверкивала россыпь янтарных капель. Довершал наряд браслет, выполненный в античном стиле. В три оборота, он обвивал левую руку Люмениферус, посверкивая бриллиантами и сапфирами.</p>
   <p>        Михаил обходился без экспериментов с внешностью. Усевшись подле сестры, он был в своем традиционном черном костюме. Традиционными оставались и латные сапоги, проглядывавшие сквозь образ для посвященного взора. Простые смертные видели лакированные ботинки. Небожители улавливали неизменный элемент одежды военачальника небес, с которым тот никогда не расставался. Прическу и цвет глаз он тоже не менял, оставляя такие забавы прерогативой Люмениферус. Та и прежде принаряжалась, не отказывая себе в удовольствии нацепить чего-нибудь новенькое. Ее проживание среди людей заметно усилило эту черту — не то развлечение, не то пристрастие. Оглядывая парк, Михаил поглядывал и на сестру, немного раздосадованную сравнением с супергероем.</p>
   <p>        Долгожданная встреча состоялась, однако визит носил не только братский характер. Придя на зов, Михаил первым делом попенял Люмениферус на выходки. Та насупилась. Не став пререкаться на ферме, она предложила более нейтральное место. Брат согласился, и оба оказались в парке. Здесь началась история с мальчиком и здесь она теперь завершилась — как оказалось, не без участия Михаила.</p>
   <p>        Наказывая стерву, Люмениферус запалила славный пожар — настолько впечатляющий, что тот едва не разворотил весь дом. Точнее, он бы и разворотил, не уйми его своевременно Михаил. Задумка с газом удалась, и возгорание было признано несчастным случаем, однако никто не знал, что только чудо помогло избежать опасного взрыва. К прибытию пожарных угроза миновала, иначе они вполне могли бы пострадать.</p>
   <p>        Подстроив несчастный случай, Люмениферус преуспела с качеством, однако явно перестаралась с количеством. Избытки газа того лишь только и ждали, чтоб с диким грохотом вырваться на волю. Давление и температура сделали из них доморощенную бомбу. Решив проверить, что удумала сестра, Михаил объявился крайне вовремя и предотвратил детонацию на корню. Газовые трубы опустели, баллоны исчезли, словно их и не было. Никто ничего не заметил, включая саму Люмениферус, а он последовал за ней, желая убедиться, что та опять не совершит какой-нибудь промах. Как оказалось, не зря.</p>
   <p>        Полнившееся зрелой кукурузой, поле выглядело очень примечательно — поистине великолепно, особенно на фоне того, что буквально накануне там ничего такого не было. Волею случая, в тех краях проезжал фотограф, готовивший подборку о всяких захолустьях. Работая фрилансером, он либо сам продавал свой материал, либо заведомо брал задание по заказу. Неплохо экипированный, он делал много снимков, запечатляя окрестности и крупным планом, и с высоты. Какого же было его изумление, когда вместо непаханого поля, заросшего бурьяном, он увидел готовый к сбору урожай. Урожай, который появился не за месяц или два, а буквально за сутки, прошедшие с того момента, как он запускал над ним квадрокоптер.</p>
   <p>        Сам по себе, один свидетель опасности не представлял. Мало ли кто чего болтает, включая йети, бугимена и инопланетян. Другое дело, куда могли попасть его фотографии, и какие последствия спровоцировать. Тематические форумы полнились теориями заговоров, таинственными экспериментами и визитами пришельцев. Далекая и неприметная, ферма могла очутиться в центре внимания, а с ней и семья, обустроенная Люмениферус. Все документы были в порядке, однако с урожаем выходила явная неувязка. Право на собственность семья получила недавно, а кукурузу кто-то посадил давно. Как это объяснить? Лучше вообще никак, заведомо оградив новых владельцев от неприятностей.</p>
   <p>        Недолго думая, Михаил фотографа устранил. Разумеется, не физически. Спиртное стало отличным инструментом, благодаря которому фотограф незаметно напился до беспамятства. Наутро его воспоминания хромали, изрядно замутившись даже без воздействия архангела. Фотограф не пострадал, не считая жестокого похмелья и сивушного дыхания. Михаил же, пользуясь уловкой, подменил ему старые снимки на новые. Он сделал это везде, не забыв ни про одну копию. Идентичность вышла правдоподобной. Полнившееся кукурузой, поле якобы было таким и вчера. Разные ракурсы, камеры и время это подтверждали, не говоря уже о скопированных файлах. Потирая виски, фотограф мучительно копался в памяти и в итоге решил, что ему почудилось. Закончив в этой местности, он собрал оборудование и удалился, даже не заглядывая на ферму.</p>
   <p>        Досадуя на брата, Люмениферус внешне и ухом не вела. Она позвала его не за тем, чтобы тот журил ее как несмышленую девчонку. Ничего такого она не натворила. Пылающий дом оставался под ее защитой, чтобы подложенное тело не превратилось в угольки. И взорвись там что — никаких жертв она бы не допустила. Фотографа она, конечно, прозевала, однако его осведомленность не представляла хлопот. Она бы уладила это дело, как случалось не впервой. Да, не каждое вмешательство проходило идеально, но это явно не повод отказываться от них вообще.</p>
   <p>— Ты невнимательна, — настаивал на своем Михаил. — Если уж затеяла влезать, делай это аккуратнее. Не упускай даже самые незначительные детали, не говоря уже о случайных людях.</p>
   <p>— Тебе легко говорить. Это у тебя повсюду глаза и уши. Я же действую в одиночку и целой армией ангелов не располагаю, — сердито парировала Люмениферус.</p>
   <p>        Михаил промолчал, находя замечание сестры не лишенным справедливости. О фотографе ему сообщил ангел-хранитель, приставленный в тех краях присматривать за одним человеком. Военачальник небес и впрямь обладал серьезными ресурсами. Его источники информации располагались по всей земле. Надлежаще оценив молчание, Люмениферус тут же этим воспользовалась.</p>
   <p>— Давай начистоту. Ты не согласен с моим поступком или находишь его справедливым? Просто не хочешь этого признавать и оттого цепляешься к деталям? — выразительно осведомилась Люмениферус.</p>
   <p>— Находи я его несправедливым, я бы тебе помешал, — резонно заметил Михаил. — Я же тебе наоборот — помог.</p>
   <p>— Помог? — искренне удивилась сестра. — Это как же?</p>
   <p>— Кто устроил мальчика в школу? — усмехнулся брат. — Думаешь, это так легко и быстро, особенно без данных о предыдущем месте учебы?</p>
   <p>        Люмениферус ойкнула, и по ее лицу разлилось смущение. Удостоверения личности, свидетельства на собственность — она устроила все, включая различные другие документы. В этих бумагах она была уверена, обеспечив семье новое будущее. Тут и комар носа не подточит, однако теперь до нее дошло, что про школьные бумаги мальчика она забыла. Оценки, аттестат, справка из предыдущего образовательного учреждения — что угодно, чтобы его без хлопот приняли в школу. Поди без них докажи, где и как ты учился, и какой у тебя уровень знаний. А какие вопросы могли задать родителям мальчика? Мол, ваш сын вообще учился все это время? Так и до вмешательства опеки недалеко. Слишком увлеченная воссозданием фермы, Люмениферус упустила это из виду.</p>
   <p>— Вот я и говорю — тебе надо быть внимательнее, — спокойно повторил Михаил. — Тобой двигали эмоции. Мальчику ты, безусловно, помогла, но из-за них и с полем оплошала, и про школу забыла.</p>
   <p>— Ты директора запугал? — покосилась на него Люмениферус. — Пригрозил огненным мечом или ограничился посулом кары небесной?</p>
   <p>— Твоя ирония неуместна. Это не мой метод, — отозвался Михаил. — В школе все хорошо. Можешь сама проверить, хотя я бы на твоем месте к этой семье больше не совался. Опять расчувствуешься и что-нибудь натворишь.</p>
   <p>        Люмениферус поняла, что пора переходить в атаку. Если так пойдет и дальше, Михаил продолжит читать нотации, а затем удалится. Толку с такой встречи получится круглый нуль, да еще с жирным минусом.</p>
   <p>— Я слышала, ты тоже без дела не сидел, — скрыв лукавство под ресницами, обронила она. — В целители подался?</p>
   <p>— Я всегда им был. Тебе ли не знать, — не поддался на провокацию Михаил.</p>
   <p>— Обычно ты исцелял по приказу, — уточнила Люмениферус.</p>
   <p>— Ничего подобного. К страдающим воинам я регулярно проявлял милосердие, — возразил Михаил.</p>
   <p>— И к целым деревням? — с хитринкой улыбнулась Люмениферус.</p>
   <p>— А. Братец наболтал, — нахмурился Михаил. — Конечно, с него станется. Вы вообще два сапога пара. Чую, он тебя научит.</p>
   <p>Последнюю фразу он произнес с заметным сокрушением и недовольством.</p>
   <p>— Вообще-то это я его многому научила, — заметила Люмениферус. — Прежде он не лучился симпатией к птичкам и котикам, закаты на речках не встречал, да и людей, мягко говоря, терпеть не мог.</p>
   <p>— Выходит, из вас двоих это все-таки ты его подначиваешь, — сделал неожиданный вывод Михаил. — Может ты и к восстанию руку приложила?</p>
   <p>        Люмениферус прикусила язык. Делами былого Люцифер отличился исключительно сам, однако в недавние она и впрямь вносила лепту. Изрядную лепту, сойдясь с ним на почве неодобрения существующих порядков. У каждого были свои взгляды на устройство мироздания, однако в отличие от Михаила они сходились или, хотя бы, не конфликтовали. Люцифер увлек Люмениферус своими соображениями, но и сам проникся идеями сестры. Чем больше они общались, тем глубже ощущали царившую кругом несправедливость, мечтали о преобразованиях и возможности все изменить. Беседуя с Михаилом, Люмениферус прощупывала почву, надеясь повлиять и на этого брата. Согласно сведениям от Люцифера, шансы на это были. Военачальник небес начинал проявлять инициативу, прибывая на землю по собственному усмотрению и все чаще вмешиваясь в судьбы людей.</p>
   <p>— К восстанию? Будь это так, мне бы тоже досталось, не находишь? На меня ты свой меч не поднимал. Наоборот, это я помогаю тебе изгонять демонов, — не без удовольствия вернула шайбу Люмениферус.</p>
   <p>        Михаил не стал возражать. Демонов его сестра и впрямь не переносила, задавая им по первое число. Заподозрить ее в общении с этой нечистью возможным не представлялось. Какой-либо их сговор исключался априори. В отличие от брата, светоносная сестра адом не правила и никакими узами с тамошними обитателями не связывалась.</p>
   <p>— Не хочешь действовать сообща? Научишь меня, как вмешиваться незаметно и не провоцировать последствий, — с самым невинным видом предложила Люмениферус.</p>
   <p>— Так ты меня за этим звала? — осведомился Михаил, заподозрив какую-то ловушку.</p>
   <p>        Обычно независимая и самостоятельная, сестра уж больно охотно желала помощи. Явление, прямо скажем, редкое, если не сказать из ряда вон. Согласовать свои затеи с Михаилом, да еще под его присмотром — солнечных ванн она, что ли, перебрала?</p>
   <p>— Нотации читать ты горазд. Только их обычно и слышу, — поджала губы Люмениферус. — Если ты такой правильный и всезнающий, покажи наглядный пример.</p>
   <p>— А именно? — оставаясь внешне невозмутимым, навострил ухо Михаил.</p>
   <p>— Когда я опять надумаю вмешаться, я тебя позову, и ты поможешь мне восстановить справедливость, — невинно обрисовала предложение Люмениферус.</p>
   <p>— У меня, знаешь ли, своих забот хватает, — усомнился Михаил, хотя саму идею приструнить сестру нашел не лишенной привлекательности. — Тебе что приспичит, а я тут же прилетай. Это вряд ли.</p>
   <p>— Тогда можно поступить наоборот. ТЫ захочешь что-то сделать и позовешь меня. Покажешь мастер-класс на реальном примере. Авось и я на что пригожусь, — опустив ресницы, закинула наживку Люмениферус.</p>
   <p>— Может и пригодишься, — эхом отозвался Михаил, оживляя в памяти многие события.</p>
   <p>        Военачальник небес был великим целителем, однако жизнь создавать не умел. Починить человеческое тело или пересобрать его с нуля — ни разу не одно и то же. Подарить ребенка матери или превратить сухую пустошь в плодородную долину, наполнить рощу птицами или воплотить новое, полное жизни озеро — это было под силу только Люмениферус. Михаил исцелял, заживляя даже самые ужасные травмы, изгонял любые болезни и мог сделать слепого зрячим, однако порой ему пригодились бы способности сестры. Увы, при всем его могуществе они оставались недостижимы.</p>
   <p>— Ну так что, ты не против научить меня всяким премудростям? — чарующе улыбнулась Люмениферус.</p>
   <p>Поглядывая на брата, она примечала, что предложение ему нравится. Стать покровителем сестры очень даже вписывалось в концепцию командующего всеми ангелами.</p>
   <p>— Ага. Чтобы ты еще больше пошла вразнос, — утрачивая первоначальный пыл, отозвался Михаил.</p>
   <p>        Рассудительность и здравомыслие одержали верх. Эмоциональный порыв прошел, уступая место логическому мышлению и рационализму. Идея и впрямь была неплоха, однако Михаил быстро прикинул, что в реальности из нее получится.</p>
   <p>— О чем это ты? Какой разнос, если ты меня натаскаешь? — подняла бровь Люмениферус.</p>
   <p>— Самый настоящий. Станет только хуже, — покачал головой Михаил. — Ты и сейчас лезешь куда ни попадя. Тебя только возможные последствия и останавливают. Страшно представить, что произойдет, если ты научишься их избегать или нивелировать. Ты начнешь соваться с удесятеренным, невиданным размахом, перекраивая землю по собственному желанию.</p>
   <p>— Не начну, если ты меня научишь, — возразила Люмениферус, в действительности собираясь провернуть обратное.</p>
   <p>        Лицо Михаила не выразило энтузиазма. Он либо почуял ловушку, либо проявлял присущую ему осторожность. Этот неприступный воитель взял себе за правило, что от брата и сестры только и жди неприятностей. Свяжешься с ними, а потом сам в их интригах и увязнешь. Винить его в чрезмерной подозрительности не приходилось, учитывая, что Люмениферус, в конечном счете, затевала. Разумеется, не одна, ибо в замысле участвовал и Люцифер.</p>
   <p>— Сожалею, опоздал, — неожиданно сказал тот, появляясь откуда-то со стороны. — С этими дьяволопоклонниками сложно оставаться пунктуальным.</p>
   <p>        Подойдя к скамейке, Люцифер остановился рядом, возле сестры и с другой стороны от Михаила. Тот поморщился. Упоминание дьявола вызывало у него неприязнь, хотя бы речь и шла об его брате. Он прекрасно знал всю правду о Люцифере, поэтому олицетворением зла его не считал. Зло он приписывал его альтер-эго — условной второй, связанной с преисподней роли и всем, что ее касалось. Особенно сатанистам, желавшим свержения света и воцарения тьмы. Таких он любил не больше чем Люцифер отцовские порядки.</p>
   <p>— Якшаешься со всякой нечистью, а потом удивляешься чего тебе злодейства приписывают, — проворчал Михаил.</p>
   <p>        В белом костюме, Люцифер представлял разительный контраст со своим братом. Его золотистые пряди трепал набегавший ветерок, в то время как темно-пепельные волосы Михаила не шевелились. Белые туфли дополняли разницу, углубленную не столько черной обувью, сколько латными сапогами. Складывалось впечатление, что Люмениферус очутилась между фигурами шахматной доски, где цвета не соответствовали замыслу. Владыка ада отливал белизной, в то время как военачальник небес был облачен в оттенки мрака. О вкусах, впрочем, не спорят, тем более что Люцифер недаром носил одно из своих прозвищ. К тому же подлинный облик Михаила черных тонов также не подразумевал.</p>
   <p>        Встреча оказалась неожиданной и не слишком желанной. Михаил помрачнел, однако приветствовал Люцифера поднятой, повернутой к себе рукой. Между ними хватало противоречий, да и взаимопонимание хромало, однако они были братьями. Михаил никогда не забывал, что Люцифер оставался архангелом, и архангелом Светоносным, с заглавной буквы. В этом с Утренней звездой могла сравниться лишь Люмениферус, чье имя тоже как Светоносная и переводилось. По-настоящему падшие, ангелы белоснежный свет не излучают и такого же сияния крыльями не размахивают.</p>
   <p>        Упоминание о нечисти Люцифер мимо ушей не пропустил, тем паче к ней присовокупили и злодейства.</p>
   <p>— Можно подумать, у меня есть выбор, — пожал он плечами. — Меня зовут, я являюсь. Я сам, что ли, такие правила придумал? Будет оказия на небесах, задай этот вопрос отцу. Тебя он хотя бы иногда слушает.</p>
   <p>— Конечно. И сторонников ты себе не вербуешь, — прищурился Михаил.</p>
   <p>— Это риторический вопрос? Тебе все прекрасно известно, — невозмутимо отозвался Люцифер. — Вербую, конечно. Они слушаются каждого моего слова. МОЕГО слова, а не сатаны, дьявола, имямнелегиона и прочей ереси. Как только они ступают на эту дорожку, я тут же выписываю им путевку в ад, однако без скидок и льготного билета.</p>
   <p>        Оценивая слова брата, Михаил в них несколько усомнился. Тот умел не солгать, но при этом не сказать и правду.</p>
   <p>— А зачем тебе эти люди? — не упустил он случая спросить. — Для чего своя армия исполнителей, если ты такой белый и пушистый?</p>
   <p>— У нас сегодня день риторических вопросов? — ничуть не раздражался Люцифер. — Как я, по-твоему, на землю попадаю? Чартерный рейс заказываю или трамвая жду? Из ада просто так не выберешься, да только я нашел лазейку. Папочкины правила вынуждают меня приходить на вызовы всяких оккультных дураков, но я догадался обратить это в свою пользу.</p>
   <p>— Я не о том. Не держи меня за идиота, — нахмурился Михаил. — Что, ни для чего другого они тебе не нужны?</p>
   <p>— Наша сестра правильно заметила. В отличие от тебя, армией ангелов я не располагаю. Приходится заводить своих подручных и соглядатаев, — парировал Люцифер.</p>
   <p>— Тебе подчиняется весь ад. Демонов тебе мало? — скептически осведомился Михаил.</p>
   <p>— Мне с ними не по пути, — послышался довольно холодный ответ.</p>
   <p>        Правитель ада, чуравшийся тамошних обитателей, своих подчиненных — это выглядело оксюмороном. Михаил до сих пор подозревал, что Люцифер лишь разыгрывает эту неприязнь, однако доказать не мог. Ведь он не мог и забыть, как однажды брат уже поднимал легионы преисподней на восстание. Повторения он точно не желал, но к тому вроде и не шло. Властвуя над демонами, Люцифер им спуску не давал и в крамольных связах замечен не был. Если те выходили за отведенные границы, он тут же обрушивал на них свой гнев, и Михаил это прекрасно знал. С другой стороны, с хитроумного брата станется — вести двойную игру, да еще так, чтобы никто ничего не заподозрил.</p>
   <p>— Ты не используешь демонов в своих интересах? — не удержавшись, уточнил он. — С твоей-то жаждой власти в это плохо верится.</p>
   <p>— Что непонятного в словах "мне с ними не по пути"? — осведомился Люцифер. — Нельзя добиться справедливости руками тех, кто хочет превратить землю в новый ад.</p>
   <p>        С точки зрения Люмениферус, беседа заходила куда-то не туда. Предполагалось, что это она станет убалтывать Михаила, а по факту тот разговаривал Люцифера. Это случайный ход или какая-то хитрая игра? Обычно Михаил не пускался в интриги и сетей не плел. Он считал это ниже своего достоинства. Неужели он решил поступиться своими правилами и переиграть брата и сестру в их же игре?</p>
   <p>— Ты здесь вообще зачем? — спросила Люмениферус, пока властитель преисподней не сболтнул лишнего. — Я ждала встречи с Михаилом. Я рассчитывала поговорить с ним наедине.</p>
   <p>— Я понятия не имел, что он, наконец, откликнется, — невозмутимо ответил Люцифер. — Пользуясь случаем, я просто хотел тебя повидать. Ты отрада для глаз, сестра моя, особенно после рогатых чудищ.</p>
   <p>— Какое удачное совпадение! — в голосе Михаила послышалась ирония. — Мы трое в одном месте — кто бы мог подумать?</p>
   <p>— Невероятно удачное, — подтвердил Люцифер. — Я очень кстати услышал, что попросила у тебя сестра, и выражаю категорическое несогласие!</p>
   <p>— Чего? — хором переспросили Люмениферус и Михаил.</p>
   <p>        Заявление прозвучало совершенно неожиданно. Если Люцифер собирался привлечь внимание — ему это удалось. По лицу сестры Михаил определил, что она удивлена не меньше него.</p>
   <p>— Еще не хватало, чтобы этот добродетельный вояка сбил тебя с пути, — развил свое высказывание Люцифер. — Он тебя научит, уж будь уверена. Симпатизируя людям, ты сделала для них очень много, и собираешься сделать еще больше, однако всему этому придет конец. Он сумеет тебе внушить, чтобы ты ни во что не вмешивалась или делала это только с его дозволения. Это и будет означать твою полную несамостоятельность, жирную точку в любых планах. Так вот, я не позволю! Хочешь у кого-то поучиться? Учись у меня. Я открою тебе такое, что нашему брату и не снилось. Ты сможешь видеть любые души, читать их сокровенные тайны и отзываться на молитвы, даже если они адресованы не тебе.</p>
   <p>— И сделаешь из нее вторую себя! Вот уж нет! — возмутился Михаил. — Даже не мечтай заморочить ей голову! Если я возьмусь за дело — чтобы тебя и близко не было!</p>
   <p>— Ты не находишь, что выбор за сестрой? — осадил его Люцифер. — Хочет она кому-то довериться или нет — это ей решать.</p>
   <p>        Складывалось ощущение, что военачальник небес и владыка ада поменялись местами. Обычно невозмутимый, Михаил проявлял несдержанность, если не сказать закипал. Люцифер же — напротив, выказывал спокойную рассудительность, лишь слегка приукрашенную братскими заботами.</p>
   <p>— Она может отказаться от меня, но и примкнуть к тебе я не дам! — твердо заявил Михаил.</p>
   <p>— Не советую принуждать ее силой. Она умеет любить как никто другой, но также она умеет и ненавидеть, — предостерег Люцифер. — Тронешь ее — и мы оба станем твоими врагами. Возможно, навсегда.</p>
   <p>— Не ее, а тебя, — быстро поправился Михаил. — Тебе уже знаком эффект огненного меча. Возникнет нужда — познакомлю еще раз.</p>
   <p>— Прекратите! — сердито сверкнула глазами Люмениферус. — Я так разругаюсь с вами обоими! Я хотела попросить помощи Михаила, но уж точно не для того, чтобы вы вцепились друг другу в глотки!</p>
   <p>— Я лишь сказал, что выбор за тобой, — аккуратно заметил Люцифер.</p>
   <p>— Я не маленькая девочка! Иначе и быть не может! Я не просила меня опекать! — вспылила Люмениферус. — А ты бы постыдился грозить брату огненным мечом! — обрушилась она следом на Михаила. — Это тебе не игрушка, решать им наши личные дела!</p>
   <p>        Казалось, страсти накалялись, и вдруг Люцифер сделал то, чего за ним обычно не водилось. Он извинился, хотя и считал себя правым. Михаилу стало совестно. Не желая выглядеть невежей, он тоже принес сестре извинения, пробормотав, что был неправ, так как слегка вышел из себя. Примирительно кивнул он и брату, пусть и отведя при этом глаза.</p>
   <p>— Я не сержусь, — улыбнувшись, тут же сменила гнев на милость Люмениферус. — Может, начнем с чистого листа? Ты со мной или нет? — выразительно добавила она.</p>
   <p>— Я не понимаю, о чем ты, — пожал плечами Михаил. — В любом случае, мне надо подумать. Я еще ничего не решил.</p>
   <p>        На контрасте фонаря, светившего немного поодаль, скамейку окончательно окутал полумрак. Не мешавший архангелам, он выразительно отразился только на их одежде. Костюм Люцифера выглядел белым пятном на фоне мрака и был заметен даже издалека. Платье Люмениферус стало темно-серым. Из дневной красавицы бабочки она словно превратилась в ночного мотылька. Михаил и вовсе растворялся во мгле. Она сокрыла его черный костюм, делая едва заметным для человеческого глаза, и только сапоги не перестали блестеть, однако люди их в принципе не замечали. С этой деталью своего обличья он никогда не расставался. Он был величайшим рыцарем, генералом небес, и не мог отказаться от такой, казалось бы, ерунды. Эта ерунда становилась причиной шуток, частенько вылетавших из уст сестры. С лукавой насмешливостью, она проводила сходство с шовинизмом отца, однако Михаил воспринимал ее остроты с каменным спокойствием. Проявил он его и сейчас, когда Люмениферус отпустила очередное ехидное замечание. Он не отреагировал, думая совсем о другом.</p>
   <p>        Вопрос не застал Михаила врасплох, однако заставил нахмуриться. Уж больно странно он задавался, словно в нем проскальзывал некий скрытый подтекст. Что означал этот "чистый лист"? Братскую помощь, невзирая на прежние разногласия, или принципиально новые отношения? Это она будет с ним или он с ней? Между этими двумя вариациями была огромная разница. Не желая отталкивать сестру, торопиться Михаил тоже не хотел. Он предпочитал хорошенько все обдумать, особенно когда дело касалось такой щекотливой темы.</p>
   <p>        Реакция брата не осталась незамеченной. В противовес его нахмуренному лицу Люмениферус улыбнулась еще светлее.</p>
   <p>— Не понимаешь, о чем я? — переспросила она, замерцав своими зелеными глазами. — Я думаю, ты просто не хочешь признать, что и сам будешь рад поработать вместе.</p>
   <p>Протянув ладонь, она почти коснулась руки Михаила. От ее тонких пальцев заструился свет, тут же незримо охвативший и всю фигуру. Пробежав по ее волосам, ветер создал картину в голове одаренного, чувствовавшего неземное художника. Далекий, случайно проходивший мимо, он упал, но ему не стало плохо. Он просто лишился чувств от их внезапного переизбытка. Как он потом рисовал увиденную красавицу — было совсем другой историей.</p>
   <p>        Излучение, испущенное Люмениферус, живописцем не ограничилось. Рядом распустились совсем увядшие цветы. Брошенные в мусорный бак, они открылись подобно весеннему, обласканному солнцем бутону. Подросшая как на дрожжах, трава пошла разводами и волнами, разительно преображая окружающие газоны. Их зелень внезапно налилась, до самого чахлого ростка, до последнего пожухлого стебля. На раскрывшихся цветах появились ночные бабочки. Расправив крылья, они взвились воздушным облачком и принялись кружить у источников света. Даже листва, безмолвно темневшая на деревьях, вдруг приобрела особо насыщенный оттенок. То был оттенок самой жизни, не желавшей вот так запросто угасать.</p>
   <p>        Откуда-то с воды подали голос птицы. Ощутив живительную волну, они не поняли, что это было, и устроили негромкую, спросонья, перекличку. Тихие всплески и хлопанье крыльев хорошо раздавались в тишине, наполнявшей парк вместо звуков большого города.</p>
   <p>— Придержи свои штучки, я тебе не случайный сопляк. Они на меня не действуют, — проворчал Михаил, и все же было заметно, что он впечатлен сестринской красотой.</p>
   <p>Красотой, воплощавшей чудо сотворения жизни.</p>
   <p>        Дар Люмениферус вызывал добрую зависть даже у него, владельца огненного меча, командовавшего всем небесным воинством. Его могущество было велико — невероятно велико, а приказы исполнялись беспрекословно. Не считая отца, он был самой грозной фигурой на небесах и обладал абсолютной властью над любым солдатом, но все же не такой, как у сестры.</p>
   <p>— И не собиралась, — ничуть не обиделась Люмениферус. — Это моя сущность. Я напомнила тебе о том, что ты и сам хотел бы видеть подле себя. Попросив о помощи, я протянула тебе руку. Прими ее, и мы горы своротим вместе.</p>
   <p>— Красиво. И заманчиво. Но если на этом все, тогда я, пожалуй, пойду, — собрался встать Михаил. — Повторю — мне надо подумать, чтобы как раз горы в спешке не своротить.</p>
   <p>— Ну да, сами исцеляем брошенных воинов и сами же прикидываемся, что нам ни до чего дела нет, — обронила Люмениферус.</p>
   <p>        Уже было поднявшись, Михаил присел обратно. Глядя на воду пруда, неторопливо рябившую в свете звезд, он чуть закусил губу, что было величайшей редкостью для его обычно величественного, твердого как мрамор лица.</p>
   <p>— Ты за мной следила? — спросил он, слушая пульсацию живущего своей жизнью города. — Али кто наболтал?</p>
   <p>— Не очень-то и надо. Ты ведь уже не в первый раз такое проворачиваешь, — словно невзначай напомнила Люмениферус.</p>
   <p>— Ну и что? — с неожиданным выражением в голосе отозвался Михаил. — Я не могу исцелить простого воина, лишенного всего, на что он имел полное право надеяться?</p>
   <p>        Эмоциональная и чувствительная, Люмениферус прекрасно улавливала чувства и эмоции других. Даже ангелов. В интонациях брата она отметила и горечь, и даже затаенную, едва заметную боль. Именно боль, а не скорбь или печаль. Последнее впечатлило Люмениферус особенно, если ей, конечно, не почудилось. Похоже, справедливость Михаила побуждалась не только одним лишь долгом и слепым исполнением приказов.</p>
   <p>— Я об этом и говорю, — многозначительно произнесла она, мерцая зелеными глазами. — Тебе не безразлична судьба страдающих людей. И ты берешь на себя смелость помочь тем, кто этого уж точно заслуживает. Я буду счастлива, если ты захочешь делать это вместе.</p>
   <p>— Понятно. Опять ты за свое, — все-таки поднялся Михаил, усмотревший в речах сестры искусно вплетенное коварство. — Я дам тебе знать, если что-то решу. А теперь прощай.</p>
   <p>— Не так быстро, дядя, — внезапно раздался чей-то насмешливый, с хрипотцой, голос.</p>
   <p>        За родственной встречей, архангелы как-то позабыли, что в парке они находились не одни. Хоть и поздней порой, люди здесь еще встречались, а все трое оставались для них заметны. Изначально в человеческом образе была одна Люмениферус, для которой это давно вошло в привычку. Появившись из пространства, она уселась на скамейку как самая обычная женщина. Взяв с нее пример, Михаил не стал скрываться, чтобы в глазах окружающих сестра не общалась с пустым местом. Это с крыльями он привлекал внимание, а черном костюме выглядел как простой человек. Что же касалось Люцифера, то сейчас его сковывали какие-то ограничения, мешавшие стать невидимым. Вероятно, ритуал призыва сатанистами, которым он воспользовался для прибытия, однако полностью не отвязался. Его костюм белел в полумраке настоящим маяком, а стоял он так, словно нарочно оставался на виду.</p>
   <p>        Обернувшись, архангелы увидели группу людей, подходившую к ним по ближней дорожке. Большую группу совсем недружелюбных людей.</p>
   <p>— Ну-ка, кто здесь у нас? — протянул все тот же голос.</p>
   <p>Его владельцем оказался приземистый бритоголовый тип. На полусогнутых коленках, с сигареткой во рту он вальяжно подходил к скамейке, и на его лице витала гнусная ухмылка. Судя по всему, он очень любил татуировки, в изобилии украшавшие его руки, шею и грудь. Сомнения вызывал салон, где их набили. Обычно такие украшения зарабатывали исключительно в тюрьме. Дружки его выглядели едва ли лучше. Хоть и разные на вид, они не производили впечатления добропорядочных членов общества.</p>
   <p>        В это время суток парк стихал, но не замирал. Порой и до утра здесь гуляли и ютились парочки, прельщенные романтикой уединенной ночи. В нем встречались одиночки, смотревшие в далекое небо, бродили эксцентричные горожане и просто любители темноты. Но бродили там и иные лица. Парк не считался криминогенной зоной, однако и безопасности отнюдь не гарантировал. Подошедшая к скамейке, компания промышляла тут не в первый раз. Не способная охватить весь город, полиция не успевала поспеть везде и всюду, и банды этим пользовались, сколачиваясь сначала в маленькие, а затем и все б<emphasis>о</emphasis>льшие группы. В этой насчитывалось одиннадцать человек, если не считать двоих, стоявших на стреме несколько поодаль.</p>
   <p>        Численный перевес явно придавал сомнительным типам уверенности. Становилось очевидно — пришли они не для того, чтобы спросить у людей на скамейке, не нужно ли им чего. В данном случае что-то было нужно им самим, иначе зачем бы они прихватили различные специфические предметы. Сломанным кием в бильярд не поиграешь, да и некому сейчас гнутой монтировкой менять колесо. Намерения владельцев этого хлама прояснились быстро, да они их особо и не скрывали.</p>
   <p>— Вот это, я понимаю, костюмчик, — протянул крепкий молодчик, поигрывая в руке чем-то подозрительно острым. — Думаю, мне подойдет.</p>
   <p>        Разгоняя полумрак, грабители разглядывали добычу при помощи подсветки на смартфонах. Далеко она не освещала, однако вполне доставала на несколько шагов. В ее рассеянном свете хорошо проявился черный костюм Михаила, отличавшийся качеством ткани и покроя. На белую одежду Люцифера также нашлись ценители, однако все взоры быстро приковала Люмениферус.</p>
   <p>— Вы посмотрите, какие цацки у этой курвы, — присвистнул другой молодчик, более габаритный и более же волосатый. — Тут штук на десять баксов, если не на тридцать!</p>
   <p>        Спокойно взиравший на грабителей, Михаил неожиданно изменился в лице. Подобных типов он презирал, однако не показывал и виду, считая это ниже своего достоинства. Он оставлял их Люциферу, который забавлялся такими курьезами, однако на сей раз не сдержался.</p>
   <p>— Ты назвал мою сестру курвой? — переспросил он таким голосом, что даже Люмениферус стало не по себе.</p>
   <p>Поймав его тяжелый взгляд, нахамивший молодчик невольно попятился, однако присутствие дружков вернуло ему самоуверенность.</p>
   <p>— Выворачивай карманы! — любезно предложил он в ответ, для убедительности показывая выкидной нож.</p>
   <p>— Бумажник, папаша. И не забудь про часики, — поддержал его рябой детина, оглаживая потертый кастет. — А ты, курва, гони свои побрякушки.</p>
   <p>        Ростом рябой был выше всех, однако этим его достоинства и ограничивались. С умом и наблюдательностью там явно не заладилось, иначе он бы не осмелился повторить оскорбление, выбившее из равновесия Михаила. С другой стороны, означенными качествами и остальные грабители не отличались.</p>
   <p>— Опа, какой браслетик у этой бабы! — подал голос еще один добрый молодец, одетый в облегающие, с протертостями, джинсы.</p>
   <p>Поджарый, в засаленных дредах, он шагнул к Люмениферус и схватил ее за руку. От неожиданности та отпрянула, и ее невольный возглас грохотнул в ушах Михаила орудийным залпом.</p>
   <p>        Было бы нелепо предполагать, что шайка жалких грабителей способна хоть как-то навредить архангелу, однако в игру вступили эмоции. Уже основательно разогретый разговором, Михаил не выдержал такого обращения со своей сестрой. Та считалась любимицей Люцифера, однако он и сам испытывал к ней привязанность, в чем никому, разумеется, не признавался. Прозвучавшее оскорбление поставило его на грань настоящего взрыва. Поджарый грабитель, оскорбивший Люмениферус еще и действием, сорвал ему все предохранители.</p>
   <p>        Обычно сдержанный, Михаил разъярился так, что сестра аж вздрогнула. Она ощутила, будто рядом пробудился эмоциональный вулкан.</p>
   <p>— Не надо, брат! Я могу и сама! — вскричала она, но было поздно.</p>
   <p>— Часики? — жутковато улыбнулся Михаил, который и носил их только для образа. — Держи.</p>
   <p>Никто не заметил, как застежка браслета расстегнулась, ибо этого и не произошло. Обходя законы физики, Михаил снял часы напрямую и швырнул молниеносным движением пальцев.</p>
   <p>        Даже пуля не произвела бы такой эффект. Скорее, стальная сфера, пущенная из пращи, однако не рукой, а исполинским паровым молотом. Во лбу рябого детины образовалась дыра, повыше переносицы и пониже линии курчавых волос. Озаряя рваные края, сквозь нее заглянул неровный свет, идущий от смартфонов и стоявшего поодаль фонаря. Пробив голову насквозь, часы улетели прочь, и застряли в далеком, сокрытом тьмой дереве. Стоявших за рябым, его подельников осыпало осколками черепа и каплями выбитого мозга. Из неровной дыры потекла запоздалая кровь. Глаза рябого закатились, и он свалился на месте, брякнув не пригодившимся кастетом.</p>
   <p>        Зрелище было впечатляющим, однако на грабителей действия не возымело — не то из-за их скудоумия, не то слабого освещения. Точнее, возымело, однако совсем иное, отличное от должного. Сила удара была поистине страшна, и простым смертным недоступна. Грабители этого не оценили. Им бы пуститься наутек, сверкая пятками по газонам, но они поступили с точностью до наоборот. Злобно закричав, ближайшие дружки рябого ринулись на Михаила.</p>
   <p>        Не выходя из образа, архангел не использовал свое светоносное могущество. Он и в человеческом облике обладал колоссальными возможностями. Как человек он и действовал, только сверхсильный человек, и к тому же неуязвимый. Сломанный бильярдный кий не достиг своей цели. Перехватив его у основания, Михаил сломал запястье того, кто этот кий держал — не столько намеренно, сколько неумышленно, настолько крепка была его стальная хватка. Военачальник небес мог расплющить пальцами толстый рельс и сокрушить бетонную стену. Хрупкие человеческие кости были для него тонкостенным хрусталем, не выдерживавшим излишне эмоционального прикосновения. Грабитель не успел и охнуть, как Михаил уже нашел кию применение. Не ослабляя хватку, он воткнул его в другого грабителя. Пробив плечо насквозь, кий вышел из него обрубком, заливая кровью джинсовую куртку. Ее владелец тут же утратил воинственный настрой, вопя и пытаясь вытащить инородный предмет.</p>
   <p>        Раздался металлический звон. Это сломался нож, которым ударил Михаила еще один молодчик. Нанести ему хоть царапину он в принципе не мог. Втыкай он лезвие в стальную скалу — толку и то получилось бы больше. От нападения пострадал только сам грабитель. Нож раскололся на части, но его рукоятка отдала в сжатые пальцы, ибо закон противодействия никто не отменял. Грабитель вскрикнул, тряся рукой, по которой словно молотком ударили. Вскрикнуть второй раз он не успел. С кием в плече, орущий подельник сбил его с ног. Его, в свою очередь, отбросил владелец кия, которого отшвырнула железная длань Михаила. Свалившись на дорожку, эти трое расстроили ряды грабителей, но снова ума им ни капельки не прибавила.</p>
   <p>        Про Люцифера молодчики и думать забыли. Они и так до него не добрались, а теперь их внимание было сосредоточено исключительно на его брате. Это относилось и поджарому, который взалкал браслет Люмениферус. Отпустив ее руку, он накинулся на Михаила сзади, однако тут же перелетел через него ошалелой ласточкой. Подхваченный одним движением, он врезался в приятеля и покатился дальше, проехавшись физиономией по дорожке. Выронив монтировку, приятель с руганью упал назад, но сразу вскочил, преисполнившись боевого пыла. Его намерения разделили и соседи. Решив навалиться все разом, они ринулись на Михаила, потрясая оружием, уж кто каким был горазд.</p>
   <p>        Нападая скопом, незадачливая компания скопом и подставилась. Военачальник небес упредил ее намерения. Пользуясь возможностью, он решил не возиться с ней поодиночке.</p>
   <p>— Ай, — пискнула Люмениферус, падая на траву с ей же выращенными цветами.</p>
   <p>Раздался сердитый гул. Выдрав из-под нее скамейку, Михаил одним махом снес подбегавших грабителей. Промелькнув будто хворостинка, скамейка сбила их не хуже железнодорожного экспресса. На удивление, их не расплющило на месте, учитывая скорость и массу последовавшего удара. Дико завопив, они улетели далеко назад, грянувшись на землю как переспелые плоды. Правда, не все. Из темноты донесся характерный всплеск, с которым один из них свалился в темную воду.</p>
   <p>        Михаил и не подумал успокаиваться, тем более что уцелевшие грабители по-прежнему не разбегались. Подхватив скамейку словно полено, он швырнул ее торцом вперед. Угодив в сутулого молодчика, наряженного под байкера в черной коже, она отправила его в полет. Нанизанный как блоха на карандаш, тот даже не орал, уносясь куда-то прочь, и только цеплялся за скамейку будто утопавший за соломинку. Наставив ладонь на другого грабителя, Михаил не ударил, а выпустил малую толику своей воли. Без всяких скамеек, монтировок и других предметов, грабителя снесло словно ураганом. Отброшенный в кусты, черневшие далеко в стороне, он с треском прокатился через заросли, застрял в них мешком, и тихо стонал о своей судьбе.</p>
   <p>        Казалось бы, столь впечатляющая сцена должна урезонить кого угодно, включая и совсем недалекий ум, однако грабители упорно лезли на рожон. Летающие скамейки и сверхсильный человек их не остановили. Не иначе, они находились под психотропными веществами, заглушавшими любую опасность и даже элементарное чувство самосохранения. Большинство из них все еще не утратило способность передвигаться. Они предприняли новую атаку, включая изрядно пострадавших. Боль от сломанной руки или кия в плече их не остановила. К ним присоединились и те, что прежде караулили на стреме. Бегом направляясь к Михаилу, они на ходу вытаскивали огнестрельное оружие.</p>
   <p>        Загремели выстрелы. Выхватив огромный калибр, не иначе компенсировавший малый рост, татуированный грабитель палил в Михаила. Похоже, это был тот еще храбрец. Когда дошло до драки, он ловко укрылся за спинами приятелей, однако теперь ситуация изменилась. Уяснив, что настало время для стрельбы, он явно захотел отличиться и присвоить себе лавры победителя. Возбужденно крича, он сыпал ненормативной лексикой и выпускал пулю за пулей. Разумеется, никакого вреда он не причинил. Свинец просто отскакивал от архангела. Не больше преуспели и остальные. Их пистолеты были меньше, однако размер тут ни капельки не влиял. Огромные или миниатюрные, пользы они приносили одинаково. А именно, нисколько, не в состоянии поразить военачальника небес.</p>
   <p>        Повышая градус эскалации, схватка начинала превращаться в побоище. Это сулило беду злоумышленникам. Поднявшись с газона, Люмениферус оценила состояние брата. Она все еще не вмешивалась, опасаясь сделать еще хуже. Если грабители ее заденут, Михаил разнесет тут все подчистую, и остановить его будет очень сложно. Впрочем, он и так уже разносил, и на достигнутом останавливаться не собирался.</p>
   <p>— Не надо, брат! — уловив его намерения, вскричала Люмениферус.</p>
   <p>Тот не отреагировал, как и грабители. Не поражая цель, они упорно палили в нее как заведенные. Не принимая реальность, они лишь тупо жали на курки, как будто новый выстрел мог что-то изменить. Для них это походило на кошмар, когда обойма разряжается, а толку никакого нет. Нет, разумеется, у них, поскольку цель окончательно перешла в атаку.</p>
   <p>        Двигаясь прямо на свинец, Михаил присел на колено, а потом резко выставил кулак вперед. Уподобившись пушечному ядру, татуированный грабитель улетел далеко прочь — несравнимо дальше своих подельников. Несмотря на расстояние, полет закончился очень быстро, в облаке мелкой пыли. Пробив ограду парка, грабитель врезался в припаркованную за ней легковую машину. Натужно заскрипело железо, со звоном вылетели стекла. Продавленная мощным ударом, она была искорежена телом орущего человека.</p>
   <p>— Нет, брат! — опять вскричала Люмениферус, быстро уловив, к чему все идет.</p>
   <p>        В глазах Михаила разгорался огонь, собираясь испепелить еще остававшихся грабителей. И не только их. Его ярость была ужасной, сродни зарождавшемуся атомному взрыву. В ее разящем излучении могло сгореть очень много людей, случайно оказавшихся в зоне поражения. Михаил был прекрасным полководцем, обычно уравновешенным и хладнокровным, однако в минуты гнева мыслитель из него выходил так себе. Действовать требовалось незамедлительно. Возникнув между ним и грабителями, Люмениферус развела руки в стороны, а ее волосы как будто приподняла воздушная волна.</p>
   <p>        Послышалась музыка, льющаяся словно ниоткуда. В ее переливы и аккорды вплеталась песня — тихая и бесконечно прекрасная. Без внятных слов, на неведомом языке, она струилась в сердце и брала за душу. Она проникала повсеместно, заставляя сухие ветви снова выпустить крупные и сочные побеги. Трава резко выросла. Цветы вокруг кратно прибавили в численности. Деревья стали пышнее, уже не только листвой, но и протянувшимися кронами. Водоплавающие птицы вообразили, что наступила весна, и снова стали выяснять семейные отношения. Численность бабочек увеличилась настолько, что теперь они летали везде, куда дотягивалось излучение Люмениферус. Отливая разноцветными крылышками, они порхали в воздухе и садились на распускавшиеся цветы. Зажужжали пчелы, появляясь из новых ульев. На воде распустились прежде не растущие там кувшинки.</p>
   <p>        В воздухе повеяло весной, свежестью после грозы и теплом летнего солнца. Озаряя окрестности, свет от архангела не только разгонял темноту — он изменял реальность. Обыкновенная ночь едва не превратилась в необыкновенный день. Люмениферус явно перестаралась. Под влиянием эмоций, стремясь предотвратить вспышку гнева Михаила, она испустила такую мощь, что едва не преобразила целый парк. В воде завелась новая рыба, а в густой траве запрыгали и застрекотали многочисленные цикады.</p>
   <p>        Воздействие Люмениферус адресовалось не природе — это был побочный эффект. Она очаровывала грабителей, доселе как-то не реагировавших на ее дар. Прежде она не старалась на них повлиять, а те, должно быть, и впрямь находились под какими-то веществами. Теперь все изменилось. Могущество Люмениферус проявилось полностью, рождая новую жизнь и влияя на существующую. Преодолевая расстояние, оно лучисто протянулось ко всем, кто продолжал нападать и стрелять. Ее глаза испускали ручейки белоснежного света, а раскрывшиеся крылья озарили все окрест на сотни футов.</p>
   <p>        Овеянные светоносным сиянием, грабители были не в состоянии его проигнорировать. Утрачивая тягу к насилию, они уже не хотели причинить кому-нибудь вреда. Забывая про стрельбу и членовредительство, они роняли оружие из разжавшихся пальцев. Глядя на Люмениферус, они увидели нечто настолько прекрасное, что не могли противиться ему, и были готовы исполнить все, что это прекрасное скажет. Подойдя к ней поближе, они остановились в нескольких шагах, не осмеливаясь приблизиться вплотную.</p>
   <p>— Приказывайте, госпожа, — сказал бородатый грабитель, доселе способный убить просто потому, что хотел.</p>
   <p>Жажда крови покинула его полное тело. Теперь он спустил бы курок только если бы эта красота ему велела. Тогда он застрелил бы любого, включая собственных подельников.</p>
   <p>        Низкорослый татуированный грабитель едва не рыдал. Обуянный эмоциями, он протянул к Люмениферус руки, в которых уже не было большого пистолета. По его щекам стекали слезы восторга и умиления. Глядя на эту женщину, он уже не мог отвести от нее глаз, оторваться от ее красоты. Преклоняясь пред увиденным, он испытывал чувство высочайшего блаженства, был готов исполнить что угодно. Очарованные прекрасным, даже израненные грабители забыли про боль и злобу. Теперь они ощущали только свет, проникавший в их заблудшие души. Теплый завораживающий свет, противиться которому преступники считали подлинным преступлением.</p>
   <p>— Приказывайте, госпожа, — просили они, не осмеливаясь кричать, но и не в силах сдерживать желание подчиняться.</p>
   <p>        Ярость Михаила пошла на спад, а затем и вовсе развеялась. Закрывшая собой злодеев, сестра стала естественной помехой. Он мог бы ее преодолеть, но не захотел. В этом уже не было нужды. Сияние Люмениферус наполнило дурные сердца, проникло в заблудшие, затянутые наркотической пеленой умы. Оно поразило их не силой, способной разнести города и горы — оно очаровало их своей красотой, напомнив о ценности жизни и подлинной любви. Беспринципные и наглые, грабители внезапно ощутили, что на свете есть нечто большее кроме их низменных желаний. Закоренелые преступники стали кроткими как овечки. Узрев настоящую Люмениферус, теперь они думали лишь о том, чтобы та от них не отвернулась.</p>
   <p>        Наконец-то успокоившись, Михаил оценил ситуацию и по-человечески вздохнул. Он мог сокрушить кого угодно, а сестра обходилась и без насилия. Способный испепелять империи, стирать в порошок космические тела и завоевать преисподнюю, он был не в состоянии завоевать сердца. Завоевать вот так — не фанатичной верой, а одним лишь чистым светоносным излучением. Люмениферус и сама не чуралась жестких мер, однако наглядно продемонстрировала, что в этом, порой, отсутствовала всякая необходимость.</p>
   <p>        — Тут есть чему поучиться, брат, — послышался сзади тихий голос.</p>
   <p>Михаил обернулся, сверкнув глазами на Люцифера, но сразу погасил запылавший взор. Тот был совершенно прав, а против этого не поспоришь. Он тоже умел творить справедливость, и даже находил благодарность в людских сердцах, однако обычно внушал только трепет и ужас. Как и Михаил, он мог чрезвычайно многое, повелевая легионами преисподней и оперируя бесчисленными душами. В известном смысле, правитель ада был даже более могуч, однако в любви и прекрасном безоговорочно уступал сестре. Производить такое впечатление на людей мог только их отец, по некой причине наделивший этим даром одну Люмениферус. И сам же ее в итоге невзлюбивший. Это казалось оксюмороном, но им было практически все, что относилось к небесам. Окончательно остыв, Михаил в очередной раз осознал, что сестра в его защите не нуждалась.</p>
   <p>        Свет Люмениферус не только воздействовал на психику, укрощая агрессию и нивелируя низменные порывы. Он также исцелял. Не так, как свет Михаила, однако достаточно, чтобы грабители избавились от ран. Их кровотечение остановилось, переломы срослись, а боль перестала стучаться в кору головного мозга. Вывихи, ушибы и ссадины — все это смыло волной белоснежного сияния, как вода смывает чернильные капли с пальцев. Физическое исцеление закончилось, настал черед оздоровления душевного.</p>
   <p>— Внемлите и запоминайте! — звучным голосом произнесла Люмениферус, и от его раскатов вздрогнул не только Михаил, но и Люцифер.</p>
   <p>        Это были не столько слова, сколько певучее, рожденное светом и музыкой повеление. В душах грабителей звенел лучистый поток, и он открывал их взору иное будущее, где не было места жестокости и насилию. Они не слышали — они видели желание архангела, ощущали всем своим восторженным существом. И они ему не сопротивлялись. Люмениферус не хотела, чтобы они продолжали грабить, нападали на невинных, поднимали руку на слабых и беспомощных. Она оставляла им право на самозащиту, но категорически возражала против обдуманного преступления. Даже против самих мыслей о наживе и преступлении, не говоря уже о намерении кого-нибудь покалечить или убить.</p>
   <p>        Для достижения эффекта Люмениферус не требовались сеансы, продолжительные беседы и долгие годы. Результат получался незамедлительно. Прошло всего несколько секунд, за которые она излучила свою светоносную волю, хотя людям показалось, будто она говорит с ними много часов.</p>
   <p>— Как пожелаете, госпожа! — проникшись ее светом до капли, истово пообещали грабители.</p>
   <p>— Жаль, что это ненадолго, — едва слышно прошептал Михаил. — Наша сестра умеет убеждать, но это отребье примется за старое, едва она удалится.</p>
   <p>— Не на этот раз, — с каким-то особенным выражением отозвался Люцифер. — Ты что, не чувствуешь? Ее сила возросла. Глубже познав людей, она глубже познала и себя. Эти болваны не стали ангелами, и грехов за ними еще поводится, но они больше никогда не осмелятся нарушить ее волю.</p>
   <p>— Не может быть! — возразил Михаил. — Это невозможно!</p>
   <p>— А ты вслушайся в себя, — предложил Люцифер. — Вслушайся в ее голос, которому ты неподвластен, но который слышишь всей полнотой своего я.</p>
   <p>        Сказанные братом, слова прозвучали слишком нереалистично. Мысленно фыркнув, Михаил пожал плечами и посмотрел на Люмениферус. В отличие от людей, он видел не женщину с белоснежными крыльями, а сияющую звезду. Светоносную звезду, которой при случае становился и Люцифер. Ее речь не содержала человеческих слов. В условно таковые формировался ее голос, звучавший музыкой небесных сфер. Собираясь возразить, Михаил открыл было рот, и вдруг осознал нечто такое, что до сих пор ускользало от его восприятия. Ускользало, пока на это не указала Утренняя звезда.</p>
   <p>— Это невозможно, — прошептал Михаил. — Это нарушает свободу воли. Ее блюдет даже отец.</p>
   <p>Но он уже понял, что никто ничего не нарушал.</p>
   <p>        Люмениферус не перекраивала души, не заставляла сердце и не насаждала свое видение мира. Она не переступала ни одно из правил и никогда не изменяла мышление разума. Не изменяла принудительно. ВСЕПРОЩЕНИЕ. Право быть прощенным даровал отец, какими бы ни были прегрешения. Сам он ему не следовал, иначе ад пустовал бы всегда, однако право это существовало, и в гораздо большей степени, нежели принято считать.</p>
   <p>        В самой черной, самой пропащей душе находилась искра, к которой взывала Люмениферус. Ее уникальным даром, силой красоты и любви она раздувалась в пламя, способное изгнать и тьму, и все что с ней увязывалось. Люмениферус не меняла людей, не вторгалась в души, не принуждала и не переделывала по собственному усмотрению. Она не держала их в подчинении, подавляя волю и повелевая как госпожа рабами. Она взывала к лучшему, что в них хоть сколько-то осталось, и это лучшее реагировало на ее излучение, откликалось самыми далекими, давно забытыми крупинками света. Прорываясь сквозь тьму, оно хотело обрести прощение, и просило искупления в виде исполнения приказов.</p>
   <p>        Приказ ТАКОГО светоносного источника автоматически дарил надежду, озарял лучом в беспросветной мгле. Люди могли ему не подчиняться, но это означало потерю прекрасного — самого прекрасного, что только было на всем свете. Данные богу, обеты были пустым звуком, если произносились просто наугад, без реального восприятия происходящего. И оттого постоянно нарушались. Увидев и ощутив Люмениферус, люди уже не забывали ее образ, и он их вел через всю дальнейшую жизнь.</p>
   <p>        Сцена с преображением не затянулась. То недолгое время, пока грабители внимали наставлениям, братья потратили на сестру. Окидывая Люмениферус взором, прислушиваясь к ее певучей речи, Михаил ощущал изрядное смятение.</p>
   <p>— Это невозможно, — в очередной раз повторил он.</p>
   <p>— Я тоже так полагал, — тихо отозвался Люцифер. — Похоже, сестра начинает воплощать наиглавнейший завет отца.</p>
   <p>Подозревая иронию, Михаил одарил его пронзительным взором и не уловил даже намека на злословие или лукавство. Он поспорил бы на огненный меч, что властелин преисподней сейчас говорит искренне; озвучивает то, что и правда считает, без всякой двусмысленности и недомолвок.</p>
   <p>— А теперь бегите! — закончив нравоучения, велела грабителям Люмениферус. — И никогда не забывайте, что я вам сейчас сказала!</p>
   <p>        Воздевшиеся крылья архангела озарили ночь. Одним они сулили наказание и беды, как тем извергам в Золотом треугольнике, а другим даровали милость и счастье. Едва не павшим от гнева Михаила, незадачливым грабителям улыбнулось второе.</p>
   <p>— Слушаемся, госпожа! — истово пообещали они.</p>
   <p>И тут же ринулись прочь, словно пустившись наперегонки. Желая поскорее со всем покончить, Люмениферус приказала им именно бежать. Оружие они не поднимали, больше не желая и помыслить, для чего оно служило. Преисполненные рвения, они перепрыгивали через скамейки и кусты, преследуемые тем, что кидал им вслед Михаил. Люмениферус ему не препятствовала. Брат не стремился кого-то достать или наказать. Швыряя все, что попадалось под руку, он намеренно промахивался. Он просто находил в этом отдушину, стараясь все как следует переварить.</p>
   <p>        Время вмешательства прошло, настал черед последствий. Сложив белоснежные крылья, Люмениферус обеспокоенно огляделась по сторонам. Явив свою сущность, она показала ее во всей красе, и на довольно большое расстояние. Теперь она опасалась, что эта спонтанная неосторожность может аукнуться не лучшим образом.</p>
   <p>— Не беспокойся, никто ничего толком не разобрал, — буркнул Михаил. — На выстрелы пока не бегут. В этом городе они дело привычное. Твой свет, конечно, заметили, но его спишут на неисправное освещение. Если нет — я об этом позабочусь.</p>
   <p>— Он прав, — поддакнул Люцифер. — Вокруг не так много людей, и они ничего не поняли. Поверь, уж я-то знаю. Дальше проверки фонарей дело не зайдет.</p>
   <p>— Хорошо, — облегченно улыбнулась Люмениферус. — Я и сама сознаю, что перестаралась. Как людям объяснить вот это?</p>
   <p>Поведя рукой, она указала на парк, преобразившийся на сотни футов окрест.</p>
   <p>        Трава просто не могла сама так вырасти за одну ночь, да и цветы вызывали вопросы, не говоря уже о деревьях, изрядно прибавивших в размерах. Изобилие рыбы в водоеме, может, и не заметят, а серьезные изменения в растительности вряд ли. Бабочки и пчелы тоже выглядели примечательно. Люмениферус было о чем поволноваться, учитывая недавний прокол с далекой фермой. Безлюдное место не шло и в сравнение с огромным мегаполисом.</p>
   <p>— Я этим займусь, — пообещал Люцифер. — До рассвета все вернется на круги своя.</p>
   <p>— А эти болваны? — ввернул Михаил. — Тоже вернутся?</p>
   <p>— О чем это ты? — недоуменно осведомилась сестра.</p>
   <p>— Люцифер мне тут кое-что сказал. Если он не ошибается… Ты что, и сама не понимаешь, что сейчас натворила? — снова изумился Михаил.</p>
   <p>— Куда важнее, что сейчас натворил ты! — с внезапной суровостью заявила Люмениферус. — С каких это пор ты усееваешь свой путь человеческими трупами?</p>
   <p>        Убийства не отличали появление Михаила. По приказу он мог испепелить и цивилизацию, однако сам старался не отнимать любую жизнь без необходимости. Наличие огненного меча не означало непременное применение силы. Грабители заслуживали наказание, но уж точно не в виде смерти.</p>
   <p>— Я никого не убил, — возразил Михаил, чувствуя на себе неодобрительный взгляд Люмениферус.</p>
   <p>— Пара человек улетела едва ли не к праотцам. Других ты сшиб скамейкой. Третий пробил собой бетонную стену, вдребезги разнес машину. Я должна поверить, что их кости не превратились в муку, а сами они целы и невредимы? — скептически осведомилась Люмениферус. — Я уж не говорю о том, кто чуть не утонул в пруду, ибо не умел плавать. Хорошо Люцифер послал ему какую-то деревяшку.</p>
   <p>— Я военачальник небес, физику этого мира знаю не хуже вас, — насупился Михаил. — Я перераспределяю энергию. Пробив бетон и разбив машину, человек как раз и не пострадал, не считая пары заслуженных синяков и хорошей шишки на голове. Унесенному скамейкой досталось не больше чем отшлепанному ребенку. Остальным и тем более.</p>
   <p>        Выслушав оправдания, Люмениферус не смотрела на брата. Она перевела свой взор на газон, где все еще оставался один грабитель. Там, куда его отбросила незримая волна, порожденная волей Михаила. Снося нападавших, он снес и тело, до этого лежавшее на дорожке. Сказать она ничего не успела, поскольку Люцифер ее опередил.</p>
   <p>— Да неужели? А вот этот, с дырой в голове, тоже не пострадал? — усмехнулся он, указывая на грабителя, который слишком близко познакомился с часами. — По-моему, выглядит неважно.</p>
   <p>— И кто меня в этом упрекает? Кто сжигает грешников еще на этом свете или та, кто недавно спалила целый лагерь? — огрызнулся Михаил.</p>
   <p>        Люмениферус не стала возражать, однако Люцифер за словом в карман не лез. Пользуясь оказией, он не без удовольствия воткнул брату шпильку.</p>
   <p>— В отличие от тебя, мы отцовские заветы не превозносим, и напускную добродетель на себя не примеряем, — парировал он. — Ты мнишь себя воплощенной справедливостью. Так ответь же мне, брат, насколько справедливым было убийство этого человека за желание ограбить? Ограбить того, кому он в принципе навредить не мог.</p>
   <p>— Тебе-то что за дело?! — вспылил Михаил, слишком часто начинавший выходить из равновесия.</p>
   <p>— Мне? Никакого, — пожал плечами Люцифер. — Это тебе жить с угрызениями совести. Но ты же снова хочешь переложить вину на нас.</p>
   <p>        Михаил помрачнел. Сдержав неправедные эмоции, он опять обратился мыслями к неприглядной стороне дела.</p>
   <p>— Ты это нарочно, — сказал он сестре, когда осрамившихся грабителей и след простыл. — Ты само чувство, и знаешь, как сыграть на моих. Это, кстати, довольно подло.</p>
   <p>— И не думала, — качнула головой Люмениферус. — Однако соглашусь, что случай выпал чертовски удачный. Я показала тебе наглядно, насколько моя сила может заменить твою. А уж вместе они не будут знать себе равных.</p>
   <p>— Черта могла бы и не упоминать, — ввернул Люцифер. — И нет, это не я подстроил, — быстро добавил он, прочитав лицо Михаила.</p>
   <p>Поверив сестре, тот уловил словцо и обратил подозрения на брата. От реальности он еще не оправился. Та продолжала о себе напоминать в виде свороченной скамейки, искрящего фонарного столба, поломанных кустов и поврежденных деревьев. Ближайший камень удостоился внимания Михаила. Он подумывал увеличить его в размерах, где-то с ломовую лошадь, и отблагодарить за проявленное коварство.</p>
   <p>        Для обвинений требовались доказательства. Сдержавшись, Михаил постарался вернуть себе невозмутимость, однако получилось так себе. Человека он смог бы обмануть, но только не Люцифера и тем более Люмениферус.</p>
   <p>— Очень у вас, родственнички, занятная манера поговорить, — хмуро протянул он, как-то недружелюбно погладив рукоять огненного меча.</p>
   <p>— Уж какая есть, — улыбнулась Люмениферус, мягко кладя ему руку на плечо. — Но поговорить было очень надо. Кстати!</p>
   <p>Развернувшись, она влепила Люциферу звонкую пощечину.</p>
   <p>— А мне-то за что?! — хватаясь за пострадавшее место, искренне опешил тот.</p>
   <p>— За "чертовски"! Дурацкое людское слово, прицепилось как банный лист! — фыркнула Люмениферус, и вознамерилась врезать еще разок, но не стала.</p>
   <p>— Я-то в чем виноват?! — еще больше поразился Люцифер. — Ты же не хуже меня знаешь, что я никакой не черт и даже не дьявол! Ну, в общеизвестном понимании.</p>
   <p>— Вот именно! — бросила сестра, и братья невольно переглянулись, не в силах понять ее логику.</p>
   <p>        Даже в драматической сцене встречаются свои небезынтересные, а то и приятные моменты. Хоть и лишенная крови, щека Люцифера заалела от длани Люмениферус. Сказывалась привычка притворяться человеком, машинально влиявшая на имитацию физиологии. От того, что досталось и брату, Михаил испытывал некоторое удовлетворение. Не все же ему одному шишки получать.</p>
   <p>— Меня распекаешь, а сама вон как крылья распустила, — примирительно сказал он. — Бандитские разборки объяснить куда проще, чем твой подлинный облик половине города.</p>
   <p>— Мне не пришлось бы его принимать, не собирайся ты испепелить все вокруг, — тут же возразила Люмениферус. — Не отрицай. Я почувствовала, что ты собирался сделать. Но главное — зачем? Можно подумать, мне и впрямь что-то угрожало.</p>
   <p>— Тебе, конечно, нет. Однако на твоем месте могла оказаться обычная женщина, — не согласился Михаил. — Этих молодчиков следовало проучить.</p>
   <p>— Испепелением? — настойчиво уточнила сестра.</p>
   <p>— Ладно, пора заканчивать, — ощущая всю зыбкость своей почвы, решил попрощаться Михаил. — Ты хотела повидаться? Мы повидались. Теперь я пошел.</p>
   <p>— Не торопись, — подал голос Люцифер. — Мы еще не закончили.</p>
   <p>        Владыка ада подразумевал явно не беспорядок. Одним мановением руки он вернул скамейку на место, а искривший фонарь обрел свою исправную форму. Другое мановение устранило следы борьбы, а заодно исправило повреждения в кустах, деревьях и декоративных элементах парка. Разбросанное грабителями, оружие полыхнуло огнем, расплавилось и испарилось. Мусорная корзина опять стояла там, где ей положено, и даже поврежденная ограда полностью восстановилась, не привлекая внимания людей. С машиной было хуже. Изрядно раздавленная, она попалась на глаза прохожим, а заодно и в объективы камер. Починить ее незаметно возможным не представлялось.</p>
   <p>— Ты прав. За свои поступки надо отвечать, — сказал Люцифер, мешая брату удалиться. — Ты не станешь исключением.</p>
   <p>        Такого поворота Михаил не ожидал. Он полностью одобрял, как брат исправил учиненный бардак, однако выпада в свой адрес не стерпел.</p>
   <p>— Ты мне угрожаешь? — слегка опешил он.</p>
   <p>— Понимай как хочешь, но просто так ты отсюда не уйдешь, — спокойно ответил Люцифер.</p>
   <p>— Ты в своем уме? — изумился Михаил. — А, понимаю, — тут же добавил он. — Не волнуйся, владелец машины получит надлежащую компенсацию. Разумеется, от моей руки он не должен пострадать. Страховка все возместит, я за этим прослежу.</p>
   <p>— Речь не о нем, а о тебе, — отмахнулся Люцифер. — Ты не можешь удалиться, пока мы не уладим кое-что.</p>
   <p>— Мое терпение на исходе, — предупредил Михаил. — Ты напрашиваешься на неприятности.</p>
   <p>— Чувство вины, — поясняя, блеснул глазами Люцифер. — Ты ведь о нем ОЧЕНЬ пожалеешь.</p>
   <p>        И снова Михаил передумал уходить. Уже готовый задать брату трепку, он посмотрел на него со странным выражением, затем перевел взгляд на сестру и снова на Люцифера.</p>
   <p>— Говори уже толком, — недовольно предложил он.</p>
   <p>— Часики, — заботливо напомнил Люцифер. — Кажется, они пробили кому-то головушку. Обычно после такого не выживают. На твоем послужном списке это скверно скажется.</p>
   <p>Михаил машинально посмотрел на свою руку, где еще не восстановил часы, а затем на труп грабителя, и взгляд его стал куда менее уверенным.</p>
   <p>— Ах ты ж… — пробормотал он.</p>
   <p>        Покойник на газоне ничего хорошего не предвещал. Не людям или архангелам, и уж точно не полиции, пока еще не прибывшей на стрельбу — только совести виновника содеянного. Михаил мог исправить очень многое, однако воскрешать из мертвых не умел. Клиническая смерть — это одно, а выбитый мозг — совсем другое. К сожалению, Люцифер не ошибался. Укоры совести за этого человека были гарантированы. Такое убийство не соответствовало кодексу военачальника небес.</p>
   <p>        Осознав, в каком виде он теперь предстает, Михаил озадаченно закряхтел. Словно ища поддержки, он посмотрел в зеленые глаза сестры.</p>
   <p>— Не волнуйся, брат, я все поправлю, — снова озаряясь светом, мелодично пропела Люмениферус.</p>
   <p>— Даже не сомневаюсь, — как-то не особенно радостно произнес Михаил.</p>
   <p>После такого обещания он даже не знал, чем терзаться сильнее. Люмениферус промолчала. Точнее, она ответила, но не словами, а певучей мелодией, ставшей еще сильнее.</p>
   <p>        Трава на газоне словно пустилась в пляс, качаясь в порывах налетевшего и при этом не существующего вихря. Зрительно увеличиваясь в размерах, она набухала сочной зеленой свежестью. Наливаясь алмазным блеском, на ней проступили капли росы. Ударил аромат цветов, не пахнувших так чудесно даже трудами лучших садоводов. Зазвенели птицы. Спавшие ночью, как и полагалось, они вдруг проснулись и защебетали на разные голоса; запели просто потому, что им велела сама жизнь.</p>
   <p>        Заелозив по земле конечностями, труп неторопливо встал. Выглядело это жутковато, однако на деле все происходило наоборот. Собираясь по нейронам, в голову вернулся утраченный мозг. Сосуды переплелись и восстановились. Кости пробитого черепа заросли, сливаясь в единое целое без малейшей прорехи. Во лбу больше не зияла дыра, и даже свернувшаяся кровь снова потекла, обновленной возвращаясь в жилы. Кожа полностью затянулась и обрела здоровый оттенок. Вернув себе прежний вид, человеческое тело стояло как живое, будто с ним ничего и не произошло. Правда, именно что стояло, не двигаясь и уставившись в никуда. Глаза уже не выглядели стеклянными как у мертвеца, однако и подлинной жизни в них пока не наблюдалось.</p>
   <p>        Не моргая и не дыша, убитый грабитель не двигался с места, и это вряд ли было результатом, способным унять совесть Михаила.</p>
   <p>— Братец? — осведомилась Люмениферус.</p>
   <p>— Что? — с невинным видом отозвался Люцифер.</p>
   <p>— Ты ничего не хочешь сделать? — сердито предложила сестра. — Или тебе еще раз врезать?</p>
   <p>— Душу, брат. Она просит вернуть душу, — как-то совсем упавшим голосом произнес Михаил. — Создавать жизнь и возвращать ее — не одно и то же.</p>
   <p>— А я будто не знаю, — фыркнул Люцифер. — Кстати, тебе повезло, что эта душа отправилась не на небеса. Оттуда я бы ее не достал.</p>
   <p>        Прикрыв глаза, владыка ада осветился мягким сиянием, от которого внезапно понеслись уже отплодившие свое утки. С удивленным кряканьем, они ринулись драться за новые гнезда. Новые гнезда для старых, давно погибших птенцов, которых вернула воля архангела Люцифера. Вернула, разумеется, случайно, ударив порывом незримой светоносной волны. Поступая целенаправленно, он действовал с ювелирной точностью, однако не тогда, когда бывал сосредоточен на чем-то другом. В такие моменты он проецировал силу на все вокруг, как непроизвольно поступала и сестра. Сегодня он думал о многом, и мысли его витали не только вокруг одного грабителя.</p>
   <p>        Могущество Люцифера и впрямь распространялось на людские души, и в первую очередь на души мертвых. Забрать кого-то из рая он был не в состоянии, зато любое иное место не представляло для него препятствия. Уж точно не преисподняя, где он обладал абсолютной властью. Формально, душа действительно не могла его покинуть. Как говорится, "Оставь надежду, всяк сюда входящий", но только не тогда, когда оттуда отпускает сам владыка ада. Сверкнув у тела зарницей, душа убитого грабителя вернулась в бренную плоть, уже подготовленную для дальнейшей жизни.</p>
   <p>        Возвращенный с того света, грабитель отреагировал неожиданно хорошо. Истошных воплей он не издавал, волосы на голове не рвал и по газону не катался. Наутек он тоже не убегал, хотя какая-то из этих реакций была вполне ожидаема. В аду он успел насмотреться на всякое, да и в принципе многое осознал. Осознал вполне достойно, и надлежащие выводы сделал. Сообразив, что его вернули, он сразу понял и то, кто за этим стоял. Недолго думая, грабитель подбежал к странной компании и опустился перед ней на колени. Теперь он видел не просто троих людей — он узрел их в истинном обличье, со светом, льющимся из глаз, и белоснежными крыльями за плечами. Фактически воскрешенный, он постиг иную сторону реальности, за пределами мира смертных. Едва увидев архангелов, он смог распознать их сразу и навсегда.</p>
   <p>        Про свое убийство грабитель и словом не обмолвился. Его жизненный путь уж точно светом не сиял, и к жемчужным вратам, как оказалось, не приводил. Он был сражен при совершении преступления, вполне способного зайти очень далеко, и не имел никаких претензий. Теперь он мечтал обрести прощение. Учитывая все произошедшее, архангелы вполне могли его даровать. Грехов у него хватало, иначе за одну попытку грабежа он не загремел бы в ад. Если уж его вернули, этим шансом следовало воспользоваться, какова бы ни была причина воскрешения.</p>
   <p>— Приказывайте. Я сделаю все, чтобы искупить то, что натворил, — только и сказал грабитель, просительно обводя глазами двоих мужчин и одну женщину.</p>
   <p>Точнее, тех, кто только выглядел как они, но с крыльями за спиной и первозданным светом, белеющим в нематериальных глазах.</p>
   <p>        Ситуация, в целом, обернулась неплохо. По мнению Люмениферус, каявшийся грешник был всяко лучше удирающего преступника. Пусть и запоздалое, его раскаяние ощущалось вполне отчетливо и заслуживало внимания. Люцифер считал примерно так же, однако высказаться не спешил. Он полагал, что это забота брата.</p>
   <p>— Ну и что с ним прикажете делать? — произнес за всех Михаил.</p>
   <p>Хотя он вроде и знал. Шагнув к воскрешенному человеку, он протянул засветившиеся пальцы к его голове.</p>
   <p>        Касания не произошло. Рука Михаила внезапно уперлась в какое-то препятствие, возникшее в дюйме от грабителя. Незримая помеха оградила его непреодолимым барьером. Непреодолимым даже для военачальника небес. Отпущенная из ада, душа еще оставалась подвластна его владыке, и если тот не хотел, даже прикоснуться к ней никто не мог.</p>
   <p>— Вот уж нет, брат, — как-то прохладно произнес Люцифер. — На этот раз придется обойтись без твоего "Ни де ми". Это твоя проблема. Ты ее создал, ты ее и решай.</p>
   <p>— Да ты издеваешься! — возмутился Михаил, бросая на него пламенный взгляд.</p>
   <p>— А хочешь знать, почему ты вообще это сделал? Зачем расшвырял шайку грабителей, и даже умудрился убить одного из них? Тебе ведь не свойственны припадки глупой человеческой ярости, — скрестил руки на груди Люцифер. — Справедливость, брат. Справедливость, олицетворением которой ты себя считаешь. Она подсказывает тебе, что сестра права. Внутри ты это чувствуешь, что вызывает когнитивный диссонанс. А он порождает гнев, который ты и выпустил. Только не на то, на что стоило бы.</p>
   <p>        Михаил потемнел в лице. Приблизившись к Люциферу, он положил ладонь на рукоять меча. Его глаза стали разгораться, все больше напоминая взрыв атомной бомбы.</p>
   <p>— Что, снова отправишь меня в ад? — даже не моргнув, усмехнулся Люцифер. — Знаем, проходили.</p>
   <p>Судя по всему, Михаил сейчас подумывал, что это не такая уж и плохая идея. Едва заметно, его меч начал скользить из ножен.</p>
   <p>— Мальчики, вы можете вести себя как взрослые?! И тем более не люди! — возмущенно вмешалась Люмениферус.</p>
   <p>Протянув руку к грабителю, она подняла его с колен и одарила улыбкой, когда тот осмелился облобызать ее пальцы. Затем подвела к Михаилу.</p>
   <p>— Ты ничего не хочешь ему сказать? — глядя на брата, многозначительно произнесла она.</p>
   <p>        Достоинство следовало сохранить. Михаил был уверен — Люцифер промолчал о том, о чем в действительности говорил, однако не стал устраивать склоку. Вместо этого он признал правоту Люмениферус. А именно, прощение, если речь шла именно о нем. Сияние сестры, ее поразительное воздействие на людей произвело на него впечатление. Стирая человеку память, Михаил просто возвращал все на круги своя. Грешник оставался грешником, и ничего в своей жизни не менял. Просьба об искуплении, безусловно, заслуживала внимания. Отказать в нем было жестоко, и особенно в новом свете Люмениферус.</p>
   <p>        Протянув над человеком свою длань, военачальник небес посмотрел ему в глаза. Он тоже умел говорить, не раскрывая рта. Во взгляде архангела грабитель прочел намного больше, нежели в уйме мудреных слов. Раздавшись в голове, его голос предупредил, что путь раскаяния будет долог и тернист. Возможно, стоить жизни, но сворачивать с него нельзя, и вину за содеянное придется искупать беспрекословно. Столько, сколько понадобится, и тогда, когда придется.</p>
   <p>— Присягаешь ли ты мне? — торжественно спросил Михаил. — Присягаешь ли ты мне, как своему главнокомандующему?</p>
   <p>— Присягаю! — истово воскликнул грабитель.</p>
   <p>— Тогда я найду для тебя работу, — впервые за всю ночь, наконец-то улыбнулся Михаил. — Но потрудиться тебе придется. Из-за тебя пролилось немало слез, и за каждую ты заплатишь сторицей.</p>
   <p>        Инцидент был исчерпан, к общему удовлетворению присутствующих. Отпущенный на свободу, бывший грабитель, а ныне солдат архангела Михаила, поклялся откликнуться на зов. Повинуясь приказу, он спешно направился из парка, стараясь не оборачиваться на крылатые фигуры. Ему велели делать вид, будто ничего не произошло, и никому об этом не рассказывать.</p>
   <p>— Как думаешь, он исправится? — неторопливо осведомился Люцифер.</p>
   <p>— Желание я ощущаю, — помедлив, констатировала Люмениферус. — Если оно сохранится, этот человек сойдет с дурного пути. Каким он тогда направится — зависит от Михаила.</p>
   <p>— Я слов на ветер не бросаю, — отозвался военачальник небес. — Если уж я его призвал, я о нем и позабочусь.</p>
   <p>        Распахнутые крылья возвестили, что встреча окончена. Архангел мог уйти и без этого, однако выглядели они подчеркнуто красноречиво. Михаил очень ясно дал понять, что задерживаться более не намерен, какую бы причину снова ни придумали. Люцифер, впрочем, ему уже не препятствовал. Он сделал достаточно, и теперь наоборот — хотел остаться наедине с сестрой. Но та ответ на свой вопрос еще не получила.</p>
   <p>— Эй! — возмутилась Люмениферус. — Куда это ты собрался?! Я тебя зачем звала?!</p>
   <p>— Мое решение неизменно. Я вернусь, когда все обдумаю. Можешь не сомневаться, — пообещал Михаил, однако срок своих раздумий не озвучил. — А нашему братцу я это еще припомню, — добавил он многозначительно.</p>
   <p>И тут же исчез, с привычным коротким звуком, будто в воздухе пробежала упругая волна.</p>
   <p>        После происшествия с грабителями, возле скамейки других людей не объявлялось. Желающих прийти посмотреть, кто это там стрелял, нигде не нашлось. Только вдали наконец-то завыли полицейские сирены, направляясь на поступивший из парка вызов. Стоя рядом с братом, сестра обдумывала последние слова Михаила.</p>
   <p>— О чем это он? — не скрывая подозрения, поинтересовалась Люмениферус.</p>
   <p>— Понятия не имею, — невинно ответил Люцифер, гладя подошедшую к нему из пруда пожилую утку.</p>
   <p>Гнездиться ей было поздновато, однако птица пришла туда, откуда исходило странное, напомнившее ей о птенцах веление.</p>
   <p>— У нее лапка хромает, — озабоченно заметила Люмениферус.</p>
   <p>— Сам вижу. Сейчас поправим, — отозвался Люцифер, и его пальцы озарились белоснежным свечением.</p>
   <p>        Исцеление утки не избавило сестру от подозрений. Обдумав все детали, она нашла недавнее происшествие не совсем естественным. Грабители никак не реагировали на ее красоту, пока она намеренно не пустила в ход свои таланты. Это было странно. Обычно люди не проявляли к ней агрессии, не говоря уже о том, чтобы грубо хватать за руку. К тому же само появление их шайки произошло как по расписанию, когда архангелы собрались на долгожданную встречу. Прибытие Люцифера не стало для Люмениферус сюрпризом — удивление она разыграла только для Михаила. Согласно замыслу, присутствовать надлежало им обоим, однако семейное рандеву прошло совсем не так, как предполагалось.</p>
   <p>        Вопрос назревал за вопросом. Люцифер хотел остаться с сестрой наедине, и ту это вполне устраивало. Эпизод с Михаилом был закончен — настало время прояснить кое-что между собой.</p>
   <p>— Ну-ка объясни мне, что за чушь ты нес про свой протест! — потребовала Люмениферус. — Мы же с тобой решили, что обратиться к Михаилу — это хорошая идея! Чтобы он протянул мне руку помощи, а я ее уже не отпускала.</p>
   <p>— Идея отличная, — подтвердил Люцифер. — Проблема в том, что Михаил просто так не попадется. Он не согласится на твое предложение, если действовать в лоб. Но если он станет полагать, что тем самым отстранит меня — шансы очень даже есть.</p>
   <p>        Следуя замыслу, Люцифер нес откровенную ахинею. Он никак не мог научить сестру своим талантам. Все сказанное про души, их тайны и молитвы предназначалось для ушей Михаила. Конечно, какие-то отдельные приемы подлежали освоению, но в остальном это был чистейший блеф. Он хотел вызвать отторжение Михаила, подтолкнуть его на сближение с сестрой. Поддавшись эмоциям, тот воспринял все буквально и повел себя в соответствии с ожиданиями. Судя по всему, замысел удался, хотя о результатах пока судить не стоило.</p>
   <p>— Мог бы меня предупредить, — проворчала Люмениферус. — Поначалу я решила, что ты по какой-то причине передумал.</p>
   <p>— Искренность твоей реакции служила залогом успешности тактики, — пояснил Люцифер. — В одиночку ни ты, ни я Михаила не убедим. Нам по силам это лишь вдвоем, но только тогда, когда он не знает, что мы действуем сообща. Более того, будет гораздо лучше, если он окажется арбитром наших противоречий. Если я с тобой разругаюсь, он с готовностью примет тебя в свои объятия.</p>
   <p>— Ты собрался со мной разругаться? — подняла бровь Люмениферус.</p>
   <p>— Нет. Это я для примера, — усмехнулся брат. — Однако не исключаю, что в перспективе понадобится и такое.</p>
   <p>— Хорошо. С этим ясно. Но грабители на кой понадобились? Что, без них было не обойтись? — ловко закинула удочку Люмениферус.</p>
   <p>— Они вышли на сцену в нужный момент. Признаться, даже я не ожидал, насколько удачно все получится, — ляпнул Люцифер.</p>
   <p>        Появление полиции временно избавило брата от гнева сестры. Став невидимыми, оба наблюдали, как стражи порядка осматривают окрестности и не находят ни единого свидетельства стрельбы. Оружие, гильзы, кровь и прочие следы борьбы были полностью устранены. Ничто не указывало на то, что здесь совсем недавно приключилось. Подсвечивая себе фонариками, полицейские прошли рядом с архангелами и постепенно удалились, ворча что-то про ложный вызов. Вот смятая машина была настоящей — на нее свалился какой-то тип, умудрившийся при этом не умереть, а сбежать. В парке же не наблюдалось ничего мало-мальски подозрительного.</p>
   <p>        Пауза не пошла Люциферу на пользу. Возмущенная неведением, отступать сестра не собиралась. Ее глаза сердито блестели, выражая неприкрытое недовольство.</p>
   <p>— Рассказывай, — сурово предложила она, когда копы ушли.</p>
   <p>Люмениферус выжидала не просто так. Проговорившись, Люцифер выдал себя с головой, и ее реакция была непредсказуемой. Если она снова влепит ему пощечину, эмоциональный всплеск мог сделать видимыми их обоих, к несомненному ошеломлению полицейских. Возись потом с ними.</p>
   <p>— Да, с грабителями подстроил я, — кивнул Люцифер, ибо теперь отпираться не имело смысла.</p>
   <p>Мысленно ругая себя за промах, он одновременно хвалил сестру за хитрость, и с объяснениями не затянул.</p>
   <p>        Сохраняя невозмутимость, Михаил словно носил невидимую броню. Сколько Люцифер ни пытался, он ни разу не сумел пробить ее крепкий панцирь. Сомнения он зарождал, однако дальше этого дело не заходило. Он даже не знал, дают его усилия какие-то плоды или нет. Чтобы это выяснить, ему требовалось вывести Михаила из равновесия; создать ситуацию, когда его спокойствие нарушится, а чувства хлынут через край. Ему это удалось. О встрече действительно просила Люмениферус, чему Люцифер всячески способствовал. Когда эта встреча состоялась, он разыграл заготовленную карту, а заодно в один замысел вплел другой. Сближая Михаила с Люмениферус, Люцифер спровоцировал брата на эмоции, и тех у него оказалось предостаточно.</p>
   <p>        Эмоциональный взрыв сказал Люциферу очень многое. В аду он изрядно поднаторел, изучая души всех мастей. Людей одолевали чувства, однако они были не чужды и ангелам. Их общее сходство позволяло применять одно к другому. В условном сердце Михаила и впрямь не ладилось. Страсти там пока не бушевали, однако сомнения копились и нарастали. Сложись все иначе, он не выпустил бы гнев на волю, но именно тут в игру и вступила Люмениферус.</p>
   <p>        Как минимум, частично, Михаил считал, что сестра не так уж и не права. Он скрывал это даже от себя, зато взорвался, едва ее тронула рука грабителя. Как водосброс, упреждающий разрушение плотины, он спроецировал свою ярость на сторонний элемент. Он был привязан к сестре гораздо больше, нежели выказывал, и ее поступки тоже находили у него одобрение. Поступки, которые исходили не только от нее, но и Люцифера. От этого следовало отталкиваться как от фундамента. Глубоко внутри Михаил уже понимал, что справедливостью в мироздании и не пахнет. Теперь брата следовало убедить, что ее можно и нужно вершить самим. Тогда, глядишь, настанет и время перемен.</p>
   <p>        Дослушав Люцифера, сестра удовлетворилась лишь частично. Он озвучил идею, однако умолчал о технической стороне. Люмениферус потребовала деталей.</p>
   <p>— Хорошо. Эту шайку я присмотрел заранее, — не стал скрывать Люцифер. — Твое очарование могло все испортить. Я устроил так, чтобы этих молодчиков накачали психотропным веществом. Оно мешало восприятию не целиком, а в его определенном спектре, чтобы вы с Михаилом что-нибудь не заподозрили.</p>
   <p>— Вот почему ты задержался. Ты науськивал их на нас, — выпалила Люмениферус.</p>
   <p>— Я пришел точно в срок, и даже слышал твои слова про армию ангелов. К счастью, Михаил проморгал, что я повторил их за тобой, хотя вроде только появился. А грабителей науськивал не я, а мои служители, — мотнул головой Люцифер. — Самому было слишком опасно. Михаил мог заметить мое вмешательство, да и ты тоже. Все сделали те, кому я это поручил. Они призвали меня, получили наставления и выполнили образцово. Накачанные психотропным, грабители даже не знали, что действуют по сценарию. Когда тот балбес схватил тебя за руку — даже я удивился натуральности. С часиками так вообще получилось шедеврально. Повторю — вышло даже лучше, чем я ожидал. Гнев Михаила сказал мне больше, чем все наши предыдущие разговоры вместе взятые.</p>
   <p>        Похоже, брат говорил правду. Сестре он никогда не лгал, либо ни разу не был в этом уличен. Другое дело, что многое он не договаривал, а то и вовсе держал при себе. Самое возмутительное, что он считал это правильным.</p>
   <p>— Ты хитрец, шулер, плут и аферист, — укоризненно подытожила Люмениферус.</p>
   <p>— Это новые имена к тому легиону, которым меня величают? — усмехнулся Люцифер.</p>
   <p>— Братик, нельзя действовать такими методами. Ты хоть представляешь, как отреагирует Михаил, если выяснит, что все подстроено? — подняла палец Люмениферус. — Причем, как я понимаю, не в первый раз.</p>
   <p>— Вся наша затея пойдет насмарку, — кивнул Люцифер. — Но иначе никак. Нам приходится окунать его в наглядные ситуации, хотя бы мы и сами их смоделировали. По-другому до Михаила не достучаться. Главное — во имя чего мы это делаем. Конкретные методы значения не имеют.</p>
   <p>— Ну да. Цель оправдывает средства. Благими намерениями устлана дорога в ад, — выразительно напомнила Люмениферус.</p>
   <p>— Все так. И я там хозяин, — неоднозначно ответил Люцифер.</p>
   <p>        Как оказалось, разговор был отнюдь не завершен. Вызвав брата на откровенность, Люмениферус узнала все подробности сегодняшнего инцидента и решила, что теперь тот полностью исчерпан. Им оставалось ждать решения Михаила. Она бы на этом и рассталась, однако у Люцифера тоже имелись вопросы.</p>
   <p>— Послушай, сестричка. Ты сама хоть поняла, чего сегодня натворила? — помолчав, осторожно поинтересовался он.</p>
   <p>— Не дала Михаилу испепелить половину парка. А что? Это нарушило твои планы? — удивилась Люмениферус. — Ты же сам сказал, что все прошло даже лучше ожидаемого.</p>
   <p>— Еще как прошло. Включая грабителей. Того и гляди, они теперь и впрямь ступят на путь истинный, — подчеркнул владыка ада.</p>
   <p>— Тебе прекрасно известно, что это ненадолго, — возразила сестра. — Да, мое обращение к ним получилось гораздо проникновеннее, чем обычно. Я упреждала разящий свет Михаила, отчего была очень убедительной. Но этот эффект быстро развеется.</p>
   <p>— Значит, не поняла, — окончательно убедился Люцифер. — Тогда слушай меня внимательно.</p>
   <p>        Архангелы обладали огромным могуществом, но на основе своих талантов, уникальных для каждого. Чувствительность и красота Люмениферус позволяли ей очаровывать людей, а при необходимости подчинять своей воле. Однако лишь на время. Эффект пропадал, едва она удалялась, однако теперь в этом правиле появилось исключение. Проникшись светом Люмениферус, грабители откликнулись на него лучшей частью своего "я", и откликнулись перманентно. Сама она ничего не заметила, как не заметил и Михаил. Это обстоятельство не укрылось только от владыки ада, поскольку его дар заключался в чтении душ. Там кое-что переменилось. Люмениферус не перекроила их, не навязала свои мысли и не ограничила свободу воли. Она озарила то светлое, что в них еще оставалось, раздула из искры пламя, и это пламя уже не угасло. И не угаснет, поскольку грабители будут помнить ее всегда.</p>
   <p>        Действуя порознь, архангелы могли рассчитывать только на свой дар. Вместе их силы своеобразно складывались. То, что не видел один, примечал другой. Недостатки одиночки компенсировались возможностями компаньона.</p>
   <p>— Ты понимаешь, что это значит? — тихо подвел черту Люцифер. — Мы с тобой правы. Оба правы. Неведение порождает ошибки и зло. Если душа видит свет, она будет стремиться к нему как к маяку, а не блуждать в потемках слепой веры. Эта вера регулярно заводит людей ко мне в преисподнюю, ибо за маяк она принимает что угодно. Уж мне ли не знать.</p>
   <p>— Ты уверен? — пребывая в смятении, спросила Люмениферус. — Я ничего такого не замечала.</p>
   <p>— Абсолютно, — кивнул Люцифер. — Я в своем деле разбираюсь.</p>
   <p>— Но ведь раньше я так не могла, — возразила сестра.</p>
   <p>— Полагаю, сказалось твое проживание среди людей. Ты лучше стала их понимать, полюбила, и желаешь им только добра. Даже наперекор установленным на земле порядкам, — предположил Люцифер. — Возможно, ты проделываешь такое не впервые. Это лично я заметил лишь сейчас.</p>
   <p>        Законы мироздания предполагали эволюцию. Она была заложена изначально, гипотетически позволяя развиваться бесконечно. В природе регулярно появлялось что-то новое. Знания и возможности совершенствовались. Дети наследовали родителям, превосходя их из поколения в поколение, однако архангелов это вроде как не касалось. Они считались завершенными существами, от сотворения достигшими высшей точки своего развития. Предположение Люцифера посягало на один из фундаментальных принципов небес.</p>
   <p>— Не слишком убедительно, — обдумав его слова, усомнилась Люмениферус.</p>
   <p>— М-да? А ты посмотри на меня, — предложил владыка ада. — Или уже забыла, каким я был прежде? Меняя взгляды на смертных, кое-что я поменял и в себе. Дети меня больше не боятся, а сам я разгуливаю по прекрасным местам. Теперь я не склонен это списывать на одно лишь пересмотренное мировоззрение.</p>
   <p>— Ты просто нашел способ это делать, — озадаченно возразила Люмениферус.</p>
   <p>— Или этот способ открылся мне как нечто новое. Как то, что ныне открылось тебе, — негромко отозвался Люцифер.</p>
   <p>        Не обнаружив ничего подозрительного, полиция окончательно удалилась. Ее заботы ограничились машиной, пострадавшей при падении грабителя. Самого грабителя давно и след простыл, но машина на парковке осталась искореженной.</p>
   <p>— Хорошо, что своим сиянием ты не до всех дотянулась. За пределами парка полно народу, а нам это совсем ни к чему, — заметил Люцифер, оценив расстояние до пострадавшего автомобиля. — Надо проследить за этой шайкой. Интересный получится эксперимент. Одних ты обратила к свету, а другие остались без изменений. Мне крайне любопытно, что получится, когда они встретятся. Поручу-ка я своим служителям за ними присмотреть.</p>
   <p>— Твоим сатанистам? — уточнила Люмениферус.</p>
   <p>— Фи, мон шер. Хоть ты за Михаилом не повторяй, — поморщился Люцифер. — У него свои солдаты, у меня свои. Они делают только то, что я прикажу, без всяких бредней о средоточии зла и прародителе лжи. Настоящих сатанистов я на дух не переношу, и в аду им спуску не даю. Мои служители помогают нам строить новый мир, который однажды авось да наступит.</p>
   <p>        Кто бы другой властелину ада не поверил, включая военачальника небес. Тот относился к его адептам весьма скептически, однако сестра знала правду. Она уже встречала этих людей и ничего дурного в их чувствах не приметила. Они воспринимали Люцифера как светоносного архангела, и в мыслях не имея поклоняться рогатому чудовищу. О пламени преисподней даже речи не заходило.</p>
   <p>— Ты бы для них хоть название придумал, — невольно улыбнулась Люмениферус.</p>
   <p>— Я и придумал. Только на человеческий язык оно не переводится, — развел руками Люцифер. — Самая ближайшая вариация — на языке демонов, но я стараюсь его не использовать, и служителям своим запрещаю.</p>
   <p>— Кстати о демонах! — встрепенулась Люмениферус. — Видела я тут одного. Как раз до этой истории с мальчиком и фермой.</p>
   <p>— От него, поди, и пепла не осталось? — рассмеялся владыка ада.</p>
   <p>— Пока что целехонек, — ответила сестра. — Я за ним проследила. Скажи мне, брат, с каких это пор твои демоны работают брокерами?</p>
   <p>— Они могут вселяться в кого угодно. Что тебя изумляет? — не понял Люцифер.</p>
   <p>— Да при чем тут вселяться! — отмахнулась Люмениферус. — Этот демон не просто завладел оболочкой. Он в ней работает. Брокером.</p>
   <p>— Работает брокером? — удивился Люцифер. — Ну-ка давай с этого момента поподробнее.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>– 6 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        Ангелы и демоны отличались не только принадлежностью к двум противоположным сторонам. Добро и зло, белоснежный свет и кромешная тьма — все это были лишь начала, основополагающие принципы сущностей. Они подчинялись своим законам, установленным на вселенском уровне, и эти законы воплощались в особенности существования. Обойти или изменить их никто не мог. Наказания за нарушение не предусматривалось за отсутствием самой возможности его совершить.</p>
   <p>        Ангелы посещали мир смертных в любое время, по приказу или по собственной инициативе. Последнее им не возбранялось, если они ничем не обозначали своего присутствия. Они умели выдавать себя за людей, либо были невидимы для их взора. И то, и другое позволяло им оставаться незамеченными. При необходимости, они не вступали с человеком в прямой контакт, а говорили с ним у него в голове. Никто другой их при этом не видел и не слышал, что имело определенные преимущества. Было, однако, и то, чего ангелам оставалось недоступно. Никогда и ни при каких обстоятельствах они не овладевали ни телом, ни душой людей — без разницы, давалось на то согласие или нет.</p>
   <p>        У демонов почти все происходило наоборот. Без определенных условий, присутствовать в мире смертных они не могли. Иными словами, у них не получалось наведываться туда просто так и когда вздумается. Позволявшие покинуть ад, различные лазейки существовали, но проще им от этого особо не становилось. Подлинное обличье не выдерживало света, пускай и не такого, как на небесах. Оно реагировало на внешнюю среду, становясь примечательным не только внешним видом, но и воздействием.</p>
   <p>        Не считая сторонних факторов, время свободного пребывания напрямую зависело от силы проникшей сущности. Слабые демоны возвращались в ад почти незамедлительно. Им требовалась постоянная поддержка либо изнутри, либо извне. Могущественные могли задерживаться надолго, однако их присутствие сопровождали типовые признаки. Копоть и дым, характерные запахи, специфические следы и даже случаи возгорания выдавали демонов с головой, как бы они ни старались это скрыть. Все эти недостатки скрадывала оболочка, которой становилось тело человека. В отличие от ангелов, демоны умели вселяться в людей, чем регулярно, с незапамятных времен и пользовались.</p>
   <p>        Способы и причины проникновения могли быть разными. Обитая в преисподней, демоны не довольствовались ее пределами. Надежным их прибежищем служили неестественный огонь и любая тьма. Они ненавидели все, что в их понимании увязывалось со светом. Во всей обширности мироздания, его величии и многообразии, людей они ненавидели особенно. При этом они не гнушались использовать их в качестве инструмента. Впрочем, выбора у них особо не было, что кратно усиливало и ненависть, и желание навредить.</p>
   <p>        Демона могли призвать, по глупости или из корыстных побуждений. Фанатики так и вовсе хотели им служить, за что неизменно и расплачивались. Обитатели преисподней не нуждались в поклонении человечества, и награду выдавали соответствующую. Они мечтали его поработить, а после и вовсе уничтожить. Приходя на вызов, демон неизменно забирал свое, однако способствовал и тому, чтобы оккультная практика не забывалась, а разрасталась. Она использовалась как средство, позволявшее проникать в мир людей, и проникать вполне успешно, если соблюдать определенные ритуалы.</p>
   <p>        Проклятье служило одной из лазеек, открывавшей демону путь на землю, а то и даровавшее убежище. Тут не имело значения, накладывалось оно на место, событие или вещь. Дожидаясь случая, демон появлялся и опять-таки брал свое. Он мог кого-нибудь погубить, вызвать болезни, мор или разрушения. В пассивном присутствии он наблюдал за происходящим, что тоже было не лишним для обитателей преисподней. Полезных скаутов даже там никто не отменял. В активном он сеял зло, и даже проникал в человеческое тело. Последнее и означало пресловутую одержимость, которая заслуживала отдельного внимания.</p>
   <p>        В отличие от всеобщих заблуждений, демон был не в состоянии просто так овладеть душой, и уж тем более привести ее к погибели. Даже порабощая тело, дальше этого он обычно не заходил, как бы ему ни хотелось такое проделать. Скверна физической оболочки не означала порчу души. Не отягощенные грехами, чистые души становились для него неуязвимы, и выдерживали даже самое сильное проклятье.</p>
   <p>        Одержимость детей, столь красочно воспетая в культуре, была несусветной ахинеей. Овладеть душой ребенка демон в принципе не мог, ибо невинное дитя априори оставалось ему неподвластно. При особых условиях, ему удавалось проникнуть в тело, однако это случалось крайне редко и требовало колоссальных усилий, не говоря уже о сторонней помощи. Рядовая одержимость такого рода заведомо исключалась, но чем старше становился человек, тем доступнее он оказывался для демона. Это отнюдь не означало, что тот в любой момент овладевал кем-то из людей. Просто усилий он затрачивал меньше, а удобных возможностей становилось больше. Слабость души, ее отягощение по мере лет служили ему наилучшей порукой.</p>
   <p>        Одержимость носила разный характер. Демон не обязательно вредил тому, в ком находил земное прибежище. Если он не хотел погубить этого человека, то использовал его как оболочку, в которой и творил некое зло. Порой он делал это сам, подчиняя себе тело, а временами лишь науськивал своего носителя, нашептывая и подсказывая, как следует поступать. Все зависело от цели, с которой явился демон, от выпавшего ему случая и от конкретных возможностей. Почуяв широту размаха, он мог не ограничиться устранением одной жертвы или исходным намерением. Пуская корни, он начинал большую игру, чтобы собрать максимальный урожай.</p>
   <p>        Душа заведомо погибала только при заключении сделок, в той или иной их форме и воплощении. Продав себя за что-либо, она получала метку, с какими пребывали проклятые в аду. Эта метка служила билетом в один конец. При жизни она никак не сказывалась, а только ждала своего часа. Когда бренное тело настигала смерть, она направляла бессмертную душу по уготованному пути. Мало кому удавалось от нее избавиться, обойти неумолимый рок. В других же случаях одержимость не означала приговор.</p>
   <p>        Душа не отправлялась в ад лишь потому, что ее физическим телом овладел демон. Подобное развитие событий противоречило не только законам мироздания, но и элементарному здравому смыслу. Знай об этом люди, очень многое могло быть по-другому, однако их никто не просвещал, в том числе и потому, что особого смысла это не имело. Люди верили исключительно в то, во что хотели. Если они возвели идею на пьедестал, присвоили ей статус догмата, то слепо следовали ему до конца, невзирая на любые увещевания и противоречия. Даже если их пытался переубедить сам архангел.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Неприметный сельский дом утопал в зеленом плюще, овивавшем его старые стены. Видавшие виды, они уходили в приземистый фундамент, потемневший и потрескавшийся от времени. Покосившийся водосток вел с неровной крыши, сгорбленной будто древняя старуха. Продолговатые окна жмурились скрипучими ставнями, давно не ведавшими свежей краски и смазочного масла. Окружая дом, высокая живая изгородь скрывала его от посторонних глаз. Тому способствовал и сад. Густой и тенистый, он обступал подъездную дорожку, ведущую от ворот до вросшего в землю крыльца. Шурша ее гравием, к дому направлялись двое, облаченные в длиннополые плотные дождевики. Один шагал налегке, перебирая пальцами какие-то бусины на шнуре. Другой нес большой черный саквояж.</p>
   <p>        Моросило. По низкому серому небу неторопливо проползали рваные, словно вата, тучи. Иногда дождь усиливался, начиная барабанить по камням и листьям, однако обычно он тихо накрапывал, вздымая витавшую кругом дымчатую сырость. Хлюпая под ногами, она журчала в канавах, стекала по дождевикам и норовила проникнуть за шиворот. В рукава она попадала регулярно, стоило людям приподнять повыше руку. Те не чертыхались, ибо положение обязывало. Степенно дойдя до дома, они взошли на крыльцо, где их уже поджидал взволнованный хозяин. Открывая дверь, он пригласил их войти, и сам тут же скользнул следом. Дверь немедленно закрылась, и снаружи больше ничего не было видно, кроме подъездной дорожки и печной трубы, дымившей из крыши дома.</p>
   <p>        В прихожей пахло мокрой одеждой, овечьей шерстью и пряными ароматами, доносившимися из кухни. К ним примешивались запахи старины, пронизывавшие все жилище, и копоти горелых свечей. Дом был электрифицирован, однако свечи явно жгли по какой-то надобности. В воздухе витал и еще один запах, знакомый многим, но узнаваемый немногими. В нем ощутимо тянуло ладаном, казавшимся в сельском уединении совсем не к месту. Вошедших людей он не удивлял. Сняв дождевики, они передали их в руки хозяина, а сами стали поправлять свои одеяния.</p>
   <p>        Большое зеркало тускло поблескивало в свете единственной настенной лампы. Теперь в нем отражалась не только прихожая, где привычно суетился бородатый хозяин. Облачение пожилого священника соседствовало с черной сутаной его молодого помощника. На груди старшего висело большое фигурное распятие. Младший довольствовался простым деревянным крестом, без всяких вырезов и украшений. Их головные уборы соответствовали этой разнице. На голове молодого был скромный пилеолус, в то время как седину пожилого скрывала четырехугольная биретта.</p>
   <p>— Вы готовы? — коротко вопросил священник.</p>
   <p>— Только вас и ждали. Прошу за мной, — отозвался хозяин, и тут же повел гостей наверх по скрипучей лестнице.</p>
   <p>        Занавешенные шторы плохо пропускали свет даже тогда, когда на улице сияло солнце. В дождливый день они не пропускали его вовсе. Комната озарялась свечами, горевшими в нескольких тройных канделябрах. Медные, с прозеленью, они были залиты воском, скопившимся на них слоистыми каплями. Судя по виду, свечи жгли не впервые, не прибегая к электричеству. Оно работало исправно, однако на выключатель никто не нажимал. Реакция получалась нежелательная, а на свечи она не распространялась. Из комнаты убрали все, что провоцировало приступы и агрессию, и только ладан оставался исключением. Дымясь в простой курильнице, он насыщал пространство характерным ароматом. Усиливая духоту, он вился клубами у потолка, где смешивался с дымом от коптивших свечей. Дышать становилось трудновато, однако положение обязывало.</p>
   <p>        Утлая обстановка способствовала делу. Излишнее убранство становилось помехой, когда требовалась максимальная концентрация. В комнате осталось лишь необходимое, без всяких безделушек, острых и бьющихся предметов.</p>
   <p>— В доме еще кто-то есть? — осведомился пожилой священник, едва переступил через порог.</p>
   <p>— Только моя жена. Она на кухне, — отозвался хозяин.</p>
   <p>— Хорошо. Нам не должны помешать, — одобрительно кивнул священник. — Отправляйтесь к ней и оставайтесь там, пока мы не позовем.</p>
   <p>— Вы же поможете, правда? — с надеждой заглянул ему в лицо хозяин.</p>
   <p>— Будем молиться и надеяться. На все воля божья, — послышался сдержанный ответ.</p>
   <p>Священники перекрестились и беззвучно зашептали молитву. Перекрестился и хозяин, не зная, на что смотреть — то ли на них, то ли на распятие, висевшее на стене. Затем он на цыпочках удалился, не желая мешать грядущему действию. Видеть его он тоже не хотел.</p>
   <p>        Оставшись одни, священники степенно приступили к делу. Поставив на стол большую сумку, старший извлек из нее несколько примечательных предметов. Младший, тем временем, негромко творил молитвы и окроплял стены комнаты святой водой. Он взял на себя всю самую простую, но необходимую работу, в то время как старший готовился к основной. Их действия не остались незамеченными. Прикрыв глаза, за ними наблюдал еще один человек, уже находившийся в этой запертой комнате.</p>
   <p>        Старая смятая кровать не пустовала. На ней лежал на спине молодой, лет двадцати восьми, человек. Полуопущенные, его веки чуть трепетали, и из-под них виднелся нездоровый блеск. Губы кривились, как будто в ухмылке, но с них не срывалось ни единого слова. Привязанный к кровати, он почти не шевелился, если не считать небольшого подрагивания конечностей. Священники, казалось, не обращали на него внимания. Они были здесь не впервые, и ничему уже не удивлялись. Между тем, примечательного тут более чем хватало.</p>
   <p>        Молодой человек не покидал эту комнату уже несколько недель. Последние две он не покидал и кровати, чему способствовали путы, охватывавшие его лодыжки и запястья. Там его кормили, протягивая ложку жидкого бульона, и там же подкладывали судно, по мере необходимости меняя постельные принадлежности. Одежду сменить не удавалось, что вызывало довольно неприятный запах. Тому препятствовал сам молодой человек. Он вел себя агрессивно и непредсказуемо, отчего и пришлось лишить его свободы передвижения. Выглядел он неважно, чему продолжительное заключение на кровати уж точно не способствовало.</p>
   <p>        Исхудавшее тело походило на больного анорексией. Под бескровной кожей проявились суставы, гротескно выпирая на фоне отощавших мускулов. Проступившие вены смотрелись уродливыми ветвями, сбивавшимися в неприглядные узлы. Глаза глубоко ввалились, и обширные пятна вокруг них отливали нездоровой чернотой. Щеки опали как таящий снег на склоне горы, очерчивая сильно обострившиеся скулы. Всклокоченные волосы едва покрывали голову. Пока его не привязали, молодой человек их вырывал, чем изрядно обнажил обтянутый кожей череп. Оставшиеся пряди лишь подчеркивали жутковатый эффект, усиленный потрескавшимися губами. За ними, словно насмехаясь, нет-нет, да и показывались желтые зубы. Кривясь в уголках, рот создавал пугающее выражение, где лицо молодого человека давало фору сардонической улыбке. Его пальцы казались костяными, настолько лишились подкожных тканей. По этой же причине обломанные ногти выглядели длиннее и вытянулись словно у чудовища.</p>
   <p>        Пожелтевшую подушку пачкала слюна, то и дело стекавшая с подбородка. Острый, как птичий клюв, он уступал только носу, еще более обострившемуся из-за крайней худобы. Молодой человек почти не ел, да ему уже мало и давали. Это казалось бесполезным, учитывая, что большая часть проглоченного вылетала обратно в виде рвоты. Изжеванное полотенце вокруг шеи указывало, что ему завязывали рот — иногда, если того требовали обстоятельства. Прежде его использовали постоянно, чтобы он не откусил себе язык или не изувечил губы, однако от этой практики пришлось отказаться. Он часто задыхался, а однажды чуть не захлебнулся рвотной массой. Теперь полотенце использовалась лишь при обострениях, к каковым относился и визит священников. Они ему, впрочем, рот не затыкали. Когда дошло до дела, молодой человек проявил изрядную активность. Начав извиваться на кровати, он выпучил глаза и заговорил на неизвестном языке.</p>
   <p>        Обряд экзорцизма успеха не приносил, хотя предметы по комнате не летали, стены не сотрясались и занавески не вспыхивали. Свечи не задувались внезапным порывом воздуха, и нигде не проступали нечестивые символы. Все выглядело как обычно, однако легче от этого не становилось. Демон крепко сидел в захваченном теле, поглощая его страдавшую душу.</p>
   <p>        Пожилой священник старался на совесть, чтобы изгнать нечестивую тварь обратно в ад, однако его усилия проходили втуне. Ничем не помог и молодой, хотя он безукоризненно исполнял свои обязанности. Строго по канонам, ритуальные действия не возымели положительного эффекта. Они лишь злили демона, причиняя ему неудобство, но не более того. Святая вода сотрясала одержимое тело, однако желаемого результата не приносила. Слова молитвы вызывали бешенство, сопровождавшееся пеной изо рта — и только. Человек на кровати закатывал глаза, испускал ужасную ругань и проклятья, перемежаемые демоническим наречием, но на этом все и заканчивалось. Как священники ни старались, у них ничего не выходило. Распаленный ненавистью к священнодействию, демон лишь усиливал припадок, не торопясь покидать захваченное тело.</p>
   <p>        Несчастный одержимый бился словно в судорогах, и дико клацал зубами. Извиваясь на кровати, он старался вырваться, но путы крепко держали его по рукам и ногам. Не отпуская свою жертву, демон грозил уйти только вместе с ее смертью и душой. Страдавшее тело и так не находило покоя, а теперь, во время экзорцизма, одержимость грозила ему навредить.</p>
   <p>        Впиваясь в плоть, веревки протирали кожу, вызывая синяки и кровотечение. Ляскающие зубы могли сильно прокусить язык и периодически попадали в распухшие губы. Вращавшиеся глаза вылезали из орбит. Их белки покраснели, наливаясь пламенем дьявола. Свистящее дыхание походило на приступ астматика, но его природа таилась в глубинах ада. Ад даровал ему свое могущество, и он же теперь защищал от очищения и изгнания. Сил у священников не хватало. Преисполненные веры, они призывали на помощь господа, чьим именем велели демону уйти. Тот отказывался, плюясь кровавой пеной и бранясь ужасными словами. Имя свое он не называл, либо распознать его в рычании не удавалось.</p>
   <p>        Свечи горели, время шло, агрессия нарастала. Содрогаясь на кровати, одержимый старался добраться до священников. Их святость и путы не позволяли этого сделать, однако и сами священники оказались бессильны перед порождением тьмы. Их голоса охрипли от молитв, руки устали, в ногах нарастала слабость, а в голове все больше шумело. Не иначе, демон применил свои чары, стараясь замутить людям церкви разум.</p>
   <p>— Тебе не победить, прислужник сатаны! Великой милостью своей, бог этого не позволит! — проникновенно воскликнул пожилой священник. — Изыди, демон! Силой господа нашего, ты оставишь то, что тебе не принадлежит!</p>
   <p>        И снова в ход пошла святая вода, щедро изливаемая помощником. Приложив ко лбу одержимого распятие, священник нажал на него так, словно решил провести изгнание самим давлением, хотя бы для этого пришлось раскроить и череп. Не выдерживая могущества креста, одержимый дергался и выл, стараясь укусить державшую его руку. Священник не отступал, демон тоже. Оба намеревались довести начатое до конца, и неизвестно, чем закончилась бы эта сцена, не произойди нечто совершенно неожиданное.</p>
   <p>— Все ваши утверждения ошибочны, — внезапно раздался чей-то спокойный голос. — Кроме того, сложно сделать то, чего по сути нет.</p>
   <p>        Ошеломленные священники умолкли и обернулись. Они были уверены, что в комнате находились одни, однако у двери обнаружился посторонний. У запертой двери, которая не открывалась. Рассматривая сцену экзорцизма, там стоял мужчина в белой одежде. Его в меру длинные волосы отливали золотым в неровном свете нескольких канделябров. Серо-голубые глаза светились небесным оттенком. На его губах играла ироничная усмешка.</p>
   <p>— Что?! Как?!.. Кто вы такой?! — воскликнул пожилой священник.</p>
   <p>— Как вы сюда попали? — задал более резонный вопрос его молодой помощник. — Вы родственник?</p>
   <p>— Прошу вас немедленно удалиться! — не дожидаясь ответа, потребовал пожилой священник. — Ваше присутствие мешает изгнанию демона!</p>
   <p>— Нельзя изгнать того, кого нет, — раздался спокойный ответ.</p>
   <p>        Священники заморгали и переглянулись. Не иначе пользуясь передышкой, одержимый перестал извиваться, и теперь лишь тяжело дышал, прикрыв воспаленные красные глаза. На него больше не брызгали водой, и никто не наседал с ритуальным действием.</p>
   <p>— Что?! — возмутился священник. — А, понимаю, — тут же снисходительно добавил он. — Вы неверующий. Вы просто не в состоянии постичь, что здесь происходит. Есть вещи вне пределов вашего разума и науки, и лишь вера может их истолковать. Этот несчастный человек в великой опасности. Им владеет демон, посланник сатаны. Он хочет погубить бессмертную душу, и только мы в состоянии ему помочь. Прошу вас, уйдите. Не мешайте, или гибель этого бедняги будет на вашей совести.</p>
   <p>        Прозвучавший монолог произвел обратное впечатление. Не проникнувшись святыми материями, неизвестный выразил еще б<emphasis>о</emphasis>льшую иронию.</p>
   <p>— Своей помощью этого беднягу вы сейчас доконаете, — с нотками презрения сказал он. — Никакого демона здесь нет, тем более что сатана их в принципе не посылает. Он ими правит, но не посылает. Есть только обычный человек. Очень больной, действительно страдающий человек, которому необходима квалифицированная медицинская помощь, а не ваш священный балаган и молитвенные завывания.</p>
   <p>        Произнесенные неизвестным, слова возымели куда больше реакции, нежели обряд экзорцизма и все сопутствующие речи.</p>
   <p>— Не смейте оскорблять святую веру! — немедленно возмутился молодой священник. — Вы возносите хулу нашей матери-церкви!</p>
   <p>— Вы издеваетесь над служителями божьими! Вашими устами глаголет дьявол! — грозно нахмурился пожилой.</p>
   <p>— Вы даже не представляете, отче, насколько сейчас правы, — блеснув глазами, улыбнулся Люцифер.</p>
   <p>        Появление архангела прошло незамеченным. Характерный упругий звук просто растворился в том шуме, который наполнял запертую комнату. Его никто не услышал, и уж тем более не увидел. Глаза священников были обращены отнюдь не к нему, а человек на кровати смотрел только на них. Теперь же все вышло наоборот. В комнате стало тихо, ибо священники больше не следовали обряду, да и одержимый уже не вырывался. Все внимание устремились на того, кто открыто попирал религиозные ценности.</p>
   <p>        Пожилой и молодой, экзорцисты выражали неизвестному свою неприязнь, как-то даже позабыв узнать хотя бы имя. Его их антипатия явно не волновала. Пройдя к кровати, он остановился у ее изголовья, с другой стороны от пожилого священника. Хватаясь за распятие, тот выразил глубочайшее возмущение, которое было оставлено без внимания. Не поведя и бровью, неизвестный наглец протянул к одержимому руку и коснулся его головы.</p>
   <p>        Пожилой священник нашел, что это переходит всякие границы. Кем бы ни был возмутительный человек, его поведение оказалось категорически неприемлемо.</p>
   <p>— Я протестую! — побагровел он. — Вы не понимаете, что творите! Этот человек может умереть!</p>
   <p>— Он точно умрет, если я ничего не сделаю, — холодно ответил Люцифер. — Отойдите и не мешайте, или я заставлю вас отойти.</p>
   <p>— Как вы смеете говорить в таком тоне?.. — начал священник, готовясь изречь надлежащую отповедь, но слова застыли у него на языке.</p>
   <p>Неизвестный вперил в него взгляд — настолько примечательный, что его просто невозможно было проигнорировать. Его глаза заполонила белизна, чистейшая и яркая, словно в них родилась сверхновая. Такой же белизной налилась и ладонь, касавшаяся чела одержимого. Испуская белоснежный свет, она стала лучиться им так, будто в ней и впрямь зажглась самая настоящая звезда.</p>
   <p>        Сцена возымела действие. Хватаясь за распятие, священник в смятении попятился. Помеха была устранена. Отведя от него взор, Люцифер посмотрел на больного и прочел его несчастную душу. Белоснежный свет усилился. Проникая и в тело, и разум, он уподобился прохладной воде, омывавшей страдавшего от жары путника.</p>
   <p>— Тише, тише, — молвил Люцифер, успокаивая вздрагивающего человека. — Теперь все будет хорошо.</p>
   <p>Больной затих. Гримаса с его лица сошла, уступая место покою и блаженству. Перестав содрогаться, теперь он совсем не шевелился, и только его ресницы слегка подрагивали, когда через них струилось целительное сияние.</p>
   <p>        Ни о какой одержимости не шло и речи. Молодой человек страдал от психического заболевания, усугубленного отсутствием надлежащего лечения. С врачами ему не повезло, а религиозная семья довела развитие болезни до апогея. Недуг прогрессировал, больному становилось все хуже. Добавились сопутствующие осложнения, в том числе вызванные условиями содержания. Светобоязнь проявилась в полной мере. Усиленные обращением, припадки лишь усилились. Духота, царившая в комнате, здоровье уж точно не улучшала. Она разгоняла душевное расстройство и провоцировала галлюцинации, пагубно влияя даже на нормальный разум. Запирая ставни и сжигая свечи, родные делали больному только хуже, не говоря уже о постоянном воскурении ладана. Его ужасная худоба объяснялась не одержимостью, а неприемлемым отношением и постами. Этим объяснялся весь его внешний вид. Страдая от недуга, несчастный все больше тощал и сходил с ума. Он угасал уже не только душой, но и телом, а поведение родственников кратно усиливало губительный эффект.</p>
   <p>        На демоническом языке больной не разговаривал. Грубые и пугающие, бессвязные слова были порождением воспаленного разума, блуждавшего в огне нараставшего безумия. Жуткое дыхание тоже объяснялось отнюдь не атмосферой преисподней. Страшная духота провоцировала астму, в приступах которой несчастный едва не задыхался. Его глаза не наливались адским пламенем, а всего лишь краснели из-за полопавшихся сосудов. На молитвы и святую воду он реагировал как на шум и <emphasis>просто</emphasis> льющуюся воду, которыми наседали на его страдавший разум. Рвало его в порыве спазмов. Нарушение пищеварения вызывалось долгими и частыми постами. Они исключали нормальное питание, и масса тела таяла на глазах. Религиозные люди трактовали это по-своему, представляя как свидетельство одержимости. Реакцию больного они воспринимали в призме своей веры, чему способствовал и священник. Именно он пришел в итоге к выводу, что здесь и впрямь нужен обряд экзорцизма. Само собой, тот помогал не больше, чем мертвому пресловутая припарка. Более того, от этого становилось только хуже.</p>
   <p>        Вооруженные слепой верой, священники усердно воевали за душу, и впрямь воображая, что имеют дело с демоном. Душе, между тем, ничто не угрожало, зато они прямой дорогой сводили ее тело в могилу. Люцифер вмешался очень своевременно. До крайности истощенный, больной потерял связь с реальностью, и мог не пережить очередного религиозного истязания. Положение осложнилось дальше некуда. Теперь ему не помог бы и врач, даже в самом лучшем медицинском учреждении. Волею случая, его навестил архангел. Не просто архангел, а именно тот самый, который исцелял подобные недуги. Его белоснежное свечение проникало в разум, изгоняло болезнь и восстанавливало психическое здоровье. Наполненная этим светом, душа откликалась на него с великой радостью, входя в гармонию между сознанием и телом. Оно ведь тоже исцелялось, овеянное великим могуществом Утренней звезды.</p>
   <p>        Пока больной восстанавливался, у экзорцистов хватило ума не вмешиваться. Впечатленные происходящим, они держались в стороне, перебирая четки и вознося молитвы. Подернутые дымкой веры, их глаза сновали с неизвестного на одержимого, каковыми эти двое им представлялись, и закоснелые умы пытались уразуметь происходящее. Само собой, они уразумели его по-своему. Вообразив, что бог откликнулся на их молитвы, они узрели в его посланце ангела, даже не догадываясь, с кем в действительности имеют дело. Его крамольные речи они теперь игнорировали, традиционно пропуская мимо ушей решительно все, что не вписывалось в их картину мира. Они воспринимали только свет, который испускал неизвестный, и тем оказывал на одержимого благотворное воздействие. Его очень трудно было не заметить, ибо Люцифер исцелял не только душу, но и тело.</p>
   <p>        Больной стремительно поправлялся. Анорексичная худоба ушла, сменившись нормальным телосложением. Глаза больше не вваливались, а темные круги вокруг них бесследно испарились. Щеки округлились, трещины на губах затянулись. Бескровная кожа обрела румянец, а волосы на голове отросли до былой пышности. Глазные яблоки уже не краснели как в фильме ужасов. В них вернулась естественная белизна. Пальцы перестали выглядеть как голые кости. Ногти восстановили естественный вид и присущую от природы форму. Дыхание выровнялось. Из него исчезли присвист и хрипы. Прекратив терзать исцеленную грудь, астма бесследно покинула тело. Его внутренние органы оздоровились. Пищеварение наладилось, кровь очистилась и наполнилась прежде дефицитными элементами. Но все это было сущей мелочью в сравнении с тем, что происходило с разумом.</p>
   <p>        Недуг, с которым уже не совладал бы ни один психиатр, ушел навсегда. Освобожденное от его хватки, сознание обрело давно невиданную ясность. Оно уподобилось ныряльщику, поднявшемуся на поверхность океана из далекой черной глубины. Вздохнув полной грудью, недавно тяжело больной, а теперь совершенно здоровый человек смежил веки и заснул. Заснул глубоким спокойным сном, дарованным ему светоносным архангелом.</p>
   <p>        Исцеление завершилось. Белоснежное свечение перестало озарять человека на кровати и лучиться по комнате. Отняв ладонь, Люцифер распрямился и удовлетворенно оглядел плоды своего вмешательства.</p>
   <p>— Хвала всевышнему! Душа очищена и в безопасности! — воздевая руки, благоговейно произнес молодой священник.</p>
   <p>— Нечестивый демон покинул это бренное тело! Сатана не получил его бессмертную душу! — еще раз перекрестившись, торжественно возвестил старший. — Восславим господа за великую милость и бесконечную доброту его!</p>
   <p>— Безмозглые фанатики, — поморщился Люцифер. — Демона тут нет и не было. Да и бог тем более не при чем.</p>
   <p>        Новая крамола выбила экзорцистов из колеи. Услышанные слова у них явно расходились с увиденным делом. Молодой священник выражал немое удивление. Он промолчал, не мешая высказаться старшему, но его лицо выражало с ним полную солидарность.</p>
   <p>— Как вы можете так говорить? Вы же ангел господень, — оторопел пожилой священник. — От вас исходит его благодать. Мы сами видели, как вы изгнали демона обратно в ад.</p>
   <p>— Ангел, да не тот, — усмехнулся Люцифер. — А уж в демонах я точно разбираюсь получше вашего, равно как и в том, к чему бог приложил руку, а к чему нет. Будь он так милостив и добр, то остановил бы ваше мракобесие. Хотя бы этим он уже мог спасти страдавшего человека. Он же позволял свести его в могилу. Вы бы еще комнату загерметизировали, чтобы он точно задохнулся.</p>
   <p>— Я не понимаю ваши речи, — нахмурился старший священник. — Посланник всевышнего не может такое говорить.</p>
   <p>— А я себя им и не величал, — заметил Люцифер. — Это вы меня таковым сочли, как и приняли душевнобольного за одержимого. Теперь этому бедняге грозит только ваша вера, где здравый смысл заменяется религиозным фанатизмом.</p>
   <p>        Исцеление было поистине чудесным — в этом не оставалось ни малейших сомнений. В глазах священников, преображение одержимого никак не вписывалось в земные рамки. Уж больно разительно он переменился одним лишь касанием длани неизвестного. Отрицать это не получалось, однако не узри священники белоснежный свет, они легко приписали бы исцеление колдовству. Такое в истории бывало, причем с незыблемой регулярностью. Они приписывали ему не только зло, но и благо, если то не соответствовало догматам веры, а слова целителя им очень даже не соответствовали. Возмущенные его речами, они пытались увязать одно с другим.</p>
   <p>— Я не знаю, почему вы все это говорите. Пути господни неисповедимы, — только и сказал пожилой священник.</p>
   <p>        Типовая фраза означала белый флаг, которым верующие затыкали что угодно. Когда они не могли или не хотели что-либо понять, они всегда прибегали к этой универсальной отговорке. Здравый смысл заменялся парадигмой "верую, ибо абстрактно", с чем спорить было бесполезно априори. Люцифер и не собирался. Он хотел удалиться, и теперь раздумывал лишь о том, можно ли оставить все как есть. С этих фанатиков, пожалуй, станется навредить и уже здоровому человеку.</p>
   <p>— Можете считать меня кем угодно, только уходите, — отмахнулся он. — Вам тут делать нечего.</p>
   <p>— Кто же вы такой? — не выдержав сомнений, осведомился молодой священник. — Как служители божьи, мы имеем право знать.</p>
   <p>Тут не выдержал и архангел, доселе старавшийся избегать накала страстей.</p>
   <p>— Вы придумали для меня много имен. Лишь для некоторых я остался тем, кем был всегда, — холодно ответил Люцифер. — Для вас я дьявол, для них Утренняя звезда.</p>
   <p>        Изменившись в лице, сначала священники опешили, а потом возмутились, ибо откровенно не поверили. С их точки зрения, в этой комнате и впрямь произошло нечто исключительное, имевшее сверхъестественную природу, однако никак не связанное с дьяволом. Перед ними была очевидно светоносная сущность, а не сатана с рогами и копытами, источающий огонь, тьму и скверну.</p>
   <p>— Это испытание! — решив, что догадался, внезапно просиял молодой священник. — Он испытывает нашу веру!</p>
   <p>— Ну конечно! — облегченно улыбнулся пожилой. — Это все объясняет!</p>
   <p>— Веру? — недобро улыбнулся Люцифер. — Вот сейчас и посмотрим, какова ваша вера.</p>
   <p>Сказав так, он выставил ладонь вперед и ярко засиял побелевшими глазами.</p>
   <p>        Пламя свечей взвилось до полка, будто чья-то рука открыла газовый вентиль. Распятия священников вспыхнули. Вспыхнули сразу оба, как простое младшего, так и более вычурное старшего. Объятые огнем, их четки задымились и стремительно обуглились. Разваливаясь на части, они осыпались на пол, куда со стуком упал и требник. Выронив его от ужаса, молодой священник хлестал себя по груди, где пылал деревянный крест. Шарахнувшись назад, пожилой уперся в стол, где стоял его саквояж. Завертевшись и размахивая руками, он сбросил все книги и ритуальный кубок, а затем опрокинул и сам стол. Он чудом не свалился следом, рискуя травмироваться о созданный беспорядок. Ему помешал Люцифер, незримо придержав за полы облачения. Несчастный случай в его планы не входил, хотя бы дело и касалось оголтелого святоши.</p>
   <p>        Огонь потушить не удалось, однако паника улеглась сама собой. Крики затихли, когда вдруг выяснилось, что он не жжется и не пытается перекинуться на одежду. Горели только религиозные символы, зато очень ярко и дотла. Все остальное не затронуло ни пламенем, ни жаром, которого и вовсе не было. Не оказалось и ожогов. Когда распятия обратились в пепел, холодный огонь исчез, не оставив после себя ни малейшего следа. Вернулись в прежний вид и свечи, уже не пытаясь достать своими языками полотка.</p>
   <p>— Убедительно? — коротко осведомился Люцифер.</p>
   <p>— Дьявол! Вы действительно дьявол! — в ужасе воскликнул пожилой священник, побелевшими губами творя молитву.</p>
   <p>Младший оказался более расторопен и продуктивен. Не забыв про сосуд со святой водой, он выплеснул ее на Люцифера.</p>
   <p>        Призывы к божьей помощи действия не возымели. Дьявола никто не изгнал, а святая вода не произвела ни малейшего эффекта. Она пролилась на пол, даже не замочив его белое одеяние. Про характерный дым, шипение и прочие реакции нечестивой сущности не шло и речи. Люцифер оказался безучастен ко всем потугам священников, однако причины этого они явно не понимали.</p>
   <p>— Господи, защити нас от лукавого! — истово молили они, хотя им вроде никто не угрожал.</p>
   <p>— Долго еще будем голосить? — иронично поинтересовался Люцифер. — Я кто, по-вашему, вампир или демон? Вы собрались напугать архангела крестами и святой водой?</p>
   <p>— Вы сатана! Лукавый! Прародитель лжи, отец самого зла! — наперебой отвечали священники. — Изыди! Бог сильнее тебя!</p>
   <p>— Вы свои церковные книги вообще хорошо читали? — фыркнул Люцифер. — Я был и остался архангелом, какие бы имена мне ни придумали. Править преисподней не означает стать частью преисподней.</p>
   <p>И с этими словами он раскрыл свои белоснежные крылья.</p>
   <p>        Люцифер не собирался устраивать представление. Он знал, что с фанатиками разговаривать бесполезно. Слово за слово, так просто получилось, пока он решал, что делать с исцеленным. Впечатленные увиденным, священники несколько присмирели, однако упорно стояли на своем. В их понимании, все это было лишь уловкой, попыткой сбить с пути истинного.</p>
   <p>— О каком истинном пути толкуем? — складывая крылья, уловил главную суть Люцифер. — Будь это так, ваши распятия бы не сгорели. Неужели не ясно, что дьявол тут не при чем? Не будет защиты той вере, что усеивает свой путь плодами глупости, отторжения и зла. Говоря о любви к ближнему, вы отталкиваете всех, кто хотя бы частично не разделяет ваших убеждений. Вы рассуждаете о всепрощении, однако сами обычно не прощаете никого. Под стягом добра вы сеете рознь и ненависть, именем бога творите подлинное зло, но при этом хотите, чтобы он вас защищал. Ваш путь убеждения — насилие, когда физическое, когда ментальное. Принятие веры основывается на принуждении. А вера ваша от света далека. Вот почему ваши молитвы пустой звук, вода бесполезна, а распятия — всего лишь религиозная бижутерия. Нет силы в том, кто упорствует в заблуждениях, чинит вред ближнему и отвергает любого, кто не соответствует его фанатичным убеждениям. Небесная справедливость хрома и кривоглаза, но даже она не на вашей стороне, раз эти кресты обратились в прах. Советую не встречаться с настоящим демоном. Победа будет не за вами.</p>
   <p>        Пресловутый разговор глухого со слепым — и то проходил бы более продуктивно. Слова Люцифера не имели значения. Все сказанное им заведомо отвергалось, чему он давно не удивлялся. Он лишь хотел убедиться кое в чем для себя.</p>
   <p>— Не слушай эти ядовитые речи, — сказал пожилой священник младшему. — Его ложь искусна. Он вносит сомнения в сердца, отравляет наши мысли, заставляет сомневаться в истине. Впрочем, в одном сатана прав. Наша вера слишком слаба, поэтому у нас не выходит с ним совладать. Но он уйдет. Он не сможет противиться божьей воле. И тогда мы все исправим. Он осквернил это несчастное тело, заставил нас поверить в исцеление, когда сам очернил и поработил страдавшую душу. Мы вернем ее к богу, выдернем из лап дьявола, какую бы цену ни пришлось за это заплатить.</p>
   <p>— Так и я подозревал, — прищурился Люцифер. — От бога вы терпите любое зло, а остальным отказываете даже в праве на добро. Самые наглядные доказательства для вас не пример. Вы готовы погубить этого человека, лишь бы привести все в соответствие со своей верой. Но я вам этого не позволю.</p>
   <p>        Вообразив, что сейчас произойдет нечто очень страшное, молодой священник охнул. Не в силах отвести глаза от сатаны, он невольно попятился, наступая на упавшие со стола предметы.</p>
   <p>— Не бойся! Дьявол не посмеет навредить служителям божьим! Мы под защитой господней! — заверил пожилой, хотя голос его звучал не слишком убедительно.</p>
   <p>— Захоти я того, от вас бы уже и пепла не осталось, — заметил Люцифер. — Только попусту я никого не наказываю. Даже таких фанатиков, хотя я совершенно уверен, что люди от вас еще хлебнут. Но это будет не на моей совести, а что окажется на вашей — рассудим в аду.</p>
   <p>        Упоминание о преисподней произвело изрядное впечатление, хотя экзорцистов, казалось бы, уже ничто не могло удивить. Они восприняли это как прямой посыл, открыто высказанную угрозу.</p>
   <p>— Вам ни за что не сломить наши души! Мы под защитой бога и церкви! Святое причастие дарует прощение грехов! Мы никогда не попадем в ад! — запальчиво, в приливе религиозной храбрости бросил пожилой священник.</p>
   <p>Не иначе, он возжелал записаться в мученики, сражаясь и погибнув в борьбе с самим сатаной. Там, глядишь, и в святые попасть немудрено.</p>
   <p>— Знал бы ты, сколько вашей братии обретается в преисподней, — рассмеялся Люцифер. — Случится оказия — обязательно познакомлю. Вам найдется, о чем потолковать. Однако довольно болтовни. У меня хватает забот, а этому человеку еще жить и жить.</p>
   <p>И на этом он действительно прекратил бесполезную дискуссию.</p>
   <p>        Очнувшись, священники не помнили ничего из произошедшего. Последние воспоминания заканчивались на том, как они вошли в дом. Затем — пустота. В памяти осталась только вспышка света, которая словно заслонила собой все остальное. В известном смысле, так оно и было. Люцифер не утруждал себя возней с каждым из экзорцистов по отдельности. В его арсенале имелся способ и массового воздействия. Испустив лучистый свет, он обрушил в их головы знание. Абсолютное знание обо всем, начиная от устройства мироздания и заканчивая сугубо божественными материями. Ему было известно, что человеческий разум этого не выдержит. Вопрос заключался лишь во времени, когда он сойдет с ума. Безумия Люцифер не желал. Он хотел оглушить этих людей, а не выжечь им мозги.</p>
   <p>        Информационная атака была выверена с точностью до наносекунды. Ожидаемо не совладав с потоком света, священники рухнули в беспамятстве. Новые сведения они усвоить не смогли, ибо Вселенная не в состоянии пройти сквозь игольное ушко. При этом они утратили и старые — ровно столько, сколько и задумывалось. Не справляясь с нагрузкой, их память дала сбой, начиная от текущего момента и на весь рассчитанный период. Ничего сверх этого Люцифер не допустил — в остальном священники остались невредимы. Убедившись, что все в порядке, он более не задерживался и удалился в пространство, не оставив по себе ни малейшего воспоминания.</p>
   <p>        Было очевидно, что лавры за исцеление достанутся экзорцистам. Найдя их без сознания, среди разбросанных вещей и у опрокинутого стола, хозяин дома сначала испугался, а потом увидел сына и счастливо зарыдал. Преображенный, тот лежал на постели и спокойно спал, а священники, вернувшись в чувство, повели себя вполне ожидаемо. Недолго думая, они списали все на изгнание демона, заменяя пробелы в памяти своими домыслами. Распаленная верой, их фантазия дала бы фору любому художественному автору. В таком вдохновении сочинялись религиозные фолианты, имевшие крайне мало общего с действительностью. В нем же священники составили доклад, отчитываясь иерархам об успехе сеанса экзорцизма. Люцифер мог бы заявить, что ничего из упомянутого там не происходило, но ему, как обычно, никто бы не поверил.</p>
   <p>        Как ни трактуй, результат был налицо. Придя в себя, молодой человек уже не выказывал признаков одержимости. Он выглядел здоровым, и к нему полностью вернулся рассудок. Дышавшее на ладан, тело преобразилось, и теперь цвело полнотою жизни. Припадки прекратились. Он больше не закатывал глаза, не говорил на демоническом наречии и спокойно реагировал на символы святой веры. Его религиозные родители были безмерно счастливы, как и вернувшаяся в дом родня, уехавшая на время одержимости. К сожалению, это счастье выражалось весьма специфическим образом.</p>
   <p>        Суровые посты, различные обеты и даже самоистязание — все это посыпалось как из рога изобилия, став побочным эффектом вмешательства Люцифера. Увы, таковой была обратная сторона медали. Его не беспокоило, что выздоровление больного припишут богу и священникам. Гораздо хуже оказалось то, насколько усилилось религиозное рвение, порождая еще больший фанатизм, мракобесие и поведенческую неадекватность. Сумев спасти одного человека, он усилил заблуждения многих, хотя жалеть о содеянном не пришлось. Могущественный архангел предвидел будущее, открывшееся ему как живая книга. Исцеление и впрямь прошло на славу, ибо в лечении души Люцифер не знал себе равных.</p>
   <p>        Обретя рассудок, давно болевший молодой человек сделал выводы. Его ум стал яснее, нежели когда-либо, и быстро взвесил все за и против, припоминая обращение родни и визиты священников. Истязать себя постами он не стал, предоставляя это право родственникам. Он не забыл свою дистрофию, многочасовые молитвы и "целительные" методы религии. Теперь он был взрослым, не чета нездоровому, запуганному верой ребенку. Не привлекая внимания, он собрал свои вещи и уехал, надеясь на новую, полноценную жизнь где-нибудь еще, но только не в стенах родного дома. Там она в принципе была исключена, и архангел благословил его на этом пути, желая отныне только счастья, без истязания и боли. Таким образом, действие уравновесило противодействие, ибо побег из дома изрядно остудил религиозный пыл.</p>
   <p>        Сумев спасти человека, Люцифер минимизировал последствия, хотя священников это, разумеется, не касалось. Доказательства экзорцизма они не получили, однако им и не требовалось. За таковое принимался сам факт выздоровления. Оставалось лишь надеяться, что они не натворят беды в следующий раз, хотя надежда эта была призрачная. Наблюдая за этой братией, Люцифер сообразил, что допустил ошибку. Если он хотел приглядеть за демонами, обращаться к священникам уж точно не стоило.</p>
   <p>        Поведанный Люмениферус, рассказ про брокера не остался без внимания. Заправляя в преисподней, Люцифер обладал там полной властью, однако это не означало, что он был вездесущ и обо всем осведомлен. Особенно когда дело касалось мира смертных. Туда демоны проникали регулярно, традиционно подкупая души и вредя человечеству. Люцифер им не препятствовал. Такова была природа не только исчадий ада, но и самих людей. Если они добровольно с ними связывались, это считалось их собственным выбором — свободой воли, влиять на которую было запрещено. Люмениферус с этим не соглашалась, истребляя демонов везде, где они попадались. Как владыка преисподней, Люцифер терпел своих подчиненных, пока те не выходили за отведенные границы. Эти границы он и захотел проверить.</p>
   <p>        Задача была нетривиальной, учитывая бесчисленные легионы демонов в аду. Не перекличку же им устраивать. Недолго думая, Люцифер решил использовать священников. Он предположил, что у тех наверняка имелся некий список одержимых на примете. Тут он угадал, ибо список действительно отыскался. Загвоздка оказалась в том, что демонами в нем не пахло и в помине. В былые времена священники и впрямь умели находить одержимых, хотя невинные страдали от их действий кратно чаще. Ныне все окончательно изменилось.</p>
   <p>        Неоднократно переписанные, религиозные книги содержали только то, что устраивало иерархов. Те же подгоняли каноны под менявшиеся реалии, откровенно пренебрегая истоками в угоду насущным политическим дивидендам. Хуже того, они сами умудрялись в это верить, передавая перетрактованное учение из поколения в поколение. Люцифер отлично знал, что содержалось в первой Библии, и что в нынешней. Это были две совершенно разные книги. Оттуда веками вычеркивали все, что не соответствовало преображавшимся человеческим представлениям. В итоге пользы от священников вышел круглый нуль. Ознакомившись с данными об одержимых, Люцифер последовательно наведывался на каждый адрес, пока не убедился, что занят полнейшей ерундой.</p>
   <p>        По большому счету, в своей промашке владыке ада приходилось винить самого себя. Подсматривая за священниками, он только зря потратил время, хотя ему бы догадаться, насколько его затея несостоятельна. Настоящий одержимый стал бы для них ценнейшим подарком, как летающая тарелка для уфолога. Они давно раструбили бы о нем всему миру, приложив наглядные видео с доказательствами. Такие видео и впрямь иногда встречались, но фигурировали на них душевно больные. Если же в кадре и впрямь происходило сверхъестественное, а одержимый пугающе преображался и даже бегал по стене, то съемка оказывалась постановочной. За редким исключением, настоящие демоны ничем себя не выдавали, ибо в разоблачении были очень не заинтересованы.</p>
   <p>        Означенные исключения обычно составляли бесы, откуда и пошло выражение "бесноватый". Это была совсем другая одержимость. Низшие исчадия ада возможностями демонов не обладали. Им только и оставалось, что цепляться за тело уж как придется, со всеми вытекающими результатами. Могущественный демон напоминал пилота, навигатора и капитана космического корабля одновременно. Он действовал почти безукоризненно, упорно и незаметно добиваясь своей цели. В сравнении с ним, бес уподоблялся обезьяне, вертевшей руль гоночной машины. Это приводило к хаотичным движениям и заканчивалось, как правило, катастрофой. Заканчивая со списком, Люцифер уже не рассчитывал на результат, когда одного из них неожиданно и встретил.</p>
   <p>        Бесноватость тоже сопровождалась приступами, однако больше походила на эпилепсию. Перерывы означали передышку, только не для человека, а беса. Набираясь сил, тот выжидал, чтобы снова обрести контроль над телом, однако дальше жутковатого поведения дело не заходило. Впрочем, иные бесы и не пытались. Им доставляло удовольствие само мучение. Они любили издеваться над людьми, и зачастую не преследовали конкретной цели. В аду они были прислужниками, у демонов на побегушках. На земле им выпадало счастье проявить себя, пускай и по мелочи, но вредя человечеству.</p>
   <p>        Обнаружив беса, Люцифер не стал с ним церемониться. Улучив момент, он остался с ним наедине и немедленно приступил к делу.</p>
   <p>— Как ты сюда попал?! — грозно вопросил он.</p>
   <p>Узнав владыку ада, бес изрядно перетрусил и решил не выделываться. В отличие от священников, он прекрасно знал, что этот светоносный архангел обитателям преисподней спуску не дает. Грешников он не щадит, однако их мучителей тоже, если те нарушают установленные правила.</p>
   <p>— Меня призвал ваш культ, мой Лорд, — угодливо ответил он на демоническом наречии.</p>
   <p>        Общение выглядело жутко. Атмосфера в психиатрической клинике очень тому способствовала. Одержимая девушка содрогалась, сочась слюной и закатывая глаза. Запертая в изоляторе, она сидела на полу, билась головой о стену и царапала ногтями мягкую обивку. Бес не красовался и не издевался над владыкой ада. Контролировать человека по-другому он в принципе не мог, а без этого не сумел бы и ответить.</p>
   <p>— Что за культ? — коротко осведомился Люцифер.</p>
   <p>Бес с готовностью выложил подробности. Стремясь показать свою лояльность, он подобострастно поведал, как все произошло.</p>
   <p>        Люцифер слушал очень внимательно. Порой сатанисты приносили больше вреда, нежели все демоны на земле вместе взятые. Священников он откровенно не любил, за их фанатичную упертость, религиозную слепоту и умственный архаизм. Сатанистов он не выносил совершенно. Первые хотя бы воображали, что действуют во имя добра и света. Пускай и во многом заблуждаясь, какие-то вменяемые ценности они все же проповедовали. Вторые откровенно восхваляли зло и насаждали тьму, создавая Люциферу крайне дурной образ. Поскольку настоящую тьму у них посеять обычно не выходило, они компенсировали это развратом и жертвоприношениями. Вот только человеческие жертвы владыке ада посвящать не стоило. Не приемля таких подношений, он делал жертвами самих подносителей. Обычно потом, когда те закономерно попадали в преисподнюю, однако иногда бывали исключения. Судя по тому, что поведал бес, речь как раз заходила об одном из них.</p>
   <p>        Когда начались повторы, пересказанные на новый лад, Люцифер решил, что услышал достаточно.</p>
   <p>— Довольно, — поднял он ладонь. — На этом все.</p>
   <p>Его суровый тон беса ничуть не обрадовал. Выражение лица архангела ему вполне соответствовало.</p>
   <p>— Мой Лорд, разве я чем-нибудь провинился? — заскрежетал, елозя ногами девушки, бес.</p>
   <p>Шея несчастной изогнулась, словно ее мышцы свело судорогой. Казалось, она вот-вот наклонится так, что переломятся позвонки. Руки тоже ходили ходуном, но смирительная рубашка удерживала львиную долю их порывов. Оглядев несчастную, Люцифер ощутил подступившую жалость.</p>
   <p>— Нет, — холодно ответил он. — Однако с этой девушки довольно. Сколько она уже здесь?</p>
   <p>— Полтора года, — ответил бес.</p>
   <p>— Она достаточно настрадалась. Покинь ее тело и возвращайся в ад, — велел Люцифер.</p>
   <p>        Бес, безусловно, лебезил, однако услышанное пришлось ему не по нраву. Это тело он считал своей законной добычей, тем более что нарушений за ним не выявилось. Обитатели преисподней жаждали получать свое, и милосердие их господина туда совсем не вписывалось.</p>
   <p>— Мой Лорд, простите, но вы же сами сказали, что я ни в чем не виноват, — осмелился заметить бес, капая слюной с искривленных губ. — Почему я не могу остаться? Это тело такое нежное и податливое. Оно так страдает в моих объятиях, а эти дураки доктора еще и пичкают его всякой гадостью. Священнику они не поверили, да тот не очень и старался.</p>
   <p>— Вот именно, — прищурился Люцифер. — Хватит с этой девушки мучений. Она их не заслужила.</p>
   <p>— Мой Лорд, я не понимаю… — начал было бес.</p>
   <p>— Ты осмеливаешься перечить своему владыке?! — грозно вопросил архангел, и в его глазах появился белоснежный свет.</p>
   <p>        Бес почуял, что дело пахнет керосином. Он знал, насколько скор на расправу Люцифер, особенно когда речь заходила о неповиновении. Он не сомневался в своем праве, однако спорить с Утренней звездой было себе дороже. Все-таки верно говорили архидемоны, когда утверждали, что их властелин уже не тот. Мол, он слишком проникся к людям и размяк.</p>
   <p>— Я подчиняюсь, но вашим великим подданным такое не нравится, — только и отозвался бес, не осмеливаясь открыто объявить о сомнениях.</p>
   <p>        Слова прозвучали не столько вызывающе, сколько неоднозначно. Бес перепугался, что сболтнул явно лишнее, и что за подобные разговоры владыка ада жестоко покарает. Выясняя, откуда тут уши растут, его Люцифер может и не тронет, зато могущественные демоны уж точно не пощадят. Перспектива получалась так себе, но на счастье беса мысли архангела были заняты другим.</p>
   <p>— Меня не волнует, нравится вам что-то или нет, — резко сказал он, не обратив на двусмысленную фразу внимания. — Я приказываю, ваше дело исполнять.</p>
   <p>Свет в его глазах заметно усилился. Не дожидаясь, чем это закончится, бес тут же откланялся и покинул человеческое тело.</p>
   <p>        Девушка снова затряслась, но совсем по-другому, словно охваченная умеренной дрожью. Покидая оболочку, бес превратился в красноватый газ, смешанный с клубящейся чернотой. То был огонь преисподней, который дымил первозданной тьмой. Пребывая без телесной формы, в этом обитатели ада походили друг на друга. Разница заключалась в объеме и насыщенности огня, его оттенках и количестве источаемой тьмы. Завихрившись вокруг девушки, бесплотный бес пошел черной копотью, озарился оранжевым сполохом и растворился в пространстве.</p>
   <p>        Продолжительное истязание девушке на пользу не пошло. В отличие от затаившегося демона, бес мучил непосредственно ее, вызывая страшные галлюцинации и еще более ужасные кошмары. Припадки одержимости усугубляли дело, равно как и тяжелые психотропные препараты. Не понимая природы заболевания, врачи были не в состоянии ей помочь. Лекарства не влияли на причину недуга, зато наносили девушке серьезный вред. Страдал ее мозг, угнеталась нервная система, психика атаковалась по всем фронтам, а кошмары беса неотступно преследовали ее во сне и наяву. Такую пытку, пожалуй, можно было встретить только в аду, который эта бедняжка не заслужила. Во всяком случае, пока, да и будущее не сулило ей этого наказания.</p>
   <p>— Потерпи, сейчас я все исправлю, — оценив состояние несчастной, пробормотал Люцифер.</p>
   <p>        Наутро врачи нашли пациентку совсем в другом состоянии — очень далеким от того, в котором она пребывала последние года полтора. Даже и без тестов стало очевидно просветление ее ума. Глаза девушки прояснились, трясучка прекратилась, а лицо уже не кривилось в диких гримасах. Слюнотечение и судороги также остались в прошлом. Движение ее мысли сомнений не вызывало. Говорила она более чем вменяемо, и фактически ничем не отличалась от здорового человека. Она лишь задавала вопросы, связанные с пребыванием в лечебнице, и очень просилась домой. Туда ее врачи не отпустили, однако смирительную рубашку сняли и перевели в обычный бокс — для наблюдения, и без тяжелых психотропных препаратов. Люцифер более не вмешивался. Смотря в грядущее, он знал, что для этой девушки все закончится хорошо, и вскоре та обретет долгожданную свободу. Сделав вполне достаточно, он предоставил ее своей судьбе, а сам отправился навестить кое-кого.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Люмениферус не ошиблась, когда не нашла в квартире брокера следов какого-либо оккультизма. Они там действительно отсутствовали. Мастер психологии, умея читать прямо в душах, Люцифер потратил немало времени и навестил множество людей, но принципиально раскрывал эту интригу. Работа, которую выполнял необычный брокер, вызывала у него известный интерес. Обычно демоны так не поступали. Прикидываясь человеком, они пускались на всякие ухищрения, однако не жили их жизнью без всяких заметных дивидендов. Обосновавшись в теле брокера, демон выгоды вроде бы не получал, но тогда зачем он это делал? Заведомо исключая любопытство, желание пожить в шкуре смертного и прочую подобную ерунду, Люцифер довольно быстро разобрался в ситуации.</p>
   <p>        Демон старался для особых клиентов. Его сверхъестественные возможности помогали собирать контрольные пакеты акций. Иной другой бы этого не заметил, однако Люцифер к таковым не относился. Всю деятельность брокера он прочел как в судовом журнале, составленном добросовестным капитаном. Он оперировал любыми материальными ценностями, в какой бы форме те ни пребывали. Это был его дар как владыки ада, правителя того места, куда приводили жажда наживы и ее грехи. Он уяснил, что брокер делал и как. Единственное, чего он не понял — зачем?</p>
   <p>        Причина оставалась неясна, что властелина преисподней не устраивало, и именно как властелина преисподней. О ней можно было спросить самого демона, однако Люцифер предпочел до поры себя не раскрывать. Копнув поглубже, он поискал у истоков, то есть с того момента, когда брокер стал одержим. И кое-что нашел. Говорят, один раз это случайность, а два — уже закономерность. Как оказалось, до своей одержимости девушка из клиники и брокер посещали один и тот же бар. По меркам архангела, это на совпадение не тянуло.</p>
   <p>        Это было одно из тысяч похожих заведений. Претенциозное название не отличало, а скорее стирало между ними разницу. Оформление вывески вполне ему соответствовало, как посетители и интерьер. Неоновые огни за барной стойкой озаряли ряды разнокалиберных бутылок и отражались в хромированных кранах. Шумно играла музыка, компенсируя качество чрезмерной громкостью. Одни большие телеэкраны показывали клипы, где голосили и вытанцовывали на все лады. Другие транслировали спортивный матч. Человеческий говор сливался со звоном кружек, шотов и бокалов. Шарканье ног, смех, возгласы и кашель формировались в единый гудевший фон. Абстрактной симфонией управлял дирижер в виде бармена, а энергичность и масштаб задавали проворно сновавшие официанты.</p>
   <p>        В такой атмосфере Люцифер ощущал себя как рыба в океане. Точнее, акула, неспешно кружившая в толще вод и поджидавшая свою неосмотрительную жертву. Спиртное лилось рекой, горяча умы и развязывая языки. Поддав порцию-другую, посетители становились развязнее и словоохотливее. Раскованнее становились даже скромники, а уж остальные так и вовсе расслаблялись, кто во что горазд. Люцифер мог прочесть любую душу, даже когда она пыталась сокрыть свои тайны. В море возлияний ему и утруждаться не приходилось. Распаленные алкогольными парами, люди не просто открывались ему нараспашку, а звучали будто заведенные патефоны, источая сокровенные помыслы как песни через рупор.</p>
   <p>        К невидимости архангел не прибегал. Визуально оставаясь человеком, он еще больше упрощал себе задачу. Очарованием Люмениферус он не владел, однако с лихвой компенсировал это психологией. Прочитав человека, он уже точно знал, как завести с ним плодотворный разговор. Пара выверенных фраз, несколько правильных слов — и вот уже собеседник в нужном русле, выбалтывает желаемое без всякого принуждения.</p>
   <p>        Сидя за барной стойкой, Люцифер осматривал заведение как разведчик грядущее поле боя. Чтобы не выделяться, спиртное он очень даже пил, не забывая заказывать текилу. Алкоголь на архангелов не действовал, однако его вкус и запах они вполне ощущали. В общем и целом, это относилось ко всему, начиная от аромата цветов и заканчивая кулинарными изысками. Физический метаболизм у них отсутствовал за неимением физического же тела. Съеденное и выпитое растворялось в пространстве, преобразуясь в иные виды бесплотной энергии. Архангелы не могли отравиться, опьянеть или переесть, однако ароматы, консистенция и вкусовые качества вполне воспринимались их светоносной сущностью. Пользуясь такой особенностью, Люцифер ничем не выделялся из толпы и при этом держал эту самую толпу под неусыпным контролем.</p>
   <p>        Владыка ада не просто так начал с барной стойки. Во-первых, он вел себя как обычный посетитель, заскочивший опрокинуть рюмку-другую. Во-вторых, именно этим она представляла известный интерес. Обычно там сидели одиночки, в том числе искавшие себе компанию. И брокер, и девушка из клиники некогда были одними из них. Брокер знакомился с женщинами, кто был не против флирта и общества холостяка. Затем он повышал количество спиртного и увозил новую знакомую к себе домой. Девушка тоже подыскивала спутника, однако более постоянного, а не на одну ночь. Сочтя кандидата подходящим, она могла пересесть с ним за столик, но дальше этого у нее ни разу не заходило. Узнав детали от беса, Люцифер приглядывался не только к одиноким посетителям, но и компаниям. Закончив у барной стойки, он перебрался к столам, и вскоре почти везде стал своим.</p>
   <p>        Искать приходилось не иголку, но змею в стоге сена. Ничего не утаив, бес описал и место, где захватил девушку, и тамошних людей. Прибыв по указанному адресу, Люцифер нашел заброшенный склад, где кроме крыс и бездомных уже давно никто не появлялся. От некоего культа осталось только эхо. Оно угадывалось в этом царстве гнили и ржавчины, под протекающей крышей и среди расписанных граффити стен. Сырой и щербатый, цементный пол еще хранил едва заметные следы, хорошо понятные сведущему взгляду. Круг призыва сочетался с характерными символами, начертанными чьей-то опытной рукой, а рядом виднелись остатки свечного воска.</p>
   <p>        За редким исключением, подобные ритуалы результата не приносили. Мир полнился псевдоведьмами, лжеколдунами, любителями оккультизма и всякой охочей до приключений молодежи. Будь вызов демонов настолько прост, а колдовство элементарно, людей давно бы захлестнула волна всякой нечисти. Даже сделав все по правилам, неопытный оккультист или новичок обычно ничего не добивался. Тут требовались изрядная сноровка, глубокое знание дела и тонкое ощущение призываемых сущностей. Малейшая неточность — и ритуал превращался в бесполезный балаган, отчего успеха достигали только немногие знатоки. Судя по всему, в заброшенном складе оперировали как раз такие.</p>
   <p>        Люди из некоего культа отлично знали, с какого конца ложку держать. И круг, и символы, и свечи они умело использовали по назначению, чему свидетельством и стала одержимость бесом. Правильные слова, паузы и подношения они тоже явно не забыли. Для Люцифера этот факт был неоспорим. К сожалению, неоспоримым стал и тупик. Склад ровным счетом ничего ему не дал. Кто бы здесь ни колдовал, с тех самых пор он не появлялся. Как архангел ни старался, он не нашел ни единой зацепки, способной привести его хоть к кому-нибудь. Его могущество было велико, но не безгранично.</p>
   <p>        Сделав условный шаг назад, Люцифер переключил внимание на бар. На нем он и сосредоточился, как на единственной точке, которая сулила хоть какие-то перспективы. Фигурально выражаясь, его поиски тем и походили на змею в стоге сена. Искал он, конечно, не иголку, однако довольно маленький объект, неприметный в своем убежище и ядовитый по природе. Тут даже архангелу приходилось полагаться на удачу. Способный прочесть любого, он был не в состоянии проделать это с отсутствующими людьми. Заведомо не зная личность, прийти к ней хоть из ада он тоже в принципе не мог.</p>
   <p>        Подсаживаясь к разным компаниям, Люцифер ориентировался на личные приметы. Имен бес не сообщил, ибо банально их не знал. Винить его не приходилось. Такими мелочами исчадия ада не интересовались, воспринимая человечество как божью прихоть и возомнивший о себе скот. Внешность он описал подробно, включая незначительные детали, но в остальном Люцифер полагался на чутье и счастливый случай. Он понятия не имел, кто стоял за призывом и одержимостью, зато был уверен, что это одни и те же люди. Такие знатоки были в серьезном дефиците. Места для ритуалов они могли менять как перчатки, но уж точно не тех, кто их осуществлял.</p>
   <p>        Не находя совпадений напрямую, Люцифер аккуратно выспрашивал, не встречал ли кто его знакомых с указанными приметами. За пару часов он перезнакомился почти со всеми, кто только находился в это время в баре. Читая в душах, он отлично понимал, с кем стоит заговорить, а кого заведомо исключить из поля зрения. От столика к столику, он проверял всех посетителей, мастерски втираясь в доверие и на угощение не скупясь.</p>
   <p>        Что касалось грехов, улов получился солидным, да толку с того выходило немного. Будь он полицейским, Люцифер уже завел бы пачку новых дел, суливших повышение по службе. Он узнал про дилеров, торговавших в округе наркотой, наслушался про нелегальных продавцов оружия, обрел осведомленность о сутенерах и целом каталоге ночных бабочек, включая места их работы и обитания. Скупщики краденого стали известны ему наперечет. Он даже выяснил, к кому обратиться за угоном машины, а при случае и мокрым делом, однако все это оставалось в рамках земных забот. Для представителя закона это представляло интерес. Архангел же искал нечто иное, но так ничего и не выведал ни про культ, ни про призывы демонов.</p>
   <p>        С учетом давности событий, вероятность успеха была не определена. Одержимая бесом, девушка страдала года полтора, каковые прошли с ее последнего визита в этот бар. На долю брокера страданий не выпало, но демон гнездился в его теле три месяца с небольшим. Следовательно, бар довольно долго использовался некими людьми для поиска потенциальных носителей. Вопрос заключался в том, происходило ли это до сих пор, и насколько часто они сюда наведывались. Вопрос более чем актуальный, поскольку Люцифер не мог торчать в этом заведении сутками напролет.</p>
   <p>        Выслеживание оккультистов смахивало на непозволительную прихоть, ибо у властелина преисподней хватало других забот. Во-первых, за час он делал больше, чем иной человек за целый год, а в аду и вовсе за тысячелетия. Во-вторых, его земное пребывание было ограничено по времени. Служители призывали его когда требовалось, однако они были не всесильны. Демон мог оставаться в людях сколь угодно долго. Архангел ни в кого не вселялся, а ссылка в пекло не предполагала беспрепятственное посещение мира смертных. С давних времен, на небесах об этом позаботились, отрядив Люцифера править адом. Время уходило, а успеха его поиски не приносили. Вопросы, между тем, никуда не делись, и даже потихоньку нарастали.</p>
   <p>        Души брокера и девушки не были отмечены печатью проклятых. Следовательно, сделки они не заключали. Все это смахивало на обычную одержимость, которая не привлекла бы внимания Люцифера, но здесь он усматривал некую связь; систему, которая оставалась для него неясной, а такое неведение было неприемлемо. Призыватели демонов, о которых владыка ада ничего не знает — это было что-то новенькое. Желая разобраться до конца, Люцифер изучил весь бар до последнего посетителя, которые продолжали приходить и уходить, однако так ни в чем и не преуспел. Ограниченное призывом, время истекло. Не желая исчезать на глазах у людей, он удалился в уборную, откуда уже не вышел, но никто этого не заметил.</p>
   <p>        Люцифер ненавидел проигрывать, еще со времен своей битвы с Михаилом, однако обстоятельства сложились против него. С наскока интрига не раскрылась, но заниматься только ей никак не следовало. Не добившись своего, отступать он не собирался, однако и торчать в этом баре неопределенно долго возможным не находил. Меняя тактику, он поступил разумнее и проще. Чем возиться самому, играя в частного детектива, он поручил это дело доверенным людям.</p>
   <p>        В отличие от сатанистов, настоящих служителей Люцифера было не так уж и много, но их ячейки были раскиданы по всей земле. Не зная друг друга, единой штаб-квартиры они не имели и централизованно не управлялись. Точнее, управлялись, однако главой и связующим звеном выступал сам владыка ада. Для его повседневных намерений этого было вполне достаточно, а более грандиозные замыслы оставались вне их компетенции. И завербуй он хоть всех людей, небеса это не откроет, и против тамошнего воинства ни одна другая армия не устоит. Легионы преисподней ощутили этот урок на себе. Повторения подобной глупости Люцифер не хотел, отчего смотрел на вещи реалистично. Союзом с Люмениферус он очень дорожил, но дальше помочь мог только Михаил. Служителей же он использовал для задач попроще. Приснившись одному из них, он вновь потребовал призыва, что скоро и безоговорочно было исполнено.</p>
   <p>        Огромный мегаполис отличался многими достоинствами, представляя собой логистический, культурный и экономический центр людей. Для Люцифера он был полезен тем, что там располагалась одна из его крупнейших ячеек. Ей заправлял мускулистый темнокожий мужчина, смотревшийся так, будто вот-вот выйдет на боксерский ринг. Его безусое лицо обрамляла короткая вьющаяся бородка, стелившаяся по челюсти и доходившая до ушей. Приветливую улыбку отличали ровные белые зубы, какие встречались разве что у кинозвезд. Обаятельный и толковый, официально он вел самый обычный образ жизни. Даже в вещих снах, никому и в голову не приходило, что он служит тому, кого именовали дьяволом.</p>
   <p>        Подыскивая себе помощников, Люцифер игнорировал земные предрассудки. Что бы о нем ни говорили, на расу, пол или иные отличия ему было наплевать. Человечество он воспринимал единым целым, и судил о нем только по деяниям, приводившим в рай или ад. В остальном же его отношение не зависело от цвета кожи или иных сугубо людских предубеждений. Глава этой ячейки на себе хлебнул социальной дискриминации, в том числе от сердобольных христиан. Архангел из преисподней оказался тем, кто вернул ему достоинство и веру в самого себя.</p>
   <p>— Рады вас видеть и почтены вашим визитом, Утренняя звезда. Каковы будут распоряжения? — увидев светоносного лорда, осведомился глава.</p>
   <p>        Призыв прошел быстро и без осложнений. Оглядев шестерых служителей, Люцифер одарил их благосклонным приветствием. Раболепия и поклонов он не желал. Никто не падал ему в ноги и не целовал полы одеяний, не ползал по полу, не заискивал и не лебезил. Его встречали небольшие наклоны головы, а также правые ладони, в области сердца прижатые к груди. На этом выражение почтения заканчивалось. Люцифер ценил поступки, а не коленопреклонение и лесть. Восхвалению на словах он предпочитал преданность на деле, которое находил в интересах самих людей. В конце концов, старался он не только для себя.</p>
   <p>— Для вас есть поручение, — сообщил Люцифер, и тут же, без лишних слов, изложил цель своего прибытия.</p>
   <p>        По большому счету, выражение воли не обязательно требовало визита на землю. Как любой ангел или демон, Люцифер мог разговаривать с людьми напрямую, звуча своим голосом у них в голове. В зависимости от ситуации, он так частенько и поступал, однако сейчас предпочел явиться лично. Задачу он ставил целой ячейке, а не кому-то одному, и объяснить ее сразу всем было гораздо удобнее и нагляднее.</p>
   <p>        Устроив своеобразный брифинг, Люцифер говорил о поручении, но про свои намерения умалчивал. Указывая на бар, он сообщил обо всем, что успел разузнать, однако не поведал о причинах такого интереса. Если его людей раскроют, они не сумеют проболтаться. Кроме того, он вообще не видел смысла посвящать их в свои замыслы. Если это не шло на пользу делу, служители ограничивались только необходимой информацией. Речь была не о доверии, а элементарном здравом смысле. Помимо секретности, человеку не стоило уравниваться в знаниях с властелином ада.</p>
   <p>        Описав приметы оккультистов, Люцифер не забыл упомянуть и непосредственно про культ, настоятельно рекомендуя служителям быть настороже. Сатанисты встречались разные, от настоящих кретинов до очень опасных фанатиков. Конкретно этих скрывала неизвестность, что означало неопределенность в угрозе и намерениях. О них не знал сам дьявол, и это заставляло беспокоиться самого же дьявола.</p>
   <p>— Можете на нас положиться, милорд. Все будет исполнено в точности, — заверил глава ячейки, когда служители уяснили задачу. — Мы сообщим, едва появятся какие-то новости.</p>
   <p>Казалось, на том визит и закончился, однако Люцифер уходить не спешил. Точнее, он и впрямь собирался, но так и не исчез, остановившись в некоторой задумчивости.</p>
   <p>— Есть еще кое-что, — сказал он, ощутив на себе вопросительные взгляды.</p>
   <p>Припомнив разговоры в баре, Люцифер решил не оставлять их без всякой пользы.</p>
   <p>        Преступление преступлению рознь. Владыка ада не гонялся за грешниками по всей земле. Когда приходил черед, те попадали к нему сами, однако некоторых он считал уместным наказать досрочно. Его не устраивало небесное правосудие, которое работало иначе. Оно позволяло негодяям накапливать багаж грехов, предоставляя возможность в них же и раскаяться. На первый взгляд, такой подход выглядел милосердно, оставляя шанс на прощение даже в последнюю минуту. По факту же все оказывалось не столь радужно.</p>
   <p>        Ограбив множество людей, иные разбойники выстраивали церкви, каялись в своих грехах и признавались праведниками, вот только содеянное зло никуда не девалось. Присвоенное имущество лишало кого-то средств к существованию, а убитых людей это тем более не возвращало. Их дети оставались нищими сиротами, а прерванные жизни уже не цвели и приносили никаких плодов. Иное семейное древо обрывалось навсегда, чего никаким раскаянием компенсировать было невозможно. Праведнику-душегубу следовало пребывать в аду, однако все происходило иначе. Даруя прощение одной нагрешившей душе, небесная справедливость пренебрегала пострадавшим множеством.</p>
   <p>        Случалось и так, что высшая кара все же настигала некоего человека, и настигала именно при жизни, однако расплачивался не только он. Согласно замыслу, это делали невинные, родные или значимые для него люди, чтобы тем самым преподать урок. Разумеется, преподавали они его ничуть не добровольно. В наказание одного могла погибнуть целая семья, а горести и беды зачастую преследовали целые поколения. Когда-то Люцифер не обращал на это внимания, но с некоторых пор был категорически против подобной справедливости. Очевидное зло он предпочитал пресекать, а не дожидаться, пока оно надумает раскаяться и до поры причинит еще немало горя. Поставленная перед служителями, вторичная задача как раз к такому пресечению и относилась.</p>
   <p>        Торговцы наркотиками не пользовались благосклонностью Люцифера. В аду он их не жаловал и за отраву надлежаще воздавал. Специально он никого не выслеживал, позволяя людям разбираться и решать самим, однако иные дилеры привлекали его особое внимание. Там, в баре, он узнал про одного мерзавца, который продавал наркотики несовершеннолетним. Он делал это не случайно, а намеренно, расширяя клиентуру через неискушенные юные умы. Порой, настолько юные, что те и сами не понимали, что творили. Подобных дилеров, увы, на земле хватало, однако Люцифер нечасто сталкивался с ними лицом к лицу. Не стерпев, он решил не дожидаться развития событий. Снабженные информацией и указаниями, его служители исполнили все как по часам.</p>
   <p>        Дилера взяли с поличным. Держась осторожно и с оглядкой, он воображал себя неуязвимым, и был неприятно удивлен, когда внезапно это оказалось не так. Улик хватило бы и на десятерых, а обвинение ему выдвинули сразу по нескольким тяжелым статьям. Спасая шкуру, дилер пошел на сделку и выдал следствию немало членов известного картеля. Это вышло ему боком. Сделка сорвалась, не в последнюю очередь благодаря вмешательству извне. Правоохранители все равно раздобыли информацию, а дилер получил не программу защиты свидетелей, а внушительный тюремный срок. Его там не убили, но он и сам предпочел бы умереть, ибо жизнь стукача проходила в том еще аду.</p>
   <p>        Досталось и нелегальному продавцу оружия. Формально, его деятельность не казалась такой уж неприемлемой, но она порождала череду кровавых преступлений. Его мобильную точку накрыл внезапный рейд, как будто знавший, где и что искать. Отвертеться ему не удалось, даже с помощью хорошего адвоката. Уж больно много у него нашли, а собранные факты опровержению не подлежали. Их усугубляла история проданных товаров, засветившихся в уйме криминальных дел. По совокупности доказательств, с бизнесом этого дельца было покончено раз и навсегда.</p>
   <p>        Наемному убийце пришлось особенно несладко. Как по волшебству, к нему привели следы, указывающие сразу на несколько его жертв. Он ума не мог приложить, как такое вышло, ибо старательно подчищал все концы. Не сомневаясь в подлоге, он уверял, что все это подстава, но понимания у следствия не нашел. Согласно заключениям экспертов, его вина была очевиднее некуда. Подлинность улик сомнений не вызывала, и опротестовать их в суде не получилось. Все апелляции разбились о неопровержимость собранных доказательств, и адвокаты даже не надеялись на успех. Дальнейшая судьба убийцы посвящалась одному. До конца своих дней он боролся только за то, чтобы дни эти продлить, избегая смертной казни в пользу пожизненного заключения.</p>
   <p>        В череде наказаний, постигших различных грешников, блеснул и лучик радости. Не все ночные бабочки были одним миром мазаны. Их судьбы складывались по-разному, а иные и вовсе заставляли усомниться все в том же небесном правосудии. В конце концов, блудниц прощал даже бог, и прощал при жизни, пресекая варварское закидывание камнями. Его антагонист не видел необходимости проявлять б<emphasis>о</emphasis>льшую суровость. Немало ночных бабочек обирал, бил и даже калечил жестокий и неадекватный сутенер. Управы на него не находилось, ибо он умудрялся угождать преступным кланам, а заодно и подрабатывать полицейским информатором. Очень долго ему все сходило с рук, но внезапно этому пришел конец. В кланах узнали о его доносах, и ничуть этому не обрадовались. Наказание было суровым, и за свою жестокость сутенер получил сполна. Ночные бабочки вздохнули с облегчением. У многих жизнь стала намного лучше, а иные даже смогли реализовать свои скромные мечты.</p>
   <p>        Происходившие в судьбе негодяев, странные чудеса и впрямь имели необычную природу. Будь они простыми людьми, служители Люцифера не сделали бы и десятой части того, чего в итоге свершили. Они не только выполняли его волю, а пользовались дарованными им возможностями. Это заключалось не в одном лишь обилии информации, поступавшей напрямую из ада. Владыка преисподней научил их очень многому, далеко выходящему за рамки обычной колдовской практики. Даже самые известные ведьмы его служителям и в подметки не годились.</p>
   <p>        Люцифер не терпел досужего колдовства, и уж тем более злого, однако привычно использовал таковое для добрых дел. В темных искусствах, демонических ритуалах он менял условную полярность, получая на выходе совсем иной результат. Вредоносный эффект адресовался злодеям, огонь преисподней служил хорошим поступкам. Отобранные лично, его служители делились по специализации, и некоторые из них были по-настоящему могущественными колдунами. Владея силой всего ада, Люцифер наделял ее частью своих земных помощников. Пока сатанисты, принося ему жертвы, молили о сверхъестественных вещах, настоящие служители обретали гораздо больше, нежели те могли мечтать. Условие было одно — использовать эти возможности лишь по назначению, выполняя волю Утренней звезды, и оно никогда не нарушалось.</p>
   <p>        Вторичная задача замедлила выполнение основной, ибо ресурсы ячейки в мегаполисе были не безграничны. Распределяя силы, служители Люцифера не сразу занялись вплотную указанным баром, однако тот им не пенял. Он сам поручил наказание грешников, и было бы несправедливо ругать за усердие. К тому же с поручением они справились на славу, да и с расследованием не затянули. Даже по меркам архангела, первые сведения поступили довольно быстро. Кропотливые старания принесли плоды. Найдя хоть и тонкую, но ниточку, его служители раскрутили клубок, приведший их к паре любопытных личностей. Дальнейшие изыскания выявили схему, о которой и было доложено Люциферу.</p>
   <p>        Дорожку в бар неизвестный культ не позабыл. Как выяснилось, он промышлял не только в этом заведении, но именно там служители напали на след. Облюбовав подобные места, культисты подыскивали подходящих людей, для чего использовали подсадных соблазнительниц и ловеласов. В одном из них служители узнали человека, с которым перед одержимостью выпивала девушка. Колдовством тот не занимался, никого не призывал, и вообще вряд ли понимал, на кого работает. Он выполнял сугубо свою задачу — знакомился с женщинами, втирался к ним в доверие, а после отвозил на особую квартиру. Там кандидатку проверяли культисты, ибо подходили им явно далеко не все. В случае одобрения, они одурманивали жертву и увозили в неизвестном направлении. Куда именно — это и предстояло установить, ибо по объективной причине сам служитель Люцифера сделать этого не смог.</p>
   <p>        Ловушка была подстроена мастерски, со знанием дела и явно загодя. Похоже, культисты хранили свои секреты неспроста. Им было чего опасаться, если они заметили даже служителя самого повелителя преисподней. О своем разоблачении он не подозревал, пока события не приняли весьма нежелательный и лавинообразный оборот. Укрывшись в наколдованном убежище, он видел все происходящее и полагал, что сам остается незримым для чужих глаз. Его заблуждение едва не пустило всю затею под откос.</p>
   <p>        Электрические огни погасли, а пламя черных свечей разгорелось еще сильнее. Уединенная и звукоизолированная, квартира озарилась красным светом, исходившим от пола, потолка и стен. Неестественный и насыщенный, он порождался не лампами, а паутиной начертанных на них узоров, сплетавшихся в символы, слова и целые фразы. Одурманенная, лет двадцати пяти девушка этого не видела. Приведенная ловеласом, она спала на диване, в то время как ее подставной ухажер удалился. Рядом оставался лишь культист. Бормоча себе под нос, он водил над ней руками, чертил на лбу какие-то знаки и даже хотел отворить кровь, вооружившись для этого средневековым инструментом. Но не пустил. Его внимание переключилось, однако так ловко, что в череде зловещих манипуляций это осталось незамеченным.</p>
   <p>        Расставленные кругами, свечи выбросили огонь на несколько дюймов выше прежнего. Они пошли зеленой копотью, взвивавшейся чадными ручейками, а в воздухе потянуло запахом серы. Раздались зловещие слова, произносимые на демоническом языке, и последовавший эффект не заставил себя ждать. Замаскированное под шкаф, ранее там стоявший, укрытие служителя развеялось. Как безмолвный наблюдатель, он считал себя в безопасности, мастерски наведя правдоподобную иллюзию. Шкаф исчез, ибо и не был настоящим, а лишь окружал своими контурами затаившегося человека. Очутившись словно на сцене, где подняли занавес, служитель стоял напротив культиста, и ничего хорошего это не предвещало.</p>
   <p>        Опоенная каким-то зельем, девушка ничего не воспринимала, пребывая в глубоком забытье. Ловеласа и след простыл, так что служитель остался с культистом наедине. Тот явно не чурался огнестрельного оружия. Наставив на незваного гостя пистолет, он собрался спустить курок, однако в последний момент передумал. Ему пришло на ум, что этого человека лучше взять живым и допросить. В конце концов, иллюзорные шкафы просто так не возникают, да еще в квартире, которая считалась надежно защищенной и конфиденциальной. Промедлил он совсем немного, но это стоило ему равновесия. Выбрасывая ладонь вперед, служитель воспользовался силой Люцифера.</p>
   <p>        Культиста отбросило назад. Перелетев через стол, он с грохотом свалился на пол, увлекая за собой лежавшие там колдовские аксессуары. Выпавший пистолет гулко стукнулся о чашу, так и не испившую крови девушки. Закружившись волчком, от удара та покатилась прочь, снесла одну из напольных свеч и врезалась в стену. Решив, что теперь в безопасности, служитель не нанес еще один удар. Убивать своего противника он тоже не хотел, и по той же причине, то есть ради предстоявшего допроса. Держа ладонь перед собой, он направился к нему, и тем допустил ошибку. Демоническое наречие прозвучало вновь. Откатившийся пистолет метнулся в руку культиста, и тут же загремели выстрелы.</p>
   <p>        Стрелок из врага вышел хуже, чем колдун. По большей части, пули изрешетили стену, раскрошив тамошние полки с безделушками, однако парочка угодила и в цель. Защитный амулет изрядно снизил их убойную силу, но не обезвредил до конца. Эффект получился сродни тому, как если бы служитель оказался в бронежилете. Чувствительные удары опрокинули его на спину. В груди полыхнула боль, ослепляя разум. Оберегающие чары резко ослабели. Вскакивая на ноги, культист хотел продолжить стрельбу, но в ответ услышал сухой щелчок. Обойма кончилась, а другой он не носил. Он был колдуном, а не спецназовцем, и о запасе патронов как-то не позаботился. Ему, впрочем, и не требовалось. Сжимая вытянутые пальцы, будто хватая что-то в воздухе, он пошел в атаку иного рода.</p>
   <p>        Служителя спасла защита, дарованная Люцифером. Его горло сдавило словно тисками, но дыхания он не лишился и сознания не потерял. Концентрируя силы, он отвел губительное заклятье и наложил свое, выворачивая врагу руку. Тот вскрикнул от боли, словно перехваченный борцовским приемом. Удушающее давление развеялось, однако нападать он не прекратил. На сей раз его оружием стала сама квартира. Взывая к демоническим силам, он выпустил их злую мощь.</p>
   <p>        Весь пол в квартире полыхнул, но не обычным огнем, а холодным. То был адский огонь, пожиравший не интерьер, а тела. В данном случае именно тела, поскольку настоящего пожара культист устраивать не хотел. На случай непредвиденных обстоятельств, кто-то основательно к ним подготовился, раз заранее наложил столь мощные чары. Сам культист оставался неуязвим, но остальных это не касалось. Противостоять им никто не мог, однако загвоздка оказалась в том, что никто кроме посланников Люцифера.</p>
   <p>        Колдовать было некогда, да и незачем. Внезапность, масштабы и мощь последовавшей атаки не оставляли особого выбора. Не растерявшись, служитель успел отреагировать, и тем сумел уберечься от неминуемой гибели. Превозмогая боль, он раздавил стеклянный шар, висевший на цепочке у него на груди. Это был необычный шар, из необычного же стекла, изготовленного в недрах преисподней. Как последний рубеж обороны, он даровал абсолютную защиту, одновременно посылая сигнал тревоги.</p>
   <p>        К сожалению, девушку на диване никакие чары не хранили. Одурманенная до бесчувствия, она даже не могла убежать, а зловещее колдовство культиста ее изучало, но не защищало. Дьявольский огонь охватил ее в считанные секунды. Хотелось верить, что бедняжка не чувствовала боли, когда ее тело полыхало, пожираемое страшной холодной хваткой. Не исключено, что культист и мог ее спасти, но ему было явно наплевать. Как расходный материал, она ничего для него не значила. Мегаполис большой — будут и другие, если проблему с незваным гостем удастся разрешить. Правда, проблема эта разрешаться что-то не торопилась. Не обращая внимание на горевшую девушку, культист уставился на того, кого огонь неожиданно не брал.</p>
   <p>        Поднявшись на ноги, служитель не шевелился. Любое движение ослабляло барьер, что возник вокруг него оранжевой дымкой. Волнуясь как северное сияние, она не пропускала все, что могло причинить ему вред, однако действовала не бесконечно. Адский огонь никуда не делся. Его языки вздымались повсеместно, словно весь пол обратился в газовую плиту. Отливая красным, они силились прожечь не поддававшуюся преграду, но до поры у них это не получалось. Ничего не получилось и у культиста. Сотворив пару заклинаний, он преуспел не больше, чем студент, читавший на плохой латыни. Не добившись ничего и третьим, он прекратил атаковать и в изумлении уставился на лазутчика.</p>
   <p>— Кто ты такой? — злобно осведомился он, ибо сообразил, что имеет дело с очень непростым человеком.</p>
   <p>        Служитель промолчал, выгадывая время. Гибель несчастной девушки, от которой не осталось даже праха, к светской беседе не располагала. Кроме того, его защита таяла, о чем враг пока не подозревал. Тот же продолжал допытываться, а затем вспомнил про телефон. В быстром наборе, он явно собрался кого-то известить, и вот этого допускать было нельзя. Махнув рукой, служитель выбил смартфон у него из пальцев. Колдовской телекинез не подвел. Отлетев рывком, смартфон грянулся о стену и вышел из строя. Служитель оставил культиста без связи, но ценой тому стал ослабший барьер.</p>
   <p>        Пользуясь моментом, адский огонь едва не добрался до своей жертвы. Проникнув за оранжевую дымку, его красные языки потянулись к живому телу. Болезненно вскрикнув, служитель сумел восстановить потерянную концентрацию, однако время его неуязвимости критически сократилось. Положение усугубил культист. Увидев, что незваный гость все же уязвим, он снова перешел в наступление, и на сей раз атаковал с максимальным напором.</p>
   <p>        Содрогаясь от колдовства, квартира отдавала вибрацией в целый дом, но культиста это не волновало. Защита врага таяла. Оранжевая дымка почти исчезла, и адский огонь начинал заниматься на его красневшей одежде. Поднимаясь снизу вверх, он готовился пожрать его как еретика, обреченного на сожжение инквизицией. Служитель понял, что ему остались считанные секунды, однако пощады не просил и воспринимал происходящее стоически. Смерти он не страшился. Он знал, куда попадет, и кто его там встретит. Он боялся только боли, однако не настолько, чтобы сдаться и предать своего светоносного лорда. Крича в объятиях огня, он ни на мгновение не забывал о клятве и готовился перейти в мир иной.</p>
   <p>        Внезапно боль исчезла. В комнате раздался звук, будто в ней возникла упругая воздушная волна. Тут же унялось и пламя, осев в одно мгновение и полностью исчезнув. Округляя глаза, культист узрел, как рядом с его врагом появился какой-то человек. Одетый во все белое, он повел рукой, и тот немедленно исцелился от всех ран и воздействия пламени. Исцелился в лучистом свете, который ошеломил и напугал культиста до мурашек, пробежавших по враз похолодевшей коже.</p>
   <p>— Кажется, я вовремя, — окидывая его взглядом, с пугающим спокойствием произнес Люцифер. — Давай-ка, милейший, потолкуем.</p>
   <p>        Учитывая происходящее, выводы напрашивались сами собой. Адское пламя спасовало, сильнейшее демоническое заклятье развеялось. Кто бы это ни сделал, связываться с ним точно не стоило. Почуяв, что дело дрянь, культист попытался ретироваться, но не смог. Утратив свободу к передвижению, он ощутил, что его ступни словно прилипли к полу. Понадеявшись на заклинания, он попробовал вырваться, однако те не сработали. Слова сотрясали воздух как обычные выкрики и результата не приносили. Срывавшийся голос все читал их и читал, и только охрип почем зря, не добившись ровным счетом ничего.</p>
   <p>        Наполнявшая квартиру и культиста, демоническая сила куда-то подевалась, словно ее и не было. Удивляться этому не приходилось, ибо ее подавлял владыка ада. Никто из преисподней не мог противостоять его воле, не говоря уже о том, что он одновременно был и архангелом. Он управлял легионами демонов, однако культист этого не знал. Не понимая, с кем столкнулся, он уяснил лишь то, что это кто-то невероятно могущественный. По всей видимости, ангел, раз он появился подобным образом и легко преодолел столь великую силу. Заполонив его глаза, белый свет подтвердил наихудшие подозрения.</p>
   <p>— Стой смирно. Сейчас я гляну, что у тебя на душе, — холодно усмехнулся Люцифер, делая шаг к своему пленнику.</p>
   <p>        Развитие событий ничего хорошего не предвещало. Не желая выяснять, что будет дальше, культист отреагировал незамедлительно. Рванув на шее ожерелье, он ухватился за одну из цветастых бусин, но не как за амулет. С ловкостью фокусника он отправил ее в рот, раскусил, и тут же закатил глаза. На его губах выступила пена, а тело сотрясли жестокие судороги. Предсмертные судороги, ибо он принял быстродействующий яд. Похоже, он и впрямь хотел сохранить некую тайну, если культ предусматривал столь крайние меры. Вот только он понятия не имел, насколько бесполезной оказалась его смерть.</p>
   <p>— Идиот, — констатировал Люцифер. — Это недоумок всерьез надеялся укрыться от меня в аду?</p>
   <p>        Убедившись, что служитель не пострадал, архангел вверил его заботам обезвреженную квартиру. Подмога из ячейки уже спешила, так что беспокоиться было не о чем. Угроза миновала, а другой на горизонте не объявлялось. Силы служителя восстановились, и он вернул себе все дары своего лорда. Более не задерживаясь, Люцифер оставил на него земные дела, а сам занялся делами иными. Все с тем же звуком, словно от упругой волны, он исчез и вернулся в преисподнюю.</p>
   <p>        Отходя в мир иной, новые души прибывали в ад постоянно, однако немногие удостаивались встречи с его владыкой. Заниматься всеми подряд он ни нужным, ни возможным не считал. Без особого повода, он позволял всему идти своим чередом, однако на этот раз своим появлением новичка не обделил. Тот нашелся там, где и предполагалось. Самоубийство определило его судьбу, не говоря уже о багаже серьезных грехов. Ожидаемо угодив в преисподнюю, он явно не слишком тому удивлялся, и в целом воспринимал ситуацию спокойно. Похоже, он был уверен, что силы зла о нем позаботятся и обеспечат надлежащие условия, соответствующие заслугам и верной службе. Люцифер разделял его уверенность. Он решил заняться этим культистом лично, чтобы выразить свою особую милость, и его забота была далека от ожидаемой.</p>
   <p>        Очутившись в аду, души попадали в разные места. Для них не существовало единых врат. Каждая оказывалась в своем собственном интерьере, отвечавшем их судьбе и сущности. Это было нечто вроде приемного покоя, сформированного для конкретного грешника. Там проходила его инициация и совершались необходимые приготовления. Дальнейшее зависело от обстоятельств.</p>
   <p>        Для некоторых душ приемная трансформировалась в узилище, как произошло с чудовищем, которое Люцифер сжег на берегу реки. Иные двигались дальше, зачастую посещая немало различных мест. Кому-то предстояло менять их бесконечно, страдая из-за непрерывно изменявшихся условий, а некоторые обрекались на неизменное постоянство, вечное повторение одного и того же. Сказать, что было лучше, возможным не представлялось. Каждое наказание отмеривалось индивидуально, и для отдельно взятой души оказывалось хуже некуда. Обычно этим занимались демоны и бесы, в своей распределенной иерархии подчинения и обязанностей. Появление Люцифера означало особый случай, которым владыка ада по какой-то причине занимался сам.</p>
   <p>        Выстроенные амфитеатром, ярусы красневших скал озарялись несуществующим солнцем, роль которого выполнял извергавшийся вдали вулкан. Вздымаясь над горизонтом, его пламенеющее жерло выбрасывало реки лавы, заполоняя вишневое небо дымными облаками. Стекая к подножию, они неторопливо бурлили в стороны, заливая опаленные расселины и бездонные овраги. Раскиданные там и сям, горячие валуны походили на огромные яйца, испещренные светившимися оранжевыми прожилками. Они громоздились возле скал, лежали целыми россыпями и одинокими отшельниками.</p>
   <p>        Из каменистой, растрескавшейся от засухи земли шипели газовые выбросы, взвиваясь на несколько футов желтоватыми рукавами. Они источали тяжелый запах, словно с химического завода произошла утечка токсичных материалов. Лишенная органики, земля покрывалась лишайниками из наслоений пепла и комьями мха в виде слипшейся сажи. Большие и малые, кругом чернели уродливые кораллы, наросшие из сизого металла. Изломанные и острые, края их ветвей походили на лезвия, а оконечности топорщились иглоподобными шипами. Зловеще поблескивая в красном свете, они только и ждали неосторожного касания, чтобы рассечь, проколоть, изувечить податливую плоть.</p>
   <p>        Над горизонтом клубилась чернота, в которой гигантскими зарницами и всполохами танцевало пламя. Это была нескончаемая гроза. Гроза вечной тьмы, наступившего ада на земле. Ее стихией было чистое зло, и порождала она осадки в виде мрака и неугасимого огня. Окутывая мир, она преобразовывала его навсегда. Ее бушующая мощь поглощала все живое и неживое, уничтожая творения света и заменяя их порождениями преисподней. Заменяя, трансформируя и обрекая на нескончаемый кошмар, не имеющие пределов муки.</p>
   <p>        Интерьер Армагеддона разбавлял гранитный жертвенник, возведенный на овальном плато. Это была единственная деталь, приметно выделявшаяся на общем фоне. Все остальное представляло собой воплощение природы ада, его естественный вид и нерукотворную форму. Жертвенник выбивался из общей картины, представляя собой обособленный объект. Настолько, что он явно находился здесь не в качестве декорации, а очень даже неспроста.</p>
   <p>        На внушительном, грубо обтесанном камне покоилась плоская плита, имевшая углубление в форме человеческого тела. Ее окружали вертикальные, футов десяти, надолбы, торчавшие в нескольких ярдах двойным кольцом. Их пронизывали огненные, похожие на вены дорожки. Пульсируя так, будто по ним и впрямь струилась кровь, они сочились красными каплями, источавшими звук и запах. Пахло чем-то странным, напоминавшим горечь желчи и полыни. Звучание походило на крики, приглушенные и далекие. Казалось, они неразборчиво молили и заходились от нестерпимой боли. В красном свете, игре неровных теней складывалось впечатление, словно в каплях отражаются и текут чьи-то искаженные лица. Все это производило жутковатое впечатление, однако душа у жертвенника вела себя вполне спокойно.</p>
   <p>        Приняв быстродействующий яд, культист распрощался с бренным телом и очутился на просторах Армагеддона. Желая пришествия ада, вечного царства тьмы на земле, именно это он и узрел, когда его душа прибыла по назначению. Под вишневым небом с тучами из дыма, среди красных скал и рек чадившей лавы, он попал в условное будущее, к которому так стремился, и которое в итоге наступило для него.</p>
   <p>        Покинуть плато не позволяла цепь. Крупная и тонкая, она растягивалась словно пружина, но не далее чем до ближайших надолбов. Ее звенья казались невесомыми, и при этом давили великой тяжестью накопленных грехов. Лязгая железом, они не причиняли душе неудобств, ибо таковое в их назначение не входило. Это были оковы — и только. Прикованный к жертвеннику, культист не мог уйти и оставался у его подножия, дожидаться уготованной ему участи. И дожидался он как-то на удивление спокойно.</p>
   <p>        Оглядываясь по сторонам, культист не выказывал признаков паники, ошеломления или ужаса. Его не пугали даже бесы, мелькавшие среди скал. Появляясь и у надолбов, они вели какие-то приготовления, но культист смотрел на них как на диво, а не палачей. Похоже, он был уверен, что здесь к нему отнесутся особо, и за свое будущее не переживал. В известном смысле, так оно и вышло. Объявившись из ниоткуда, Люцифер посмотрел на него с холодной улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего.</p>
   <p>        Визит человека в белом сразу выбил культиста из колеи. Узнав того, кто лучился светом в квартире, он даже попятился, пока не уперся в жертвенник.</p>
   <p>— Не может быть, — изменился он в лице. — Ангелам в аду не место.</p>
   <p>— Это смотря какой ангел, — усмехнулся Люцифер. — Ты ждал кого-то другого?</p>
   <p>— Кто-нибудь, на помощь! — возопил культист, не иначе ища поддержки у бесов. — Скорее! Прогоните его отсюда!</p>
   <p>        В обычных обстоятельствах это выглядело бы наивно и откровенно нелепо. Рассчитывать на подмогу в аду душам очевидно не приходилось. Они попадали туда не для того, чтобы получить протекцию, и все же культист голосил, как будто не понимал, где находится. Сцена казалась глупой и неестественной, однако не для Люцифера, усмотревшего в ней очевидную подоплеку. Этот странный случай интересовал его все больше. Похоже, культист призывал на помощь потому, что искренне надеялся на защиту преисподней. Во всяком случае, того, кто ему эту защиту обещал, и Люциферу очень захотелось узнать подробности.</p>
   <p>        Не реагируя на призывы, бесы не прерывали свое занятие. Они готовили истязание, которому должна была подвергнуться эта падшая душа. Чего бы культист ни воображал, ему предстояла соответствующая награда, для чего и предназначался жертвенник. В его гранитном ложе, с канавками для отвода крови, падшая душа расплачивалась бы за содеянное сполна. Прежде возносившая жертвы, она желала прихода тьмы, и та пришла к ней, раскрыв объятия. Теперь подношением становилась сама душа, а ее палачами бесы. Они приносили бы ее в жертву бесконечно. Приносили вновь и вновь, восстанавливая тело и терзая его воющие жилы. Наказание, однако, еще не началось, в том числе из-за присутствия владыки ада.</p>
   <p>        Безразличие, с которым бесы отнеслись к его призывам, культиста явно обескуражило. Кроме них никто не появлялся, а они продолжали вести себя так, словно ангела в белом не существовало. Судя по всему, самоубийца рассчитывал на иное отношение, и теперь на его лице нарастала растерянность. За неимением эффекта, кричать он перестал, и теперь озадаченно водил по сторонам глазами.</p>
   <p>— Прочь, — коротко велел Люцифер.</p>
   <p>        Уточнять адресата не понадобилось. Уловив повеление владыки, бесы тут же улетучились, оставив его с душой наедине.</p>
   <p>— Стойте! Куда?! — возопил культист, вообще переставая что-либо понимать. — Мы же в аду! Вы не можете бояться ангела!</p>
   <p>— Повторяю, это смотря какой ангел, — иронично напомнил Люцифер. — Меня они не просто боятся — они обязаны меня слушаться, как и любая сущность в преисподней.</p>
   <p>        У культиста окончательно наступил когнитивный диссонанс. Выбивая его из равновесия, Люцифер намеренно затягивал эту сцену, ибо в процессе узнавал интригующие подробности. Естественная реакция души становилась уникальным источником информации. В данном случае — особенно, ибо она апеллировала к тому, о ком ему очень хотелось узнать.</p>
   <p>— Это какой-то бред! — вскинул руки культист. — Мне обещали защиту! Защиту и покровительство!</p>
   <p>— Вот об этом ты мне сейчас и расскажешь, — выразительно предложил Люцифер.</p>
   <p>        Приближение ангела падшей душе не понравилось. Не дозвавшись на помощь, она инстинктивно попыталась удрать. Помешала цепь. Натянувшись, она не позволила узнику добраться до надолбов и пружинисто потянула его назад. Возвращенный к жертвеннику, культист очутился рядом с человеком в белом.</p>
   <p>— Ты от меня и слова не услышишь! — отчаянно храбрясь, запальчиво воскликнул он. — Я давал клятву, и я ее не нарушу! Силы тьмы меня защитят!</p>
   <p>— Не важно, что ты скажешь. Я все узнаю сам, — пугающе спокойно пояснил Люцифер.</p>
   <p>        Слова подступившего ангела культист воспринял по-своему. Хотя и понимая, что дело дрянь, он все еще рассчитывал на протекцию преисподней.</p>
   <p>— Тебе меня не сломить! Я выдержу любые пытки! — не слишком уверенно заявил он.</p>
   <p>Защиты, правда, он пока не видал, однако той наверняка не будет, если нарушить клятву и распустить язык. Тогда пребывание в аду и впрямь может стать незавидным.</p>
   <p>— Пытки будут потом, — заверил Люцифер. — Сначала я прочитаю твою душу. Для этого твоя жалкая болтовня мне ни к чему.</p>
   <p>— Не пугай! Не выйдет! Ангелам такое не по зубам! — выказывая неожиданную осведомленность, уверенно возразил культист. — На это способен только дьявол! Князь тьмы, властелин преисподней!</p>
   <p>        Заявление прозвучало интригующе. Несмотря на общие заблуждения, такие подробности самоубийца вряд ли выяснил сам. Кто бы их ни сообщил, он явно заверил, что тайны останутся тайнами, если сам культист не откроет рот.</p>
   <p>— Интересно, почему все забывают, что пресловутый дьявол даже не просто ангел, а архангел, — неторопливо произнес владыка ада. — Между прочим, я не люблю эти прозвища. Предпочитаю оставаться Люцифером или Утренней звездой. Но тут уж кто как называет.</p>
   <p>        До культиста дошло не сразу. Уставившись на фигуру в белом, он долго хлопал глазами, пока на его лице не разлилось ошеломленное понимание. Наконец-то он понял, с кем имеет дело.</p>
   <p>— Господин! Повелитель! — восторженно возопил он. — Какая честь узреть вас лично!</p>
   <p>Ноги ему словно подрубили. Распростершись ниц, он тут же пополз лобызать стопы самому дьяволу.</p>
   <p>        Настал черед удивляться Люциферу. Теперь <emphasis>у него</emphasis> концы с концами не сходились. Вне всяких сомнений, культист служил неким силам зла с заведомо дурными целями. Использовал ли он для этого демонов, либо заключил с ними сделку — в данном случае значения не имело. Его душа не отягощалась меткой, однако заслуги все равно привели в обитель проклятых. Тут-то и начиналось самое загадочное. Люцифер был уверен, что этот человек ему не служил, в какой бы форме это ни выражалось. Преследуя свои цели, культ стремился сохранить их в тайне, в том числе и от владыки ада. Так выглядело до сих пор, однако на деле внезапно получилось наоборот.</p>
   <p>        Признав того, кого считал господином, культист выражал ему бесконечную и безоговорочную преданность. Выражал тем самым образом, который Люцифер терпеть не мог, начиная от подобострастного славословия и заканчивая валянием в ногах. Рабы — это было по части отца небесного, которые так себя и величали. Люцифер имел дело только с теми, кто принимал его сторону достойно, и ничтожеством себя не называл.</p>
   <p>— Довольно, — поморщился он, отстраняясь от пресмыкавшегося культиста. — Умолкни и дай поглядеть, что тут к чему.</p>
   <p>        За чтением души дело не стало. Архангел управился бы сам, а культист и вовсе открывался ему добровольно. Его деяния, тайны и помыслы стали известны Люциферу до последней мелочи; все — даже забытые самой душой, как из далекой юности, так и недавнего прошлого, оставленные без внимания или утратившие для нее значение. Сокрыть что-либо от него было невозможно, вне зависимости от намерений и помыслов. Искусная ложь открывала правду, а самая правдоподобная истина представала таившейся за ней фальшивкой. Словесная шелуха развеивалась, глубокие омуты самообмана озарялись ярким светом. Заглядывая в любую душу, этот архангел не ведал себе равных. Преграды, способной не пустить его пристальный взор, в мироздании не существовало.</p>
   <p>        Увиденное Люциферу не понравилось. Эта душа заслуженно угодила в ад, ибо за ней хватало тяжких прегрешений. Она натворила дел еще до оккультизма и демонов, а после кратно усугубила ситуацию. Мозаика, однако, не складывалась. Совершая очевидное зло, культист творил его не ради корысти, а во имя самого зла. Он был настоящим религиозным фанатиком, который поклонялся тьме. Сатанисты поступали так сплошь и рядом, но по большей части они вели себя как самонадеянные, не знающие сути глупцы. Результат получался соответствующий, то есть обычно никакой. У этого же культа плоды трудов были налицо, а до сих пор Люцифер о нем даже понятия не имел.</p>
   <p>        Заглянув в эту душу, архангел едва ли получил ответы на свои вопросы. Пожалуй, их только прибавилось, чему он обрадовался еще меньше, нежели своему прежнему неведению. Формально, культист уже не мог ничего добавить. На том их знакомство можно было прекратить, предоставляя грешника его судьбе, однако Люцифер хотел расставить точки над i. Причины для этого оставались. Душа не могла утаить истину, но имела ее собственную интерпретацию. Он видел это разночтение и решил удостовериться в некоторых деталях.</p>
   <p>— Сейчас я буду спрашивать, а ты отвечать. Попробуешь увильнуть или солгать — и я устрою тебе ад в аду. Поверь, я на такое вполне способен, — сурово произнес он.</p>
   <p>— Спрашивайте, господин! Я скажу вам все, что вы хотите знать! — снова распластался культист, к великому неудовольствию Люцифера.</p>
   <p>        Расспросы имели определенный смысл. Архангел был универсальным детектором лжи. Он улавливал даже разницу между правдой и тем, что душа считала правдой. Ее он замечал и так, однако прицельный допрос позволял прояснить все досконально. Задавая вопросы, Люцифер незамедлительно получал словоохотливые ответы. Стараясь и заискивая, культист говорил даже больше, чем требовалось, выказывая преданность и как бы подчеркивая, сколько он сделал для князя тьмы. Загвоздка заключалась в том, что тот ему этого не велел. Велел кто-то другой, и здесь возникала загвоздка номер два. Культист и понятия не имел, кто именно.</p>
   <p>        Дьяволопоклонники бывали разные. Сам Люцифер неоднократно это повторял, проводя между ними лишь одну общую черту — никакого отношения к их деяниям он не имел. Приносимые жертвы оставались на совести самих приносителей, равно как их дикие фантазии о служении злу и вечной тьме. Чем бы ни руководствовались сатанисты, какие бы фанатичные заблуждения ни исповедовали — Люцифера это не касалось. На их воззвания он не отвечал, подношения и молитвы игнорировал, за исключением тех случаев, когда был вынужден являться по призыву. Тогда он наказывал своеобразно, отыгрываясь за это обязующее правило отца.</p>
   <p>        Поклонявшиеся тьме, мечтавшие о вселенском зле именно зло и тьму и получали. За сущую мелочь, не имевшую реальной ценности, Люцифер забирал их души в ад, где им было самое место. Призрак суетной власти или бренное богатство ничего ему не стоили, однако гарантировали результат. Его гарантировала и иллюзия могущества в виде жалких фокусов, пародии на подлинные возможности темных сил. Пресекая разгул фанатиков, Люцифер замещал его вредом поменьше, за который неизменно наступала расплата.</p>
   <p>        Отработанная методика действовала безотказно. Либо сатанисты играли в ряженых и подлинной угрозы не представляли, либо были известны наперечет, и за свои дела непременно получали воздаяние. Так было до сих пор, пока в этой аксиоме не появилось исключение. Вне всяких сомнений, загадочные культисты творили зло. Настоящее зло, с прямым участием демонов, однако к владыке преисподней они ни разу не обращались, оставаясь для него в тени и неведении.</p>
   <p>        Полученные от самоубийцы, пространные сведения сомнений не вызывали. Душа не могла солгать, если ее читала сама Утренняя звезда. Именно этим она и озадачивала. Культисты призывали демонов, а взамен не получали никакой выгоды. Точнее, они получали силу, позволявшую им вести свою работу плодотворнее — но и только. Их целью было лишь одно — установить на земле власть Люцифера, который об этом и понятия не имел. Целью настолько фанатичной, что для себя они не просили ничего, ожидая награды лишь по пришествию царства тьмы. Для этого они и звали демонов, не получая метку проклятых ввиду отсутствия привычной корысти. Не просто звали, а находили им тела, обеспечивая долгосрочную одержимость.</p>
   <p>        Как говорится, первый блин комом. Одержимая бесом, девушка стала бесполезной жертвой, однако на ошибках учатся. Набираясь опыта, культисты научились призывать кого надо, а не мелких сошек, от которых не было никакого толку. Для этого они использовали схему в несколько этапов, отлаженную настолько хорошо, что та никогда не дала бы сбой, не вмешайся случай в виде архангела.</p>
   <p>        Бары представляли собой отличные охотничьи угодья, ибо там всегда толпился разношерстный народ. Сельская местность не подходила завсегдатаями, но мегаполис изобиловал случайными посетителями. Выискивать в них одиночек было проще простого. Желавшие компании, они охотно клевали на подсадных соблазнительниц и ловеласов. Знатоки своего дела, те легко обрабатывали подходящих людей, после чего увозили их на особую квартиру. Там в дело вступал культист, отвечавший за проверку кандидатуры.</p>
   <p>        Абы кто тут не годился. Требования предъявлялись разные, начиная от пола и заканчивая социальным положением. Разумеется, не обходилось и без надлежащей совместимости, ибо одержимости надлежало быть высшего качества. Если кандидат не подходил, его отвозили в отель и отпускали на все четыре стороны. В случае одобрения он попадал к другому культисту, где события принимали более продуктивный оборот. Какой? Допрошенный Люцифером, самоубийца понятия не имел. Он отвечал лишь за проверку кандидатов, а все остальное было вне его ведения и компетенции.</p>
   <p>        Весь культ был основан на высочайшей конспирации. Условно выражаясь, правая рука не знала, что делает левая. Всем заправляла голова, и этих голов насчитывалось больше чем у мифологической гидры. У каждого из культистов был свой куратор, от которого они получали силу и указания. Эти роли принадлежали демонам, и о них культисты не знали ровным счетом ничего. Даже имен, не говоря уже о количестве и планах. От них требовалось лишь одно — безоговорочно выполнять указания своего куратора, не лезть в дела других и вопросов не задавать.</p>
   <p>        Напоминая шпионскую сеть, культ далеко превосходил любую за счет сверхъестественного управления, умелого разделения и информационного вакуума. Прокол одного обособленного звена не означал катастрофы для другого, и уж тем более не для всей организации. Самоубийца раскрыл Люциферу всех, с кем контактировал лично, однако не смог сообщить, где и кто проводил ритуалы, приводившие к одержимости, и в чем заключался ее смысл. Он банально этого не знал. Ему было известно, что места для призыва демонов постоянно меняют, чтобы сохранять высочайший уровень секретности — но и только.</p>
   <p>        Ответив на все вопросы, культист умолк. Сам он говорить не решался, а Люцифер не спешил спросить что-нибудь еще. Также он не торопился уходить или применять наказание, хотя ему хотелось и то, и другое. Ничем не выдавая озабоченности, он быстро соображал, что вообще происходит.</p>
   <p>        Разумеется, демоны обо всем Люцифера не извещали. Они постоянно действовали в отведенных границах и о каждом своем шаге не докладывали. На такую бюрократию у владыки ада не хватило бы ни времени, ни желания. На мелочи он внимания не обращал, а за серьезные проступки сурово наказывал. Сочетание законов и кары держало преисподнюю в узде, и до сих пор осечки не давало. Возможно, демоны и сейчас ничего не нарушали, однако с подобной конспирацией правитель ада сталкивался впервые, и объяснения ей не находил.</p>
   <p>— Мы скрываемся от прислужников небес, мой великий господин! — словно угадав его мысли, осмелился пояснить самоубийца. — Они наверняка помешают, едва проведают о нашем замысле.</p>
   <p>— О каком замысле? — машинально спросил Люцифер.</p>
   <p>— Ваше вечное владычество на земле, — угодливо напомнил культист.</p>
   <p>— Каким образом? — раздраженно уточнил владыка ада.</p>
   <p>— Это знают только наши кураторы, — развела руками падшая душа. — Никто из нас не сможет выдать тайну, ибо заведомо ее не знает. Но почему вы об этом спрашиваете, мой непревзойденный Лорд? Вам же все известно и так. Вы меня проверяете?</p>
   <p>        Непревзойденный Лорд не подал и виду. Теряясь в догадках, он сохранял холодную невозмутимость. Еще не хватало, чтобы в его могуществе возникли сомнения.</p>
   <p>— Безусловно, — сурово кивнул он. — Оттого я и послал к вам своего служителя. Незаметно проверить, как идут дела. А ты его чуть не прикончил!</p>
   <p>— Простите меня, мой огненный повелитель! Я же не знал, что это ваш человек! Я принял его за посланника врага! — убоявшись кары, упал на колени культист. — Вы и сами… Уж не прогневайтесь… Своим светом заставили меня в этом увериться. Если бы я знал, кто почтил меня визитом, я бы не принял яд, как мне было велено в экстренной ситуации.</p>
   <p>— Кем велено? — быстро спросил архангел. — Я таких распоряжений не отдавал, — с наигранной милостью пояснил он. — Я берегу своих верных слуг.</p>
   <p>Ответив умоляющим взглядом, культист лишь беспомощно развел руками.</p>
   <p>        Как обычно, Люцифер не солгал. Своих служителей он и правда оберегал, однако этот негодяй к ним не относился. Он просто этого не уточнил. Он едва удерживался, чтобы не воздать ему по заслугам, и особенно за сожженную в квартире девушку. Бедняжка погибла ни за что, и ее смерть взывала к справедливости. К сожалению, возмездие приходилось отложить. Эта пропащая душа представляла известную ценность, и для нее приходилось разыграть небольшой спектакль.</p>
   <p>— Я тобой доволен, — чуть не прикусив себе условный язык, изрек Люцифер. — Я сожалею, что ты несвоевременно сюда попал, но и здесь я найду для тебя особое задание.</p>
   <p>— Какая честь, мой прекрасный господин! — возопил культист, пребывая в настоящем экстазе. — Что прикажете делать?</p>
   <p>— Узнаешь позже. Пока побудешь у этого жертвенника, — велел Люцифер. — Не волнуйся, тебя никто не тронет, — добавил он, увидев озабоченность на лице души.</p>
   <p>        И снова владыка ада не лукавил. Все сказанное оказалось сущей правдой. Он и впрямь был доволен этим мерзавцем. Доволен тем, какие сумел узнать от него сведения. Пускай и немного — это было явно лучше, чем ничего. В ад он загремел и впрямь неурочно, ибо Люцифер отправил бы его сюда гораздо раньше. Особое же задание заключалось в том, что из культиста он хотел сделать приманку, о чем ему, разумеется, не сообщил. И трогать его он действительно запретил, для чего поставил соответствующую метку. До поры. Когда в этом поганце отпадет всякая надобность, тот познает истинное лицо и щедрость Люцифера, ну а до тех пор…</p>
   <p>— Скажи, ты сможешь опознать тех демонов, с кем тебе доводилось встречаться? — словно так, между прочим, осведомился архангел.</p>
   <p>        Полученная из души, эта информация оставалась безликой даже для владыки ада. Демоны представали в ней лишь фигурами, безымянными и неопределенными формами. Человеческое восприятие не сохранило ничего, что помогло бы их идентифицировать. Польза повторной встречи при этом не исключалась.</p>
   <p>— Не знаю. Может быть, — усиленно копаясь в памяти, заметно растерялся культист.</p>
   <p>— Это важно. Я хочу проверить, кто из них и насколько мне верно служит, — на всякий случай пояснил Люцифер. — В аду, знаешь ли, свои порядки. Желая мне угодить, демоны зачастую идут на интриги, чтобы выслужиться. Они соперничают за положение, используют грязные приемы и устраняют конкурентов, а из-за этого страдает дело. Сам понимаешь, ставки слишком высоки, чтобы я допускал нечто подобное.</p>
   <p>— Вы оказываете мне огромную честь, мой великий повелитель! — просиял фанатичный самоубийца. — Ваша воля для меня закон! Я и мечтать не мог, что стану частью ваших божественных замыслов! Что мне выпадет счастье послужить вам лично!</p>
   <p>        Замыслы великого повелителя простирались гораздо дальше, нежели сатанисты могли представить, и уж точно не им на пользу, однако открыто об этом говорить не стоило. Обитатели ада их не разделяли. Планы Утренней звезды не нравились им точно так же, как и его отцу на небесах, вот только его это не волновало. В известном смысле, он и впрямь слушал лишь себя, не считая любимой сестры и Михаила. Того самого брата, который низверг его в ад, но который оставался единственным, кого по-настоящему ценил и уважал Люцифер.</p>
   <p>— Есть еще вопрос, — хоть и не желая больше видеть эту душу, все-таки сказал он. — Чем объяснялось, что вам запрещено обращаться лично ко мне?</p>
   <p>        Выстрел был не наугад. Ко всем именам, составлявшим пресловутый Легион, опальному архангелу приписывались и сомнительные достоинства. Не в последнюю очередь, среди них числилась и хитрость. Святоши считали ее дурной чертой, да чьи бы уста глаголили. Острый и прозорливый, ум Люцифера использовал ее как оружие, иной раз дающее больше, нежели самая разрушительная грубая сила. Вопрос заключался в цели, ради которой она применялась, и эта цель отличалась от вечного ада на земле.</p>
   <p>— Архангел Михаил, — огорошил Люцифера ответ культиста. — Он следит за вами, мой непревзойденный Лорд. Однажды он уже помешал вам захватить власть. Второй раз этого не будет. Обратившись к вам, верные слуги удостоятся вашей милости, и тем самым подпишут приговор. Себе и всему замыслу, ради которого они так стараются. Поэтому мы никогда ни о чем вас не просили, ни разу к вам не обращались. Так велели наши кураторы. Но вы же об этом знаете.</p>
   <p>— Знаю, — сдержанно кивнул Люцифер, опустив перед этим слово "теперь".</p>
   <p>        Разговор тет-а-тет произвел неизгладимое впечатление на обоих. Пребывая как в раю, душа культиста-самоубийцы осталась у гранитного жертвенника, коротать время в качестве приманки. Она была в восторге, удостоившись внимания своего Лорда — самого князя тьмы и будущего правителя мира. Не только внимания, но и поручения, ради которого она могла вытерпеть любые испытания. Люцифер, в свою очередь, находился не в лучшем расположении духа. Чем больше он узнавал про эту историю, тем больше подозревал, что здесь неладно. Косвенные свидетельства, обрывки сведений и недомолвки указывали на нечто такое, чего он не знал, и что ему явно следовало знать. Что именно? Это владыка ада и собирался выяснить. Покинув культиста, он решил несколько сотен дел, требовавших его внимания в аду. Затем он снова обратился к своим служителям, отдавая приказ о незамедлительном призыве.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Придя домой, брокер снял верхнюю одежду и уселся в кресло у журнального столика. В отдыхе он не нуждался, равно как и в пище, и мог занимать время чем-то более продуктивным. Поддерживая образ, он посещал эту квартиру и проводил в ней несколько часов, пока не возвращался на работу. Работал он и теперь. Используя ноутбук, подключенный к настенному телевизору, он оставался на торгах и следил за уймой финансовых показателей. В отличие от человека, он обладал несомненно б<emphasis>о</emphasis>льшими возможностями, чтобы охватывать массу информации и преуспевать на рынке акций. Он видел и знал такое, что оставалось недоступно для людей, и пользовался своими источниками, неизменно приносившими успех. Его клиенты были довольны, в то время как позиции их конкурентов ослабевали.</p>
   <p>        Судя по цифрам, очередные сутки прошли на волне успеха. Вернувшись в квартиру, брокер не бахвалился, однако чувствовал, что заслужил достойное поощрение. Пускай и лишь винтик в механизме, он успешно справлялся со своей задачей, и преуспевал бы дальше, не прознай о его делишках некто неожиданный. Кое-кто такой, кому о них знать не стоило.</p>
   <p>— Рассказывай, — внезапно раздался чей-то голос, одновременно с тем, как в воздухе возникла упругая волна.</p>
   <p>Ошеломленный дальше некуда, брокер повернулся и увидел, что соседнее кресло уже не пустовало. Теперь его занимал архангел, с которым он предпочел бы не встречаться.</p>
   <p>        Столь неожиданный визит наверняка носил отнюдь не светский характер. Учитывая обстоятельства, брокер предпочел бы узреть Люмениферус или даже Михаила.</p>
   <p>— Что рассказывать? — смятенным голосом отозвался он.</p>
   <p>Точнее, демон, сидевший в этом захваченном человеческом теле.</p>
   <p>— Все, — сурово и многозначительно произнес Люцифер.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>– 7 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        Для тех, кто смотрел не глазами, эти клиники походили одна на другую. Большие и малые, бюджетные и дорогие, они были раскиданы по всему миру, где это позволяли средства, намерения и социум. Они отличались интерьером, внешним видом и персоналом. В зависимости от стоимости или региона, люди туда приходили разные, однако всех приводила одна и та же беда. Бесплодие. Единое и унифицированное, имело значение лишь оно, а все остальное было только оболочкой, дизайнерски оформленной вывеской и маркетинговым ходом. За этим фасадом из белых халатов, наглядных брошюр и различных методик, скрывались надежды и печали. Они приводили в клинику, где обещали оказать надлежащую помощь. Они же удерживали там до последнего, пусть даже самого призрачного шанса на результат.</p>
   <p>        Переполненные больницы, онкологические центры, дома для умалишенных и даже пункты оказания первой помощи изобиловали эмоциями, то и дело бьющими через край. На неких сравнительных весах они должны были перевесить все клиники по лечению бесплодия, однако зачастую происходило совсем не так. Надежда на рождение ребенка, тоска при невозможности такового превосходили уйму страстей, как вознося на седьмое небо, так и повергая в пучину отчаяния. Спокойные на вид, эти клиники пронизывали чувства, незримые на обычный взгляд. В них никто не кричал, не сидел у постели тяжелобольного, не страдал от болей и не терял близких людей, но радости и терзания там встречались нешуточные. Люмениферус знала это как никто другой. Она смотрела не на лица, а в сердца, слушала не ушами, а особым, дарованным только ей чутьем. Томимых неопределенностью, пациентов эмоционально лихорадило. В душе у них творились рай и ад, и порой они бушевали так, что архангел улавливала это издалека.</p>
   <p>        По мере развития цивилизации развивалась и медицина. Предрассудки отступали, дремучие обычаи оставались в прошлом. Научные достижения толкали локомотив прогресса. Прежде крамольное и невозможное становилось нормальным и обыденным. Когда-то бесплодие оказывалось приговором. Не имевшая детей, пара была обречена на прекращение рода, и лишь немногие счастливчики составляли исключение. О чудодейственном лечении не шло и речи. В это исключение входил развод, как единственное средство попробовать снова. Точнее, аннулирование брака, ибо в былые времена фанатизм доминировал над здравым смыслом. Одному из супругов это не помогало, зато другой хотя бы так добивался своего. Бесплодие именовалось как болезнью, так и карой божьей, в зависимости, кто и от какого ума это говорил. Как бы там ни было, поделать с ним веками ничего не получалось, пока однажды просвещение не преодолело мракобесие. Тогда очень многие обрели надежду, а утерянные мечты начали превращаться в быль.</p>
   <p>        Непрерывно совершенствуясь, технологии увеличивали шансы на успех. В отличие от ЭКО, лечение бесплодия подразумевало естественный процесс, не прибегая к младенцам из пробирки. Оно даровало классическое отцовство и материнство, приносило счастье рождением долгожданного ребенка. К сожалению, даровало не всегда. Какие-то случаи пока не поддавались медицине, где она лишь беспомощно разводила руками. Генетически сложные, иные даже в перспективе ей не поддавались вовсе. Тогда на помощь науки рассчитывать не приходилось. Тогда, отвечая на мольбы, приходила архангел Люмениферус.</p>
   <p>        Клиники по лечению бесплодия служили надежным источником бездетных людей. Искать их по всей земле не приходилось. Проверяя списки экзорцистов, Люцифер особо не преуспел. Священники воевали совсем не с теми, с кем следовало бы. В отличие от него, Люмениферус не жаловалась на отсутствие клиентуры. Врачи свое дело знали, и диагнозы обычно ставили безошибочно. Ее внимание привлекали безнадежные пациенты, которых медицина не могла исцелить обычным путем. Вот только помогала она не всем. Само по себе, неизлечимое бесплодие еще не считалось основанием для ее вмешательства. Наученная тысячелетним опытом, она понимала, что несет ответственность за последствия и судьбы людей, в том числе судьбу грядущего ребенка.</p>
   <p>        Люмениферус нечасто сидела сложа руки, однако и в клиниках не дежурила. Не в состоянии разорваться, она старалась успевать всего понемногу. Туда она наведывалась по случаю, когда выпадала подходящая оказия. Как правило, она выбирала ближайшее такое учреждение, в зависимости от того, в какой части света находилась. Предпочтений она не отдавала никому, не глядя на пол, расу или положение в обществе. Ее решение определяли совсем другие факторы, каковые в клиниках обычно во внимание не принимались.</p>
   <p>        Ответственное дело требовало ответственного подхода. Прошли те времена, когда Люмениферус бросалась на помощь, едва натыкалась на мать, мечтавшую о ребенке. Врачи изучали медицинские показатели, а психологи и социальные службы — семейные. Они работали с настоящим, оценивая текущую ситуацию. В отличие от них, архангел заглядывала в будущее. Она определяла не только перспективу, но также потенциальные последствия. Рождение ребенка приносило в мир не только новую жизнь, но и новую судьбу. Вплетаясь в судьбы многих, она могла не повлиять на них никак, а могла породить значительные исторические потрясения. Хоть и отличаясь импульсивностью, Люмениферус старалась действовать взвешенно и неторопливо. Это давалось ей непросто, однако она все делала на совесть, и приходила лишь тогда, когда была уверена, что к этому готова.</p>
   <p>        Посетив очередную клинику, Люмениферус ощутила знакомый напор эмоций, исходивший от каждого дюйма этого заведения. Ей было легко и тяжело одновременно. Легко — ибо она все угадывала еще издали, читая в сердцах и чревах не хуже чем в медицинских картах. Тяжело оттого, что чувства напоминали шквал, кативший через бушующий океан. Нахлестывая вновь и вновь, он заливал ее с головы до ног, окунал в пучину горя и тут же швырял в заоблачную высь сияющей радости. Все это сильно влияло на саму Люмениферус, раскачивая лодку ее сострадания и симпатии к человечеству. Кораблекрушение грозило незамедлительной помощью всем и вся, чего допускать никак не стоило. Стараясь не поддаваться порыву, она концентрировалась на том, за чем пришла, а именно на поиске кандидатуры. Совмещая чувства и науку, она прислушивалась к страждущим и анализировала записи врачей.</p>
   <p>        Миновав приемную, Люмениферус проследовала по коридору, читая переживания пациентов, но стараясь о них не думать. Направляясь в архив, она собиралась начать именно оттуда, как вдруг из дальнего кабинета появилась женщина. С трудом удерживая слезы, она поспешно шла навстречу Люмениферус, а впереди нее катила мощная эмоциональная волна. Ввиду бесплотности, она не сбивала с ног, однако архангел замерла как оглушенная. Оставаясь невидимой, она уставилась на приближавшуюся женщину. Когда они поравнялись, Люмениферус незаметно коснулась ее плеча, и окончательно удостоверилась в диагнозе. Нужда в медицинском архиве отпала. Оставаясь незримой, она последовала за этой женщиной, лишенной последней надежды из-за бессилия врачей.</p>
   <p>        Продолжительная дорога привела в большой особняк. Не теряя женщину из виду, Люмениферус сложила крылья, ибо летела за ее машиной, и быстро осмотрелась по сторонам. Похоже, его хозяева в средствах уж точно не нуждались. Хоть и прилично одетая, женщина не производила впечатления богачки, но только до тех пор, пока на глаза не попалось ее жилище. Его роскошное убранство соответствовало внешнему виду, а прислуга наверняка работала не забесплатно. Особняк сиял образцовой чистотой, хозяйку приветствовали на входе, а об ее машине тут же позаботились и отогнали в гараж. Немногословная в своей печали, женщина прошла к себе, заперлась и упала на постель, орошая подушку наконец-то выпущенными слезами.</p>
   <p>        Изучение кандидатки не затянулось. Физическое изучение, ибо читать непосредственно в душах Люмениферус не умела. Ей приходилось использовать иные методы. Бесплодие сомнению не подлежало. Эта женщина не могла иметь детей, о чем ей сообщил сегодня лечащий врач, однако архангелу требовались и другие сведения. Покинув спальню, она досконально оглядела особняк, а затем прикинулась цветочницей и разговорила прислугу.</p>
   <p>        От личного контакта с кандидатом Люмениферус воздерживалась. Проникнувшись его драмой, она легко утрачивала объективность и поступала эмоционально, в ущерб всему остальному. Посторонних людей это не касалось. Завоевав их доверие, она узнавала очень многое, умело отделяя правду от сплетен и вымысла. Так получилось и сейчас. С корзиной цветов, Люмениферус проникла в особняк словно к себе домой. Раздаривая букеты, исподтишка тут же и воплощаемые, она не торговала продукцией, а собирала информацию. Своим очарованием, щедростью и прекрасными цветами она пленила всю прислугу, от которой услышала подробностей на целый телесериал.</p>
   <p>        Медленно, но верно брак распадался. Некогда очень пылкие, супруги уже не выказывали прежней любви. Их страсть осталась в прошлом, и теперь они не уделяли друг другу нежного внимания. Формально, так бывало у многих, и многие же проходили через этот порог обновленными. С годами первичные чувства остывали, но трансформировалась в нечто иное, еще более крепкое и фундаментальное. Это соединяло пару не любовным жаром, а установившейся духовной связью и совместно нажитыми нематериальными ценностями. Хотя и утратив изначальный пыл, люди становились еще более близки. Близки по-человечески, на сформировавшейся взаимной привязанности и чем-то гораздо большем, нежели плотское влечение. К сожалению, в случае с хозяевами особняка именно этого и не происходило.</p>
   <p>        Возможно, бесплодие и было одной из причин, почему романтические чувства охладели, а на смену им так ничего и не пришло. При желании, сей факт архангелу вполне удалось бы установить, однако значения это уже не имело. Семейная жизнь трещала по швам. Надеясь вернуть расположение супруга, жена отчаянно хотела завести ребенка, которого минувшие годы им так и не принесли. Теперь она лишилась этой надежды и заливалась слезами, одиноко тоскуя в затененной спальне. Тут бы Люмениферус ей и помочь, однако на поверку ситуация выглядела непросто.</p>
   <p>        В этой состоятельной паре по-настоящему обеспеченным оказался только один. Быть богатым самому и состоять с богатым в браке — ни разу не одно и то же. По закону, львиная доля имущества принадлежала мужу, и даже в случае развода брачный контракт иного не подразумевал. Разумеется, наличие детей кардинально изменило бы ситуацию, однако их как раз и не было, а семейный союз постепенно угасал. Муж не собирался разводиться, однако логика подсказывала, что постепенно все к тому и шло. Заводя интрижки, он все меньше обращал внимания на жену, и однажды потерял бы к ней интерес совсем. Желая ребенка, женщина надеялась сохранить семью; если уж и не пробудить былые чувства, то создать нечто новое, на основе родительского союза и любви к общему дитя.</p>
   <p>        Уяснив, что к чему, Люмениферус совсем не удивлялась. Такая ситуация была давно не нова. Многие женщины шли по этому пути, и нельзя сказать, что безуспешно. Благодаря ребенку, немало семей не распалось, а впоследствии стало даже крепче. К сожалению, для значительного их числа получалось только хуже. Поднаторев среди людей, Люмениферус знала это хорошо, как знала и то, что богатство супруга иные половинки пытались удержать любой ценой. Правда, в данном случае о корыстном умысле речь не шла. Точнее, он не был приоритетным, ибо в первую очередь жена хотела удержать именно мужа. Деньги ее интересовали, но меньше, нежели сохранение семьи. Тут Люмениферус опять бы пойти ей навстречу, однако с решением она по-прежнему не спешила. Разузнав, кто супруг, она покинула особняк и отправилась его повидать.</p>
   <p>        Заведомо зная, кого искать, найти конкретного человека для архангела хлопот не представляло. Не успев покинуть одно место, она появлялась в другом, и такой чередой очень быстро обнаружила нужного мужчину. Тот особо и не скрывался. Подозрения Люмениферус подтвердились. Его флирт уже перерос в супружескую измену, хотя развода он пока не желал. Застать за прелюбодеянием его не удалось, да это было и ни к чему. Люмениферус все видела и так, читая эмоции в сердцах мужчины и его спутницы. Сидя в ресторане, формально оба говорили о делах, однако она примечала гораздо больше, нежели те и сами могли бы рассказать.</p>
   <p>        В прямой контакт Люмениферус не вступала. Ей было достаточно находиться рядом, улавливать чувства и слушать биение сердец. Химия и психология человеческой любви открывались ей понятнее, нежели таблица умножения доктору математики. Муж пока не забыл жену, однако верность ей уже не хранил. Его помыслы и желания обращались на любовницу, интрижка с которой довольно бурно развивалась. Привязанный к ней, но осторожный, он соблюдал внешние приличия, не давая общественности повода злословить. Ничем не выдавая своего присутствия, Люмениферус только слушала и наблюдала. Улучив момент, она прошла за его спутницей в уборную и там, представившись чьей-то невестой, хорошенько ее разговорила.</p>
   <p>        Влечение оказалось взаимным. Любовницей не двигала корысть. Хоть ей и не чуждые, материальные ценности отошли на второй план. Этот мужчина ей действительно нравился, и она ощущала прилив распалявшейся любви. Фактически, ее сдерживал только его брак, мешавший отдаться этому растущему и всеобъемлющему чувству. Любовница не хотела стать причиной развода, очутиться в роли разрушительницы семьи. При этом жить, все время таясь, испытывать неловкость и чувство вины она тоже не желала. Очутившись меж двух огней, она не знала, как поступить. Как мотылек-однодневка, она жила текущим моментом, и в будущее заглядывать не осмеливалась. Для Люмениферус, между тем, это будущее уже наступило, и дальнейшее развитие событий теперь она видела очень хорошо.</p>
   <p>        Чувства супруга и любовницы были искренними. Более того, они окрепли настолько, что превращались в нечто большее, нежели простая романтическая связь. Рождение ребенка уже ничего не могло предотвратить. Либо эти двое обретут друг с другом счастье, дождавшись развода и вступив в законный брак, либо оба останутся несчастливы, если нынешний брак все же сохранится. Более того, несчастным станет и ребенок, причем при любом развитии событий. Он познает все, начиная от разлада между отцом и матерью до осознания, что стал всего лишь попыткой сохранить семью. Даже в раннем возрасте дети чувствуют, если родители не ладят, а когда они этого еще и не понимают — становится только хуже.</p>
   <p>        Безусловно, мать полюбит свое дитя, однако любовь бывает разная. У этой женщины она получится болезненной, и чем больше станет отчуждаться муж, тем отчаяннее и гипертрофированнее жена станет выражать ее на ребенке. Ни ей, ни ему это на пользу не пойдет. Отец, в свою очередь, постарается окружить его надлежащим вниманием и заботой. Окружить очень даже искренне, но супружеский холод будет накладывать свой неизгладимый отпечаток. Постоянная двоякость, вынужденная двуличность послужат залогом отнюдь не примерного воспитания. Уступая обстоятельствам, несчастное сердце перестанет говорить, но скажется это не только на чем-то конкретном, а решительно на всем.</p>
   <p>        Душевных совместных ужинов не получится, рождественское веселье трансформируется в пресную постановку, а любые семейные праздники превратятся в фарс. Фасад благополучия и близости окажется пронизан фальшью и неестественным, натянутым и неискренним поведением. Не став плодом любви, ребенок ее не заменит, и сам по-настоящему не обретет. Хуже того, в какой-то момент он начнет винить в этом себя, что скажется на нем не лучшим образом. В клинике лечения бесплодия этого не знали, и сами потенциальные родители ни о чем таком даже не догадывались. Только Люмениферус видела все яснее некуда.</p>
   <p>        Будущее было вариативно, однако в данном случае архангел не усматривала счастливого исхода. Рожденный из-за страданий, ребенок пострадает сам, а исходные страдания увеличатся еще больше. Желая сотворить добро, она посеет совсем иное, и ничего хорошего это не принесет. Иди речь о естественном появлении дитя, она не несла бы никакой ответственности. Такова была бы жизнь, уж какая есть. Исцеляя от бесплодия, даруя жизнь принципиально новую, Люмениферус отвечала за последствия. Отвечала в полной мере, кого и на что именно обрекала. Вмешиваясь не впервые, она регулярно брала на себя смелость изменить существующий порядок, но только тогда, когда была уверена в своей правоте. Приняв решение, она ни мгновения не колебалась. Став невидимой, она расправила крылья и покинула эту супружескую пару навсегда.</p>
   <p>        Направляясь в другое место, Люмениферус не сомневалась, что поступила правильно. Ей было жаль бесплодную жену, заливавшую подушку горькими слезами, но чувства следовало обуздать. Сейчас ее вмешательство исключалось, однако у несчастной женщины оставался шанс. С другим мужчиной она получит то, что ныне столь отчаянно желала. Не с этим — именно с другим, если сама вдруг не передумает. Уж как это произойдет, и произойдет ли вообще — остается исключительно за ней, ее поступками и выбранной судьбой. Люмениферус о ней не позабудет. Она посетит ее в новых отношениях, достаточно крепких для рождения ребенка, и тогда, вероятно, исцелит. Но не раньше, и уж точно не ради сохранения того, что сохранить уже никакими силами было невозможно.</p>
   <p>        Очередное посещение клиники не требовалось. Люмениферус не выискивала кандидатов по одному. У нее на примете всегда был целый перечень, который она проверяла, но не в ущерб кому-то новому. Не вмешиваясь в предыдущем месте, она без промедления устремилась туда, где на сей раз и сама надеялась сотворить благую весть. Угнетенная собственным отказом, умом она понимала, что поступила правильно, однако чувствам это было не объяснить. Они томились горем, испытанным той женщиной, и еще больше терзались от того, что не сумели его прекратить. Такова уж была натура Люмениферус. Сотворенная дарить любовь и счастье, она прекрасно сознавала, что зачастую именно этого сделать не могла, и оттого становилась несчастной сама. Ее мысли и чувства вступали друг с другом в противоречие. Разум указывал на ошибку эмоций, а эмоции не желали слушать голос разума. Заглушить эти страсти можно было лишь одним — новой искренней заботой, которую Люмениферус доведет до счастливого конца.</p>
   <p>        Не чета роскошному особняку, скромная сельская хижина не могла похвастаться достатком и благополучием. О ребенке, однако, мечтали и здесь. Палящее солнце и сухая земля не очень-то располагали к процветанию, однако упорный труд приносил свои пусть и скудные, но плоды. Оставаясь бездетной, молодая пара все-таки надеялась на чудо; верила, что однажды и в их доме раздастся призывный детский плач. Увы, надежды эти постепенно таяли. Время шло, а брак не приносил ожидаемого пополнения. Врачи же оставались для супругов недоступными. Дорогостоящее лечение было им попросту не по карману, да и клиника располагалась астрономически далеко. В этой деревне люди едва сводили концы с концами, и могли рассчитывать только на себя.</p>
   <p>        Побродив по окрестностям, Люмениферус отметила царившую кругом бедность, местами переходившую в нищету. Дома возводились из подручных материалов. Старая техника дышала на ладан, а ржавые автомобили были выпущены лет сто назад. Электричество оказалось одним из немногих плодов цивилизации. Центральная канализация отсутствовала, что порождало изрядную антисанитарию. Домашняя скотина — худая, как и ее хозяева, — гуляла на свободном выпасе, что чистоты и порядка уж точно не прибавляло. Как таковой, отсутствовал и водопровод, который заменяли колодцы и ручные насосы. Чистая вода становилась такой же роскошью, как и полноценное здоровое питание. Жители деревни очевидно недоедали. До анорексии у них не доходило, однако о лишнем весе приходилось лишь мечтать.</p>
   <p>        Скромный рацион позволял не умереть от голода — и только. Простая одежда укрывала от палящего солнца, а по ночам согревала от холода, но на этом ее функции заканчивались. О каких-либо вечерних нарядах, платьях для коктейля и теннисных костюмах говорить не приходилось. Большинство селян видели их только на картинках, хотя иным посчастливилось узреть нечто подобное на проезжих туристах. В домашнем обиходе точно так же доминировали простые вещи. Незатейливые и практичные, они исправно служили по назначению, однако порой и гроша ломаного не стоили.</p>
   <p>        Складывалось впечатление, что цивилизация обошла эту деревню стороной, а то и вовсе находилась на другой планете. Люмениферус, впрочем, такое уже повидала. В былые времена даже процветающие города окружали нищие пригороды, а величественные замки феодалов возвышались над убогими селами. В современном мире не слишком многое изменилось. Оно лишь приобрело другие масштабы, трансформировалось в межконтинентальный разброс достатка и ценностей. Более развитые государства сплошь и рядом становились таковыми за счет доноров. Любой из них презрительно именовался страной третьего мира, и звучало это так, как будто она сама и была в своей отсталости виновата. В реальности же богатым традиционно требовались бедные. Чтобы один условный человек имел миллион монет, ему требовался миллион человек, живущих на одну монету в день. И к странам это тоже относилось. Целым странам, прозябавшим для того, чтобы другие купались в благополучии.</p>
   <p>        Несправедливость, царившая в мире смертных, Люмениферус давно задевала за живое, однако сегодня она пришла в деревню не за этим. Здесь и сейчас она была не в состоянии все исправить, надеясь только на общий с Люцифером план. В данный момент от нее зависело одно — подарить конкретной женщине детей или нет. Экономическая, медицинская и социальная обстановка говорили, что не стоит. В этой деревне люди не столько жили, сколько выживали. Образованием для них была начальная школа, да и та в нескольких милях пешком, а врачебной помощью больница, до которой они добирались почти день. На большее рассчитывать не следовало, и все же селяне не жаловались, хотя приходилось им несладко. Они не то чтобы привыкли — они научились довольствоваться малым, и радовались каждому новому дню, который наступал с восходом солнца. Исхудавших и босоногих, своих детей они любили, пускай у тех и не было дипломов, как и великого будущего. Любили искренне, и дети простодушно отвечали им тем же.</p>
   <p>        Простая и тяжелая, мрачная и светлая одновременно, жизнь в этих краях оставалась такой же, что и много лет назад. Размеренно и непрерывно, она текла своим чередом, забирая в землю одни поколения и производя на нее другие. В этот устоявшийся порядок Люмениферус не вмешивалась. ПОКА не вмешивалась, за неимением сил повлиять на таковой. Для этого у нее были иные планы, исполнители и цели. Здесь и сейчас она размышляла, подарить ли еще одного малыша этому бедному селению и утлому дому. Чтобы увериться в своем решении, она осталась наедине с бездетными супругами, незримая для них, но зрящая все для себя.</p>
   <p>        Обоюдная привязанность мужа и жены сомнений не вызывала. Простая и бесхитростная, она базировалась на фундаментальных ценностях, и в их искренние чувства ничто не вносило разлад. Любовь не угасала. Невзгоды только закаляли молодых супругов. Их взаимная поддержка крепла и росла. Суровая жизнь, борьба за выживание ничуть не озлобляли их сердца, не отравляли и не иссушали души. Достаток их был мал, а будущее не сулило ничего, кроме низкооплачиваемого труда и необеспеченной старости, однако они не думали о плохом. Они думали только о хорошем, и очень огорчались, что это хорошее не вошло в их дом долгожданным малышом, непоседливым и крикливым карапузом. Растить его было бы непросто. Многодетные семьи несли потери, компенсируя качество количеством, добиваясь выживания за счет увеличения численности. Среди ребятишек смертность была высока, и все же супруги хотели попытаться, уверенные, что справятся и сумеют поставить детей на ноги. Детей, которых у них не было, и которые оставались лишь в мечтах.</p>
   <p>        Мало кто заметил, что ночью из хижины лучился какой-то свет. Яркий и белоснежный, он проникал через зашторенные окна, озарял трещины в стенах и находил себе путь сквозь дверную щель. Его происхождение осталось неизвестным. Супругов никто не спрашивал, а сами они ничего не ведали, погруженные в глубокий и беспробудный сон. Ответ знала лишь архангел. Оценив все обстоятельства, ум рекомендовал ей вмешиваться, но на сей раз чувства перевесили, а они велели наоборот. Заглядывая в будущее, она увидела детей, которые любили и были любимы. Их ждала непростая судьба, но у кого в этих краях складывалось иначе? Другие семьи получили от жизни шанс. Этой супружеской паре его даровала Люмениферус. Не она придумала правила, заставлявшие прозябать и умирать одних, пока жировали и процветали другие. Она привнесла в них толику справедливости, сотворила любовь и жизнь взамен печали и бесплодной смерти. И в своем решении ни на мгновение не усомнилась.</p>
   <p>        Третий кандидат на исцеление выглядел весьма отличным от предыдущих. Это выражалось не в расе, телосложении или возрасте. Он отличался решительно всем, начиная от передвижения на четырех конечностях и заканчивая роскошной шубой с толстым хвостом. Хвостом толщиною в руку, который приветливо изгибался, выказывая одобрение Люмениферус.</p>
   <p>— Ну что же ты, приятель, подводишь? Так дело не пойдет, — ласково журила она, почесывая за ухом здоровенного снежного барса.</p>
   <p>Тот жмурился и млел. Развалившись на твердом насте, он топорщил усы и норовил прикусить архангела за пальцы. Разумеется, тоже ласково, проявляя свою кошачью симпатию.</p>
   <p>— Давай поправим твою беду? Маловато вас осталось, — потрепав его по голове, предложила Люмениферус.</p>
   <p>        Опустившись возле барса на колено, архангел собиралась вернуть ему плодовитость. Хищник не возражал. Едва ли понимая о чем речь, он осознавал, что от этой светоносной сущности можно ожидать только хорошее. Он не боялся и не пытался убежать, и уж тем более не атаковал. Кроткий словно котенок, он не выказывал неудовольствия этой женщине, которая лишь выглядела таковой. Барс повидал людей, и держался от них подальше. Немного, но повидал, чего было достаточно, чтобы констатировать очевидное — эта особа к ним не относилась. В ангелах и демонах он не разбирался, поэтому воспринимал все интуитивно, а интуиция наполняла его существо покоем. Он не испугался даже света, который полился от ладони женщины, и только помахивал хвостом, пока его окутывала нега, ощущение накатившего тепла и блаженства.</p>
   <p>        Где-то в горах сошла лавина, отдаваясь в ущелье протяжным низким гулом. Заворчали потревоженные камни, скрипучим треском устроили перекличку исполинские сугробы. Барс и ухом не повел. К таким далеким звукам он привык с рождения. Он умел отличать реальную опасность от обычного фона, а сейчас с ним была и эта светившаяся женщина. Сам не ведая как, барс нутром ощущал, что в обиду она его не даст, и рядом с ней никакие угрозы не страшны. Блаженно жмурясь, он лежал бы и лежал, овеянный ее необыкновенной лаской, но продолжалось это совсем недолго. Люмениферус хорошо знала свое дело.</p>
   <p>— Порядок, — унимая белоснежный свет, поднялась с колена она. — Теперь, красавчик, ты как новенький. В полном расцвете сил.</p>
   <p>Барс ответил звуками, жутковатыми на слух, но по сути означавшими кошачье мурлыканье.</p>
   <p>— Вставай, чего разлегся! — с притворным возмущением воскликнула Люмениферус. — Пойдем искать тебе подружку.</p>
   <p>        За парой для ирбиса проблемы не стало. В этих краях Люмениферус бывала не впервые, и хорошо разбиралась, что тут к чему. Популяция снежных кошек оставляла желать лучшего. Какое-то время они вообще находились на грани вымирания. Наконец-то спохватившись, люди приняли некоторые меры на официальном и даже межгосударственном уровне. Люмениферус приняла их неофициально. Совместными усилиями, положение удалось исправить, причем не привлекая излишнего внимания чудесами и необъяснимо взрывным приплодом.</p>
   <p>        Путешествующая в горах, странная пара могла бы повергнуть в остолбенение любого случайного свидетеля. Архангел летела, неторопливо помахивая крыльями и держась как можно ниже к заметенной земле. Рядом с ней вприпрыжку галопировал снежный барс. Проваливаясь в снег, он выныривал оттуда с грациозной легкостью, проворно огибал валуны, перескакивал через препятствия и ничуть не уставал. Овеянный силой архангела, он чувствовал прилив энергии, и сейчас мог бы не запыхавшись преодолеть сотню миль. Путешествие, однако, имело свою цель, отнюдь не прогулочную и не такую уж далекую.</p>
   <p>— Смотри, вон твоя невеста! — крикнула Люмениферус, указывая куда-то вдаль.</p>
   <p>        В подсказках барс не нуждался, ибо увидел да учуял все и сам. Объяснять, что от него требовалось, было ни к чему. На подобный случай у него имелась подходящая серенада, не слишком музыкальная на человеческий лад. Оглашая ей окрестности, он припустил еще бодрее, и вскоре уже крутился рядом с одинокой самкой, всячески выказывая ей признаки своего расположения.</p>
   <p>        Наблюдая за парой ирбисов, ближе к ним Люмениферус не подлетала. Мешать им никак не стоило — сами разберутся. Она позаботилась о главном, а остальное пойдет своим естественным чередом. Бесплодие мешало этому самцу завести потомство, а в здешних местах женихи у невест в изобилии не водились. Теперь она уменьшила дефицит, внеся свою лепту в немногочисленную популяцию. Улыбаясь, архангел наблюдала за двумя огромными кошками — как они сначала осторожничают, а затем завязывают отношения и вступают в игру.</p>
   <p>— Развлекаешься? — раздался чей-то знакомый голос.</p>
   <p>Люмениферус обернулась. За эхом в горах, увлеченная созерцанием снежных барсов, она не услышала появления Михаила.</p>
   <p>        Заведомо не зная, чем вызван визит брата, сестра решила исходить из пессимистичного сценария. Логика была проста, тем более что посещениями ее не баловали. Как правило, ей пеняли за действия на земле, хотя без лишней строгости и тем более нагоняя.</p>
   <p>— Что опять не так? — подняла бровь Люмениферус. — Ты уже и на диких кошек ополчился?</p>
   <p>— Напротив. Наконец-то ты занята полезным и при этом безобидным делом, — явно не уловил иронии Михаил. — Интересовалась бы ты лишь природой — я бы тебе ни разу и слова не сказал.</p>
   <p>— Мог бы и помочь, раз одобряешь. Только от тебя, пожалуй, дождешься, — буркнула Люмениферус.</p>
   <p>— Я и помог, — спокойно ответил Михаил. — Ты постоянно что-то забываешь. Заботясь о барсах, ты упустила из виду браконьеров.</p>
   <p>— Что?! Где?! — тут же переполошилась сестра.</p>
   <p>— Не волнуйся, я это уладил, — воздел ладонь военачальник небес. — В отличие от тебя, я обошелся без сожжения и масштабных разрушений.</p>
   <p>        Михаил не солгал, тем более что ложь не входила в его характер. Дело было не в том, что он считал ее неправедной и принципиально себе не позволял. Ему и сдерживаться не приходилось. По своей натуре он просто считал ее пустой и никчемной, как парящий орел ковыряние в гнилом болоте. Браконьеров он и впрямь наказал, однако не прибегал к смертоубийству и прочим непоправимым штучкам.</p>
   <p>        Горы — прекрасный, но суровый и беспощадный край, который не прощал ошибок. Опасность там подстерегала на каждом шагу. Очередной несчастный случай никого не удивлял, даже если его подстраивал архангел, о чем ни одна душа никогда не догадается. Возможностей для этого вполне хватало, причем возможностей природных, без всяких небесных дополнений. Михаил, однако, позволил себе немного выдумки, не иначе заразившись творческим подходом от Люмениферус.</p>
   <p>        Угодить в собственный капкан — это было настоящим воздаянием по справедливости, воплощенным поистине эффектно. Расставив их на ирбисов, браконьер уже и руки потирал, готовясь собрать свою покалеченную жатву, когда на деле все вышло наоборот. Метель, ландшафт, игра теней, а может и причуды памяти сыграли с ним дурную шутку. Так думал сам браконьер, когда вдруг лязгнуло железо, и его ногу пронзила острая боль. Точнее, тогда он думал лишь о ней, завалившись на снег и заходясь истошными воплями. Попытка осознания наступила позднее, на пути из гор.</p>
   <p>        Гадая, как такое вышло, браконьер ограничивался рациональными версиями, отчего об истинной причине своего фиаско даже не подозревал. Возмездие архангела не оставило следов. Одной лишь своей волей, Михаил переместил жестокую ловушку, но позаботился о том, чтобы она не оказалась для злодея фатальной. Без помощи тот не остался и благополучно попал в больницу, однако с варварским промыслом ему пришлось завязать. Полученная травма не прошла без последствий. Врачи сделали все возможное, но серьезная хромота уже не излечивалась. С такой по горам не походишь, и капканы тут и там не понаставишь.</p>
   <p>        Помимо траппера, в горах промышляли и другие браконьеры, которые тоже заслуживали внимания. Капканов они не ставили, предпочитая винтовки с оптическим прицелом. Не загоняя в ловушку, Михаил и сам обошелся с ними более простыми методами. Со склонов и уступов всегда что-нибудь да сыпалось. Как правило, это обходилось без последствий, однако не тогда, когда падение направлял могущественный архангел. Абсолютно все были уверены, что браконьерам элементарно не повезло. Треснувшая наледь спровоцировала локальный, но очень стремительный и опасный камнепад. Никто не погиб, ибо в замысел это не входило. Большие и малые, камни и фрагменты льда угодили куда надо со снайперской точностью.</p>
   <p>        Сильнейшее сотрясение мозга — уж точно не помощник в охоте, и тем более незаконной. Отбитые и растянутые конечности, не позволявшие уверенно держать винтовку — тоже. Михаил позаботился, чтобы браконьеры не лишились нормальной жизни, но при этом о запретном промысле позабыли. Он оставил им достаточно здоровья для семей и общества, однако убийственное занятие оно уже исключало. Все это он поведал Люмениферус, желавшей узнать подробности. Спокойно и без прикрас, говорил он так, словно учитель преподавал школьнику урок.</p>
   <p>        Идея с капканом понравилась сестре особо. Она и сама не отказалась бы провернуть подобный номер, и теперь жалела, что не провернула. Дарившая жизнь, охотников она не любила, а браконьеров и тем паче. При этом она понимала нужды людей, разделяя охоту для пропитания от охоты для развлечения. В первом случае она никогда не вмешивалась, отдавая дань природному устройству вещей. Во втором же временами не отказывала себе в желании устроить какую-нибудь каверзу. Михаил был прав, когда предположил, что одним лишь сотрясением мозга у нее дело бы не ограничилось. С ее чувственной импульсивностью, она похоронила бы злодеев под завалом, а трапперу оттяпала капканом ногу.</p>
   <p>— Спасибо, — кивнула Люмениферус, в кои-то веки радуясь вмешательству брата. — Но ты явно не за этим объявился.</p>
   <p>— Одну женщину ты исцелила, другую нет, — своеобразно ответил Михаил. — Помыслы твои чисты, но прозорливости им по-прежнему не хватает. Тебе требуется наглядный пример.</p>
   <p>        Иные высказывания звучали как настоящий ребус. Раздраженная такой манерой речи, Люмениферус не сразу поняла, что брат имел в виду. Как оказалось, порицание в его словах отсутствовало. Михаил одобрил ее взвешенный подход, когда она не дала воли эмоциям и не стала порождать одни лишь несчастья. Непродолжительное избавление от горя не стоило последующих страданий. Ценой появления ребенка становилось несчастье замешанных людей, которое приводило к несчастливой жизни самого ребенка.</p>
   <p>        Второе вмешательство Михаил оценивал более скептически, однако в итоге находил его справедливым. Непростое положение деревни не считалось основанием для обделения конкретной семьи. Она имела равные права со всеми остальными, и Люмениферус приняла хоть и сложное, но верное решение. Брат это признавал, что от него нечасто приходилось слышать. Только где же тогда он усматривал недочет?</p>
   <p>— В чем мне не хватило прозорливости? — недоумевая, осведомилась Люмениферус.</p>
   <p>— Сейчас поймешь, — отозвался Михаил.</p>
   <p>        Не считая особых случаев, архангелы перемещались в мгновение ока. Поманив сестру за собой, брат привел ее в одноэтажный дом, расположенный в тихом пригороде. Окружая город, спальные районы дарили собственную землю и покой, которого не найдешь среди оживленных, наполненных смогом и автомобилями улиц. Привыкшие к сутолоке, прожженные горожане никогда не могли этого понять, так же как жители предместий не разделяли их пристрастия к каменным джунглям. Впрочем, это был вопрос личных предпочтений. Конкретное место ничего не значило. Значение имели только его жильцы, к каковым относилась новоиспеченная вдова.</p>
   <p>        Молодой женщине не было еще и тридцати. Выйдя замуж за военного, она понимала, что порой им придется надолго разлучаться. Увы, она никак не ожидала, что расстаться им придется скоро и навсегда. Ее муж погиб, о чем с прискорбием сообщало его командование. Родные и близкие выражали соболезнования, государство обещало всяческую поддержку, но ни посмертные медали, ни деньги или цветы не могли вернуть безутешной воде ее любимого мужа. Убитая горем, она побледнела и осунулась, проливая слезы и потеряв всякий аппетит. Ее психологическое состояние пошатнулось. Она была сильна душой и отличалась крепкими нервами, однако сейчас совершенно естественно дала слабину, пребывая в глубоком шоке. Она никого не хотела видеть, и ограничивалась лишь необходимыми контактами, в том числе подготовкой к похоронам.</p>
   <p>        Незримая, как и брат, Люмениферус наблюдала за вдовой, бродившей по дому неслышной тенью. Она ощущала ее скорбь и сильнейшую боль, походившую на фонтанирующий источник. Она сочувствовала ей всем своим существом, однако поделать ничего не могла, о чем незамедлительно и сообщила.</p>
   <p>— Ты позвал меня ее успокоить? Вернуть этой бедняжке душевное равновесие и восстановить психику? — озадаченно спросила Люмениферус. — Боюсь, брат, ты обратился не по адресу. Такое подвластно только Люциферу, но сейчас бессилен даже он. У этой женщины огромное горе. О каком, черт побери, успокоении речь? Не делать же из нее блаженную идиотку, накачанную гормональными транквилизаторами. Такие моменты люди переживают сами, и только сами.</p>
   <p>— И в мыслях не было, — качнул головой Михаил. — Я думал, ты догадаешься и сама, раз я позвал тебя. Именно тебя, ибо лишь ты и способна сделать то, что не под силу никому другому.</p>
   <p>— Э-э-э? — недоуменно протянула Люмениферус, вынуждая его снизойти до разъяснений.</p>
   <p>        Супруги расстались совсем недавно. Муж, безусловно, погиб, и о воскрешении не шло и речи. Он был не просто мертв, а официально, при свидетелях. Поди потом объясни людям ожившего покойника. Кроме того, душа этого достойного человека пребывала не в аду. Обращение к Люциферу исключалось, а вернуть ее с небес у архангелов силы не было. Супруг покинул землю навсегда, оставив жену горевать по своей утрате, но он мог оставить ей не только воспоминания. Он заслужил достойную память — не посмертную звезду, а настоящую награду, которой не слишком-то справедливо лишился. Его жена не ждала ребенка, однако сама этого не знала. Сейчас этого не знал никто, как не знал и того, что ребенок вполне мог бы быть. Сроки подходили, и даже у самого подозрительного священника или врача не возникло бы и тени сомнений.</p>
   <p>        — Постой-постой, ты хочешь, чтобы я… — запнувшись, не договорила Люмениферус.</p>
   <p>— Да, — кивнул Михаил. — Для этой женщины ТАКОЙ ребенок будет счастьем. Ее любимый муж погиб, но он оставит по себе прекрасную память, что станет ему наградой даже в раю. Малыша воспитают в любви и заботе. Он вырастет хорошим человеком, достойным своего отца. И отец будет гордиться им там, на небесах, как мать еще долгие годы на земле.</p>
   <p>— <emphasis>Малыша</emphasis>? — выразительно переспросила Люмениферус.</p>
   <p>— Подари им сына, — подтвердил Михаил. — Сейчас это вполне в твоей власти. Настоящего сына от них обоих. Генетического материала в доме достаточно.</p>
   <p>— Шовинист, — фыркнула сестра, однако дважды просить себя не заставила.</p>
   <p>        С работой Люмениферус не справился бы и консилиум докторов, какую бы совершенную технологию люди ни придумали. Более того, с ней не справились бы даже другие архангелы вместе взятые. Люцифер был знатоком и врачевателем душ, полновластным владыкой ада, а целитель и полководец Михаил командовал небесным воинством, сильнейшим и величайшим из когда-либо существовавших. Их могущество было велико. Они умели сокрушать не только города, но и целые звездные системы, возводить исполинские конструкции и оперировать любой материей. Казалось, их возможностям нет предела, и все же было то, что оставалось им не по плечу. Способные отнимать миллиарды жизней, даже одной-единственной они подарить не могли. Люмениферус же не просто дарила. Она делала это настолько мастерски, что в точности воплотила замысел Михаила, искусно добавив туда кое-что и от себя.</p>
   <p>        Плоды трудов светоносной архангела не заставили себя ждать. Вдова и не заметила, как задремала, а когда проснулась, то все было сделано. Издав утробный звук, она порывисто зажала рот ладонью. Рвота подкатила неожиданно. С трудом удерживая спазмы, она побежала в ванную, где провела целых полчаса. Вернувшаяся родня застала ее в плохом состоянии и немедленно вызвала скорую. По прибытии в больницу у вдовы диагностировали сильнейшую интоксикацию.</p>
   <p>        Извещение о беременности стало оглушительной новостью. Остававшиеся в палате, родственники только рты разинули. Не сразу уразумев услышанное, вдова поначалу не реагировала, а затем разразилась бурными слезами. Содрогаясь всем телом, она плакала навзрыд, однако Михаил оказался прав. К ужасной боли и глубокому горю теперь примешивалось и щемящее счастье, еще не осознанная, но уже разраставшаяся в сердце радость.</p>
   <p>        Наблюдая за происходящим, архангелы удостоверились, что все проходило как надо.</p>
   <p>— Молодец. Отлично справилась. Впрочем, другого я от тебя и не ожидал, — похвалил сестру Михаил. — С интоксикацией — это ты ловко придумала, чтобы о беременности стало известно сразу.</p>
   <p>— Скоро пройдет, — кивнула Люмениферус. — Я не наш отец, мучить эту бедняжку не стану. С нее вполне достаточно дисменореи. Теперь на похоронах она не будет походить на призрак, да и в целом скоро окрепнет, начнет заботиться о себе. Ведь ей теперь придется заботиться и о детях.</p>
   <p>— Прекрасный расчет, — улыбнулся Михаил. — Пожалуй, под моим присмотром ты и впрямь… Погоди-погоди! ДЕТЯХ?!</p>
   <p>Прервав одобрительную тираду, последние слова он произнес с весьма ошеломленным выражением.</p>
   <p>— Двойня, — не без удовольствия сказала Люмениферус. — Мальчик и девочка. Близнецы. Ты говорил про сына — получи и распишись, однако запретов на дочку я что-то не слыхала.</p>
   <p>        Соображая, как отреагировать, Михаил лишь кряхтел, искоса поглядывая на сестру. Он пытался понять, его превзошли или провели, послушались его наставлений или откровенно поиздевались.</p>
   <p>— Ты в своем репертуаре, — вне зависимости от выводов, хмуро констатировал он. — Чего и удивляться, что отец был тобой недоволен. Что тебе ни поручи, ты всегда делаешь все по-своему.</p>
   <p>— Отец специально сотворил меня другой. Не такой, как вы с Люцифером и остальные братья. Так почему вы все удивляетесь, что я другая? — поджала губы Люмениферус.</p>
   <p>— Вообще-то я не об этом говорил, — смутился Михаил.</p>
   <p>— Нет, именно об этом! Просто не напрямую! — сверкнула глазами сестра. — Я слышу такое постоянно, хотя не факт, что ты и сам это понимаешь.</p>
   <p>        Михаил умолк. Вступать в полемику с Люмениферус он не собирался. В отличие от разговоров с Люцифером, сейчас он не опасался ее превосходства, да только тема была очень щекотливая. Тут что ни скажи, сестра почти во всем окажется права, поскольку обошлись с ней и впрямь не слишком-то справедливо. Вслух, конечно, он такого не произнес. На радость Люциферу, это означало бы, что он признает недостатки отца, разбивает всеобщее заблуждение про его непогрешимость. Чтобы сохранить лицо, Михаил переключился на вдову, все еще рыдавшую от невероятного известия.</p>
   <p>        Военачальник небес заглядывал в будущее получше многих. Воплощение справедливости, он просто не имел права на ошибку, пусть даже допущенную по неосторожности. До того как позвать сестру он обдумал все, что касалось этой женщины. Ее сына он предвидел хорошо, и был уверен в благоприятном развитии событий. Теперь же в беременность добавилась новая переменная, самовольно введенная туда Люмениферус. Это не могло не повлиять, и Михаил внимательно смотрел в пространство, где перед ним проносились варианты человеческих судеб.</p>
   <p>        Начинаясь из ростка как дерево, ветвистые цепочки жизней разрастались и постепенно переходили в многомерную Вселенную. Там были все: мать, сын, дочь, их родственники, знакомые, соседи, и многие другие, с кем им доведется встречаться и взаимодействовать. Очень многие, в масштабах немалой части человечества на протяжении долгих лет. Анализировать такую информацию не смог бы ни один суперкомпьютер, включая те, что люди когда-либо изобретут. Но то люди и суперкомпьютер. Архангел был существом иного порядка, выше которого стоял лишь всеведущий бог. И для архангела такая задача была вполне по силам, хотя его прогноз имел определенную погрешность и занимал некоторое время.</p>
   <p>        Проверяя грядущее, внезапно изменившееся благодаря сестре, Михаил заведомо не думал, что сделает потом. Что он предпримет, если увидит там нечто нежелательное, а то и вовсе неприемлемое. Прерывание беременности? Спровоцированный аборт? Михаил не осуждал людей, идущих на подобные меры, однако для архангела такие действия были априори недопустимы. Рождение ребенка позволяло избежать морального тупика, однако последующий несчастный случай тут тоже не подходил. Военачальнику небес только и не хватало клейма детоубийцы. Он был не в состоянии отдать такой приказ, равно как и сделать это собственноручно. Фактически, он понятия бы не имел, как следует поступить, и очень долго ломал бы голову, ища способ выкрутиться. К счастью, обошлось. Неожиданная выходка Люмениферус не натворила бед, а приумножила грядущие радости.</p>
   <p>        Прекрасно понимая, чем занят брат, сестра столбом не стояла. Приблизившись к вдове, она овеивала ее своим излучением. Она не заглушала боль и не пыталась преуменьшить значение утраты. В психологии такой подход назывался замещением, и она научилась ему от Люцифера. Благотворное воздействие помогало перенаправить мысленный поток, переключиться с одного на другое. Благодаря влиянию архангела, вдова больше думала о том, что сейчас приобрела, а не давеча потеряла.</p>
   <p>— Вынужден признать, что твоя самодеятельность пошла на пользу, — закончив копаться в будущем, подал голос Михаил.</p>
   <p>— А ты воображал, что я сделала это, не подумав, к чему все приведет? Что могла пожертвовать судьбой людей просто тебе назло? — прохладно отозвалась Люмениферус. — Хорошего же ты обо мне мнения, братец.</p>
   <p>— Был бы плохого, тебя бы не позвал, — спокойно парировал Михаил. — Я рад, что ты повела себя осмотрительно. Только больше так не делай, не посоветовавшись со мной.</p>
   <p>— Плачу тебе взаимностью, — заметила сестра. — Я пока не поняла, в чем мне якобы не хватило прозорливости, а отвечать ты не торопишься. Используешь в своих интересах — и только.</p>
   <p>        С точки зрения Михаила, он предъявил все более чем наглядно, однако Люмениферус концентрировалась не на том.</p>
   <p>— Пример у тебя перед глазами, — пояснил он. — Твое вмешательство постоянно выходит за рамки естественности. Ты-то архангел, да люди этого не знают. Твои чудеса им регулярно приходится как-то объяснять, а нынешнее чудо этого не требует. В своем деле ты великолепна — не отнимешь, но твои действия заметны. Будь ты более осмотрительна — цены бы тебе не было.</p>
   <p>— Теперь ТЫ в своем репертуаре, — насупилась Люмениферус. — Только и умеешь критиковать. Между прочим, я просила меня подучить. Недавно, в парке, где ты и сам, помнится, дел наворотил.</p>
   <p>— Этим я и занят, — как-то даже удивился Михаил.</p>
   <p>— Ты занят своим очередным солдатом! — возмутилась сестра. — А я тебе в этом помогаю!</p>
   <p>— Так это и есть обучение, — просветлел Михаил. — Просто оно на пользу нам обоим. Ты можешь сделать то, чего не могу я, и наоборот. Я не оставил без внимания твою просьбу и решил ее удовлетворить.</p>
   <p>        Не ожидавшая ничего подобного, Люмениферус недоверчиво посмотрела на брата. Она-то думала, что ее используют. Она не отказывалась помочь, и уж тем более в таком прекрасном деле, однако прикидывала, можно ли тут извлечь выгоду для своего замысла. Та же, как оказалось, свалилась на нее сама.</p>
   <p>— Хочешь сказать, что сейчас не смотаешься восвояси? — не без сомнения уточнила она. — Что мы теперь будем заодно?</p>
   <p>— Смотаюсь, но ненадолго, — улыбнулся Михаил. — Я наметил длинный список дел. Поверь, нам найдется, чем заняться. Совместим мои и твои возможности на общее благо. Я смогу сделать гораздо больше, чем хотел. Ты наберешься опыта, который вряд ли приобретешь в одиночку.</p>
   <p>— Звучит неплохо, — оживленно одобрила Люмениферус, хотя на самом деле ей понравилось далеко не все.</p>
   <p>        Союз с Люцифером отличало равенство. При всем своем самомнении, тот считал сестру ровней. Он не пытался над ней доминировать, открыто или исподтишка выказывать превосходство. В отличие от него, отношение Михаила носило иной характер. В нем сквозило если и не лидерство, то покровительство. Возможно, неосознанно, но даже в предложенном тандеме ее явно видели на вторых ролях. Это было не слишком-то приятно. Люмениферус терпеть не могла снисходительность, пускай и продиктованную из лучших побуждений, однако и виду не подала. Главное — Михаил пошел на сближение, а остальное она организует сама.</p>
   <p>— Ну, что там у тебя дальше? — с искренней заинтересованностью спросила она.</p>
   <p>— Не волнуйся, скоро я тебя позову, — заверил ее Михаил и удалился, закончив эпизод с понесшей вдовой.</p>
   <p>        Оставшись одна, Люмениферус провела еще один сеанс целительной терапии. Лежавшая смежив веки, заплаканная вдова в нем очень даже нуждалась. Предвидеть будущее не значило ничего не делать. Сколь радужным бы оно ни рисовалось, сложа руки сидеть не стоило. Предсказанное не означало сбывшееся, и особенно для того, кто оказывался в курсе предсказания. Архангелам это было хорошо известно, как известно и то, что именно поэтому людям запрещалось знать свою вероятную судьбу. Заранее объявленный результат приводил к нарушению естественности поступков, вплоть до полного отсутствия таковых. Зачем стараться, если тебе суждено прославиться или разбогатеть? "Кому суждено быть повешенным, тот не утонет". Уверенные в предначертанном, люди не делали того, что должны были, а в итоге оставались безвестными, нищали и тонули, собственноручно ломая свою жизнь.</p>
   <p>        Обратные варианты тоже не работали, хотя мифы и легенды полнились такими историями. Предсказания о дурных вещах не провоцировали необратимость их наступления. Желая обмануть судьбу, люди чего только ни творили, и вполне себе ее избегали, но ценой их метаний становились судьбы других. Принцип действовал всегда единообразно. Вне зависимости от сути будущего, его знание нарушало развитие событий. Оно создавало новый исход, а не порождало то, что приводило к заранее известному. В квантовой физике это выражалось в явлении, когда наблюдение за объектом меняло свойства этого объекта. Применительно к людям, их судьба менялась, едва они про нее узнавали.</p>
   <p>        Небеса не случайно лишили человечество возможности заглядывать наперед. Ни к чему хорошему это не приводило, с чем соглашался даже антагонист Люцифер и эмоциональная Люмениферус. В кои-то веки правы были и священники, когда утверждали, что знание будущего — от дьявола. Почти правы, поскольку Утренняя звезда традиционно оказывалась не при чем. Ворожба подразделялась на фальшивую и подлинную. С первым случаем было все понятно. Наживавшихся на доверчивых людях, аферистов и шарлатанов хватало в любые времена. Второй вариант тоже разночтений не допускал. Кем бы ни был прорицатель, и какие бы цели он ни преследовал, настоящие предсказания никогда не обходились без участия темных сил.</p>
   <p>        Строя козни и желая зла, демоны сломали не одну судьбу, которая приводила к великим или важным свершениям. Предсказание будущего было опасным инструментом, позволявшим эффективно вредить человечеству. Выбирая цель, они основывались на ее важности для людей. При надлежащем упорстве, они имели неплохие шансы испортить ей грядущее, смахнуть с вселенской шахматной доски и воздействовать на саму историю. Демоны знали это хорошо, и пользоваться предсказаниями любили. Доведись им возможность, они просветили бы всех и каждого, устроив на земле немыслимый хаос. Препятствием тому оставался антураж.</p>
   <p>        Обычная болтовня и нашептывания не годились, равно как и драматические появления в духе театральных постановок. Видения и надписи, странные послания и прочая чертовщина могли запугать, но никак не повлиять. Бормочущие на улицах, хватающие за руки прорицатели — тоже. Психология людей работала иначе. Они должны были поверить, что им предсказывают будущее, а для этого требовались их личная инициатива и участие. Не гадалка должна была приходить к человеку, а человек к гадалке. В противном случае любые, даже самые благоприятные или ужасные прогнозы всерьез не воспринимались или забывались, не оказывая долгоиграющего эффекта.</p>
   <p>        Особенность забывать была уникальной чертой людей. Уникальной и двоякой — и преимуществом и недостатком одновременно. Они предавали забвению то, что не стоило, зато с такой же легкостью стирали в памяти опасное и дурное. Порой, именно эта черта защищала их от неестественной судьбы, уж как бы ни старались демоны. Люмениферус прекрасно это знала, что позволяло ей вмешаться, не опасаясь за будущее конкретного человека. Прежде она допускала промахи, но опыт наделил ее филигранным мастерством.</p>
   <p>        Действуя в настоящем, Люмениферус умело оперировала и грядущим, понимая цену своих поступков. Она не становилась заложницей обстоятельств и не следовала по пути самой же созданного будущего. Как архангел, она не разделяла человеческих заблуждений, не зависела от предначертанного, и ее знания были освобождены от последствий. Занимаясь вдовой, Люмениферус не делала это потому, что должна, и что именно так велело некое будущее, которое в противном случае не свершится. Она <emphasis>просто</emphasis> это делала, поскольку беременной женщине требовались забота и уход. Пообещав долгожданное содействие, Михаил удалился, и теперь Люмениферус совмещала приятное с полезным. Ожидая развития событий, она не бездельничала и не забывала о взятых на себя обязательствах.</p>
   <empty-line/>
   <subtitle>* * *</subtitle>
   <empty-line/>
   <p>        Для архангелов время текло иначе. Реально не существуя, оно вообще было величиной условной и относительной, поэтому создания высшего порядка вытворяли с ним все, что хотели. Ну, почти все. В прошлое они вернуться не могли, за физическим отсутствием такого состояния в мироздании. В будущее они также не перемещались, поскольку оно творилось только мгновением настоящего и оставалось вариативным. Даже архангелы были не в силах попасть туда, что еще не появилось, зато именно в настоящем их возможности оказывались почти неограниченными. Пока для человечества проходил фигуральный месяц, за счет скорости мышления и перемещений архангелы переживали многие столетия.</p>
   <p>        Больше всего времени отнимали люди. За ними приходилось приглядывать, выжидать момент, слушать разговоры и продолжительно изучать. На это уходили минуты, часы, а порой даже и дни, что было очень и очень много. Когда этого не требовалось, архангелы успевали переделать уйму дел. В известном смысле, они становились вездесущи, поскольку за астрономическую секунду могли побывать в тысяче разных мест, и еще за пару секунд сделать что-то в каждом. Элементарная математика говорила, что в три тысячи секунд они укладывали тысячу визитов, где производили некие действия. Подсчет выходил сугубо приблизительный, поскольку иные дела улаживались почти мгновенно, а некоторые требовали куда больше времени, но суть он передавал верно. Как бы там ни было, архангелы успевали многое, переносясь по всему мирозданию и не ограничивая свою деятельность исключительно землей.</p>
   <p>        Верный обещанию, Михаил не обманул, и ждать себя не заставил. Призвав Люмениферус, он и впрямь начал брать ее с собой. Не везде, но часто, привлекая сестру к своим делам и даже снисходя до того, чтобы не забывать об ее собственных. В расчет Люмениферус входило само их сближение, вне зависимости от дальнейшей деятельности, однако о ней она ничуть не пожалела. Более того, она погружалась в нее увлеченно и с усердием, выказывая качества прилежной ученицы, благодаря чему едва ли не заново открывала для себя законы мироздания и устройство Вселенной.</p>
   <p>        Веками проживая среди людей, Люмениферус подстраивалась под их быт, перенимала поведение и училась не выделяться. Это даровало ей известные преимущества, и особенно в понимании тех, к кому она проявляла столько внимания и заботы. Став ближе к людям, она как никто разделяла их заботы и чаяния, однако это сказывалось и на ней самой. Побочным эффектом оказалось то, что она заработала инерцию мышления. Обдумывая вмешательство, Люмениферус оперировала человеческим восприятием, когда мысленно создавала сцену и прокручивала в ней действие так и этак. Михаил же наглядно показал, насколько она была ограничена в средствах и кругозоре. Не привязанный к людям, он мыслил заведомо масштабнее, отчего применял не локальные, а космические методы.</p>
   <p>        Иные вещи выглядели неприметными и элементарными, но при этом умели воздействовать не хуже заумных схем. Для чувственной Люмениферус стало открытием, как просто можно использовать луну, которую она вроде бы знала вдоль и поперек. Романтика любви считалась ее коньком, однако она была удивлена, что тщательно обставленную сцену способно заменить отражение лунного света.</p>
   <p>        Решающее значение имел точно рассчитанный момент. Блеснув в озерной глади или зеркале затененной спальни, месяц порождал эффект, которого Люмениферус добивалась более сложным путем. Сновидения, запах цветов, продолжительная подготовка и кропотливое создание антуража зачастую попросту не требовались. Своевременно появляясь где следовало, серебристый луч приводил к тому же желаемому результату, и при этом без физических последствий. Он не требовал сотворения предметов и подстроенных обстоятельств, которые регулярно замечали люди. Не оставляя следов, он оставался в сердце, но не в памяти, и уж точно не в сводках новостей, куда иногда попадала очередная затея Люмениферус.</p>
   <p>        Эмоции представляли свою стихию, полноценную и могучую. Пускай и не материальная, она не выражалась в молниях или пламени, но порой порождала больше жизни, чем солнечный свет, и разрушений нежели свирепый ураган. Владея ей как никто другой, Люмениферус чувствовала и творила, улавливала мельчайшие ноты и создавала настоящие симфонии. Воздействуя на людей, она читала их сердца, дарила прекрасное, овеивала светом и оберегала от тягостей. Все это, безусловно, у нее получалось, и получалось поистине волшебно, однако концентрируясь на великом она пренебрегала малостями.</p>
   <p>        Плохого развития событий можно было избежать не серой, льющейся с небес, а проколотым колесом или своевременно переставленной табуреткой. Благоприятное же не обязательно порождалось сценой в опере или внезапно зацветшим садом. Само по себе это не отменяло воззвания к прекрасному, но иногда простого музыкального мотива, донесшегося с дуновением ветерка, было вполне достаточно. Михаил посредственно разбирался в чувствах, зато отлично владел физикой вещей. Пока Люмениферус сворачивала горы, чтобы достичь намеченного результата, он получал его в кратчайшие сроки, просто уловив подходящий момент. При этом он оставался незамеченным, в то время как деятельность сестры регулярно вызывала вопросы у людей.</p>
   <p>        Тандем Люмениферус и Михаила получился очень продуктивным. Обо всем, что они совместно переделали, было бы сложно поведать даже ей. Список их свершений выходил огромным, способным заполнить фолиантами целую библиотеку. Архангелы не пренебрегали мелочами, отдавали должное даже самым незначительным на вид деталям, ибо каждая из них колебала струны мироздания, а фигуральные песчинки складывались во вселенские монументы. Человеческие судьбы выступали там особо, вплетаясь тонкими лучистыми нитями. Хрупкие и взаимосвязанные, они пронизывали все пространство, и его малейшее изменение грозило разрушить их светившуюся ткань. Казалось бы, любое вмешательство сулило необратимые последствия, но ни одна из них не сгорела и не свилась в запутанный клубок, не померкла и не оборвалась по неосмотрительности или беспечности архангелов.</p>
   <p>        Итоговый результат превзошел ожидания Люмениферус. Она не пожалела ни мгновения, проведенного с Михаилом, пускай и преследовала иные цели. Она приобрела бесценный опыт, далеко выходивший за привычное восприятие, и ей было над чем поразмыслить как сейчас, так и в перспективе. Ее впечатлило очень многое, но больше всего ее впечатлил пульсар. Михаил управлял им с феноменальной точностью, дирижировал словно оркестром, составленным из атомов.</p>
   <p>        Направленное излучение предназначалось людям. Само по себе оно смысла не имело, представляя набор чередующихся сигналов. Их расшифровка была заведомо обречена на провал, но эффект приносила непосредственно попытка. Эффект, воздействующий на поведение людей, их программы, научные исследования и даже семейные дела. Они порождали цепочки событий, в конечном счете менявшие настоящее и влиявшие на будущее. Такое делали и обычные звезды, чье мерцание могло адресоваться конкретному наблюдателю, однако в работе с пульсаром Михаил проявил запредельное мастерство.</p>
   <p>        Польщенный отношением сестры, Михаил показал ей даже больше, нежели собирался изначально. Мудрому профессору всегда приятно внимание ученика, и очевидно неподдельное. Примерив на себя роль наставника, он учил ее многим премудростям, которые доселе предпочитал не разглашать. С его точки зрения, Люмениферус делала успехи. Под присмотром Михаила, она совершила череду запланированных вмешательств и удостоилась похвалы. Ряд из них был предложен ей в качестве испытания. Для чистоты эксперимента, брат проверял ее заведомо неизвестными условиями, но и там сестра не оплошала.</p>
   <p>        Время расставаться не пришло, хотя обычно акцент делался всегда другой. Просто Михаила звали и другие дела, где Люмениферус, при всей его братской любви, места не было. По крайней мере, пока, учитывая специфическое отношение небес.</p>
   <p>— Спасибо, — неожиданно сказал он на прощание, подытоживая их совместную деятельность.</p>
   <p>— Мне-то за что? — без всякой подоплеки удивилась Люмениферус.</p>
   <p>— Я многому научил тебя. Ты меня, — в своем стиле ответил Михаил. — Ты понятия не имела, что мерцание звезды или камень в ботинке способны вершить человеческие судьбы. Я тоже. Я не знал, что это ТАК влияет на многие сердца. Что такие мелочи не просто воздействуют на будущее и текущие поступки людей, а творят нечто большее, нежели простая физика. Ты научилась выражать свой дар куда проще и незаметнее. Я наконец-то понял его по-настоящему, и теперь стану учитывать в своих замыслах.</p>
   <p>— Ничего ты не понял! — хоть и польщенная от неожиданного признания, внезапно заявила Люмениферус.</p>
   <p>        Снизойдя до заслуг сестры, Михаил уж точно не ожидал подобного поворота. Вот вам и благодарность за все хорошее. Как-то даже заморгав, он воззрился на сестру, ища в ее глазах адекватного пояснения.</p>
   <p>— Идем со мной, — уловив посыл, лаконично предложила Люмениферус.</p>
   <p>— Изволь, — еще более удивленный, согласился Михаил.</p>
   <p>        Многоэтажный дом выглядел обычной коробкой. Неприметный, как и остальные, он ничем не выделялся из общей массы, включая типичное озеленение и подъездные пути. Этот небогатый район не пользовался доброй славой, хотя и дурной тоже. Он был одним из многих, непримечательных именно своей посредственностью. Дом и дом, где размеренно живут простые люди, что от рождения до смерти подсчитывают свои кости на счетах жизни. Входить в подъезд архангелам не требовалось. Люмениферус явно знала адрес. Появившись в неприбранной комнате, она быстро огляделась, и на ее лице появилось недоумение.</p>
   <p>        Комната не выглядела нежилой, однако большинством вещей очевидно не пользовались. Тому, кто бывал здесь и прежде, это становилось очевидно на первый же взгляд. Предметы обихода казались невостребованными. Элементы женской одежды лежали так, словно их ненадолго разбросали, да так и оставили. Повседневный житейский бардак превратился в хранилище времени. Наличие пыли это подтверждало. Она виднелась не везде, но именно на женских вещах наслаивалась особо. Кто-то здесь явно бывал, однако многое не трогал.</p>
   <p>        Люмениферус обеспокоилась. Оценив обстановку, она переместилась в коридор и уставилась на одежду, висевшую в прихожей. Судя по ее реакции, эти вещи принадлежали совсем не тому, кого она ожидала застать. Вероятно, тем людям, чье присутствие угадывалось в дальней комнате, и куда она пока не заглядывала.</p>
   <p>        Проверка ванной встревожила Люмениферус еще сильнее. Чего-то ей там совсем не понравилось, и это красноречиво отразилось на ее лице. Михаил помалкивал, справедливо рассуждая, что сестра и сама объяснит происходящее. Так оно и оказалось. Ответ на вопрос пришел автоматически, когда Люмениферус вошла в закрытую, еще не посещенную комнату. Даже не вошла, а ввалилась, лязгнув дверной защелкой.</p>
   <p>— Эй! — воскликнула она, на ходу появляясь из пространства. — Где твоя дочь?! Она жила здесь! Почему я ее не вижу?!</p>
   <p>        Похоже, Люмениферус знала, кого и о чем спрашивала. В отличие от нее, нетрезвая, лежавшая на постели женщина не сразу поняла, о чем речь. Появление незнакомки смахивало на галлюцинацию, вызванную обильным употреблением спиртного. Природное обаяние Люмениферус подавлялось ее взбудораженным состоянием, причины которого Михаил пока не находил. Ошеломленный поведением сестры, он попытался ее унять, да не тут-то было. Молчание оказалось не тем ответом, на который та рассчитывала. Оно раззадорило ее еще больше, практически выводя от волнения из себя.</p>
   <p>— Твоя дочь, старая пьяница! Где она?! — повышая голос, допытывалась Люмениферус.</p>
   <p>— Какая дочь? Она же умерла. Ты вообще кто? — мало что соображая, выдавила нетрезвая, лет под сорок, женщина.</p>
   <p>        Огорошенная новостью, Люмениферус прекратила наседать, так и оставшись подле кровати. Она подозревала нечто дурное, однако явно не то, что в итоге услышала. Пользуясь ее замешательством, женщина попыталась прийти в себя. Убедившись, что ей не мерещится, она поднялась, кутаясь в халат, и недружелюбно уставилась на незваную гостью.</p>
   <p>— А ты как сюда попала? Она дала тебе ключ? — спросила женщина, однако без выраженной враждебности.</p>
   <p>На ее отношение все-таки сказалось влияние Люмениферус, чья красота производила впечатление на оба пола. Кроме того, суть вопроса означала некое приемлемое, вполне допускаемое предположение.</p>
   <p>— Как это, умерла? — совладав с собой, не ответила ей Люмениферус. — Что произошло?</p>
   <p>— Покончила с собой. Уже довольно давно, — пояснила женщина, ощущая странное доверие к незнакомке.</p>
   <p>        Туманя разум, алкоголь мешал продуктивному общению. Недолго думая, Люмениферус провела сеанс детоксикации. Протрезвляя женщину, она заодно избавила ее и от абстинентного синдрома. Содрогаясь от похмелья, та вряд ли стала бы хорошим собеседником, зато в полном здравии поведала, что к чему. Вопросов она не задавала, доверившись этой очаровательной незнакомке. Убаюканная светом, она сидела в кресле и потягивала горячий чай, материализованный Люмениферус. Ее история не затянулась, прояснив трагедию пустующей комнаты и запущенного дома.</p>
   <p>        Михаил получил отдельные пояснения, чтобы охватить всю картину в целом. Оставаясь незримым, он не вмешивался в происходящее, а только наблюдал за поведением сестры. Ее примечательная озабоченность выдавала не только сильное волнение, но и личную заинтересованность. Уложив женщину спать, Люмениферус позаботилась о ее памяти, чтобы не оставить по себе лишних воспоминаний. Сама же изложила брату расширенную версию событий.</p>
   <p>        Прожив всего двадцать три года, молодая девушка успела получить от жизни достаточно, чтобы ничего не ждать от двадцать четвертого. Хлебнула она немало. На свете, безусловно, встречались судьбы и похуже, однако сравнительное суждение исключалось. Каждый человек представлял собой уникальную личность и заслуживал отдельного внимания. Проведение неких аналогов с другими означало заведомое пренебрежение. Что естественно для одного — неприемлемо для второго. Иная душа не выносила и десятой части горестей, выпавших кому-то еще, но она была на порядок и чувствительнее, в отличие от зачерствелого, вроде как больше пострадавшего эгоиста. Местами эта девушка ни с кем не менялась, а на своем ей пришлось несладко, под конец и совсем тяжело.</p>
   <p>        С образованием у бедняжки не заладилось. Ее квалификации хватало только на работу продавщицей, где не требовалось степеней и дипломов, да и то в небольших круглосуточных магазинчиках, обслуживающих отнюдь не элитный контингент. Агрессивный и нетрезвый, он регулярно доставлял немало неприятностей, а рассчитываться за убытки приходилось безвинной девушке. Следуя стандартной незаконной практике, хозяева всегда все списывали на подчиненных, выбирая их самый незащищенный класс. Как правило, отпора они не получали, за неимением защиты в лице коллектива и возможности нанять адвоката. В такой нездоровой обстановке людей выручают близкие, их понимание и опора дома, однако и там девушка поддержки не находила.</p>
   <p>        Красивая, с большими глазами дочь была не особо и нужна. Домашних не впечатляла ее длинная, аккуратно уложенная челка, выразительное округлое лицо и добрая душа, не заметить которую могла лишь душа очень черствая. Пьющей матери было все равно, что напрямую отразилось на образовании ребенка. Несмотря на тяготы, дочь выросла хорошим и доверчивым человеком, но вот с учебой чуда не произошло. Там доброты душевной оказалось недостаточно, а больше у девушки ничего и не было. Ее отец ушел из дома давным-давно, а мать, проживая с отчимом себе под стать, считала ее не столько дочерью, сколько обузой. Такое отношение не скрывалось, превращая семью в колючую и холодную пустоту. Единственным исключением оставалась бабушка, у которой девушка и жила, но годы шли, и однажды бабушка умерла.</p>
   <p>        С уходом последнего человека, кому она была небезразлична, девушка осталась совсем одна. Она унаследовала квартиру, где вполне могла проживать, однако лишилась заботы и тепла, позволявших ей оставаться на плаву. Иным людям те особо и не требовались. Самовлюбленные и эгоистичные, они не нуждались ни в чем подобном и не дарили его сами. Бесконечно чего-то добиваясь, они возводили себе идола личного успеха ценой наплевательского отношения к окружающим. Эта девушка была слишком добра, что следовать по такому пути. Чувствительная от природы, она наивно ожидала от нее лишь хорошего, хотя это хорошее упорно не приходило. Ее блестящие глаза регулярно увлажнялись слезами, но продолжали смотреть с наивной верой в будущее. И однажды это будущее для нее наступило.</p>
   <p>        Как часто и бывает, молодой человек покорил ее напором и показушной внешностью. Он выглядел весьма деловым и самоуверенным, подчеркнуто одеваясь и ведя себя будто некий и впрямь не рядовой человек. Речь соответствовала манерам. Пренебрежение ко многим отчего-то многими же и воспринималось как признак альфа-доминирования, хотя по сути означало лишь культурное и душевное убожество. Увы, на свете хватало людей, которые постоянно пускали пыль в глаза, но что куда хуже — еще большее их число эту пыль охотно не протирали. Выражая чванливое превосходство, первые становились не изгоями, а желанными избранниками. Отрезвление для вторых наступало позже, когда привлекательный и разрекламированный индивид на деле оказывался пустышкой.</p>
   <p>        Заполучить себе бахвала, только и пригодного что ходить павлином — это было бы еще полбеды. Представительный на людях, в домашних условиях такой человек вел себя совсем иначе. Грубость, безразличие и даже рукоприкладство — довольно стандартный набор, который давался в комплект с доминирующей особью. Туда же сплошь и рядом относились измены вкупе с повседневным бытовым ничегонеделанием. Подобное отношение не должна была перевесить никакая, пусть даже очень доходная работа, хотя во многих парах она вполне себе перевешивала. Пренебрегая самоуважением, блуждая в дебрях самообмана и становясь заложниками ситуации, немало людей терпело такое обращение, порой безропотно. Одни мирились с этим ради крыши над головой, другие по привычке, а третьи из-за денег или благополучия детей. Встречались, впрочем, и такие, которые терпели без всякой видимой причины, и далеко не все из них были моральными ничтожествами.</p>
   <p>        Наивной и милой девушке не повезло. Точнее, ей повезло как раз в духе жизни, во всей ее типичной справедливости. Подонки процветали, не переживая ни о чем. Хорошие люди оказывались в прижизненном аду. Доверчивая и добрая, она так и не рассталась со своим избранником, даже когда стало ясно, что никакой он не бизнесмен, и хорошей работы у него тоже нет. Более того, он безработный алкоголик и начинающий наркоман. Возможно, он испытывал к этой девушке какие-то чувства, но вряд ли оставался с ней ради них. Проживать на квартире сожительницы ему было удобно, поскольку свою он сдавал в аренду, за счет чего и перебивался.</p>
   <p>        Как в таких случаях и водится, все только начиналось, суля отнюдь не радужную перспективу. Надежда на лучшее хороша, но явно не тогда, когда речь заходит не об очевидном чуде. И того, разумеется, не произошло. Ступив на скользкую дорожку, на достигнутых успехах избранник не остановился. Покатившись по наклонной, он активно принялся гробить свою жизнь, а заодно и жизнь доверчивой девушки.</p>
   <p>        Алкоголик пропивает все, что имеет. В отличие от него, наркоману денег не хватает никогда, если он не отпрыск богатых родителей или сам не богач. Выпутываясь из положения, он не ищет хорошую работу, тем более что и выполнять ее становится не способен. Источники доходов у него общеизвестные и простые. Когда из вещей уже нечего продавать, в дело вступает криминал. Кто-то ворует, вымогает, грабит или даже убивает. Иные — что вряд ли лучше, — начинают и сами приторговывать наркотой. Заканчивается это тоже одинаково, и хорошо если тюрьмой, которая зачастую останавливает маховик саморазрушения. Путь наркомана всегда выглядел очевидным, но эти реалии не учитывали его родных и близких. Без вины виноватым, им могло приходиться еще хуже, и такой человек нередко успевал их погубить.</p>
   <p>        Употребление наркотиков предполагало определенный круг общения, далекий от того, в который стоило бы входить. Их продажа — тем паче, а мелкие дилеры имели дело с наихудшими членами социума. Этот контингент не просто обивал пороги — он начал вливаться в жизнь доверчивой девушки, сказываясь на ней самым нелицеприятным образом. Приятели избранника обычно ничего хорошего собой не представляли. Его клиенты — тем более, а кредиторы иногда становились настоящим кошмаром. Беспощадная жизнь устанавливала свои правила, и особенно в подобном обществе. За долги и ошибки своего сожителя расплачиваться временами приходилось девушке. Как? Об этом обычно не говорят, хотя и все прекрасно всё знают. Впрочем, многие просто и знать не хотят, отмахиваясь от чужой беды как от назойливой мухи. Люмениферус — и та узнала случайно, когда услышала мольбы этой девушки о ребенке.</p>
   <p>        Сказался то образ жизни или здоровье хромало изначально — значения не имело. По мнению архангела, тут получилось и то и другое. Когда она пришла, девушка уже употребляла, подсаженная на наркотик своим замечательным сожителем. Люмениферус ее не осудила, хотя обычно не помогала тем, кто был этого явно недостоин. К таковым относились люди без самоуважения, позволявшие вытирать о себя ноги и никогда не бунтовавшие против своих мучителей. Морально несостоятельные, не способные противостоять пагубным страстям — тоже, однако в данном случае Люмениферус усматривала исключение. Эта девушка была слишком наивна, доверчива и добра. В отличие от тела, ее светлую душу не испортили никакие жизненные тягости. Страдала она немало, но в сердце ее не закралось даже тени озлобленности или тьмы. О таких однажды очень верно сказали строки, написанные рано ушедшим гением:</p>
   <p>        "Творец из лучшего эфира</p>
   <p>        Соткал живые струны их,</p>
   <p>        Они не созданы для мира,</p>
   <p>        И мир был создан не для них!"</p>
   <p>Поняв, с кем имеет дело, Люмениферус откликнулась на призывы девушки.</p>
   <p>        Архангел раскрыла свое инкогнито лишь частично, представившись целительницей, но не называя подлинного имени и природы. Обойдясь без театральных представлений, она завоевала доверие и внимание девушки. Люмениферус пообещала, что поможет с ребенком, однако с наркотиками велела завязать. Одноразовое исцеление здесь не работало. Продолжив в том же духе, девушка вернет все на круги своя, только ее образ жизни скажется уже и на плоде. Пагубное пристрастие требовалось прекращать, равно как и все с ним напрямую связанное. Для этого девушке следовало пойти на очевидный шаг — разорвать отношения со своим сожителем, причем разорвать раз и навсегда.</p>
   <p>        Разговоры возымели толк, ибо исходили от сведущего и светоносного архангела, пусть и притворявшегося человеком. Девушка искренне желала последовать ее наставлениям и переменить свою жизнь к лучшему. Появление ребенка довершило бы положительный разворот, и она пообещала встать на правильный путь. Люмениферус это почувствовала и поверила. Проведя исцеление, она удалилась, рассчитывая навестить девушку позднее. И не навестила.</p>
   <p>        Хлопот у архангелов хватало. К миллиардам людей добавлялось множество иных живых существ, не говоря уже о мироздании. Не стоило забывать и про небеса с преисподней. При всех своих возможностях, архангелы не успевали наведываться решительно повсюду. Им приходилось расставлять приоритеты, в зависимости от объективных обстоятельств. Случай с доброй девушкой критическим не считался. Люмениферус полагала, что за ней не надо приглядывать каждый день. Кроме того, ее намеченные планы были нарушены Михаилом. Откликнувшись на его призыв, она посвящала время лишь ему, едва успевая побывать где-нибудь еще. Как результат, она в смятении констатировала опоздание, ставшее в итоге непоправимым.</p>
   <p>        Девушка добросовестно пыталась следовать наставлениям Люмениферус. К сожалению, жизнь предъявляла свои реалии. В один ужасный день она узнала, что заразилась ВИЧ. Этот удар изрядно подкосил ее психику, только начавшую адаптироваться к лучшему. Будь рядом Люмениферус, она сумела бы успокоить бедняжку, заодно исцелив от тяжкой инфекции. К сожалению, девушка так и не дождалась свою новую знакомую, которая как в воду канула. Оставшись без поддержки, она поддалась своему сожителю и стала забываться наркотиком. Несмотря на рецидив, это не стало ей приговором, и все еще подлежало исправлению. Настоящая беда грянула тогда, когда девушка узнала, что беременна.</p>
   <p>        Проведенное Люмениферус, первичное исцеление даром не прошло. Она не лечила девушку от бесплодия, но та и не была бесплодной от рождения. Ее женское здоровье пошатнулось, а вмешательство архангела вернуло ей возможность иметь детей. Самое скверное, что вернуло лишь частично — из-за нервных потрясений и нездорового образа жизни. Пребывая в шоке, девушка не успела понять, как ей поступить, когда эта самая жизнь решила за нее.</p>
   <p>        Неблагоприятное течение беременности закончилось нередким исходом. Случился выкидыш. Даже для стоической женщины это событие очень драматичное, требующее внимания, поддержки и ответственного отношения. В случае с бедняжкой, чье состояние и так трещало по швам, оно уподобилось армагеддону. Желая ребенка, она лишилась его как раз тогда, когда хуже не придумаешь. Не выдержав удара судьбы, добрая душа впала в отчаяние, шагнула в окно и полетела навстречу смерти.</p>
   <p>        О девушке переживали не особо. Мать скорее обрадовалась, что квартира освободилась, нежели печалилась о смерти дочери. Теперь она могла использовать ее сама, а комнату сдавать; или все сдавать — это уж как удобнее получится. Сожитель тоже не проявил надлежащей заботы. На словах он слезно убивался, и даже рвался организовать достойные похороны. По факту же дальше пьяных и разрозненных поминок дело не зашло. Бедняжка оказалась настолько никому не нужна, что тело своевременно не истребовали. Согласно закону, ее кремировали и похоронили в безымянной могиле, вместе с другими безликими урнами. Ее память нельзя было почтить даже цветами, ибо никто не знал, куда их следует возложить. Красивая и добрая девушка, с большими доверчивыми глазами, словно и не существовала.</p>
   <p>        Услышав столь печальную историю, Михаил не остался безучастным, хотя обычно относился к человеческим драмам философски. Его лицо отражало жалость и даже скорбь. Люмениферус так и вовсе распалилась. Пересказав эту трагедию в деталях, она будто и сама ее только что прожила. В приливе эмоций, она едва не сорвалась на матери несчастной самоубийцы, доселе уложенной ей же спать. Насилу сдержавшись, она хотела отправиться к сожителю бедняжки и устроить ему веселую жизнь. Она бы так и поступила, но ей помешало чувство вины. Собственной вины. Подарив девушке надежду, она обещала помочь, а в результате бросила одну, без поддержки, лечения и заботы. Она не знала, что в итоге случится, однако оправдание было так себе. Архангелы не предвидели будущее как нечто неизбежное, но вполне могли уберечь от дурного развития событий.</p>
   <p>        Осознав свою незавидную роль, Люмениферус заметалась по комнате, хватаясь за голову и решительно не зная, что теперь предпринять. Вмешавшись, она создала для девушки новую реальность, но своевременно не вернулась и допустила кризис. По всему выходило, что бедняжка осталась бы жива, не сунься Люмениферус с предложенной и незаконченной помощью.</p>
   <p>        Оставаясь на месте, Михаил помалкивал, понимая, что сестра сейчас потрясена. Она глубоко переживала, и трогать ее почем зря не стоило. Ее эмоциональный взрыв был неуправляем и непредсказуем.</p>
   <p>— Отведи меня к ней! — резко останавливаясь, внезапно заявила Люмениферус. — Я вхожа на небеса, но без тебя искать буду долго. А расспрашивать не хочу. Мне стыдно за то, что я обещала и не исполнила. Я должна ее увидеть. Поговорить и попытаться все объяснить.</p>
   <p>— Ничего не выйдет. Напрасно потратим время, — покачал головой Михаил.</p>
   <p>— Это уж мне решать! — вспылила Люмениферус. — Я из тех небожителей, кто признает свои ошибки! Надеюсь, эта добрая душа меня простит.</p>
   <p>— Я не об этом, — негромко пояснил Михаил. — Ты знаешь правила. Самоубийцам в раю не место. Душа этой девушки попала совсем не туда.</p>
   <p>        И без того взбудораженная, Люмениферус остолбенела. На ее лице отобразился целый шквал эмоций, где ужас был далеко не самым выразительным. Охваченная чувствами, только теперь она сообразила, что покоя несчастной девушке действительно не видать.</p>
   <p>— Ну пожалуйста, — едва шевельнув губами, тихо произнесла она. — Давай хотя бы проверим.</p>
   <p>— Я уже проверил, — проявил участие Михаил. — Только что просил одного из ангелов. На небесах этой девушки нет. Мне правда ее жаль, но таков закон. Я ничего не могу поделать.</p>
   <p>— Тогда мы отправляемся в ад! — немного помедлив, решительно воскликнула Люмениферус.</p>
   <p>— Вот уж нет, — тут же помрачнел Михаил. — Это средоточие зла и пр<emphasis>о</emphasis>клятых. Без особой нужды я там стараюсь не бывать.</p>
   <p>— Нужда как раз есть, — взяла его за руку сестра. — Если эта несчастная там, если ее мучают, я задам Люциферу знатную трепку! А ты будешь рядом, чтобы он не посмел что-нибудь выкинуть.</p>
   <p>        Затея выглядела сомнительно. Люмениферус не возбранялось наведываться в ад, равно как и на небеса, но и поощрять это не стоило. С другой стороны, повод был вроде бы достойный. Михаилу претила атмосфера преисподней. Сам бы он туда не отправился, однако к просьбе сестры не остался безучастным. Как-никак, она хотела вступить в конфронтацию с Люцифером, который давно переманивал ее к себе. Это уже не стоило оставлять без внимания, не говоря о том, чтобы обеспечить ей надлежащую поддержку. Добьется она чего или нет — вопрос отдельный, но брату ее Михаил в обиду не даст.</p>
   <p>— Хорошо, — пересилил он себя. — Только давай без глупостей. Если я скажу "уходим" — значит, уходим, или останешься там одна.</p>
   <p>— Идет, — пообещала Люмениферус, и тут же улетела вместе с ним.</p>
   <p>        В отличие от грешников, для небожителей не материализовались какие-то отдельные приемные или вообще врата. Ад встречал их абстрактным заревом, где все было насыщено красно-вишнево-оранжевыми тонами. Появившись в середине нигде, Люмениферус и Михаил парили среди огня, горевшего и не горевшего одновременно. Без внятной формы, им насыщалась каждая частичка пространства, не содержавшая привычных миру смертных атомов. На небесах это был свет, пронизывавший все вокруг. В преисподней его заменяло пламя, из которого фактически создавался любой интерьер. Чадило и коптило оно первозданной тьмой. Ее крупицы носились подобно саже, сбивались в черные тучи и превращались в сплошной вал цунами у далекого сферического горизонта. Люмениферус и Михаил находились как бы в центре бесконечного шара, чья оболочка оставалась недостижима, а вокруг проявлялись многомерные наслоения преисподней.</p>
   <p>        При виде сразу двух архангелов демоны разбежались. Мелькая в пространственных каналах, они тут же пускались наутек, едва замечали крылатых небожителей. Они не понаслышке были знакомы с Люмениферус, от которой только и жди неприятностей. Ее импульсивный характер обращал их в пепел спонтанно и повсеместно. Присутствие Михаила и вовсе повергало их в трепет, который демоны вообще могли испытать. Если его сестра обходилась единичными нападками, то ему было под силу разнести половину ада, если вообще не весь, и проверять это ни у кого желания не возникало.</p>
   <p>        Появившись в преисподней, наводить свои порядки гости не собирались. Демоны опасались зря. Небожители явились не для того, чтобы преподать кому-то из них урок. В данный момент Люмениферус и Михаила интересовал только Люцифер. Точнее, он интересовал Люмениферус, а Михаил просто парил рядом, как бы невзначай придерживая ладонь на рукояти огненного меча.</p>
   <p>— Эй, Утренняя звезда! — звонко и громогласно воскликнула сестра, призывая своего брата и правителя ада.</p>
   <p>        Голос архангела раскатился по многомерному пространству, состоявшему из несчетного числа отдельных вкраплений. Словно пчелиные соты, они теснились и пересекались, образуя непрерывно волновавшуюся массу из нефизической плазмы. Как и на небесах, материя в преисподней отсутствовала. Любые воплощения и конструкции в ней создавал огонь, а подспорьем и фундаментом ему служила тьма. Проносясь через эту среду, голос Люмениферус будоражил ее и расплескивал, вздымал гремучими гейзерами и заставлял бурлить адское пекло. Не услышать такой зов было едва ли возможно.</p>
   <p>— Чего орем? — объявляясь в пламенной пустоте, осведомился Люцифер.</p>
   <p>        Вне мира смертных архангелы людьми не прикидывались и образы их не носили. Вид Люмениферус еще больше радовал глаз, во всем ее природном великолепии. Ее длинные волосы ниспадали на спину и плечи, поблескивая волнами так, что затмевали адское пламя. Ювелирные украшения и самоцветы заменяли россыпи цветов и звезд. Сжатые в миниатюре, звезды сияли и лучились будто с небосвода, формируя диадему, перстни и сердце нагрудного ожерелья. Само же ожерелье, его звенья и оправу составляли цветы — всегда сочные, яркие и никогда не увядавшие. Они виднелись в волосах, вплетенные туда поодиночке и гирляндами. Они же окружали талию широким и шелковистым поясом. Его пряжка горела сверхновой, обрамленной хвостами комет. Тончайшие лепестки складывались в ткань, из которой, пополам с чистым светом, было соткано платье Люмениферус. Она по-прежнему походила на женщину, однако ее кожа мягко светилась, как фосфоресцирующий бутон в глубоких сумерках. Белоснежные крылья сияли так же, как большие и бездонные глаза.</p>
   <p>        Преобразился и Люцифер. От мужчины в белом костюме осталась только внешность, ибо она была подлинной, но теперь он тоже испускал мерный свет. Зловеще красноватый, он исходил от всей его фигуры, в глазах которой плескалось адское пламя. Крылья он не распускал, да они и не вписались бы в наряд, присущий византийским императорам. С оранжевым подбоем, длинная черная туника доходила до лодыжек, затянутых в ремешки сандалий. Поверх нее красовался тяжелый, через левую руку, плащ с большой тисненой застежкой на плече. Туника была расшита бордовой нитью, сплетенной из тягучей лавы. Пунцовый плащ, украшенный вензелями из тьмы, как и у подбоя состоял из пламени. На манер сестры, его голову увенчивал венец, но только не из звезд, а золотых конусов извергавшихся вулканов. Чадили они все той же тьмой, формировавшей основу черного одеяния.</p>
   <p>— Ба, да у меня сегодня гости, — с усмешкой произнес Люцифер, окидывая взглядом Михаила. — Приветствую тебя в аду, дорогой брат. Ты решил разделить со мной огненный трон или свергнуть меня и отсюда?</p>
   <p>        Юмора Михаил не оценил, тем более что это не обязательно была шутка. Его вид совсем не вписывался в упомянутую роль. Теперь он представал во всей красе, с полным набором доспехов и огненным мечом в кристально-прозрачных ножнах. Ножны были сотворены из ткани небес, ибо только она могла сдержать пылающий клинок, да и то лишь в состоянии покоя. Белые доспехи воплощал первозданный свет, пролившийся в момент самого акта творения. Латные сапоги <emphasis>прожигали</emphasis> адское <emphasis>пламя</emphasis>, порождая весьма специфический оксюморон. Его сущность разрушалась, не в состоянии сопротивляться такому воздействию, но тут же пыталась восстановиться, из-за чего стопы Михаила окружала вьющаяся дымка. Его тело не светилось, но глаза и крылья сияли ослепительной белизной.</p>
   <p>— Я здесь по просьбе сестры, — сурово ответил он, выказывая нежелание вступать в какой-либо разговор.</p>
   <p>— Где девушка? — без обиняков спросила Люмениферус.</p>
   <p>— Какая девушка? — удивился Люцифер, и тут же получил надлежащий ответ.</p>
   <p>        Архангелам не требовалась живая речь, к которой они прибегали в основном из-за людей. Вступая в контакт, они передавали друг другу мысли и образы, мгновенно формируя очень детализованные изображения и огромные объемы информации. Речь, впрочем, там тоже звучала, как неким голосом лоцмана, направлявшего корабль видений через океаны сведений.</p>
   <p>— Ах, эта, — произнес Люцифер, увидев и уразумев, о ком шла речь. — Зачем она тебе?</p>
   <p>— Проведи меня к ней! Немедленно! — потребовала Люмениферус.</p>
   <p>— Сестричка. Я тебя, конечно, люблю и уважаю, но давай ты не будешь командовать в моем царстве, — подчеркнуто вежливо заметил Люцифер.</p>
   <p>— Сделай, как она просит, — поддержал сестру Михаил.</p>
   <p>— <emphasis>Просит</emphasis>? — выразительно усомнился в этом слове владыка ада.</p>
   <p>— Я тебя прошу, — добавил Михаил, делая акцент на местоимении "я".</p>
   <p>— Ладно, будь по-вашему, — мгновение подумав, кивнул Люцифер. — Чего не сделаешь для близких родственников. Следуйте за мной.</p>
   <p>        Увиденное не соответствовало ожиданию. Вместо изощренного узилища, где гудело пламя и шипела сера, глазам архангелов представилось большое озеро. Его разнообразные берега изобиловали бухточками и песчаными пляжами, из которых выдавался то красивый мыс, то живописный полуостров. Пузырящихся колодцев смолы не было и в помине. Вместо нее журчали ручьи. Впадая в озеро, они наполняли его прибрежные заводи и переливались через небольшие, образованные ветками плотины. Ветки в изобилии даровал лес. Густой, но проходимый, он окружал две трети озера, вздымаясь высокой шелестевшей стеной. У его корней стелились мхи и травы, а подножия иных деревьев утопали в зарослях кустарников.</p>
   <p>        Выходившая к берегу, чаща делилась на климатические зоны. Одну ее часть составляла растительность присущая умеренному поясу. Другая носила субтропический характер, которая в свою очередь сменялась тропиками. В пределах видимости, пальмы тут соседствовали с кленами, а величественные кедры со своих вершин передавали привет исполинским секвойям. Витая над водой, аромат тропических цветов смешивался с запахом цветущего вереска. Душистые заросли сирени составляли удивительный воздушный коктейль с нарядными магнолиями.</p>
   <p>        На безлесье раскинулись прерии, чьи травы неторопливо колыхались в дуновении легкого ветерка. В этой зоне царила ширь, уходившая к горизонту, и пахло полынью наряду с шалфеем. Медовые нотки добавляли им сладкий, даже сказочный привкус, волновавший свободное от смога и копоти обоняние. Соседнюю зону занимали альпийские луга, тянувшиеся до кольца далеких гор. Их зеленая трава наливалась не увядавшей свежестью, а цветы трепетали настоящим ковром, местами превращаясь в огромное расписное одеяло. Нитями ему служили речушки, а фрагменты узоров формировались из россыпей небольших обветренных камней.</p>
   <p>        Озеро тоже не выглядело однообразным. Не похожие одна на другую, многие бухточки зеркально отражали небо, где неторопливо ползли далекие золотисто-розовые облака. В иных мелодично плескались волны, набегая на берег шелестевшей пеной. Где-то они накатывали с прибоем, как будто подгоняемые занимавшимся ураганом. Разбиваясь о камни, прибой глухо ворчал, разбрасывая россыпи тяжелых капель. В его размеренных аккордах звучала песня свободных волн и ода бездонной пучине. Бездонной та, впрочем, не была, хотя порой озерный рельеф и впрямь уходил на огромную глубину.</p>
   <p>        Прозрачная вода искажала расстояние до дна, позволяя увидеть плантации водорослей и россыпи кораллов. Отвесными скалами и пологими склонами, из нее выступали островки, чье убранство было столь же неординарным, как и климатические зоны. Вкупе с богатым обрамлением, озеро представало настоящим произведением искусства, непонятно как очутившимся в глубинах ада. Оно казалось удивительным и прекрасным, если не считать того, что в пейзаже преобладала все та же красно-оранжево-вишневая гамма.</p>
   <p>        Красные воды встречались и в мире смертных, за счет микроорганизмов или соединений железа. Встречались там и деревья таких же оттенков, особенно по осени. Цвет песка определялся минералами, а небо на закате регулярно окрашивалось в бардовые тона. На озере, однако, всего этого было с избытком, одновременно и без широкой палитры красок. Без сомнения изумительный, пейзаж походил на рай, но атмосфера ему очевидно не соответствовала. Игра света и теней, вода, лес и облака выглядели словно нарисованная картина, которая имитировала жизнь и движение. Нарисованная шедеврально, с фантастическим мастерством и точностью, невероятно правдоподобная, но все же ненастоящая. Складывалось впечатление, будто кто-то попытался создать своеобразную копию, а за неимением всесилия пользовался тем, что у него было.</p>
   <p>— Это что за курорт? — осведомился Михаил, не без удивления оглядывая примечательные окрестности.</p>
   <p>— Это ад для тех, кто его не заслуживает, — негромко пояснил Люцифер.</p>
   <p>        Девушка отыскалась в тихой бухте. Под корабельными соснами, на опушке леса виднелся загородный дом, чью покатую крышу устилала опавшая хвоя. От крыльца до берега тянулась мощеная дорожка, а от берега в озеро уходил деревянный пирс, оснащенный винтажными фонарями. Привязанная там лодка говорила, что вода приветлива и судоходна. Там же виднелись приспособления для купания и рыбалки. Девушка, впрочем, ничем таким не занималась — по крайней мере, сейчас. Усевшись на самый край, она опустила ноги в воду и недвижно смотрела вдаль.</p>
   <p>— Обожди, — придержал Михаила Люцифер. — Им явно надо поговорить.</p>
   <p>Пояснять, о ком речь, не требовалось. Оставшись у дома, братья наблюдали, как Люмениферус проходит на пирс и приближается к девушке. Присев рядом с ней, она тоже стала глядеть на дальний берег, затянутый сиреневой туманной дымкой. Потом начала тихий и неторопливый разговор.</p>
   <p>        Преображение ада относилось не только к местности. Михаил не изменил свой облик, но Люцифер теперь выглядел иначе. Огненное одеяние ушло, краснота в теле исчезла. Его кожа светилась в точности как и у сестры, а глаза заполоняла сияющая белизна. Пунцовый плащ обратился в золотистую, под цвет волос, тонкую накидку. Тяжелая и черная императорская туника сменилась легкой и белой, с голубой каймой. Легкими стали и сандалии, будто сотканные из света утренней зари. Венец на голове уже не устрашал извергавшимися вулканами. Чело правителя ада увенчивал блестевший обод, где по центру, на лучах восходящего солнца, сияла большая и одинокая звезда.</p>
   <p>        Маячить почем зря у дома не стоило. Чтобы не мешать сестре и душе, Люцифер повел Михаила вдоль берега, уединенной и тенистой тропкой. Брат не возражал, готовый вернуться на первый же зов. Не скрывая интереса, он внимательно озирался по сторонам и присматривался к деталям.</p>
   <p>— Впечатляет, — констатировал он, разглядев даже капли смолы, стекавшие по шершавой коре дерева. — Ювелирное внимание к мелочам. Не будь я собой, я бы даже не понял, что все это ненастоящее.</p>
   <p>— В раю тоже не оригинал, — парировал Люцифер. — Только основа разная. Там свет, тут огонь. Что имею, тем и владею.</p>
   <p>        Владыка преисподней подразумевал воссоздание мирских реалий. Небесные сады, безусловно, были подлинными, но для душ формировались их особые уголки. Не всем предназначались божественные кущи. Многие обретали вечность в привычной им обстановке, только в более идеальном ее воплощении, без болезней, насилия и угроз.</p>
   <p>— Вот уж не думал увидать здесь что-то подобное. Я полагал, исчадия ада на это не способны, — обронил Михаил.</p>
   <p>— Верно полагал, — подтвердил Люцифер. — Они отлично умеют пытать и конструировать кошмары, но создавать такое не станут никогда. В том числе потому, что не могут по своей природе. Каждую крупицу этого места сотворил лично я. Да, это тюрьма, но она явно лучше, чем у многих.</p>
   <p>— Тебе заняться, что ли, нечем? — хмыкнул Михаил. — На кой такие сложности? Али по небесам скучаешь?</p>
   <p>— А ты меня, видать, не расслышал. Или понять не захотел. Так я повторю. Это ад для тех, кто его не заслуживает, — выразительно повел рукой Люцифер.</p>
   <p>        При всей его осведомленности, удивление Михаила было вполне объяснимо. В аду он появлялся очень редко, не балуя брата родственными визитами. Прежде он и впрямь ничего подобного не видел, но просто потому, что его и не существовало. Создавать такие узилища Люцифер начал относительно недавно. Эти новшества отражали его взгляды, претерпевшие некоторые изменения. Став более расположенным к людям, он решил по-своему восстановить справедливость, в чем не последнюю роль сыграла Люмениферус. Настоящих грешников он карал, воздавая им за все злодеяния, однако в аду оказывались и те, кого на небесах незаслуженно не принимали. Причину тому Люцифер очень даже знал, и находил это вопиюще неприемлемым.</p>
   <p>        Стяжатель, насильник, душегуб, рабовладелец и тем более диктатор заслуживали того, чтобы угодить в лапы демонов, однако неугодных небесам это не касалось. К ним относились все, кто не желал мириться с их порядками и не возносил хвалы в ответ на боль, несправедливость и лишения. В их число входили и самоубийцы. Разумеется, не все, а только те, кто уже не мог выносить страдания или не хотел терпеть уготованную ему злую судьбу.</p>
   <p>        Знакомая Люмениферус, несчастная девушка была одним из упомянутых исключений. Ее добрая и светлая душа не соответствовала аду, однако на небесах считали явно иначе. Своей замечательной, дарованной свыше жизни она не выдержала, дойдя до крайности и поставив точку в беспросветном и жестоком существовании. Никто ей не помог, лишив даже проблеска тепла, и в порыве отчаяния девушка нашла единственный для себя выход. Тот, за который ее столь беспощадно наказали.</p>
   <p>— Бог не посылает испытаний, которые человек не мог бы выдержать, — наставительно напомнил Михаил. — Девушку, безусловно, жаль, но самоубийцам закрыты небеса. Намеренное прерывание своей жизни нарушает замысел высшей воли.</p>
   <p>— Прекрати нести эту чушь! — возмутился Люцифер. — Еще как посылает! Я Утренняя звезда, владыка ада, величайший знаток человеческих душ. Я прекрасно вижу, кто и что мог бы выдержать или нет. Высшая воля далека от справедливости, если обрекает хороших людей на страдания, когда плохие при этом благоденствуют. Если в этом ее замысел — я категорически против! И я не оставлю тех, кто тоже не смог ее выносить. Пускай им заказан рай, зато хотя бы здесь они найдут покой. Та девушка его обрела. Я уж постарался, чтобы отныне ее никто не тревожил.</p>
   <p>        Дерзкие речи брата Михаилу не понравились. В них звучал неприкрытый вызов небесам, ярко выраженное несогласие с их законами и решениями. С одной стороны, он уже привык к мятежности Люцифера, его поступкам и нападкам на отца. С другой, мириться с ней не очень-то желал. Грозно сдвинув брови, он хотел его резко осадить, но сдержался, припомнив, где и почему находится. Образ девушки заставил его смягчиться и направить мысли по менее конфликтному пути.</p>
   <p>— Не стоит во всем винить божественный промысел. Высшая воля не обязательно посылает испытания. Тяжелая или простая, жизнь бывает разной сама по себе, — сдержанно возразил Михаил. — Этой доброй девушке выпали горечь и тягости — не спорю, но она не смогла достойно их преодолеть.</p>
   <p>— Потому что такая душа вообще вынести подобное отношение не способна. Засунуть трепетную свечу в ведро помоев и винить ее за то, что она там угасла — вот уж действительно божественное правосудие, — и не подумал согласиться Люцифер. — Кроме того, твое уточнение значения не имеет. Вообще без разницы, намеренно наш отец учинил такую гнусь, или же традиционно пустил все на самотек. Хорошая девушка в аду, а ты упорно пытаешься найти этому оправдание.</p>
   <p>        Как обычно, опальный архангел за словом в карман не лез. Складывалось впечатление, будто все реплики брата он просчитывал заранее, и заранее же придумывал на них подходящий ответ. Это относилось и к реакции, которая тоже не оказывалась неожиданной.</p>
   <p>— Придержи язык, а то я за себя не отвечаю, — предупредил Михаил.</p>
   <p>— Не хочешь слушать меня — послушай эту девушку, — спокойно предложил Люцифер. — Давай, предстань перед ней в своих сияющих доспехах и лично все объясни. Поведай, что после земной клоаки она навечно обречена на мучения в лапах демонов. Открой ей милостивую суть небесного правосудия.</p>
   <p>        Идея не вызвала у Михаила энтузиазма. В лицо своему брату он сказал бы гораздо больше, нежели уже изрек. Повторить то же самое одинокой бедняжке ему совсем не захотелось. Рассуждения о порядках для души как-то не очень укладывались с откровениями в глаза конкретной душе. Отвлеченное не отягощалось непосредственным. Михаил вдруг подумал, что озеро, дом и пирс — это творение Люцифера. Если бы не он, душа этой девушки была бы сейчас совсем в других условиях. Демоны не ведали пощады, причиняя непрерывные и изощренные страдания. Заслуживала ли она их? Конечно нет! Михаил признал бы это незамедлительно, однако загвоздка заключалась в том, что тем самым он признал бы и правоту Люцифера. Как минимум, частично, а это означало и несогласие с порядками, которые установили небеса.</p>
   <p>        Пытаясь выпутаться с ответом, Михаил ничего не говорил, однако задерживать паузу не стоило. Молчание тоже трактовалось в пользу брата.</p>
   <p>— Ловко у тебя получается выставить все в нужном свете. Твоя многоликость под стать множеству имен, — нашелся он.</p>
   <p>Не сказав что-либо определенное, он избежал провокационной ловушки, где правильного ответа просто не было. Во всяком случае, пока, если братец не продолжит развивать эту скользкую тему.</p>
   <p>— Если ты о том, что я сейчас не выгляжу как дьявол, то зря шпильку потратил, — заметил Люцифер. — Мой истинный облик в аду не очень-то подходит. Демоны его не выносят. Мне надо ими управлять, а не разгонять. Приходится соответствовать, и в особенности для грешников. Только эта девушка достаточно натерпелась, чтобы я стращал ее жутким видом. Не я обрек ее на ад. Я предпочитаю быть для нее не верховным палачом, а Утренней звездой.</p>
   <p>        Возможно, владыка преисподней не лукавил. На озере и в его окрестностях никаких кошмаров не наблюдалось. Там отсутствовали даже бесы, практически вездесущие во всем пекле. Демоны тоже не объявлялись, не иначе и впрямь получив запрет насчет этой души, а дьявольский облик Люцифера страху действительно наводил. Если он желал девушке покоя, его светоносный вид производил куда более благоприятное впечатление. Это впечатление производила и живность. Пейзаж не пустовал, не обрекая душу на мертвенную одинокую пустоту.</p>
   <p>— А бабочки и шмели откуда взялись? Я уж не говорю про птиц и рыбу, — подумывая уйти от темы, осторожно поинтересовался Михаил.</p>
   <p>— К сожалению, это лишь искусная подделка, — пояснил Люцифер. — Настоящих способна сотворить лишь Люмениферус, но даже она не станет делать это в аду. Органической жизни здесь нет. Не может существовать — сгорит. Это все равно как создать ягненка прямо в печи. Моя фауна — неживое воплощение огня, принявшее форму живых существ.</p>
   <p>        Пускай и ненатуральное, биологическое изобилие привносило в узилище элемент реализма, если не считать все той же палитры красок. Многочисленность видов умножалась на количество, в котором была представлена среда обитания. Казавшиеся прихотью художника, климатические зоны объяснялись длительностью заключения. Разнообразив ландшафт, Люцифер позволял душе не торчать все время в одном и том же месте. Тут даже рай опостылеет, если сидеть под неизменной пальмой с неизменными же спутниками. Окруженное горами, узилище девушки было достаточно разнородным и большим, чтобы она не тосковала от вечного однообразия. Вот с компанией выходило хуже.</p>
   <p>        Ненастоящего оленя встретить девушка могла, как услышать такого же дятла или увидеть поддельного осетра, а вот настоящие души тут не расхаживали. Заключение в аду выстраивалось индивидуально во всех отношениях. Узники в них не общались, и друг друга никогда не видели, если того не подразумевала изощренная пытка. Люцифер и так сделал нечто принципиально новое, когда начал создавать подобие рая. Устроить там еще и клуб по интересам он пока не решался, не зная, к чему это приведет. Визит сестры получился очень даже кстати. Он превращался в своеобразный и полезный эксперимент.</p>
   <p>        Расставшись с бренным телом, девушка больше не видела других людей и проводила время в полном одиночестве. Она ни на что не жаловалась, но Люцифер желал узнать, насколько повлияет на нее встреча с Люмениферус. Быть может, она чего-то захочет, чего владыка ада окажется в состоянии ей дать.</p>
   <p>— Ты, что ли, спрашивал? — удивился Михаил.</p>
   <p>— Разумеется, — фыркнул Люцифер. — Иначе откуда бы я узнал про ее предпочтения? Я выстроил это место на основе ее представлений о покое, что все же не исключает дальнейшей корректировки.</p>
   <p>— А если она попросится назад? — поразмыслив, озабоченно спросил Михаил. — Я не забыл того грабителя в парке. Тебе с Люмениферус под силу вернуть ее обратно к жизни. Она восстановит тело, а ты отпустишь душу.</p>
   <p>        Возвращение девушки не исключалось. Люцифер об этом уже думал, однако в устах военачальника небес оно носило явно нежелательный характер.</p>
   <p>— Тебя это беспокоит? — лукаво прищурился владыка ада.</p>
   <p>— Да. Это не дело, если по земле начнут разгуливать воскрешенные, — без обиняков ответил Михаил. — Так можно и весь мир с ног на голову перевернуть.</p>
   <p>— Я мог бы тебе ответить, но пусть это сделает сестра, — неторопливо произнес Люцифер. — Она там с душой сейчас не просто так. Полагаю, она обо всем нам расскажет. Удовлетворит твое любопытство, когда вернется.</p>
   <p>— Уже вернулась, — подала голос подлетевшая Люмениферус. — Идемте. Мне тут больше нечего делать.</p>
   <p>        Расставались все там же — в налитой пламенем пустоте, где вокруг теснилось многомерное пространство преисподней. Поглядывая на сестру, Михаил пытался угадать, как все прошло. Видимо, не так уж и плохо. Та выглядела печальной, но не расстроенной. Он не был экспертом в чувствах, однако прекрасно понимал, что это не одно и то же.</p>
   <p>— Ей тут хорошо. Насколько вообще возможно, — подтвердила его предположения Люмениферус. — Она ни в чем меня не винит. Даже не удивилась тому, кто я. Сказала, что и сама это поняла.</p>
   <p>— А ты что? — пытливо осведомился Михаил.</p>
   <p>— Я спросила, могу ли что-нибудь для нее сделать. Добрая душа не стала злоупотреблять моим чувством вины. Она ничего не потребовала, — потупилась Люмениферус.</p>
   <p>— И такая светлая душа угодила в ад. Справедливо, ничего не скажешь, — ввернул Люцифер, снова изменивший облик на дьявольский.</p>
   <p>        Реплика брата осталась без внимания, исключая косой, мимолетно брошенный на него взгляд.</p>
   <p>— Девушка не просила ее вернуть? — уточнил Михаил, решив не поддаваться на очередную провокацию. — Или ты не предлагала?</p>
   <p>— Предлагала. Не просила, — коротко ответила Люмениферус. — Ей тут гораздо лучше, чем на земле. Я сказала, что мы можем устроить ей совсем другую жизнь. С другими людьми и в другом месте. Она отказалась. Прежнего мира ей более чем хватило. Вселенским добром и любовью она наелась досыта. Благодаря Люциферу, здесь она обрела покой, и не хочет обратно.</p>
   <p>        Визит в преисподнюю подошел к концу. Мнения наверняка сложились разные, но с точки зрения Михаила все разрешилось оптимальным образом. Люмениферус более-менее успокоилась. Как прежде она уже не терзалась, расстроенная до слез и посыпания головы пеплом. Вряд ли она забудет эту историю, однако надлежащие выводы сделает. В конечном счете, та пойдет на пользу ей самой. Приятно удивил и Люцифер. С душой бедняжки он обошелся очень мягко, умудрившись создать ей хорошие условия, а для ада так и вовсе исключительные. Не разочаровала и сама душа, безусловно очень чистая и добрая. Не затаив обиды или зла, она сняла груз вины с Люмениферус, весьма чувствительной к таким вещам, и ничего не просила для себя. Что ж, с таким прекрасным сердцем, ей, пожалуй, и впрямь совсем не место в аду.</p>
   <p>— Г-хм, — прокряхтел Михаил, ощущая, как его мысли принимают довольно крамольный оборот.</p>
   <p>— Ты чего? — глянул на него Люцифер. — Жарковато стало?</p>
   <p>— Хорошо, что обошлось без воскрешения, — отвел глаза Михаил. — Сестра была слишком удручена. Я подозревал, к чему все идет, и рад, что мои опасения не подтвердились.</p>
   <p>        Ввести Люцифера в заблуждение было довольно сложно. Обычно он сразу понимал, если ему говорили совсем не то, что думали, однако на этот раз ничего не заметил. Похоже, он и сам разделял одобрение брата. Возвращая людей из ада, он нарушал бы естественный порядок вещей. Пару раз — куда ни шло, однако шаг за шагом он вполне мог поставить это на поток, сговорившись с Люмениферус.</p>
   <p>— Нам пора, — озабоченно сказал сестре Михаил.</p>
   <p>До него вдруг дошло, насколько опасно допускать сближение этих двоих. Их объединенные усилия выходили далеко за рамки отпущенного каждому архангелу. Эдак они на земле и армию бессмертных создадут, и кто знает, до чего додумаются еще. Нет уж! Лучше приблизить сестру к себе, нежели позволить ей подпадать под влияние Люцифера.</p>
   <p>— Итак, вашу просьбу я выполнил. Могу я попросить об ответном одолжении? — неожиданно спросил владыка ада.</p>
   <p>— Валяй, — кивнула Люмениферус.</p>
   <p>— Вообще-то я сейчас подразумевал Михаила, — к величайшему изумлению обоих, уточнил Люцифер.</p>
   <p>        Кошачье любопытство сестры было до крайности распалено. С каких это пор у Люцифера от нее секреты? Да еще с кем! С Михаилом, которого он и видел-то лишь изредка! Сгорая от желания все узнать, Люмениферус хотела навязаться к ним в компанию, но Люцифер желал переговорить с братом наедине.</p>
   <p>— Я вас в сторонке подожду, — предложила она, рассчитывая подслушать разговор.</p>
   <p>— Мы ненадолго, — ответил Люцифер, тем самым выражая отказ.</p>
   <p>Его глаза, преисполненные огня преисподней, выглядели красноречивее слов. В них сквозил настоятельный посыл не мешать. Он прозвучал и в сознании Люмениферус, однако не речью, а намеком, на что причины очень даже были.</p>
   <p>        Вблизи друг друга, архангелы могли улавливать ментальное общение, как некий фон от излучающего источника. Адресованное сестре, при желании оно вполне читалось бы Михаилом, чего Люцифер явно избегал. Принцип был все тем же, что и на земле, когда содеянное там одним архангелом обычно становилось известно другому. Ближайшей аналогией выступали люди с их теорией про близнецов, якобы способных ощущать взаимосвязь на расстоянии. Они, безусловно, заблуждались, но только в отношении человечества. К архангелам эта теория относилась напрямую.</p>
   <p>        Не без труда, Люмениферус удалось уговорить. Было очевидно, что она вцепится в Люцифера мертвой хваткой, желая выведать о его делах с Михаилом — но потом.</p>
   <p>— Рядом с тем озером еще много таких мест. Сходи пока посмотри. Тебе будет интересно. Авось ты мне что и присоветуешь, — предложил Люцифер.</p>
   <p>— Ладно. Только не затягивайте, — согласилась Люмениферус и улетела.</p>
   <p>В проводнике она теперь не нуждалась, ориентируясь на упомянутые координаты.</p>
   <p>        Не препятствуя сестре, Михаил за нее не волновался. Исключая брата, в аду ей ничто не угрожало, ибо грозой для демонов была она сама. Брат же оставался с ним, желая о чем-то попросить. Михаил не страдал любопытством Люмениферус, однако ему стало очень занятно, о чем именно. По этой причине он и не уходил, хотя собирался откланяться сразу по возвращении от озера.</p>
   <p>— Выкладывай, — коротко предложил он.</p>
   <p>— Идем со мной, — позвал его Люцифер, и повел куда-то в глубины ада.</p>
   <p>        Интерьер Армагеддона Михаила не впечатлил. Наоборот — в его глазах преисподняя наконец-то выглядела адекватно, со всеми атрибутами в виде лавы, смолы, пылающего огня и безжизненных пустошей, озаренных красным несуществующим солнцем. Гранитный жертвенник сюда очень даже вписывался, вместе с кольцом окружавших его надолбов. Углубление для тела и канавки для стока крови соответствовали антуражу. Похожие на вены, дорожки на надолбах сочились каплями, где отражались мучения душ. Заходясь от боли, их искаженные лица молили о пощаде, которой никогда не наступало. Все это больше подходило аду, нежели курорт с домом и озером.</p>
   <p>        Специальная цепь предполагала пленника, то есть прикованную вечную жертву. Эластичная, но нерушимая, она не позволяла покинуть это место, не выпуская душу из лап бесов. Последних, впрочем, было не видать, да и цепь пустовала. Судя по всему, это узилище еще никто не занимал, для кого бы его столь основательно ни приготовили.</p>
   <p>        Остановившись у жертвенника, Люцифер оглядел его долгим взором. Затем провел по нему рукой, касаясь шершавого гранита. Не обошел он вниманием и цепь. Дотронувшись до ее кольца, торчавшего из основания плиты, он посмотрел на нее так, словно искал кого-то и не находил.</p>
   <p>— Говори уже, зачем позвал, — напомнил Михаил, не понимая смысла этих манипуляций.</p>
   <p>— Мне требуется твоя помощь, — как-то неохотно произнес Люцифер, оглядываясь по сторонам.</p>
   <p>Казалось, он проверял, не подслушивает ли кто их более чем странный разговор.</p>
   <p>— И так ясно. Давай, выкладывай, — теряя терпение, повторил Михаил.</p>
   <p>— Здесь была душа. Нужно ее найти, — сделав над собой усилие, сообщил Люцифер.</p>
   <p>        Это прозвучало настолько неожиданно, что Михаил не сразу понял, о чем речь. Точнее, он все прекрасно понял, однако элементарно не мог поверить. В его голове это попросту не укладывалось. Мрачный словно тьма на горизонте, Люцифер безмолвно наблюдал, как у брата менялось лицо, пока до него доходила суть.</p>
   <p>— Погоди-погоди! — вконец опешил Михаил, по-прежнему не в состоянии уразуметь. — У тебя что, пропала душа?! Я правильно тебя услышал?! У тебя, правителя ада, ПРОПАЛА ДУША?!</p>
   <p>— Да. И мне надо знать, куда она подевалась, — ничуть не довольный своим откровением, пояснил Люцифер.</p>
   <p>— Мало того, что душа сбежала, ты еще и не в состоянии отыскать ее в аду?! — потрясенно воскликнул военачальник небес.</p>
   <p>— В аду ее нет. Зачем бы я иначе тебя позвал? — хмуро ответил властелин преисподней.</p>
   <p>— Да как такое вообще возможно?! — развел руки в стороны Михаил.</p>
   <p>— Вот ты мне и подскажи. Только это должно остаться между нами, — очень серьезно предупредил Люцифер.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>– 8 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        Лавируя между братьями, Люмениферус соблюдала предельную осторожность, что с ее эмоциональностью давалось весьма непросто. В отличие от уравновешенного Михаила и расчетливого Люцифера, своими порывами и чувствами она в любой момент могла выдать что угодно с головой. С другой стороны, эти самые чувства ее и защищали. Одно она неплохо выдавала за другое, пряча основную подоплеку за отдельными сценами. Получалось у нее хорошо, ибо везде она проявляла искреннюю заинтересованность, начиная от сотрудничества с Михаилом и заканчивая девушкой-самоубийцей. Совмещая приятное с полезным, она преследовала основную цель, и при этом извлекала пользу от промежуточных. У людей это называлось женским коварством. С точки зрения архангелов, это был стратегический расчет.</p>
   <p>        Теперь уже никто и не помнил, кто именно предложил ввести в игру Люмениферус. В общих чертах, замысел принадлежал Люциферу, однако тот никогда не утверждал, что сам натолкнулся на эту идею. Скорее, ее подала сестра, однако не напрямую, а развивая некую мысль. Брат ее поддержал и дополнил. Затем она снова перехватила инициативу, и в итоге на свет появился этот план. Единого авторства у него не было. Люцифер и Люмениферус выработали его оба. Сблизившись уже давно, они составляли отличную пару. Их точки соприкосновения множились, а видение мира все больше совпадало, как и взгляды на само устройство мироздания. Взаимно обогащаясь, они изрядно влияли друг на друга, что постоянно упрочивало их образовавшуюся связь.</p>
   <p>        Помимо прочего, Люмениферус и Люцифера объединяло и кое-что еще. Они обладали уникальным сходством, не присущим никому другому. Светоносным и Светоносной их именовали не для красного словца. Они светились, в самом прямом смысле, и не одними глазами и крыльями, а и всем своим существом. Они не просто были созданиями света, но и несли его в себе. Не случайно Люцифера называли Утренней звездой, любимым сыном отца. Правда, к дочери это не очень-то относилось, однако с ней вообще выходила отдельная история. Как бы там ни было, это делало их диархию не только продуктивной, но и примечательной, словно ее подсказывала сама судьба.</p>
   <p>        Судьбы, разумеется, для архангелов не существовало, как, впрочем, и для людей. Под таковой подразумевалось будущее, в наиболее вероятном его воплощении, либо прямой божественный замысел. В остальном же все зависело от сознания, которое обладало даром принимать любые, даже самые неожиданные решения в мире предсказуемой физики. Ей как раз филигранно владел Михаил, и с ним Люмениферус также умудрилась составить эффективную пару.</p>
   <p>        Взаимодействие с Михаилом приносило свои плоды. Сблизившись с одним братом, сестра успешно сближалась и с другим. Она узнавала от него немало нового, постигала на практике множество вещей. Общение с Люцифером принесло ей огромный опыт. Теперь его увеличивали и тесные контакты с Михаилом. Чем больше времени она с ним проводила, тем охотнее он оказывал ей поддержку, приближая к себе и делясь накопленными знаниями. По человеческим меркам, каждый архангел знал непостижимо много — фактически все и обо всем, ибо владел тайнами Вселенной. В известном смысле, так и было, однако исключение составляли собственные опыт и таланты.</p>
   <p>        Люмениферус не ведала всего, что умел и творил Люцифер или Михаил. Они, в свою очередь, не владели навыками и знаниями друг друга. Любое продуктивное общение позволяло им делиться всем персональным богатством, не имевшим отношения к материальным ценностям, взаимно открываться как тайная, доступная только близким библиотека. Могущественные, но разрозненные, вместе они становились сильнее. Величественные сияющие звезды превращались во вселенское, обладавшее уникальными качествами созвездие.</p>
   <p>        Михаил никогда бы не доверился Люциферу. Он не стал бы вступать с ним в продолжительный контакт, и тем более делать что-то сообща. Держась обособленно, он не забывал про родственные узы, однако только ради них через свои убеждения не переступал. То же самое относилось и к Люциферу. Даже нуждаясь в Михаиле, он всегда оставался собой, не предпринимая жертвенных шагов навстречу. Он не собирался с ним откровенничать, и уж тем более хоть в чем-то подчиняться брату, пускай и для пользы дела. Конструктивных отношений у них не получалось, как у однополярных магнитов, не способных слиться в единое целое. Производя эффект левитации, они были не в состоянии выступить как нерушимый монолит.</p>
   <p>        Проверенные тысячелетиями, отношения архангелов казались неизменными, однако Люмениферус стала исключением. С каждым из братьев у нее получалось найти что-то свое, и к каждому она нашла подход. Способная на уступки, взамен она получала уступки и от них, которые эти двое взаимно никогда не допускали. Сближаясь с обоими, она превращалась между ними в своеобразный мост. Делая ей одолжения, братья, таким образом, могли сделать одолжение и друг другу, даже если сами этого не понимали. И в особенности, если сами этого не понимали.</p>
   <p>        Люмениферус сознавала, насколько хрупок ее мост. Она берегла каждое его звено, и понемногу старалась делать все прочнее, устанавливая сваи доверия и укладывая настил из совместных достижений. Это, однако, требовало общих усилий. Секретничая с Михаилом, Люцифер не устанавливал опору, а подрывал. Он не впервые о чем-то умалчивал, и всегда уверял, что это на пользу делу. Люмениферус ворчала, но терпела, принимая его доводы и соглашаясь с эффективностью результата. Так было до сих пор, вот только на сей раз происходило явно нечто иное.</p>
   <p>        Уединяясь с братом, Люцифер повел себя довольно странно. Что было еще примечательнее, странно повел себя и Михаил. Покинув ад, Люмениферус пыталась его разговорить, однако наталкивалась на отговорки и даже попытки пошутить. Для военачальника небес это было очень нехарактерно, что лишь усиливало подозрения сестры. Смолы в огонь подлил и Люцифер. Он ей не лгал, однако мастерски юлил и изворачивался, ссылаясь на их глобальный план. Все выглядело так, словно у братьев возникло совместное дело, в которое сестру они не посвящали.</p>
   <p>        При иных обстоятельствах Люмениферус и ухом бы не повела, однако на сей раз нутром чуяла неладное. Люцифер чего-то не договаривал, и ей невероятно хотелось узнать, что именно. И почему. Секреты между ними подрывали доверие, столь необходимое для общей цели. О каком новом мире может идти речь, если ключевые фигуры утаивают что-то друг от друга? Это шло вразрез с построением справедливости, чье нынешнее уродство вызывало возмущение обоих. Гадая, что происходит, Люмениферус мрачнела и хмурилась, выискивая черную кошку там, где ее нет. Ей ведь и в голову не приходило, что суть действительно в доверии, причем напрямую относившимся к ней самой.</p>
   <p>        Пропажа души культиста повергла Люцифера в шок. Сестре он расписывал прекрасное будущее, свободное от отцовской тирании, а сам оказался неспособен справиться с настоящим. Желая установить новый порядок, он замахивался на основы Вселенной и при этом умудрился проявить некомпетентность в аду. Как можно возглавить мироздание, если он не в состоянии уследить за одной лишь преисподней? Преисподней, где он обладал всей полнотой власти.</p>
   <p>        Люцифер рассчитывал, что душа приведет его к неким демонам, о деятельности которых он ничего не знал. Ее исчезновение означало, что он и впрямь не в курсе чего-то очень существенного. Кто бы тут ни замешан, речь заходила уже не о нарушении, а неповиновении, и для правителя ада это было совершенно неприемлемо. Удар по авторитету получался просто сокрушительный. Смятенный и озадаченный, признаться Люмениферус он просто не мог. Он боялся подорвать ее доверие, к себе как к лидеру, и своей способности чем-либо управлять. Надеясь уладить все без шума, он был вынужден подключить Михаила, но ни словом не обмолвился сестре.</p>
   <p>        На счастье Люцифера, Люмениферус была слишком занята. Ничуть не обрадованная его скрытностью, она списала все на типичные интриги, в которых опальный брат изрядно поднаторел. Она, конечно, не собиралась оставлять это без внимания, однако и случай для выяснения отношений требовался подходящий. Завоевав внимание Михаила, она не хотела давать ему пищу для нежелательных размышлений. Одно дело — производить впечатление своих трений с Люцифером, и совсем другое устроить подлинный скандал. Единство требовалось не разваливать, а развивать и укреплять. Сдержав порыв, что было для нее настоящим подвигом, Люмениферус сосредоточилась на очередной задаче.</p>
   <p>        Девушке и впрямь было тяжело. Другой девушке, более молодой, и проживавшей совсем в ином месте. В отличие от предыдущей, она была жива, и накладывать на себя руки не собиралась. Правда, это не слишком что-то меняло. Ее самочувствие оставляло желать лучшего. Оно вызывало серьезные опасения целым набором недугов, включавшим слабое сердце и анемию. Нездоровый образ жизни значительно усугублял природные заболевания, и речь заходила отнюдь не о курении, наркотиках или алкоголе. Недосыпая и недоедая, девушка подолгу работала за гроши, надрывалась дома и постоянно находилась в состоянии стресса. Не помышляя о самоубийстве, она просто хотела умереть. Умереть естественным путем, чтобы для нее наконец-то все закончилось. Плохо ли, хорошо ли, смерть к ней не приходила, заставляя испивать отравленную чашу ежедневно и до конца.</p>
   <p>        Недавний подросток, девушка едва вступила во взрослую жизнь, когда ей исполнилось восемнадцать лет. Правда, в глазах закона, ибо суровые реалии загнали ее туда давным-давно. Она уже и не помнила, когда ей в жизни было хорошо. Детство пролетело быстро, закончившись к десяти годам, и то детство без излишеств, прошедшее в бедной и психологически непростой обстановке. Последующие годы навалились тяжестью, нараставшей как снежный ком.</p>
   <p>        Семья была неполной. Отец куда-то подевался, уехав в другую страну и перестав выходить на связь. Так, по крайней мере, говорила мать, воспитывая младшую дочь вместе со старшим братом. Не получив приличного образования, эта молодая женщина работала кем придется. Как правило, в сфере общепита и продаж, меняя торговые точки и перескакивая из магазина в магазин. За словом она в карман не лезла, и в целом была весьма напористой, что позволяло ей отстаивать права, но вызывало и скандалы. Вполне закономерно, это провоцировало частую смену работы. Детьми она, безусловно, занималась, однако непростая жизнь привела ее к знакомству с алкоголем. Тот же, в свою очередь, приводил на порог и вполне соответствующую кампанию.</p>
   <p>        Чуда, опять же, не произошло. Энергия и молодость, материнские чувства до поры компенсировали пагубное пристрастие, однако годы шли, и ситуация развивалась предсказуемо. Положительные стороны уменьшались, а отрицательные уверенно поднимались в гору. Однажды мать перестала относиться к дочери с прежним вниманием, преувеличенно обратив его только на сына. Ему доставалась вся ее любовь, в то время как на долю девочки оставались только наказания и упреки. Обычно незаслуженно.</p>
   <p>        Отыгрывая мужскую роль, сын по дому и палец о палец не ударял, в то время как дочери домашние дела поручались в приказном порядке. Точнее, они перекладывались на нее по-умолчанию, ибо даже за чужой бардак и неряшество отвечать приходилось только ей. Кто бы ни напачкал — убирать должна была она, как и следить за порядком в доме, вне зависимо от присутствующих и обстоятельств. Таким образом, и виноватой она тоже оказывалась во всем априори.</p>
   <p>        Еще малышкой, девушка уже страдала от различных заболеваний. С годами все стало только хуже. Мать уже не заботилась о ней, как раньше, и за руку по врачам не водила. И без того непростой, подростковый период усугубил общее состояние. Прежние хвори усилились, появились новые. Физическая и психологическая, растущая нагрузка им только способствовала. Начались кровотечения и пугающие обмороки, грозившие непоправимым. Девочке следовало лечиться и отдыхать, однако вместо врачей она получала нетрезвых гостей матери, а отдыхом ей служили метла и половая тряпка.</p>
   <p>        Животные в доме — это всегда хорошо, если относиться к ним с должным вниманием и уходом. Они благотворно влияют на детей, даря незабываемые моменты и прививая навыки заботы и социализации. В том случае, конечно, если не становятся навязанной обузой. Девочка любила всех — и кошек, и собак, и много кого еще. Любила даже тогда, когда именно ей приходилось за ними убирать, выгуливать, и вообще нести за них полную ответственность. Вот только ни здоровья, ни сил это ей ничуть не прибавляло.</p>
   <p>        Чужая прихоть стала дополнительной нагрузкой, требующей регулярного внимания. Взятые другими домочадцами, животные обременили девочку еще больше. По возвращению со школы ей и так светили лишь домашние дела, а кроме них добавился уход за питомцами. Кот не требовал выгула, однако устраивал бардак и справлял нужду где ни попадя. Собака была доброй и ласковой, но с ней требовалось гулять, да и в квартире она любила погрызть что-нибудь или растрепать. Разумеется, за каждую их проделку вина возлагалась исключительно на девочку. У нее же все чаще, за хозяйством, обмороками и животными, времени на уроки просто не оставалось. На пользу ее учебе это совсем не шло.</p>
   <p>        Пусть и небольшая, семья святым духом не питалась. Она нуждалась в естественных расходах, растущих по мере взросления детей. Тяжелое финансовое положение накладывало свой закономерный отпечаток, и еще в школе девочка начала работать. Толку, правда, с того было крайне мало, ибо неквалифицированный школьник прилично заработать в принципе не мог. Раздавая листовки и разнося рекламу, девочка больше теряла, чем получала. Продажа электронных подписок тоже выгоды не приносила. Голодная и одинокая, очень часто она не добывала ни гроша, зато перегревалась в жару и насквозь промерзала в холод. Здоровье хромало еще больше, а денег особо не прибавлялось, равно как и знаний. Сокращая посещение школы, девочка теряла в образовании, но не приобретала хотя бы сиюминутной материальной выгоды.</p>
   <p>        Раннее взросление отнимало детство, ничего не даря взамен. Все светлое уходило, а плохое только нарастало. К семнадцати годам девушка желала смерти, мечтая не очнуться после очередного обморока. Работала она за гроши, да и те отдавала матери. На себя у нее едва ли что-то оставалось, а нужды молоденькой девушки никто не отменял. Поесть хотя бы раз в сутки для нее уже было очень хорошо. Покупка необходимой одежды становилась эпическим достижением. Недоедая и надрываясь, и без того худая девушка отощала так, что порой ей становилось больно сидеть. От матери же ожидать понимания более не приходилось.</p>
   <p>        Алкоголизм — явление разрушительное и неумолимое. Прежде выпивавшая, теперь мать употребляла каждый день, распространяя характерный запах перегара. Спиртное губило не только тело, но и разум. Доселе уже несправедливая, она окончательно стала неуравновешенной в отношении дочери. Их отношения ухудшились дальше некуда, что проживание в одной квартире кратно усугубляло. Девушка терпела, не имея возможности куда-либо податься, и еще больше мечтала уйти в мир иной. Ее психика страдала, с трудом выдерживая такую жизнь, однако проявляла настоящий стоицизм. Она не сломалась и поддалась, обходилась без нервных срывов и психиатрических заболеваний. Закаленная невзгодами, сила воли этой хрупкой девушки удивляла. Казалось, ей не страшны никакие испытания, и тогда, в своем типичном репертуаре, небеса решили это проверить.</p>
   <p>        Заведенная родней, собака заболела. Было видно, что ей очень плохо, и с каждым днем становится все хуже. За исключением девушки, всем было наплевать. К ветеринару ее никто не вез, и на дом врача уж тем более не приглашал. Собака, тем временем, открыто начала страдать. Не выдержав ее мучений, девушка вызвала ветеринара. Вызвала на последние деньги, отложенные на покупку зимней куртки. Ее не волновало, в чем она станет ходить в мороз — все помыслы этой доброй души были обращены только на несчастное животное.</p>
   <p>        Приехавшая ветеринар особого участия не проявила. Какой-то укол она сделала, забрав за него и за вызов всю имевшуюся сумму, однако на том ее забота и закончилась. Диагностировав гнойное воспаление матки, она рекомендовала операцию и удалилась. Собака осталась страдать, а с ней страдала и девушка, чье сердце разрывалось от происходящего. Отдав последние деньги, ни помощи, ни шанса на спасение животного она не получила. Операция требовала денег, а клиника еще больше. Родные, безусловно, не дали ни гроша, хотя наскрести и могли бы. Однажды заведя собаку, они остались глухи к ее боли и жалобным мольбам. Не впечатлили их и слезы девушки, впадавшей в отчаяние из-за своего бессилия, неспособности хоть как-то повлиять на ситуацию.</p>
   <p>        До утра собака не дожила. Ее агония была ужасна, как и распространяемый запах. Последние минуты она провела в мучениях, содрогаясь и скуля. Давясь слезами, девушка утешалась только тем, что для несчастного животного наконец-то все закончилось, и оно уснуло вечным сном. Самой же девушке эта сцена тоже сулила вечность, впечатавшись в ее память и сознание навсегда.</p>
   <p>        Такие удары не проходят бесследно. Даже самая стойкая, психика все равно получала травму, и та оставляла на сердце рубец. Со временем девушка оправилась, однако собаку не забыла, равно как и ее безвинные страдания. Она сделала все, что смогла, но легче ей от этого не становилось.</p>
   <p>        Жертва получилась бессмысленной, словно кто-то поиздевался самым жестоким образом. Лишившись скромных сбережений, девушка осталась без единственной теплой вещи на зиму, а собаку все равно не спасла. Элементарная справедливость предполагала, что ТАКАЯ жертва должна оправдываться. Сумма не имела значения — важно было то, что она отдала последнее, рискуя своим и без того слабым здоровьем. Небеса остались глухи к ее мольбам, проигнорировав и собственный, расхваленный религией принцип жертвенности. Выводы напрашивались проще некуда. Добродетель и милосердие в мире явно отсутствовали, либо принадлежали только избранным, а ее с несчастным животным не касались.</p>
   <p>        Наткнувшись на девушку случайно, Люмениферус была поражена ее тоскливой, поистине душераздирающей историей. Еще больше ее впечатлила стойкость, с которой это хрупкое создание переносило жизненные тяготы. Собаку спасать было поздно, но девушка точно заслуживала лучшего. Душевные раны Люмениферус не исцеляла, однако и Люцифера с его нынешней скрытностью не позвала. Аккуратно и незаметно, она попыталась помочь ей сама, и внезапно поняла, что не в состоянии этого сделать.</p>
   <p>        Могущество архангела было гораздо больше, нежели люди привыкли считать. Любое колдовство, любые их придуманные аналогии, описанные в книгах и воспетые в кинематографе, не шли и в сравнение с подлинными возможностями этих небожителей. Мановением руки, одним лишь движением воли они были способны на такое, о чем не догадывалась даже самая изощренная фантазия. Их мыслям и желаниям подчинялось практически что угодно, и тем поразительнее был тот факт, что ни одно усилие Люмениферус не возымело действия.</p>
   <p>        С таким же успехом девушке мог помочь лжеколдун и шарлатан. То есть, ни с каким. Не понимая, что происходит, Люмениферус старалась все усерднее, однако ее манипуляции ни к чему не приводили. Ее руки не творили чудес, словно у обычного человека, а сиявшие глаза приносили не больше пользы, чем экзотические светильники. Даже крылья оказались бесполезными. Раскрывая их широко, любой архангел испускал максимально возможную для него мощь, которая в данном случае низводилась до незначительного колебания воздуха.</p>
   <p>— Михаил! Ты мне нужен! — воззвала сестра, откровенно растерявшись от своего бессилия.</p>
   <p>Тот не появился, однако дал понять, что услышал.</p>
   <p>        Коротая время, Люмениферус гладила кота и поглядывала, как девушка хлопотала по дому, отмывая плиту и надраивая полы. В какой-то момент она наклонилась, отжимая тряпку, да так и упала, сраженная очередным обмороком. Падение едва не стало фатальным, ибо голова чуть не ударилась о ванную. Люмениферус только и успела, что не дать ей стукнуться об пол. Мгновенно появившись, она склонилась над ней с заботой и испугом родной матери.</p>
   <p>        Девушка была жива, однако еле дышала. Приложив ладонь, архангел попыталась оказать ей первую помощь, однако у нее ничего не вышло. Свет лучился как и положено, а толку от него не наблюдалось. Не исцеляя до сих пор, он не исцелял и теперь, даже в самой малости. Возможности Люмениферус сводились к тому, что мог простой человек. Как человек она и поступила. Подхватив девушку на руки, она отнесла ее в постель и уложила так, чтобы обеспечить приток крови к голове. Распахнув окно движением мысли, она расстегнула на девушке одежду, чтобы облегчить ей дыхание. Отгоняя кота, взволнованного происходящим, она принялась взывать к Михаилу, одновременно соображая, не вызвать ли человеческую скорую помощь.</p>
   <p>        Военачальник небес не игнорировал сестру. Он улаживал дела, прежде чем прибыть на ее зов, на который ответил в порядке своих приоритетов. Ответственный во всем, он не ставил родственные отношения выше насущных обязанностей.</p>
   <p>— Что случилось? — коротко вопросил он, оценив лежавшую девушку и выражение лица Люмениферус.</p>
   <p>— Ты мне скажи, — ответила сестра.</p>
   <p>        Не слишком информативную реплику пришлось пояснять. Девушка в чувство не приходила, поэтому Люмениферус потянула брата к ней, одновременно пересказывая ему всю историю и ход недавних событий. Ментальную связь она использовала пополам с обычной речью, что говорило о сильной растерянности и волнении.</p>
   <p>— Помолчи немного. Дай сосредоточиться, — буркнул Михаил, уяснив основную суть.</p>
   <p>Отстранив Люмениферус, он уселся на постели возле девушки и положил ей на голову свою длань. Его ладонь испустила свет, под стать тому, что уже сиял в его глазах. Не говоря более ни слова, он перестал обращать внимание на сестру и сосредоточился только на пациентке.</p>
   <p>        Целитель из Михаила и впрямь был выдающийся. Он укрощал все недуги. В его сиянии любое тело очищалось, восстанавливая пострадавшие и даже утраченные ткани. Вот и сейчас лучистый свет возымел свое действие. Девушке стало лучше. Пульс выровнялся, давление пришло в норму; на щеки вернулся румянец, дыхание стало спокойнее и глубже. Теперь она не лежала без сознания, а спала, убаюканная волей милосердного архангела. Унимая свечение, он отнял ладонь и повел над ее головой, даруя свое благословение. Потом поднялся, по-прежнему не произнося ни звука.</p>
   <p>— И что? На этом все? — усомнилась Люмениферус. — Хочешь сказать, что она исцелена? Я же чувствую, что это не так!</p>
   <p>— Даже я больше ничего сделать не могу, — сдержанно отозвался Михаил.</p>
   <p>        Ожидая совсем другого, признанием в бессилии сестра не удовлетворилась. Недолго думая, она насела на брата, желая немедленно получить объяснения. Тот отмалчивался, не иначе подумывая сбежать, однако в итоге пришел к выводу, что пояснить все-таки придется. Настырная Люмениферус не отстанет — без разницы, сейчас или позднее.</p>
   <p>— Это наказание, — неохотно произнес Михаил, прекрасно осведомленный, как к подобным вещам относится сестра.</p>
   <p>Ее отношения с небесами и так были далеки от идеальных, а после этого лучше точно не станут.</p>
   <p>— О чем ты? — опешила Люмениферус. — На этой девушке нет метки! Думаешь, я бы ее не заметила? Да и какая на ней вина?</p>
   <p>— Наказывают не ее, — еще менее отрадно добавил Михаил. — Она — часть наказания. Вот почему ты не можешь ничего изменить.</p>
   <p>        Известие не понравилось сестре совершенно. Переварив услышанное, она аж закипела от прилива характерных для нее эмоций. Как архангелу, ей не требовалось разжевать, о чем идет речь. Ее недоумение и ступор диктовались собственным восприятием. Она не допускала и мысли, чтобы кого-то наказывали издевательством над безвинной девушкой. Люмениферус не считала это возможным и приемлемым.</p>
   <p>— Это возмутительно! — воскликнула она, в порыве гнева озаряя комнату своим сиянием. — Это бесчеловечно! Это… просто подло!</p>
   <p>— Что бы там ни было, так решил отец, — сказал Михаил, стараясь пропустить ее эпитеты мимо ушей. — Тут мы с тобой не властны. Девушке я помог, но только в рамках дозволенного. Чтобы она жила дальше.</p>
   <p>— Чтобы она СТРАДАЛА ДАЛЬШЕ, я правильно поняла? — выразительно переспросила Люмениферус. — Чтобы своей болью и отчаянием она платила за чужие грехи?</p>
   <p>        Чувствительность сестры не очень-то переносила такие сцены и удары. Принимая все близко к сердцу, она могла пойти вразнос, начав помогать всем подряд, творить висячие сады на небоскребах или наоборот — стереть в порошок всех подвернувшихся злодеев. По-своему, Михаил ее понимал. Небесное правосудие выражалось весьма неординарно, далекое от понимания людей и даже ангелов. Происходящее с этой девушкой в истории встречалось не впервые.</p>
   <p>        Порой, божественная воля и впрямь наказывала одного страданиями других. Обычно это бывало показательно, наглядно выражая причину и следствие, однако встречались и более неоднозначные варианты. Страдать могла целая семья, даже если виновнику было на нее наплевать. Случалось и такое, когда за проступки предка расплачивались целые поколения. Карая одного, небеса не единожды делали это ценою многих.</p>
   <p>— Спокойнее, прошу тебя, — увещевал Михаил, положив сестре руку на плечо. — Не терзайся понапрасну. Мы ничего не можем сделать.</p>
   <p>— Это мы еще посмотрим! — расходясь как грозовая туча, сверкнула глазами Люмениферус. — Я полечу и потребую объяснений!</p>
   <p>        Скандала на небесах следовало избежать. Было яснее некуда, что сестра никак не повлияет на решение отца, хотя бы потому, что его авторитет давления не признавал. Даже одна уступка породила бы сомнения во всем, начиная от беспрекословности божьей воли и заканчивая его троном. Кто станет считаться с его замыслами, если те подлежат обсуждению и пересмотру? Люмениферус не добьется ничего, зато вполне может навлечь на себя неприятности. Она и так пребывала в немилости, но ей все же не препятствовали проживать на земле и творить там что заблагорассудится. Разумеется, до поры, если она не вздумает перейти границы.</p>
   <p>— Не кипятись. Лучше ты точно не сделаешь, — предвидя очевидное, не спешил убирать руку Михаил.</p>
   <p>        Похожий на сентименты, прямой контакт носил более глубокий смысл. Касаясь Люмениферус, Михаил куда лучше ощущал и контролировал ситуацию. Он решил, что при необходимости удержит ее даже силой, чтобы сестра не наломала дров. Путь она разозлится на него, нежели вызовет отцовский гнев на себя.</p>
   <p>— Да не могу я просто сидеть, когда страдает такая невинная душа! — никак не утихала Люмениферус.</p>
   <p>— Тише. Будь благоразумнее. Если тебя утешит, я наведу справки, что тут к чему. Выясню причину, но ты должна успокоиться, — пообещал Михаил.</p>
   <p>        Выиграв время, военачальник небес выигрывал и сражение. Импульсивная сестра легко заводилась, однако быстро и остывала. Позднее она смотрела на вещи более уравновешенно, и опрометчивых решений обычно уже не допускала. Позвав Михаила, она поступила очень хорошо, на сей раз обойдясь без самодеятельности. Это требовало поощрения, и особенно во избежание сцен на небесах.</p>
   <p>— Я разберусь. Сделаю, что смогу, — еще раз пообещал Михаил, для верности заключая сестру в объятия.</p>
   <p>        Столь нехарактерный жест немедленно возымел действие. Удивленная такой поддержкой, Люмениферус не отстранялась. Более того, она быстро успокоилась, и теперь смотрела на девушку совсем другими глазами. В них по-прежнему хватало горечи, но в ее взгляде забрезжила и надежда.</p>
   <p>— Постарайся не затягивать, — попросила она.</p>
   <p>— Можешь на меня рассчитывать, — заверил Михаил, на ходу соображая, как выпутаться из создавшейся ситуации.</p>
   <p>Мало ему было проблемы Люцифера, так теперь и сестра добавила хлопот с посягательством на божью волю.</p>
   <p>        Вернув самообладание, Люмениферус перестала сиять и порываться устроить бунт. Присмирев, она присела обратно на постель и подозвала кота, охотно прибежавшего к ней на руки. Уложив его рядом с хозяйкой, она поручила ему мурлыкать. Растянувшись у девушки под боком, кот согрел ее своим теплом и завел успокоительную песню.</p>
   <p>— Я за ней пригляжу, — пояснила Люмениферус, но Михаилу это и так было понятно.</p>
   <p>Кивнув на прощание, с характерным звуком он исчез, не утруждаясь долгими расшаркиваниями.</p>
   <p>— А ты, хвостатый хулиган, чтобы больше не безобразничал! — наставляла кота архангел, подразумевая обделанные углы и прочие шалости.</p>
   <p>В ответ тот вытянул лапы и блаженно зажмурился, продолжая мурлыкать под ее укоризненным, но ласковым взором.</p>
   <p>        Когда девушка очнулась, Люмениферус рядом уже не было. Изгнав из кухни тараканов, она прибрала бардак и до блеска очистила пол. Досталось и пыли с паутиной, а также многолетним наслоениям под шкафами. Плесень под раковиной исчезла, как исчезла патогенная флора под обоями и во всех сырых местах. Иными словами, Люмениферус переделала все, чему не препятствовала высшая воля, и что не бросалось в глаза очевидным вмешательством. Переделала собственноручно, если не считать самоходной швабры и самостоятельно сновавших тряпок. Ограниченная в выражении воли, она оперировала предметами, которые делали работу за нее.</p>
   <p>        Проснувшись, девушка не помнила, что произошло. Порядок в квартире она восприняла как должное. Привычная к своим обморокам, она удивилась лишь тому, сколько всего успела переделать. Даже накормить кота, который оказался до отвала сыт, и о чем, уходя, позаботилась Люмениферус.</p>
   <p>        Оставаться с девушкой особого смысла не имело, ибо прямое воздействие на ее судьбу исключалось. Архангельская сила была бесполезна, а остальное не требовало постоянного внимания. К тому же Люмениферус достигла даже больше, чем планировала. Снизойдя до эмоций, Михаил проявил чувствительность и дал обещание, а слово свое он привык держать. Конечно, он вряд ли чего-то добьется, однако важен был процесс, сам факт заинтересованности в правосудии и делах Люмениферус. И не думая забывать о девушке, она переключилась на другую цель и отправилась в преисподнюю.</p>
   <p>        Обычно не объявлялся Михаил, а Люцифер всегда был тут как тут. Как ни странно, на сей раз вышло наоборот. Военачальник небес не заставил себя долго ждать, а владыка ада куда-то подевался. Где его носило — никто не знал. Вероятно, на земле, поскольку в преисподней он не отзывался, да и присутствие его не угадывалось. Устав орать, Люмениферус допросила нескольких демонов, панически удиравших от нее, кто куда. Трясясь от ненависти и страха, те заверили, что понятия не имеют, где их повелитель. О своих делах он редко кого-либо извещал, раздавая приказы, но планами не делясь. В преисподней, однако, его действительно не было. Светоносный архангел ощущался демонами даже больше, нежели сестрой, и его отсутствие становилось очевидным.</p>
   <p>— Дьявол тебя побери, — проворчала Люмениферус затейливый оксюморон.</p>
   <p>        Если тот сам себя не выдавал, отследить Люцифера на земле не было никакой возможности, а он явно не выдавал, ибо Люмениферус прибыла как раз оттуда. В случае применения, его сила стала бы заметна другим архангелам, но пока он вел себя скрытно — тут хоть каждый камень переворачивай. Наведываясь к смертным, владыка ада и прежде не всегда давал о себе знать. Иногда он просто отдыхал или выискивал особенного грешника, однако на сей раз Люмениферус усматривала нечто иное. Вразрез с договоренностями брат исчез, и явно не просто так. Чутье подсказывало ей, что это как-то связано с его внезапными секретами. Ворча и сердясь, Люмениферус улетела восвояси, и даже не догадывалась, насколько ее подозрения соответствовали действительности.</p>
   <empty-line/>
   <p>        История с пропавшей душой сама по себе уже представлялась из ряда вон. Вынужденную меру диктовали обстоятельства. Поступившись гордостью, Люцифер попросил о помощи Михаила, однако поведал ему далеко не все. О культе он ничего ему не рассказал. Более того, он не рассказал ему о демоне, засевшем в теле брокера, и причина тому была куда серьезнее, нежели сбежавшая душа. В таком Люцифер признаться просто никому не мог. Застигнутый врасплох, демон быстро пришел в себя и оставил с носом самого владыку ада.</p>
   <p>        Предполагалось, что допрос не вызовет затруднений. Владея лишь крупицами информации, Люцифер изрядно блефовал, делая вид, что ему известно гораздо больше, нежели на самом деле. Пробелы он собирался заполнить за счет самого демона. Стратегия была проста. Абсолютная власть предполагала безоговорочное подчинение. Могущество архангела внушало трепет, и особенно перед наказанием за проступки, примеров которого вполне хватало. Рассчитывая на свой авторитет, Люцифер ожидал повиновения и откровенности, однако внезапно не получил ни того, ни другого.</p>
   <p>        Вызов демон не бросал, однако именно прямой. Скрытый таился во всем его поведении. Своим видом, речами и жестами он выказывал покорность, но очевидно лгал. Лгал о своей преданности и деяниях. Заливаясь соловьем, а для верности запинаясь и от страха, демон вешал откровенную лапшу на уши. Следовало признать — он делал это мастерски, не иначе подготовленный заранее. Другой не распознал бы его вранье, включая Михаила и Люмениферус, однако обмануть владыку ада ему не удалось. Ложь он вычислил моментально. К сожалению, дальше возникала серьезная загвоздка. Чтение душ заведомо исключалось, ибо у демонов их попросту не было. Как в случае с людьми, узнать правду напрямую он в принципе не мог.</p>
   <p>        Люциферу нечасто доводилось играть без козырей. Обычно он припрятывал туза, а то и целый набор таковых, да еще не в одном рукаве. В шкуре простого детектива ему очень не понравилось. Не применяя дар, он довольствовался тем, чем и все на свете, то есть словесными ловушками, психологической манипуляцией и мерами физического воздействия. В целом, этот набор был не так уж и плох. С ним даже люди умели расколоть подозреваемого, однако тоже из числа людей. С демоном все выходило куда сложнее, хотя его и допрашивал сам владыка ада.</p>
   <p>        Поистине хитроумные, речи никак не помогли, а все западни захлопнулись впустую. Угрозы также не возымели действия. Непревзойденный манипулятор, мастер интриг и великий стратег, Люцифер изрядно постарался, однако ничуть не преуспел. Его коварство с треском провалилось. Задетый за живое, он понял, что словами тут не обойтись. Демон лгал ему в лицо, а он ничего не мог с этим поделать. Всерьез разозленный, Люцифер отринул дипломатию и перешел от слов к делу.</p>
   <p>        Демоны тоже испытывали страх, ибо испытывали и боль. Обычное оружие им вреда не причиняло, и на всякие штучки вроде каленого железа они никак не реагировали. Фактически, они были неуязвимы почти ко всему, но только не к средоточию чистого света. Владыка преисподней держал их в узде не одной лишь божьей волей. Он внушал им трепет своей сущностью, которую ни стерпеть, ни превозмочь демоны не могли. Его архангельское могущество множилось на светоносность, достигая колоссального и необоримого эффекта. Демоны боялись его гнева и повиновались, ибо испепеляющее излучение превращалось для них в наихудший кошмар. Его Люцифер и устроил, переведя допрос в стадию жесткого пристрастия.</p>
   <p>        Демон не сбегал. Это было заведомо бесполезно. Смертное тело не могло удрать от архангела, ибо человека связывали законы физики. Что же касалось сущности, то с ней выходило еще хуже, ибо нельзя укрыться от властелина ада именно в аду. Прекращение одержимости не давало ровным счетом ничего. Что бы демон ни скрывал — его единственной надеждой было врать до последнего. Он и врал, несмотря на все происходящее и суровые меры, принятые Люцифером.</p>
   <p>        Рассчитывая на испуг, сначала Люцифер обходился малым, обжигая демона выборочно и понемногу. Точечное воздействие эффекта не возымело. Демон верещал словно грешник, которого резала тысяча чертей, однако от своей лжи не отказывался. Не иначе подготовленный, он выдерживал пытку и ни в чем сознавался. Прибавив свет, Люцифер начал жечь его куда сильнее.</p>
   <p>        Заливаемый человеку в глотку, расплавленный свинец и то причинял бы меньше мучений. Сущность демона дымилась, испуская черно-красный чад. Обширно прижигаемая, она распадалась под слепящей дланью Люцифера, однако не настолько, чтобы совсем перестать существовать. Как обугленное мясо, она теряла структуру и обращалась в прах, но по-прежнему сохраняла общее единство. В ней зияли дыры, и дыры эти множились по мере того, как демон продолжал упрямиться, а владыка ада наседал. Демон извивался и орал, взывая к повелителю и моля о пощаде, однако не как провинившийся слуга. Невзирая на происходящее, он клялся в своей верности и уверял, что здесь какая-то ошибка.</p>
   <p>        Невиданное упорство поистине потрясало. Настаивая на своем, демон казался невиновным, и это могло пошатнуть любую уверенность. Почти любую, ибо Люцифер не сомневался в обратном. Сопротивление его только распаляло. Прекратив отдельные прижигания, он перешел к частичному испепелению. Демон уже напоминал изъеденный сыр, когда владыка ада пролил лучистый свет. Ослепительное сияние, исходившее от его глаз и пальцев, словно стирало порождение тьмы из реальности.</p>
   <p>        Сущность демона смазалась, подернутая не черным дымом, а белым паром. Испарив одну его часть, свет немедленно принялся за другую, затем третью, четвертую… Теряя форму и конечности, демон превращался в бесформенную, пузырившуюся от боли массу. Атомная вспышка сжигала человеческое тело за секунды, доставляя ужасающие страдания. Для демона она растянулась на минуты, могуществом владыки ада превращенные в эквивалентные часы. Сжигая фрагмент за фрагментом, он оставлял лишь кричавшую основу, еще способную мыслить и что-нибудь рассказать. Та же упорно сопротивлялась, хотя испытывала такое, что словами было не передать.</p>
   <p>        Последним этапом стало полное сожжение, ибо других мер воздействия не оставалось. Демона не сломил даже свет, которым Люцифер стал заполнять его изнутри. Пронзив бесплотную сущность, он зажег там звезду, чьи лучи прожигали тьму в самой ее основе. Наполненное иглами, человеческое сердце не испытывало бы и части этих невыносимых ощущений. Она сметала демона в его обличье, разносила в клочья, разила биллионами раскаленных жал и единовременно поражала все его существо, но действия так и не возымела.</p>
   <p>        До крайности разъярившись, Люцифер окончательно выплеснул свой гнев, и сам уподобившись звезде. Он уже не щадил демона ради допроса — он ставил жирную точку. Засияв как сверхновая, его фигура превратилась в орудие наказания и возмездия. Демона мгновенно охватило пламя, состоявшее из чистого белого света. Дымясь и распадаясь, он испытывал ослепляющую боль, однако продолжал кричать о своей неизменной преданности.</p>
   <p>        Взбешенный и шокированный, Люцифер был вынужден признать, что сталкивался с таким впервые. Строптивых демонов он усмирял и прежде, однако никогда не видел, чтобы они предпочитали сгореть, лишь бы о чем-то умолчать. А горели они знатно, каждой своей частичкой в белоснежном, дарованным самим богом свете. Ненавидя его и не перенося, они испытывали такое, что даже душам в аду ощущать не приходилось. Всегда и везде Люцифер держал демонов в подчинении и страхе, и вдруг наткнулся на непостижимое исключение. Исключение, которое встревожило его незыблемую уверенность в своем непререкаемом авторитете.</p>
   <p>        Так ни в чем и не сознавшись, демон сгорел дотла, обратившись в нематериальную сажу. Развеявшись в пространстве, восстановлению она уже не подлежала ни в одной из известных форм. Лишенные души, демоны исчезали навсегда, и особенно сраженные невыносимым для них первозданным светом. Уцелело лишь тело брокера, которого Люцифер не тронул. Невиновных людей он не убивал, и уж тем более одержимых, отчего соблюдал надлежащую осторожность.</p>
   <p>        Интенсивный допрос разгромом не сопровождался. Квартира осталась нетронутой, а вопли демона, прикованного к креслу, никто не услышал. Архангел позаботился о том, чтобы о его интересе не узнали. Единственным свидетелем был брокер, чья одержимость канула в Лету. Пребывая в прострации, он едва ли что-нибудь соображал, однако бросать его в таком состоянии не стоило. Вернув дееспособность, он мог натворить немало глупостей, что совершенно не входило в замыслы Люцифера. Этому человеку требовалась помощь, и он незамедлительно ее оказал.</p>
   <p>        Брокер дышал, хотя и слабо, ибо сожжение демона отзывалось и на физической оболочке. Это был своеобразный экзорцизм, со всеми вытекающими, только в затянутой и экстремальной форме. При иных обстоятельствах он вообще мог его не выдержать, однако свет, излучаемый Люцифером, носил двойственную природу. Демона он испепелял, а человека при этом лечил. Агония злобной сущности терзала тело, но его страдания тут же нивелировались светоносным архангелом. Уничтожавшее одного поддерживало жизнь другому.</p>
   <p>        Обойдясь без проволочек, Люцифер легко обеспечил брокеру выздоровление. Он больше не лучился как звезда, ограничившись умеренным свечением, да и то исключительно из ладоней. Пострадавшая от исчадия ада, психика человека была быстро исцелена. Его физическому здоровью также ничего не угрожало. О демоне он теперь и не вспомнит, что несомненно пойдет ему на пользу. Правда, не вспомнит он и остальное, за весь период одержимости, но этого не удавалось избежать, а ложные воспоминания исключались. Люцифер умел их насаждать, однако последствия были непредсказуемы. Поддельная реальность приводила к неестественности поступков, что шло вразрез со свободой воли и принципом самоопределения душ.</p>
   <p>        Обретя исцеление, брокер мирно уснул, так и оставаясь в кресле. Теперь у него все было хорошо, если не считать продолжительного провала в памяти. Сказать то же самое о Люцифере не получалось. Пускай и скрытое, неповиновение демона выглядело очень скверно. Наказание отступника свершилось, да много ли было с того толку. Сожжение не давало ровным счетом ничего. В отличие от Люмениферус, Люцифер куда лучше контролировал свой гнев. Подавляя ярость, он мог оставить демона в живых, допрашивая его долгими днями, неделями, и хоть веками. Однажды он точно бы его сломил, но подобной роскоши у владыки ада не было. Где бы он ни запер демона, об этом хоть кто-нибудь бы да узнал, и ничего хорошего такая утечка не сулила.</p>
   <p>        Не затянув с экзекуцией, Люцифер не совершил ошибку, а как раз таки ее избежал. Любое промедление грозило тем, что история выплывет наружу, и тогда его авторитет затрещит, причем с неизвестным исходом. Он, конечно, спалит хоть половину ада, однако не факт, что вернет себе как незыблемую власть, так и непререкаемое уважение. Уничтожение демона было рациональной необходимостью, однако с ним Люцифер лишился своей первой ниточки, ведущей к чему-то очень важному. Тому, что отныне становилось еще важнее, ибо демон предпочел сгореть, нежели признаться. Пропажа души, исчезнувшей прямо из ада, лишила его и второй.</p>
   <p>        Рассуждая постфактум, Люцифер пришел к заключению, что за упрямым демоном стоило следить. Вместо бесполезного допроса тут требовалось организовать скрытое наблюдение. К сожалению, задним умом силен даже идиот. Владыку ада оправдывало лишь то, что такое неповиновение он предвидеть никак не мог. Небезосновательно самоуверенный, он рассчитывал получить все сразу, и в результате остался вообще ни с чем. С другой стороны, слежка тоже ничего не гарантировала. Пребывая в аду, душа культиста была заперта надежнее некуда, и все же исчезла в неизвестном направлении. Люцифер планировал установить, кто и когда к ней наведается, а в итоге узнал только то, что его неслыханно провели.</p>
   <p>        Оставив культиста у жертвенника, владыка ада преследовал две цели сразу. Свидетель имел большую ценность. Он позволял опознать неких демонов, которых могло бы выявить дальнейшее расследование, и одновременно служил приманкой, достаточно примечательной для того, чтобы на нее клюнуть. Затея сорвалась на корню. Душа исчезла, и вряд ли сама, найдя в аду какую-нибудь лазейку. Ей кто-то помог, а это означало прямое нарушение воли Люцифера. Наложенная как подобает, его метка гласила, что душу эту трогать запрещено, и все же кто-то на нее посягнул, поди пойми каким образом.</p>
   <p>        Устранение исключалось. Душа именовалась бессмертной не просто так, ибо никто не мог уничтожить ее навсегда. Означенной властью не обладали даже архангелы, а демоны и тем паче. Физическое избавление от свидетеля было им не по зубам. Как максимум, они могли его укрыть, однако уж точно не в аду, где все оставалось подвластно Люциферу. Строптивость демонов — это одно, а контроль над самой преисподней — совсем другое. Вывод отсюда следовал простой. Не стертая из реальности, душа находилась где-то еще, что автоматически означало парадокс. Отпустить ее из ада не мог никто кроме Люцифера, а он такого приказа не отдавал. Ошеломленный дальше некуда, он понял, что с расследованием лучше не тянуть. Не в состоянии быстро раскрыть загадку, он учел создавшееся положение и был вынужден позвать на помощь Михаила.</p>
   <p>        Несмотря на отношения между братьями, на военачальника небес вполне можно было рассчитывать. Он наверняка этого не забудет, и потом станет припоминать целую вечность, однако сейчас всякие трения исключались. Прибыв с ним в ад, Люмениферус следовала плану, но тем самым оказала Люциферу огромную услугу.</p>
   <p>        Как и следовало ожидать, Михаил отнесся к проблеме со всей серьезностью. Пропавшая из ада душа — это вам не шутки. Так все мироздание развалится, если в нем обнаружится некая дыра. Уяснив суть дела, он пообещал содействие и удалился, наводить справки по своим каналам. Также он дал слово молчать, не столько ради Люцифера, сколько всего мира. Известие о побеге из ада могло породить невообразимые последствия, грозившие поставить под угрозу весь существующий порядок. Люцифер был уверен в Михаиле, но и сам сложа руки не сидел. Заручившись поддержкой брата, он решил насущные дела и снова отправился на землю, намеренно разминувшись с Люмениферус.</p>
   <p>        Служители всегда были готовы исполнить волю Утренней звезды. Они уже выслеживали культистов, а теперь получили приказ сосредоточиться исключительно на них. Призванный как подобает, Люцифер гарантировал им содействие, предоставив весьма широкие полномочия. Сам культ не представлял для него угрозы, однако того же никак не получалось сказать о демонах. Они не просто отозвались на зов неких сатанистов — они их и породили, исходя из слов исчезнувшей души. Как и неповиновение, это тоже встретилось впервые, заставляя задуматься о происходящем. Какие бы цели ни преследовали демоны, теперь становилось очевидно, что владыка ада не должен был о них узнать. Вся конспирация создавалась именно от него. Скрывайся они от Михаила, события развивались бы совершенно иначе.</p>
   <p>        Раздав указания служителям, Люцифер разрешил им любое колдовство, включая выходящее за установленные рамки. Пусть даже их заметят, эта опасность перевешивалась неизвестной угрозой. Нежелательные свидетели большого вреда не причиняли. Заголовки новостей производили много шума, но куда меньше забот. По опыту Люцифера, люди были легковерны и подвержены внушению. Они вполне переубеждались, проглатывая любую ложь, и быстро забывали даже о самых серьезных вещах. Публично наследив, его служители не создадут особой проблемы. Могущество Люцифера все исправит. Архангел и владыка ада, он не разменивался на мелочи, однако по важному поводу улаживал даже разнесенный небоскреб. В сравнении с неведомым умыслом демонов, колдовство среди бела дня представлялось ему меньшим из зол.</p>
   <p>        Личное участие Люцифера диктовалось необходимостью. В расторопности своих служителей он не сомневался, но его возможности говорили сами за себя. Не желая затягивать с этой историей, он как можно быстрее хотел разобраться с культом, чтобы выявить причастных к нему демонов. Для этого он снова вступил в игру, однако на сей раз снабженный информацией. Его служители сообщили все, что успели узнать, и владыка ада получил достаточно для активной деятельности. Не теряя времени, он покинул их штаб-квартиру и отправился по указанным адресам.</p>
   <p>        Осложнений ничто не предвещало. Выявив нескольких культистов, служители Люцифера установили за ними слежку. Инцидент на квартире очень многому их научил, поэтому они действовали осторожно, излишне не приближаясь и не провоцируя очередную стычку. Люцифера, разумеется, это не касалось. Объявляясь из пространства, он рассчитывал очень быстро добраться до цели и еще быстрее раздобыть информацию. За чтением душ у него дело бы не стало, да только оказалось, что читать ему некого.</p>
   <p>        Взятые под наблюдение, эти люди никакого отношения к культу не имели. Всякие сомнения отпадали, ибо Люцифер проверил их лично, заглянув во все уголки души. Грешников среди них хватало, а вот тех, кого он искал, не выявилось ни одного. Совпадение или ошибка исключались. Это были двойники, и неудивительно, что им удалось ввести служителей Люцифера в заблуждение. Визуально похожие, они ничем себя не компрометировали, выдавая неведение за осторожность, а рутинные дела за хитрый трюк. Это были своеобразные актеры, но не настоящие, а выбранные из-за сходства. Им хорошо заплатили, и они просто жили так, как было указано. Их память не содержала полезных сведений, исключая образы нанимателей. Разумеется, безымянные и загримированные.</p>
   <p>        Люцифер проверил все, что прочел в подставных душах. Безрезультатно. Кто бы тут ни поработал, он не оставил следов даже для архангела. Несуществующее агентство никуда кроме пустых помещений не приводило. Случайные свидетели ровным счетом ничего не знали. Фигурально выражаясь, неведомые призраки превратили в призраков и культистов, отчего вся слежка за ними пошла прахом. Люцифер был вне себя, однако служителей не винил. В отличие от него, они не разбирались в душах, чтобы определить подделку, да еще на расстоянии. Их провели очень умело, и Люцифер уже не сомневался, что за всем этим стояли демоны. Оперативно провернуть такую операцию простым смертным было просто не под силу.</p>
   <p>        Потерпев фиаско, поражения Люцифер не признавал. Отступать он не собирался, и отнюдь не из чувства уязвленной гордыни. Чем больше он увязал в этой истории, тем серьезнее у него росло нехорошее предчувствие. В его царстве было неладно, и как владыке ада ему требовалось выяснить, что именно. Чего бы демоны ни замышляли, их планы основывались на его неосведомленности, что ничего хорошего априори не сулило. О намерениях небожителей он тоже знал далеко не все, однако любое их деяние обычно несло в себе хоть какое-то добро. От демонов ожидалось исключительно обратное, а с некоторых пор он ничего дурного человечеству не желал. Люцифер просто не мог оставить все как есть, дожидаясь естественного развития событий. Восприняв ситуацию как вызов, он снова обратился к своим служителям.</p>
   <p>        За редким исключением, представления людей о колдовстве были весьма превратны. Оно, безусловно, черпало силу в аду, однако выражалось совсем не так, как принято считать у обывателей. Люди веками творили черти что, будто состязаясь в диких ритуалах и кровожадном безумии. Колдовство они ассоциировали с дьяволом, а дьявола с резней невинных и обилием разных извращений. Взяв это за основу, они выдумывали всякую жуть, умудряясь ее систематизировать и на полном серьезе ожидать награды.</p>
   <p>        Чего стоили одни черные мессы, которые служили не только чокнутые фанатики, но даже знать и фаворитки королей. Иные принимали ванны, наполненные кровью девушек, и приносили в жертву детей. Что именно они желали — роли не играло, поскольку все их обряды к колдовству отношения не имели и были заведомо бесполезны. Любовницы теряли расположение монархов, мечтавшие о вечной юности старели, болезни не исцелялись, и ничего сверхъестественного в этом не было. Повседневная, самая обычная жизнь диктовала свои законы, не реагируя на симуляцию темных чар.</p>
   <p>        Колдовство представляло собой тонкое искусство, невероятно сложное и требующее глубокого понимания вещей. Без природного таланта оно постигалось лишь в азах, и только одаренные люди могли овладеть чем-то по-настоящему серьезным. Жестокая резня и масштабные оргии к нему никак не относились. Жертвоприношения, кровь и покойники там действительно иногда использовались, однако совсем не так гротескно, как это принято считать. Не считая редчайших экземпляров, все книги по демонологии и заклинаниям содержали натуральный бред, придуманный нездоровой фантазией неадекватных авторов. Чему и удивляться, что практика по их учениям никогда ни к чему не приводила.</p>
   <p>        Колдунов и сатанистов надлежало различать. Первые следовали системе, уж какую они знали или придумали. Они и впрямь старались колдовать, рассчитывая влиять на мир чем-то сверхъестественным. Вторые ни к чему такому не стремились. Вытворяя разную дичь, они воображали, что тем самым угождают дьяволу, который непременно их заметит и вознаградит. Как правило, пути этих людей не пересекались, ибо содержали мало общего. Единственными в своем роде были только служители Люцифера — подлинные его сторонники, сочетавшие в себе обе вариации. Они колдовали по-настоящему, и по-настоящему же чтили своего светоносного господина. Обучая их лично, он заполучал сильнейших колдунов, которые использовали могущество ада и при этом никакого зла не творили.</p>
   <p>        Человеческие жертвы исключались. Сам Люцифер регулярно сжигал какого-нибудь подонка, однако служителям мараться не позволял. Вот кровь действительно использовать приходилось. Шли в ход и внутренности. Разумеется, человеческие, но о ритуальных убийствах речь не заходила. Больницы поставляли достаточно материала, не в последнюю очередь благодаря расторопности Люцифера. Выручали и похоронные бюро, приторговывая необходимыми компонентами. Животных тоже приходилось резать, однако такие жертвы себе позволяли даже небеса. Во всяком случае, в Ветхом завете, а кто был более ветхозаветным, чем владыка ада?</p>
   <p>        Что бы там ни говорили, Люциферу не нравилось, когда убивали курицу или козу, не говоря уже о ком-то более развитом. Убивали не ради пропитания, а именно в целях колдовства, однако положение вынуждало. Иные заклинания требовали жизнь, не обходясь лишь парой капель крови. К таковым относилось и то, которое позволяло выследить определенного человека.</p>
   <p>        Стерильность только укрепляла подозрения, насколько в этой истории все серьезно. Дома культистов, места их пребывания оказались вычищены до блеска. Там не обнаружилось ничего, что позволяло бы провести ритуал. Сулившая успех, надежда практически растаяла, ибо без генетического материала заклинание не работало. Казалось, эта ниточка тоже привела в тупик, но положение спасла случайность, каковых хватало даже у архангелов. Случайность, впрочем, основанная на прозорливости и возможностях Люцифера.</p>
   <p>        Помимо культистов, в деле были замешаны и другие люди, к демонам никак не причастные. Поиском кандидатур занимались соблазнительницы и ловеласы, промышлявшие в барах и других публичных местах. Люцифер наведался и к ним, застав в истинном виде и добром здравии. В отличие от других, своих подсадных уток демоны оставили, справедливо полагая, что те все равно ничего не знают. Так оно и оказалось. Прочитав их души, Люцифер выявил длинный перечень людей, которых в разное время приводили культистам, но совершенно безликий. Весьма предусмотрительно, в нем фигурировали только имена, ничего не дававшие без дополнительных сведений. Играя в анонимность, подсадные защищали не жертву, а тех, кто устраивал одержимость. Люцифер так и остался бы не солоно хлебавши, не отнесись он к делу досконально.</p>
   <p>        Внезапный урожай принесла массажная расческа, лежавшая у соблазнительницы в сумочке. Ее собственные волосы были бесполезны, но среди них затесался и желанный. Никто, кроме Люцифера, не смог бы его отыскать, ибо подсказку он увидел в памяти этой женщины. Общаясь с культистом, она уронила расческу, и за ее зубья зацепился чужой волос. Его принадлежность сомнений не вызывала. Как гончая чует добычу издалека, так и владыка ада распознавал колдуна одним лишь прикосновением к его частичке. Заигрывая с демоническими силами, не замаранным не останешься. Соблазнительницу Люцифер не тронул, ибо та не ведала, что творила. Забрав драгоценный трофей, он вернулся к своим служителям и велел готовить нужный ритуал.</p>
   <p>        Стерильность наводилась неспроста. Прекрасно понимая, с кем имеют дело, демоны предпринимали все, чтобы не навести Люцифера на след. Им это даже удавалось, однако его возможности имели очевидное превосходство. Как властелин преисподней, он видел и чувствовал такое, что упустил бы из виду Михаил. Чтение душ, помноженное на чутье колдовской природы, наделяло его уникальным оружием. Владел он им с дьявольской хитростью и мощью светоносного архангела одновременно. Как ни странно это звучало, самым опасным врагом для демонов бы отнюдь не военачальник небес, а разъяренный Люцифер. Заполучив всего лишь волос, он смог продолжить свою охоту, и горе было тому, к кому она приведет.</p>
   <p>        Несмотря на все его могущество, Люциферу требовалась помощь. Сам по себе, волос мало что ему давал, не передавая памяти человека, и уж тем более его текущего местонахождения. Он был архангелом, а не архидемоном. Как властитель душ он не знал себе равных, но с телесными воплощениями обращался не столь эффектно. Тут в очередной раз и сказалась его прозорливость. Заведя себе помощников, он заведомо расширял свои возможности.</p>
   <p>        Наставляемые владыкой ада, служители исполнили ритуал профессионально и безошибочно. Учитывая ингредиенты и антураж, зрелище было весьма непривлекательным. Черное колдовство накладывало свой неизменный отпечаток, и выглядело соответствующе. Свою сестру Люцифер ни за что не пригласил бы поглазеть, чтобы не угнетать ее светлый разум всякой гадостью. Гадость, однако, принесла нужные плоды. Палец, кровь, обрезок ногтя или хотя бы волос — тут годилась любая частичка, которая приводила к нужному человеку. Служители увидели того, кого искали. Люцифер увидел еще больше. Не теряя времени, он велел им следовать плану и тут же исчез в пространстве.</p>
   <p>        Дожидаясь поезда, культист коротал время на вокзале. Усевшись на скамейке, он потягивал кофе из крытого стаканчика и читал бумажный журнал. Современные технологии он не игнорировал, однако в силу возраста привык к материальным вещам. Ему было глубоко за шестьдесят, о чем говорили не только морщины, но и седина. Цвет кожи также давал о себе знать. За верную службу ему обещали долголетие, а не красоту. Разумеется, в интересах дела, которому культист отдавался фанатично. Пришествие Люцифера, ад на земле — об этом уже не приходилось лишь мечтать, ибо скоро, очень скоро все станет явью. Слушаясь куратора, культист безукоризненно выполнял, что ему было велено, однако никак не думал, что Люцифер объявится настолько быстро. Появившись словно из ниоткуда, кто-то уселся на скамейку рядом с ним. Оторвавшись от журнала, культист скосил глаза и узрел владыку преисподней.</p>
   <p>        Публичное место не становилось архангелу помехой. Заглядывая в человека, он мог транслировать ему что угодно, начиная от голоса в голове и заканчивая видениями. Культист увидел не мужчину в белом костюме, ничем не отличавшегося от других людей. Производя впечатление, Люцифер явил свой дьявольский образ, который частенько использовал в аду. Несколько слов развеивали всякие сомнения.</p>
   <p>— О, мой великий господин! — обомлел культист, порываясь свалиться ему в ноги.</p>
   <p>Поняв, с кем имеет дело, он испытал глубочайшее ошеломление пополам с экстазом.</p>
   <p>— Молчи и не шевелись! — велел Люцифер, для верности придержав его пальцами.</p>
   <p>Физически он не дотрагивался. Он будто ухватил что-то в воздухе, и для того, кто был отравлен демонической скверной, этого оказалось вполне достаточно. Культист застыл, словно парализованный. Говорить он тоже не мог, но Люциферу его речь была без надобности. Придвинувшись вплотную, он заглянул в глаза и прочел эту грешную душу.</p>
   <p>        Сработано было серьезно и профессионально. Масштабы задействованных сил ничего хорошего не предвещали. Культистов эвакуировали словно важных государственных персон. Черные внедорожники, агенты в штатском, подставные люди и ложные пути отхода промелькнули перед взором Люцифера длинной чередой. Он увидел многое. Гораздо больше, чем хотел бы, учитывая, насколько все это ему не понравилось. Доселе он думал, что культ — это некая затея демонов, чьи намерения следовало узнать. Реальность основательно отличалась. Культ оказался лишь фрагментом — очень важным, но все же только винтиком в механизме большой машины. Он не был самостоятельным образованием. Он входил в некую структуру, о размерах которой Люцифер даже не подозревал.</p>
   <p>        Легенда подавалась на основе заблуждений, в которых культистов держали изначально. Их эвакуацию объяснили критической необходимостью. Мол, демоны предупреждали, что архангел Михаил не дремлет, а небеса предпримут все, чтобы им помешать. О культе стало известно — пока еще не все, однако достаточно для того, чтобы поднять тревогу. Один из вернейших адептов попался в лапы ангелов. Он принял мучительную смерть, однако не выдал своих сподвижников, равно как замыслы и хозяев. Теперь он обласкан дьяволом в аду, но над культом нависла угроза разоблачения. Не теряя времени, кураторы приняли меры, заранее придуманные как раз на такой случай. Культисты оставили свои дома и были вывезены далеко за пределы родных краев. Они сменили имена, использовали поддельные личности, и никакие ниточки к ним больше не вели.</p>
   <p>        Предусмотрительности демонов следовало отдать должное. Попавший в ад, культист-самоубийца был одиночкой. Холостой и бездетный, он посвящал себя только делу, и компрометирующих связей не имел. Не общаясь ни с кем кроме единомышленников, он не оставлял свидетелей, которых можно было допросить. В тот раз Люцифер подумал, что демоны намеренно подбирают таких людей, однако угадал только наполовину. В отличие от предыдущего, культист на вокзале был семейным человеком, но именно что БЫЛ. Когда-то, в прошедшем времени. Следуя приказу демонов, жену и детей он давно принес в жертву дьяволу, чтобы доказать свою надежность и безграничную преданность. Узнавшего об этом лишь сейчас, дьявола изрядно покоробило, однако с возмездием за убийство невинных пришлось повременить. Картина складывалась все серьезнее, и ему было не до единичных расточительных экзекуций.</p>
   <p>        Судя по сведениям в его памяти, культист на вокзале не оказался исключением. Демоны не подыскивали одиночек — они их формировали, подгоняя под свои стандарты конфиденциальности. Кровавые жертвы служили прикрытием, а вовсе не пользе делу. Люцифер определил это мгновенно. В отличие от остальных, демоны уж точно знали, как привлечь внимание властелина ада. Они намеренно изменили ритуал, чтобы тот превратился в ничего не значившую пустышку. Антураж был продуманным и впечатляющим. Культисты верили, что служат сатане и воздают ему хвалу, а Люцифер ни о чем даже не догадывался. Да и как бы им не верить, учитывая, кто именно ими руководил.</p>
   <p>        Культист на вокзале оказался куда ценнее предыдущего. Он занимался непосредственно одержимостью. Конспиративный подход не открывал ему состав других ячеек, однако о своей он был осведомлен и отлично разбирался в порученном деле. Помимо него, внедрением демонов занимались еще четверо. Лица одержимых людей представали длинной чередой, что только усиливало нараставшую тревогу. Обнаружив, что культ лишь вершина айсберга, Люцифер ответил на свой же вопрос, немедленно появившийся в свете хлопот с эвакуацией.</p>
   <p>        Столько усилий демоны приложили по двум причинам. Во-первых, ликвидация культистов только ухудшала положение. Оставаясь в живых, они были менее досягаемы для Люцифера, нежели непосредственно в аду. Во-вторых, колдуны считались ценным ресурсом. В отличие от прочих исполнителей, для их подготовки требовалось время, да и люди с надлежащими талантами на каждом углу не встречались. Спасая ценные кадры, демоны, безусловно, заботились только о себе, но заботились на совесть, подчищая концы и практически не оставляя следов. Теперь окончательно становилось ясно, что скрывались они именно от Люцифера, ибо иначе их действия не имели смысла. Развеяв последние иллюзии, владыка ада начал относиться к ситуации по-другому.</p>
   <p>        Привлечь столько одержимых демоны попросту не могли. Это было слишком сложно, без всякого очевидного резона. Судя по всему, они использовали обычных людей, которые не обязательно знали, кому и зачем служат. На это соображение Люцифера натолкнули агенты в штатском. Эвакуация была произведена незамедлительно — еще до того, как его служители установили наблюдение за культистами. Они изначально следили за двойниками, а подмена произошла после того, как стало известно, что Люцифер допросил душу в аду. В свою очередь это означало, что кто-то из демонов следил за самим Люцифером, и тут же сообщал все остальным.</p>
   <p>— Да я их на клочки разорву! Сожгу дотла! Устрою такое, что от ужаса содрогнется вся преисподняя! — взревел владыка ада, давая волю нахлынувшим эмоциям.</p>
   <p>        Присутствующие на вокзале выкрики оценили. Несмотря на шум, присущий публичному месту, Люцифер привлек к себе общее внимание. На него устремились многочисленные взгляды. Сидевшие неподалеку люди как-то даже отодвинулись. Проходившие мимо едва не шарахнулись, не иначе решив, что имеют дело с сумасшедшим. Матери потянули к себе детей, а какая-то девочка заплакала, испуганная грозным голосом и свирепой угрозой.</p>
   <p>— Прошу прощения, заигрался! — спохватился Люцифер.</p>
   <p>Выпутываясь из положения, он наглядно повел по сторонам экраном смартфона, который мгновенно материализовал. Ребенку он послал веселую картинку и успокаивающую песенку. Разумеется, прямо в голове. Девочка тут же перестала бояться и улыбнулась, погружаясь в свои яркие мысли. Замолчала и собака, громко лаявшая на Люцифера. Ей он тоже послал видение, заставившее подумать о бегущем зайце. Собака рванула с поводка и стащила с лавочки своего хозяина. Восстановив порядок, Люцифер обругал себя за неосмотрительность и вернулся к прерванным размышлениям.</p>
   <p>        Кем бы ни управляли демоны, их влияние одним культом не ограничивалось. Оперативное вмешательство силовиков предполагало внедрение на очень высоком уровне. Кроме того, этот культ у них был явно не один. Элементарная логика подсказывала, что таких редчайших совпадений не бывает. Отдельно взятый мегаполис, инцидент с такси Люмениферус, брокер, бар, конспиративная квартира и культист-самоубийца складывались в цепочку, вероятность которой в одиночном выражении составляла около нуля. Она всплыла не волею случая, а в силу накопленной критической массы. Серийных убийц ловят только после череды злодеяний. Толковые грабители банков не попадаются за один налет, но серия грабежей приводит их к закономерному и предсказуемому финалу. Люцифер узнал о загадочных демонах не потому, что был таким вездесущим и всеведущим. Их деятельность зашла слишком далеко, отчего он на эту структуру, в конце концов, и натолкнулся.</p>
   <p>        Выводы ничуть не воодушевляли. Люцифер по-прежнему располагал лишь крупицами информации, ибо едва начинал распутывать клубок. Ему оставалось только гадать, как глубоко пустили корни демоны, и какие цели они преследовали, однако даже самые оптимистичные прогнозы ничего хорошего не предвещали. Собираясь навести порядок, Люцифер уже поклялся, что сурово покарает всех виновных, однако сперва до них следовало добраться. Культист на вокзале представлял большую ценность. Прочитав его душу, Люцифер решил только этим не ограничиваться. Учитывая предыдущий опыт, теперь он сделает из него более эффективную приманку, которая к кому-нибудь да приведет.</p>
   <p>        Раздавшийся неожиданно, в шумах вокзала одиночный звук просто утонул. Совсем негромкий, поначалу он остался незамеченным даже Люцифером. Короткий свист, колебание воздуха, тихий шлепок — и пожилой культист закатил глаза. Оседая телом, он обмяк на скамейке и откинул голову назад. В седом виске появилась небольшая кровавая дыра. Мастерски исполненный, снайперский выстрел убил его мгновенно.</p>
   <p>— Э, нет! Второй раз у вас это не пройдет! — сообразив, что произошло, воскликнул Люцифер.</p>
   <p>Мертвый культист уже не представлял для него ценности, в отличие от души. Прекрасно понимая, куда она попала, Люцифер не мешкал ни секунды. Оставив на вокзале труп, он мгновенно исчез, не заботясь о реакции людей, и направился прямо в ад.</p>
   <p>        Заведомо зная, кого искать, Люцифер собирался выжать из ситуации максимум. Теперь душа от него не убежит, а если это и случится, он точно узнает, КАК, ибо предпримет все надлежащие меры. Спеша в свое царство, он боялся только одного — опоздать, чтобы его не опередили. Культиста убили не просто так. Похоже, за ним приглядывали, и тут же устранили, едва обнаружили контакт с Люцифером. Доселе казавшееся абсурдным, физическое устранение имело смысл. Ликвидируя заведомого грешника, демоны отправляли его душу в ад, а оттуда каким-то образом извлекали, скрывая от своего владыки. Упреждая повторный побег, Люцифер объявился в преисподней и тут же стал высматривать культиста с вокзала.</p>
   <p>        Небезосновательные опасения оказались напрасны. Люцифера никто не опередил, хотя легче от этого не становилось. Не веря в происходящее, он досконально прощупывал преисподнюю, и с каждым мгновением приходил во все большее смятение. Он искал черную кошку в темной комнате, которой там попросту не было. Очередное бегство исключалось по очень простой причине. Душа пожилого культиста вообще в ад не прибывала!</p>
   <p>        Предыдущие потрясения не шли и в сравнение с новым. Одно неприятнейшее открытие следовало за другим. До нарциссизма самоуверенный, с недавних пор Люцифер усомнился в своем величии. Точнее, он усомнился, что внушает это самое величие. Теперь он засомневался и в том, что вообще хоть как-то контролирует развитие ситуации. Он и прежде пребывал не в лучшем настроении, а тут и вовсе помрачнел словно небо во время затмения. И даже растерялся. Такое случалось с ним крайне редко, если не сказать редко астрономически. Застыв в пылающей пустоте, среди вездесущего и всеобъемлющего пламени, он ошеломленно всматривался в ад, силясь найти хоть какие-то ответы и уразуметь, что произошло. Затем спохватился и припустил обратно на вокзал. Непредсказуемо поменявшись, сейчас приоритеты звали его именно туда.</p>
   <p>        Заминка обошлась властелину ада очень дорого. Драгоценное время было упущено. Холодеющий труп никуда не делся, а вот убийцы и след простыл. Установив, откуда стреляли, Люцифер перевернул все вокруг и даже опустился до человеческих штучек, то есть проверил записи с камер видеонаблюдения. Толку с того вышел круглый нуль. Кто бы ни нажал на курок, он великолепно знал свое дело. На видео было ничего не разобрать. Свидетели также оказались бесполезны, в том числе потому, что успели разойтись. Проверяя людей, Люцифер заглянул в душу каждому, кто мог бы что-то видеть, но ничего существенного не распознал.</p>
   <p>        Личность стрелка определить не удалось, равно как и обнаружить орудие преступления. Вне всяких сомнений, это была винтовка, однако не простая, а почти наверняка заколдованная. Умел ли колдовать стрелок — осталось неизвестным за отсутствием такового. Поднявшийся на вокзале, переполох окончательно запутал все следы. Уяснив, что здесь он ничего не добьется, Люцифер замысловато выругался и отправился туда, где еще оставалась надежда хоть что-нибудь найти.</p>
   <p>        Конспирацию демоны устроили великолепно. Ячейка пожилого культиста соблюдала невероятные меры предосторожности. Убитый знал сообщников в лицо, но только в силу необходимости, при встречах и проведении ритуалов. Их подлинные имена, не говоря уже о месте жительства, были известны только кураторам. Формально это ничего не давало, и все же в его памяти нашлось нечто полезное, вызванное поспешностью проводимой эвакуации. А именно, предполагаемое местонахождение другого культиста.</p>
   <p>        Читая журнал, убитый коротал время на вокзале не для собственного удовольствия. Ему было велено сменить место дислокации. Кураторы ничего не путали, однако к людям это не относилось. Человеческий фактор мог внести изъян в любой, даже самый идеальный план. Доставленный на машине, культист только начал осваиваться на новом месте, когда внезапно выяснилось, что оно предназначено не для него. Разных специалистов эвакуировали разные группы, и в какой-то момент кто-то чего-то недоглядел.</p>
   <p>        Внедорожник с агентами давно уехал, поэтому культисту поручили добираться по другому адресу самостоятельно. Спешка уже не требовалась, отчего он и поехал обычным транспортом. Добравшись до вокзала, он купил билет и дожидался поезда, в процессе чего и встретился с Люцифером. Сам по себе, такой пустяк ничего не давал, но только не архангелу, умевшему читать прямо в душах и примечавшему каждую мелочь. Не имело значения, куда направлялся убитый культист — важно было то, что он занял место по ошибке, и на него потенциально претендовал кто-то еще.</p>
   <p>        Неприметный дом в обычной местности вполне себе вписывался в инкогнито и конспирацию. Мегаполис не сменился сельской глушью. Двухэтажный, давно построенный дом располагался в нефтедобывающем регионе, где плотность населения уступала городской и при этом оставалась достаточно высокой из-за деловой активности. Культисты прятались на виду. Твори они что иное, им больше подошли бы убежища в глухом лесу, а то и заброшенные шахты, однако по роду деятельности им требовались люди. Во всяком случае, культистам конкретно тем, в чьи обязанности входило обеспечивать новые одержимости. Какая тут произошла накладка — Люцифер не знал. Возможно, сама ячейка убитого была перевезена в другое место, а это предназначалось для чего-то еще. Оставляя разгадку на потом, он лишь проверял разведанный адрес, о чем ничуть не пожалел.</p>
   <p>        Дом не пустовал, однако готов был опустеть. Не иначе решив перестраховаться, демоны велели новому жильцу уходить. Тот уже грузился в машину, когда Люцифер кардинально нарушил его планы. Объявившись с характерным звуком, он поклялся, что на сей раз не даст себя провести. Не утруждаясь дьявольским обличьем, он за секунду вывел культиста из игры.</p>
   <p>        Паралич наступил мгновенно. Схватив колдуна за шиворот, Люцифер втолкнул его в легковой автомобиль и надежно запер своей архангельской волей. Крайне, надо сказать, своевременно. Первую пулю он расплавил налету, ибо на сей раз держал ухо востро. Очередь из остальных бессильно ударилась в машину, превращенную в настоящую крепость. Сейчас ее мог бы сокрушить только Михаил, отчего Люцифер за пленника не переживал. Оставив его в салоне, он переместился в пространстве и тут же очутился возле стрелка.</p>
   <p>        В отличие от культиста, адская скверна этого человека не пронизывала. Судя по всему, он был наемником из отставных военных, что предлагали свои услуги за высокую плату. Очень высокую, учитывая впечатляющие снайперские навыки. Люцифер прекрасно видел, как и куда летели пули. Их траектория и результат попадания просчитывались мгновенно. Не помешай им архангел, они непременно достигли бы своей цели. Впрочем, не последнюю роль тут играла винтовка, и впрямь оказавшаяся заколдованной. Контролировать стрелка, чья душа не замаралась адом, Люцифер не мог. Для обычных людей он использовал обычные же методы. Испустив ладонью свет, он коснулся его головы и отправил в глубокое беспамятство.</p>
   <p>        Предыдущие фиаско учили осмотрительности. Нейтрализовав стрелка, Люцифер на этом не остановился. Культисты носили ампулы с ядом, а теперь их убирали и снайперы. Вопрос заключался в том, ликвидировал ли кто-то самих снайперов? Быстрая проверка показала, что такая возможность не исключалась.</p>
   <p>        В телефоне стрелка обнаружилась взрывчатка, чье действие усиливалось демонической печатью. Судя по всему, указания он получал именно на этот номер. Туда же поступил и сигнал, не иначе вызывавший детонацию. Правда, на сей раз поздновато, отчего на лице Люцифера появилась его характерная ироничная улыбка. Обезвредив телефон, он убедился в системном вмешательстве и предотвратил устранение исполнителя. Наконец-то он опередил своих противников, предугадав грядущие намерения. Теперь их следовало переиграть.</p>
   <p>        Душа наемника Люциферу очень не понравилась. Тот успел натворить немало зла еще до того, как начал убивать за деньги. Если не случится чуда, и если он вдруг не построит очередную церковь, небеса останутся глухи к его мольбам, отправляя прямой дорогой в ад. И все же колдовством он не занимался, сатанизм не исповедовал и демонам не служил. Более того — он в них вообще не верил. Это был обычный дурной человек, построивший свою карьеру на насилии и крови. Прочитав его душу, Люцифер не узнал ничего нового о людях, однако уяснил кое-что о структуре, которую на земле создали демоны.</p>
   <p>        Догадки надлежало подтвердить, однако на это требовалось время, а в данный момент Люцифера заботили иные дела. Немного поразмыслив, он решил прихватить наемника с собой. Тот не представлял особой ценности, но культиста все равно следовало забрать. Разумеется, не в ад, а в надежное место, где о нем надлежащим образом позаботятся. Для архангела было без разницы, с одним человеком возиться или с двумя. Ухватив стрелка, он поднял его как пылинку и вернулся к машине, не забыв прихватить и заколдованную винтовку. Пребывая без сознания, культист лежал на заднем сиденье, пока его не извлекли довольно бесцеремонным образом.</p>
   <p>        Теперь мгновенное перемещение в пространстве исключалось. Отягощенный смертными, Люцифер не мог исчезать и появляться как заблагорассудится, ибо уничтожил бы бренные тела распадом атомов. Приходилось выкручиваться более банальным способом. Бесчувственные люди представляли собой подобие багажа, упрощавшего транспортировку. Оттащив их в сторонку, Люцифер расправил белоснежные крылья. Его вертикальный взлет был настолько стремительным, что едва ли попался кому-нибудь на глаза, а даже если и так, то никто не увидел ничего кроме смазанного белого сияния. Поднявшись в облака, очень кстати наползавшие от горизонта, Люцифер скорректировал курс и полетел в направлении большого города.</p>
   <p>        Начавшийся довольно удачно, эпизод с двумя пленниками требовалось завершить. Люцифер всегда прекрасно слышал своих служителей, когда те обращались к нему как положено. Так они поддерживали связь, и так он отвечал на их насущные запросы. Сам же говорил с ними когда угодно. Зная адресата, он мог звучать у него прямо в голове, где бы при этом оба ни находились. Проносясь в облаках, Люцифер обеспечивал сохранность пленников в воздухе. Обратившись к служителям, он велел подготовить им то же самое и на земле.</p>
   <p>        Возникшая при эвакуации, путаница с культистами наверняка имела довольно простые корни. Они оказались однофамильцами, да еще из созвучных мест происхождения. Эта схожесть сыграла с кем-то дурную шутку, вызвав накладку с адресами. Вывод отсюда следовал простой — кто бы ее ни допустил, это был человек, а не одержимый, ибо демоны так не ошибаются. Возможно, понятия не имевший, кому и зачем служит, как и пойманный снайпер. Доставляя пленников к служителям, Люцифер успел передумать многое, учитывая скорость работы архангельской мысли. Беспамятство не мешало прочтению душ, и еще полете он определил свои дальнейшие действия.</p>
   <p>        Последние этажи высотного здания отлично подходили для штаб-квартиры служителей. Другой штаб-квартиры других служителей, ибо речь шла уже не о прежнем мегаполисе. Этот город тоже был большим, но только с другим климатом и даже побережьем океана. Создав в нем ячейку, Люцифер расширял географию своего присутствия, как в прямом, так и переносном смысле. Распределенные по миру, его опорные пункты составляли сеть, где каждая точка покрывала заданную область. Ему не пришлось тащить пленников тысячу миль. Из тех, что подходили, он выбрал ближайшую, и в пути не задержался. Раздвигая перекрытия, он спикировал прямо с неба и приземлился в пентхаусе, придерживая свою живую ношу.</p>
   <p>        Передать захваченных людей служителям было недостаточно. Общий инструктаж Люцифер провел еще в полете, но теперь их надлежало хорошенько обезопасить. Живые они представляли куда большую ценность, нежели мертвые, тем более что душа убитого неведомым образом в ад не попала. Не было гарантии, что и очередная не последует ее примеру. Этот вопрос требовал отдельного прояснения, однако сейчас Люцифера заботило другое. За подходящей комнатой дело не стало. Водворив туда пленников, он убедился, что у них есть все необходимое для проживания, и наложил на дверь архангельскую печать.</p>
   <p>        В сложившейся ситуации логика подсказывала избегать колдовства. В служителях Люцифер не сомневался, но адская сущность заклинаний была знакома и культистам. Демоны же чуяли ее превосходно, уступая в этом только самому владыке преисподней. Пленников следовало укрывать иначе, чтобы вместо защиты не повесить на них мишень. Архангельская печать решала эту задачу. Преодолеть ее мог только другой архангел, и уж точно не демоны, чья скверна просто обожжется о твердыню света. Правда, она становилась недоступной и для служителей, однако от них ничего особенного не требовалось. Им надлежало приглядывать за периметром, пока Утренняя звезда не вернется и не найдет заключенным подходящее применение.</p>
   <p>— Глаз с них не сводить! — велел Люцифер, подразумевая зеркальное стекло и видеонаблюдение. — Контактов не поддерживать. Обо всем неожиданном и странном немедленно докладывать мне.</p>
   <p>— Будет исполнено, — хором пообещали служители.</p>
   <p>        В штаб-квартире всегда кто-то находился, но теперь там требовалось новое дежурство, чтобы выполнить приказ светоносного господина. Составляя график, служители распределяли время и очередность, для чего в пентхаус уже выехало несколько человек. Убедившись, что все сделано как надо, Люцифер отдал последние распоряжения и удалился. Точнее, попытался, но не смог, так и не сумев уйти в пространство.</p>
   <p>— Михаил! Давно тебя жду! Надеюсь, ты с новостями? — ощутив характерные узы, быстро сообразил Люцифер.</p>
   <p>— Не совсем, — появляясь рядом, довольно едко отозвалась Люмениферус.</p>
   <p>        Выражение лица было примечательным не только у людей. У архангелов оно тоже о многом говорило. Люцифер очень быстро вернул самообладание, однако успел выразить досаду, а с ней неловкость, озабоченность и удивление. В общем, вполне достаточно, чтобы Люмениферус смогла это уловить. Что хуже для брата, она уловила и чувства, ибо ее способности распространялись вообще на всех, а не одно лишь человечество. Они подтверждали, что Люцифер ничуть не в восторге от ее появления.</p>
   <p>— Я смотрю, ты мне не рад, — прищурилась Люмениферус. — И по какой же причине?</p>
   <p>— Адские дела. Ничего серьезного, — небрежно махнул рукой Люцифер.</p>
   <p>— Конечно ничего. Иначе зачем бы от меня скрываться, а теперь и придумывать, что поубедительнее соврать, — сладко улыбнулась Люмениферус.</p>
   <p>— Я тебе никогда не вру. Иногда просто не договариваю, — ответил владыка преисподней, припоминая, с кем имеет дело.</p>
   <p>        Дурачить сестру не стоило. Чуя обман, она уж точно счастлива не будет, что аукнется самому Люциферу. Он и не собирался, однако теперь и впрямь соображал, как выпутаться из ситуации. Сказать правду он не мог. Солгать — тоже, что ставило его в весьма затруднительное положение.</p>
   <p>— Прошу любить и жаловать. Моя светоносная сестра Люмениферус. Она такой же архангел, как и я, — выигрывая время, представил ее Люцифер.</p>
   <p>        В любом случае, это оказалось нелишне. Узрев неведомую женщину, объявившуюся во всей красе, служители уставились на нее во все глаза. Они и так сообразили, что имеют дело с кем-то крайне необыкновенным. Слова Утренней звезды вызвали у них благоговение, но повергли и в шок.</p>
   <p>— Простите за дерзость, милорд, но мы слышим о таком впервые. Что у вас есть сестра, и что она… Разве среди архангелов есть женщины? — выражая общее мнение, не выдержал один из служителей.</p>
   <p>— Не в человеческом понимании, — милостиво разъяснил Люцифер. — Деление на мужчин и женщин — это у людей. Мы просто выглядим похоже. Однако мы действительно очень разные, так что с натяжкой нас можно так называть.</p>
   <p>        Уловка сработала. Давая понять, что дал исчерпывающие сведения, Люцифер напомнил служителям о делах, а сам повернулся к Люмениферус. Та уже забыла, зачем явилась.</p>
   <p>— И это все?! — возмутилась она. — Больше ничего не хочешь рассказать?!</p>
   <p>— Сестрица, сейчас не время и не место. Они все равно ничего о тебе не знают. Это может подождать, — подлил топлива в пламя Люцифер.</p>
   <p>Точнее, сунул в жерло печи нитроглицериновую шашку.</p>
   <p>— Вот именно, что не знают! — гневно засверкала глазами Люмениферус. — Ладно бы обычные люди! Но это твои служители! Небось, про несправедливость к себе наболтал с три короба, а о том, что у тебя есть сестра, даже не упомянул!</p>
   <p>— Давай потом. Людям не стоит быть в курсе совсем уж всего на свете, — увещевал Люцифер, прекрасно понимая, чего сейчас добьется.</p>
   <p>— Ну уж нет! — окончательно осерчала Люмениферус. — Кто хочет услышать об архангеле, которого небеса вычеркнули из истории?! — воскликнула она, обращаясь к служителям брата.</p>
   <p>        Вопрос прозвучал очевидно провокационно и вызвал закономерную реакцию. Взоры присутствующих устремились на Люцифера, как бы испрашивая разрешения своего лорда. Тот сделал жест — мол, поступайте, как хотите, и тут же решительно все служители выразили желание внимать. Излучая очарование, эта небесная женщина уже приковала к себе общее внимание. Теперь она завладела им полностью, когда начала рассказывать поистине поразительные вещи.</p>
   <empty-line/>
   <subtitle>* * *</subtitle>
   <empty-line/>
   <p>        Основываясь на религии, люди привыкли утверждать, что бог слепил человека по своему образу и подобию. Они никогда не подвергали это сомнению, хотя постоянно видели пример, красноречиво вносивший существенную оговорку. По своему образу и подобию творец создал архангелов. Людей же он сотворил на их основе, сделав менее эфирными и более земными. Связь, безусловно, прослеживалась, однако не такая первичная, как принято считать.</p>
   <p>        Наглядные доказательства прослеживались всюду, хотя их упорно никто не замечал. С чего бы архангелам носить доспехи и тоги, сандалии и туники? Откуда у них взялись мечи и прочее оружие, присущее вроде как простым приземленным смертным? Их лица и прически, руки, осанка, да и вообще весь внешний облик были полностью как у людей. У них совпадали даже жесты и эмоции, разнясь только выражением агрессии, добра или зла. Архангелы походили на родственников, а не неких гуманоидов с другой планеты, и именно отсюда возникал простой вопрос. Зачем им выглядеть как люди, когда они — высшие существа, — могли принять любую форму? Неужели они заимствовали все у людей, не сумев самостоятельно додуматься до чего-то другого? Вряд ли.</p>
   <p>        Являясь во сне и наяву, архангелы всегда были собой. Со всех соборных росписей, с бесчисленного множества икон они смотрели в своем истинном виде, уж как его отобразил художник. За исключением крыльев и сияния, они были визуально неотличимы от человека, пока не пускали в ход свои небесные силы. В итоге, суть в том и заключалась, что это люди заимствовали все у них.</p>
   <p>        Задумывая человечество, бог уже имел представление о том, что именно хочет сделать. Его первые дети получились уж слишком могущественными. Подобные ему, архангелы обладали великими знаниями, не отягощались бренными узами и мастерски владели всеми материями. Безусловно, они прекрасно подходили для управления мирозданием, выражая волю света и небес. Они были верными помощниками, безупречными, и наделенными одними добродетелями, однако на сей раз создатель желал чего-то иного.</p>
   <p>        Сверхсила исключалась. Лишенные крыльев, новые дети лишались и всего, что даровало небесную мощь. Взамен они получали лишь самих себя, зато в широчайшем смысле этого слова. Мироздание не подчинялось движению их мысли, а любой результат достигался только примитивным физическим воздействием. Даже для ничтожного результата им приходилось прилагать немало усилий. С одной стороны, они были слабее некуда, и в свете небожителей казались совсем никем. С другой, свобода выбора открывала им невиданные перспективы и позволяла стать кем угодно. Физическое ничтожество противопоставлялось неограниченному душевному совершенству. Безграничные возможности обесценивали труд, превращая любую задачу в элементарное действие, а необходимость в прихоть. Вершины же покорялись лишь тогда, когда для восхождения не было ничего, кроме силы духа.</p>
   <p>        Творя Адама, бог уже имел готовый облик, который постоянно видел на небесах. Ангельские черты послужили основой, в которую он внес небольшие изменения. Вне зависимости от чего-либо, небожители всегда оставались прекрасными. На них не действовала игра природы, и они никогда не менялись. Невосприимчивые к травмам и увечьям, они в принципе не старели, сохраняя неизменный вид. В отличие от них, люди могли выглядеть разнообразно, включая как наиболее безупречные, так и самые уродливые вариации. Их тела дряхлели, а физический конец был неизбежен. Это казалось несправедливым, однако соответствовало замыслу, где главным становилось не тело, а душа.</p>
   <p>        Ева не стала исключением. Как спутница Адама, она имела те же достоинства и недостатки, ибо представляла половину человечества. Впрочем, с ней тоже не обошлось без изменений. Однотипное выражение двух разных полов просто не имело смысла. Уменьшив физическую силу, ей добавили хрупкости, но все это компенсировала внешняя красота. Красота, присущая только женщинам, однако первой из них Ева не была. Образцом для Адама оказались все архангелы, кроме одного. Прообразом Евы стала светоносная Люмениферус.</p>
   <p>        Все дети унаследовали что-то от отца. Каждый из архангелов обладал уникальным божественным даром, присущим исключительно ему. Сотворяя их, он как бы разделил свою силу. Похожие на создателя, все вместе они обладали его возможностями, распределенными как наследие и таланты. Казалось бы, тут следовало порадоваться. Несомненное сходство означало близость к совершенству, как возможный предел самого творения. Тем не менее, бог придерживался иного мнения. Это сходство его как раз и не устраивало. Несомненно разные, в каком-то смысле его дети получались одинаковыми. Изменить это можно было лишь одним. Хорошенько поразмыслив, бог потрудился и создал такого архангела, который не был похож ни на кого другого, включая самого творца. Так небеса озарились еще одной светоносной сущностью. Единственная в своем роде, так появилась Люмениферус.</p>
   <p>        Вне всяких сомнений, новое творение оказалось беспримерным и оригинальным. Как эфирные сущности, архангелы не нуждались в материальном теле, однако какой-то облик им следовало придавать. В предыдущих случаях бог брал образец с себя, однако на этот раз кардинально изменил подход. Люмениферус разительно отличалась внешностью, как лицом и длиной волос, так и пропорциями фигуры. Ее наряд содержал нетрадиционные элементы, где туники и доспехи заменяли юбки и платья, а оружие украшения. Ее красота превосходила всех небожителей. Визуально она получилось полностью другой, хотя и походила на уже созданных архангелов. Другой она получилась и в остальном.</p>
   <p>        Что бы там ни говорили, архангелы испытывали эмоции, и порой даже очень выразительные, однако ум у них доминировал над чувствами. До сих пор только это и считалось правильным, однако принципиально новое творение требовало принципиально нового же подхода. Люмениферус была единственной, чьи чувства регулярно брали верх. Не всегда — но часто, перевешивая голос разума. Отнюдь не лишенная ума, она обладала мышлением не хуже других архангелов, однако многие решения принимала под влиянием эмоций. Иной раз, вообще спонтанно, быстро загораясь, но быстро и остывая. Это позволяло ей мыслить нестандартно, одновременно подолгу не находясь в плену ошибок и убеждений.</p>
   <p>        Люмениферус не чувствовала сердцем, за физическим отсутствием такового, однако корнями крылатое выражение пошло именно отсюда. Его человеческий прообраз заключался в средоточии ее сущности и эмоций. Им она воспринимала мир, ощущая такое, что другие даже не замечали. Им она частенько все и решала, в то время как остальные принимали решения только умом.</p>
   <p>        Несмотря на резонное предположение, красота не была уникальным даром Люмениферус. Также к нему не относились ее чувства и способность примечать таковые у других. Все это шло в комплекте, сопровождало подлинный дар, который до сих пор считался монополией творца. Другие архангелы умели все, кроме одного — творить новую жизнь. Не возвращать умерших и не исцелять больных, а именно творить, причем из ничего. Создавая беспрецедентную сущность, бог дал ей то, чего не дал никому другому, и тем самым окончательно завершил ее неповторимую индивидуальность. Так на небесах появился принципиально новый архангел. Так у братьев появилась сестра.</p>
   <p>        Первозданный свет несли в себе все архангелы, но у одного из них он проявлялся особым образом. Люцифер, он же Утренняя звезда, считался любимым сыном божьим. Никто не знал, поэтому ли он светился, или стал любимым сыном оттого, что излучал такой свет. Как бы там ни было, он действительно испускал белоснежное сияние, причем не только глазами и крыльями, а и всем своим существом. Отсюда и происходило его прозвище Светоносный. Эта особенность считалась исключительной, пока на небесах не появилась Люмениферус. Как и у Люцифера, ее имя так и переводилось — Светоносная. Наделенная даром создания жизни, она не иначе унаследовала и то, что эту жизнь творило. Светившаяся, как брат, она была ему под стать, и при этом абсолютно другой, при всей небесной схожести их архангельской натуры.</p>
   <p>        Гордый и самый возвышенный, Люцифер не возревновал, хотя позднее его восстание объясняли именно этим. Окажись Люмениферус привычным архангелом, он запросто мог отнестись к ней иначе. Отнестись, как другие братья, ибо не все из них были в восторге от неожиданного творения отца. В штыки ее никто не воспринял, но и с распростертыми объятиями особо не встречал. Единообразие порождало схожесть мышления. Оно, в свою очередь, обладало однотипной реакцией, равно как однотипной же инерцией, присущей даже небожителям. Не вписываясь в общую массу, Люмениферус была <emphasis>другой</emphasis>, отчего и воспринималась неоднозначно. Именно поэтому она Люциферу и приглянулась. Он словно увидел в ней себя, и сразу отнесся к сестре с вниманием и теплотой.</p>
   <p>        До сих пор у бога не было дочерей. Это понятие вообще являлось фигуральным. Детьми именовались все его разумные творения, однако совсем не в том смысле, в каком принято у людей. Архангелы условно считались его сыновьями. Создав им сестру, бог тем самым нарек ее своей дочерью. Поначалу он очень ей гордился, искренне любуясь своим необычным творением. Чувственная Люмениферус отвечала взаимностью, постигая себя и открытый для нее мир. Она платила отцу искренней любовью, но этой идиллии не суждено было продлиться вечно.</p>
   <p>        Звезда Люмениферус сияла недолго. При всей своей обаятельности, сердечности и красоте, она довольно быстро начала вызывать раздражение. Архангелы всегда слушались отца, беря за основу его непререкаемую волю. Они никогда не ставили ее под сомнение, не говоря уже о том, чтобы поступать наперекор. Освоившись со своим положением, Люмениферус именно в обратном и отличилась. Она видела все иначе, нежели братья, и принимала решения соответствующе.</p>
   <p>        Для начала Люмениферус изрядно перекроила райский сад. Ей не возбранялось добавлять к нему нечто новое, однако этим она не ограничивалась. Уже существующие кущи она также рассматривала как поле для широкой деятельности. Находя чего-то неудачным, она усердно вносила коррективы, порой переделывая все до основания. Решая не умом, а эмоциями, движимая <emphasis>своим</emphasis> чувством прекрасного, Люмениферус видела все иначе. Архангельское могущество предоставляло ей неограниченные возможности, которые умножались на тонкий вкус и богатую фантазию. С таким гремучим набором усидеть, сложа руки, она просто не могла.</p>
   <p>        Поиски гармонии заходили все дальше. Теряя привычный вид, райские сады разрастались, однако все больше превращались в сады Люмениферус. Прибавляя в пышности и размерах, они постоянно изменялись под кистью расходившегося художника. Поначалу отец относился к этому благодушно. Наблюдая за своим творением, он только усмехался, пока однажды не перестал узнавать излюбленные уголки. Распаляясь и набивая руку, Люмениферус провернула настолько глобальное преобразование, что это конфликтовало с привычным восприятием вещей.</p>
   <p>        Отец выразил недовольство, однако не столько инициативой дочери, сколько тем, что именно та затронула. Он допускал, что не все у него получилось одинаково удачно, однако Люмениферус посягнула на лучшие творения. Они казались ему совершенными, а дочь нашла их недостаточно гармоничными и перекроила на свой лад. Более того, останавливаться на достигнутом она не собиралась. Это задело вроде как идеального создателя, и он сделал ей предупреждение. Вернув все как было, он велел не трогать его любимые места. Люмениферус расстроилась, однако упрямиться не стала. Обходя заповедные зоны, за все остальное она принялась с удвоенным энтузиазмом.</p>
   <p>        Вскоре кипучая работа дочери снова вышла боком. Запретные островки превратились в гротескные пятна. На фоне того, что сотворила Люмениферус, они явно не вписывались в общую концепцию. Как бельмо на глазу, они ее очевидно портили, что заметил и отец. Стараниями дочери, его идеальная красота превратилась в какую-то мазню, выпадавшую из небесного стиля и даже вкуса. Само собой, ему это не понравилось. С одной стороны, дочь не нарушила его приказ, и в заповедных уголках ничего не трогала. С другой, она словно нарочно выставила их в неприглядном свете.</p>
   <p>        До открытого нагоняя дело не дошло. Обойдясь без внушения, бог взялся исправить все сам, аккуратно внося изменения в неугодные преобразования. Он возвращал только то, что восстанавливало <emphasis>его</emphasis> видение садов. Люмениферус, в свою очередь, меняла концепцию в окружающих местах, а это сводило отцовскую работу к нулю. Не опускаясь до перепалки, он упорно компенсировал ее старания своим вмешательством, пока однажды не выдержал. Устав от надоевшего соревнования, он разом переделал целые регионы Люмениферус. Это вернуло привычную ему гармонию, однако серьезно расстроило гармонию дочери. И та в долгу не осталась. Обиженная и рассерженная поведением отца, она нарушила запрет и снова перекроила его заповедные места. А что, ему можно, а ей нельзя?</p>
   <p>        Доселе архангелы не выказывали неповиновения. Формально, Люмениферус ничего особенного не натворила. Она лишь заигралась в садоводство, реализуя свое нестандартное, непривычное для многих ощущение мира. Увы, отец усмотрел посягательство на свою волю. В ином случае он, может, и промолчал бы, однако ему не понравилась сама суть происходящего. Дело было не в садах, где что-то изменили. Люмениферус не устраивало его видение прекрасного. Конкретно ЕГО, а это, в свою очередь, не устраивало задетого отца. Вмешавшись в работу дочери, он не потерпел вмешательства в свою, и выразил ей неудовольствие. Как и предлог, причина и следствие получались сомнительными. Тогда-то Люмениферус впервые допустила, что справедливость бога отнюдь не идеальна. Тогда же впервые ее поддержал Люцифер.</p>
   <p>        Апелляция Утренней звезды стала неожиданностью. Внимая любимому сыну, отец не пошел на попятную, однако придумал компромисс. В нынешних райских садах оставалось все как есть, с исходными божественными замыслами и разрешенными правками Люмениферус. Ее дальнейшие преобразования исключались. Дочери разрешалось творить, но только за пределами изначального Эдема. Люцифер согласился, найдя такой подход конструктивным. Люмениферус, скрепя сердце, тоже. Поджав коралловые губы, она отправилась на периферию и там принялась наводить свои порядки. Стоило ли говорить, что вскоре ее работа снова привлекла внимание.</p>
   <p>        Райские сады не представляли собой парк, огороженный забором, каньонами или небоскребами. Как часть небес, они были фрагментом бесконечности, и расширяться могли неограниченно. Пустое пространство служило для Люмениферус наилучшим полем для деятельности. Теперь она не оглядывалась на чужие вкусы, а основывалась исключительно на собственных. Подойдя к делу с размахом, она принялась создавать все из ничего, и вскоре окружила исходные сады огромным, кратно превосходящим их кольцом.</p>
   <p>        По задумке Люмениферус, ее творение должно было контрастировать на своем многообразии. Причудливо перемешиваясь, иные его зоны выглядели крайне необычно, однако отлично вписывались в общий дизайн, создавая сложную и многогранную гармонию. Гармонию, которую она постоянно совершенствовала и расширяла. Как и следовало ожидать, контраст получился и с первоначальным Эдемом, причем довольно многие находили его не в пользу последнего. Среди них оказался и отец.</p>
   <p>        Терпеть творения дочери — это одно. Прослышать, что они превосходят его собственные — совсем другое. Отцу бы порадоваться успехам Люмениферус, однако смириться с таким утверждением он в принципе не мог. Это не позволял его образ безусловного превосходства, воспринимаемый всеми как нечто очевидное, и им же тщательно оберегаемый. Хуже того, этого не позволяла собственная в нем уверенность. Заступничество Люцифера на сей раз добилось обратного эффекта. Удостоверившись, что работа дочери и впрямь противопоставляется его, бог не остался безучастным.</p>
   <p>        Последовавшее решение вторично пробуждало вопросы о справедливости. Стирать детище Люмениферус отец не стал — это было бы уж слишком, без очевидного на то основания. Такую неувязку заметили бы все небеса. Он поступил иначе. Сотворив изменение в пространстве, он вывел сады дочери за свой Эдем, избавившись от окружающего соседства и вообще разделив их так, словно они не имели ничего общего.</p>
   <p>        Никуда не девшись, шедевры Светоносной по-прежнему цвели и благоухали. Отвоевав пространство у пустоты, они украшали небеса, но при этом словно очутились в зоне отчуждения. С тех пор и возникло понятие "Запретный сад", носившее обоюдный и ничуть не надуманный характер. С одной стороны, оно напоминало о границе, установленной для творчества Люмениферус. Исходное творение отца стало неприкосновенным. С другой, подчеркивало неприязненное мнение об ее садах. Открыто их не запрещалось посещать, однако мало кто осмеливался вызывать неудовольствие бога. Люцифер был одним из этих немногих. Отдавая должное прекрасной работе, он взялся ее оберегать, когда отец отправил Люмениферус на землю. Он посчитал, что там хлопот от нее будет меньше. Разумеется, все вышло с точностью до наоборот.</p>
   <p>        Преисполненные света, небеса выделялись своими возможностями и размахом. Очутившись в смертном мире, Люмениферус быстро усвоила, насколько там все по-другому. Законы физики и суровая природа диктовали свои условия, не позволяя то, что было присуще райским кущам. При этом они открывали и новые возможности. Люмениферус сама была <emphasis>другой</emphasis>. Ее взгляды на мир существенно отличались. Найдя его далеким от совершенства, она пустилась в эксперименты, создавая множество уникальной флоры и не менее оригинальной фауны. Затем, хорошенько освоившись, вооружилась растущим опытом и плодотворно принялась за дело.</p>
   <p>        Физикой вещей идеально владел только Михаил. К сестре он относился с симпатией, однако касательно ее деяний вел себя нейтрально. В отличие от Люцифера, ожидать его помощи не приходилось. Люмениферус не могла изменить условия на земле, чтобы подстроить ее под свои затеи. Ей приходилось подстраиваться самой, но вскоре она очень даже преуспела. Основываясь на существующем, она привносила в него свою лепту, чувство прекрасного и растущее мастерство. Шло время, и она постепенно начала видоизменять всю планету. Дневное солнце озаряло новые леса, где бродили невиданные прежде звери. Под ночным покровом серебрились диковинные цветы, а лунные дорожки протягивались над ожившими водоемами. Золотые рассветы занимались все там же, на востоке, но встречать их стал изрядно преображенный мир.</p>
   <p>        Все было ничего, пока бог не приметил, что по земле разгуливают здоровенные ящеры. Не очень ей интересуясь, он долго не обращал внимания на этот мир, но однажды не замечать его стало невозможно. Затеи дочери трансформировали всю биосферу. Присмотревшись повнимательнее, отец обнаружил, что климат переделан вдоль и поперек, а животные и растения изменились дальше некуда. Биологическое разнообразие кардинально отличалось от исходного. Более того, оно отличалось на глобальном уровне.</p>
   <p>        Люмениферус создавала не только сады и крупные организмы. Усвоив законы земли, она внедрила новые простейшие, грибки и бактерии. Те, в свою очередь, за счет химических реакций преобразовали окружающую среду, где появились не существовавшие ранее виды. Она хорошо поняла, как все работает в мире смертных, поэтому не творила что-либо бездумно, а грамотно вписывала в природную взаимосвязь. Разумеется, саму эту взаимосвязь она тоже меняла совершенно беззастенчиво. В отличие от неживой материи, над живой она властвовала безраздельно.</p>
   <p>        Ящеры очень нравились Люмениферус. Умные и грациозные, медлительные и проворные, поодиночке и стаями они обладали огромным жизненным потенциалом. Разведя их в огромном количестве, на достигнутом она останавливаться не собиралась. Ее детища населяли леса, видоизмененные для их комфортного существования, царствовали в морях и океанах, покорили воздушные просторы. Фантазируя, чего бы еще сотворить, Люмениферус решила взяться за земные недра. По ее задумке, их тоже следовало кем-то населить, а не ограничиваться одними червями да землеройками. Правда, здесь ей изрядно мешали законы физики, в виде не столько плотности и температуры, сколько давления и тяжести.</p>
   <p>        Взвесив все за и против, Люмениферус захотела изменить устройство планеты. Талантом Михаила она не обладала, но все же была могущественным архангелом. Создать обширные пещеры, исполинские пустоты и даже внутренние континенты ей было вполне по силам. Биологической основой стали бы люминесцентные растения, питавшиеся из подземных источников. Они пронизывали бы пещеры на десятки миль, становясь подобием электрических кабелей, а их листья фонарями. Следующим шагом предполагались светившиеся мхи, хвощи, а потом и целые рощи. С таким освещением дальнейшее население недр становилось весьма интригующим и реальным, привнося нечто абсолютно оригинальное в живое разнообразие. Этого отец уже не стерпел. В земной коре так и не появились различные животные, а ее глубины не превратились в цветущие природные дворцы, наполненные разноцветной иллюминацией. Разойдясь в своей неуемной фантазии, в его глазах Люмениферус замахнулась на роль самого Творца.</p>
   <p>        Урезонивая дочь, отец велел ей прекратить разыгравшуюся самодеятельность. Порывистая Люмениферус приняла все близко к сердцу. Она разобиделась и отправилась на небеса, доказывать ему свои представления об устройстве земли. Толку из этого не вышло. Создавая <emphasis>другого</emphasis> архангела, бог автоматически создал и его <emphasis>другие</emphasis> взгляды на мир, отличные от собственных. Ничего удивительного в этом не было, исключая то, что против всякой логики он сам с ними мириться не пожелал.</p>
   <p>        Люмениферус устроили разнос. Защищая свои творения, она вела себя весьма эмоционально, в полном соответствии со своей природой. Во внимание это никто не принимал. Ее импульсивность была воспринята как неуважение, а любовь к живым, старательно выращенным созданиям за непокорность. Ее планы так и вовсе вызывали неприятие, основанное на исключительном праве бога как единственного глобального творца. Страсти накалило участие Люцифера. Как оказалось, он не только был обо всем осведомлен, но иногда сестре и помогал. Ему, правда, не досталось на орехи, зато все шишки кратно посыпались на Люмениферус.</p>
   <p>        Божественная справедливость не терпела конкуренции. В который раз, дочь опять отстранили от дел и отправили за пределы земли. В бескрайнем мире хватало забот. Вечный хаос никуда не делся. За вселенскими просторами следовало приглядывать, расширяя влияние света и распространяя божий замысел. Обиженная и расстроенная, Люмениферус улетела на задворки мироздания. Она изменяла многое, но сама не менялась. Было бы крайне удивительно, не начни она и там воплощать свои замыслы.</p>
   <p>        Бесплодные, лишенные всякой радости пустоши прямо-таки взывали их населить. Это было странно — отправлять туда жизнетворного архангела и ожидать, что он не начнет творить. По меркам небожителей, Люмениферус и так продержалась довольно долго. Погрязнув в порученной рутине, какое-то время она послушно исполняла свои обязанности, пока однажды не выдержала и взялась за старое. Формально, ничего такого ей не запрещалось, однако и благословения на землю обетованную никто не давал.</p>
   <p>        Внеземная жизнь была отнюдь не мифом, и уж точно не словом нарицательным. По вселенским масштабам, инопланетяне появились задолго до создания людей. Правда, на последних они ничуть не походили, и гуманоидами в принципе не являлись. Реализуя богатую фантазию, Люмениферус и понятия не имела о планах отца. Кроме того, она не следовала принципу "по своему образу и подобию", что и выражалось в тех же ящерах. Заселяя органикой кометы и планетоиды, она ставила опыты и осваивалась на новой ниве. Затем облюбовала звезду и нанесла визит к ее газовому гиганту.</p>
   <p>        Человеческий антропоцентризм корнями уходил к своему создателю. Они просто не воспринимали ничего, что не походило бы на них. Сотворенная другой, Люмениферус к ним не относилась. Она не зацикливалась на том, что жизнь обязательно должна быть водяной и кислородной. С его специфическим составом, газовый гигант ее вполне устраивал. Изучив планетарный холст, Люмениферус принялась за работу, со рвением пропорциональным затянувшемуся безделью.</p>
   <p>        Биосфера получилась очень любопытной. С учетом отсутствия твердой почвы, архангел сконцентрировалась на газовых массах, составлявших одновременно и океаны, и ветра. Ее создания были воздушными, светящимися и полупрозрачными. Они напоминали фей в родстве с медузами, если обращаться к последующему человеческому фольклору. В плотных слоях атмосферы Люмениферус допускала более плотные же образования, а в разряженных обитали совсем уж невесомые существа.</p>
   <p>        Дом требовался всем. На земле это были моря, долины и горы. Пещеры становились пристанищем зверей, скалы ютили птиц, а коралловые рифы предоставляли убежище для актиний и рыб. С его физическими особенностями, в газовом гиганте все выходило сложнее. Хорошенько поразмыслив, Люмениферус приняла за основу биологическую сферу. Она состояла из организмов, которые формировали воздушный мешок. Не один — множество мешков, за счет метаболизма придававших ей летучесть. На них наслаивались другие образования, менее бесплотные и более увесистые. Они, в свою очередь, позволяли селиться наиболее крупным и развитым существам. В итоге получался шар, представлявший собой биом, и порой достигавший огромных размеров. За счет летучести он не падал, уверенно держась в атмосфере, и свободно перемещался в ее потоках. Плотность нижних слоев обеспечивала ему своеобразное дно, а взлетать уж слишком высоко не позволяла сила тяжести.</p>
   <p>        Газовый гигант преобразился. Теперь, при взгляде из космоса, он светился множественными огоньками. Крупными были наиболее внушительные шары, а сновавшими маленькими — стаи существ или исполинские одиночки. Различные цвета существенно добавили планете красок. Прежде однотонная и унылая, она заиграла в лучах своей звезды, радуя взор Люмениферус проделанной работой. Отправленная на задворки Вселенной, она не забывала про возложенные на нее обязанности, но и на одном газовом гиганте не остановилась.</p>
   <p>        Ледяная планета была по-своему притягательной. Холодная и мертвая, она словно бросала вызов дарующей жизнь Люмениферус. Аммиак был ее жидкой водой, а землей и внешней поверхностью — толстая корка замерзших цианистых соединений. Дно единого океана выглядело не лучше. Горами и равнинами, там наслаивались соли и гидраты, а из расщелин били токсичные гейзеры, разогретые магмой планетарного ядра. Токсичные, однако — это уж как посмотреть. Для того, что сотворила Люмениферус, они стали родной матерью, колыбелью необычной и удивительной жизни.</p>
   <p>        Подледный океан бороздили исполины, условно именуемые китами. Ничего общего с таковыми они не имели, однако несведущему пониманию их надо было как-то называть. Вокруг китов сновали рыбы, точно так же никак к ним не относившиеся. На дне и в толще аммиака цвели и колыхались водоросли, хотя по виду они больше смахивали на живые молнии пополам с вьющимся песком. Псевдокоралловые рифы переливались своим оживленным изобилием.</p>
   <p>        Вариации химических соединений, основы их физического взаимодействия впечатлили бы даже Михаила. Антропоцентристы и вовсе бы сочли, что эта жизнь совсем не живая, а речь идет о бездушном преобразовании природных элементов. Люмениферус не страдала их косным мышлением. Создавая новое, она постоянно придумывала оригинальные концепции, и в своих фантазиях заходила все дальше и дальше. Ее цианистые дельфины играли и резвились не хуже земных ихтиозавров, а их в жилах текли фосфоресцирующие комбинации органики. Мышьячные губки покрывали лед, совершенно безжизненный на поверхности и такой населенный со стороны океана. С орбиты планета казалась пустынной, как и прежде, и только заглянув под ее панцирь можно было увидеть необычайное биосферное разнообразие.</p>
   <p>        Люмениферус не обошла вниманием и магматические просторы. Горячая планета выглядела сущим адом, пока она не остудила ее с помощью завесы из вулканической копоти. Если приноровиться, управлять извержениями оказалось не так уж и сложно. Правда, и ждать пришлось довольно долго, ибо с непривычки она перестаралась. Копоть не торопилась оседать, но в итоге Люмениферус добилась желаемого результата. Кардинально понизив температуру среды, она приступила к очередному замыслу.</p>
   <p>        Основой для этой жизни стал кремний, а не углерод. Выбор обуславливала планета, остывшая лишь частично. Вулканы продолжали извергать потоки лавы, формировавшие целые реки и даже озера. На поверхности бурлили моря из магмы, в соответствии с геологическим периодом этого космического тела. Атмосферные явления были им под стать. В небе вспыхивали обильно падавшие микрометеориты. Свирепые ураганы приносили кислотные дожди. Масштабные грозы гремели чаще, нежели расходились порождавшие их штормовые тучи. Среда выглядела очень недружелюбно. Она давала понять, что не предназначена для жизни как таковой, однако Люмениферус это ничуть не остановило. Засучив рукава, она с головой ушла в очередное свое невиданное творение.</p>
   <p>        Хрупкая в основе, новая жизнь проявила стабильность, даром что ее создавала рука выдающегося архангела. Начав с азов, она заложила основы биосферы. Микроскопические существа служили кирпичиками, из которых выстраивалось целое здание, а за ним еще одно и еще. Добившись устойчивого равновесия, Люмениферус стала объединять их воедино и перешла к фигуральным городам. Усложняя свои творения, она формировала разветвленную сеть из множества видов. Заселяя всю планету, те образовали разнородные регионы, имевшие как преимущества, так и недостатки. Оперируя этой разницей, Люмениферус добавила вариативности и перешла от низших организмов к высшим.</p>
   <p>        Результат получился впечатляющим. Порой, силикатные сады выглядели даже лучше, чем на далекой Земле, за счет кристаллической структуры и посверкивающего блеска. Океаны магмы обрамлялись пущами, походившими на храмы античных богов. Листья там не падали, а рассыпались, да и не листья это были, а разнообразные узорчатые структуры. Кремнийорганические соединения воплотились в кипучую жизнь. Под сенью величественной флоры сновала, плодилась и разрасталась богатая фауна.</p>
   <p>        Учась и совершенствуясь, на достигнутом Люмениферус не остановилась. Не забыв о своих ящерах, она сотворила тех, в ком видела перспективу горячей планеты. Внешний вид и метаболизм этих существ она придумывала персонально. Несколько опор, похожих на клинки, позволяли им уверенно и быстро преодолевать препятствия, а заодно служили эффективной самозащите. Эластичные, словно каучук, отдельные конечности обладали возможностью не только добывать еду, но и обрабатывать материалы. Защищенные панцирем, их головы вытягивались из тела, обозревая окрестности кристаллическими, смотревшими во все стороны глазами.</p>
   <p>        Сообразительность этих существ давала себя знать. Земные ящеры собирались в социальные стаи и общались довольно развитыми звуками. Силикатные создания пошли дальше. Освоившись в горячем мире, они не ограничились его естественным ландшафтом. Достигнув определенного уровня развития, они осознали свои возможности и перешли от простого к сложному. Люмениферус жалела, что не застала этот переломный момент, ибо регулярно отлучалась по вселенским делам. Когда она проведала их снова, ее творения уже строили хоть и примитивные, но поселения.</p>
   <p>        Какую бы цель ни преследовал отец, задворки мироздания пошли его дочери на пользу. Отлученная от созидания, именно его совершенствованием она и занималась. Космические тела оживали под ее искусной дланью. Жизненное разнообразие цвело и множилось в растущем изобилии природных основ и химических вариаций. Кометы разносили по космосу сотворенную ей органику. Планетоиды становились теплицами и дендрариями. Занимаясь отдельными планетами, Люмениферус начала заселять целые звездные системы, и в какой-то момент задумала замахнуться на сами звезды. С учетом их физики, это казалось невозможным, однако архангел уже далеко шагнула в своем мастерстве. Она начинала подозревать, что ее возможности ничем не ограничены, став прямым наследием Творца. Возможно, у нее и получилось бы оживить звезду, но обстоятельства распорядились иначе. Против всяких ожиданий, на небесах стряслось нечто совершенно невообразимое.</p>
   <p>        Люмениферус лояльно относилась к людям. Адама и Еву она воспринимала ласково и адекватно, хотя и считала прихотью отца. Было нетрудно догадаться, с кого был слеплен мужчина и кто послужил образом для женщины. Та вызывала у Люмениферус естественную симпатию и интерес. Лишь похожая на архангела, Ева находилась на заре своего существования, не обладая знаниями, опытом, и уж тем более мудростью. Нечасто бывая на небесах, Люмениферус и хотела бы, да не могла ее просвещать. Подменяя сестру, эту миссию взял на себя Люцифер. Махнув рукой на инертного Адама, которого решительно все устраивало, он познакомил Еву с Запретными садами и начал учить ее уму-разуму. Ничего не предвещавшие начинания привели к натуральной катастрофе.</p>
   <p>        Вызванная на небеса, Люмениферус не сразу осознала, что произошло. Изгнание людей из Эдема было только началом потрясений. Одной лишь ссылкой на землю бог не ограничился. Люди были его любимым творением, что вызывало как предвзятость, так и нежелание обвинить их во всех грехах. Изрядно разгневанный, он не смягчил наказание, однако причину ослушания искал на стороне. Это как бы оправдывало проступок возлюбленного детища. Мол, оно конечно виновато, но его ввели в искушение и сбили с толку. Ну а за поиском провокатора дело не стало.</p>
   <p>        Люмениферус оказалась причастной только потому, что с нее слепили женщину. Ту самую Еву, познавшую запретное. По мнению отца, два сапога составили отличную пару, проявляя характерные для них строптивость и своеволие. Справедливости в этом не прослеживалось никакой. Бог сотворил Люмениферус по собственному желанию, намеренно сделав ее не похожей ни на кого. Затем он взял ее за образец для Евы, окончательно формируя сущность женщины, и в итоге эта сущность стала всему виной. Закономерно отличаясь, имея свои предпочтения, мышление и взгляды, именно этим она и вызывала у творца неприязнь, хотя и создавалась ради означенного отличия. Нельзя завести кошку и возмущаться, что она не только мурлыкает, но проявляет неуемное любопытство и царапается.</p>
   <p>        Люмениферус попала в немилость потому, что она была ориентиром для Евы, ее прямой основой и идейным воплощением. Вины ее в том не было никакой, но на этой волне женственному архангелу кратно досталось и за содеянное. Проверив, чем она занималась, отец разгневался еще сильнее. Пока он возился с людьми, не слишком оправдавших ожиданий, дочурка наплодила уйму всякой живности, вполне способной составить конкуренцию его возлюбленному человечеству. Это окончательно охладило к ней отца. От знатной трепки Люмениферус спасла только опала на Люцифера. Не пожелав поклоняться людям, он переключил внимание бога на себя, чем автоматически уберег сестру от более незавидной участи.</p>
   <p>        Познав отцовскую несправедливость, Люмениферус была целиком на стороне Утренней звезды. Наделив дарами своих детей, бог одновременно раздражался, когда они ими пользовались, и особенно если делали это успешно. Чем лучше Люмениферус творила жизнь, тем большее неудовольствие вызывала у отца. С ее опальным братом получилось точно так же. Умный, светоносный и очень одаренный, он был прямо-таки создан, чтобы править, а его вынуждали признавать верховенство людей. Как простенькое подобие архангелов, те только и умели, что думать о самом примитивном, и не видели дальше своего носа. Страсти, кипевшие в их мыслях и сердцах, Люцифер предвидел далеко наперед. Из интереса, до поры он сам с ними занимался, познакомив с Запретными садами и выступая в качестве наставника. И он узнал о них достаточно, чтобы безропотно не превратиться в подчиненного.</p>
   <p>        Люцифер был не голословен. Читая души, он многое познал, и категорически отказался считать эту отцовскую блажь выше себя. Он заявил, что ничего подобного не потерпит, и выразил открытое неповиновение. Разумеется, богу это не понравилось. Ему хватало деяний Люмениферус, чтобы он вытерпел такое от ее всегдашнего защитника. Некогда любимый сын превратился в отступника, отщепенца и возомнившего о себе антагониста. Восстание на небесах отцовской симпатии ему ничуть не добавило.</p>
   <p>        Изгнание последовало незамедлительно. Словно в издевательском оксюмороне, светоносный архангел был сослан в пылающий ад. Вместо венца принца света ему вручили корону тьмы, а прекрасных эфирных подданных заменили злобные демоны. Как правителя преисподней, его заперли там навечно, зато разрешили в полной мере использовать свои чванливые таланты. Оскорбленный такой несправедливостью, именно этим Люцифер и занялся. Возненавидев людей, он с энтузиазмом принялся на них отыгрываться.</p>
   <p>        Привыкнув не противоречить богу, небеса промолчали. Наглядного урока с восстанием всем более чем хватало. Никто не вступился за Утреннюю звезду, хотя и перегнувшего палку, но не совсем уж безосновательно. Никто, кроме Люмениферус. Она испытывала симпатию к той же Еве, однако и ставить ее выше себя не желала. Более того, она находила это неоправданной прихотью отца. Ее солидарность с Люцифером совпадала чуть менее, чем полностью. Она хотела учить людей, открывать им Вселенную и стать наставником, но уж никак не прислужницей на побегушках. Если уж бог был в таком восторге от человечества, чего он не осыпал его дарами, а выставил из рая при первом же ослушании? Ослушании, которое всего лишь и заключалось в желании познать. Не убоявшись гнева отца, Люмениферус пошла и высказала ему все о людях, себе и Люцифере.</p>
   <p>        Строптивость дочери богу изрядно надоела. Было даже странно, что он не отправил ее вслед за опальным сыном или не заточил где-нибудь в пустоте. На удивление, он сдержался. Возможно, он подумал, что сослать сразу двух архангелов — это не очень хорошая идея. В глазах небожителей это выглядело бы довольно плохо, тем более что дело касалось именно светоносных. Гнев, тем не менее, никуда не делся, и его требовалось выплеснуть. Люмениферус не успела и охнуть, как ее вышвырнули с небес будто выстрелом из пушки. Оглушенная грохотом, ослепленная молниями, она грянулась на землю и лежала там, пока не пришла в себя.</p>
   <p>        Учитывая обстоятельства, ничего такого уж страшного не произошло. Несмотря на красочность сцены, очередного изгнания из рая не произошло. Люмениферус не падала метеором, и рухнула с небес не навсегда. Она просто рухнула, отброшенная гневом отца. В преисподнюю ее не сослали, абы где не заперли, и вообще не наложили на нее никаких взысканий. От нее не закрыли и небеса. Побродив по земле, поскитавшись по мирозданию, она попробовала вернуться, и ей никто не воспрепятствовал. Казалось, на том инцидент и был исчерпан, однако без последствий он все же не прошел.</p>
   <p>        Люмениферус не могла забыть такое обращение со стороны отца, как следствие его же вопиющей несправедливости. Бог, вероятно, тоже не собирался предавать забвению ее дела, иначе чем бы объяснялось, что дочери он больше ничего не поручал. Люмениферус стала будто сама по себе. Ей не возбранялось наведываться в Эдем когда угодно, однако туда ее подчеркнуто и не звали. Она была на небесах своей, но как белая ворона в большой и послушной лидеру стае. Не исключено, что со временем бы эта история утряслась, и бог сменил гнев на милость, однако все вышло иначе. Пока Люмениферус размышляла, как примириться с отношением отца, Люцифер собрал своих адских подданных и пошел на небеса условной войной.</p>
   <p>        Воевать со всемогущим творцом было изначально провальной затеей. Пожалуй, это оказался единственный раз, когда Люцифер не слушал голоса разума. Движимый обидой, оскорбленный унижением, он хотел доказать неправоту отца. Неправоту во всем, начиная от людей и заканчивая пренебрежением Утренней звездой. Выступая перед ангелами, он рассчитывал на их поддержку, забывая о том, что у него все равно не хватит сил противостоять богу. Бросить вызов он мог, а победить в столкновении — нет. Обуянный гордыней, Люцифер действовал слишком импульсивно, игнорируя здравый смысл и объективную реальность. Остыв и поразмыслив, позднее он поступил бы иначе, но сделанного, как говорится, не воротишь.</p>
   <p>        Прекрасно разбираясь в душах, Люцифер использовал этот дар и решил наглядно продемонстрировать их сущность. Масса страстей, обилие пороков, суетность и греховность приводили их отнюдь не на небеса, где они вроде как считались наилучшим творением бога. Он взялся доказать обратное при помощи ада, где отнюдь не сам назначил себя правителем. Люцифер встречал грешников как подобает, устраивая им кошмар наяву. Это ИМ он должен был поклоняться? Их признавать выше себя и возлюбить не меньше, чем зацикленный на этих ничтожествах отец? В преисподней он явно давал понять, кто выше кого. А еще он хотел показать это на небесах. Собрав адские легионы, он выступил перед архидемонами и поручил изводить весь род человеческий.</p>
   <p>        Речь шла только о земных делах. Прямое столкновение с небесами исключалось. Люцифер не забыл поражение от Михаила, когда был низвергнут в ад. Примерно равные по силе, братья могли сражаться очень долго, если бы не огненный меч. Преодолеть его могущество не удавалось никому. Доверенный самим богом, этот огненный клинок выражал его волю, был способен сразить кого угодно и расколоть даже небеса. Люцифер не устоял перед его неотразимым натиском. Одержав победу, Михаил сбросил его на землю, и дальнейший путь вел только в преисподнюю. Сдаваться он не собирался, но тактику избрал другую.</p>
   <p>        Люмениферус в сражении не участвовала. Она не хотела идти против брата, который поддерживал ее с самого начала, и с которым также обошлись несправедливо. Она сочувствовала Люциферу и понимала причины его восстания, ибо у нее хватало и своих причин. Как оказалось, бог не пощадил ее неугодные творения. Взрывы сверхновых, столкновения планет и падения астероидов уничтожили все, что она сотворила с такой любовью. Точнее, все, что бог посчитал неприемлемым в своем видении мира.</p>
   <p>        Погибли даже ящеры. Люмениферус думала, что это была случайность, пока правду ей не открыл все тот же Люцифер. Они не вписывались в планы бога, уготовившего землю для людей. Не слишком церемонясь, он стер их с лица планеты, устроив присущий катаклизм, и вот этого Люмениферус простить ему уже не могла. Отринув мысли о примирении, она тоже открыто отказалась повиноваться. В частности, выступить под командованием Михаила на стороне отца.</p>
   <p>        Не желая поддерживать бога, против всяких ожиданий Люмениферус не присоединилась и к Люциферу. Движимая сердцем, она принимала решения не так, как другие. Несмотря на обиду и боль, она не посчитала возможным развязывать войну на небесах, которая причинила бы еще б<emphasis>о</emphasis>льшие страдания. Она лишь выразила свое отношение, и сделала это демонстративно, поддавшись очередному импульсу.</p>
   <p>        Наказание не заставило себя ждать. Люцифер получил сполна. Отправленный в ад, он навечно превратился в отступника и правителя злобных демонов. Затем пришла очередь Люмениферус.</p>
   <p>Бог по-прежнему не стал ссылать ее в ад или запирать куда-нибудь в узилище. В конце концов, она не пошла на него войной, а предпочла нейтралитет. Правда, вызывающе подчеркнутый нейтралитет, который в минувшем конфликте тоже приравнивался к измене. Исходя из этого, отец и придумал для нее кое-что особенное. Окончательно разгневанный неугодной дочерью, он напрочь вычеркнул ее из самой истории.</p>
   <p>        Такую кару мог придумать только бог, ибо никому другому реализовать ее было не под силу. Выяснилось это не сразу, а с течением времени. Сосланный в ад, опальный архангел стал известен как средоточие зла, прародитель лжи, сатана и дьявол со множеством имен. Слава это была так себе, но по-своему лучше, нежели забвение, ибо о другом светоносном архангеле не было известно НИЧЕГО.</p>
   <p>        О Люмениферус никогда и никто не упоминал. О ней не говорили простые люди, всегда охочие до верований и сплетен. Постоянно обсуждавшие Люцифера, философы и богословы не вели о ней диспуты. В религиозных текстах она полностью отсутствовала, как и в любых других. Не уставая проклинать сатану, священники прошлись бы и по Люмениферус, но даже понятия не имели об ее существовании. Женщины вообще и Ева в частности не сходили с языков. На них выливали уйму всякой грязи, с начала цивилизации обвиняя во всех грехах — особенно в своих собственных. Это делали все кому не лень, однако об их светоносном прообразе, прекрасном и способном дарить жизнь, никто не знал.</p>
   <p>        Божественность наказания проявлялась соответствующе. Вне зависимости от желания, Люмениферус не могла дать о себе знать. Даже открываясь людям, продолжительного результата она не добивалась. Она просто стиралась из их памяти, а любые записи исчезали или изменялись. Отдельные эпизоды ничего не значили. Узнав Люмениферус, какой-нибудь человек недолго хранил в себе эту истину. Он либо забывал ее, либо впоследствии путался и принимал за другого ангела. В отличие от Люцифера, у его сестры не получалось заводить себе сторонников. Надолго они ее не запоминали. Сама же она стирала людям память по другой причине. Вмешательство предполагало осторожность. Творя добро, Люмениферус не должна была вызывать дурные последствия и причинять вреда. Таким образом, наказание суммировалось с ее собственной осмотрительностью ради блага человечества. Находясь на виду, она пребывала в забвении; живая оказывалась еще более несуществующей, чем мертвая.</p>
   <p>        Оставленная не у дел, Люмениферус искала себе применение. История с Люцифером, отцом, небесами и адом никак не шла у нее из сердца. Оказавшись символом судьбоносного перелома, человечество привлекало ее внимание. Обосновавшись на земле, неугодная архангел стала жить среди людей. Изучая и присматриваясь, она постепенно прониклась к ним любовью и состраданием. Ее давняя симпатия, со времен Эдема возникшая к Еве, переросла в полноценную поддержку. Чувства Люмениферус снова взяли вверх. Разделяя с людьми тяготы и боль, она взялась им помогать, и умудрилась подбить на это Люцифера. Низвергнутый в ад, поначалу он вполне закономерно ненавидел человечество. Его последующее преображение делало ему честь, однако произошло не без влияния сестры, единственной и никому не известной Люмениферус.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Дослушав светоносного архангела, представшего в женском облике, служители Люцифера только рты разинули. Они ни разу ее не перебивали, и лишь иногда поглядывали на своего лорда. Тот помалкивал, но выражение его лица сомнений не вызывало — им говорили сущую правду.</p>
   <p>— Значит, мы тоже о вас забудем? — уловил одну из главных идей кто-то из служителей.</p>
   <p>— Нет. На вас распространяется воздействие Утренней звезды. Пока он с вами, а вы с ним — вы будете помнить все, поскольку знаете его подлинного, и добровольно выбрали его сторону. Это происходит с момента восстания на небесах и остается правом каждого, — наставительно пояснила Люмениферус. — С чего мне иначе возмущаться, что он вам ничего обо мне не рассказал? Я это знала, ибо забыть вы не могли.</p>
   <p>        Само собой, отделаться всего одним ответом не получилось. Служители и так проявляли почтительную сдержанность, чтобы не высыпать их целую лавину. Даже приближенным Люцифера нечасто выпадала познавательная аудиенция такого уровня.</p>
   <p>— Прошу прощения, госпожа. Вы сказали, что милорд ненавидит человечество. Что он поручил демонам изводить его. Это очень странно, — подал голос самый молодой, лет двадцати, служитель. — Милорд хорошо относится к людям. Мы это видим. И видим разницу между справедливостью небес и его.</p>
   <p>— Я сказала НЕНАВИДЕЛ. В прошедшем времени, — выразительно подчеркнула Люмениферус. — Раньше он был примерно тем, каким его описывали религиозные писатели-фантасты, они же богословы и теологи всех мастей. Обычно их откровения говорили только о нездоровой фантазии и оголтелом, насаждающем раздор фанатизме, однако в данном случае они не слишком ошибались.</p>
   <p>        Взгляды служителей невольно обратились на Люцифера. Им доводилось видеть его подлинный облик — не только с белоснежными крыльями, но и венцом с одинокой звездой, когда он испускал свечение всем своим существом. Контраст с рогатым зверем был слишком уж велик. В соответствии с церковными иллюстрациями, кожистые крылья и копыта возникли перед их внутренним взором пугающим образом.</p>
   <p>— Сестра говорила не про мой внешний вид, — читая в их душах, пояснил Люцифер. — Такой я могу принять хоть сейчас — он ничего не значит, и нужен лишь для общения с грешниками. Кстати, я использую другой. Огненный. Религиозные фантасты и здесь меня очернили, но я уже привык.</p>
   <p>— Это все равно ужасно. Получается, церковь была права? Вы и правда хотели погубить человечество? Почему вы нам не рассказывали? — поежился молодой служитель.</p>
   <p>        Напоминание о былых деньках Люциферу не нравилось. Дров он тогда наломал изрядно. Он не то чтобы сожалел о содеянном, но не любил вспоминать, насколько неразумно себя повел. Действуй он с умом, которым так кичился еще на небесах — все могло выйти по-другому. Служителям он заведомо явился совсем иным, нежели во времена падения с небес. Актуальными были только его нынешние намерения, а вопросы о прошлом он предпочитал не поднимать.</p>
   <p>— Спасибо за просвещение, сестрица. Как я без тебя? — проворчал Люцифер, покосившись на Люмениферус. — В отличие от меня, богу почему-то дозволено не откровенничать. Он никого не извещает о своих замыслах, и все это проглатывают. Мне было заявлено об этом в лицо, когда я пытался понять, отчего людей ставят выше меня, — продолжил он, отвечая служителю. — Возможно, на то и была какая-то причина, однако я имел право знать. Я считал так тогда, считаю и сейчас. И люди имеют право знать. Вам ничего не говорят о божественных намерениях, но при этом заставляют терпеть и делать выбор. Да, он вам предоставлен, однако как можно выбирать между объективной реальностью и котом в мешке? Фанатики выбирают кота, однако настоящий, осознанный выбор основан только на истине. А именно, когда ты точно осведомлен, что и почему выбираешь.</p>
   <p>— Они попадают в рай. Им этого достаточно, — вздохнул усатый, в зрелых летах, служитель.</p>
   <p>        Затеяв эту тему для отвлечения сестры, Люцифер и сам незаметно увлекся ей с головой.</p>
   <p>— Да кто это сказал?! — в запале выболтал он. — Вы бы знали, сколько фанатиков угодило в ад! Хватает там и так называемых праведников. Даже на бумаге они вытворяли черти что — вы только вчитайтесь в их деяния! Жития каких-то извращенцев. Там уже хватает на билет отнюдь не на небеса. Как можно этого не замечать?! Впрочем, в ад большинство из них загремело за то, что в сакральные тексты верующих не попало. О чем-то иерархи и теологи умолчали намеренно, чтобы не подмочить репутацию веры. На мой взгляд, это вообще неприемлемо — канонизировать заведомых грешников. О многом пресловутые святые и праведники сами не сообщали. По мнению верующих, они блаженствуют в раю, а на самом деле расплачиваются там же, куда сослали и меня. Это, кстати, не редкость, когда на публике выражается религиозная добродетель, а за ширмой практикуется то еще беспутство. Чем яростнее фанатик, чем энергичнее он практикует истязание себя и других, тем чаще и сильнее взрывается его душевный котел. Человеческие страсти никуда не деваются, однако заметьте — не я их придумал. И не я объявляю грешниками людей только потому, что сам их такими и создал. Я караю за конкретные дела. Угодил в ад? Значит, не просто так. Изволь получить по заслугам, и мне без разницы, простой ты крестьянин, монарх или епископ. Кстати, насчет последнего я солгал. Признаю, что религиозные деятели пользуются моим особым вниманием. Поверьте, подробностей вам лучше не знать.</p>
   <p>        Небольшой монолог Утренней звезды произвел впечатление не намного меньшее, чем продолжительная речь его светоносной сестры. Вопросов у служителей сразу прибавилось. Люцифер не запрещал им читать религиозные тексты, начиная с фундаментальных и заканчивая брошюрками миссионеров. Наоборот, он это приветствовал, чтобы его служители хорошо разбирались в теме и сами осознавали все несоответствия. Люцифер не желал иметь дело с фанатиками — слепая вера была как раз по части его отца. Он с самого начала призывал только к свободе и осмысленным решениям. Правда, с людьми излишняя откровенность временами выходила боком. Знать совсем уж все им действительно не стоило. Не доросли еще, ибо находились на самой заре своего развития. Утренняя звезда принял это во внимание, когда стал относиться к ним иначе. Знания следовало подавать по мере способности полноценного их усвоения.</p>
   <p>— Давайте с расспросами потом, — сдержанно предложил Люцифер. — Моя светоносная сестра прибыла явно не просто так. У нее ко мне какое-то дело.</p>
   <p>        Люмениферус спохватилась. Она припомнила, что и впрямь явилась в этот пентхаус отнюдь не для бесед с непосвященными людьми. Вот только и отпустить волнующую тему она так просто, с ее запальчивостью, не могла.</p>
   <p>— Я ничего не имею против просвещения, — парировала она. — Я никуда не опаздываю.</p>
   <p>— Ты уже достаточно просветила. Мне теперь придется говорить о том, о чем я не собирался, — недовольно произнес Люцифер. — Я не лгу своим людям, но это не значит, что я открываю им вообще все. И теперь я буду вынужден последовать своему же правилу. В отличие от бога, их вопросы я не оставляю без внимания. Спасибо и на том, что ты наболтала им в основном про себя. Собственную историю я предпочел бы поведать сам. Кстати, ты слегка напутала хронологию событий про мое восстание и прочие дела.</p>
   <p>— Это потому что я действительно говорила только про себя. Тебя я упомянула постольку поскольку. Как неотрывно замешанное лицо. Без тебя история не клеилась, — резонно заметила Люмениферус. — А правду о себе ты и впрямь должен рассказать сам.</p>
   <p>— Если вам будет угодно, мы бы очень хотели ее услышать, — подали голоса взволнованные служители.</p>
   <p>— Только давайте не сейчас. Дело прежде всего! Расспросы потом, — напомнил Люцифер, указывая в сторону комнаты с очень ценными пленниками.</p>
   <p>        Люмениферус спохватилась вторично. Оценив ситуацию, она тут же увязала одно с другим.</p>
   <p>— Выкладывай, что ты от меня скрываешь и чем занимаешься, — сурово предложила она, смерив брата засверкавшим взглядом.</p>
   <p>— О чем это ты? — невинно спросил тот, прекрасно понимая, к чему идет.</p>
   <p>— Ты ничего не забыл? У нас был уговор, — еще серьезнее нажала Люмениферус. — Мы собирались кое-что обсудить, и вдруг ты куда-то пропал! Внезапно позвал Михаила, завел с ним какие-то секреты и перестал выходить со мной на связь. Если мне не изменяет память, у нас с тобой были другие планы. Ты затеял с Михаилом свою игру, как-то позабыв меня известить? Я бы тебя вообще не нашла, не примени ты архангельскую печать. Ты ничего не хочешь мне рассказать?</p>
   <p>— Хочу, — совершенно спокойно кивнул Люцифер.</p>
   <p>        Не ожидавшая такого ответа, Люмениферус прекратила распаляться и удивилась. Застав брата врасплох, она рассчитывала совсем на другую реакцию. Она читала его эмоции, справедливо предполагая, что тот станет юлить и выкручиваться. Но Люцифер не лгал. Выиграв время, он уже придумал, как выкрутиться из сложившейся ситуации.</p>
   <p>— Помнишь демона, о котором ты мне рассказала? Того одержимого брокера, — продолжил Люцифер. — Запертые здесь, эти люди имеют к нему самое прямое отношение.</p>
   <p>— Какое? — пытливо осведомилась Люмениферус.</p>
   <p>— Об этом я как раз и говорил с Михаилом, — подсунул ей объяснение Люцифер. — Демоны вышли за рамки с одержимостью. Я такого не потерплю. С помощью этих людей я собираюсь всех вычислить и уничтожить.</p>
   <p>        По большому счету, Люцифер опять сказал сущую правду. Он умолчал только об истинной причине, побудившей его ввязаться в это дело, да еще тайком от сестры. Не разрешив проблему быстро, он вполне ожидаемо не сумел сохранить ее в секрете. Теперь он пришел к логичному выводу, что лучше держать Люмениферус при себе. Пользы с того окажется больше, нежели вреда. Раз уж не получилось оставить ее в неведении, он посвятит сестру ровно в то, что ей достаточно будет знать.</p>
   <p>— Идем, я все тебе расскажу, — любезно предложил он.</p>
   <p>        Обуянная кошачьим любопытством, Люмениферус тут же забыла про странное поведение брата и все подозрительные несоответствия. Импульсивная по натуре, она успокаивалась так же быстро, как и вспыхивала.</p>
   <p>— А раньше чего молчал? — только и спросила она, кардинально сменив тон. — Я уж решила, что ты меня избегаешь.</p>
   <p>— Ты знаешь, я не люблю болтать попусту. Сначала думаю, потом делаю, — развел руками Люцифер. — Я не хотел сообщать тебе до тех пор, пока сам хоть немного не разберусь. Теперь же я рассчитываю на твою помощь.</p>
   <p>        Лучшего объяснения для Люмениферус и представить было нельзя. Удостоверившись, что брат не лукавит, она тут же перестала на него сердиться и простила скрытность. В конце концов, она знала, с кем связывалась. Интриги и расчет были для него привычным делом.</p>
   <p>— Выкладывай, — миролюбиво сказала она, впиваясь взглядом в пленников.</p>
   <p>Архангельская печать закрывала их комнату серебристой завесой, непроницаемой для всех, кроме высших небожителей.</p>
   <p>— Давай по пути. У меня целый список из людей и одержимых, которых следует навестить. Ты же не выносишь демонов? Вот и прекрасно. Поможешь мне с ними разобраться, — предложил Люцифер.</p>
   <p>Люмениферус не стала возражать. Загоревшись этой идеей, она аж засветилась от прилива эмоций и тут же исчезла вместе с братом, улетев куда-то через пространство.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Все было подготовлено. Продиктованные старшими, приказы ожидали исполнения. Оставалось дождаться отмашки, но она все не поступала. Где-то возникла заминка, не иначе вызванная чрезвычайными обстоятельствами. Эта догадка вскоре подтвердилась, когда по специальному каналу пришло сообщение.</p>
   <p>— Они снова встретились, — извещал властный голос. — Операция зачистки отменяется. Операция устранения переносится. Всем оставаться в полной готовности. Ждать дальнейших указаний.</p>
   <p>— Как быть с ЕГО людьми? — раздался уточняющий вопрос.</p>
   <p>— Уничтожить, — послышался лаконичный ответ.</p>
   <p>— До сих пор мы их не трогали. ОН это так не оставит, — выразил сомнение чей-то низкий рык.</p>
   <p>— ОН УЖЕ это так не оставит. Соглядатаи его брата все ближе. Никаких свидетелей! Без исключения! — велел властный голос.</p>
   <p>— Принято, — раздалось в ответ из множества источников.</p>
   <p>Канал тут же закрылся. Отследить его не было никакой возможности, равно как и подслушать разговоры. Он не имел физического воплощения, ибо исходил прямо из ада.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>– 9 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        Даже после раскола на небесах ангелов оставалось великое множество. Все они подчинялись Михаилу, с тех пор как вошли в его воинство. Низвергнув Люцифера, он так и закрепил за собой звание архистратига, верховного военачальника небес. Невзирая на внутреннюю иерархию, все другие ангелы остались в его подчинении. Властью своей Михаил не злоупотреблял, однако его приказы выполнялись беспрекословно, как сам он всегда выполнял приказы бога. В этом была суть небес после их разделения из-за Утренней звезды. Ослушников и восставших изгнали с ним. Остальные представляли собой образец лояльности и повиновения, всегда исполняя то, что им велят. Таким образом, Михаил командовал огромной и сильнейшей армией, чья верность никогда не ставилась под сомнение.</p>
   <p>        Несметное воинство не означало постоянную боеготовность в полной амуниции. Оно выполняло самые разные задачи, отнюдь не обязательно поручаемые Михаилом. К его потенциалу он прибегал по необходимости. Например, когда ему требовались глаза и уши, которых он именовал разведчиками, а Люцифер шпионами и соглядатаями. Как ни назови, в распоряжении Михаила действительно было множество помощников, не так давно и небезосновательно упомянутых Люмениферус. Они кратно увеличивали возможности и эффект присутствия, позволяя поспевать едва ли не всюду. Они же становились богатейшим источником различной информации.</p>
   <p>        Давая обещания, Михаил всегда собирался их исполнять. Он не забывал о пожеланиях сестры, хотя никогда не ставил их выше служебного долга. Безусловно, он не мог забыть и про обращение Люцифера. Гордый, бросивший вызов самому отцу, брат просил о помощи — это было нечто неслыханное. Еще неслыханнее оказалась причина, по которой он на это пошел. Михаил согласился безоговорочно. Вопрос был слишком серьезным, чтобы отказывать из-за каких-то там законов и принципов. Не откладывая в долгий ящик, Михаил занялся им со всей ответственностью, едва вернулся из ада на небеса.</p>
   <p>        Сохраняя тайну, военачальник небес действовал очень осторожно, чтобы не спровоцировать ущерб всему устройству мира. Отдавая приказы, в их подлинную подоплеку он никого не посвящал. О пропаже души если кто и знал, то только бог, который либо и так уже в курсе, либо до ада ему дела не было. Следуя этой логике, извещать его не имело смысла, а остальных и вовсе не стоило. Позвав доверенных ангелов, Михаил раздал им указания и отправил на землю. Не задавая вопросов, те немедленно упорхнули и добросовестно приступили к делу.</p>
   <p>        Незримые или неузнанные, ангелы довольно часто обретались среди людей. Обнаружить их не получалось никакими средствами, если они сами того не хотели. А они обычно не хотели. В отличие от архангелов, они редко давали о себе знать, ибо выполняли приказы и самодеятельностью не занимались. На деяния Люцифера они были неспособны, а затей Люмениферус просто не понимали. Адекватно они оценивали только поступки Михаила, однако сами не брали на себя роль целителя или воина. Точнее, брали, но исключительно по приказу. Вот скауты из них получались блестящие. Наблюдение не требовало вмешательства, зато постоянно служило источником различных сведений.</p>
   <p>        Появляясь на земле, ангелы выполняли три фундаментальные задачи. Одни оберегали неких лиц, которых им указывали свыше. Как хранители, они всегда присутствовали возле своей цели, не отлучаясь от нее ни на миг. Другим поручались непродолжительные миссии. Они наведывались исцелять, сообщить какую-нибудь весть или облегчить страдания умирающего. Также они могли отвести беду, упредить несчастный случай или наоборот — подстроить некий провоцирующий эффект. Третьи не делали ничего. Активно. Никогда ни на что не влияя, они служили пассивными наблюдателями, собирая информацию обо всем и в частности.</p>
   <p>        Обстоятельства бывали разные. Для надлежащего эффекта, ангелы нередко проживали среди людей, выдавая себя за одинокого соседа или коммивояжера. Ролью бездомного они пользовались регулярно и с большой охотой. Иногда они разъезжали вместе с цирками или ярмарками, путешествовали с театральными труппами. Они встречались и на транспорте, где успешно маскировались прямо в огромной, бурлившей и двигавшейся толпе. Скрываясь в человеческом социуме, ангелы не ощущали себя его частью, но и не чувствовали скованности, как летучая рыба в просторах океана.</p>
   <p>        Напоминая живую базу данных, наблюдатели круглосуточно собирали и передавали сведения о земле, позволяя следить за ее развитием. Чтобы держать руку на пульсе, Михаилу требовалось немало надежных скаутов. Те веками снабжали небеса информацией, позволяя приглядывать за беспокойным человечеством. Так он узнавал о многом, не перемещаясь туда-сюда самостоятельно. Это позволяло определять, кто нуждался в его помощи, и своевременно ее оказывать. Страдающие воины, умиравший аул — о них Михаил узнавал не в последнюю очередь благодаря ангелам. Они же сообщали ему новости, и особенно по прямому запросу.</p>
   <p>        Люди всегда вытворяли всякое. За тысячи лет они пережили немало потрясений, и крайне редко пребывали в состоянии мирного развития и покоя. Это Михаила давно не удивляло. Он привык к человеческим страстям и взбалмошности, насаждению убеждений и неодолимой тягой к самоуничтожению, однако последние доклады ему не нравились. В них прослеживалась тенденция к войне, на что указывало множество разнообразных и внешне вроде бы не связанных маркеров.</p>
   <p>        На памяти Михаила, люди воевали постоянно. На этом он тоже уже не заострял внимания, но теперь у него появился повод для беспокойства. Речь заходила о войне глобальной и потенциально катастрофической. Как военачальник небес, предпосылки к ней он примечал лучше всех. Озабоченный просьбой Люцифера, он разослал доверенных ангелов, однако получил не слишком много желаемой информации. Вместо этого он узнал массу нежелательной, в смысле безрадужной и настораживающей. Проблему Люцифера она не проясняла, но заставила Михаила призадуматься, вглядываясь в будущее и хмуря величественный лоб.</p>
   <p>        Посещая наблюдателей на местах, посланцы Михаила спрашивали о том, что им было велено. Технически, он мог говорить со всеми сам, причем ни разу не покидая небеса, однако это завалило бы его лавиной лишних сведений. Обработать их и отфильтровать было бы непросто даже архангелу. Во всяком случае, в небольшие сроки. Михаил не желал услыхать о каждом чихе на земле, сбежавшей собаке, разругавшихся парах или автомобильной аварии. Его интересовали конкретные данные, а тут проще было спросить, и сделать это через посланцев, памятуя о сохранении тайны. Те старались на совесть. Облетев наблюдателей, они получили новые указания и принялись добывать информацию самостоятельно.</p>
   <p>        В отличие от Люцифера, ангелы не настолько легко и быстро засекали демонов. Помимо светоносной сущности, тот был и владыкой ада, а они только небожителями. На земле их возможности существенно отличались. Хорошенько притаившись, демоны отлично скрывались в людях, зачастую ничем себя не выдавая. Пока ангелы не сталкивались с ними вплотную, они могли их не распознать. За примерами далеко ходить не приходилось, памятуя о случае с брокером и Люмениферус. Даже с ее возможностями, она не всегда замечала исчадия ада, если специально за ними не гонялась. Тем не менее, ангелы демонов встречали. Помимо прочего, они докладывали об этом Михаилу, и вскоре тот отметил, что упоминания об одержимых поступают уж слишком часто.</p>
   <p>        Со времен раскола, небеса и ад соблюдали паритет, основанный на все той же свободе воли. Ангелы на демонов не нападали, если те сами не выказывали агрессии. Демоны, не будь дураками, ангелов тоже не трогали. Вредя человечеству, они пытались извести его и склонить на стезю зла, а прямое столкновение с небожителями этому могло только помешать. Собственно, любое такое столкновение имело бы нежелательные последствия, как для физического мира, так и восприятия людей, отчего обычно и не случалось. Ангелы тоже придерживались этой концепции. Они лишь приглядывали за демонами, взяв обнаруженных на заметку. Как правило, это было обычной формальностью, если не считать заметного роста их численности.</p>
   <p>        Обстоятельства множились на вероятности. Михаил прекрасно понимал, что выявленное зло — только небольшая часть от подлинного объема. Увеличившись на порядок, она беспокоила тем, сколько демонов действительно разгуливало по земле. Речь была именно про одержимых, как необходимую основу их присутствия, хотя ангелы докладывали и другое. В частности, они отмечали следы кого-то могущественного, найденные в нескольких местах. Пребывать в мире смертных в своем обличье было под силу лишь высшим исчадиям ада. Они могли обходиться без носителей, причем подолгу и вполне успешно, однако маскироваться под людей они не умели. Скрываться в людях — да, но не принимать их облик. Их выдавал внешний вид, а также ряд сопутствующих эффектов. Эти эффекты и уловили ангелы, о чем не забыли сообщить главнокомандующему.</p>
   <p>        Анализируя сведения, Михаил все больше хмурился. Занимаясь сбежавшей душой, он выявил, что в человеческой среде растет тенденция к войне. Он не увязывал одно с другим, однако размышлял, была ли тут связь с засильем демонов или нет. В такие времена их численность всегда изрядно возрастала, как до начала грядущего конфликта, так и в процессе его развития. Людские страсти служили им плодородной нивой, щедро орошаемой кровью. Они собирали богатый урожай, совращая души и насаждая ненависть. В их сети попадались многие, начиная от инициаторов и заканчивая безвинными жертвами огромной мясорубки. Все это, несомненно, ничуть не воодушевляло, однако выглядело обыденно, если не считать кого-то посильнее, нежели рядовые демоны. Вот они просто так не появлялись.</p>
   <p>        При иных обстоятельствах Михаил не стал бы заниматься этим лично, однако на сей раз решил сделать исключение. Серьезность вопроса требовала надлежащего отношения. Если это правда, визиты старших демонов могли иметь какую-то связь с происходящим. Другое дело — какую именно. Выкроив немного времени, он покинул небеса и отправился проверять ситуацию на местах.</p>
   <p>        Ангелы не ошиблись. Присутствие могущественного зла угадывалось совершенно ясно. Недавнее присутствие, еще не успевшее раствориться в естественном ходе жизни. Изучая обычное здание, закрытое на реконструкцию, Михаил удостоверился, что здесь побывал кто-то из верхушки ада. Пускай и декоративные, религиозные символы оплавились. Встречавшееся в технике и электрике, серебро потемнело. Всюду виднелась ржавчина, как следствие ускоренных процессов окисления и распада. Ее дополняла избыточная гниль и еще более обширная плесень, чье изобилие не соответствовало состоянию постройки. В атмосфере ощущался едва уловимый запах серы.</p>
   <p>        Давала себя знать и органика. Численность крыс заметно зашкаливала, как и видневшейся повсюду паутины. Против обыкновения, в ней обосновались не обычные, а очень ядовитые пауки, которые просто не могли самостоятельно наплодиться здесь в таком количестве. Мушиное жужжание говорило о многом. Сами по себе, эти назойливые насекомые были вездесущи, однако их концентрация не соответствовала среде обитания. Трупы в здании не разлагались, да и свалку никто не устраивал, если не считать строительного хлама. Следовательно, их привнесли из некоего источника, каковых в естественном окружении не наблюдалось. Изучая пространство, Михаил улавливал такое, что люди физически не могли, как бы ни развивали свои научные приборы. Чутье говорило ему безошибочно — тут, среди пыльных этажей и запущенных лестниц, побывал какой-то очень могущественный демон.</p>
   <p>        Последним доказательством стали физические следы. Прорываясь наружу, адская сущность брала свое. В одном из помещений пол частично потемнел, словно обожженный языками пламени. Форма неровных опалин напоминала разводы вокруг ступней. Должно быть, демона застал врасплох какой-нибудь эффект — например, проникший с улицы. Большое окно, чьи стекла потемнели от сажи, наверняка имело к этому отношение. Глянув сквозь него, Михаил обозрел просторы и быстро нашел потенциальную причину возгорания.</p>
   <p>        Вдали, среди серых кварталов, маячил церковный шпиль, увенчанный металлическим распятием. Отразившись от его полированной поверхности, солнечный луч мгновенно достиг окна и попал на демона. Одержимые переносили такое незаметно и без последствий, что и позволяло им скрываться среди людей. Пребывая в истинной форме, исчадия ада оставались уязвимым к подобному воздействию. Они неважно терпели свет как таковой. Направленный религиозным символом, тот превращался для них в орудие небес.</p>
   <p>        Всякие сомнения отпадали. Владея физикой на уровне мироздания, Михаил воссоздал в уме этот эпизод, словно и сам был ему свидетелем. Испустив огонь, демон намеренно закоптил окно, предательски пропустившее ненавистный отблеск. Затем куда-то подевался, но вряд ли его изгнал столь незначительный инцидент. Скорее, он сам покинул это место, и совсем не обязательно в преисподнюю. В последнем не было смысла. Демон такого уровня приходил не для того, чтобы потоптаться по безлюдному зданию и убраться восвояси. Скорее, он чего-то дожидался, а потом… Чтобы выяснить, что было потом, Михаил тут же вызвал ближайшего наблюдателя.</p>
   <p>        Приглядывавший за этой областью, ангел был своеобразной антенной и точкой записи, фиксировавшей все окрестные события. Об особых он докладывал на небеса, а прочие просто запоминал, и теперь его обширной памятью воспользовался Михаил. Черный фургон больше всего подходил для демона, и особенно с рефрижератором. Дело было не столько в холоде, сколько в специфике конструкции, позволявшей скрывать могущественное зло. Вызвав одного из ангелов, Михаил велел ему разузнать, откуда прибыла эта машина и куда отправилась. Как военачальник небес, сам он до слежки за транспортом не опускался, не разменивая задачи своего ранга. Проверив одно примечательное место, он отправился в другое, и там опять обнаружил следы присутствия необычного демона.</p>
   <p>        Обстоятельства меняли привычный уклад. Исчадия ада волновали Михаила постольку поскольку. Даже очень сильные, они его не слишком интересовали, чтобы гоняться за ними как гончая за дичью. Исключение создавал прецедент. Люцифер обратился к Михаилу за помощью, а расследование показало, что кто-то из верхушки ада появлялся сразу во множестве мест. Не в одном или двух, а в десятке, и вряд ли этим все ограничивалось. Совпадение, с учетом других выявленных нюансов? Или отвлечение внимания? Пожалуй, ему стоило задать брату несколько вопросов. Михаил начал подозревать, что хитрый интриган имеет к этому какое-то отношение. Вооруженный собранными сведениями, он отправился в ад, что делал чрезвычайно редко, но его властелина там не застал.</p>
   <p>        Демонов расспросить не удалось. Почуяв военачальника небес, они разбегались быстрее, чем тот успевал их узреть. Гоняться за ними как за тараканами, застигнутыми на кухне ярким светом, Михаил считал ниже своего достоинства. Он всего лишь хотел узнать, куда подевался Люцифер, а в итоге не мог передать ему хотя бы послание. Впрочем, так уж и не мог? Вынув огненный меч, Михаил взмахнул им с такой энергией, что задрожала вся окрестная преисподняя.</p>
   <p>        Возмущение в пространстве ощущалось более чем отчетливо. Изрядно струхнув, демоны пережили не лучшие мгновения, вообразив, что военачальник небес все-таки пошел на них войной. На деле все оказалось прозаичнее. Дарованный самим богом, меч Михаила обладал невероятной силой. Он мог сокрушить кого угодно, включая любую материю и даже само пространство. Орудуя им как резцом, Михаил оставил короткое сообщение. Он высек его прямо в пламени, составлявшем основу преисподней. Разойдясь словно в разрезанной бумаге, надпись зияла пустотой, ведущей в никуда. Не заметить ее было невозможно, равно как и понять, кто ее оставил.</p>
   <p>        Отсутствие Люцифера только усиливало подозрения Михаила. У того в аду черт знает что, а он шатается неизвестно где! Хорош властелин, у которого души пропадают! А может, никто никуда и не сбегал? Может, все это лишь выдумка, подсунутая с неким умыслом? Сочинив ТАКОЕ, Люцифер знал наверняка, что Михаил не останется безучастным, и втянул его в свою игру. Другое дело, в какую, но это уже покажет расспрос коварного интригана. Все больше раздражаясь, Михаил начинал предполагать, что никакого побега и вовсе не было. Он почти успел в этом увериться, когда поступил вызов от Люцифера. Прочитав послание, тот прибыл в условленное место и тут же дал о себе знать.</p>
   <p>        Выдаваясь над пустынными скалами, заброшенный маяк одиноко тянулся к небу. Его потухшая, открытая ветрам вершина уныло зияла разбитыми окнами. Люди здесь давно не появлялись. Покинув этот край, они больше не нуждались в маяке. Теперь о них напоминали лишь суда, светившие вдали огнями, да самолеты, пролетавшие в выси и чертившие белые дорожки. Уединенный мыс посещали только птицы, гнездившиеся среди утесов, да морские обитатели, порой высовывавшие из воды усатые морды.</p>
   <p>        Потемневший от времени, старый каменный причал теперь видел больше архангелов, нежели лодок. В частности, одного военачальника небес и одного властелина ада. Как нейтральная территория, покинутый маяк прекрасно подходил обоим. Приглашая на встречу и не указывая место, братья всегда подразумевали именно его. Михаил приходил не всегда, справедливо опасаясь провокаций со стороны Люцифера. Тот, в свою очередь, старался не пропускать вызовы Михаила, и особенно сейчас, когда сам попросил помочь с очень щекотливым делом. Прибыв к маяку, он послал сигнал и ожидал на причале, глядя на холодные водные просторы.</p>
   <p>        Объявившись в белом свете, Михаил не торопился складывать крылья. Завидев брата, стоявшего у прибоя, он направился к нему, чеканя шаг заправского воина. Разбиваясь о скалы, тяжелые волны обдавали Люцифера брызгами, но не одна из них не увлажняла его тунику и золотистую накидку. Физический мир никак не влиял на эфирную архангельскую сущность. Он не боялся поскользнуться, стоя на склизких камнях в одних сандалиях. Вспенивая гребни, ветер трепал его одежду и волосы, но только потому, что он сам того хотел. Этому трюку его научила Люмениферус, чтобы лучше ощущать природу и населявшую ее жизнь. По части чувств она обладала неоспоримым превосходством, и Люцифер следовал многим ее советам.</p>
   <p>        Остановившись возле брата, Михаил устремил на него испытующий взгляд.</p>
   <p>— Я смотрю, ты не очень торопился, — сурово начал он, подразумевая время, прошедшее с момента послания огненным мечом.</p>
   <p>Он ожидал этой встречи гораздо раньше, толкуя задержку не в пользу владыки преисподней.</p>
   <p>— Занят был. Как увидел дыру, оставленную тобой в пространстве, так сразу и прилетел, — глядя на волны, негромко ответил Люцифер.</p>
   <p>— Занят? Вот как? — сдвинул брови Михаил. — И чем же это, позволь спросить? Где тебя носило, пока я занимался твоей маленькой проблемой?</p>
   <p>— Я занимался тем же самым, — не слишком охотно пояснил Люцифер. — Все еще хуже, чем я думал. В прошлый раз у меня сбежала одна душа. Другая на этот раз вообще в ад не попала.</p>
   <p>        Михаил подумал, что ослышался. Он и прежде едва поверил в то, что грешник способен покинуть ад без разрешения бога или дьявола. Предполагая обман, он вызвал брата для объяснений, а тот сообщил уж какую-то полную ахинею.</p>
   <p>— Что ты сказал? — невольно переспросил Михаил.</p>
   <p>— У тебя от райских труб уши заложило? Грешник умер, а его душа в ад не прибыла, — с еще меньшим энтузиазмом повторил Люцифер.</p>
   <p>— Это невозможно! — невольно выпалил Михаил.</p>
   <p>— Ты это мне говоришь? — выразительно фыркнул правитель преисподней.</p>
   <p>        Взгляд брата был красноречивее его слов. Встретившись с ним глазами, Михаил ощутил, что он не лжет. В них читалась тяжесть сделанного признания, столь невыносимого для гордого и самовлюбленного Люцифера. Похоже, он предпочел бы сохранить все в тайне, не понимай и сам, насколько это серьезно.</p>
   <p>— Признаться, я решил, что ты водишь меня за нос, — изрек Михаил, переварив невозможное известие. — Погоди! А с чего ты решил, что место этой душе в аду?! — тут же добавил он, надеясь на объяснение проще некуда.</p>
   <p>— По-твоему, я в этом совсем не разбираюсь? — как-то даже оскорбился Люцифер. — Фанатично служивший демонам, человек не достоин преисподней? Насквозь пропитанный скверной ада, колдун не должен отправиться к проклятым? Наплодивший уйму одержимых настолько чист душой, что тут же вознесся к райским вратам?!</p>
   <p>        Озвученные реалии сопровождались красочными образами, переданными из сознания одного архангела другому.</p>
   <p>— Бред, — согласился Михаил. — Однако всепрощение отца нашего безгранично, — тут же поправился он, покосившись на небеса.</p>
   <p>— Чушь, — в тон ему ответил Люцифер. — Мы оба знаем, что это не так, иначе ад был бы пуст. Всепрощением тут и не пахнет, хотя в данном случае я с отцом полностью согласен. Эта черная душа давно забронировала ад. Надо быть просто не в себе, чтобы пустить ее на небеса.</p>
   <p>— Сейчас проверю, — деловито сообщил Михаил. — Передай мне все данные об этом человеке.</p>
   <p>        Пожав плечами, Люцифер не стал ничего скрывать. Он даже понадеялся, что сейчас все прояснится. Короткий мысленный импульс отправил Михаилу детали. Тот немедленно исчез, улетев прямиком в рай. Вернулся он довольно скоро, и выглядел еще мрачнее, нежели прежде. Как военачальник небес, такие справки он получал легко и быстро.</p>
   <p>— К сожалению, ты прав, — констатировал он. — Эта душа к нам не попадала. Ее там и близко не видали. Да и раскаяний не слышали.</p>
   <p>— Тогда объясни мне, куда она подевалась, — без всякой издевки предложил Люцифер.</p>
   <p>— Я вынужден спросить… — замялся Михаил. — Ты точно говоришь мне правду? Это не какая-то твоя очередная игра?</p>
   <p>— Таким не шутят, — холодно ответил владыка ада. — Приспичь мне тебя дурить, я бы придумал что-то менее дикое.</p>
   <p>— Тогда у нас огромная проблема, — отринув прежние подозрения, очень серьезно произнес Михаил.</p>
   <p>— Еще бы, — глухо подтвердил Люцифер, гадая, когда о ней пронюхает Люмениферус.</p>
   <p>        Чтобы отлучиться, повод искать особо не пришлось. Перестав сердиться на Люцифера, сестра вернула ему свое расположение. Не препятствуя его отбытию, она не теряла времени даром и с головой ушла в их совместную деятельность. В частности, поиск культистов и одержимых, с последующим наказанием демонов. Недавние розыски не прошли безрезультатно. Заполучив целый список, составленный из имен и образов, Люцифер частично поделился им с Люмениферус. Доверив ей работенку, он прекраснейшим образом отвлекал внимание и заодно обретал отличную помощницу. Правда, ее энтузиазм мог выйти боком, однако в гораздо меньшей степени, нежели его иное применение.</p>
   <p>        Занимаясь делом, нежелательных вопросов сестра уже не задавала. Отправляясь к маяку, Люцифер не сомневался, что она не станет за ним следить. Поручив ей одержимых, он побаивался лишь того, что Люмениферус не удержится и в его отсутствие устроит им ту еще инквизицию. К сожалению, эти подозрения были не лишены резонных оснований. Импульсивная и вспыльчивая, она частенько ломала преграду до того, как выяснялось, что это плотина. Люцифер просил не пороть горячку, но демоны и злодеи из числа людей поджигали фитиль ее пороховой бочки.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Обмениваясь мыслями, архангелы передавали знания с абсолютной точностью. Получив от брата сведения, Люмениферус узнала о подозреваемых ровно столько же, сколько и он, не считая удержанного в тайне. Его возвращение в ад изрядно развязывало ей руки. Увлеченная поисками, она старалась тем усерднее, чем больше предвкушала результат. Охотничий азарт придавал ей скорости и энергии. Выискивая демонов и культистов, она была разочарована, если никого не находила, и прямо-таки вспыхнула от радости, когда, наконец, нашла.</p>
   <p>        Культист соответствовал описанию, полученному Люцифером из памяти допрошенных. Людям случалось заблуждаться, а их летописные очевидцы и вовсе считались недостоверными источниками информации, однако душ это не касалось. В них фиксировались только подлинные события, даже если сознание верило в иллюзии или пребывало в самообмане. Внешность культиста совпадала идеально. То же относилось и к его сущности. Люмениферус уловила ее мгновенно, едва очутилась вблизи этого дурного человека. Пропитанный адской скверной, он еще не носил в себе печати проклятых, однако почти ничем от них не отличался. Детальное изучение убедительно это доказало. Практикуя черное колдовство, культист оперировал весьма примечательными ингредиентами.</p>
   <p>        Демонические ритуалы сплошь и рядом использовали кровь, причем обычно не животных. В ходу там были кости и даже части тел. Встречались и сами тела, в той или иной их форме. Наихудший вариант включал в себя не труп, а настоящее человеческое жертвоприношение. Осмотревшись в доме, Люмениферус заглянула в подвал культиста и увидела надлежащий антураж.</p>
   <p>        Разрисованные словно в бреду, стены отлично дополнял колдовской алтарь. Установленные по некой схеме, черные и красные свечи создавали нездоровое зловещее освещение. Круги и линии на полу формировали несимметричный узор, где в запутанных переплетениях складывалась горевшая двойная пентаграмма. Полки и стеллажи изобиловали склянками, коробками и баночками, напоминавшими музейную кунсткамеру, с той только разницей, что эта коллекция активно использовалась. Разнообразие экспонатов давало фору магазину ужасов.</p>
   <p>        Засушенные пальцы, заспиртованные органы, зародыши в растворе, кости и фрагменты трупов ужаснули бы даже видавшего виды могильщика. Бутылки с органическими жидкостями выглядели весьма неаппетитно. Маски из настоящей кожи соседствовали с черепами, где налипли пряди волос. Зубы лежали целыми ожерельями и обоймам. С полок взирали мумифицированные головы, косясь в застывшей гримасе на иссохшие, стоявшие в шкафах тела. Визуальный ряд дополняли звуки, издаваемые шелестом и перестуком колдовских амулетов. Вращавшиеся от нагретого свечами воздуха, они напоминали перешептывание костлявых мертвецов. Им, в свою очередь, аккомпанировали запахи, наполнявшие затхлый воздух весьма сомнительными ароматами.</p>
   <p>        Подвал производил не столько пугающее, сколько неприятное впечатление. Мертвая материя выглядела жутко, однако сама по себе никакого зла не воплощала. В глазах закона она даже не считалась запрещенной, если не задумываться, как были получены некоторые предметы. Люмениферус осуждала разграбление могил и надругательство над умершими, но не считала это достаточным основанием для архангельского возмездия. Такими случаями надлежало заниматься не ей, а полиции или психиатрам. Она и вовсе оставила бы эту мерзость без внимания, не присутствуй в ней и живое существо. В углу подвала было оборудовано возвышение. Там стояло деревянное кресло, похожее на пыточное приспособление из средневековья. Оно не пустовало. Скованный ремнями и скобами, в его жестоких объятиях дрожал и плакал ребенок.</p>
   <p>        Доселе скорее любопытная, Люмениферус разъярилась моментально, едва увидела трубки для забора крови. Наполняя два сосуда из армированного стекла, они медленно, но верно отнимали жизнь. Ее последней минуты дожидались ножи и пилы, разложенные с аккуратностью хирурга. Придвижной столик на колесиках подходил для них идеально. Оперировать культист наверняка не умел, но ему и не требовалось. Резать и убивать было куда проще, чем зашивать и врачевать. Извлекая внутренние органы, еще дымящиеся от тепла, он получал свежайшие и наилучшие ингредиенты. Для чего? В данный момент Люмениферус это не слишком интересовало. Метнувшись к ребенку, она разнесла ужасное кресло в труху и железные обломки.</p>
   <p>        Архангел поспела вовремя. Мальчик ослаб, однако его жизни больше ничего не угрожало. Коснувшись его рукой, Люмениферус быстро заживила раны и остановила кровопотерю. Движением воли она воплотила мягкое ложе, похожее на высокий надувной матрас. Она могла создать и кровать, украшенную резьбой по лучшей древесине, однако не видела в этом необходимости. Уложив ребенка, она тут же погрузила его сон. Это было необходимо не столько в целебных целях, сколько в моральных. Видеть дальнейшее ему не стоило. Потратив на все секунды четыре, Люмениферус обратила благосклонное внимание на культиста.</p>
   <p>        Это была женщина. Еще не старая и даже не уродливая, она казалась вполне обычной, если не считать ее дурного занятия. Пресловутые пороки на ее лице не отражались, а фигура не выделялась каким-либо изъяном. В глазах, без всякого бельма, не читалось безумие или апатия. Ее кожу не покрывали бородавки, да и зубы не почернели и не сгнили. По-человечески нормальная, на классическую ведьму из сказок она не походила, хотя и облачилась в черный, с оккультной росписью, балахон. Опоясанная лентой из костей, она смахивала на актрису, задумавшую репетировать спектакль. Вот только репетиция вышла очень натуральной. Сцена была подлинной, ибо и женщина была самой настоящей ведьмой.</p>
   <p>        Между полом и потолком, над центром двойной пентаграммы колыхалась какая-то сущность. Она выглядела как клубы, состоявшие из языков огня и непроницаемых для взора лоскутов черного дыма. Формируя облако, они постоянно бурлили, будто в неком невидимом котле. Усевшись прямо на полу, ведьма внимала с разведенными руками. Сущность вещала, испуская низкие, отдаленно похожие на речь звуки. Наладив контакт, эти двое уверенно общались, пока появление архангела не нарушило их идиллию. Ведьма не поняла, что произошло. Сущность, безусловно, уяснила, однако ничего не успела предпринять. Да и не могла. Обезопасив ребенка, Люмениферус потратила совсем немного времени. Застигнутое врасплох, зло никуда не делось, и она предстала перед ним во всей красе.</p>
   <p>        Раскрытые крылья наполнили подвал белоснежным светом. Такой же заструился и из глаз, не предвещавших служителям тьмы ничего хорошего. Свечи задуло все и сразу, одной мгновенно разошедшейся воздушной волной. Мерзкая кунсткамера стала воспламеняться, оплавляясь и лопаясь как пережаренные яйца. Демонические росписи задымились, тлея и вспыхивая в сиянии архангела. Вступая с ней в контакт, адская скверна дрожала и съеживалась. От возмущения в пространстве по потолку побежала переливчатая иллюминация.</p>
   <p>— Гори! — грянула Люмениферус, и от ее возгласа содрогнулся весь дом.</p>
   <p>Из глаз ее ударили лучи света. Минуя ведьму, они вонзились в черно-огненные клубы, рассекая их на части и сжигая неотразимой мощью.</p>
   <p>        Сущность испустила глухой надсадный рев. Она ненавидела этот свет сам по себе, и едва ли терпела даже мимолетное его прикосновение. Превращаясь в оружие, он становился для нее смертным приговором. Противостоять ему сущность не могла. Ее тьма, ее огонь вихрились и распадались в белых потоках, испускаемых ослепительными глазами архангела. Заметавшись словно в клетке, сущность билась о невидимые края, создаваемые кругом пентаграммы. Она рвалась к потолку, приникала к полу, кидалась в стороны и всячески пыталась избежать разящего света. Не получалось. Содрогаясь от воплей, она выбрасывала фонтаны сажи, сочилась каплями огня и оседала хлопьями тьмы. Ее облачные клубы становились все больше, будто вырастая изнутри, и вдруг лопнули как передутый шар. Наполненная светом, она не столько сгорела, сколько взорвалась под его неумолимым и невыносимым натиском.</p>
   <p>        Вне всяких сомнений, это был демон. Явившись на призыв, он о чем-то толковал с верной ведьмой, пока не познал светоносный гнев Люмениферус. Не будь идиотом, он мгновенно сбежал бы в ад, едва сообразил, с кем имеет дело. К несчастью для него, тому помешала особенность ритуала. Демон был связан оковами, которые наложила ведьма. Разумеется, временными, для стабильности контакта и неотъемлемой части действия. Начни Люмениферус с призывательницы, она освободила бы демона, отпустив его восвояси. Без всякого умысла, она начала с наиболее приоритетного для нее врага, и тем самым лишила его шанса на спасение. Заходясь от ненависти и рева, демон обратился в бесплотный пепел, сожженный светом архангела. Тогда-то и настал черед человека. Не унимая сияния, Люмениферус приблизилась к этому скверному существу, к которому не испытывала ни малейшего сострадания.</p>
   <p>        Ошеломленная происходящим, ведьма ничего не успела предпринять. Все произошло слишком быстро. Ошалев от слепящего света, она только и закрылась рукавом балахона, слыша вопли пылавшего демона и раскаты голоса сиявшей женщины. Ее крылья говорили сами за себя, но смятенный разум не воспринимал архангела. Ведьма знала об их существовании, однако реальность поразила ожидания. Служа и покоряясь демонам, она давно стала частью их тьмы, и теперь была шокирована представшим светом. Будучи человеком, как нечисть она не горела, но только до тех пор, пока ей не занялись вплотную.</p>
   <p>        Даже при иных обстоятельствах ведьма вряд ли осталась бы безнаказанной. При всем ее сочувствии и любви, Люмениферус не распространяла их на подобных представителей рода человеческого. Любовную ворожбу она могла понять. Безобидное гадание на суженого — тоже, равно как всякие глупые, не имевшие силы обереги и прочее наивное колдовство. Колдовство настоящее, основанное на адских силах, она ставила вне своей терпимости. Заведомо злое, оно не находило у нее принятия и получало по заслугам. Правда, иногда она давала людям шанс, если их преступления не заходили слишком далеко. Маленький, лет семи, ребенок, ведьме такового не оставил. Люмениферус не пощадила бы и за взрослого, а за детей она рвала и метала. Захлестнутая эмоциями, она обошлась без допроса и сосредоточилась на возмездии.</p>
   <p>— Гори! — вторично громыхнула она, словно гроза на степных просторах.</p>
   <p>И ведьма вспыхнула. Объятая светом, она пылала не огнем, но самой основой того, от чего отреклась в пользу тьмы, и что теперь испепеляло ее до последней молекулы без остатка.</p>
   <p>        Вопли злодейки не тронули сердце Люмениферус. Та не собиралась щадить ребенка, архангел не пощадила ее. Любые оправдания или мольбы заведомо оставались втуне. Не усомнившись ни на мгновение, она отправила ее к тем, кому ведьма столь истово служила. Там было ее место, и там она окончательно получит по заслугам, навечно очутившись во владениях Люцифера. С подачи сестры, тот устраивал таким душам особый прием. Небеса не защищали детей, игнорируя их мучения, молитвы и даже смерти. Светоносные архангелы взяли себе за правило не следовать этому вопиющему безразличию. И кратно вопиющему, если оно таковым не являлось.</p>
   <p>        Все утверждения о страданиях, за которыми якобы крылась божья любовь, Светоносные расценивали как манипуляцию словами, бессовестную демагогию и выдачу желаемого за действительное. Называя это благом, что на земле, что на небесах им оправдывали даже самую очевидную несправедливость. Игнорируя словесную паутину, Люцифер и Люмениферус смотрели на реальный результат и фактическую судьбу. Если они несли боль и смерть, то к такой любви и благу Светоносные не желали иметь какого-либо отношения. А они несли постоянно.</p>
   <p>        Никаким добром, никакой любовью гибель детей вменяемо не объяснялась. Их страдания нельзя было списать на некую необходимость, и уж точно не у всемогущей воли. Юные души становились жертвами небесных законов. Не демонических, а именно небесных, в их показательной разнице с отступниками. Безвинные крохи расплачивались за чужие противостояния и амбиции. Их сердца щемило, а чувства надрывались, ибо не видели они руки помощи, не ощущали сочувствия и поддержки. Наивные и беззащитные, они плакали, не понимая происходящего, но слезы их проливались впустую. И грош цена была любви, которая находила тому оправдание.</p>
   <p>        В отличие от демона, ведьма обладала материальным телом. Оно не исчезло целиком, превратившись в пепел, распыленный в осевшей на пол одежде. Устилая балахон, он покрывал и пояс из костей, а также различные вещицы, нацепленные ради колдовства. Люцифер регулярно сжигал грешников дотла, не оставляя от них даже молекулы. Они исчезали бесследно, словно их и не было. Люмениферус поступала с телами и душами иначе. Испепеляя светом скверну, она не затрагивала обычную мирскую материю. На ту она выпускала огонь, прекрасно сжигавший физические воплощения. Отправив ведьму в ад, она не спалила ничего, кроме черной сущности. Тело обратилось в прах, но колдовское облачение уцелело. Оглядев эти упавшие вещи, Люмениферус отметила их практическую бесполезность.</p>
   <p>        Вне всяких сомнений, ведьма знала толк в своем ремесле. Общение с демоном было лучшим тому доказательством, однако почти весь ее наряд не имел реального смысла. По сути, он получался театральной бутафорией. Складывалось впечатление, будто ведьма отоварилась в типичной сатанинской лавке, где под видом подлинного колдовства продавали всякую ерунду. Как минимум, это было странно. Неужели она носила все это для красоты, словно обычная женщина обычные же фенечки? Исключение составлял только один нагрудный амулет. Люмениферус узнала символы, которые ей доводилось встречать в аду. Остальное смахивало на суеверие и невежество, никак не вязавшееся с настоящими демонами.</p>
   <p>        Не желая дотрагиваться до останков, Люмениферус повела рукой. Балахон пошевелился, взвив немного пепла. Звякнув тонкой цепочкой, амулет скользнул ей в руку. Судя по всему, он и впрямь был заколдован. Люмениферус ощущала его энергию, но не смогла определить, для чего он использовался. Демонические вопросы требовали определенных знаний, присущих владыке ада. Изучив амулет как следует, она не стала забирать этот сомнительный трофей. Память архангела запечатлела все, что могло пригодиться Люциферу.</p>
   <p>        Более ненужный, амулет упал обратно на балахон. Тот снова окутался облачком пепла. Из его рукавов показалась еще пара браслетов, металлический и вязаный. Возле воротника блеснула серьга в форме оскаленной пасти, кусавшей за мочку уха. На поясе из костей звякнула пряжка. Из-под подола выкатилась большая фиолетовая жемчужина, не иначе отвалившаяся от какого-то талисмана. Люмениферус упорно не понимала, зачем вся эта мишура понадобилась настоящей ведьме. В отличие от Люцифера, она не знала, что многое в этом культе было специально насажено демонами для отвода глаз. Вещи ведьмы ничего не значили, и она потеряла к ним всякий интерес. Демон был уничтожен, его призывательница тоже. Взор архангела снова обратился на ребенка. Порхнув к нему, она положила ладонь на его чело, проливая благодатный и животворный свет.</p>
   <p>        Дыхание мальчика выровнялось, на его щеки вернулся румянец. Он больше не вздрагивал, и глаза беспокойно не сновали под смеженными веками. Не убирая руку, Люмениферус озаряла его сиянием, пока полностью не восстановила здоровье, попутно избавив от всех болезней и дефектов организма. Распаленная инцидентом, она исцеляла во всю мощь, исходившую от белоснежных крыльев. Мальчик не стал сверхчеловеком, однако его тело оздоровилось так, как только вообще было возможно. Его клетки налились энергией, кровь очистилась от последствий колдовского дурмана. Забытье отступило. Открыв глаза, мальчик увидел прекрасную крылатую женщину, испускавшую лучистый свет.</p>
   <p>— Спи! — ласково велела она, проводя над его лицом сиявшей ладонью.</p>
   <p>Ребенок снова уснул, как будто и не пробуждался. Он и воспринял все за сон — сначала дурной, где была ужасная злая тетя, а затем чудесный, озаренный лучами удивительной красоты.</p>
   <p>        Убаюкав мальчика, Люмениферус и не думала оставлять его в подвале. Ну их, эти экстренные службы. Пока они доедут, сюда, не ровен час, нагрянет еще какая-нибудь нечисть. Бросать его одного явно не стоило. Быстро обдумав ситуацию, архангел решила прихватить ребенка с собой. Пространственный переход, разумеется, исключался. Взяв его на руки, она расправила крылья и устремилась вертикально вверх, разводя перекрытия ведьминого дома.</p>
   <p>        Люмениферус еще взлетала, когда за ней взметнулось пламя. Заполоняя дом, огонь охватил его повсеместно. Порожденный могучим порывом, он вспыхнул с великой яростью. Взревев как тысяча демонов, он выплюнул из разбившихся окон вихри пламени. Из пробитой крыши ударил огненный сноп. Разнеся ее в щепки, он обугливал их прямо в воздухе, разбрасывая далеко окрест. Стены треснули от натуги и жара. В какие-то секунды все строение превратилось в костер, пожиравший его жадно и без остатка. Теряя форму, плавился металл. Дерево обращалось в сажу. Обрушив на дом еще неостывший гнев, Люмениферус очень красочно завершила свое возмездие. Желая преподать урок, она не оставила от логова ведьмы даже половицы или гвоздя.</p>
   <p>        Спавший на руках, ребенок вызывал заботу и умиление. Добравшись до укромного места, Люмениферус положила его у большого дерева, но бросать по-прежнему не собиралась. Пока она летела, то решила не изобретать колесо, а последовать отработанному плану. Она неоднократно к нему прибегала. Не отягощенная живой ношей, Люмениферус исчезла в пространстве, однако не просто так. Всего несколько перемещений — и вот она ознакомилась со списком детей, о чьей пропаже сообщали различные источники. Со скоростью архангела она быстро нашла, кого искала. Узнав имя и адрес, она вернулась к мальчику и снова полетела с ним на руках.</p>
   <p>        Вручать ребенка лично было бы довольно опрометчиво. Гарантированный переполох всегда сопровождался неудобными вопросами. Люмениферус не хотела ненужного внимания, а в благодарностях и фанфарах она не нуждалась. Усадив мальчика у порога, она позвонила в дверь и тут же скрылась из виду. Теперь ей только и оставалось, что дождаться естественного развития событий.</p>
   <p>        Вид у матери был очень печальный и опустошенный. Выйдя из дома, она повела вокруг заплаканными глазами и вдруг увидела сына. Застыв столбом, она испытала прилив оглушительного ошеломления. Затем тихо всхлипнула и всплеснула руками, прижимая их к исказившемуся лицу. Ошеломление не прошло, но сменилось порывистым действием. Вскрикнув от радости, мать бросилась к пробудившемуся ребенку и заключила в объятия. Усевшись рядом, она прижала его к груди и принялась раскачиваться, целуя и заливая хлынувшими слезами.</p>
   <p>— Ну, здесь я закончила, — удовлетворенно сказала сама себе Люмениферус. — Что там у нас дальше по списку?..</p>
   <p>        О судьбе ребенка архангел больше не беспокоилась. Над его загадочным возвращением пусть полиция голову ломает. Не объяснять же ей, в самом деле, про ведьму, демонов и жертвоприношение. Представляя лица детективов, Люмениферус усмехнулась и шагнула через пространство, желая всыпать еще какому-нибудь злодею.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Успех принято считать чем-то персональным. Некие достижения, выделяющие человека из общества, приписываются его индивидуальным качествам. Восхождение на вершину условной пирамиды, в чем бы та ни заключалась — тем более. С точки зрения людей, ее пика достигали только самые одаренные, покоряющие высоты и возводящие новые. На деле же все обстояло иначе.</p>
   <p>        Врожденные таланты, приобретение опыта и мастерство, безусловно, играли некоторую роль. При прочих равных, у одаренного человека было больше шансов на успех, нежели бездарного, однако именно шансов, и не так уж на много. Ключевыми факторами выступали отнюдь не природное предрасположение к чему-нибудь, и уж тем более не чувство собственной исключительности. Недалекий индивид с оплаченным дипломом, но вышедший из привилегированной среды, обладал кратно б<emphasis>о</emphasis>льшими возможностями, нежели малоимущий необразованный талант из ниоткуда. При этом первый всерьез воображал, что лучше второго именно благодаря своим личным качествам.</p>
   <p>        Потомственные политики или финансисты, артисты или бизнесмены всегда находили, куда пристроить своих детей. Их восхождение обеспечивалось семейными связями, а отнюдь не собственной уникальностью. Занимая место по протекции, они автоматически отнимали его у того, кто по своим природным данным был более достоин. Порой, несравнимо более, однако сплошь и рядом на вершине оказывался некомпетентный бездарь, нежели толковый мастер своего дела. Кичась успехом, бездарь и впрямь не понимал, что его личный вклад тут сводился к минимуму, а сам успех был лишь продуктом глобальной системы. Чем масштабнее она становилась, тем сильнее действовали ее безликие законы. Игнорируя отдельных индивидов, они оперировали исключительно их массой. В первобытном племени, в полсотни человек, вождем становился наиболее сильный, а шаманом самый умный. Миллиардное население возглавлял просто кто-нибудь.</p>
   <p>        Подлинная суть успеха крылась исключительно в случае. Одаренность, образование и персональные качества принимали тут участие постольку поскольку. Разумеется, конкуренция в обществе никуда не исчезала. На одно условное место претендовало множество людей, вне зависимости от их талантов и связей. Занимали его в силу стечения обстоятельств. Миллиардеры получались не из самых расчетливых и прозорливых. Рискуя и придумывая новые идеи, вкладываясь, планируя и обманывая, большинство предпринимателей топтались на месте или разорялись. Они не выбивались даже в средних дельцов, не говоря уже о крупных. В холодном океане бизнеса царили хищники, постоянно пожиравшие друг друга. Выживал не сильнейший — выживал более удачливый.</p>
   <p>        Иные миллиардеры впоследствии выпускали книги, описывая свой жизненный путь. Фокус заключался в том, что его буквальное повторение ничего не гарантировало. Более того, ни к какому успеху оно бы не привело, даже попытайся его вторично прожить сам автор. Стечение обстоятельств решало все, а их, в свою очередь, порождала бесчисленная комбинация случайностей. Играя на бирже, оперируя фондами, инвестируя в стартапы и даже мировую политику, акулы бизнеса делали то же самое, что и метеорологи. Удача распределяла результат, награждая прекрасной погодой вместо свернувшего шторма или засухой, хотя по всем прогнозам ожидался плодородный дождь. Выигрывали тут не благодаря личным качествам, а просто потому, что кто-то вообще обязан был выиграть.</p>
   <p>        Особенность личного успеха заключалась в том, что его всегда следовало рассматривать от обратного. О множестве ученых, музыкантов, артистов, политиков и промышленников мир никогда не услышал, ибо они канули в Лету неузнанными; не оказались в нужное время в нужном месте, хотя немалая их часть могла бы заткнуть за пояс прославившихся звезд. Арбитраж судьбы был очень прост. На пьедестал попадали прихотью случая. Это не означало заведомую бездарность, но в общей массе людей решающее значение имел только он. Президентами становились не те, кто оказывался самым выдающимся для высокого поста. Просто кто-то в принципе должен был стать президентом. Впрочем, на любое правило всегда находилось исключение, однако диктовалось оно отнюдь не человеческой волей. Небеса и преисподняя вынашивали свои планы, и те нередко обращались на вполне конкретные кандидатуры.</p>
   <p>        Зайдя в грим-уборную, телеведущий закрыл за собой дверь и наконец-то остался в одиночестве. Постоянная до одеревенения, приветливая улыбка сошла с его губ, сменившись бесстрастным выражением лица. В глазах появился колючий холод. Его очень раздражала вся эта суета. Несомненному успеху сопутствовал побочный эффект. Ведущего всегда окружало множество людей, которых он ненавидел. Чем больше он завоевывал аудиторию, чем громче делал карьеру, тем глубже погрязал в отвратительном человеческом социуме. Обаятельный и красноречивый, он искусно боролся за его внимание, и переносил его же с величайшим трудом.</p>
   <p>        Операторы, гримеры, режиссеры и всякие студийные работники составляли только часть проблемы. Другой была аудитория и поклонники. Они совсем проходу не давали. Покорив их умы и сердца, ведущий по праву мог собой гордиться. Он прекрасно выполнял свою работу, и на достигнутом останавливаться не собирался. Некогда простой журналист, он стал популярной и авторитетной телезвездой, вел свою программу и участвовал во многих дебатах. О нем теперь писали больше, чем прежде писал он сам. Его головокружительный успех вызывал у недругов зависть, был у молодежи примером для подражания. Но как же ему было непросто, и речь тут шла совсем не про физическую или психологическую усталость.</p>
   <p>        Опустившись в кресло, ведущий посмотрел в большое трюмо, светившее огнями над гримерным столом. Там отражался привлекательный мужчина, чей образ старательно поддерживали стилисты. Прекрасно подстриженный, гармонично одетый, он влюблял в себя одним только появлением на экранах. Артистичный и остроумный, он блестяще владел аудиторией. Его манера говорить умножала впечатление, и людям становилось безразлично, <emphasis>что именно</emphasis> говорилось. Чего, собственно, и требовалось. Глядя на свое отражение, телеведущий видел не себя, а тех, кому мастерски промывал мозги. А еще он видел огонь, горевший в глазах дымно-пламенного демона. Закрывшись на перерыв, он наконец-то почувствовал облегчение, однако ненадолго. Эфир не ждал. Вскоре ему надлежало вернуться в студию, под объективы камер и внимание зрителей, хотя лично он желал убраться в преисподнюю.</p>
   <p>        Снаружи постоянно слышался шум. Назойливая человеческая возня не утихала ни на миг. Даже в дверь то и дело стучали, иной раз дергая и за ручку. Обманувшиеся в своих ожиданиях, визитеры подавали голоса. Болезненно морщась, ведущий схватился за виски, словно старался унять исключительно человеческую боль. Звуковая какофония испытывала его на прочность, заставляя желать схождения огня на всех и вся. На фоне этих звуков упругая воздушная волна особо не выделялась. Пока за дверью топотали, что-то тащили и роняли, она возникла и исчезла, быстро разойдясь в пространстве. Ведущий был в гримерной заведомо один, и вдруг он увидел в зеркале какую-то женщину. Само собой, появилась она отнюдь не в зазеркалье. Резко повернувшись, ведущий узрел ее воочию, стоявшую в нескольких футах позади.</p>
   <p>        Ошеломление ведущего было подлинным. Ничего не разыгрывая, он таращился на женщину расширенными глазами. Объявившись из пустоты, она шокировала бы любого, что и сама прекрасно понимала. Стоя неподвижно, она хранила молчание, не сводя пристального взора с человека в кресле.</p>
   <p>— Вы кто?! Как вы сюда попали?! — нервно воскликнул ведущий, хотя прекрасно знал ответы на свои вопросы.</p>
   <p>До сих пор он хотел вернуться в ад. Теперь же мечтал об этом страстнее некуда.</p>
   <p>— Гораздо интереснее, кто ты, — неторопливо отозвалась женщина.</p>
   <p>— Вы в моей гримерке и не знаете, кто я?! — продолжил в том же духе ведущий. — Вы телевизор вообще смотрите?!</p>
   <p>— Мне это ни к чему. Но вот зачем это тебе? — не изменила своей манере и женщина.</p>
   <p>— Я позову охрану! — вставая, предупредил ведущий.</p>
   <p>— А что, я совсем не кажусь тебе привлекательной? — как-то подозрительно улыбнулась женщина. — Настолько, что ты хочешь меня прогнать?</p>
   <p>        Изменившись в лице, ведущий взглянул на незваную гостью совсем по-другому. Он понял свою оплошность. Шансов сокрыть свою личину у него и так было негусто, а теперь они практически испарились.</p>
   <p>— Если вы за автографом, то должны простить мою реакцию. Я не привык, чтобы дамы заставали меня врасплох, — изобразив любезность, попытался исправиться ведущий. — Безусловно, мне очень приятно ваше общество, однако сейчас меня ждет эфир. Я немного нервничаю. Позднее я буду счастлив отдать должное вашему несомненному очарованию. Конечно, если вы все еще не передумаете оказывать мне свое благосклонное внимание.</p>
   <p>— Поздновато спохватился, — усмехнулась женщина. — Пожалуй, я прямо сейчас почту тебя этим вниманием.</p>
   <p>Шагнув к ведущему, она протянула к нему руку, испустившую насыщенный белый свет.</p>
   <p>        Ведущий не остался безучастным. Его лицо опять переменилось. Теперь оно исказилось так, словно он испытал животный страх и одновременно ужасающую боль. Для человека светившаяся длань не представляла никакой угрозы. Для демона прикосновение архангела было тем еще мучением, в сравнении с которым бледнели самые безумные ночные кошмары.</p>
   <p>— Вздумаешь сбежать — уничтожу на месте, — предупредила Люмениферус.</p>
   <p>— Я закричу. Сюда прибегут, — без особой уверенности возразил демон.</p>
   <p>— Пока я не позволю, в эту комнату никто не войдет, — отрезала Люмениферус. — Меня люди не найдут. Тебя тоже. Когда дверь откроется, тут останется только тело, в котором ты обосновался.</p>
   <p>— Какое тебе вообще до меня дело? Я не причиняю этому человеку вреда. Я обеспечил ему успех, сделал громкую карьеру, и даже не потребовал за это душу, — выкручивался демон.</p>
   <p>Он уже понял, что разоблачен. Теперь ему только и оставалось, что играть со слабыми картами и рассчитывать на ошибку противника.</p>
   <p>— Расскажи мне о других одержимых. Всех, о ком тебе известно. Как их зовут, где их найти. Тогда я позволю тебе удалиться, — неторопливо предложила Люмениферус.</p>
   <p>        Смена поведения объяснялась довольно просто. Поделившись с сестрой, Люцифер просил не пороть горячку. В прошлый раз Люмениферус об этом забыла. При виде ребенка она сорвалась и сожгла его мучителей, даже и не помышляя вступать в разговоры. Теперь, в обычной телестудии и без жертвоприношений, она решила вести себя более уравновешенно. Она бы сходу уничтожила и этого демона, но не хотела огорчать Люцифера. Тот доверился ей не для того, чтобы она в сердцах запорола всю работу. Перебить злодеев было недостаточно. Их следовало выявить всех до одного, а уж потом воздать по заслугам.</p>
   <p>— Говори! — заливая белизной глаза, жестко произнесла Люмениферус. — Долго уговаривать не стану.</p>
   <p>— Моему лорду это не понравится. Я держу ответ только перед ним, — стараясь не провоцировать архангела, осторожно сказал демон.</p>
   <p>— Он в курсе. Или ты еще не понял, как я тебя нашла? — развеяла его иллюзии Люмениферус. — Выкладывай! Или пеняй на себя!</p>
   <p>        Демон хорошо понял все, что ему сказали. Возможно, слишком хорошо, не пропустив упоминание Люцифера мимо ушей. Его реакция последовала немедленно, однако для Люмениферус она оказалась неожиданной. Загудев рокочущим басом, в гримерной раздались слова. Губы ведущего не шевелились. Он не говорил, а чревовещал, причем совсем не человеческие звуки. Это была демоническая речь, резавшая слух архангела и вызывавшая у нее сильнейшую неприязнь. Одержимый к кому-то обращался, но явно не к стоявшей перед ним небожительнице. Его отрывистые, гулкие и рычащие фразы уходили куда-то в пространство. Совершенно не готовая к такому повороту, Люмениферус не сразу поняла, что демон сообщает о происходящем. Кому? Спросить она не успела.</p>
   <p>        Человеческое тело содрогнулось. Покидая свое вместилище, демон быстро улетучивался, вздымаясь и закручиваясь густыми струями. Его черно-красные клубы полыхали огнем и вихрились непроглядной тьмой. Закатив глаза, ведущий задрожал, словно эпилептик в накатившем припадке. Его ноги подогнулись. Теряя опору, он свалился набок, продолжая сотрясаться крупной дрожью. Исходя из оболочки, демоническая сущность вылетала отовсюду, наибольшей частью изо рта, ушей и глаз. На ее беду, она не могла оставить человека мгновенно. Она выливалась из него как бурливший туман из дырявого котла, но была не в состоянии отправиться в ад, пока этот процесс не завершится целиком. Он занимал какие-то секунды, но для Люмениферус их оказалось вполне достаточно. На сей раз она не замешкалась и демона не упустила. Переговоры кончились, толком не начавшись. Настало время света.</p>
   <p>        Допрашивая одержимого брокера, Люцифер специально растягивал процесс. Он мог сжечь демона мгновенно, но намеренно этого не делал. Он предпочитал получить ответы, а не бесполезный пепел. Люмениферус повела себя иначе. В подвале ведьмы она сразила исчадие ада без проволочек. В гримерной тем более не стоило тянуть. Демон стремительно убегал, и одной ногой уже был на пути в ад. Не давая ему ускользнуть, она выпустила свою архангельскую мощь.</p>
   <p>        Раскрывшиеся крылья озарили комнату ослепительным белоснежным светом. Его испустила и вся фигура Люмениферус. Пространство утонуло в нем целиком, словно закрытое сплошной непроницаемой пеленой. Такое сияние не выдержали бы и люди, ничего не видя и закрывая глаза. Про демона и говорить не приходилось. Для него это излучение было хуже атомного взрыва, свирепой вспышки самого эпицентра. Именно его боялись в аду, когда туда наведывались Люмениферус и Михаил. Этим же держал всех в узде Люцифер. Сияние архангела сжигало скверну без остатка, в клочья разрывая тьму и испепеляя даже саму основу, нематериальную сущность преисподней. Демонов оно уничтожало на месте, мгновенно превращая в пепельные столбы. Люцифер ничуть не преувеличивал, когда от гнева грозился спалить половину ада. Его сестра тоже была способна на многое.</p>
   <p>        Демон в грим-уборной сгорел в мгновение ока. Предотвращая побег, Люмениферус выпустила столько света, что его хватило бы на целый легион. Он даже не успел завопить. Он просто обратился в пепел, в потоке белоснежного сияния перестал существовать. Его нематериальные останки развеялись в пространстве, не оставив после себя и микроскопической частички бесплотной сущности.</p>
   <p>        Люди снаружи ничего не услышали и тем более не заметили. Плотно закрытая, дверь не пропустила свет, проливавшийся исключительно в пределах комнаты, а шума и вовсе не было. Раздавшийся стук не означал поднятую тревогу. Он возвестил о том, что ведущему пора на выход. Уняв сияние, Люмениферус сложила крылья и наклонилась к лежавшему человеку. Теперь это был самый обычный человек, без всякого намека на одержимость. Избавленный от демона, он лежал на полу и все еще дрожал, но только из-за нервной реакции. Не без труда, как с тяжелого похмелья, тело возвращало себе контроль, столь долго принадлежавший исчадию ада.</p>
   <p>        Уничтожая демона, за жизнь ведущего Люмениферус не опасалась. Свет не причинял физического вреда. Как и в подвале ведьмы, он сжигал только скверну, был смертелен для адского отродья, но никак не для людей. Экзорцисты и впрямь могли навредить одержимому, вплоть до летального исхода. Все зависело от их опыта, силы демона, а также того, насколько их религиозные убеждения расходились с действительностью. Архангелов это не касалось. Освобождая душу, они никоим образом не губили тело, а для устранения последствий одержимости прибегали к исцелению. Положив ладонь на грудь ведущего, Люмениферус вернула его жизненные показатели в норму.</p>
   <p>        С возвращением в студию возникла заминка. Придя в себя, ведущий был не в состоянии выйти в эфир. Физически он был здоров и благодаря архангелу вполне крепок, однако не знал, что говорить и делать. Всю работу за него выполнял демон. С подвешенным языком, вооруженный знаниями, он опутывал аудиторию искусной ложью, основанной на подлинных фактах. Трактуя их в свою пользу, демон вводил людей в заблуждение, формируя недобрые установки и опасные тенденции. Это относилось и к моральным ценностям.</p>
   <p>        Великолепный манипулятор, демон подменял понятия и сбивал зрителей с толку. Почва у него была благодатная. Человечество легко подвергалось внушению, поскольку и само весьма посредственно понимало, во что вообще верило. Тем же, кого оно выбрало авторитетом, человечество верило беспрекословно. Экраны телевизоров становились для него божественными храмами, а слова ведущих откровением. Проникнув в эфир, демон завоевал аудиторию, которая постоянно ширилась. Она внимала ему с обожанием и восторгом, ахая и воображая, что ей открывают глаза на правду. На деле же демон сеял ненависть и рознь. Смещая акценты, он создавал альтернативную картину мира, которую искусно навязывал в пылу и аплодисментах людских страстей. Все это Люмениферус поведал недавний одержимый, когда вернул себе способность говорить. Узрев прекрасного архангела, он не стал ничего скрывать и выложил все как на духу.</p>
   <p>        Очарование Люмениферус имело несомненные преимущества. Сотрясавшие дверь, сотрудники студии поостыли, когда им открыла такая обворожительная женщина. Смягчился даже продюсер, обычно не допускавший задержки хотя бы на секунду. Ведущий просил подождать, ссылаясь на пошатнувшееся самочувствие. Ему дали четверть часа, заполнив паузу в эфире подходящими материалами. Тем временем Люмениферус продолжила допрос. Она предпочла бы стереть ведущему память, но тогда ничего не узнала бы о его одержимости. Читая в душах, позднее это мог сделать Люцифер, однако здесь и сейчас Люмениферус разбирало любопытство. Ведущий не отказывался говорить. Усвоив на опыте, что имел дело с демоном, теперь он каялся перед архангелом. Интрига заключалась в том, что с демоном он согласился иметь дело добровольно.</p>
   <p>        Как и Люцифер, Люмениферус прекрасно знала, что просто так исчадия ада не завладевают человеком, иначе они давно захватили бы всю землю. Наличие или отсутствие веры роли не играло. Демоны пользовались слабиной души, вне зависимости от религиозных убеждений, либо подыскивали подходящую приманку. За редким исключением на основе сильного проклятья, им требовалось согласие носителя, хотя и не обязательно выраженное в наглядной форме. Классическим вариантом служил контракт, однако именно к одержимости он обычно не приводил. Как типичная сделка, он ориентировался на погибель души, что было не одно и то же. Само по себе, вселение демона не подразумевало дорогу в ад, а это изрядно меняло условия и подход. Для одержимости важно было то, чтобы человек ее в принципе допускал.</p>
   <p>        Подобно священникам, демоны подкарауливали своих жертв с надлежащей сноровкой. Они ловили момент, дожидались подходящих обстоятельств, когда даже крепкий человек давал слабину и поддавался на уговоры. Потеря близких была самой частой причиной, пробивавшей брешь в устойчивой психике и открывавшей ее для ментального яда. Кто его туда вливал — значения не имело, ибо во всех таких случаях преследовался чужой корыстный интерес. Разумеется, приемы находились и другие. Например, сыграть на амбициях, идеях или профессиональном интересе. Важно было определить, что именно и когда спровоцирует человека угодить в расставленные сети. Дальнейшее становилось делом техники.</p>
   <p>        Телеведущий хорошо запомнил день, когда угодил в эту паутину. Тогда он был обычным журналистом, чьи надежды превосходили возможности. Подсев к нему в клубе, обворожительная девушка прекрасно сыграла на его самолюбии, узнав в лицо и завязав оживленный разговор о нем самом. Улучив момент, она сообщила, что знает тему для отличного репортажа, который в случае успеха гарантировал сенсацию. Завоевав внимание, она завела речь про оккультизм и колдовство.</p>
   <p>        Призыватели духов и экстрасенсы, предлагающие свои услуги за большие деньги, были притчей во языцех. Как правило, подобные истории были полной ерундой, однако шансы журналисту посулили беспроигрышные. Или он разоблачает шайку аферистов, что наверняка понравится публике, или же докажет существование сверхъестественного. Расписывая эти варианты, девушка была очень убедительна. Изрядно набравшийся спиртного, журналист поддался ее очарованию и возможности написать громкую статью. Покинув клуб, он уехал вместе с новой знакомой, и вскоре очутился на какой-то квартире.</p>
   <p>        Поначалу ничего не происходило. Очевидно перепив, журналист просто заснул. Проснулся он уже у своего дома, куда его доставило такси. Не помня, как там оказался, он поднялся к себе и завалился спать. Наутро он ощутил ужасное похмелье, словно в спиртное ему что-то подмешали, и на какое-то время забыл об этом происшествии.</p>
   <p>        История получила продолжение несколько позднее. Безликое письмо пришло журналисту прямо на работу. Почтовый штемпель на нем отсутствовал, равно как и любые координаты отправителя. Вместо них на конверте упоминалось имя девушки из клуба. Она же значилась и автором письма, написанного заговорщицким стилем. Журналисту предлагали прибыть по указанному месту в указанное время. Оккультный ритуал проведут или с ним, или без него, но если с ним, то он станет свидетелем происходящего. Что он об этом напишет — ему и решать. Сенсационный репортаж будет принадлежать либо ему, либо кому-то другому.</p>
   <p>        Сомнения перевесил соблазн. По большому счету, журналист ничего не терял. Будь здесь подвох, его убили и ограбили бы еще тогда, когда он забылся неизвестно где и очнулся в такси. Девушка ему понравилась, хотя ее рассказы о колдовстве напоминали бабушкины сказки. Тематика, однако, была довольно любопытная. Журналист любил такие вещи и громкие разоблачения, втайне надеясь однажды и впрямь увидеть что-нибудь сверхъестественное. Хорошенько поразмыслив, он все же решил поехать, рассчитывая увидеть или настоящее колдовство или, хотя бы, ту очаровательную девушку.</p>
   <p>        Антураж журналист запомнил плохо, а уж окрестности и тем более. Все скрадывала темнота, окутывавшая безлюдные окраины. Его проводник был довольно молчаливым и детали поведал только на месте. Свечи, оккультная роспись, всякая чертовщина на стенах и полу — это присутствовало в изобилии, вместе с тремя людьми в непроницаемых для взора балахонах. Их лиц журналист не видел, зато речи хорошо слышал. Он отлично понял, что от него требовалось. Ритуал не состоится, если он не даст свое согласие.</p>
   <p>        Ни много ни мало, речь шла про вызов демона. Тому требовался сосуд, и этим сосудом надлежало стать журналисту. Безусловно, временным, с гарантиями для души и телесного здоровья. Никакую сделку ему не навязывали, и уж тем более никто не собирался причинять ему вреда. Дело заключалось в том, что призыв происходил только на добровольной основе. Журналист либо соглашался, либо нет. В первом случае он получал наилучшие из возможных доказательства. Другой человек мог притворяться, что в него вошла некая сущность, в отличие от него самого. Во втором все отменялось. Журналиста проводят назад, пожелают ему удачи и позовут кого-нибудь другого. Оккультистам требовалась реклама. Автор статьи получит сенсацию, а они множество клиентов.</p>
   <p>        Осмотревшись и поразмыслив, журналист согласился. Даже допуская, что все это реально, он не усматривал какой-либо угрозы. Исходя из канонов, демоны соблюдали договор, а в нем была ясно обозначена неприкосновенность. Кроме того, у него распалился профессиональный интерес. В случае успешного призыва репортаж и впрямь станет настоящей сенсацией, которой еще не видел свет. Престижная премия была бы обеспечена, равно как и вечное признание в профессиональных кругах. Войти в историю — кто ж этого не хочет? В отличие от пресловутых сделок с дьяволом, журналисту даже подписывать ничего не пришлось. Его слова оказалось достаточно, и троица в балахонах тут же принялась за дело. Ритуал прошел куда успешнее, чем предполагалось. Демон и впрямь появился, овладел телом журналиста, и с тех пор его карьера резко пошла в гору.</p>
   <p>        Одержимый пребывал как в дурмане, наркотическом сне с периодами прояснения. В такие моменты он видел все, что с ним происходило. Порой, очень даже ясно, словно зритель в кинозале, которым выступало его собственное тело. Демон действительно следовал уговору. Он не вредил своему носителю. Даже наоборот, его стараниями журналист процветал, быстро делая себе карьеру. Он и оглянуться не успел, как очутился на телевидении, где вскоре стал настоящей звездой.</p>
   <p>        Действия демона поражали. Он мастерски манипулировал людьми и завоевывал аудиторию. Сам журналист никогда бы не добился такого успеха, которого достиг как безвольное тело под началом адской сущности. Он был словно кукла, которую дергали за ниточки, и дергали невероятно умело. Это включало не только движения, но и речи. Против всех канонов, демон разговаривал как нормальный человек. Нет — как искусный оратор, поистине чертовски подкованный по части риторики, психологии и различных знаний.</p>
   <p>        Бывший журналист, а теперь уже ведущий, он видел и чувствовал, что демон лжет. Он просто не понимал, зачем, предполагая сугубо человеческий подход. Людям была неинтересна правда. Они предпочитали теории заговоров, волнующие расследования и публичные скандалы, в которые охотно верили и еще более охотно обсуждали. Громкое разоблачение им нравилось само по себе, даже если в действительности оказывалось наветом и марало чью-то кристально честную репутацию. Это никого не волновало, и последствий не несло. Так давно уже поступали в СМИ, забыв про честь и совесть журналиста. Некогда служа обществу, в известном смысле они и продолжали ему служить, выливая грязь и сея ненависть для удовольствия почтеннейшей публики.</p>
   <p>        Сомнительные, но горячие новости штамповались как изделия на заводе. Сногсшибательные репортажи выходили один другого скандальнее, анонсируя еще большие потрясения. Серые будни продаж не приносили и репутацию не создавали. Публика жаждала острых впечатлений, на которые ее подсадили СМИ. Запустив этот поток, они превратили его в водоворот, вихрившийся все быстрее и глубже, и сами туда благополучно угодили. В мире просто не было столько кричащих историй, которые предлагались на постоянной основе. Очевидный дефицит приходилось компенсировать за счет клеветы и выдумки.</p>
   <p>        Зародившиеся уже давно, процессы приобрели глобальный характер. Заведомый обман общественности становился благом и оправдывался любыми методами, якобы на пользу самой же общественности. Фейковые новости штамповались безнаказанно. Уничтожение инакомыслия и политических оппонентов превратилось в норму. Под лозунгами свободы и демократии эта самая демократия творила настоящий фашизм. Так поступали почти все, начиная от телевидения и заканчивая интернетом, не гнушаясь мараться в откровенной лжи и дискредитации. Поступали обычные люди. Чего же тут было взять с настоящего демона?</p>
   <p>        Открытым по-прежнему оставался только вопрос — зачем? Ведущему демон ничего плохого не делал. Аудитории он лгал, однако этим не особо выделялся среди всеобщего телевизионного вранья. Пребывая в тренде, он мастерски им пользовался, но какую цель преследовал? Какие имел дивиденды, если ни контракта на душу, ни вообще очевидной выгоды он не получал? Хоть и наблюдая за ним изнутри, ведущий даже понятия не имел. Запертый в своем теле, он уяснил только одно — в его согласии ни слова не говорилось, как долго продлится "временная" одержимость. В этом, вероятно, и заключалась ловушка, ибо демон не торопился уходить.</p>
   <p>        Происходящее напоминало какой-то оксюморон. Не будь журналист тому свидетелем, он сам бы в такое не поверил. Все глубже интегрируясь в общество, демон ненавидел людей, но при этом искал их внимания и успешно завоевывал, чем дальше, тем больше. Выгоды это ему не приносило, но останавливаться он явно не собирался. Его растущему размаху положило конец только появление архангела, за что ведущий был безмерно благодарен. Страшась последствий, он фактически исповедался перед прекрасной небожительницей, в заключение осмелившись спросить, что его теперь ждет. Отныне он точно знал о существовании высших сил. Связавшись с исчадием ада, он боялся угодить туда, откуда оно пришло.</p>
   <p>        Выслушав ведущего, Люмениферус не нашла повода для наказания. Он был виновен только в любопытстве, вкупе с профессиональным азартом и желанием прославиться. Пожелав участвовать в ритуале, он совсем не подумал, к каким потенциальным последствиям это приведет. Безусловно, незнание закона не освобождало от ответственности, однако в данном случае архангел злого умысла не усматривала.</p>
   <p>— На твоей душе нет печати проклятых, — утешила она ведущего. — Если ты и угодишь однажды в ад, то явно не за это. Хотя наверняка может сказать только Люцифер.</p>
   <p>— О боже! — побелел ведущий при упоминании дьявола.</p>
   <p>— Не бойся. Он мой брат, и гораздо справедливее, чем о нем принято считать, — успокоила Люмениферус. — Однако нам пора закругляться! — добавила она, когда в дверь снова начали стучать.</p>
   <p>        Сцена в гримерной завершилась очень просто. Архангел инсценировала сердечный приступ. Разумеется, не у себя, а у ведущего, и без реальной опасности для его здоровья. Тот уже успел упомянуть о плохом самочувствии. Когда его нашли на полу, то сильно перепугались, но не удивились. Скорая отвезла его в больницу. Там ведущему оказали надлежащую и квалифицированную помощь. Придя в себя, он чувствовал себя отлично, однако ничего не помнил ни об одержимости, ни о светоносном архангеле. Он вообще ничего не помнил о своей карьере, с тех пор как очутился на телевидении. Даже раньше, сохранив лишь обрывочные воспоминания о девушке в клубе и каких-то людях в балахонах.</p>
   <p>        Тесты ничего не показали, кроме того, что ведущий был совершенно здоров. Посовещавшись, врачи списали амнезию на кислородное голодание, вызванное сердечной недостаточностью. Было даже удивительно, что клетки его мозга не пострадали. Ущерб понесла только память. Вернуться к своей работе ведущий оказался не в состоянии. Он просто не знал, как ее делать. Оглушительный успех сопутствовал не ему, а демону. Хотя и не бездарный, его носитель не обладал такими же возможностями, и не владел аудиторией. Вот в этом Люмениферус ему не помогла. Она вернула человека в его естественное состояние. Наделять его чем-то сверху она не стала. Такие вещи были по части демонов, а не архангелов. Сочтя свою задачу выполненной, она преспокойно удалилась, ибо список Люцифера еще не кончился, а сам он пока не возвращался.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Очередной одержимый обнаружился в больнице. Покрутившись неподалеку, Люмениферус ничем себя не выдала, однако наличие демона определила безошибочно. Отлично замаскированный, тот остался бы незамеченным, не проверяй она его целенаправленно. Как архангел, она легко могла распознать его вблизи, однако до поры не хотела себя выдавать. Ведь ее почуял бы и демон. Такой подход несколько осложнял задачу, но Люмениферус точно знала, как ей следует поступить.</p>
   <p>        На религиозные символы демон не обращал внимания. Висевшие как элемент декора, распятия на стенах впечатляли его не больше, нежели садовые гномы. Отсутствие подлинной веры нивелировало силу религиозной атрибутики, начиная от крестов и заканчивая святой водой. Безусловно, ему было неприятно ее видеть, но на том все и заканчивалось. Пылая злобой к священникам, он никак это не показывал, вполне способный поддерживать с ними разговор. Молившиеся люди резали его слух, однако недостаточно, чтобы спровоцировать реакцию. Иными словами, он ничем себя не выдавал, прекрасно сходя за обычного человека. Разоблачить его было не так просто, как казалось. Чтобы выявить демоническую сущность, Люмениферус использовала собственную силу, применив ее не прямо, а косвенно.</p>
   <p>        Со светом демоны безоговорочно не дружили. С настоящим небесным светом, не чета обычному солнечному. Вот тут не бывало каких-либо исключений. Благословив образок, Люмениферус улучила момент и подсунула его испытуемому, благо что возможностей для этого хватало. Осматривая пациента, врач прослушивал его сердце стетоскопом. Выскользнув из-под рубашки, образок переместился и будто бы случайно коснулся пальца. Результат получился показательнее некуда. В месте контакта взвилась черная дымка. Испустив проклятие, врач отдернул руку так, будто ухватился за раскаленное железо. На его лице отразилось ошеломление, в то время как на пальце появился характерный ожог.</p>
   <p>        Сообразив, что произошло, врач уставился на образок с откровенной ненавистью. Затем припомнил, где находится, и тут же взял себя в руки. Воровато оглянувшись, он убедился, что не привлек чьего-либо внимания. С ее пациентами, посетителями и персоналом, больничная жизнь поглощала и не такое. В ее суете никто ничего не заметил. Никто, кроме Люмениферус, но ее не заметил уже сам одержимый врач. Избегая образка, он закончил обследование и направился к следующему больному. Архангел следовала за ним неслышной тенью, прикидывая на ходу, где лучше взять его в оборот.</p>
   <p>        Устраивать экзорцизм на публике не стоило, хотя с ее возможностями Люмениферус вполне могла пойти на такое. Она была способна нивелировать последствия своего вмешательства. Ей доводилось скрывать и более масштабные инциденты, однако к чему подобные сложности? Одержимый врач чувствовал себя уверенно, и сбегать явно не собирался. Инцидент с образком он воспринял за случайность, к чему и стремилась Люмениферус. Оставшись неузнанной, теперь она точно знала, с кем имеет дело, и ждала момента, чтобы прижать демона без свидетелей. Наблюдая, как тот обходит пациентов, она примечала любую мелочь и невольно удивлялась его медицинской практике.</p>
   <p>        Завладев врачом, демон им и работал. Работал в прямом смысле слова, а не создавал одну лишь фикцию. По его профессиональным действиям это становилось очевидно. Более того, свои обязанности он выполнял безукоризненно, не запятнав себя ошибочными диагнозами, неэффективным лечением и подозрительной смертностью. Это подтверждалось официальными бумагами. Улучив момент, Люмениферус ознакомилась с больничной документацией и пришла к очень странному выводу.</p>
   <p>        История с телеведущим повторялась. По какой-то причине демон обосновался в теле врача и вполне успешно лечил людей. Не губил, а именно лечил, прилагая к тому неоспоримые усилия. Его пациенты не отправлялись на кладбище, а шли на поправку и вполне себе выздоравливали, что и было загадочнее некуда. Прекрасно зная, что демоны добра не делают, Люмениферус всю голову сломала, пытаясь сообразить, за каким чертом ему это понадобилось. Не догадавшись сама, она решила просто расспросить. Закончив обход, одержимый врач прошел в свой кабинет, и закрытая дверь послужила долгожданным приглашением для архангела.</p>
   <p>        Войти помешал знакомый звук. В то же мгновение на плечо Люмениферус легла чья-то уверенная рука.</p>
   <p>— Развлекаешься? — раздался голос Михаила.</p>
   <p>Похоже, при встрече с сестрой это словцо становилось у него чем-то вроде приветствия.</p>
   <p>— Что ты здесь делаешь? — оборачиваясь, невольно удивилась она.</p>
   <p>— Я хотел спросить тебя о том же, — заметил Михаил.</p>
   <p>— У меня есть пара вопросов к демону в этой комнате, — мотнула головой Люмениферус. — Расспрошу, и отправлю его в ад. Или испепелю, что более вероятно.</p>
   <p>— Одержимый врач? — уточнил Михаил.</p>
   <p>— Да. А ты откуда знаешь? — еще больше удивилась сестра.</p>
   <p>— Так. Проверяю информацию от своих дозорных, — уклончиво отозвался брат. — Но ты тут какими судьбами? Охотиться за демонами тебе не по рангу.</p>
   <p>        Таиться Люмениферус не стала. Она считала, что занята благородным делом, и Михаилу не следует ей пенять. Располагая армией ангелов, тот мог бы сделать несравнимо больше, нежели она одна.</p>
   <p>— Мы с Люцифером решили приструнить разгулявшуюся нечисть, — не без гордости в голосе сказала Люмениферус.</p>
   <p>— Вот как? С Люцифером? — как-то странно переспросил Михаил. — И давно вы этим занимаетесь?</p>
   <p>— Примерно с тех пор, как у вас двоих появились от меня секреты, — воткнула ему шпильку Люмениферус.</p>
   <p>— Понятно, — многозначительно протянул Михаил. — Что ж, раз уж я здесь, давай наведаемся к этому доктору вместе. Я тоже хочу кое о чем его спросить.</p>
   <p>        Появление архангела было ночным кошмаром для исчадия ада. Появление сразу двух словами уже в принципе не описывалось. Мгновенно узнав, кто перед ним, демон не прикидывался идиотом. Люмениферус боялись в аду за ее взбалмошный характер, способный на спонтанные выходки. Михаила там боялись панически. Внезапный визит ничего хорошего не сулил. Покидая оболочку, демон попытался удрать в преисподнюю. Он понимал, что его могут сжечь, однако иное развитие событий ему нравилось явно меньше.</p>
   <p>        Желая предотвратить побег, Люмениферус распахнула крылья. Еще мгновение — и она залила бы все ослепительным светом, как сделала в грим-уборной телеведущего. Ее остановила рука Михаила, вторично положенная на плечо. Сначала он придержал ее на входе в кабинет, а теперь упредил поспешную горячность. Само собой, отпускать демона он не собирался. Вынув огненный меч, он направил его на красно-черные клубы, выходившие из человеческого тела. Невероятная сила этого оружия заключалась не только в способности сокрушать. Она рассекала саму реальность, воздействовала на любые ее процессы. Не успев отправиться в ад, демон был уже не в состоянии этого сделать. Огненный меч пресекал саму возможность пространственного перемещения. Хорошенько поднатужившись, демон закружил туда-сюда, но не мог просочиться даже сквозь вентиляцию.</p>
   <p>— И не надейся, — холодно изрек военачальник небес.</p>
   <p>        Люмениферус не любила оружие. Создававшая жизнь, она неважно относилась к тому, что ее отнимало, однако огненный клинок представлял исключение. Таким, пожалуй, она и сама не отказалась бы владеть. Его возможности одним лишь сокрушением не ограничивались. Люцифер и вовсе грезил о нем с незапамятных времен. Порою, даже вслух, хотя отлично знал, что его мечты неосуществимы. Этот меч нельзя было передать. Он создавался для Михаила и мог принадлежать только ему. Подарить его, одолжить и тем более украсть возможным не представлялось.</p>
   <p>— Он не сбежит? — только и спросила Люмениферус, хотя и сама знала ответ.</p>
   <p>Бесплодные метания демона его наглядно подтверждали.</p>
   <p>— Никто не в силах противостоять моему мечу, — ответил Михаил с такой интонацией, как будто невзначай напоминал о Люцифере.</p>
   <p>        Освобожденный от демона, врач оставался в кресле, где его и застало появление архангелов. Благодаря Люмениферус, ему ничего не угрожало. Очутившись рядом, она повела рукой, приводя его жизненные показатели в норму. Сердцебиение выровнялось, а тело перестало содрогаться в нервной горячке. Не приводя врача в сознание, она позаботилась, чтобы его дыхание стало спокойным будто у мирно спящего. Как правило, последствия одержимости проходили сами, но Люмениферус желала избежать возможных осложнений. Экстренно покидая оболочку, демон бросал ее словно корабль, идущий на рифы в сильный шторм.</p>
   <p>        Запертый в кабинете, демон чувствовал себя отвратительно. Не сбежав в преисподнюю, вернуться в человека он тоже не сумел. Михаил просто не допускал такую возможность. Бурля поодаль от тела, черно-красные клубы дымились, ощущая воздействие мира смертных, которые серьезно усугубляло присутствие двух архангелов.</p>
   <p>— Зачем ты здесь? — коротко вопросил Михаил.</p>
   <p>— Я хотела спросить о том же, — закончив с врачом, буркнула Люмениферус.</p>
   <p>В отличие от них, демон не произнес ничего членораздельного. Разразившись глухим урчанием, он забурлил еще сильнее, зажатый между физической необходимостью удалиться и невозможностью это сделать. Он был недостаточно силен, чтобы находиться вне тела, но огненный меч вносил в законы мироздания некоторые коррективы. Не позволяя демону уйти, тем самым он поддерживал его в неопределенном и довольно болезненном состоянии.</p>
   <p>        — Кто тебя послал? — выждав небольшую паузу, задал другой вопрос Михаил.</p>
   <p>Это прозвучало неожиданно. Невольно удивленная, Люмениферус отвела взор от демона и воззрилась на брата. О чем это он? Исчадия ада давно действовали по собственному почину, ибо никакой дьявол их уже не посылал. Перестав ненавидеть человечество, Люцифер отказался от этой практики и кардинально изменил курс. К сожалению, только собственный, поскольку в преисподней его преображенных взглядов никто не разделял. Уже готовая уточнить, к Михаилу сестра так и не обратилась. Даже ментально, опасаясь выдать свои мысли. Еще не хватало, чтобы демон стал свидетелем отсутствия единства у архангелов. Придержав язык, она решила узнать детали из ответа.</p>
   <p>        Демон снова ничего не сказал, продолжая бурно клубиться в воздухе, урчать и даже рычать. Было не слишком понятно, молчал он намеренно или особенность пленения мешала ему говорить. Колеблясь между полом и потолком, он смахивал на маятник, растерянно искавший, куда податься.</p>
   <p>— Почему ты лечишь людей? — не удержавшись, ввернула и свой вопрос Люмениферус.</p>
   <p>Она не особо надеялась на ответ, но утробные звуки внезапно разбавились внятной речью.</p>
   <p>— Они не нужны, — глухо произнес демон.</p>
   <p>— Это как понимать? — нахмурилась Люмениферус.</p>
   <p>— Они не имеют для него значения, — неторопливо пояснил Михаил. — Какой бы ни была его цель, она поглотит все якобы сделанное добро. Например, если будет война. Демон может спасти хоть целую больницу, если та все равно окажется уничтожена вместе с городом.</p>
   <p>— Кто-то хочет уничтожить город?! — оторопела Люмениферус.</p>
   <p>— Надеюсь, что нет. Я образно, — поправился Михаил, решив не упоминать о тенденции, замеченной им в докладах ангелов.</p>
   <p>Чувствительной сестре знать о таком не стоило.</p>
   <p>        У Михаила имелись основания не откровенничать, тем более только на основе своих предположений. Люмениферус очень тяжело воспринимала масштабные кровопролития. Она с трудом выносила античные конфликты, изрядно настрадалась в Средневековье, а уж в недавние мировые войны и вовсе места себе не находила. Еще тогда она упрашивала, чтобы Михаил вмешался и положил конец ужасающим человеческим страданиям. Увы, он не мог, связанный повиновением божьей воле.</p>
   <p>— Говори, кто тебя послал! — смещая акцент, грозно повторил военачальник небес. — Я знаю, ты сейчас как в тисках, которые перемалывают твои бесплотные кости! Скажи, что я хочу знать — и я позволю тебе удалиться к своему лорду!</p>
   <p>        Ответ не заставил себя ждать. Полыхнув огнем и зайдясь клубами дыма, демон разразился гулкими звуками. Колыхаясь и низко гудя, он хрипел, булькал и урчал в каком-то странном однообразном ритме.</p>
   <p>— Он что?.. Смеется? — поразилась Люмениферус.</p>
   <p>Михаил промолчал. Он только шевельнул мечом, словно намекнул демону на грядущую участь за неприемлемое веселье. Тот вдруг переменился. Заговорив на своем наречье, он выбрасывал в пространство отрывистые глухие слова. Люмениферус уже слышала такое в грим-уборной.</p>
   <p>— Отправляет послание! — воскликнула она.</p>
   <p>Сосредоточенный на чем-то своем, на сей раз Михаил не успел ее остановить. Расправив крылья, она испустила ослепительный свет и мгновенно обратила демона в пепел.</p>
   <p>        По-прежнему сидевший в кресле, врач ожидаемо не пострадал. С тех пор как демон покинул его тело, он пребывал в прострации, похожей на состояние грогги. Если он что и воспринимал, то все равно скоро забудет, и у Люмениферус не было причин за него волноваться. Довольная своей реакцией, она сложила крылья и повернулась к Михаилу. Как оказалось, тот ее удовлетворения не разделял. Совсем наоборот, он посмотрел на нее едва ли не с осуждением.</p>
   <p>— Кто тебя просил? — сдержанно произнес он. — Опять ты воротишь сгоряча.</p>
   <p>— Он же с кем-то говорил! — возмутилась Люмениферус. — Я должна была это прекратить!</p>
   <p>— А я должен был узнать, с кем, — стараясь говорить спокойно, пояснил Михаил, хотя едва удерживался от желания задать сестре хорошую взбучку.</p>
   <p>        До Люмениферус не сразу дошла причина недовольства брата. Ее вполне можно было понять, и особенно по вырвавшемуся вопросу.</p>
   <p>— Разве это возможно? — недоуменно воззрилась она на Михаила.</p>
   <p>— Да, если ты в контакте с целой сетью из ангелов, которые помогают отслеживать передачу, — хмуро пояснил тот. — Сколько раз я говорил тебе не спешить. По-твоему, я тут ворон считал, да и мечом махнул для красоты? Я намеренно позволил демону открыть канал, чтобы выяснить, с кем он захочет связаться.</p>
   <p>— И с кем же? — вырвалось у Люмениферус. — Ой, прости, — сразу смутилась она, ибо сорвала стратегический маневр.</p>
   <p>Спрашивать о том, что не удалось благодаря ей, было так себе идеей.</p>
   <p>— Точно не с Люцифером, — неопределенно ответил Михаил, что было воспринято сестрой за шутку.</p>
   <p>Но он совсем не шутил.</p>
   <p>        Уничтоженный демон уже не представлял никакой пользы. Теперь его не сумел бы найти и допросить даже владыка ада. Не видя смысла задерживаться, Михаил собрался уходить, вверяя врача заботам сестры.</p>
   <p>— Погоди! — подступив к нему, воскликнула Люмениферус. — Ты ничего не хочешь мне сказать?</p>
   <p>Пользуясь моментом, она подумала не только о насущных делах.</p>
   <p>— По-моему, я действительно многое не сказал, — заметил Михаил. — За твою поспешность мне очень хотелось тебя отругать. Прошу тебя вновь — будь осмотрительнее, терпеливее и благоразумнее. Все твои ошибки от спонтанных решений и вспыльчивой невыдержанности.</p>
   <p>— Я не об этом, — отмахнулась Люмениферус. — Что насчет девушки? Той, с умершей собакой.</p>
   <p>        Доселе уверенный и величественный, Михаил несколько смутился. Лгать сестре он не хотел, но и выкладывать правду тоже. Он не забыл о своем обещании. Улучив момент, он навел справки у очень авторитетного источника. На такие вопросы обычно не отвечали, однако для военачальника небес, известного своей доблестью и послушанием, было сделано исключение. Но лучше бы не было. Михаил прекрасно знал, как сестра воспримет это известие, и предпочел бы вообще его не сообщать. К сожалению, промолчать не позволяла совесть.</p>
   <p>        Слова подбирать не пришлось. В ожидании этой минуты, они были составлены заранее.</p>
   <p>— Наказание наложено на одного из старших родственников этой девушки. Там большая семья, разделенная отнюдь не случайными жизненными обстоятельствами, — нехотя объяснил Михаил. — Наказание проистекает именно из этих обстоятельств. Кое-кто завел слишком много детей, которых заведомо пристраивал весьма бездушным и корыстным образом. Не желая всех содержать, он решил обеспечить себя и их за счет других людей и социальной системы. Переложив это бремя на общество, он ждал взросления детей, чтобы воспользоваться дивидендами. Кто — не скажу, но ты и сама, думаю, это выяснишь. Только лучше не надо. Опять расчувствуешься и дров наломаешь.</p>
   <p>— Я не спрашивала, кто там виноват. Я хотела узнать, как помочь бедной девушке, — вспыхнула Люмениферус.</p>
   <p>— Никак, — качнул головой Михаил. — В этом суть наказания. Поступая так со своей семьей, человек наказывается семьей.</p>
   <p>        Переварив услышанное, Люмениферус чуть не взорвалась. На лице у нее отразилось то, что разбушевалось на сердце. Оценив реакцию, Михаил лишний раз убедился, насколько болезненно она принимала такие вещи.</p>
   <p>— Девушка-то в чем виновата?! — всплеснула руками Люмениферус. — Девочка! Ребенок, еще с колыбели! Ребенку за что расплачиваться?! Ты хоть знаешь, что она пережила и продолжает переживать?! Я пришлю к ней Люцифера! Он прочтет ее душу, а потом транслирует все тебе! Посмотрим, что ты тогда скажешь!</p>
   <p>— То же, что и прежде, — не стал сердиться на нее Михаил. — Поверь, я правда сочувствую этой доброй душе. Я даже просил за нее. Ничего не вышло, но я не стану поднимать свой меч против божьей воли. Идти против отца — это по части нашего брата Люцифера.</p>
   <p>— А если бы ты был вправе сам принять решение? — схватив его за руку, пытливо вопросила Люмениферус. — Принять свободно, без ослушания, не нарушая отцовской воли. Ты бы ей помог?</p>
   <p>— Конечно, — коротко ответил Михаил. — Но это был гипотетический вопрос.</p>
   <p>        Перестав бушевать, Люмениферус успокоилась. Услышав, что хотела, она не стала заводиться дальше и надоедать брату своими возмущениями. Она сдержалась даже тогда, когда узнала, что в этой семье девушка расплачивалась за чужие грехи не одна. Небесная кара коснулась многих. Почти всех. В итоге они страдали за того, кому вообще было на все наплевать. Умершая в мучениях, собака оказалась тому ярчайшим примером. Справедливость такого наказания не выдерживала никакой критики, однако Люмениферус сталкивалась с подобным не впервые.</p>
   <p>— Спасибо, что хотя бы попытался, — тихо сказала она, благодаря Михаила взглядом.</p>
   <p>Тот в ответ слабо улыбнулся и ушел, оставив на ее попечение бывшего одержимого.</p>
   <p>        Военачальника небес интересовало только исчадие ада. В отличие от него, Люмениферус желала расспросить и врача. Тот вряд ли знал, какую цель преследовал демон, зато наверняка мог порассказать, как стал для него вместилищем. Оставаясь в кресле, он по-прежнему пребывал в прострации, пока Люмениферус не подошла и не привела его в чувство.</p>
   <p>        Сообразив, что произошло, врач поначалу не откровенничал. Архангела он испугался даже больше, нежели демона, и просто боялся ей открыться. Вообразив себя великим грешником, он страшился исповеди из стыда, как часто случалось и у прихожан со священниками. Люмениферус же не просила исповедоваться. Она хотела услышать правду, что было совсем не одно и то же. Та не означала раскаяние, ибо его архангел оставляла на усмотрение души. Ее интересовали подробности про одержимость и всех, кто с ней хоть как-то связан. Устав от жалоб на провалы в памяти, она показательно сменила тон.</p>
   <p>— Не будешь говорить — позову Люцифера, — сурово предупредила Люмениферус. — Поверь, у владыки ада ты запоешь соловьем.</p>
   <p>— Не надо! — насмерть перепугался врач.</p>
   <p>— Тогда отвечай без утайки, и я обещаю замолвить за тебя словечко, — предложила Люмениферус.</p>
   <p>Решив обойтись без свидания с дьяволом, врач преодолел все малые страхи перед одним огромным. Дрожа и заикаясь, он отпил воды, предложенной архангелом, и кое-как заговорил.</p>
   <p>        Врача соблазняли знания. Мечтая о большем, он не хотел всю жизнь проторчать в одной и той же больнице. Он грезил местом на кафедре, профессурой и грантами на исследования. К сожалению, для этого требовалось нечто посерьезнее, нежели имелось в его распоряжении. Врач много читал и еще больше наблюдал за пациентами, однако его усилий не хватало. У него даже имелись кое-какие связи, но ведь они были и у других. На одно условное место претендовало сто человек по знакомству и несколько тысяч без. Протекция значила многое, однако далеко не все. Решающее слово оставалось за случаем, который не дарил ему шанс, и чем больше проходило времени, тем меньше оставалось надежд. Уже ничего не ожидая, врач смирялся с привычной рутиной, когда неожиданная встреча разом изменила его дальнейшую жизнь.</p>
   <p>        Легкий флирт ничего особенного не значил. Обворожительная пациентка угодила в больницу по какой-то ерунде, быстро выписалась, но назначила свидание приглянувшемуся ей доктору. Они очень мило провели время на ее квартире, где экспериментировали с коктейлями и много говорили. Польщенный вниманием, против обыкновения врач напился, а в себя пришел в своем кабинете, куда даже не помнил, как попал. Через пару дней в больницу пришел незнакомый человек, который знал о нем так много, что становилось не по себе. Сославшись на девушку, он предложил доктору знания, но весьма необычным способом. Ему только и требовалось, что принять участие в неком оккультном ритуале.</p>
   <p>        Услышав подробности, сначала врач отверг саму идею как бредовую. Если это розыгрыш, то посетитель прибыл явно не по адресу. Тот извинился и ушел, но через неделю врач получил письмо из престижного университета. Ему предлагали место, но только с одним условием — за него должно было поручиться доверенное лицо. Этим лицом и оказался странный посетитель. Явившись снова, он упомянул письмо и гарантировал результат. Разумеется, взамен он приглашал все на тот же ритуал. Немного поразмыслив, врач выразил согласие, и вскоре его позвали в какой-то заброшенный хламовник.</p>
   <p>        Красный огонь свечей, распространявший терпкий запах, жутковатые росписи и кромешный мрак, царивший вне освещенной части круга, к доверию не располагали. Еще меньше его внушала троица в непроницаемых балахонах. Врач не мог понять, какое это имело отношение к университету, однако письмо было подлинным. Не удержавшись от проверки, он сделал звонок и получил ответ непосредственно с кафедры. Теперь он сомневался только в том, знали там об этой чертовщине или нет. Троица гарантировала безопасность, что выглядело не очень убедительно, но еще она обещала знания. Невиданные прежде знания, которыми владела некая сущность. От врача только и требовалось, чтобы на время стать для нее вместилищем, ибо без тела она с ним не поделится. Звучало все это диковато, а выглядело и того хлеще, заставляя усомниться в адекватности присутствующих.</p>
   <p>        Здравый смысл откровенно конфликтовал с нездоровой атмосферой. Врач спрашивал себя, что он вообще тут делает. Подвергнув эту ерунду сомнению, он хотел уйти, но его остановил соблазн. Незнакомцы оказались очень убедительны. Место в университете ему пообещали в любом случае, явится вызываемая сущность или нет. Таким образом, ситуация получалась беспроигрышная. Пожав плечами, врач согласился, а дальше и оглянуться не успел, как стал одержим самым настоящим демоном.</p>
   <p>        Худшие ожидания не оправдались. Никакого университета не последовало, но и кошмаров наяву тоже. Запертый внутри себя, врач напоминал сомнамбулу, однако в целом довольно многое видел и воспринимал. Освоившись в теле, демон не пустился во все тяжкие. Людей он не терзал, адским огнем не плевался, и вообще вес себя довольно обыденно. Более того, он старательно выполнял работу врача, доставшуюся ему по своеобразному наследству. Настоящий врач ожидал, что он начнет вредить пациентам, так или иначе отправляя их в мир иной. На удивление, ничего подобного не происходило. Демон и впрямь поделился своими знаниями, хотя и сделал это весьма своеобразно. Человеческая физиология оказалась ему не в новинку, а сверхъестественные возможности говорили сами за себя.</p>
   <p>        Анализы и обследования — все это была мишура. Осматривая пациентов, демон узнавал их недуги даже не дотрагиваясь. Лечил он их тоже соответствующе, применяя свои силы тогда, когда человеческая медицина очевидно не помогала. Никаких подношений он за это не получал. Больные даже не знали, с кем имеют дело. Знал только одержимый врач, однако и с него ничего не требовалось. Наоборот — демон создавал ему отличную репутацию, надежно окопавшись в больнице как ценнейший специалист. Благодаря заслугам, ему предоставили широкую свободу действий, которой он постоянно и пользовался.</p>
   <p>        Не ведая усталости, демон работал сверхурочно и проводил в больнице очень много времени. Через него проходило огромное количество пациентов, а чужих он изучал по истории болезни в картотеке. Анализы крови, пункции, рентгеновские снимки — его интересовало решительно все. Прерываясь только на общение с персоналом, демон постоянно копался в них так, словно рассчитывал отыскать жемчужину в бездонном колодце. И, по всей видимости, постоянно что-то находил. Врач понятия не имел, что его интересовало, но демон регулярно отправлял кому-то сообщения и сам получал некие инструкции. Какие? На демоническом наречии люди не разговаривали, и расшифровать их несведущему уму возможным не представлялось. Впрочем, врач был довольно толковым человеком, и со временем у него возникли определенные догадки.</p>
   <p>        Судя по всему, демон искал кандидатуры для каких-то целей, и вряд ли добрых. Имея доступ к базам данных, а заодно и обширную личную практику, он производил некий отбор. Одни пациенты интересовали его целиком, а другие только частично. Частично — в прямом смысле слова, заставляя предположить торговлю органами. Подкупив санитаров, демон наведывался в морг и извлекал различные внутренности умерших. Вреда это, впрочем, никому не причиняло, если не считать моральной стороны вопроса. Куда он их девал — врач даже не догадывался, ибо за контейнерами прибывали безликие курьеры. Эти органы особой ценности не представляли. Их доставали не из свежих трупов, отчего гораздо большее беспокойство внушали не мертвые, а живые.</p>
   <p>        Собирая сведения, демон давал кому-то наводки. Тому, кого интересовали органы и ткани, сохранявшие свежесть в здоровом теле. Это попахивало убийством прямо на столе подпольного хирурга. К сожалению, ни подтвердить, ни опровергнуть эти подозрения возможности не было. О судьбе всех выписанных пациентов врач больше ничего не знал. Он искренне надеялся, что их не похитили и не разделали как туши, ибо демон выражал удовлетворение своей деятельностью. Людей он ненавидел, аж содрогаясь от того, что лечил их собственноручно. Утешение он находил в некой цели, которая наверняка перевешивала всю врачебную практику. Увы, о ней одержимому врачу оставалось лишь гадать. Демон ему не вредил, создавал отличную профессиональную репутацию, и жизнь не разрушал. Он ничем не угрожал, однако и уходить не собирался, пока не встретился сразу с двумя архангелами.</p>
   <p>        Дослушав врача, Люмениферус опять отметила схожесть случаев. Применительно к погибели, душа не пострадала. Врач попался на приманку, предложенную персонально ему, как попался и журналист. Одержимость носила добровольный характер, но при этом для обоих никаких последствий не наступало. Судя по всему, демоны интересовались только оболочкой, необходимой им для достижения неких целей. Взамен они никакого зла ей не причиняли, сберегая своего носителя, как водитель автомашину.</p>
   <p>        При отсутствии дурного умысла, одержимым вменялась лишь неосмотрительность, приведшая к вселению демона. На адские муки эти люди не заработали. Прикинув все обстоятельства, Люмениферус пришла к выводу, что врач не заслужил какого-либо наказания. Она даже не стала читать ему нотаций, за бесполезностью таковых. Убоявшись архангела, врач наверняка последовал бы ее наставлениям, но не смог, ибо ему стерли память. В отличие от ведущего, ему повезло больше. Его врачебная практика никуда не девалась. Забвение не отменяло уже имевшихся профессиональных навыков. Придя в себя, какое-то время он потратит на акклиматизацию, а затем снова сможет приступить к выполнению обязанностей.</p>
   <p>        Покидая больницу, Люмениферус сочла инцидент исчерпанным, однако задавалась вопросом, что там делал Михаил. Гоняться за одержимыми ему тем более было не по рангу. Сразиться с демонами в бою, возглавляя армию небес — это одно. Ловить их поодиночке, словно крыс на продуктовом складе — совсем другое. Одолеваемая любопытством, Люмениферус пристала бы к нему с расспросами, однако не хотела излишне наседать. Впервые за века, Михаил и так пошел ей навстречу. Он многое ей показал, немалому научил, и явно не собирался на этом останавливаться. Открывшись для доверия, он тут же отстранится, если почувствует, что на него давят. Действуя осторожно, со вторичным интересом приходилось повременить. Приоритетный был важнее, где Люмениферус постепенно добивалась своего. Короткий ответ Михаила сказал ей очень многое.</p>
   <p>— Нет, дорогой, брат. Это был не гипотетический вопрос, — уходя в пространство, прошептала Люмениферус. — Как жаль, что ты этого не понимаешь.</p>
   <p>        О встрече в больнице размышлял и Михаил. Ему тоже было небезынтересно, что там забыла Люмениферус. Собственно, он и прибыл только из-за нее. Благословив образок, сестра явила свою архангельскую силу. Уловив, откуда поступило излучение, Михаил сопоставил его со своими данными и обнаружил примечательное совпадение. Еще примечательнее оказалось то, что Люмениферус действовала заодно с Люцифером. Не скрывая сей факт, она вызывала еще большее недоумение.</p>
   <p>        Переговорив с сестрой, Михаил не подал и виду, насколько услышанное его насторожило. С чего бы этой парочке вдвоем гоняться за демонами, желая наказать их и даже уничтожить? Допустим, Люцифер заметал некие следы, но Люмениферус? Вне всяких сомнений, она-то уж точно демонам не потворствовала. Неужели она стала невольным орудием в руках лукавого брата? Нет, не похоже. Люцифер давно не благоволил своим адским подданным, если, конечно, не прикидывался. А он вроде бы не прикидывался, хотя от претензий к небесам не отказался. Не стоило и сомневаться, что он вел свою игру. Другой вопрос — какую? И не ее ли последствием стали таинственные неурядицы с душами? Не исключено, что непроизвольными, с чем Люцифер вполне себе искренне хотел разобраться. А уж Михаил как хотел!</p>
   <p>        Военачальник небес крайне серьезно отнесся к тому, что души сбегали из ада, и тем более вообще в него не попадали. Спровоцировав демона, он подозревал, что тот отправляет послание Люциферу. Как выяснилось, нет. Михаил сказал сестре правду. Пользуясь моментом, демон попытался связаться отнюдь не с владыкой преисподней. Благодаря сети из ангелов, в тот момент Михаил точно знал, где находится его брат. На земле. Послание тоже уходило на землю, однако совсем в другое место. Кому именно? Это и помешала установить горячность Люмениферус. Михаил успел получить только примерные координаты, и мысленно приказал своим ангелам взять их район под наблюдение. Туда же он отправился и сам, едва инцидент в больнице был исчерпан.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Изобилуя в столице, правительственные здания смотрелись гордо и внушительно. Во всяком случае, для людей. Отдавая должное архитектуре, Михаил недолюбливал присущий им пафос. Несмотря на язычество, античные храмы выглядели в глазах небес пристойнее, если не считать вакханалий, которые там творились. Древние люди воплощали красоту во имя богов, пускай и ложных. Люди современные сплошь и рядом творили ее ради собственного величия.</p>
   <p>        Соборы всех этапов Средневековья уходили в прошлое. Человеческая культура вообще, и здания ее в частности проповедовали мирскую власть и мирские же ценности. Возвышаясь один над другим, небоскребы словно соревновались за титул Второй Вавилонской башни. Изощряясь в технических решениях, архитектурные проекты искали выражение в расточительстве и показном превосходстве над другими. Зачем строить стадион на крыше? С какой такой целью нужен прозрачный бассейн на огромной высоте, протянувшийся над пустотой? Так уж ли важны исполинские сады Семирамиды? Затраченные средства и усилия не соответствовали практической или духовной пользе. Все это попахивало гордыней; применением ума, таланта и мастерства совсем не там, где следовало бы. Михаил, впрочем, не вмешивался. Бывало, он раз по семь мог спалить неугодный богу религиозный храм, упрямо возводимый на прежнем месте. За редким исключением, сокрушать мирские храмы бог указаний не давал.</p>
   <p>        Очутившись в столице, Михаил оценил ее контраст между историческим и современным, но совсем мимолетом. Он насмотрелся на это и с небес. К тому же он явился сюда не для того, чтобы глазеть на достопримечательности подобно туристу. Получая сообщения от ангелов, он сузил район, куда могло отправляться послание. В его власти было наводнить столицу крылатым воинством, однако привлекать такое внимание он не хотел. Исчадия ада безразличными явно не останутся. Расставив дозорных, Михаил велел им глядеть в оба, а проверкой решил заняться сам.</p>
   <p>        Сведения от ангелов отлично сочетались с человеческими. Их базы данных, уличные видеокамеры и многочисленные источники информации очень эффективно сокращали не только область поисков, но и список возможных кандидатур. По человеческим меркам, он все равно оставался громадным, однако архангел оперативно справлялся и не с таким. Особенно тот, кто прекрасно владел всей физикой мироздания. Немалое подспорье оказывали и подчиненные. Выполняя приказы, они проверяли места и людей, тем самым облегчая задачу своему военачальнику. Чего и удивляться, что результаты не заставили себя ждать. Уловив присутствие скверны, Михаил приказал ангелам не приближаться. Где именно та засела, он определил самостоятельно, даже удивляясь, как быстро и просто ему это удалось.</p>
   <p>        Покинув служебную парковку, легковой автомобиль уехал совсем недалеко, когда внутри появился еще один пассажир. На заднем сиденье возник мужчина в строгом черном костюме. Водитель в чине капрала его не видел. Для него там по-прежнему находился только полковник, читавший документы из раскрытой папки.</p>
   <p>— Веди себя как обычно. Иначе уничтожу на месте, — негромко предупредил Михаил.</p>
   <p>Полковник даже не пошевелился. Он успел понять, кто объявился рядом. Такая мощь исходила лишь от архангелов, а они были наперечет. Михаила выдавала не столько внешность, сколько возмущение, исходившее от огненного меча. Сокрытый от взора смертных, он оставался заметен для сущностей иного рода.</p>
   <p>— Слушаю, — коротко сказал демон.</p>
   <p>        Поза полковника не изменилась. Казалось, он по-прежнему поглощен документами, хотя теперь его волновало исключительно грозное соседство. Против военачальника небес шансов у демона не было. История учила, что противостоять ему не вышло даже у Люцифера. Менее значимым фигурам только и оставалось, что действовать по ситуации.</p>
   <p>— Кто тебя послал? — задал вопрос Михаил.</p>
   <p>Там, в больнице, одержимый врач не ответил. Теперь он желал узнать, что скажет одержимый полковник.</p>
   <p>— Я не совсем понимаю, что ты хочешь услышать, — пожал плечами демон. — Мы делаем то же, что и всегда. В аду ничего не изменилось.</p>
   <p>— Это ложь. Будь это так, меня бы здесь не было, — холодно произнес Михаил.</p>
   <p>Демон и сам это прекрасно понимал. Последнее время небесный полководец проявлял нетипичную активность. По сути, ее проявляли все, начиная от архангелов и заканчивая младшими сущностями ада. Вопрос заключался в том, кто быстрее достигнет своей цели.</p>
   <p>— Я действую по своему желанию. Можешь не верить, но это так, — стараясь выглядеть спокойным, сообщил демон.</p>
   <p>        Покосившись в зеркало, водитель выразил безмолвное недоумение разговором в салоне. Сидевший там в одиночестве, полковник будто бы с кем-то общался, хотя смотрел на свою папку с документами. Впрочем, современные технологии позволяли и не такое. Смартфоны и беспроводные наушники создавали иллюзию присутствия собеседника. Техническое развитие предполагало, что до трансляции голограмм было совсем недалеко.</p>
   <p>— Гляди на дорогу, — сухо велел водителю полковник.</p>
   <p>Дисциплинированный капрал тут же отвел глаза. Полковник, тем временем, достал смартфон и показательно поднес к лицу, будто отправлял и принимал голосовые сообщения.</p>
   <p>        Манипуляции одержимого не вызвали у Михаила удивления. Ментальное общение получалось односторонним. Водитель не слышал речь архангела — она транслировалась полковнику прямо в голову. Тот, в свою очередь, был вынужден отвечать словами, связанный оковами смертного тела. Смартфон послужил отличным прикрытием, чтобы капрал не подумал, что его офицер рехнулся.</p>
   <p>— Мы пользуемся дозволенной нам свободой, — обращаясь к архангелу, напомнил демон. — Почему это стало тебя интересовать?</p>
   <p>— Здесь не ты задаешь вопросы, — жестко произнес Михаил. — Не ответишь — будешь уничтожен. Это касается и отговорок.</p>
   <p>— Можно подумать, мои слова что-то изменят, — криво усмехнулся демон.</p>
   <p>— Это зависит от того, что именно я услышу, — возразил Михаил. — Если ответ меня удовлетворит, я позволю тебе убраться в преисподнюю.</p>
   <p>— Какие у меня гарантии? — открыто усомнился демон.</p>
   <p>— Там вам позволил жить сам бог, хотя был в состоянии отправить в небытие всю вашу братию одновременно. Я служу ему. До поры вы пользуетесь данной вам отсрочкой.</p>
   <p>— Пусть так. Но я предпочитаю гарантии понадежнее, — глухо отозвался полковник.</p>
   <p>        Выстрел прозвучал неожиданно. Расстегнув кобуру, одержимый офицер выхватил пистолет в мгновение ока. Архангел вполне мог ему помешать, но для этого требовался физический контакт. Пока он воплощался, драгоценные мгновения были потеряны. Полагая, что одержимый хочет застрелиться, Михаил упустил из виду иное развитие событий. Пуля предназначалась не для самоубийства. Лобовое стекло машины залила кровь вперемешку с брызнувшими мозгами. Выстрел одержимого разнес голову водителю.</p>
   <p>        Упав на рулевое колесо, застреленный капрал съехал к дверце. Он умер мгновенно, однако его нога продолжала давить на педаль газа. Потерявшую управление, машину резко мотнуло в сторону. Оживленный дорожный поток такие маневры не приветствовал. Уйдя на соседнюю полосу, она избежала столкновения с грузовиком, но только благодаря архангелу. Сместив внимание на дорогу, он немедленно взял всю окрестную физику под контроль. Автомобиль выровнялся и начал возвращаться на прежний курс. Этим и воспользовался демон. Рванув ремень безопасности, он открыл свою дверь и попытался выскочить наружу, чем снова привлек к себе концентрацию Михаила. Машина снова мотнула. Удерживая демона, архангел невольно ослабил управление, переключаясь с физики смертных на бесплотную, неподвластную ее законам сущность. Опасно вильнув, машина окончательно ушла с полосы и выскочила на встречное полотно дороги.</p>
   <p>        Первая легковушка увернулась, огласив пространство истошными сигналами клаксона. Удар по второй пришелся вскользь. Ее закрутило и выкинуло на обочину, однако и там ей удалось удержаться на колесах, отделавшись вмятинами от свидания с отбойником. Автобусу повезло меньше. Уворачиваясь от столкновения, он сильно накренился, нырнул в соседний поток и задел фургон. Тот, в свою очередь, ударился в грузовую машину, а от встречного толчка отскочил обратно в автобус. Он глубоко осел, словно переднее колесо угодило в яму. Сзади в него тут же врезался минивэн, а спереди вторично поддал фургон. Колесо сорвало окончательно. Переворачиваясь через опустевшую арку, с диким скрежетом автобус завалился на бок и покатился по асфальту, превратившись в здоровенную баррикаду поперек дороги. Отчаянно тормозя, машины стали попадать в нее одна за другой, образуя внушительный железный затор.</p>
   <p>        Не сбавляя скорость, автомобиль с архангелом и одержимым продолжал движение. Уйдя на встречные полосы, он рассекал их словно клином. Избегая аварии, несущиеся на него машины делали себе только хуже, поскольку теряли устойчивость и маневренность. От шальной легковушки они уворачивались, а от затора за ней уже нет. Возникая следом, тот уже не оставлял им шанса на перестроение. Врезаясь и переворачиваясь, они нагромождались на дороге как измятые коробки, из которых сыпались запчасти и выливалось топливо. Где-то затрещала искра, побежало пламя. Пожар вспыхнул разом в нескольких местах, усиливая и без того начавшуюся панику. Непрерывно разрастаясь, крики людей перемежались со скрежетом железа и грохотом новых столкновений.</p>
   <p>        Скорость движения оказывала решающее значение. Хаотичные виляния продолжались совсем недолго. Сосредоточившись на демоне, архангел попытался остановить машину, но последующий удар сделал это за него. Наполненный до отказа, тяжелый бензовоз свернуть попросту не мог. Громко гудя, он тяжело катил навстречу и мало чем отличался от бетонной стены. Лобовое столкновение сложило их скорости. Машина расплющилась о него словно брикет подтаявшего мороженого. Истошно сигналя, бензовоз проехал дальше, стирая тормозившие шины об асфальт, и наткнулся на груду автомобилей. Подскочив, он перелетел через один и рухнул в другой. Сцепка оборвалась. Лопаясь от перегрузки, цистерна исторгла поток горючего. Угодив в разраставшийся пожар, оно тут же полыхнуло по всей площади разлива. Прорехи в стальных бортах стали своеобразными вратами в ад. Добежав до цистерны, пламя проникло внутрь, и дорожное полотно накрыло ревущим огненным взрывом.</p>
   <p>        Пользуясь сумятицей, вызванной масштабным бедствием, демон сбежал. Раздавленное при лобовом ударе, тело полковника его больше не сдерживало. Высвобождение получилось мгновенным. Пока архангел отвлекался на катастрофу, он выскользнул наружу и был таков. Его молниеносное перемещение в ад пресечь не удалось. На дороге же, тем временем, развернулась альтернативная преисподняя. Количество жертв стремительно возрастало. Охваченные огнем, люди бились в горевших машинах или метались по проезжей части. Со всех сторон доносились истошные крики и призывы о помощи. Кровь растекалась огромными, закипавшими от жара лужами. Со звоном битого стекла, отчаянными гудками и грохотом ударов, машины продолжали сталкиваться. Полыхающий затор перегородил все полосы в обе стороны движения. Забыв про демона, архангел сосредоточился на том, чтобы хоть как-то исправить ситуацию. Демон же успешно скрылся, сохранив свои тайны и оставшись в целости.</p>
   <p>        — Нет! — сурово произнес Михаил, глядя куда-то в пространство.</p>
   <p>Пожиравшее технику и людей, страшное пламя бушевало лишь в его сознании, но показавшись вдали, автобус, фургон и бензовоз красноречиво подтверждали будущее, спрогнозированное им с высокой точностью. Он не мог утверждать наверняка, произошло бы все именно так, или несколько иначе. Он был уверен только в том, что демон попытается сбежать, пользуясь жуткой аварией для отвлечения внимания. На его беду, рядом с ним сидел именно Михаил, то есть архангел с прекрасным владением физикой вещей. Он вряд ли позволил бы учинить этот кошмар, приводивший к многочисленным человеческим жертвам. Скорее всего, он пресек бы его еще на стадии первого столкновения, однако шансы у демона все же были. Стараясь его удержать, Михаил ослаблял бы контроль над происходящим на дороге, что действовало и в обратную сторону. Выбор получался невелик: или исчадие ада, или люди. Промежуточный вариант грозил аварией и гибелью невинных, а в таких случаях Михаил не колебался.</p>
   <p>        Потянувшись к кобуре, рука одержимого начинала воплощать убийственный замысел. Вскинув пистолет, она произвела предсказанный выстрел, но роковым тот не стал. Доселе невидимый, архангел появился в мгновение ока. Остановленная его волей, пуля растворилась в воздухе. Водитель остался невредим, а демон больше ничего не успел предпринять. Повторного выстрела не последовало, равно как и чего-либо еще. Действуя рукой, словно клинком, Михаил пронзил одержимого насквозь. Его бесплотная сущность не причинила полковнику вреда. Она поразила только демона, и сожгла его прямо там, внутри живого тела, ибо состояла из чистейшего первозданного света. А такой удар был для исчадия ада смертелен и неотразим.</p>
   <p>        С водителем пришлось немного повозиться. Выстрел, возня и обмякший офицер не могли остаться без его внимания. Вспышка света, сопроводившая появление неизвестного мужчины — тем более. Взволнованно обернувшись, он утратил бдительность и сам чуть не спровоцировал ДТП. Придерживая полковника, Михаил коснулся водителя пальцами и немедленно отправил его в глубокий сон. Сам же перехватил управление машиной своей волей. Вызвав ближайших ангелов, он велел им найти укромное место, куда тут же и повел взятый под контроль транспорт. Уйдя из потока, машина свернула на боковую дорогу, и вскоре остановилась в безлюдном закутке у длинной эстакады.</p>
   <p>        В отличие от человечества, исчадия ада были сущностями иного рода. Они вносили в прогнозирование будущего куда больше непредсказуемости. Михаил действовал наверняка. Вероятность, при которой он пленял демона и не допускал каких-либо жертв, вполне существовала. Более того, она была очень даже высока, однако на кону стояли жизни людей. Как минимум, водителя, а военачальник небес не считал такие сопутствующие потери допустимыми. Чтобы избежать человеческих смертей, он предпочел пожертвовать демоном, хотя и сожалел, что тот не ответил на его вопросы. Впрочем, демон из больницы тоже был не особо разговорчив, однако новый даже не попытался с кем-нибудь связаться.</p>
   <p>        Уложенный на сиденье, полковник почувствовал себя лучше. Целительная длань Михаила избавила его от последствий одержимости. Теперь о здоровье этого человека можно было не беспокоиться. Перестав содрогаться, он заснул вполне здоровым и глубоким сном. Прежде свистящее и прерывистое, его дыхание успокоилось, а мышцы обмякли и расслабились. Папка с документами сползла на пол. Выпав из разжавшихся пальцев, об пол тихо стукнулся какой-то небольшой предмет. Скользнув по нему взглядом, Михаил увидел смартфон, который полковник все это время держал в руке.</p>
   <p>        Погашенный экран ничего особенного не предвещал, однако у архангела шевельнулось мимолетное подозрение. Подняв эту игрушку людей, он проверил ее содержимое и тут же выругал себя за неосмотрительность. Одержимый полковник достал смартфон не просто так. Отвлекая внимание водителя, он отвлек внимание и Михаила. Чертово устройство находилось в сети. Голосового звонка оно не совершало, что было бы тут же замечено Михаилом, зато передавало данные по всемирной паутине. Иными словами, кто-то слышал и видел все, что видела и слышала эта штуковина.</p>
   <p>        Хоть и владея физикой вещей, архангел не удосуживался распутывать все, что непрерывно сквозило в эфире волнами человеческой информации. Как правило, никчемными, чье содержание сводилось к нелепым видео, чванливым селфи, так называемому потребительскому контенту и прочей ерунде. Постоянно анализировать всю эту галиматью Михаил считал ниже своего достоинства. Теперь же он корил себя за беспечность. Смартфон полковника шпионил под самым носом, а он, со всем своим небесным могуществом, ничего не предпринял.</p>
   <p>— Надеюсь, Люцифер об этом не узнает, — пробормотал Михаил, хмуро глядя на обдурившую его вещицу.</p>
   <p>— Не узнает о чем? — послышался вкрадчивый голос.</p>
   <p>Вопрос раздался одновременно со звуком, будто в воздухе разошлась упругая волна. Порывисто обернувшись, военачальник небес увидел владыку ада.</p>
   <p>        После встречи у маяка Люцифер времени не терял. Повидавшись с Михаилом, он обсудил с ним все нюансы щекотливого дела, опуская лишь некоторые детали. Он ни словом не обмолвился о том, кем именно была новая пропавшая душа, зато в остальном подробностей не скрывал. Он несколько удивился, что Михаил задавал довольно странные вопросы, однако списывал их на нетривиальность ситуации. Закончив разговор, он отправился распутывать историю с культом, лишь некоторой частью которой отвлек Люмениферус. С ней он поделился наименее значимой информацией, направляя рвение сестры удобно для себя. Наиболее важной он занялся сам, из-за чего и очутился не в телестудии или больнице, а в столичном городе. К его удивлению, тут оказался и Михаил. Более того, он оказался в компании одержимого, который интересовал самого Люцифера.</p>
   <p>        В такие совпадения братья не верили. Михаил, впрочем, уже знал, что Люцифер разбирается с демонами на пару с Люмениферус. Его визит это красноречиво подтверждал. Владыка ада, в свою очередь, был пока не в курсе больничной откровенности сестры. Он подозревал Михаила в шпионаже, ну а тот инкриминировал ему двойную игру.</p>
   <p>— Ты что здесь делаешь? — спросили они друг друга почти одновременно.</p>
   <p>— Присматриваю за своими подданными. Я властелин преисподней или кто? — неопределенно сказал Люцифер, поправляя рукава своего традиционного белого наряда.</p>
   <p>— А я ищу ответы на твой вопрос, — сдержанно пояснил Михаил.</p>
   <p>— Здесь? — обеспокоился Люцифер.</p>
   <p>— Много где. Здесь тоже. Что-то уж совсем в избытке развелось на земле твоих демонов. Начинаю задумываться, как все это связано, — неторопливо произнес Михаил.</p>
   <p>        Державшийся настороже, Люцифер уловил в словах брата какой-то намек. В полемику, однако, он решил не вступать. Его очень интересовало, как здесь очутился Михаил, но лежавший офицер интересовал еще больше. Чтобы не упустить еще одну зацепку, начать следовало с него, а остальное можно было выяснить позднее.</p>
   <p>— Ты позволишь? — кивнул Люцифер на бесчувственного полковника.</p>
   <p>Михаил не стал возражать, прекрасно понимая, о чем речь. Ему тоже стало любопытно, что именно узнает брат. Люцифер шагнул к машине, и его глаза заполонил белый свет. Глядя на полковника, он тут же проник во все уголки его души, и вскоре там не осталось ничего, что утаилось бы от владыки ада.</p>
   <p>        Военачальник небес в душах не читал. Ему только и оставалось, что следить за братом, пытаясь угадать его мысли по выражению лица. Михаил не знал, что именно видит Люцифер, однако его реакция оказалась примечательной. Умея держать себя в руках, он все-таки не скрыл волнения, омрачившее его чело мимолетным облачком. Буквально на мгновение, в его чертах отразилась озабоченность, совсем незаметная для людей, однако весьма красноречивая для другого архангела. Что бы ни прочел Люцифер, это произвело на него изрядное впечатление.</p>
   <p>— Рассказывай, — как-то не слишком просительно предложил Михаил.</p>
   <p>— Этот демон получил по заслугам. Он причинил немало вреда, — нехотя отозвался Люцифер.</p>
   <p>— Ты же не думаешь, что я этим удовлетворюсь? — выразительно заявил Михаил.</p>
   <p>— Без меня ты бы вообще ничего не узнал! — огрызнулся Люцифер. — Спалил демона до того, как вытянул из него хоть что-то! Кстати, поздравляю! Он обвел тебя вокруг пальца и весь ваш разговор успешно передал! Еще и множество текстовых сообщений отправил! Он же демон, ему тыкать пальцами в экран не надо!</p>
   <p>— Кому? Говори, — не обратив внимания на издевку, коротко изрек Михаил.</p>
   <p>        Мысленно выругав себя за горячность, Люцифер прикусил язык. Желание ткнуть брата носом перевесило присущую ему осмотрительность. Теперь сочинить что-нибудь правдоподобное становилось куда сложнее.</p>
   <p>— Я пока не знаю, — честно сказал он. — Надо проверить абонента. Это учетные данные в человеческой сети. Адрес, прочая ерунда. Ничего особенного.</p>
   <p>— Передай мне. Я проверю, — настойчиво произнес Михаил.</p>
   <p>— Тебе это зачем? — еще больше насторожился Люцифер.</p>
   <p>— Ты сам просил помочь навести в аду порядок. Этим и занят, — напомнил Михаил.</p>
   <p>— Ничего подобного я не просил, не передергивай. И где тут вообще связь? — нахмурился Люцифер.</p>
   <p>— А это уж мне решать, — прищурился военачальник небес.</p>
   <p>        Разговор принимал нежелательный характер, тем более что происходил в неоднозначной обстановке. Досконально просмотренная, душа полковника открыла Люциферу то, чем он делиться с братом решительно не хотел. При этом и посылать его восвояси не следовало. Помощь Михаила дорогого стоила, и особенно теперь, когда Люмениферус успешно продвигалась к их общей цели.</p>
   <p>— Я боюсь, ты снова поспешишь, — уклончиво пояснил Люцифер. — В отличие от тебя, я выжму из демона куда больше, нежели горстку эфирного пепла.</p>
   <p>— А зачем тебе вообще из него что-то выжимать? В твоем хозяйстве что-то не так? — вполне резонно осведомился Михаил.</p>
   <p>        Люцифер вторично выругал себя за болтливость. Ничего не узнав от брокера, он имел основания предполагать, что и следующий допрос пройдет не слишком плодотворно. Разумеется, он не подавал и виду, насколько посредственно владеет ситуацией, однако и усугублять ее не стоило. В частности, выдавать брату свою нетипичную заинтересованность.</p>
   <p>— Хорошо, я с тобой поделюсь. Но только после того, как сам кое-что проверю, — выгадывая время, предложил Люцифер.</p>
   <p>— Не пойдет, — мотнул головой Михаил. — Говори сейчас.</p>
   <p>        Ситуация накалялась, однако выпутываться Люциферу было не в новинку. Его изощренная риторика не впервые одерживала верх над прямолинейным братом. Призвав на помощь свою изобретательность, он собрался разразиться тирадой. На языке уже вертелась речь, сочиняемая на ходу хитроумным движением мысли. Еще немного — и он опутал бы Михаила целой паутиной слов, подсовывая альтернативную трактовку событий. Фигурально выражаясь, он уже и рот открыл, когда внезапно изменился в лице. В его сознании зазвучали громкие голоса. Это были голоса служителей, отчаянно взывавших о помощи.</p>
   <p>        На памяти Люцифера, ничего подобного никогда не происходило. Временами, служители обращались к нему с прошениями, но те касались насущных дел и редко носили экстренный характер. Практически все авралы приключались при исполнении воли самой Утренней звезды. Сейчас все было иначе. Мольбы носили ярко-выраженный посыл. Обращаясь к своему лорду, служители просили о защите. Совсем по-человечески, Люцифер аж заморгал. Голоса раздавались очень громко, ибо обращенные к нему молитвы он очень даже слышал. Он просто отказывался поверить в их суть. Судя по всему, его людей массово и беспощадно истребляли.</p>
   <p>        Придя в себя, Люцифер не стал расшаркиваться с братом и тут же исчез. Точнее, попытался. Подозревая, что он захочет увильнуть, Михаил наложил связывающие узы.</p>
   <p>— Нет, — прохладно констатировал он. — Никуда ты не уйдешь.</p>
   <p>— Ты не понимаешь! — воскликнул Люцифер. — Это очень важно! Обещаю, я вернусь!</p>
   <p>— Я сказал — нет, — с нарочитым спокойствием повторил Михаил. — Я никуда тебя не отпущу, пока ты не дашь мне удовлетворительный ответ.</p>
   <p>— Проклятье! Ты не понимаешь! — аж засветившись от волнения, всплеснул руками Люцифер.</p>
   <p>— Вот именно, что не понимаю. И ты мне все объяснишь, — неторопливо произнес Михаил.</p>
   <p>        Как будто и прежнего было мало, теперь все пошло совсем уж наперекосяк. Люцифер и разозлился, и растерялся одновременно. В отличие от отца, он никогда не игнорировал мольбы людей, хотя бы как-то давая им понять, что услышал. Сейчас он подводил их дальше некуда. Служители взывали о помощи, а он даже не мог им ответить, связанный помехой Михаила. Заметавшись у машины, Люцифер не выдержал. Его люди кричали, Михаил упорствовал, время уходило. Испустив ругательство, Люцифер расправил крылья и рванул вертикально в небо, стремясь удалиться подальше от хватки брата. К сожалению, тот умел летать ничуть не хуже, и немедленно последовал за ним.</p>
   <p>        Гонка в небесных просторах выглядела безумнее некуда. Выкладываясь изо всех сил, Люцифер несся белой молнией, ныряя в облака и резко меняя высоту. Михаил не отставал. Теперь он был уверен, что брат скрывает нечто важное и пытается сбежать. Само собой, отпускать его он не собирался. На сей раз этому интригану не отвертеться! Что бы тот ни утаивал, Михаил это узнает! Скоро узнает, когда Люцифер поймет всю бесплодность своих попыток улизнуть. Узы держались недолго, но огненного меча это не касалось. Вынув его из ножен, Михаил не планировал нападать на брата. Приняв свой истинный облик, он просто не давал ему переместиться, равно как и воспользоваться иными пространственными способностями.</p>
   <p>        Устать Люцифер не мог. Архангелы в принципе физически не уставали — во всяком случае, в человеческом понимании, ибо после сотворения мира отдыхал даже бог. Он остановился не потому, что запыхался или его крылья отяжелели от переутомления. Пребывая в смятении, он просто осознал, насколько бесполезны все его усилия оторваться. Теперь под ним расстилался океан, причем совсем не тот, что омывал предыдущий континент. Машина с полковником осталась далеко позади. Продолжи Люцифер свой полет, он вскоре вновь увидел бы ее, обогнув планету по окружности.</p>
   <p>— Ты не понимаешь! — снова вскричал он. — Отпусти меня! Мои люди гибнут!</p>
   <p>— Ты это о чем? — поравнявшись с ним, спросил Михаил.</p>
   <p>        Паря высоко в небе, братья раздавали крыльями штормовые тучи, чье дыхание вздымало сизые волны океана. Там, внизу, шумели пенистые гребни, доносившие ввысь извечную песню глубоких вод. Вдали, у самого горизонта, неторопливо ползло грузовое судно. Удивленно косясь на архангелов, неподалеку кружили крупные буревестники. Держась лицом к Михаилу, Люцифер уже не пытался его перехитрить. Ожидая подвоха, тот был настороже. Огненный меч он не опускал, но и на брата не наводил. Он держал его на виду, словно напоминание, кто здесь контролирует ситуацию.</p>
   <p>— На! Слушай! — не выдержал Люцифер и транслировал ему в сознание мольбы своих служителей.</p>
   <p>Их отчаянные призывы перевесили все сложные отношения с братом. Предать их ради скрытности он уже не мог.</p>
   <p>        В подлинности услышанного сомневаться не приходилось. Вызванные страхом и насилием, эмоции зашкаливали. Разворачиваясь где-то прямо сейчас, человеческая драма била через край.</p>
   <p>— Что там происходит? — опешил Михаил.</p>
   <p>— Кретин! Это я и хочу узнать! — в сердцах громыхнул Люцифер, уподобившись раскату собиравшейся бури.</p>
   <p>— Я пойду с тобой, — мгновение поразмыслив, безапелляционно заявил Михаил.</p>
   <p>— Да пожалуйста! — даже не колебался Люцифер, мысленно передавая ему место назначения.</p>
   <p>Огненный меч тут же был вложен в ножны. Пространственные оковы пали. Не теряя времени, Люцифер исчез, а следом за ним исчез и Михаил. Мгновение спустя оба появились в пентхаусе высотного здания. В огне и дыме, среди выстрелов и взрывов там царила настоящая бойня.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>– 10 –</p>
   </title>
   <empty-line/>
   <p>        Нападение было стремительным и внезапным. Наделенные дарами Люцифера, его служители не проявляли беспечность, однако потенциального врага явно недооценили. Хорошо обученные против колдовства, они оказались не готовы к столкновению с боевым подразделением наемников. Отлично экипированные и слаженные, те действовали не хуже спецназа, а может даже и лучше, учитывая нетривиальный уровень подготовки. Их численность и быстрота дополнялась скрытностью, с которой они подобрались к пентхаусу и остались незамеченными. Об их появлении стало известно лишь тогда, когда они оказались прямо на пороге.</p>
   <p>        Пентхаус был оснащен современной сигнализацией, многоуровневым контролем доступа и видеонаблюдением. Он выглядел настоящей крепостью, хранившей свои секреты за железными дверями. Не ожидая подвоха, служители передавали друг другу вахту, и в этот момент их атаковали сразу с трех сторон. Взломав систему безопасности, наемники застали их врасплох. Когда сработали сенсоры, извещая о появлении чужаков, было уже слишком поздно. Сигнал тревоги утонул в грохоте начавшейся схватки.</p>
   <p>        Нападавшие действовали очень оперативно, явно знакомые с расположением коммуникаций и планом здания. Всю связь они блокировали — проводную перерезали, а мобильную заглушили. Попасть в пентхаус можно было только через стальные двери, которые они вскрыли термитными шашками. Обустроенный для безопасности, внутренний тамбур между ними задержал наемников, но ненадолго. Пройдя первую дверь, они установили заряды на вторую, и сокрушили ее в считанные секунды. Положение служителей резко осложнило вторжение снаружи. А именно, через стены высотного здания, откуда нападение ну никак не ожидалось.</p>
   <p>        Мойщики окон традиционно использовали подвесные люльки, позволявшие перемещаться от крыши до тротуара. На них никто никогда не обращал внимания, чем и воспользовались наемники. Переодетые и замаскированные, они благополучно подобрались к пентхаусу и атаковали одновременно со вскрытием второй стальной двери. Стекла были бронированными, но они об этом очевидно знали. Точно установленные заряды разнесли сразу несколько огромных окон на мелкие осколки. В пентхаус ворвался ветер, почти всегда царивший на этой высоте. Одновременно с ним ворвались и наемники, под грохот поверженной двери.</p>
   <p>        Усиливая неразбериху, дезориентируя служителей, нападавшие использовали дымовые шашки, а также светошумовые гранаты. Видимость в пентхаусе критически упала. Несмотря на сквозняк, его затянули густые клубы дыма, постоянно сновавшие в потоках воздуха. Яркие вспышки резко ухудшали видимость, слепя глаза и окончательно заставляя терять ориентацию в пространстве. Что хуже, наемники бросали и боевые гранаты. Они разносили внутренние перегородки, состоявшие из того же бронированного стекла. Они же крушили все подряд, начиная от декоративного убранства и заканчивая ценной аппаратурой. Осколки секли служителей, мало что видевших в вихрившемся дыму. А еще в огне. Помимо прочего, нападавшие пустили в ход зажигательную смесь. Она эффективно воспламеняла все, куда только попадала, но даже этим наемники не ограничились.</p>
   <p>        Учитывая крепость окон и дверей, без взрывов было не обойтись, а тогда и в глушителях отпадала всякая надобность. Экипированные автоматическим оружием, наемники палили кто во что горазд. Они вели такую интенсивную стрельбу, что явно не жалели боеприпасов, заготовленных как на войну. То, что не разворотили гранаты, в труху крошили пули. Бронебойные, разрывные и зажигательные, они превращали пентхаус в какое-то кошмарное поле боя, насыщенное красочными и при этом чрезвычайно разрушительными эффектами. Наемники не забыли и про слезоточивый газ. К дыму обычному, от пожара, примешивался дым чрезвычайно едкий. Перехватывая дыхание, он заставлял надсадно кашлять и прямо-таки выжигал глаза, лишая возможности что-либо видеть. Как правило, такой использовал спецназ, разгоняя особо упорных демонстрантов. Тогда разбегались даже самые стойкие, но служителям Люцифера бежать было некуда. Предназначенный для эвакуации, нижний этаж нападавшие тоже захватили. Третье проникновение в пентхаус последовало именно оттуда.</p>
   <p>        Надежное перекрытие никто не проектировал на взрыв, и тем более профессионально подготовленный. Мощные детонации образовали две зияющие ямы. Появление наемников не заставило себя ждать. Нижний этаж превратился их в плацдарм. При помощи автоматических кошек, они тут же поднялись в пентхаус, используя проделанные бреши как открытые люки. Это были наиболее тяжелые бойцы, экипированные соответствующим образом. В лучших традициях кинобоевиков, они пустили в ход ручные миниганы. Их огневая мощь тут же рассекла пентхаус потоками свистящего свинца, уничтожавшего то немногое, что там еще оставалось.</p>
   <p>        Скорость натиска и боевая эффективность поражали своей масштабностью на очень ограниченной площади. Наемники атаковали так, словно штурмовали не гражданский пентхаус, а прекрасно оснащенную базу опаснейших террористов. Они уничтожали все подряд, явно не собираясь кого-то щадить или захватывать в плен. Они взрывали, расстреливали и сжигали само здание, не оставляя от него ни единого целого фрагмента. Местами, от жара начинали плавиться даже несущие балки. Это угрожало обрушением пентхауса, однако нападавшие не останавливались. Судя по всему, они рассчитывали завершить операцию до того, как вершину здания пожрет огненный хаос, ибо иначе их и самих постигла бы незавидная участь. Та, которая постигала служителей Люцифера. Их численность таяла быстрее, нежели тонкий лед под горячей водой. Они погибали от пуль, осколков, огня, ударной волны и удушливого газа. Они едва ли могли оказать сопротивление такому свирепому насилию, и все же они сопротивлялись. Причем небезуспешно.</p>
   <p>        Пентхаус не изобиловал оружием. Никто не предполагал использовать его как военную базу или армейский блокпост. Ничего кроме нескольких пистолетов и дробовиков в нем не водилось, да и те были в ограниченном количестве. Так, скорее в качестве декорации и опытного стенда для специфических заклятий. Обученные искусству колдовать, служители даже стреляли весьма посредственно, никогда не делая ставку на огнестрельное оружие. И все же им пришлось. Мало что видя и еще меньше понимая, они защищались, как могли, пуская в ход все доступные им средства. Пистолеты и дробовики были не так уж безобидны. Помеченные словом Люцифера, картечь и пули сами находили цель, если та оказывалась рядом с траекторией выстрела. Полного самонаведения это не давало, однако оказывалось весьма полезным в условиях низкой видимости.</p>
   <p>        Стреляя куда-то в дым, служители умудрялись попадать, когда и лучший снайпер бил бы по большей части в молоко. К сожалению, экипировка нападавших кратно снижала эффективность заколдованных зарядов. Их бронежилеты пистолетами не пробивались, а польза от дробовиков была только на небольшой дистанции. Даже поражая цель, служители не выводили ее из строя, хотя несколько раз им все же повезло. Пара удачливых пуль все-таки нашла свою жертву. Одна угодила наемнику в глаз, пробив защитную маску и мгновенно убив на месте. Другому навылет разворотило челюсть, отчего он свалился в обломки мебели и полностью утратил дееспособность.</p>
   <p>        Определенный урон нанесли и дробовики. Конкретно из них убить никого не удалось, однако картечь все-таки сделала свое дело. Хоть и остановленная бронежилетами, она передавала кинетическую энергию. Наемников отбрасывало уж куда придется. Как правило, они вставали, лишь ненадолго выбывая из боя, но троим из них не повезло. Один выронил зажигательную смесь, сразу полыхнувшую хищным огнем. Он занялся за секунду, и превратился в орущий метавшийся факел. Бронежилет не спасал от жаркого пламени, и он горел заживо, начиная обугливаться прямо на глазах. Другой наемник свалился в дыру, проделанную взрывом с нижнего этажа. Утонувший в общем грохоте, хруст его костей никто не услышал. Грянувшись на пол, он уже не шевелился. Его застывшие глаза смотрели наискось из-за неестественного поворота головы, вызванного переломом шеи.</p>
   <p>        Третьего наемника отбросило на гранату. Последовавший взрыв разворотил его вместе с амуницией, от которой только клочья полетели. Это, в свою очередь, спровоцировало более бурную детонацию. Гранаты, висевшие у него через торс, рванули практически одновременно, чем внесли изрядное смятение в группу нападавших. Потерь они не понесли, однако дезориентация на какое-то время их утихомирила. Приходя в себя, они почти не атаковали, удерживая позиции, но дальше не продвигаясь.</p>
   <p>        К сожалению для служителей Люцифера, на этом польза от огнестрельного оружия и закончилась. Патроны расходовались не намного медленнее, чем выбывали стрелки. К счастью для них, они все равно рассчитывали в основном на колдовство. Там успехи были более продуктивными.</p>
   <p>        Наученные своим лордом, служители использовали весь доступный им арсенал. Разумеется, речь шла исключительно о том, что наносило врагу ущерб. Не видя его в дыму, они обращали колдовство по наитию, обычно ударяя в пустоту. Тогда они сдували дым и слезоточивый газ, сбивали гудевшее пламя. Это тоже приносило пользу, хотя бы ненадолго позволяя обозреть окрестности, но поражение нападавших было куда полезнее. Снесенные словно грузовиком, те отлетали прочь. Если на их пути оказывалось препятствие, удар получался весьма болезненным, приводя к травмам и кровотечению, а иногда и смерти. Много, очень много раз служители применяли такие удары, и немало наемников испытало их на себе, запомнив на всю жизнь, что угроза может прийти практически ниоткуда.</p>
   <p>        Распространяясь по пентхаусу, огонь желал пожрать все и вся, одновременно выступая как жестокий убийца, так и непреодолимое препятствие. Но еще он выступал и ширмой. Пользуясь его покровом, служители призывали свой огонь — адский. Им самим он не вредил, чего не получалось сказать о нападавших. Подбираясь к ним исподтишка, он охватывал их словно торнадо, затянувшее неосторожного путника, и конец его жертвам был предрешен. Его холодная хватка не гасилась никакими средствами. Вгрызаясь в тело, он испепелял его быстрее напалма, и причинял такую боль, которую испытывали только грешники в аду. Удивляться этому не приходилось, ибо оттуда огонь и пришел, куда, угасая, возвращался. Как бессмертные души, грешники горели вечно, а живые наемники сгорали в считанные секунды.</p>
   <p>        Сама по себе, маскировка служителям не помогала. Мастера иллюзий, они могли бы укрыться в ином случае, но только не тогда, когда нападавшие крушили все подряд. Несуществующий шкаф не защищал от пуль, а ложная стена от взрыва. И все же польза от них была. Создаваемые там и тут, иллюзорные предметы и перекрытия сбивали наемников с толку. Огонь пожирал настоящую мебель, но был бессилен перед миражом. Способный крошить бетон, миниган выпускал тысячи пуль, однако не оставлял на бесплотной стене и царапины. Путаясь в наколдованных препятствиях, наемники теряли темп, местами отходили и даже попадали друг в друга, выгадывая служителям немного времени. Взывая к Люциферу, они молили и надеялись, что тот появится, и всячески оттягивали неизбежное, подступавшее в лице свинцового дождя и ревущего пламени. Но он все не приходил. Даже не отвечал, хотя обычно его голос раздавался прямо в голове.</p>
   <p>        Лишенные своего лорда, ничего не понимая, служители терялись ввиду его отсутствия и молчания. Предоставленные самим себе, они сопротивлялись до последнего, но бесконечно долго так продолжаться не могло. Их ряды стремительно таяли. Блокируя урон, защитные амулеты позволяли немного продержаться, становясь рубежом последней надежды. Когда он иссякал, служители гибли, если не успевали найти себе укрытие. Укрытие, которого уже и не было, поскольку весь пентхаус охватили разрушение и смерть.</p>
   <p>        Минуты казались часами. Захваченная врасплох, половина служителей погибла почти сразу. Сопротивление оказывали те, кто успел прийти в себя, схватить оружие и организовать хоть какую-то оборону. С учетом ударной мощи нападавших, они продержались довольно долго. Смерть настигала их по мере продвижения наемников, распространения огня и нестерпимого жара. Зажатые дымом и пламенем, взрывами, свинцовым ураганом и слезоточивым газом, они отбивались уже просто наугад, все еще надеясь на прибытие Люцифера.</p>
   <p>        Грохот, пожар и хаос говорили о том, что светоносный архангел все не приходил, по какой-то причине оставив своих людей на произвол судьбы. Так и не ответив на мольбы, он никак не остановил побоище, уничтожавшее штаб-квартиру до последнего дюйма. Служителей осталось только трое, когда наемники внезапно прекратили атаковать. Пожар вовсю бушевал, частично сбиваемый заклинаниями, но выстрелы стихли, и гранаты не летели. Теперь если что и взрывалось, то само, под натиском гудевшего огня. Прекратив всякую активность, наемники уже не появлялись в поле зрения, мелькая в клубах дыма и слезоточивого газа. Более того, некоторые признаки указывали на то, что они покидают пентхаус.</p>
   <p>        Уцелевшие служители приободрились. Они подумали, что нападавшие отступают благодаря их лорду, наконец-то пришедшему на помощь. Продолжавший наседать, огненный хаос несколько не соответствовал этой версии, однако они уже не мыслили рационально. Едва живые, задыхаясь и кашляя, они лишь надеялись на чудо, и это чудо вроде как произошло. Наемники отступили. Осмелившись высунуться, служители сбивали пламя и не видели их нигде, да и не слышали. Еще сильнее воодушевившись, они начали прокладывать себе путь — не к спасению, а туда, где в запертой комнате оставались узники, порученные их заботам Люцифером.</p>
   <p>        За чем бы ни явились наемники, добраться до пленников они не успели. Надежно защищенная, комната выдержала натиск, не поддавшись огню, свинцу и взрывам. Ее дверь не пала, а стены не утратили прочность. Разумеется, до поры, ибо жар и огонь продолжали наседать, а система вентиляции не работала. Пленники могли умереть, если не от пламени, так удушья. Служителям надлежало сделать все, чтобы работу наемников не сделали последствия их атаки. Это им было вполне по силам. Даже троим, и даже в полыхавшем, развороченном как при бомбежке пентхаусе. Они успешно начали тушить пожар, быстро разгоняя дым и газ, когда произошло нечто такое, с чем справиться они уже не смогли.</p>
   <p>        Наемники отступили не просто так. Они добились того, чего хотели. Уцелевшая комната не поддалась их натиску, но они точно узнали, где та находилась, и поставили точку в своем отнюдь не случайном нападении. Пол пентхауса вздыбился. Не чета предыдущим, новый взрыв разворотил перекрытие, лопнувшее и рассыпавшееся словно песочное печенье. На месте комнаты с узниками возник огромный провал, куда тут же ухнули стены, потолок и люди. Застилая огонь, цементная пыль не успела даже взвиться, когда последующая серия детонаций обрушила весь пентхаус. Верхний этаж сложился на нижний, спрессовав людей, стекло, железо и бетон в единые бесформенные обломки.</p>
   <p>        Экстренные службы прибыли довольно поздно. Разгром пентхауса сопровождался ужасающим шумом, который почти никто не слышал. Из-за высоты, до земли звуки выстрелов не доносились, а взрывы представлялись далекими тихими хлопками. Вот огонь, безусловно, стал заметен, однако не сразу, как будто кто-то сокрыл его до поры иллюзией. Искажая пространство, она образовала вокруг пожарища контур, через который все выглядело более-менее нормально. Потянувшись шлейфами, первым о трагедии возвестил густой дым. Падая на землю, тревожными сигналами зазвучали разбитые стекла и различные обломки. По-настоящему же масштабы разрушений открылись лишь тогда, когда обрушился пентхаус. Всякие завесы пали, явив смятенным взорам горящую вершину высотного здания. Вершину, ставшую ниже на несколько сложившихся этажей.</p>
   <p>        События развивались быстро. Пока на вызов, завывая сиренами, слетались полиция, медицинские бригады и пожарные, опасность продолжала возрастать. Наемники оперативно эвакуировались, однако последствия их нападения остались. Уничтожив пентхаус, взрыв уничтожил и этаж под ним, но на этом не остановился. Несущие опоры не обладали бесконечным запасом прочности. Выбрасывая пыль и копоть, с треском и грохотом произошел второй обвал. Здание укоротилось еще на один этаж, сложившийся примерно так же, как и предыдущий. Протяжный гул и дрожание перекрытий возвестили о том, что до третьего обрушения совсем недалеко.</p>
   <p>        Паника усиливалась. Покидая здание, люди разбегались, кто куда, но внутри их оставалось еще очень много. Сказывалась высотность, помноженная на растерянность и ограниченность путей эвакуации. Огонь никому не угрожал. Включившись на верхних этажах, система пожаротушения успешно справлялась как с жаром, так и случайными возгораниями. Угрозу представляли сами этажи. По мере обрушения, их масса сливалась, начиная давить на нижестоящие перекрытия нерасчетным образом. Каждый последующий обвал увеличивал нагрузку и вероятность эскалации, вплоть до лавиноподобного и неудержимого процесса. Доселе крепкое и надежное, высотное знание превращалось в карточный домик, грозивший осыпаться в любой момент. И этот момент близился.</p>
   <p>        Из-за разрушения шахт, верхние лифты остановились на аварийных тормозах. Их технические надстройки были уничтожены, а тросы оборвались. В чрезвычайных ситуациях эвакуация не предполагала использование лифтов, но люди постоянно это игнорировали. Недоступные лифты представлялись им не нормой, а усугублявшейся катастрофой. Их паника набирала обороты. Единственным путем отхода оставались лестницы, и вскоре на них было не протолкнуться. Как напуганные звери, люди теснились, падали и бежали что есть мочи, прыгая друг через друга и ступеньки. Паника приводила к заторам, а дикий грохот, доносившийся из-за обвалов, непрерывно ее усиливал. Здание дрожало. Вибрация ощущалась повсеместно, предвещая нечто очень и очень плохое. Когда сложился еще один этаж, наблюдателям внизу стало ясно, что до полной катастрофы осталось совсем недолго. Наступила она быстрее, чем экстренные службы успели что-либо предпринять.</p>
   <p>        Очередной обвал поглотил очередной же этаж, и следующий уже не устоял. Мгновение помедлив, он ухнул дальше. Накопив критическую массу, обломки ринулись вниз неудержимой тяжестью, складывая перекрытия словно картонные. Сходящей лавиной, здание подминало само себя, исчезая в пыли и грохоте навстречу земле.</p>
   <p>        Казавшаяся необратимой, катастрофа прекратилась столь же внезапно, как и началась. Оседая словно взорванное, здание сократилось на девять этажей, когда десятый не поддался навалившейся тяжести. Проявив титаническую стойкость, он удержался неизвестно как, остановив разрушительную, с ускорением давившую на него лавину. Люди на земле не поняли, что произошло. Они не успели ужаснуться, наблюдая за тотальным обвалом, когда обстановка неожиданно стабилизировалась. Прекратив содрогаться, здание осталось стоять, отделавшись уже произошедшими разрушениями. Унялся и пожар, более не пожирая осыпавшиеся обломки. Покидая помещения и вентиляцию, дым быстро улетучивался наружу.</p>
   <p>        Не зная, чем вызвана такая перемена, люди продолжали эвакуироваться, в то время как экстренным службам только и оставалось констатировать невероятное. С их точки зрения, конструкция все же выдержала обвал, распределив нагрузку по остававшимся опорам. Как надолго — никто выяснять не собирался. Оцепив не только здание, но и подступы, полиция никого не пропускала. Машины скорой помощи увозили пострадавших, а пожарные помогали людям покидать место катастрофы. Они боялись, что разрушения вот-вот продолжатся, и тогда от здания останется лишь груда обломков, которые похоронят всех, кто не успел выбраться и отбежать. Они же не знали, что угроза миновала. Никто не видел архангела Михаила. Появившись на вершине, он мгновенно оценил обстановку и удержал падение здания своей волей.</p>
   <p>        Кружа у верхних этажей, с вертолетов не видели то, что не видела и самая совершенная аппаратура. Архангелы оставались незаметны для человеческого взора. Вмешавшись в происходящее, Михаил проявил себя в пространстве, однако умело скрывался среди обломков. Дымовая завеса служила отличным подспорьем, затянув пустоты в нагромождении балок. Дело довершали барьеры, наведенные Михаилом в окружающей пустоте. Люди замечали только то, что он им показывал, оставаясь внутри своеобразной отражающей голограммы. Там же находился и Люцифер. Он пребывал в великой ярости, и Михаил даже не припомнил, когда видел его таким последний раз.</p>
   <p>        Уничтоженная полностью, штаб-квартира стала могилой для служителей, спрессованных под тяжестью стен и перекрытий. Пострадали и другие люди, обитавшие ниже и не имевшие к ним никакого отношения. Изучив обломки, Люцифер очень быстро понял, что произошло. Кто бы ни стоял за нападением, он добивался только одного — добраться до его особых пленников. Остальное было лишь сопутствующим ущербом.</p>
   <p>        Обрушение здания стало следствием обвала пентхауса, ибо только так удалось обойти архангельскую печать. Она не позволяла проникнуть внутрь, но и не удерживала то, что внутри. Иными словами, содержимое комнаты просто не могло висеть в воздухе. Когда пентхаус был взорван, физические конструкции исчезли, и пленники упали вниз, ибо материальным телам требовалась материальная же опора. Вот этого Люцифер не учел, однако по вполне понятным причинам. Он в принципе не допускал и мысли, что некто осмелится напасть на его людей, да еще настолько вопиющим образом.</p>
   <p>        Как ни крути, ситуация складывалась очень скверная, если не сказать отвратительная. Потеря штаб-квартиры, служителей и пленников была только вершиной айсберга. Доселе Люцифер расценивал происходящее как неповиновение, само по себе немыслимое, но все же относившееся к проступкам дисциплинарного характера. Теперь он пришел к выводу, что это мятеж. Настоящий, самый неподдельный мятеж — прямое посягательство на авторитет владыки ада. Наемники могли не знать, против кого они подняли оружие. Прекрасно подготовленные и экипированные, они были мощной ударной силой — но и только. Вот те, кто их послал, прекрасно все понимали. Об этом говорила архангельская печать. Убедившись, что пленники в пентхаусе, наемники не смогли пробиться через ее силу, но кто-то это предвидел. Кто-то знающий наверняка, с чем и с кем имеет дело, что и означало вызов правлению Люцифера.</p>
   <p>        Мысли архангелов работали очень быстро. Дымившиеся развалины оставили мало улик, но много пищи для размышлений. Наемники не просто ударили — они сумели организовать себе отличное прикрытие. Как оказалось, на верхних этажах они затеяли ложные ремонтные работы. Грохот отбойных молотков скрывал стрельбу, а мощные гидравлические молоты отлично маскировали взрывы. Пока не начался пожар, никто вообще ничего не заподозрил, и лишь при обрушении пентхауса стали вырисовываться масштабы происходящего. Следы нападения виднелись всюду, чего никак не получалось сказать об исполнителях. Наемники не только добились своей цели — провернув все с высокой скоростью, они благополучно успели отойти.</p>
   <p>        Перемещаясь по зданию, Люцифер не нашел никого, кто оказался бы замешан в атаке на пентхаус. Но он и не удивился. Ее вообще не должно было произойти. Точнее, ей надлежало провалиться на ранней стадии. Получив известие от служителей, Люцифер появился бы сразу, едва хоть кто-нибудь провел бы призывающий ритуал, из любой штаб-квартиры и вообще ячейки. Препятствие в виде Михаила пресекло эту возможность на корню, не позволяя переместиться или, хотя бы, ответить на мольбы. Что это, совпадение? Тот, кто послал наемников, не знать о возможностях владыки ада просто не мог, и на такие чудеса вряд ли полагался. Значит, он исходил из того, что Люцифер своевременно не придет, и тщательно подготовил план, включавший все нюансы подготовки, атаки и отхода. Это, в свою очередь, приводило к очень тревожному умозаключению. Инцидент с одержимым полковником был подстроен с самого начала.</p>
   <p>        Удивленный поведением брата, Михаил помалкивал, сосредоточенный на спасении людей. Обычно он не вмешивался, позволяя всему идти своим чередом, однако на сей раз сделал исключение. Невинные страдали из-за того, что Люцифер вляпался в какую-то историю. Удерживая здание, Михаил незаметно способствовал эвакуации.</p>
   <p>        Архангельская воля не знала физических преград. Помимо прочего, Михаил двигал мебель и завалы, освобождая тех, кто попал в ловушку или не мог передвигаться. Также он подсказывал спасателям, где и кого искать, наводя их с помощью стуков, сообщений по рации и других сигналов. Улучая момент, он лечил пострадавших, останавливая кровотечения и сращивая кости. Заторы на лестницах такие травмы очень даже провоцировали. Люди не замечали, кто им помогал, а Михаил появлялся везде, где требовалось оперативное вмешательство. В зависимости от воплощения, он перемещался в пространстве или раздвигал перекрытия. Этим занимался и Люцифер. Сообразив, что сделанного не воротишь, он минимизировал последствия своей ошибки. Он часто и помногу рассуждал о справедливости, не забывая проповедовать ее Михаилу. Та же теперь потребовала, чтобы сначала он помог безвинно пострадавшим, и лишь затем принялся за виновных.</p>
   <p>        Объятый гневом, Люцифер сумел удержать себя в руках. Мечтая о расправе, он рвался найти мятежников, но до поры был вынужден с этим повременить. Приступить к возмездию мешал Михаил. Уходить он явно не собирался, желая получить ответы, которых теперь прибавилось. Люцифер даже в ад не мог отбыть, чтобы расспросить своих погибших людей. Разделив его убеждения, они попали именно туда, в чем даже малейших сомнений не возникало.</p>
   <p>— Тебя волновали мои служители?! Полюбуйся, что бывает, когда делаешь добро! Оно действительно не остается безнаказанным! — резко бросил Люцифер. — Не удерживай ты меня, я пришел бы вовремя и ничего подобного не допустил!</p>
   <p>— В своих интригах ты сам и виноват, — парировал Михаил. — Но кто на них напал?</p>
   <p>— Это я и собираюсь выяснить! — огрызнулся Люцифер. — Кандидатур тут предостаточно. Торговцы детьми, влиятельные извращенцы, одержимые и религиозные фанатики, которым мои люди хуже кости в горле. Святоши вполне могут организовать такой крестовый поход. Не в состоянии навредить конкретно мне, они с удовольствием сожгут любого, кого хотя бы заподозрят в симпатии к дьяволу. Ты и сам на такое насмотрелся в Средневековье. Время идет, а ничего не меняется!</p>
   <p>— Одержимые? — вычленив именно это, навострил ухо Михаил. — С каких это пор они с тобой не в ладах?</p>
   <p>        На сей раз Люцифер лишнего не сболтнул. Несмотря на эмоции, он владел собой и взвешивал каждое слово. Его мышление работало как отточенный механизм, с холодной яростью к тем, кто осмелился посягнуть на его власть. Чем больше он злился, тем острее становился его ум и продуктивнее движение мысли.</p>
   <p>— Я же говорил, что навожу порядок, — напомнил он про сцену у машины. — Некоторые демоны отбились от рук. Я решил их приструнить, а служители мне в этом помогают. Разыскивая одержимых, они берут их в оборот очень эффективно и толково. Не удивлюсь, если какой-то демон захотел на них отыграться.</p>
   <p>— Кто-то из ада посмеет напасть на твоих людей? — всерьез усомнился Михаил. — Или ты несешь чепуху, или у тебя там тот еще бардак.</p>
   <p>— Никакой чепухи! — притворно возмутился Люцифер. — Даже ты не знаешь наверняка, кто именно на меня работает! Демоны и подавно! Они нападают на того, кто им мешает. У служителей на лбу моя печать не нарисована. Они выполняют мою ПОДЛИННУЮ волю. Их личности я всему свету не раскрываю.</p>
   <p>— Так это были демоны? — вкрадчиво уточнил Михаил.</p>
   <p>— Вряд ли. Однако я как раз проверял несколько одержимых, включая того полковника, когда ты мне все дело запорол, — едко напомнил Люцифер.</p>
   <p>        Закончив эвакуацию, люди в здание не совались, предпочитая отправлять туда дистанционно управляемую технику. Стоя на верхнем уцелевшем этаже, архангелы оставались невидимы для дронов, круживших снаружи в изрядном изобилии. Глядя через их объективы, операторы высматривали пострадавших и оценивали разрушения. Разговаривая с братом, Люцифер искал повод от него отделаться, и о полковнике упомянул не случайно. Очередной вопрос не заставил себя ждать.</p>
   <p>— Что ты узнал? — тут же оживился Михаил.</p>
   <p>— Смотри, — коротко ответил Люцифер, и транслировал ему человеческие воспоминания.</p>
   <p>Разумеется, совсем не те, которые прочитал в душе полковника, а старательно отобранные за время последовавшего бедлама. Они вели в другое место, намеренное выбранное Люцифером. Такое, что наверняка заинтересует Михаила и отвлечет его назойливое внимание.</p>
   <p>— Иди, проверяй. Ты вроде рвался, — суховато произнес Люцифер. — Я полечу навестить своих людей в аду. Я их подвел. Из-за тебя, но это мои люди. В отличие от нашего отца, свои недочеты я на других не перекладываю.</p>
   <p>        Последняя фраза довершила дело. Почуяв, что брат опять принимается за старое, Михаил решил не продолжать этот разговор. Он не чувствовал себя виноватым, однако очевидного не отрицал. Задержав Люцифера, он повлиял на развитие событий, из-за чего и вмешался, спасая людей и здание. Упрочить его Михаилу не составило труда. Архангельская воля укрепила конструкции, более не грозившие обвалом. Спасение пострадавших завершилась, а остальное вполне можно было оставить заботам инженеров и Люцифера. Его пентхаус, его служители — его и головная боль. Узнав, что хотел, Михаил немедленно удалился, ограничившись на прощание коротким кивком. Не задержался и Люцифер, ибо груда обломков уже не представляла для него никакого интереса.</p>
   <p>        Служители действительно находились в аду. Поклоняясь дьяволу, сатанисты и прочие адепты зла в рай не попадали. Подлинные сторонники Люцифера — и тем более. Участь восставших ангелов, низвергнутых с небес, выглядела вполне красноречиво. Священники постоянно проповедовали всепрощение, однако бог никогда его не практиковал. В этом Утренняя звезда выражал с ним полную солидарность. Некоторые вещи прощения не допускали. С другой стороны, и ад не для всех становился приговором. Грешников там встречали соответствующе и обхаживали надлежащим образом. К тем же, кто попадал туда не за злодеяния, владыка преисподней относился совсем иначе.</p>
   <p>        Заведомо зная, кого искать, Люцифер перемещался к нужным душам моментально.</p>
   <p>— Прочь! — велел он хлопотавшим бесам.</p>
   <p>Не зная, с кем имеют дело, те привычно готовили новоприбывшим надлежащий антураж. Повинуясь своему властелину, они немедленно скрылись из виду. Поочередно навещая служителей, Люцифер отправлял их в одно и то же место. Побывав у последнего из погибших в пентхаусе, он прибыл туда и сам. Специально созданное, узилище напоминало горный курорт и обеспечивало необходимую конфиденциальность. Убедившись, что их никто не подслушивает, он предстал в своем истинном облике и завел очень серьезный разговор.</p>
   <p>        Извиняться было не в правилах Утренней звезды. Признавая ошибки, кто угодно тем самым дает понять, что в принципе может ошибаться. Следовательно, любое его суждение и действие заведомо не считается непреложной истиной. Люди верили в непогрешимость бога, отчего и объявляли его априори правым во всем. Любому другому такая честь не оказывалась, а человек так и вовсе объявлялся "Errare humanum est". Люцифер не приносил извинения не из-за гордыни, а психологического восприятия людей. При этом отрицать свои ошибки означало бы погрешить против истины, косвенно вершить несправедливость. Найдя выход из ситуации, Люцифер выражал сожаление. Это не равнялось признанию своих оплошностей, однако давало понять, насколько ему не все равно.</p>
   <p>        Объясниться со служителями было необходимо. Повременив с делами и расспросами, Люцифер поведал, почему не ответил на мольбы. Он рассказал, по какой причине не явился и не остановил разразившуюся бойню. Закончил он словами, насколько сожалеет о произошедшем, и что постарается это возместить.</p>
   <p>— Можете не сомневаться, я не забыл ваши заслуги, — подытоживая свою речь, заверил Люцифер. — Не забуду я и про тех, кто осмелился на вас напасть. Им я тоже воздам должное. Кем бы они ни оказались, в назидание другим я сотру их в порошок.</p>
   <p>— Мы на вас не в обиде, милорд, — уяснив, что случилось, выразил общее мнение глава служителей. — Нас беспокоит другое. Напав на ваших людей, кто-то создал громкий прецедент. Мы верим, что вы не оставите его безнаказанным, но это происшествие требует немедленной реакции. Ваши враги должны ее увидеть, уж какую вы сочтете нужной. В противном случае они могут неправильно истолковать ее зримое отсутствие.</p>
   <p>— Ты прав, — кивнул Люцифер, ибо и сам это прекрасно понимал.</p>
   <p>        Мятежникам следовало преподать наглядный урок. Владыка ада уже прикидывал, что именно сотворит с этими людьми и демонами, и простое испепеление там не фигурировало. В преисподней, со всеми ее особенностями, он придумает что-нибудь куда изощреннее, достойное самых отъявленных грешников. Демоны тоже чувствовали боль, и они тоже способны ощущать ее вечно. Наказание наступит для них неотвратимо и в полной мере. Проблема заключалась в том, что сначала их требовалось выявить и поймать. Отреагировать же, как правильно понял даже человек, надлежало уже сейчас. Поразмыслив над сложившейся ситуацией, Люцифер придумал, как.</p>
   <p>— Теперь, когда вы знаете, почему я не пришел, мне надо удалиться, — выразительно сказал он.</p>
   <p>— Но вы же ни о чем нас не спросили! — удивились служители, вполне осведомленные об его чтении душ. — Мы могли запомнить что-нибудь важное.</p>
   <p>— Сейчас я нанес визит чести, но скоро мы увидимся снова. Тогда и спрошу. До тех пор побудьте здесь, — с каким-то особенным выражением произнес Люцифер.</p>
   <p>И тут же исчез, не утруждая себя дополнительными объяснениями.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Люмениферус наткнулась на агента скорее случайно, нежели по собственной прозорливости. Проверяя список, сообщенный Люцифером, она не везде преуспевала. По большей части, она наносила визиты вхолостую, не обнаруживая одержимых или культистов. Список ведь не представлял собой адреса и фамилии с фотографиями. Извлеченный из памяти душ, он содержал только то, что они запомнили, а там хватало недостоверной информации. В частности, псевдонимов, подставных контактов и одноразовых телефонов, не говоря уже о менявшихся местах для конспиративных встреч. Основным источником для поиска было визуальное сходство, а остальное Люмениферус распутывала сама. Именно поэтому она сплошь и рядом заходила в тупик, однако порой ее изыскания заканчивались удачно, как в случае с врачом или ведьмой. Бывало и так, что она натыкалась совсем не на того, кого искала.</p>
   <p>        Очередной дом оказался пуст. Люмениферус проверила все подчистую, но не обнаружила ничего подозрительного. Вывезя вещи, недавний жилец съехал, а новый пока не объявлялся. Выставленный на продажу, дом ничем не отличался от других. В агентстве недвижимости деталями не располагали, а сделки совершал некий крупный фонд. Там копать Люмениферус не стала. Вернувшись к дому, она снова изучила его сверху донизу, а затем применила свой персональный дар. Пользуясь внушаемым очарованием, она принялась опрашивать соседей.</p>
   <p>        Читая в душах, Люцифер узнавал все то, что хранилось в памяти людей. Несомненно, это становилось бесценным кладезем информации, чья достоверность сомнений не вызывала, и все же кое-что оставалось ему недоступным. Он не умел читать в сердцах. Расположив к себе соседей, Люмениферус не узнала от них имен или адресов. Предыдущий владелец дома жил один, гостей практически не водил, и ничем особенно не выделялся. Он выглядел затворником и мизантропом, приветливым на публике, однако замкнутым и нелюдимым. В большом, разнообразном обществе такие были не редкостью, однако конкретно этот выделялся из общей массы. Как оказалось, он внушал страх. Подсознательный иррациональный страх.</p>
   <p>        Насмотревшись фильмов, дети считали соседа маньяком-убийцей, хотя и сами не верили в то, что говорили. Придумав страшилку, они пугали ей друг друга, маскируя таким образом свои неосознанные ощущения. Взрослые корили их за уничижительную фантазию и сами склонялись к версии попроще. Например, что затворник давным-давно убил жену и закопал ее где-нибудь в подвале. Само собой, по-настоящему они так не думали, однако страх пробуждал в них беспокойство. Интуитивное и смутное, временами оно давало себя знать, хотя открыто сосед никогда не давал повода для осуждений. Прикинувшись волонтером, искавшим убежавших питомцев, Люмениферус традиционно расположила к себе людей и наслушалась от них всякого. Лишнее она отсеивала, однако впечатления от соседа привлекли ее внимание. А еще ее внимание привлек фургон, принадлежавший энергетической компании.</p>
   <p>        На неполадки в электросети соседи не жаловались. Опрошенные Люмениферус, они не сообщали о замыканиях, перебоях в подаче электричества и прочих накладках. Готовый к продаже, пустующий дом вопросов также не вызывал, а фургон, тем не менее, уже несколько дней появлялся неподалеку. С утра до вечера, какой-то молодец в спецодежде возился на столбах. Зачем — поди разбери, но возвращался он с завидным упорством, не иначе решив проверить весь район.</p>
   <p>        По большому счету, фургон ничем не выделялся. Технологии и удобства работали не сами по себе, периодически требуя вмешательства профильных мастеров. Люмениферус не заметила в нем чего-то особенного — это заметили собаки. Проходя с хозяевами, они усердно его облаивали, и архангелу стало любопытно, почему. Закончив с соседями, она удалилась, но только для того, чтобы исчезнуть из поля зрения. Затем подлетела к фургону, невидимая для людей, и заглянула внутрь. Частично ожидания совпали с увиденным. В фургоне и впрямь находился человек, чьи чувства она уловила еще снаружи, однако убранство никак не соответствовало машине энергетической компании. До последнего дюйма, он оказался напичкан шпионской аппаратурой.</p>
   <p>        Вероятно, собаки улавливали инфразвук, исходивший от различных приборов, либо же реагировали на частотную активность. Как мобильный пункт наблюдения, фургон постоянно что-то принимал и передавал. Отслеживая цели, его техника выводила на экраны немало данных, которые обрабатывала в реальном времени. Каналы связи демонстрировали оживление, автономные устройства тоже не дремали. За свое проживание среди людей, Люмениферус уже доводилось встречать подобные штуковины, однако никак не в деле с одержимыми. Проявившись в пространстве, она тут же предстала перед человеком во всей красе и взяла в плотный оборот.</p>
   <p>        Лазавший по столбам, электрик оказался липовым, как и его напарник в фургоне. При этом к одержимости или оккультизму они отношения не имели, оказавшись самыми обычными людьми, не отмеченными печатью скверны. В отличие от телеведущего или врача, Люмениферус не рассчитывала на добровольную откровенность. От шпиона ее ожидать не приходилось, и она прибегла к своему могуществу. К сожалению, это имело побочный эффект, отчего Люмениферус и не пользовалась им постоянно. Приказы затмевали разум людей, изрядно туманили им память. Они превращали их в послушных исполнителей, а не мыслителей. Они подходили для контроля, но не продуктивного допроса, однако в данном случае эта мера была оправдана. Слушаясь госпожу, шпион выложил все, очарованный ее красотой.</p>
   <p>        Двое людей из фургона были агентами спецслужбы. Один устанавливал повсюду жучки и работал на улице для прикрытия, а другой непрерывно мониторил обстановку. Их целью был дом и все его посетители. Тот самый дом, что интересовал Люмениферус, а теперь, как выяснилось, и кого-то еще. Кого? Агент понятия не имел, и архангел понимала, что он не лжет. Он просто выполнял приказ, отданный начальством.</p>
   <p>— Ты его знаешь? — спросила Люмениферус, транслируя агенту в голову видение человека из списка Люцифера.</p>
   <p>Тот болезненно поморщился, но не смог ничего разобрать. Мешал контроль, установленный над ним очарованием архангела.</p>
   <p>— Он тебе знаком? — перефразировала вопрос Люмениферус.</p>
   <p>Воплотив фотографию, она сунула ее агенту под нос, и дело сразу пошло на лад.</p>
   <p>— Да. Этот человек здесь жил, — кивнул он. — Но мне известно только кодовое имя. Мы наблюдаем за домом со дня его отъезда. Мы должны докладывать обо всех, кто появляется там или даже рядом.</p>
   <p>— Обо мне ты доложил? — нахмурилась Люмениферус.</p>
   <p>— Нет, госпожа, — мотнул головой агент. — Вас я вижу впервые.</p>
   <p>        Лицо архангела просветлело. Не будь идиоткой, она обследовала дом невидимой, не проявляя себя для людей. Следовательно, об ее визите никто не знал. ПОКА не знал.</p>
   <p>— Теперь будешь работать на меня, — велела Люмениферус.</p>
   <p>— Конечно, госпожа, — кивнул агент.</p>
   <p>— Тогда слушай внимательно, — очень выразительно сказала архангел. — Сообщи напарнику, что у тебя срочное дело. Пусть он ждет тебя здесь. Потом заводи машину и…</p>
   <p>Остальное Люмениферус говорила уже по пути. Слушаясь ее указаний, агент спокойно вел фургон и запоминал, что ему надлежит предпринять.</p>
   <p>        На долгоиграющий эффект рассчитывать не приходилось. Люмениферус и не рассчитывала, прекрасно зная, что время ее влияния ограничено. Прикидывая время, она поручила агенту вполне посильную задачу, с которой тот справился безукоризненно. Как огромная организация, спецслужба располагала филиалами в каждом крупном городе и не только. Вернувшись в офис, агент навел справки о съехавшем человеке. Воспользовавшись служебным доступом, он предоставил Люмениферус всю найденную информацию, а заодно и данные из компьютера своего начальства. Архангела это вполне удовлетворило. Получив желаемое, она намеренно не стала стирать агенту память, намереваясь узнать, кому и что тот доложит, и какую это вызовет реакцию. Решив навестить его позднее, она исчезла и отправилась проверять добытые сведения. Точнее, как раз хотела отправиться, когда увидела зов Люцифера.</p>
   <p>        Вызывая друг друга, брат и сестра прибегали к примечательному, но понятному только им способу. Они использовали атмосферные явления, сами их и создавая. Зарницы и спрайты передавали условные сигналы, различимые только взгляду архангела. Разумеется, по всей планете они не сверкали одновременно, поэтому их дополняли огни святого Эльма, глория и облака. Облакам придавалась определенная, бессмысленная для непосвященных форма. Глория озаряла объекты характерными цветными кольцами, а огни святого Эльма отлично работали везде, где встречались высокие здания, отдельностоящие деревья и скалы. Заметив зов, брат или сестра всегда прибывали в одно и то же место. Разумеется, это был ад, где Люцифер безраздельно правил, а Люмениферус считалась у него своей.</p>
   <p>        Вызов означал нечто очень срочное, что не терпело отлагательства. Не гоняясь друг за другом, архангелы посылали сигнал и ждали назначенной встречи.</p>
   <p>— Что стряслось? — осведомилась Люмениферус, объявляясь в преисподней.</p>
   <p>Выбранная область ее вполне устраивала. Памятуя о творениях сестры, Люцифер воссоздал фрагмент ее Запретных садов. Разумеется, с поправкой на преисподнюю, с ее ограниченной цветовой гаммой. Вход туда был разрешен только Люмениферус, да демоны и сами не совались. Импульсивная сестра их властелина сжигала там всех, кто попадался ей на глаза.</p>
   <p>— У меня к тебе просьба, — очень серьезно произнес Люцифер. — Я надеюсь, ты мне не откажешь.</p>
   <p>        Погибшие в пентхаусе, служители ничем не терзались, но речь шла именно об адских муках. Свои терзания — эмоциональные, — они очень даже испытывали, сожалея о жизни на земле. О той, где остались их друзья, родные, супруги и даже дети. В отличие от демонических культистов, Люцифер своим людям семьи не запрещал, хотя и понимал, что те могут быть обузой. О них теперь служители и горевали. Они не сомневались, что Утренняя звезда не бросит их близких, однако факт расставания очень огорчал. Расставания потенциально вечного, если учесть распределение между раем и адом. Оказавшись по разные стороны идеологической баррикады, увидеться такие души уже не могли. Это служителей угнетало больше всего. В остальном же им жаловаться не приходилось.</p>
   <p>        Созданный владыкой ада, горный курорт не предназначался для страданий. Уютный отель изобиловал удобствами, хотя бесплотные души в них уже и не нуждались. Просторы снегов несколько портила красноватая расцветка, однако она вполне подходила для перманентного заката. То же относилось и к панорамным пейзажам. Горы, долины и ущелья полнились лесами, в чьих зарослях бродили барсы, и гудели гремучими реками, где водилась форель. В небе кружили орлы, высматривая не столько души, сколько демонов. В распоряжении постояльцев имелись лыжи, сани, снегоходы и прочее снаряжение для досуга. Люцифер не хотел, чтобы его служители вечно скучали. За неимением небесного Эдема, он предлагал им собственный, где было всяко интереснее, чем бродить в окружении раболепствующих святош.</p>
   <p>        Любители тропиков проходили через фигуральный портал. Расположенный как овальная дверь в фойе отеля, он вел к океану, открывавшемуся за пляжным баром. Вода в нем никогда не была холодной, и даже в ненастье волны не выглядели угрожающе. Ласковые и теплые, они приносили покой и умиротворение, а барные огни и музыка обещали прекрасное времяпрепровождение. Обдувавшая лицо, океанская свежесть к ним присоединялась. Создавая этот уголок, Люцифер постарался на славу. Как и для добрых душ, о своих служителях он проявлял надлежащую заботу. Впрочем, конкретно эти души, погибшие в пентхаусе, надолго в его адском Эдеме не задержались.</p>
   <p>        Первые служители исчезали незаметно. Разбредясь, кто куда, одни сидели в отеле, другие гуляли по горам, а третьи проводили время в баре и на пляже, любуясь прибоем у двух ближайших островов. Затем процесс ускорился. Они начали пропадать прямо друг у друга на глазах, сперва вызывая удивление, а затем растерянность и даже тревогу. Эти чувства закономерно объяснялись. Выхода из ада не было. Отворять его врата мог только Люцифер, а он намеренно запер своих людей в комфортном узилище. Ничего не понимая, те внезапно растворялись в пространстве один за другим. Куда — никто не знал, а спросить было некого. Взволнованные происходящим, служители наперебой воззвали к Люциферу, но тот снова не отвечал. На сей раз, однако, совсем по другой причине, имевшей свою, весьма неординарную подоплеку.</p>
   <p>        Мгновенному восстановлению пентхаус не подлежал. Люди, конечно, легковерны, но архангелам было бы очень трудно объяснить, как высотное здание обрело прежний вид. Они легко могли починить его до последнего атома, однако такие чудеса без внимания не останутся. Очень нежелательного внимания, которое будет иметь далеко идущие последствия. Хочешь не хочешь, Люциферу приходилось довольствоваться сугубо человеческими методами. Мотивировав власти и подрядчиков, он ускорил процесс, и теперь ремонтом занимались профильные организации. Вопрос аварийности здания был практически решен. Точнее, его надежности, что позволяло немедленно приступить к строительным работам. Вот восстановление другого рода Люцифер взял на себя. Облюбовав пустующий этаж, расположенный недалеко от обрушенной вершины, он обеспечил все необходимое и принялся за дело.</p>
   <p>        Служители появлялись один за другим. Сотворяемые заново, их тела только и ждали, когда душа покинет ад. Тела возрождала Люмениферус, получив генетические образцы от Люцифера. Среди спрессованных завалов найти нужный геном было трудновато даже для него. Он поступил проще. Заведомо зная, где жили его люди, там он все и раздобыл. Дарившей жизнь, светоносной сестре этого было достаточно. Тела оказались не просто новыми, а подлинными — теми самыми, что и прежде, с точностью до молекулы. Без души они оставались пустой органикой, но их возвращение обеспечил Люцифер.</p>
   <p>        Гипотетически, опальный архангел был способен выпустить хоть целый ад, однако не считал это правильным и вообще адекватным. Грешники там находились вполне заслуженно. Что же касалось остальных, то жизненный цикл никто не отменял. Люцифер мечтал о новом мировом порядке, однако это не означало, что он собирался превратить существующий в бардак. Умершим было место на небесах, либо в аду. Как будет дальше — покажет время, а пока что он предпочитал соблюдать устоявшееся положение вещей, за некоторыми оговорками.</p>
   <p>        Убитый Михаилом, грабитель в парке был наглядным исключением. Еще одним стали служители, погибшие в уничтоженной штаб-квартире. Люцифер не возвращал своих людей, умерших по естественным причинам, но к тем не относились козни мятежных демонов. Показывая, что подобного не потерпит, владыка ада восстановил им прерванную жизнь. Разумеется, с помощью Люмениферус, не отказавшей ему в столь особой просьбе.</p>
   <p>        Объединяя свои усилия, Светоносные архангелы совершали самое настоящее воскрешение, которое считалось доступным только их отцу. Возвращенные к жизни, служители не оказались клонами, чудовищами или порождениями ада. Это были именно они, в том самом виде, в каком покинули мир смертных. Даровав им второй шанс, архангелы нивелировали злой умысел демонов. Люцифер отправил им четкое послание — его люди неприкосновенны, а воля неоспорима.</p>
   <p>        Снова вдыхая воздух, чувствуя биение сердца и тепло ожившего тела, служители испытали ни с чем не сравнимую эйфорию. Люцифер не любил подобострастия, несовместимого со свободой воли, но на сей раз коленопреклонение вышло искренним и вполне объяснимым.</p>
   <p>— Благодарите мою сестру. Это она вернула вам жизнь. Я лишь выпустил ваши души, — сдержанно произнес Люцифер.</p>
   <p>Люмениферус тут же оказалась в центре внимания и благодарностей, от обилия которых аж смутилась. Отделываясь улыбками, она тем самым только усиливала эффект, достигнутый без всякого очарования.</p>
   <p>        Уже не надеясь увидеть близких, служители были вне себя от восторга. Они не ожидали получить ТАКОЙ подарок от своего лорда, и теперь воочию удостоверились, что своих людей он действительно не бросает. В отличие от небесной справедливости, его отношение на некие неисповедимые пути не ссылалось.</p>
   <p>— О вашей гибели в обществе пока не знают, а теперь и не узнают, — заведомо успокоил их Люцифер. — Пропавший без вести не означает погибший. Накладок с вашим воскрешением не будет. Смело идите домой и обрадуйте родных. Я дам на это время. Позже позову. У нас много работы. За это нападение кое-кому предстоит ответить.</p>
   <p>        В отличие от служителей, Люмениферус так просто отпустить не удалось. Помогая брату с возвращением погибших, она закономерно желала узнать, что произошло. Сказать всей правды тот не мог. Он и прежде не хотел признаваться, что некие демоны затеяли свою игру в обход его правления и воли. Стараясь сохранить все в тайне, он рассчитывал уладить дело потихоньку. Получалось пока не очень, а сообщать сестре о мятеже у него и вовсе язык не поворачивался. Гордый и самоуверенный, Люцифер даже и мысли не допускал об ущербе своему авторитету. Люмениферус не поднимет его на смех, но перестанет рассматривать как правителя, достойного возглавить мироздание. Как минимум, усомнится в его кандидатуре, что в глазах Люцифера мало чем отличалось. Михаилу он мог пускать пыль в глаза, выдавая желаемое за действительное. С Люмениферус, посвященной в его планы и разделявшей замыслы, такое уже не проходило.</p>
   <p>— Теперь ты понимаешь, насколько важно выявить и наказать этих мерзавцев? — подбирая слова, иносказательно выразился Люцифер. — Я доверил тебе очень важное дело. Настоящую тайну, о которой Михаилу лучше не знать.</p>
   <p>        История с пентхаусом была подана так, чтобы Люмениферус не подумала лишнего. Якобы не зная про служителей Люцифера, одержимые захотели узнать, кто вмешивается в их дела, и послали наемников. Те перестарались, и все пошло наперекосяк. Теперь их тем более следовало найти и наказать, ибо мандат на подобные преступления Люцифер никому не выдавал. Посягательство на множество невинных людей, разрушение высотного здания вплоть до угрозы его полного обвала — за это демонов надлежало призвать к ответу.</p>
   <p>— Тогда тебе будет очень интересно, что я выяснила, — разволновалась Люмениферус. — Одержимых и культистов гораздо больше, чем мы думали. Более того, они действуют не в одиночку. Их прикрывает спецслужба, и ниточки ведут на самый верх.</p>
   <p>— Неужели? — мрачновато не удивился Люцифер.</p>
   <p>        Энтузиазм Люмениферус начинал выходить боком. Сам-то владыка ада уже догадался, насколько широка сеть мятежников, и как глубоко они внедрились в человеческий социум. Осведомленность сестры была очень некстати. Поручив ей работенку, Люцифер сделал это не для того, чтобы она докопалась до истины.</p>
   <p>— Да! — с жаром кивнула Люмениферус. — Сначала я рассматривала все случаи поодиночке и не находила никакого смысла. Однако если взглянуть на них комплексно, картина меняется. Похоже, у одержимых есть какой-то общий замысел. Каждый выполняет свою задачу, неясную по отдельности, но вносящую вклад в некую совместную цель.</p>
   <p>— Неужели? — еще мрачнее повторил Люцифер.</p>
   <p>— Вот именно! На эту мысль меня навела информация, сообщенная агентом. Я говорила, что очаровала агента? Нет? Тогда послушай… — зачастила Люмениферус.</p>
   <p>Распаленная гордостью за свои успехи, она полностью завладела вниманием брата и принялась рассказывать ему о том, что успела разузнать.</p>
   <p>        Без напускного участия, Люцифер слушал очень внимательно. Хоть и не обрадованный вовлеченностью сестры, он не мог отмахнуться от добытых ей сведений. Более того, он признавал их несомненную ценность, тут же укладывая их в уме в свою мозаику. Ее узор выходил так себе. Подозрения подтверждались. Деятельность демонов приняла настолько глобальный характер, что ее проявления начинали всплывать отовсюду, стоило лишь копнуть поглубже. И демонов именно мятежных. Люцифер не тешил себя самообманом, будто все они ему лояльны, а против него выступили считанные единицы. Увы, это была огромная и старательно отлаженная организация, с неясными, но явно претившими ему целями. Это проистекало из самой сути мятежа. С другой стороны, она представлялась каплей в океане по сравнению с демонами в аду.</p>
   <p>        Шайка бунтовщиков не могла перевесить послушные легионы преисподней. Жалкая крупица мятежников выглядела ничтожной в свете великого могущества Люцифера, однако проблема заключалась совсем в другом. Опасен был сам прецедент, и он все еще рассчитывал разобраться с ним тихо и незаметно. Оксюморон предполагало наказание. Сделав его ужасающе наглядным, Люцифер автоматически предаст бунт огласке, что скажется на авторитете не лучшим образом. Следовательно, о нем вообще не стоило кому-то узнать, однако тогда такое наказание теряло смысл.</p>
   <p>        Имелся и обратный вариант. История знавала случай, когда посягательству на авторитет подвергся даже бог, причем по инициативе самого Люцифера. Об итогах были наслышаны все. Люциферу устроили показательное свержение с небес, да еще вместе с теми, кто его поддержал. Это продемонстрировало силу бога против мятежников, хотя и обошлось людям ужасающей ценой. Именно людям, ибо за означенную наглядность с тех самых пор больше всех расплачивались они. Возможно, Люциферу стоило последовать примеру отца и сделать то же самое. Разумеется, не ценой страданий человечества, ибо речь шла исключительно о демонах.</p>
   <p>        Эмоциональная и словоохотливая, сестра расписывала свои похождения довольно долго. С учетом того, как архангелы передавали мысли, она изрядно затянула повествование, порой акцентируя внимание на красочных, но малозначительных деталях. Живое воображение Люмениферус идеально подходило под созидание, но плохо соответствовало краткой и холодной логике.</p>
   <p>— А что там с этим агентом? — уловив определенный посыл, обеспокоился Люцифер. — Ты не стерла ему память?</p>
   <p>— Нет. Я хочу узнать, что произойдет, — пояснила Люмениферус. — Мое очарование уже развеялось. Он наверняка обо всем кому-нибудь сообщил. Это разворошит змеиное гнездо, и его реакция выведет меня на след.</p>
   <p>— Легион чертей! Вот именно что разворошит! — воскликнул Люцифер, присовокупив к этому несколько ругательств, почерпнутых из человеческой физиологии.</p>
   <p>        Причины для экспрессии у властелина ада очень даже были. Своим опрометчивым экспериментом сестра наверняка добьется диаметрально противоположного результата. Узнав про ее вмешательство, мятежники действительно всполошатся, но вряд ли тем себя и выдадут. Они заметут следы, как делали это до сих пор, и весьма успешно.</p>
   <p>— Хам, — не оценив вульгарных выражений, отвесила ему пощечину Люмениферус.</p>
   <p>Сделав столько открытий, она рассчитывала на более лестную реакцию.</p>
   <p>— Говори, где твой агент! Срочно летим к нему! — ничуть не оскорбился Люцифер.</p>
   <p>— Это еще зачем? — насупилась Люмениферус.</p>
   <p>— Надо вмешаться, пока его не устранили! Его, и многих других! Свои деяния эти демоны скрывают трупами! Жизнь этого человека висит на волоске! Поверь, я знаю! Доселе все именно так и происходило! — решив сыграть на драматизме, открыл часть правды Люцифер.</p>
   <p>Услышав такие речи, Люмениферус не стала спорить и упираться. Передав брату координаты, она тут же переместилась в пространстве, а вслед за ней мгновенно переместился и Люцифер.</p>
   <p>        Подземная парковка была безлюдна, если не считать тарахтевшего у выезда минивэна. Выйдя из своей машины, агент поставил ее на сигнализацию и неторопливо прошел к лифту. Отсчитав этаж, настенный индикатор высветил прибытие. С тихим мелодичным звоном двери отворились, приглашая зайти в кабину. Агент шагнул было вперед, но не вошел, а прямо-таки влетел, подхваченный под руки с двух сторон. Звук раздался такой, будто в воздухе возникла упругая волна. Агент оказался в компании двух людей, появившихся неизвестно откуда. Точнее, тех, кто только выглядел таковыми.</p>
   <p>— Видеокамера нас не видит, — констатировал Люцифер, заранее приняв меры предосторожности.</p>
   <p>— Сейчас я все исправлю, — отозвалась Люмениферус.</p>
   <p>Протягивая засветившиеся пальцы, она почти дотронулась до головы агента. Заснув глубоким сном, тот не доставит хлопот и позволит проделать с собой что угодно.</p>
   <p>— Это вы, госпожа? Как хорошо, что вы здесь. Я ждал вас, — перестав вырываться, неожиданно сказал агент. — Вы не оставили контактов, чтобы с вами связаться.</p>
   <p>        В лифте повисла тишина. Не веря своим ушам, Люмениферус замерла, так и не сделав усыпляющего касания. Невольно ослабил хватку и Люцифер. Слова агента произвели изрядное впечатление, уподобившись колокольному трезвону посреди ночи. Его реакция, безусловно, ожидалась, однако совершенно не такая. Он не кричал, не суетился и не пытался сбежать, хотя очарование Люмениферус давно сп<emphasis>а</emphasis>ло. Он должен был осознать, что исполнял приказы чужой воли, однако не выразил ни малейшего недовольства своей поработительнице. Наоборот — узнав ее, он неподдельно обрадовался, хотя сейчас она никакого чарующего воздействия не проявляла. Ее естественное очарование никуда не делось, однако его не хватило бы преодолеть резко отрицательные эмоции. Настроенный против Люмениферус, человек уже не подпадал под ее обычное влияние.</p>
   <p>— Что ты сказал? — невольно произнесла она.</p>
   <p>— Я очень рад вас видеть, госпожа. Полагаю, у вас для меня какое-то новое поручение? — еще больше огорошил ее агент. — Могу я спросить, кто это с вами?</p>
   <p>        Мало что понимая, Люмениферус окончательно передумала усыплять этого человека. Опустив руку, она только и захлопала глазами. Двери лифта закрылись, но тот никуда не поехал. На кнопку никто не нажал, и воля архангелов тоже не привела его в движение. Уставившись на агента, Люмениферус пыталась сообразить, что происходит. Примерно тем же был занят и Люцифер. Правда, в отличие от сестры, он не стоял столбом, а занимался делом.</p>
   <p>— Это не уловка. Он говорит правду, — заявил владыка ада, быстро прочитав душу.</p>
   <p>— О чем это ваш спутник? — удивился агент, но как-то не особо, при виде залитых светом глаз. — Вы его не представите? Кстати, вашего имени, госпожа, я тоже до сих пор не знаю.</p>
   <p>— Я Люмениферус. Это мой брат Люцифер, — коротко ответила архангел, всегда способная стереть человеку память.</p>
   <p>— Люцифер? Гм. Тот самый? — как-то подозрительно спокойно уточнил агент.</p>
   <p>— Тот самый, — не зная, что и думать, кивнула Люмениферус.</p>
   <p>— Не могу сказать, что очень удивлен, — заключил агент. — У меня было время поразмыслить, с кем свела меня судьба. Нас учили аналитическому мышлению, и я сделал кое-какие выводы, какими бы безумными они ни представлялись.</p>
   <p>        Со стиранием памяти и впрямь стоило повременить. Прецедент получался просто сногсшибательный. Ведомые агентом, архангелы поднялись вместе с ним на лифте. Снова став невидимыми, они оставались рядом и звучали только у него в голове. Пройдя в свой кабинет, агент прикрыл дверь и сделал вид, что сосредоточен на работе за компьютером.</p>
   <p>        Выяснение обстоятельств не затянулось. Против всяких ожиданий, очарование Люмениферус действительно развеялось, а некий эффект остался. Больше не находясь под ее влиянием, агент по-прежнему выказывал лояльность. Его разум не был затуманен или еще как-то смущен. Он не выполнял ее приказов по принуждению — он делал это добровольно.</p>
   <p>        У агента и впрямь было время подумать. Вернув себе свободу мысли, он не бил в набат, не ударялся в панику или религиозную истерию. Уравновешенно и неторопливо, он тщательно проанализировал нетривиальную ситуацию. Примечательных деталей там хватало, начиная от появления прекрасной женщины прямо из воздуха и заканчивая ее белоснежными глазами. Эффект подчинения говорил очень многое. Крылья — тем более, которые перед отбытием, провоцируя реакцию демонов, явила Люмениферус. Выводы у агента получались довольно простые — либо он спятил, либо встретился с ангелом.</p>
   <p>        Вторая версия нравилась агенту больше. К сожалению, подтверждения она не находила, пока ангел не объявилась снова. Этим и вызывалась его радость. Не зная, зачем понадобился столь удивительному созданию, он послужил ей в прошлый раз, и теперь желал служить снова. Желал совершенно добровольно, к чему стремилась его просветленная душа. Наполненная презренной слежкой и рутиной, прежняя жизнь показалась ему жалкой и пустой. Узрев светоносную сущность, он захотел быть частью ее мира, посвятить себя чему-то большему, нежели никчемной человеческой возне. Никому ничего не разболтав, агент сохранил визит ангела в тайне. Он только и надеялся, что однажды ей еще понадобится, и тогда сумеет проявить себя по-настоящему. Проявить не в шпионаже за людьми, а каких-то более возвышенных и важных делах. Прекрасная госпожа произвела на него неизгладимое впечатление. Волю ее белоснежного света отныне он считал единственно правильной.</p>
   <p>        Искренность агента подтверждалась обоими архангелами. Безошибочно улавливая чувства, Люмениферус читала в сердце. Ни лжи, ни фальши там сейчас не было и в помине. Люцифер глядел прямо в душу. Агент, конечно, натворил немало сомнительных делишек, однако в отъявленные грешники не угодил и с демонами не связался. Он просто выполнял свою работу, уж какая поручалась ему в спецслужбе.</p>
   <p>— Поздравляю, сестра, — заключил Люцифер. — Ты начинаешь обзаводиться собственными служителями.</p>
   <p>— Я не понимаю, как такое возможно, — тихо отозвалась Люмениферус. — Мое влияние очень сильно, но долго не держится.</p>
   <p>        О талантах сестры Люцифер был осведомлен, еще с тех самых пор, как та стала жить среди людей. С недавних пор, однако, он заметил в них некоторые изменения.</p>
   <p>— Теперь, видимо, все иначе, — очень серьезно произнес он. — Впервые я заподозрил это в парке, где ты внушала грабителям добродетель. Они и впрямь стали на праведный путь — я не поленился и проверил это позднее. Случайность? Совпадение? С нынешнего момента я уверен, что нет. В прошлый раз речь шла про моральное исправление. Сегодня я вижу преображение личности. Узрев твой свет, этот человек потянулся к нему искренне и без принуждения. Абстрагированность бога и слепая вера — полная ерунда, я давно это говорил. Свободу выбора нельзя делать тогда, когда ты в принципе не знаешь, из чего выбирать. Этот человек узнал и выбрал. Он хочет служить свету, а дальнейшее зависит уже от тебя.</p>
   <p>— Это невозможно, — тихо повторила Люмениферус.</p>
   <p>— БЫЛО невозможно, — сделав выразительный акцент, загадочно засветился глазами Люцифер.</p>
   <p>        Удивительным представлялось не только общее поведение агента. Он как-то уж слишком невозмутимо воспринял и то, что перед ним появился Люцифер. Обычно люди иначе относились к тому, кого называли дьяволом, начиная от молитвенных бормотаний и заканчивая откровенной паникой. Проклятий, ужаса и воззваний к богу там более чем хватало. Чего обычно не встречалось — это адекватной и беспристрастной реакции.</p>
   <p>— Увидев свет госпожи, я научился его различать. Точно такой же, особенный, исходит и от вас. А он не может исходить от средоточия зла, желающего всем погибели. Госпожа назвала вас братом. Следовательно, она тоже архангел, как и вы. Никакой не демон. Значит, бояться нечего, — пояснил агент. — Простой вывод.</p>
   <p>        Человеческие речи нечасто отличала столь рассудительная и непредвзятая логика. Вероятно, в спецслужбы и впрямь отбирали отнюдь не бестолковых людей, способных к серьезному аналитическому мышлению. Этот агент, во всяком случае, был одним из них. Лишенный религиозного фанатизма, он явил образец незатуманенной и развитой мысли.</p>
   <p>— Всем бы такой здравый смысл, — совсем по-человечески вздохнул Люцифер. — Обычно люди не слушают голоса разума, начисто игнорируют объективные факты. Меня ненавидят лишь за то, что я выступил против слепо объявленного идеала, который отнюдь не идеален. Иначе я бы и не выступал.</p>
   <p>— По-моему, сейчас не время для твоих проповедей, — заметила Люмениферус.</p>
   <p>— Ты совершенно права, — кивнул Люцифер. — Ты готов послужить своей госпоже? — добавил он агенту.</p>
   <p>— Да, — без колебаний ответил тот. — Но только если прикажет сама госпожа, а не кто-то другой.</p>
   <p>— Смело. Хвалю. Сказать такое в лицо самому дьяволу, — усмехнулся Люцифер. — Что ж, пусть моя сестра решает. Это ее священное право, но я бы на ее месте не отказывался.</p>
   <p>        Передав Люмениферус секретные сведения, агент ничем себя не выдал. Во всяком случае, до сих пор, а теперь она была не заинтересована в его дискредитации. Польза от этого человека представлялась несомненной и перспективной. С подробностями о боге, дьяволе, и архангелах брат и сестра решили повременить. Вопросы у агента, безусловно, были, и он уже рвался их задавать, но сумел проявить сдержанность. Госпожа обещала просветить его позднее — по мере того, как он станет к этому готов. Сейчас же требовалось заняться делом, а не постигать устройство мироздания.</p>
   <p>        Важность поручения соответствовала ситуации. Агенту надлежало выяснить, кто именно был замешан в наблюдении за людьми, чьи личности скрывались за кодовыми именами. Выяснить как можно больше, включая сведения, откуда исходили приказы, и куда переехал тот, за кем следил сам агент.</p>
   <p>— Ему придется тяжело. В одиночку он вряд ли справится, да и полномочий не хватит, — заметил Люцифер. — Мы можем помочь, но наше вмешательство заметят. Использовать человека — это хорошая идея, дарующая скрытность. Вот только и возможности у него всего лишь человеческие.</p>
   <p>— Я справлюсь, — заверил агент.</p>
   <p>— Выбора все равно нет, — более взвешенно возразила Люмениферус.</p>
   <p>— О, еще как есть, — многозначительно улыбнулся Люцифер.</p>
   <p>        Уяснив, чего хочет брат, Люмениферус не поверила ушам. Сначала она решила, что тот хочет провести небольшой эксперимент, пока не поняла, насколько это всерьез. Единичным опытом тут и не пахло — речь заходила о глобальности. Люмениферус догадалась, куда гнет Люцифер.</p>
   <p>— Ты спятил, — заключила она.</p>
   <p>        Приступив к выполнению задачи, агент уже вовсю работал за компьютером. Оставаясь при нем, невидимые архангелы конструктивно препирались.</p>
   <p>— Предлагаю попробовать здесь и сейчас, — настаивал Люцифер. — Ты хоть представляешь, какие грандиозные перспективы это открывает?</p>
   <p>— Создание своей армии, наподобие армии Михаила. Только земной, а не небесной, — фыркнула Люмениферус.</p>
   <p>— Ничего подобного, хотя и это не лишне, — качнул головой Люцифер. — Мы воплотим наши идеи на практике. Мы начнем строить новый мир здесь и сейчас. Строить на основе доброй воли. Чтобы наглядно доказать мою неправоту, бог позволил отправлять людей во тьму. Мы поведем их к свету. Мы, а не он, чему в глазах всех небожителей он уже никак не сможет помешать.</p>
   <p>        Идеи Утренней звезды его сестре были давно знакомы. Она дополнила их своими, и теперь все планы разделяли оба, уже не делая различий в исходной принадлежности замыслов. Люмениферус повлияла на мировоззрение Люцифера. Тот, в свою очередь, скорректировал многие взгляды под воздействием сестры. Взаимно меняясь и обогащаясь, Светоносные архангелы вставали плечом к плечу. Разумеется, это не означало, что они тут же верили в любое предложение на слово.</p>
   <p>— Ничего не выйдет, — усомнилась Люмениферус.</p>
   <p>— Не попробуем — не узнаем, — резонно заметил Люцифер. — Ты просто представь. Я прилагаю огромные усилия, чтобы подыскать себе подходящих служителей. Их приходится просвещать, готовить и обучать. На это уходит уйма времени, без всякой гарантии на успех. Ты же можешь проворачивать такое одним своим светоносным словом.</p>
   <p>— Армия зомби, — упорствовала Люмениферус.</p>
   <p>— Общество свободных людей, увидевших свет и добровольно последовавших за ним. Тех, чья душа к нему потянулась и сделала свой выбор, — парировал Люцифер.</p>
   <p>        Люмениферус призадумалась. Наблюдая за работой агента, она видела перед глазами живой пример, в который и сама до сих пор не верила.</p>
   <p>— Мне не кажется, что это вот так запросто на всех сработает, — протянула она.</p>
   <p>— Не на всех, — кивнул Люцифер. — Это зависит от души. За тобой пойдут только те, кто в принципе потянется к свету. Право выбрать зло никто не отменял. Тронутые печатью тьмы во тьме и останутся. В этом и заключается принцип добровольности, с учетом наклонностей, желаний и предрасположения.</p>
   <p>— А те грабители? Ты сказал, они стали на праведный путь. Соврал? — напомнила сестра.</p>
   <p>— Не соврал. Стали. Просто не все, — уточнил Люцифер. — Но они получили настоящий выбор, а не словесную ахинею. Одни из них искренне стараются исправиться. Другие все равно тебя не забыли. Теперь они грешат меньше и с оглядкой. Всяко это польза. За убийства или за стяжательство наказание в аду очень даже разное.</p>
   <p>— Тебе доводилось слыхать выражение "сладкоречивый дьявол"? — поразмыслив, осведомилась Люмениферус.</p>
   <p>— Доводилось. Так что, приступим? — потер засветившиеся руки Люцифер. — Я уже присмотрел тут парочку кандидатур.</p>
   <p>        Эксперимент требовалось обставить аккуратно. В случае неблагоприятного исхода он не должен был скомпрометировать лояльного агента. Следуя этой логике, Люцифер предложил канцелярскую сошку и стажерку. Сошка был незначительным сотрудником, но работал в спецслужбе долго, представляя собой стандартный образец ее системы. Молодая стажерка не имела укоренившихся установок, однако отличалась энергией и желанием выслужиться. Оба были разными и яркими типажами. Они отлично подходили для опыта, а их исчезновение не вызовет переполоха. Исчезновение — потому что оставлять их в офисе никто не собирался. Если Люцифер ошибся, эффект развеется, и они не станут держать язык за зубами, пусть даже рискуя показаться сумасшедшими.</p>
   <p>— Хорошо. Посмотрим, — дала себя уговорить Люмениферус.</p>
   <p>Улучив момент, она явилась выбранным людям, очаровала их, и велела следовать на парковку. Там они сели в машину и поехали, куда указывали.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Покинув спасенное здание, Михаил времени тоже зря не терял. Получив от Люцифера сведения, добытые не без гонки в небесах, он не стал задерживаться и удалился. Дальнейшая история с пентхаусом его не интересовала. Пока Люцифер занимался своими служителями, Михаил вернулся к истории с одержимым, однако совсем не там, где ему указали. Уйдя в пространство, он появился в другом месте, словно проигнорировав воспоминания души. Их транслировали очень достоверно, однако доверия они не вызывали, ибо передача исходила от Люцифера. Успев хорошенько поразмыслить, Михаил и сам пришел к заключению, что инцидент с полковником был подстроен. Уж слишком гладко все получалось, как тот оказался в нужное время в нужном месте, да и встреча с Люцифером выглядела не случайной. Предложенный след смахивал на отвлекающий маневр, в то время как брат и впрямь что-то знал. Чем идти у него на поводу, Михаил предпочел действовать самостоятельно. Вернувшись в столичный город, он взялся за историю с полковником под другим углом.</p>
   <p>        Любое военное ведомство предполагало высокую организованность и дисциплину. Это казалось естественным для структуры такого назначения и уровня, где именно точность и отлаженность взаимодействия нередко становилась решающим фактором для достижения успеха. К сожалению, на практике нередко встречался бардак, порой выходивший за все адекватные границы. Приказы не доходили до адресата или годами не исполнялись. Призванные фиксировать все до мелочей, бюрократические процедуры сплошь и рядом превращались в бездонное болото, где увязала любая, даже самая актуальная информация. Оперативность сменялась бездействием. Вместо быстрого получения результата реальность предлагала томительный лабиринт с заведомо непредсказуемым выходом.</p>
   <p>        Столкнувшись с таким безобразием, Михаил несколько оторопел, ибо в своем небесном воинстве он ничего подобного бы не допустил. Уверенно предполагая, что одержимого полковника кто-то подослал, он рассчитывал узнать, кто именно. Все действия военных строго фиксировались и упорядочивались, обещая легкое восстановление событий без особых проволочек. По факту выходило иначе. Отслеживая контакты полковника, Михаил едва не потерялся в наборе бесполезных бумаг и незначительных событий. Как человек, он непременно увяз бы в их трясине, так ничего в итоге и не добившись. Выручали архангельские возможности, не говоря уже о дозорных ангелах. Собирая сведения для военачальника, они были его глазами и ушами. Очень, надо сказать, своевременно, иначе чрезвычайное происшествие прозевал бы даже Михаил.</p>
   <p>        Наступавшая повсеместно, цифровая эпоха интенсивно вытесняла традиционный документооборот. Глиняные таблички и папирусы заменили свитки из кожи. Спустя время, их обошла бумага. Ее перо и чернила держались до тех пор, пока не уступили печатным машинкам, а те, в свою очередь, более технологичным устройствам. Теперь устаревали и они. Люди все чаще обходились без бумажных носителей. Движение документов фиксировалось в электронных файлах и базах данных, как локальных, так и сетевых. Последние представляли собой как отдельные устройства, так и целые комплексы, занимавшие огромные площади. У военного ведомства подобных хватало, а их местонахождение зависело от уровня секретности. К особо важным имели доступ только немногие сотрудники, неоднократно прошедшие проверку и остававшиеся под присмотром. Вероятно, ни с кем из них договориться не удалось, иначе никто бы не затевал открытое вторжение.</p>
   <p>        Озабоченный поиском следов, Михаил не мог проигнорировать сигнал тревоги, переданный одним из ангелов. Ведь пришел тот из хранилища данных, куда поступала, где обрабатывалась и хранилась служебная информация. Потенциально, небезынтересная ему информация, учитывая документы, касавшиеся одержимого полковника. Подозревая неладное, Михаил наведался в хранилище лично. Простой пожар не очень вписывался в момент, когда он затеял проверку записей военного ведомства. Как оказалось, таковым тот действительно не был. Появившись на секретном объекте, Михаил немедленно очутился в гуще событий.</p>
   <p>        В подземном комплексе творилось нечто очевидно скверное. Разносясь из репродукторов, пронзительно каркал сигнал тревоги. Многие двери были заблокированы системой безопасности. Этаж с хранилищем оказался полностью изолированным от внешнего мира. Видимость снизилась едва ли не до нуля, за счет активно работавшей системы пожаротушения. Наполняя коридоры и помещения, клубы белесого газа создавали густую завесу, в которой тускло светились блики оранжевых огней и аварийного освещения. Вентиляция не работала. Львиная доля оборудования была обесточена, несмотря на наличие источника резервного питания. То ли неисправный, то ли отключенный, он явно не функционировал. В строю оставалась только та аппаратура, что имела собственные батареи. К ним относился и дата-центр, не утративший работоспособность. Работоспособность, которая оперативно и целенаправленно уничтожалась.</p>
   <p>        Пожар разгорался выборочно, распространяясь там, где в белесых клубах сновали какие-то люди. На охрану или персонал они совсем не походили, ибо те пребывали в плачевном состоянии. Они лежали там, где их застало бедствие, или задыхались в густой, лишенной кислорода завесе. Заблокированные двери загнали их в ловушку. Разделенные и растерянные, они пытались найти убежище, которого не было, или бесплодно пробивались наружу. Двери не поддавались, как и стекла перегородок, выполненные по ударопрочной технологии. Помощь извне также не приходила. Там царила тревожная суета. С оружием наперевес, военные окружали зону, над которой внезапно утратили контроль. Одни техники старались выяснить, что происходит, пока другие вскрывали заблокированный периметр. Это требовало времени, которого у людей внутри просто не было. До защитных масок добрались не все. Теряя сознание, они валились на пол и непременно бы погибли, не приди им на помощь Михаил.</p>
   <p>        Воплощая дыхательные маски, архангел тут же надевал их пострадавшим на лицо. Быть увиденным он не опасался. В таком бедламе, при отсутствии нормальной видимости его едва ли вспомнят, и уж тем более не опознают. До этого просто не дойдет, а если он не поспешит, то и опознавать окажется некому. Худшие подозрения Михаила нарастали. Запертым в зоне бедствия, многим людям помощь уже не требовалась. Некоторые задохнулись, но большинство погибло по другой причине.</p>
   <p>        Склоняясь над телами, Михаил находил следы насилия. Очень тревожные следы, ибо сотрудники комплекса скончались не от отравления газом, ударов или пуль. Остановка сердца представлялась естественной причиной смерти, но только не тогда, когда приобретала массовый характер. Михаилу было известно, кто умел умерщвлять подобным образом. Закончив спасение выживших, он переключился на нападавших, чья природа носила весьма примечательный характер. Это становилось очевидно, ибо отсутствие кислорода, жар и огонь им были нипочем.</p>
   <p>        Одержимые не только не нуждались в пище или отдыхе. Им не требовалось и дышать. Они имитировали вдохи, как и вообще всю типичную жизнедеятельность, чтобы ничем не выделяться среди людей. То же самое относилось и к температуре. Ожоги или обморожения возникали лишь тогда, когда их допускал демон — как правило, во избежание разоблачения. Сами по себе огонь или холод ему не грозили. Оберегая оболочку, он не позволял сгорать ей в пламени или коченеть от мороза. Без всякого вреда он переносил любую агрессивную среду, начиная от кислот и заканчивая ядами. Адская сущность была уязвима лишь к небесному свету и его проявлениям. Находясь в человеческом теле, в остальном она ничего не боялась, сохраняя смертную органику за счет своей нечестивой силы. В данных обстоятельствах это оказывалось очень даже на руку. Пока обычные люди умирали, одержимые демонами уверенно достигали своей цели.</p>
   <p>        Нападавших оказалось не так уж и много — всего только шестеро, словно с намеком на число Зверя. Небольшую численность они компенсировали великолепной слаженностью. Помог им кто-то извне или нет — сейчас значения не имело. Очутившись на этаже хранилища данных, они оказались заблокированы, как и все, но именно их это ничуть не остановило.</p>
   <p>        С надсадным грохотом, двери вылетали словно сорванные взрывом. Раздвижные створки открывались со скрежетом раздираемого металла. С пронзительным звоном разбивались ударопрочные стеклянные перегородки. Шелестевшие книги, сдвигавшаяся мебель и летающие предметы в духе полтергейста — этим годилось пугать детей. Возможности демонов простирались гораздо дальше. Они срывали тяжелый металл, раскурочивали замки и сплющивали сейфы. Одним лишь взглядом они обрывали провода, сокрушали технику и воспламеняли комнаты. Горевший под ногами, пол их ничуть не волновал. Ступая по битому стеклу, оплавлявшемуся от жара, они расшвыривали мебель и прокладывали себе путь с упорством тарана пополам с бульдозером.</p>
   <p>        Убивая людей, система пожаротушения скрывала бесчинство демонов, приобретавшее внушительный размах. Добравшись до хранилища данных, они снесли последние заслоны. Еще живой, запертый внутри персонал они тут же перебили. Стрелять им не приходилось, как и вообще использовать какое-либо оружие. Сжимая сердца, зло выдавливало жизнь, вызывая мгновенный и неотвратимый приступ. Даже охрана с винтовками ничего не успевала предпринять. Спасения не было. Хватаясь за грудь, люди падали с вылезавшими из орбит глазами. Приоткрытые рты уже не ловили воздух, а скрюченные пальцы не царапали пол. Помочь им теперь не смогли бы и лучшие медики, снаряженные самым передовым оборудованием. Смерть наступала по сверхъестественной причине, и обычными методами предотвращению не подлежала. Для демонов, однако, она не превращалась в самоцель. Проникнув в хранилище данных, они уничтожали именно его, а людей истребляли как сопутствующую помеху и свидетелей.</p>
   <p>        Даже хорошо защищенный, дата-центр не предполагал вторжения адских сущностей. Им было наплевать на все средства защиты вместе взятые. У них загоралось то, что и гореть-то было не должно. Добравшись до искомого оборудования, они поджигали его быстро и повсеместно, вызывая из ниоткуда мощный напор ревущего пламени. Пламени, которое не могло полыхать без кислорода, и все же полыхало, прогрызая сталь и уничтожая все до нераспознаваемого пепла. Объятое мощным пожаром, хранилище данных превращалось в пылающие руины. Пожираемые без остатка, носители информации, огромные базы данных и многочисленные записи навсегда исчезали в пляске демонического огня.</p>
   <p>        Появление Михаила немедленно изменило всю картину. Взвивавшийся на несколько футов, огонь тут же сник до самого пола, затрепетал угасающими островками, а затем исчез. Температура в хранилище нормализовалась. Раскаленный до вишневого цвета, металл немедленно остыл, стекла перестали плавиться, а бетон уже не источал нестерпимый жар. Густая газовая взвесь развеялась вместе с дымом, позволяя обозреть все хранилище. Михаил, впрочем, видел его и так. Ущерб получился колоссальным. Уцелевшие конструкции не представляли ценности. Все данные были уничтожены, их носители восстановлению не подлежали. Во всяком случае, человеческими усилиями, а с архангельскими следовало повременить. Заинтересованный в хранилище, в данный момент Михаил еще больше интересовался одержимыми. Вынув огненный меч, он принялся наводить порядок.</p>
   <p>        Не иначе, демоны уже сообразили, кто спасал людей. Появление архангела не стало для них неожиданностью. Не дожидаясь кары, они покидали человеческие тела и поспешно удирали в преисподнюю. Вскидывая меч, Михаил пресек их бегство в самой основе, лишая возможности пространственного перехода. Бурля черно-красным дымом, демоны метались по хранилищу, теперь уже для них превратившемуся в ловушку. За убийства людей Михаил не собирался их щадить. Силовое вторжение сопровождалось многочисленными жертвами, за которые допускалась соответствующая расплата. Обычно Михаил не вмешивался, ибо сам бог позволял исчадиям ада творить зло среди людей, однако теперь они явно перешли границы. Как говорится, что посеешь, то и пожнешь. Огненный меч покинул ножны не только для того, чтобы остановить попытку к бегству. Метнувшись к ближайшему демону, архангел Михаил рассек его бесплотную сущность.</p>
   <p>        Удар был молниеносным и неотразимым. Черно-красные клубы распались надвое, вместо крови полыхнув огнем. Брызнула тьма, выливаясь из нематериальной раны. Теряя структурную устойчивость, демон словно изливался наружу через брешь, проделанную огненным мечом. Он уже ничего не мог изменить. Его участь была предрешена. Оставшиеся мгновения он растекался, фонтанировал пламенем и чернотой. Когда поток иссяк, от демона не осталось даже пепла. Излившись досуха, он обратился в пустоту, куда развеялась его злобная сущность. Михаил же, тем временем, переместился снова, и новый удар отправил в небытие второго демона.</p>
   <p>        Силы оказались заведомо неравны, как если бы муравей воевал с горой. Могущество военачальника небес было неоспоримо даже без огненного меча. С ним же он мог сокрушить кого угодно. Он бы и сокрушил, не примени демоны тактическую хитрость. Похоже, они действительно ожидали подобного развития событий, отчего приготовили запасной вариант. Сам по себе, он никак их не защищал, однако этого и не требовалось. Он сводился к тому, защитит ли архангел людей. Те уже не были одержимы, однако их легкие полнились газом, а в крови творилось черти что. Адская сущность больше не поддерживала их физиологию, не оберегала от любого потенциального ущерба. Продукты горения, углекислый газ и различные токсины наполняли тела сверх всякого допустимого предела. Пока демоны находились внутри, это не имело никакого значения, однако стоило им выйти — и природа тут же потребовала свое.</p>
   <p>        Уцелевшие люди мучились в корчах. Оставленные демонами, с пеной у рта они содрогались на полу, умирая в считанные секунды. Ни дыхательные маски, ни какие-либо иные средства уже не помогали, поскольку их кровь до отказа насыщали токсичные вещества. Одни отравляли организм до критической степени, другие блокировали перенос кислорода наподобие цианистых соединений. Впрочем, одной лишь концентрации углекислого газа для удушья вполне хватало. Демоническая защита исчезла, и теперь эти люди были обречены, если их вдруг не спасет настоящее чудо. Сообразив, что произошло, Михаил не смог остаться безучастным. Это чудо он явил, раскрывая крылья и проливая свой благодатный свет.</p>
   <p>        Исцеление осложняла критичность ситуации. Жизнь умиравших висела на волоске. Переключаясь на спасение людей, Михаил отогнал подступавшую смерть, но тем самым ослабил боевую хватку. Подсунув ему моральный выбор, демоны немедленно этим воспользовались. Пространственные оковы ослабли, и они ускользнули в преисподнюю. Двое из них. Еще двое не успели. Озарившись белоснежным сиянием, Михаил засветился как Люмениферус, спалившая демона в больнице. Черно-красные клубы смело в мгновение ока, не оставив от них ни малейшего завитка. Людям эта вспышка не навредила, но лишила и помощи. Двойственность света Михаила работала безупречно, однако не тогда, когда приходилось целенаправленно выбирать. Мощность уничтожения перетягивала на себя силу исцеления и наоборот.</p>
   <p>        Целительный процесс прервался, что едва не стало фатальным. Немедленно вернувшись, смерть схватила одного из умирающих за горло, впиваясь цепкой хваткой и в остальных. Крутанув огненным мечом, Михаил рубанул ее хладные костлявые руки. Разумеется, фигурально, ибо она не имела реального обличья. Архангел вмешивался в основы биологии, локально меняя законы мироздания. Подарив людям время, как бы застывшее между жизнью и смертью, он снова испустил лучистый свет, но менее слепящий и более мягкий. Затем, перемещаясь, стал возлагать свою длань на умирающих.</p>
   <p>        Исцеляющее могущество Михаила было колоссальным. Прямой контакт усиливал его до предела, выше которого оставалось только воскрешение. Он сумел спасти всех, кто еще не испустил последний вздох. К уже умершим, увы, это не относилось, а их вокруг хватало. Пробиваясь к хранилищу, одержимые не щадили никого — ни вооруженную охрану из числа военных, ни безобидных гражданских специалистов. Развитие событий повернулось так, что расспросить их о причинах такого вторжения не удалось.</p>
   <p>        Сражая демонов мечом, Михаил рассчитывал на эффект устрашения. Последний из них почти наверняка должен был заговорить, отчего архангел и не прибегал к масштабному испепелению светом. Хитрость с умерщвлением людей лишила его шанса на допрос. За чем бы демоны ни явились, они унесли свою тайну в вечное ничто. Впрочем, причина нападения на дата-центр загадки не представляла. Они заметали следы, очевидно не желая, чтобы какие-то тамошние данные попали к Михаилу. Вот кто их послал — осталось неизвестным, ибо одержимые вряд ли сами собрались в хорошо организованную тактическую группу. Проникновение на такой объект требовало подготовки и специфических знаний, которые наверняка отсутствовали в открытом доступе.</p>
   <p>        Хотя и наглухо заблокированный, подземный этаж не оставался таковым бесконечно. Вскрытие запертых дверей не затянулось. Вернув контроль над системами, военные проникли внутрь, где уже не бушевал пожар и не клубился газ. Их глазам представился лишь разгром, выжившие и трупы. Трупы попадались повсеместно, где их застало удушье или сердечный приступ. Выжившие встречались разрозненно, хватаясь за маски и тяжело дыша. Они уже и не чаяли уцелеть, когда спасательная команда наконец-то подоспела, выводя их наружу и передавая медикам.</p>
   <p>        Разгром носил масштабный характер, начиная от входа и до самого хранилища данных. Как ни странно, именно оно и уцелело. Вся аппаратура, шкафы, стойки и кабели находились на своих местах, ничуть не пострадав от пламени и жара. Носители информации также оказались не повреждены. Это было необъяснимо, смахивая на чудо, ибо люди не знали, что произошло. Перед тем, как уйти, Михаил все восстановил почти без изъянов. Его архангельское могущество вполне такое позволяло, хотя и с определенными оговорками. В исходный вид он вернул физические объекты. Что же касалось энергетических, то есть существовавших только до тех пор, пока подавалось электричество — они были утрачены безвозвратно.</p>
   <p>        Несмотря на охрану важного объекта, виновников вопиющего происшествия не установили. Шестеро одержимых имели надлежащий допуск, оформленный по всем правилам. Снаружи дата-центра они вели себя безукоризненно, а об их бесчинствах внутри никто не узнал. Записи с камер видеонаблюдения не сохранились, ибо их вывели из строя сразу. Остальное скрыла система пожаротушения, усиленная сверхъестественным воздействием. Выжившая охрана и сотрудники толком ничего не сумели разглядеть и впоследствии рассказать. Бывшие одержимые и тем более — те четверо из них, что уцелели благодаря Михаилу. Придя в себя, они мало что понимали, и еще меньше помнили, поскольку находились под контролем демонов. Само собой, они предпочли об этом умолчать. Их поведение, очевидную потерянность и прострацию списали на шок. Съехавшись в великом множестве, военные следователи и разведка рыли землю, но ничего вменяемого, способного пролить на ситуацию свет не находили.</p>
   <p>        Пока люди терялись в догадках, строили фантастические предположения и разводили руками, Михаил не искал черную кошку в темной комнате. Атаковав хранилище целой группой одержимых, демоны наверняка хотели избавиться от чего-то очень важного. Такой прецедент был слишком примечательным, чтобы Михаил оставил его без внимания. Приостановив свои столичные поиски, он сосредоточился на дата-центре, чьи данные ему во многом удалось восстановить. Людям понадобилась бы уйма времени — возможно, месяцы или даже годы, чтобы найти там иголку в стоге сена. Архангел делал это куда быстрее. Вернувшись на небеса, Михаил занялся обычными делами, но при этом старательно анализировал добытую информацию. Без дела не сидел и Люцифер. Поручив сестре присмотр за агентами, он вернулся к своей насущной задаче, то есть разоблачению культистов и розыску мятежных демонов.</p>
   <p>        Убитые в пентхаусе, пленники ожидаемо в ад не угодили. Точнее, туда не угодил колдун, хотя ему полагалось отправиться именно в преисподнюю. Само собой, в раю он тоже не очутился — Михаила можно было даже не спрашивать. Не обнаружив души, Люцифер опять столкнулся с той же загадкой. Наличие колдуна он проверил сразу, едва распрощался с Михаилом в пострадавшем здании. Вот стрелка он отыскал — того, которому помешал устранить культиста. Заперев его понадежнее, Люцифер наведался к погибшим служителям, затем воскресил их с помощью Люмениферус и побывал у агента. Вернувшись в ад, он констатировал, что стрелок никуда не исчез, что было и хорошо, и плохо одновременно.</p>
   <p>        Наличие пленника, несомненно, радовало. С другой стороны, оно же могло означать, что стрелок не представлял опасности для мятежников. Существовал и еще один вариант — они небеспочвенно боялись угодить в ловушку. За Люцифером, несомненно, следили, но теперь определенную слежку вел и сам Люцифер. Признавать свои ошибки он не любил, зато учился на них не спустя рукава. Получив надлежащие инструкции, стрелка караулили души его служителей. Появившись в их узилище, любой бес или демон тут же попался бы им на глаза и был опознан властью владыки ада. Служителям не грозило ничего, зато незваному гостю Люцифер задал бы ряд очень неприятных вопросов. К сожалению, в ловушку никто не сунулся. Либо мятежники держали ухо востро, либо стрелок и впрямь не имел для них достаточной ценности. Последнее Люцифер проверил лично. Прибыв в узилище, он отпустил служителей прогуляться, а сам остался с пленником наедине.</p>
   <p>        Несмотря на комфортные, присущие адскому Эдему условия содержания, стрелок чувствовал себя отвратительно. Выполняя указания своего лорда, служители подробно разъяснили, куда он попал и чье внимание привлек. Пребывавшим в раю, душам было безразлично отношение дьявола, однако грешников это явно не касалось. Для них не существовало ничего страшнее, когда владыка ада лично уделял им особое и отнюдь не благожелательное внимание.</p>
   <p>— Пришла пора расплаты, — сообщил Люцифер, представ перед пленником в своем огненном обличье.</p>
   <p>        Отрицать и запираться стрелку не имело смысла. Тот единственный, кто мог проявить снисхождение, стоял прямо перед ним, сверля пылающими дьявольским огнем глазами. В гостиной, где потрескивал камин и пахло теплой древесиной, он превращал атмосферу уюта в надвигавшийся кошмар. Видения этого кошмара уже теснились в сознании души, любезно транслируемые Люцифером. Там хватало всего, что сумело бы разговорить и самого упрямого молчуна.</p>
   <p>        Стрелок нагрешил достаточно, чтобы познать все прелести адского гостеприимства. За ним тянулась длинная череда смертей, целая дорожка из невинно пролитой крови. Его заслуг вполне хватало и без служения демонам, что он успел осознать и прийти в глубокий ужас. Даже самая черная, самая пропащая душа страшилась и тряслась в ожидании грядущих мук. Безразличных и невосприимчивых в аду просто не встречалось. Вся напускная прижизненная храбрость порождалась либо чистейшей глупостью, либо таким же бахвальством.</p>
   <p>— Я сделаю все, что прикажете! Только пощадите! — падая на колени, взмолился стрелок.</p>
   <p>— Ты в аду. Тут щадить не принято, ибо для раскаяния поздновато, — громыхнул Люцифер. — Однако я властен облегчить твою участь, если сочту тебя полезным, — добавил он менее грозным голосом.</p>
   <p>        Чтение души много времени не занимало. Поднаторевший в ремесле, владыка ада досконально просматривал ее в какие-то секунды, а иногда и мгновения. Со стрелком он долго не возился. Он прочел его сразу, как прибыл в отель, очутился в этой им же обставленной гостиной. Беседа с душой превращалась в формальность, единственный смысл которой прямо и озвучил Люцифер. Он оценивал, насколько этот дурной человек может ему пригодиться.</p>
   <p>— Я все расскажу! — истово заверил стрелок, желая упасть ему в ноги и при этом страшась дьявольского облика.</p>
   <p>— Мне это ни к чему. Я вижу тебя насквозь, — ничуть не приукрасил Люцифер. — Я знаю все, что знает твоя душа. Вопрос заключается в одном — что мне с этим делать?</p>
   <p>— Все, что захотите, — пролепетал стрелок, так и не осмелившись прикоснуться к его сандалиям.</p>
   <p>— Тогда, возможно, у меня найдется для тебя работа, — пламенно полыхнув глазами, пророкотал Люцифер.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Идея с воскрешением грешника Люмениферус не понравилась. Служители Люцифера угодили в ад за то, что добровольно пошли за опальным архангелом. Небеса, таким образом, становились для них закрыты, даже если в своей жизни они и мухи не обидели. Стрелок был человеком объективно другого рода. Люцифер не скрывал, кого он просил вернуть, и сестра не проявила ни малейшего энтузиазма.</p>
   <p>— Злодеям место в аду. Тебе ли этого не знать, — веско напомнила она.</p>
   <p>Как и прежде, в их совместных мечтах о новом мире это правило не изменилось.</p>
   <p>— Безусловно, — кивнул Люцифер. — Однако он послужит выявлению тех, кого мы покараем. Мне известны все его контакты. Я отправлю его повидаться и передать от меня послание. Полагаю, это произведет определенный эффект.</p>
   <p>— А потом? — уточнила Люмениферус.</p>
   <p>— Потом он вернется в ад, если за время пребывания на земле не умудрится стать раскаявшимся праведником. Тогда с отца станется забрать его к себе — он и не таких кровавых душегубов принимал, — ответил Люцифер.</p>
   <p>        Возясь с агентами, Люмениферус с недовольством отнеслась к очередной затее брата. Канцелярская сошка и стажерка находились в номере мотеля, где она велела им оставаться. Как обычно, ее очарование сработало безукоризненно, и теперь Люмениферус дожидалась момента, когда оно развеется. Или нет, что приведет ее в ошеломление, но подтвердит предположение Люцифера. Чтобы проверить это лично, Люмениферус дежурила по соседству, занимая смежный номер. Это позволяло ей приглядывать за испытуемыми и одновременно не оказывать на них своего воздействия.</p>
   <p>— Я тут как бы занята. Причем проверкой твоего же сомнительного утверждения, — проворчала она, тем самым выражая согласие.</p>
   <p>— Я быстро, — пообещал Люцифер, и тут же ушел в пространство.</p>
   <p>Вернулся он действительно оперативно, с необходимыми данными генетического материала.</p>
   <p>— Черт с тобой, приступим, — махнула рукой Люмениферус, поморщившись из-за навязчивого слова.</p>
   <p>        Вернув стрелка к жизни, Люцифер не стал знакомить его с сестрой. Многовато чести. Та и сама не хотела растрачиваться на матерого убийцу, а дело не терпело отлагательств. Инструкции он выдавал на ходу, усаживая воскрешенного грешника в легковую, специально для него организованную машину.</p>
   <p>— Надеюсь, ты понимаешь, что не стоит и пытаться меня обмануть, — холодно подытожил Люцифер. — Подведешь хоть в чем-то — пеняй на себя. Вернувшись в ад, ты познаешь такое, что человеческим языком не передается.</p>
   <p>— Клянусь, я не подведу! — пересохшим языком выдавил стрелок.</p>
   <p>Еще не успев оправиться от преисподней, теперь он приходил в себя после внезапного возвращения на землю. Его трясло, нервы ходили ходуном. Встреча с самим дьяволом произвела неописуемое впечатление. Некогда холодный и равнодушный, ни во что не веривший стрелок теперь изрядно переменился. Его психология переживала шок, походивший на ментальный, воспламеняющий сознание самум. Тело реагировало соответствующе, выбрасывая в кровь химические, доводившие до леденящей дрожи вещества.</p>
   <p>        Оценив состояние стрелка, Люцифер несколько поубавил давление. Он хотел внушить ему страх, мысли о беспрекословном повиновении, а не довести до нервного срыва и сумасшедшего дома. Как минимум, автомобильной аварии у ближайшего фонарного столба. Эдак он ему все дело испортит. Протянув засветившуюся ладонь, Люцифер положил ее на голову грешника и притушил разгоревшиеся там страсти. Ему было неприятно применять свои способности на плохого человека, однако того требовали обстоятельства.</p>
   <p>— Будешь докладывать мне обо всем, — сурово напомнил Люцифер, когда стрелку стало намного лучше.</p>
   <p>Перестав дрожать, тот смотрел на мир и владыку ада прояснившимися глазами, а все вокруг уже не ходило ходуном.</p>
   <p>— Как мне это делать? — озабоченно и вполне резонно спросил он.</p>
   <p>— Представь меня в уме и позови. Потом мысленно говори — я услышу, даже если не отвечу, — неторопливо разъяснил Люцифер. — Теперь езжай. В машине ты найдешь оружие, деньги, и все, что необходимо. Исполнишь мою волю в точности — тогда я проявлю к тебе снисхождение.</p>
   <p>— Клянусь! — заводя мотор, заверил стрелок.</p>
   <p>Люцифер не ответил. Он просто исчез, переместившись обратно к сестре.</p>
   <p>        Канцелярская сошка чувствовал себя отлично. Мурлыкая песенку, он сидел в потертом кресле и смотрел по телевизору новости, ничуть не переживая по поводу недоступного смартфона. Стажерка маялась. В ее жизни телеэкран был архаизмом, в то время как смартфон стал едва ли не частью тела, причем биологически востребованной. Телефоны отняла Люмениферус, чтобы испытуемые не подняли тревогу и вообще никого ни о чем не извещали, а других развлечений в номере отеля не было.</p>
   <p>        Коротая время, стажерка утешалась напитками и едой. Стоявший снаружи, автомат с газировкой был полностью к ее услугам, еще не разучившись проглатывать наличные. Еды же заведомо привезли вдоволь. Люмениферус не желала, чтобы люди голодали, поэтому снабдила их провизией на сутки вперед.</p>
   <p>— Тоска-а-а, — протянула стажерка, не без труда дожевывая очередной кусок пиццы.</p>
   <p>— Госпожа велела ждать — значит, ждем, — переключая канал, флегматично отозвался сошка.</p>
   <p>— Знать бы еще, сколько, — пробубнила с набитым ртом стажерка. — Я тут рехнусь от скуки.</p>
   <p>Глоток газировки облегчил ей задачу. Дожевав, она перевела дыхание и сонно посмотрела на часы. Посмотрела на них и Люмениферус — свои внутренние, не нуждаясь в человеческих. Все известные сроки уже вышли, а люди в соседнем номере не торопились ослушаться ее приказа.</p>
   <p>— Немыслимо, — пробормотала Люмениферус.</p>
   <p>— А я что говорил, — снова появляясь, ввернул Люцифер.</p>
   <p>        Владыка ада регулярно куда-то исчезал. Ссылаясь на дела, он уходил через пространство, а затем возвращался к сестре, проверяя, как себя ведут испытуемые. Он перемещался настолько часто, что это начинало ее раздражать. Люмениферус не хотела торчать в мотеле как пришпиленная, однако чистота эксперимента требовала непрерывного наблюдения. Оставаясь поблизости, она ощущала эмоциональный фон людей даже в отсутствие прямой видимости. Своей оживленной беготней брат действовал ей на условные нервы.</p>
   <p>— Чем ты таким важным занят? — ревниво осведомилась она, окинув взором взволнованного Люцифера.</p>
   <p>Его эмоции читались не хуже человеческих, а может даже и лучше, учитывая их родственную связь и давнее знакомство.</p>
   <p>— Адские заботы, — отмахнулся Люцифер, по большому счету не соврав.</p>
   <p>Он лишь не уточнил, что с некоторых пор туда входили пропавшие души и мятежные демоны. Разволноваться же ему и впрямь было отчего.</p>
   <p>        Рассказывая о своих открытиях, Люмениферус упомянула любопытную деталь, не ускользнувшую от внимания Люцифера. Она не придала ей значения, однако властелин преисподней насторожился, хотя и виду не подал. Согласно описанию, съехавший жилец внушал соседям страх. Иррациональный страх, который люди ощущали подсознательно. Конечно, само по себе это еще ничего не означало. Социум большой — такое бывало и в нормальной жизни, когда одна индивидуальность вызывала неосознанное неприятие у другой. Внешность, привычки, какие-то поступки и даже запахи провоцировали рефлекторные ощущения на уровне животной природы. Иной, добрейший на свете человек пугал своим косматым видом, либо эксцентричной привычкой бродить под дождем в плаще и резиновых сапогах. Обычные люди нередко боялись друг друга по сущим пустякам, одновременно чувствуя расположение к приветливым маньякам. Неприятия себе подобных у них хватало, и к одержимости это никакого отношения не имело.</p>
   <p>        Начитавшегося душ, Люцифера давно не удивляли отношения в социуме, однако конкретно этот случай он не пропустил. На фоне одержимых, его неоднозначность наводила на определенные размышления. Возможно, съехавший жилец был обыкновенным человеком, чьи личные особенности не находили приятия у окружающих. Условно обычным, поскольку за простыми гражданами спецслужбы не следят. Иной бы так и подумал, как сделала Люмениферус, однако у Люцифера имелось и альтернативное объяснение. Он знал, кто мог вызывать такой эффект. Недолго думая, он решил проверить эту версию, которой и посвятил беготню через мотель.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Обычные демоны обладали обычными же способностями. Порождения вечной тьмы, обитатели неугасимого огня, они жили вне света, ненавидя все, что исходило от небес. Их натура, возможности и особенности были хорошо известны, однако в преисподней встречались и другие сущности. Принципиально другие, изначально не имевшие с ними ничего общего. Утренняя звезда был изгнан богом не один. Вместе с ним низвергли и всех ангелов, которые поддержали его восстание. Пав на землю, они сохранили лояльность побежденному архангелу и продолжали следовать за ним. Воцарившись в аду, Люцифер остался их предводителем, самым могущественным и неоспоримым. Ненависть к людям, обида на небеса и неприятие устройства мира объединяли и направляли их на протяжении тысячелетий. Они творили зло, искушали и нашептывали, желая погибели человечества, мечтали ввергнуть землю в хаос и установить на ней правление адского огня.</p>
   <p>        В те времена Люцифер изрядно преуспел. Отыгрываясь на людях, он вымещал на них свою горечь, гнев и разрушенные мечты о величии в царствии небесном. Изгнанный и отверженный, он доказывал отцу всю его неправоту, всю несостоятельность любимого детища, столь охотно грешившего, творившего злодейства и сущее беспутство. Перемена отношения произошла позднее, когда Люцифер сравнил свои деяния и божественные. Он желал людям зла целенаправленно, прилагая к тому максимум усилий. Страдали же они, по большей части, отнюдь не благодаря владыке ада. Любимое детище Создателя претерпевало от его законов и справедливости гораздо больше, нежели выпало на долю опальной Утренней звезды.</p>
   <p>        Люцифер изменял свои взгляды не в одночасье, и уж тем более не просто так. Немалую роль сыграло сближение с Люмениферус. Проживая среди людей, она прониклась их заботами, чаяниями и бытом. По своей природе, их надежды и страдания она ощущала и понимала лучше кого бы то ни было. Возможно, даже лучше отца, который создал уникального архангела и сам невзлюбил свое творение. Обо всех впечатлениях, увиденном и сделанном она рассказывала брату, встречаясь с ним все чаще и даже наведываясь в ад. Изначально теплые, их отношения росли и крепли, взаимно обогащаясь на почве взглядов о делах и решениях отца.</p>
   <p>        Поначалу Люцифер и слышать ничего не желал. От сестры он не отмахивался, тем более что относился к ней с искренней симпатией, но находил другие темы для разговора. Затем сыграл свою роль его острый и хитрый ум, оперировавший изощренной и расчетливой логикой. Речи Люмениферус начали вписываться в картину мироздания, которую он увидел под другим углом. Земля, с ее несовершенством, людьми, страданиями и несправедливостью по-прежнему вызывала у него отторжение, но создал-то все это отнюдь не Люцифер. Виновным же во всем внезапно оказался именно он. И прекрати он преследовать человечество — тому все равно доставалось бы горя и боли через край. Однажды он и прекратил, воочию убедившись, что это ничего особо не меняет. Загвоздка заключалась в том, что его преображенных взглядов в аду никто не разделял.</p>
   <p>        Правление Утренней звезды было твердым и неизменным. Созданный первым из архангелов, он оставался самым сильным после бога, уступая только Михаилу за счет его огненного меча. Могущество владыки ада держало в узде всех тамошних обитателей, начиная от несчетных бесов и заканчивая архидемонами. На власть его никто не посягал, ибо Люцифер мог уничтожить любого, при этом сам оставаясь неуязвимым. Светоносный от рождения, он испепелил бы легионы тьмы, которыми сам же и управлял. До этого, разумеется, не доходило. Никто не осмеливался перечить его воле и ослушаться приказов, хотя они и вызывали все большее недовольство.</p>
   <p>        Нововведения демонам очень не понравились. Поначалу их списали на прихоть Люцифера, отличавшегося гордым и заносчивым характером. Тот еще Нарцисс, он никого не слушал и всегда ориентировался только на свое мнение, основанное на объективном превосходстве и могуществе. Исключение, пожалуй, составляла лишь Люмениферус, однако демонам от этого легче не становилось. До поры они, впрочем, не беспокоились, ибо полагали, что блажь их владыки пройдет. Наигравшись с человечеством, как кошка с мышью, он вернется на прежний путь и примется за дело с еще большим энтузиазмом. Время, однако, шло, а новые затеи Люцифера вовсю набирали обороты.</p>
   <p>        Для грешников ничего не изменилось. Точнее, не изменилось в лучшую сторону. Люцифер по-прежнему карал их по заслугам, привлекая для этого бесов и демонов. Он даже усилил наказание, придумав много новых истязаний и устраивая выбранным злодеям настоящий ад в аду. Это демоны могли только приветствовать. Проблема заключалась в том, что многие души теперь вообще избегали адских мук. Создание аналога Эдема шокировало всех. До райских садов, он, конечно, не дотягивал, за невозможностью таковых в огне и тьме, однако дарил не вечные пытки, а вполне сносное существование. Всемогущий в своем царстве, Люцифер отправлял туда тех, кто по его разумению страданий не заслуживал, и ничего с этим поделать обитатели преисподней не могли.</p>
   <p>        Само собой, демоны были не в восторге, но то оказались еще цветочки. Их повелитель завел себе отвратительное хобби. Наведываясь на землю, он выискивал отъявленных грешников и лично их сжигал, пресекая череду грядущих злодеяний. Ту самую череду, благодаря которой зло распространялось, сеялось и множилось. Это шло вразрез с самой концепцией намерений демонов. Хуже того, Люцифер повадился восстанавливать справедливость, в то время как ее следовало извращать и нарушать. В довершении всего он не губил людей, а исцелял, причем делал это все чаще и с все большей охотой.</p>
   <p>        От спасения детей демонов трясло. Они наслаждались страданиями безвинных юных душ, а Утренняя звезда, не иначе окончательно рехнувшись, защищал их везде, где только поспевал. Пускай он и решил подменить собой бога, пытаясь показательно утереть ему нос — демонов такая вопиющая добродетель все равно не устраивала. Уже не сдерживаясь и ропща, они выражали недовольство, однако владыка ада и слышать ничего не желал. Он решал — остальным надлежало повиноваться. Хочешь не хочешь, демонам только это и оставалось. Гнев Светоносного архангела был ужасен и ввергал их в трепет лишь при мысли о таковом. Держа раздражение при себе, они занимались тем же, чем и прежде, благо что Люцифер этого не запрещал. Правда, и рамки этой деятельности тоже менялись, следуя все тому же новому курсу Утренней звезды.</p>
   <p>        Совращение человечества оставалось прерогативой демонов. Здесь их никто не ущемлял. Исходя из принципа доброй воли, даже преображенный Люцифер этому не препятствовал. Люди были вправе выбирать, чего хотят, и к чему стремится их душа, иначе ломалась вся концепция его собственных убеждений. Другое дело — методы. Вот здесь владыка ада стал закручивать гайки, и чем дальше, тем значительнее.</p>
   <p>        Некогда обширный и ничем не ограниченный, инструментарий демонов постепенно сужался. Люцифер запретил силовое воздействие, велел не трогать детей, и вообще начинал притеснять своих подданных на их излюбленном поприще. Демоны, разумеется, снова возроптали, но реакция Утренней звезды не заставила себя ждать. Слов он не слушал, зато нарушителей жестоко наказывал, показательно сжигая их своим первозданным светом. За неимением иной возможности, демоны смирялись и отыгрывались на душах грешников. В противном случае их ждало светоносное аутодафе. Впрочем, в любом правиле всегда находилось исключение, и его составляли те, кто был низвергнут с небес вместе с Утренней звездой.</p>
   <p>        К падшим ангелам Люцифер и впрямь относился особо. Только их он сурово не карал, и только им он позволял высказывать такое, чего не потерпел бы ни от кого другого. Одним из столпов его убеждений была несправедливость бога. Рассуждая об истинной справедливости для всех, он не мог отказать в ней бывшим соратникам. Они последовали за ним на небесах, за что и поплатились небезызвестным образом. За ним они продолжали следовать и в аду. Порождения тьмы, демоны были таковыми изначально, и Светоносный архангел поступал с ними соответствующе. Падшие ангелы имели другую природу, а их специфическое положение проистекало из деяний самого Люцифера. Элементарная справедливость говорила, что с ними нельзя обращаться как с демонами.</p>
   <p>        Поддавшись на уговоры, пойдя за Утренней звездой, падшие ангелы оставались прежними, не меняя внушенные им идеи, и винить их в этом было неправильно. Потому Люцифер их и терпел. Переубедить их не получалось, а карать за его собственные взгляды, пускай и устаревшие, представлялось неприемлемым. Следуя этой логике, он позволял им гораздо больше, нежели остальным, а если и наказывал, то умеренно, с учетом давней лояльности и незабытых отношений. Становясь предвзятым, многие выходки Люцифер прощал, хотя обычного демона он спалил бы без разговоров. Падшие ангелы были единственными, кого он хоть как-то принимал во внимание, и они составляли верхушку иерархии архидемонов. В отсутствие властелина вся власть в аду держалась исключительно на них. Им же вменялись различные обязанности, ибо Люцифер, при всем его могуществе, был просто не в состоянии заниматься каждым делом лично, равно как и уследить за множеством процессов и мелочей.</p>
   <p>        О разнице в своих подданных Люцифер вспомнил не случайно. Вызванное рассказом сестры, его нынешнее беспокойство проистекало именно из их особенностей и отличий. Одержимость носила разный характер. Демоны, безусловно, внушали людям страх, но делали это открыто, то есть своими поступками, речами и внешностью. С падшими ангелами обстояло иначе. После изгнания с небес их сущность перетерпела изменения. Став двойственной, она сохранила многое от небожителей, однако обрела и демонические свойства.</p>
   <p>        Падшие не превратились в обычных демонов, но больше не были и прежними ангелами. Утренняя звезда остался собой, ибо не просто так именовался Светоносным. Первозданный и первый после бога, его свет был в принципе неугасим и трансформации не подлежал. Не чета ему, ангелы-отступники не обладали подобным иммунитетом и преображались по своим делам. Ступив на стезю зла, они очернились демонической природой, со всеми ее особенностями и последствиями. Как и небожители, падшие ангелы могли принимать человеческий облик, однако именно они, за счет особой ненависти к людям, внушали подсознательный иррациональный страх.</p>
   <p>        Появляясь и исчезая в мотеле, Люцифер сновал туда-сюда не просто так. Не прибегая к общему призыву, проверить наличие всех падших сразу было невозможно. Привлекать такое внимание он не хотел, а иначе сделать все оперативно не получалось. Кроме того, это было бесполезно. В отличие от демонов, падшие ангелы свободно покидали ад и в особых условиях на земле не нуждались. В то время как демоны зависели от одержимости, используя человеческие тела, падшие сами являлись людям. И сами же могли прикидываться людьми, то есть принимали практически любой облик.</p>
   <p>        Гипотетический призыв Люцифера ничего не прояснял. Явившись незамедлительно, падшие ничем не выдали бы своего пребывания на земле. Мгновенно прилетев, они таким же образом вернулись бы и обратно, тем самым обнуляя весь смысл переклички. Чтобы проверить свои подозрения, Люциферу приходилось действовать хитрее. К сожалению, это существенно растягивалось по времени. С его могуществом, Люциферу претило уподобляться улитке, но прежде он и помыслить не мог, что демоны и тем более соратники осмелятся на мятеж. Теперь же, именно исходя из мятежа, он избегал использовать рычаги своей некогда неоспоримой власти. Если в нем принимал участие кто-то из падших, разоблачить их было не так-то просто, как казалось.</p>
   <p>        Наведываясь в ад, Люцифер осуществлял проверку выборочно. Он не рассчитывал на немедленный результат. Он избрал собирательную тактику, и делал это завуалировано. В административном порядке, он проводил опросы, раздавал поручения и приказы. В этот момент он фиксировал, кто из падших и откуда ему отвечал. Непосредственно в аду это происходило напрямую и мгновенно, обходясь без человеческих штучек вроде компьютеров и телефонов. В мире смертных такая связь хромала, становясь менее быстрой и ясной. Технически, помехи были приемлемыми. Контакт между подданными и властелином сохранялся, однако местоположение уже не определялось.</p>
   <p>        Выявляя тех, кто находился не в аду, Люцифер маскировал свой интерес под обычную рутину. Это вполне ему удавалось, позволяя достигать своей цели и не вызывать подозрений. Сама по себе, идея была хороша, однако имела серьезный недостаток. Падших ангелов насчитывалось много. <emphasis>Очень много</emphasis> — целая треть от прежнего — до восстания, — числа небожителей. Не привлекая внимания, опросить всех и сразу в кратчайшие сроки возможным не представлялось. Оттого, собственно, стратегия и называлась собирательной. Сформировав в уме некую матрицу, Люцифер заносил туда все факты, которые ему поименно удалось собрать. Так он выяснял, кто однозначно находился в аду, а кто подлежал дополнительной проверке. Вызвав раздражение Люмениферус, беготня через мотель вскоре начала приносить плоды.</p>
   <p>        Одного из падших ангелов Люцифер нашел в порту, где на рейде стояло множество судов. Через его терминалы проходило огромное количество грузов. Жизнь там кипела днем и ночью, причем на поверку не только человеческая. Откликнувшись на зов, падший сообщил, где его искать, и Люцифер появился незамедлительно.</p>
   <p>— Чем занимаешься? — внешне спокойно осведомился он, жалея, что сейчас с ним нет Люмениферус.</p>
   <p>Крылатый детектор, та моментально уловила бы подлинные чувства бывшего небожителя.</p>
   <p>— Скрываю от таможенников крупную партию наркотиков, — тоже спокойно ответил падший ангел. — Это особая партия. Огромная. Если она дойдет до потребителей, это повлияет на жизнь очень даже многих. А я прослежу, чтобы она стала не последней.</p>
   <p>— Я же велел не действовать напрямую, — поморщился Люцифер. — Люди должны сами выбирать праведность или пороки.</p>
   <p>— Они и выбирают, — повел крылом падший ангел. — Я за них наркотики не произвожу, не вожу и не продаю. Насколько я помню, содействие их дурному умыслу не возбраняется.</p>
   <p>        Оценив ситуацию, Люцифер решил обойтись без нотаций и тем более дисциплинарного взыскания. Занятие падшего ему не понравилось, но он явился не для того, чтобы выразить свое негодование. Его инспекция имела другой умысел, отчего с пресечением наркотиков следовало повременить.</p>
   <p>— Я тебе понадобился? Мог бы просто позвать, — наблюдая за разгрузкой контейнеров, заметил падший ангел.</p>
   <p>— Не было необходимости. Зачем попусту отвлекать от дел, — милостиво ответил Люцифер, как раз и проверявший, в чем состоят означенные дела. — Я тут обдумываю одну идею, и мне понадобятся надежные помощники. Демонам такое не поручишь — не справятся. Природа не позволяет. Я подыскиваю того, кто подойдет наилучшим образом.</p>
   <p>        Придуманная заранее, несложная легенда позволяла обставить свой приватный визит. Она ни к чему не обязывала и при этом позволяла добиться своего.</p>
   <p>— Что за идея? — заинтригованно осведомился падший ангел.</p>
   <p>Соратникам Утренней звезды позволялось задавать такие вопросы, да и вообще вести себя привилегированно. Именно на них легенда и ориентировалась.</p>
   <p>— Пока не скажу, но если получится, мы изрядно подпортим репутацию небесам, — довольно размыто пояснил Люцифер.</p>
   <p>— Это всегда пожалуйста. Можешь на меня рассчитывать, — одобрительно кивнул падший ангел.</p>
   <p>— Учту, — кивнул в ответ Люцифер. — Но если позову, ты прибудешь незамедлительно.</p>
   <p>— Когда было иначе? — усмехнулся падший ангел.</p>
   <p>        Второй низвергнутый небожитель обнаружился при монастыре. Казалось бы, такое место никак не подходило обитателю преисподней, в чьей натуре не осталось добра. Освященная земля, сакральные предметы и богослужения обычно держали на расстоянии любого демона. Особенность, однако, в том и заключалась, что падший ангел к таковым не относился. Типичные приемы священнослужителей на него не действовали. Расположившись в саду, он что-то нашептывал монахам, чьи лица выражали нечто похожее на религиозный экстаз.</p>
   <p>— Ты бы еще в собор наведался, — появляясь рядом, не без иронии отметил Люцифер.</p>
   <p>— Смотря для чего, — отозвался падший ангел. — Конкретно здесь я изрядно преуспел. Теперь эта обитель на полном серьезе воображает, что зрит посланника божьего.</p>
   <p>        Уж кому-кому, а Светоносному архангелу объяснять детали не требовалось. При желании, падшие легко выдавали себя за обычных ангелов. Это позволяло им вносить смущение в умы людей. Терялись даже атеисты, усомнившись в своих научных взглядах. Религиозные фанатики сбивались с толку особенно продуктивно, чем конкретно этот падший ангел и пользовался. Выдавая себя за проводника божьей воли, он изрядно преуспел. Сумев обработать целый монастырь, он уверенно вел его по пути раскола. Подмены монахи не замечали, хотя для сведущего взора разница была очевидна. Падший ангел больше не излучал небесный свет, хотя и сохранил красивую внешность и даже крылья.</p>
   <p>— Еще немного — и эта братия покинет лоно своей церкви, — сообщил бывший небожитель. — Кстати, ты бы только знал, сколько тут отъявленных греховодников!</p>
   <p>— Тоже мне удивил. Я не первый день знаком со святошами, — фыркнул владыка ада.</p>
   <p>        В отличие от предыдущего падшего ангела, этого Люцифер не осуждал. Уперто верившие, кто во что горазд, монахи, священники и иже с ними симпатии у него не вызывали. Не вызывали даже теперь, когда он изменил свое отношение к человечеству. Эта каста оставалась исключением, которому он никогда ни в чем не помогал. Не вредил, оставив это в прошлом, но и не помогал.</p>
   <p>— Кстати, я заметил, что здесь не знают многих основ, — презрительно улыбнувшись, произнес падший ангел. — Похоже, они свои книги вообще не читают, либо игнорируют все, что персонально их не устраивает.</p>
   <p>— Это тоже не новость, — отозвался Люцифер. — Святоши вообще переобуваются налету. Прежде они сжигали за отрицание тверди небесной. Преследовали всех, кто утверждал, что земля круглая и вращается вокруг солнца. Теперь же они открыто начинают допускать существование инопланетян. Следуют, так сказать, в ногу со временем, но религия — не наука. Либо она остается неизменной, либо это пшик. Тут эволюция исключена. По-моему, лучшего доказательства ее несостоятельности трудно отыскать. Святоши же меняют ее даже в основах. Увы, верующие все проглатывают, променяв рациональное мышление на рабскую покорность. В одном веке их настраивают противостоять некой персоне, а в другом ее объявляют святой. Как настоящие овцы, коими их и величают, в обоих случаях верующие повинуются беспрекословно. Молятся тому, кого их прадеды проклинали. И попробуй им укажи на столь вопиющее несоответствие — тут же проявляют невероятно человеколюбивую агрессию.</p>
   <p>— Я даже знаю, о ком ты конкретно говоришь, — усмехнувшись, ввернул падший ангел. — Однако, зачем ты пришел?</p>
   <p>        Колесо изобретать не стоило, тем более из раза в раз. Ничуть не смутившись, Люцифер отделался все той же туманной легендой про некую пику небесам. Как и ожидалось, этот падший ангел ее тоже одобрял. По сути, соратникам нравилась любая затея, которая являла им прежнего Утреннюю звезду, а не его обновленную ипостась.</p>
   <p>— Кстати, разве монахи тебя не боятся? — словно невзначай, перед уходом спросил Люцифер. — Они должны испытывать подсознательный страх.</p>
   <p>— Они списывают это на страх перед великим посланцем божьим. В их глазах я высшее существо, снизошедшее до жалких грешников. Когда люди не понимают, чего именно пугаются, это нетрудно обойти. Все как обычно, — ядовито улыбнулся падший ангел.</p>
   <p>        Само собой, портом и монастырем дело не ограничилось. По мере своих перемещений, Люцифер проведал много бывших небожителей. Не ослабляя бдительность, он вглядывался в любую мелочь, но никто не вызвал у него подозрений. Падшие ангелы вели привычную деятельность, более-менее оставаясь в отведенных границах. Счет пошел на вторую сотню, когда разведку на местности пришлось прервать. Объявившись в отеле, Люцифер обнаружил Люмениферус в очень возбужденном состоянии.</p>
   <p>— Стой! — воскликнула она, импульсивно хватая его за руку.</p>
   <p>— Ты чего? — удивился Люцифер.</p>
   <p>Вместо ответа сестра указала в окно, где на парковке стоял легковой автомобиль.</p>
   <p>        Неприметная и обычная, машина ничего не значила, теряясь в компании других. Значение имели пассажиры, которых Люцифер и впрямь нашел небезынтересными. За рулем был лояльный агент. Рядом с ним устроилась стажерка, а на заднем сиденье виднелся канцелярская сошка.</p>
   <p>— Все сроки вышли, а они по-прежнему мне верны, — взволнованно сообщила Люмениферус. — Я прислала нашего человека, передать им мое разрешение покинуть номер. Они так и сделали, но не сбежали. Он рассказывает им про меня, а они слушают и слушаются по доброй воле. Я глазам своим не верю!</p>
   <p>— Я даже не сомневался, — ненадолго забыв про падших ангелов, засветился глазами Люцифер. — Кстати, это не наш человек, а твой. Моей заслуги тут нет.</p>
   <p>— И что теперь? — как-то даже растерялась Люмениферус.</p>
   <p>— Зови сюда. Пора привлечь их к нашим заботам, — деловито сообщил владыка ада.</p>
   <p>        Предполагая результат, Люцифер уже спланировал, чем займет эту компанию. Воскресив служителей, он еще не занимался теми, кто напал на пентхаус. Ввиду множества дел, ему приходилось расставлять приоритеты. Сейчас он сконцентрировал усилия на падших ангелах, однако и про убийц своих людей не забывал. Их следовало найти, равно как и организаторов столь вопиющего инцидента. Новообращенные сотрудники спецслужбы подходили для этого наилучшим образом, ибо троица в машине была лишь началом.</p>
   <empty-line/>
   <p>        Как правило, старшим не требовалось встречаться лично. Рядовые демоны нуждались в людях, чтобы принимать и передавать сообщения, но могущественных иерархов не сдерживали эти ограничения. Тем более они не сдерживали тех, кто в принципе в одержимых не нуждался. Свободе их общения препятствовала только секретность. Она же вынуждала и собираться, если речь заходила о чем-то совсем серьезном. Ад для этого не подходил, поскольку его владыка обладал там абсолютной властью. Со всеми его недостатками, в данном случае мир смертных имел и важное достоинство.</p>
   <p>        Место для встречи держалось в тайне до последнего, а его безопасность обеспечивалась на высочайшем уровне. Прикрытие выстраивали многоуровневые эшелоны легенд, где задействовалась уйма подставных персонажей. Даже с могуществом архангела, в них пришлось бы очень долго разбираться, а потеря времени нивелировала всю значимость добываемой информации. Комбинация от сейфа ничего не значила, если к моменту открытия он оказывался пуст.</p>
   <p>— Его подозрения растут. Он уже проверяет изгнанных ангелов, — сказал один из собравшихся.</p>
   <p>— Пока еще не верит, но проверяет, — подтвердил другой. — Мне сообщили об этом первоисточники.</p>
   <p>— Предлагаю запустить ротацию. Это выиграет нам достаточно времени, — подал голос третий.</p>
   <p>        Собравшиеся загудели. Не по-человечески, ибо людьми они не были, и некоторые только выглядели таковыми. Их речи носили ментальный характер, где всколыхнулся фон сразу множества взаимосвязанных мыслей.</p>
   <p>— Его сестра. Она может все испортить, — предупредил четвертый. — Ее проклятую чувствительность не обманешь. Надо как можно дольше держать ее на расстоянии.</p>
   <p>— Я больше опасаюсь Михаила. Долго водить его за нос не получится, — заметил первый. — Он уже дважды клюнул на приманку. Последняя сработала идеально, но вскоре он поймет, что его провели.</p>
   <p>— По-моему, мы перестарались, — усомнился второй. — Слишком разрушительно и театрально, да еще пришлось пожертвовать своими.</p>
   <p>— Это лучше, чем гранаты и миниганы. Прямо кинобоевик с наемниками, — заметил третий.</p>
   <p>— Чем гротескнее эффект, тем больше он отвлекает внимание, — возразил первый. — К сожалению, высотка так и не рухнула.</p>
   <p>        Гул снова возобновился, но тут же утих, когда в разговор вступил пятый.</p>
   <p>— Еще немного — и это не будет иметь значения, — веско заявил он властным голосом. — Когда они все поймут — станет слишком поздно. Одного сдержат небесные законы, которым он беспрекословно повинуется. Другие двое уже ничего не смогут поделать.</p>
   <p>— Они смогут уничтожить много наших, — обеспокоился третий.</p>
   <p>— Безусловно, но это вынужденные жертвы. Мы знаем, на что и ради чего идем. Выиграет бог или Люцифер — теперь нам в обоих случаях будет очень плохо. Поэтому мы и придумали третий вариант. Он наш единственный шанс, — выразительно напомнил пятый.</p>
   <p>Еще три с лишним десятка присутствующих с ним молча согласились. Не участвуя в открытом обсуждении, они имели право голоса, но обычно высказывались только самые старшие.</p>
   <p>        Пятый говорил по существу и сомнений никто не выразил. Концепция замысла оставалась неизменной. Вопросы вызывали только насущные детали, менявшиеся по мере развития событий.</p>
   <p>— Боюсь, одной ротации не хватит, — подал голос шестой. — После случая с пентхаусом положение накаляется. Ставки растут.</p>
   <p>— Именно поэтому мы продолжаем играть на повышение, — заметил пятый. — Пора устроить хорошую заварушку. Тогда забот хватит всем троим.</p>
   <p>— А еще лучше раздуть в них недоверие друг к другу. В идеале — перессорить, — неторопливо изрек седьмой, обладавший не меньшим авторитетом.</p>
   <p>— Безусловно. Подстраиваем все, что можем. Но они и сами с этим отлично справляются, — кивнул пятый.</p>
   <p>— О какой заварушке речь? У нас спланировано много, — осведомился восьмой.</p>
   <p>        Очередной ментальный всплеск выражал активность, с которой рассматривались предложения. На сей раз они поступали даже от молчунов.</p>
   <p>— Я рекомендую сразу две, — оживился четвертый. — Биржевой пузырь сработает катализатором. Не зря же мы старались, внедряя столько своих. Дутые экономики давно живут за счет несуществующих активов. Это будет громкий удар. Под него отлично столкнутся нужные державы, пытаясь спасти свои жалкие ценности. Мы запалим такой пожар, что в его дыму нас не заметят.</p>
   <p>— Чуть позже. Сначала разыграем прелюдию, — не столько возразил, сколько настоял пятый. — Полагаю, тут разъяснять ничего не нужно.</p>
   <p>— Тогда приступим, — властно подытожил седьмой. — Вы знаете, что делать.</p>
   <p>        Собравшиеся и правда знали все до мелочей. Обговорив детали, утвердив скорректированный план, они не теряли время на досужие разговоры и разошлись. Одни удалились как презренные люди, за неимением иной возможности. Другие мгновенно улетели, не стесненные законами мира смертных.</p>
   <empty-line/>
   <empty-line/>
   <p>КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ</p>
  </section>
 </body>
 <binary id="heaven20.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4SQdRXhpZgAATU0AKgAAAAgABwESAAMAAAABAAEAAAEaAAUAAAABAAAAYgEbAAUAAAAB
AAAAagEoAAMAAAABAAIAAAExAAIAAAAeAAAAcgEyAAIAAAAUAAAAkIdpAAQAAAABAAAApAAA
ANAACvyAAAAnEAAK/IAAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENTNiAoV2luZG93cykAMjAyNjow
NDoxMCAxNDozNDoyNQAAA6ABAAMAAAABAAEAAKACAAQAAAABAAACdaADAAQAAAABAAADSgAA
AAAAAAAGAQMAAwAAAAEABgAAARoABQAAAAEAAAEeARsABQAAAAEAAAEmASgAAwAAAAEAAgAA
AgEABAAAAAEAAAEuAgIABAAAAAEAACLnAAAAAAAAAEgAAAABAAAASAAAAAH/2P/tAAxBZG9i
ZV9DTQAB/+4ADkFkb2JlAGSAAAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMT
GBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQU
Dg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgA
oAB4AwEiAAIRAQMRAf/dAAQACP/EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEA
AQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEF
QVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVSwWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXi
ZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAIC
AQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhEDITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M0
8SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdkRVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpam
tsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//aAAwDAQACEQMRAD8A47quRbiZGPVj7K6zh49kem0jcaWTpH57
vpf9uI/SGZmbY03WNpxdzWXZJpa9tRfuFTrY27a3Paodbx7HZlL2NJDMHFLiBMD0mt3OW99Q
tjcxzBaxlljdjabhNN7T/OYuQ78z1P8AAv2v/SKWekbC0buX1jpvXOk5LsfKaxjhqHCtpa4d
n1vj3scso5vUOxr0/wCDavar+m4GXg/YMup32esRXXZrZR/IZYNzvSb/AIOz9J+4uD679Tb8
BrrqJvxokWN5aP8AhA3d7f8AhG/o0zHlB0kmUTuHkW5nUHGNzP8Attv9yl9tz2kgmuRp/NtV
yvHNG523dZEAdgFPp7cVmeLsyj7Rjlr2vpET72urY5hd9B9bjvrs/wAG9T0KtjFk00mZue78
5k9/0bVYrtz36g1wOZrYF1mF0jo/U/Vtxel2t2AFzWO2gT7KxVUyxb9H1d6Ti4e65tNNO4G/
e6X6e5+Ob27/AHN/cqcqebmYAmMJwMhuCSP+5beLFVHJGev7oif+6eWwPq91zMwqsnHDS+15
aWPrDQ1o9rLfo+6t37/5iudYwemdFpeL7hmZrmxVjVta1jDH87k27d7/AHe/02ej6i1+o/Wb
FxaBh4T3DGcJaMeGljR7W0/mur2tb/Xs/fXHdUvqzLxZU1zHOb+lLi5xc8k7ny57/b9BQYsO
fJITllHBqeGPFGWv6Hqj+iy5M0IxI9vh7fKT/hFyX5udPLP+22pNzM492f8AbbUdtD90AE/D
VbPRPq5m9Ts21sLWCN79Qwf1v/INWgTGIstDWR0c7CZ1PLsbVS1r3uMNa2oEklX+p9M6h0+w
1Gyux1QaMhza2lrLHDd9nNn0XPa3/wBGf6NeidJ6Hg9JxyMYzkOG2zKAlw8WUN9zd3+r1z/1
vrayqnEZFTWuLxiN9xEj+kZdk+/Ku/8AA61CMvFIVsycFDxePwDbkOy68gMexuFkvaNjR7hX
DXf2d3/f0lodLx3erlSOcLIH/RSU3EL3W8Mq2f/Qyep4bnH1GWiuMPFa+rcQbAWN9gYPp7HN
3u3Kt0kfZsljrKxY0H3MdO0ju120tctbqOJGTS924D7NjjQeFY5Q3Y0EPaA8nuDz/ZhS+5Eg
g9VvtzGt2+hYRD8eotFrAWg1stdLmgjT7PlfRvr/AJNn6RVsq67EeS0kO52luwn41/zb/wCv
S5Z/1XyxWDj2PtYHkbGABzCT+a6pw/6VS2+oYocydGnuN7m/+Bva9U8g+tNiHiN3At6X0Lq1
ZBYMTLf9GyvWsuH71P5jnfnsZs/kLAd0/E6ZmmnNsY8B5rtZS9pdpDv0b3+zftb/ADX89/Of
ovzFsZtOzHsY19lOVI+z2MDTtE+53vb73t/wSzfq/wBIwKvrLbn2F9mPjV13WstcbHvsvb7r
7bXnd/Os9f2Vs/zEjKRxkCWhH+KugIxnZGo28Xpm5mHiYPptqZWbNXUVOMkQPT+0ZDPc72/m
0rE6pn25wY3YKq6xDWMJ2gfyW/m/ylq53R68W800SaPpVzrDXe6Aue6j9Y+j9OzbsJ9N97sX
25NlTZaxw/nK26bbHU/4Xe+lR4OWxQqRucx1K7JnkbEBw207cR73eKPgdFzcu0Mpqc8jnTj4
u/NXQ4fS6sy2j0XB9OQGvrtHBY8b22D+wl1Xrrcd56V0kejTTpZYOXkD3Sf5KtHN0i1/bJPq
K1XRek4A3ZzvtOXG8VMdtraP3X2fSd/rsWthXuva2toFdQ0bSxpDY8qa/wBJZ/0K/wDSeouf
6e2257rPdueZ8YHm5y63pmKyusGAfL1P++Ma1qrZZGRAuyywiIxJrybWwtZALw6I9oG+PBjR
7KVxvV8K7IyH2Y9IAJgNkuj+U97j7nrquo5VDGegbAxx+k3gfP8AOWNlPx8YCT6j3a7WamPH
+Shx0dJAV9V0YE6mJNuDg9Oyq78ltrCT9lvbHGpbxoktg5tYFzKx6j/s9ztpggAN/O+m1JP9
yfDfEN908Eb+Q+T/AP/R0620ZdLq8lsvGPj2VWnSAWbbK3u/lfTYh1dLx31TvgNtLGO013Cp
7G/51qqZrOoYubjGhoLmVY9rCfdO2s1fR3bXfTf/AG1YfbkX4c11PrdS/wDRwIBDHNZ6l7v9
P+j3+oq+SMxLQ+mR/wAVswMTHxAblfTK6juhwDdTt0+f0l0WDkTWKLPUYWj+ccefv3tXKDOy
X0GizX1A5vqHTcXTIe/+a/eWmzPscX2MEtB2jTWQdrhyoJHJE92ThjIdG11nB9pcR7j9E8mf
5T3f9Qxi5DH6pVg9a6lj2V2PddVTQ6plbjwxrHW+o1vosprY999lz7P5r+Wu9xLvt2O6t8i5
urWu1PH0gD/1S5T6y/Vu9xttxLX4ll7S3KdXqy1u01+nayxwb9D2eqpcchRuwJAjykxSjK63
lE/aHoqL6sqjHD97sltIcWsY5wewfQuqe0bbWWNLfofv171yD76cHrvUKa7LPSzHOyLWBwr3
DJ2211313Vvf/OOsx7Nn/otYGP8AXPq/SOrUVZAdRjYbqg7HeC7a0M9B1uPucdu7Hf8AzPvZ
6X82u9b0bpv1lo/a+YXu9hrozsf2vYPc611Xq17nM/SPZv8AT/fTjiHCaldjT91EclTBkKF+
p06ManoPSmusIDMHHFNZ43Oa302hq4nEqdkWGfp2HdOmo8O/0nq3X0eqi3L6UbHenbay3p0v
JaN7HMrrex5PqVZT6dm/6dPs/wAGtL6v9KNu2xwMNhzSZifzf9WJgPADep/6S4C9b06ut0fp
waJ2+8RvmQZ/kubt2/22LYseAw1teZIjdOo/zdqG6xmLUGvcWvOpA5jx/wDMkqMih7tCT8VW
y5KPADRl80lUT6q9I2ab+l02e57nEnk6D/qlSv6XjgkNeGg9v710ljqgySszKyGNJgGBoS6A
AT+bqq+XFwECMuIn902y4s05HXZxqOmUC23bc3WmxpDQSQC3xckrlucKmv8ATINno22ETIaG
j2h20/nJKTgzezxa77fpMnuDjrwf/9LSz8hwLKi3dW+mktYTwSz2OY5nuY930f8Aq0KjJsYT
ZVLi73Nk9tNO3qtUckUusGS4u9JuNRUzzfaze33fm+lTutt2qgb3es41agO3MIndUPe/0XBo
/Of6np/mfTUZs2GWNCnWrzbHOiprS18MLhoHE/4LX+c/MRRlna2wHbS8bhtk6AbnO2N3+1kL
Nx2C+uz05bh4+MbiQNWu27tmk73WXnZ/Ur/4NS9Zzsm30g6BQ5tVTASQGt21hn7zvdv9/wDx
ibCETMRkaH6Rvh4e2sl5mREmIvto69HVn0va4u4kwQYLWE+px9Ktuz3rXHWulZVO3JsDJEud
Bg66/m+ytu5vvesFmLbSH1ODjZTQ5zT7S79I+703H3bfoWN9L/B/6ZDbj51Tbi+iwWuDCAwE
uBDw/b6jnO3O2/pGfpPT/fsUgwYNPXd1pxwqQ4d/lYzlmf0aI2PDLv5uX9fuh4GR9h6n06cp
1YdXa2saBjXNcy2/dt27LLNnu/0tKt/Vrq+ZiY9mNkXGmlrd3p2Nc5zNAW7oP0fc1T6pkOw+
luaWttybbGuqqyGmH2MfVkWVX7N3/aar/C/+kFz2P1HEpxbMd9rqg61lwytlgxnOay2uzBry
Hsb/AEN1vte9vo2fp/8AgvUljhx+3pLa9BOP+LxcLGZyMiSPqR/3Ls9UyrMnrNOS521mG+o2
OEtisudbf6rj/g6vRrt9Wz0/SXa2dQ6dg0TU9rmuBe17YLRuh1ZbG5tldn5mxeb4GfXfTflY
rhm4+NdWOovfvYwYuw1Xe5zP0rbGOt21fT9LGfZ6S3bXP+zYVhuNwdXPrur9Mks3Cqz7PQxv
p+pV6bqmej+fX9oUGTlxcSDZJIIuPFD931fJ6o/pssZ2CCKoXseGTsP6p9of6rXNMnjy+lw/
6LUXG6tS7eWuO2ow8mBHy0cueGc8GdgHov8AeQSfawNda07mMc70/T/T/wCk/M/RfzR3Prre
yQ/Z9Ih43SzZU9+6xp27f8L+f+j/AMGoMvKQrIeLUfJ6o/8AO/e4mWOYngHDofm0l+H7r0ln
UhDQDO+NoHg76Dj+7uWVndRqraDYCWB0FlYP53tDt2r3f2Vm/bnXEOY172Xlw2N1eGfSs9Nn
722vZ/wSjexpxWHJsD3OIdYGOJ21kna2p4aG22b2/pLf8N9ClV8eIg2WXiiNAG7iZFbn3WUM
Y0vou2PaDM7QP0Yf/K9r/wBx6SodMe2p+Udx9UYuRZrr9FoDnfy3b/5P0ElZo8NeP7GOxx2/
/9Ns5zmPqDy+G10vDBy0Gna9zvzPpbEfonT8rLzC703ND8dzHSPpF20N2fR3Oe5nqf1GWqHW
Mva3AyLnEOyKKqrbvpF9g09+4/pLfSe227/txdp9WsNmJ0ip20PtcC8u7ue/9zd9Fmz02f1F
FkkBoDqb07DrJkF71p38V8Xo/SMKlvTLALbcgTYeCdvu3/yNq5bo1LD1l1TmF42taBIH0dR2
/d+mugqc+rrTLskiHEt3SI1B/wDOELKwj0puS/HY05GVozc7ZUPF+5r22tb/AMX+eqvvgwyS
kNL0/wC545MvARKIBux/KkGL1E2Oyg1zDQ22wY9ja7XC1wPpue99dNjMnbdvZ9n/ANJ+k/m1
fwsdvVumYmUQ1lvpAw0loDyXb6ONzPSe1zX/AMtYHScLqnTOlVNDSazbbYwMf/NEB72VWMP0
27f8HX6b/wDoLXxKmYv1cwK8V7dXVOa9pkEhvq3WOd9P33Ostdv/AEiQ04askjvXHxcMY+r/
AA0zAF0eu/8A0nn/AK2MdbmUYJ/R12SyxgAkgbBftef5v9N+j3N/cWH1/qp6fmmnEDGM9Kut
mC/dZTXj1y9tRh/87l5PqP8A0Tv0eN/xq7Pr9+W/LpyMWxmOy5oa9lzRLngx+rl3856n8j9x
c5U76xWdXtq/a2FW220gUNIe9o2FoDaXta1zm+z1Nn/CrQji9IHqB8h/37WMrPT7WX1Gp6n1
fqeXkDHbThFj63bSRUHOLbmgT7bLvXq3/wA1/MZN/wDwa0C1/S8y7o2S+G2k3Yj9DY0DT7Mx
xZs9Gv6DN35jP+tLpga8ettdddrb9v6Wwgt3EQLHV17vz3t/7bWP1fAdl9VGYxgbfa1rWBxd
J09MbGfy02WE/TS5H0/831Lo5O/jQDnWU9Kw6TXcbrLXDd6dA9SyD9Cx+xrmtZ+f/wATW9J9
I9PFtqebcd9T8ax3Bmr302Wt/wBJXW5v/nCoM6rXj/WPKcy59QrqGPhObaGh4qLWZm71NtTP
e71a2b/+3EPo2V9pq6pj0vsdSxxysR5dL3MD312Oe17WO/nfe/Z7FGYggG92aiBfZ1emdHy+
q4bqsMNra15+0lzvpNBiqjfHuY/b69lX0P5v1UPNoyG5r6bQa2taKQxw+iGxY1/t/l+9bv1V
qfj9CY+sGuy257937+z2b3f2v0b1c+sFPrYH2+ipr7awA6YJLCfH/gnoiA2r1BjMjvfpLx/1
drD7ckWfo2tx72gRqQ4brGN/f9x3f20kXplNtbcm20+nW/Hud6XDidv0y381JHgNV9EcWtv/
1KfVhdhdWpZlMcMdteIy0xIZYK3GlzPp1faLfTez6D/0PqbPYvSjY9/TseJrdaxp2nloI3e6
Pzl5x1TIs6h1vGxrABX9nouDJ3SX0ta8vcPpenXXsp3fQ32r0wbdlbnmNtTTJ4Gg/wDJqrnF
3pV2LZ49B21pwcpz7GBgOyzeWCdAZduZ7v32fTVfH6sXtybXHc3JsI3u+iymsbK9/wD1tvqe
jX/xlvpq91x3o9OffTLQfbW6Pf6j9tTXNH7+u6tcn1rJxsB2B0t7zWwD1MhkQ0VMLCwAvj1K
7bj6jn/9q/R/0XpVqh7RySEI/U9g2AQImRe1xun04vT/ALS/Jv3vaHGHgROlNO3a7+abtr3f
zizcfp56SKcK211py2bvdGj2B1grb/Uc76f857/TQOk5d+e5uQQW4VZnGYdHXWHRlpb/AKP/
ALj1/wDXrP0afq2Q53UMXKH6T7MS4NEndXurruLf7G/IZ/wbFczYYDHURRj6v8T/AL5r45SM
tTYOn2uh9YMQ34/Tsk1escWx4LOD7q3OEO02/pamLF+p2B0/OyT1SvAGFl1OefWeXWua4RTY
Pdtbu9z/AE/b/wAKtz6102nob2UPDXC5kOMnSHNj2qP1LrNXQWAu3AmGkiCdznWvef7b/wDw
NWeXJEAAAdeojLoxzAJJdM1XNyAH2eo9wJaYjj3aql1vKbVh00lo9XJt9Ci4zuraWutyTP77
Mdtnpfy1pGsvtreD9IH8od/39ct9aOqfZ+tOZkOAbiUm2ivTZ+kDK7L7dw3epVus/kemhMkk
gjc0yY4gmI7C2lj9I6dhdQeyqja51ery7eam/SbXtd7Ges/3/wDGJ/2VhdNvsza8ZwvsbbfX
WXua15aw+tUfpOq+0Vv972f11S+rfV8q/pLGWivZdc+y9u0+oXFxsqda1zf0u9obs9N7/T9P
8xGzeq5uZ1fEw8mxlrXY+Q1orE7Ta1tVbbbIDLHPY71PY72KxKMeA7bf9Jd6uLw6vbY7q7KK
XUVirH9Jrqq2/msI9RWMWut2L6bxuZaCxw7EOJWR9Usy/O6G1t231MeKXuZx7GjRv9X6D1r1
yytknmT/ANIv/goIEyI8ixzAAI8Xh6nijJ6lbWXOsxMfKY0vGtb6/a11k/n/AOi/Meki9Z6f
lM+s2eyhrjj52NdYGtktdcamsd6g+j61c/8AbdySNnuOK6RQ7aVb/9UORQ6vqdbgIsbjUNiP
zjX6es/ur0SyTVWxugDG7gf3SGOb/wBJi5m3Ex+oZJc4PryrKq3V2NMtc4s37P7Tj7v+rXQd
Iu9TpWPk2kgCs73O52sdun/MVfmiCOxGkmXHYrx2cf63Z1WMzDxnmWNurBH8qx3p7v8ArWM6
yxYP+MPFvyfrLgDGb+ndiAmIggOeGzPt+ks364dUdnZz3snbia/9ceQxjP8ArFTf+3fWXbZG
HTn/ALP6gHB2UxjG2ga/orNt7f8AMtt/zFXwWYk9yD/gj0hsT9PD5EfWXqcDpg6vbhFzhc51
RewwGkFzCW217ob+j9v/ABaL0LqOdR17b1bc31wa2CwtMOI3j6H79TXf9tektzo7mupqIjbc
692niHWysfqTGWdRx7nCQx2Dd91tmPZ/neu1SSx+3xSEpnhs8MpXH0sUZ8ZAIiOLqBr6nf8A
rQTV0G2BP6RgYOfHaETo+JfiYd1TmwQ9gaeZAr9KfwVL6yZNbcbFYWuLKcj03iZO5jqI9n0r
Wu/kLYw9gfdUIDrNQ2C0y3c76L/zVPjPAAOmrGReqTJzasPDGQ86jaxg8XPAa3/qV539Zw/r
XU2YIDG3Gxo3Fplv7jnT7XV7bb8m/wBy7rrFLbelW1kEuDmOYAYMh+3v+7vXL4+I/I6jk5zg
+sYVDwA7802FrKxWfz91NTvUe9GQsxPcr8R1P0YdP6Zi47GfYXW1WNP6O+t53N4pbEja3ew2
ev8A98VfM6a0W1vwWObn4Y9ZkOJZYA3c+na7+bfbX6tbf+F/0da2Ws9L9GZ3aB5OpBDffLv5
LXekpPZvuDoIdW9rzHLmgf5va3/txXZQjwmt63UJerwth0DrbccX2sZOJkEZNIaIL/VM5DP6
1OT6u7/jl1N5EMLNeCJ0kEE/9+XBCmzpz8um18Y+PbbWzHZoBrvZb7vob6tvp/213oY2xzW1
mWCGgjXgMaVTiKAl3J/tRkI468A8Z1m6yn615Ya4taenuseRp7m0tbu/rbUlHOof1fr/AFXL
qaDitxraRcTDdam1hpn951diSdWtWN7/AK18Oyy9Nulf1X//1tXDy6KsyoP0/VaNtjj7QfTn
9Iz/AMirfWOq4vTPq1GCA2zLtcyloLnamH22n1ff7fpvWL1TDtty2WYVotcacf8ARPgl/wCj
c6yxjj9Jvub+aqfUK33ZmN08Hd9lYK3Ht6r/ANNlO/sucyn/AK0qnNmPDd6yNSj/AFY7tjAC
SARpH1W4+XT6WNVu1feXXa6ktb+ipLv+Mte963fqv151Vben33xXS0vJs0gM3BjWWfut/lLL
yyMjrLmN1qocK2DtspH/AH61aH1P6bi5Tcm7O2/ZzbWC58gatuc/3N+j+aouXIsA9QzZgTEn
s73Q8iqurp9BsY1/p2u2lwBl7nn6LjuWZmZ9BFDm2NcDQanlpB22Mvrtqa7/ADFnW4lFv1ku
wKdzKqanNbLiYt/nHbnfyZ9NWOvYeNjUYdWPWGWBlllwGpJYa2Mc5/5/0bFNlyQMZnU3xR7f
Ow48chKAJHSXf5XqfrljG77Cytwqp3Pf3Gssd+agY3V7cZ1NtxFtVbxL22eoQRo+Wv2uq3N/
dU/rJdVldBxckH+ZLSY7NsDmtM/16dq5enJpZFjmNDqz7XF28EEcuD/zmq1y0Rkwwl4Br5Jc
EiHufrQafRpLvc0WEw122WubO7h3t3NVbFrb9hseJc265hbPJa0BtNP/AFdixcnq2R1W2k4r
orx6Kq7HOO1rnNE3R/bc5b2MBTjUY+7+Y3F7j/pDBO1v71btlTEckKEQdwb8gvwyuRI2pp2E
Pzn1zBLyXOieJ26fynNdYh9OyW5YZkMBHqEODTy1sBu13/GM9N6j1Om3H+s+Ix0CkWU20tb3
J3MtdZ/pLGvrT/VaoXV23NI21YtdTddCXnfDv6vp/wBj1ETn08KH/esxgKvyY9fwcvIzm/ZW
h1dtNb3gkNG5u9jS5z492xbuA44HQQ1zwbqKdpez3xY9z4ge3f73LM65kOrxGZNP5j9jgeQH
Eupf/YfvqWAetOp6Tl0Wh4NtrLq9ojdtltrZs93+hf8ARTY2YAaCMfttgnQkTrZ/J0L8ijFq
yOm0VOaWYt7nBw22ueK4Ft2n85bu/wDSaSw8DKsfZmMLtjTi3jeQYG1n6X1IG79DuZv/AHPU
SQ4BXDfqvf8Ard1cZu69NVT/AP/XrYWY79tYVDg4FuBjXnduAkUNOxjXgfTez3v/AJt6JiuI
y7Ml+rgHP+biXKges3t6p07EyHF9GPhY7GHQFpuqrZY57tu97f0bPb6nsVvpxvfhzdrftLX+
PfYs/moTOteken/HLZwTiNOp1/xWrhVHbdkO52nX+U73OXW9AwqK+i4lbhq5zLXeZeXufu/6
3XWxYOPjOOPZRUC90Qfmtllzsfpja9w3hmysk7QAQ6v6Tjt/P9qEIyhORlE6XEf3v6rJKQnE
CJ3IP0cz6rUVWdVy78n3mwEuJ5O5zfUdP9dXPrFSx3UsfaNG4wrd8XF7/wD0Yq/S3UG9xpLy
8NIMAtAcXNcGuP8Am/Tb6diuZpvbluc6oFoDf0tjgASRENa3d9LbsRGOcojGRwm+In+rwo44
iXGNdKAHdD6d+R0RlVZduY307AO7JDvdP7l9Hqf21lYeE7Gu9S9huLNWVgCJ7PsD/wB1y6Ck
OpreX+nS1o3P5LWz73D81yKcajSx1rNhbuLdJLSNwH723+wrXK5DjxmB6SkGDNATlxAdAT4O
bjWW3Z1DbmCqgOD77CA0Ctn6S36Lfztu3+W/2LeblNFj8iIra50A9jqf+qd/59Wdea6BvtLC
0gFrNpbYAePb/I/6tUOodQGJUx17tGNdDBqS5xbXDWyPd/OvsVkeuJJ00pEBw23Oo5zj1zpO
U7UsY4GfEOf6n/VKf1ev+ydPsb2sLSfjFi539tUZJoLGWTiEWEkASDLXVt9x3Ociu65i4QOL
YX+pW1lnsbuB00b9JvuTBiA07sxmDF6299dlVovk0ZJ2bm67G2bWttj870nehavPc2y65/7O
Ztc+txrqO0lz3bp3u27n/oo/7aXVdO6pRbTDLG24xeRAI3Akb64Dvou/Se+t65TqfTL22va8
7bWmD2jzb/W+mnzhpo18h1BSYj6rM3ProrMDEzKnYdRc+wxWypu69xt323/zbPSb7ElV6S/M
qsyqy6K6cDLdU1pgteWBxsYfzX7/AKHvSUHtzqtVcYu6HfhrR//QycwUjJp2wS3ExpDvzWio
e53/AJBXMV/pOcw7N/8AJsDgRH8iWf5iC/JpzKqsZraHVsxqA3JY+vd6ramO2F+71PZb7Xtu
/R/4JUb232UvrY6tlzhNLm21Fog+7dXu/OZ+fW5IjiuMh6dl0dNQRe7q5WY1mMXV2MrIc0WO
c50FhmWQHM/OW1kllX1ZqycpoG4VC8OkhrjNjLts7v0jnM/z964pvT88FzrnVncJ/nq40G32
ta93usWvk5vX8/pDem5NlBoLWgONlQdFZa5rd7X/AOD/AJPppmXHZjXfVIlVjpXbq6NPXC3G
341F1wL20kgQRY8/oednutftYxalHWcbOra3OxcnEyGS0PFTnAkfvbBtcuIo6X1XGLhRltFU
tsLG3s1e0HYfc8fpWbtta2KrPrI6ut4sDshoLWv+1NLACYa6+tu9r9iJxRJv1DypQmdRpQ2v
/wBBdDO6b1EZLsiiMqkR+r3PLd5hrmvNmOG3N9JzttPt+mq1PS/rADdU0FlTH78dxsZ6pdPq
sudcz9I5zXez1WfpP+M9P33qB1Kqy2zIuobU8gModabAIAbNdu6r09/+i2Wf8Yj15WWXaPoD
Gkkj1JsDYn1Hfn+m76Df+1CUQNPm2I+3/CVchYB012PT/FcfqfTetPtfkNv1c31PbueRPLWt
uZ7Lvz/Vaxc7f03qxt3vx773ceoWPc6BwNzg5y7LqjeuWFr+nZGO2qNriyzRhE79rXHc/wDl
7llk/WVoZOd6rxJJFwqBgbW1t9z/AKX5/tU0aHf7NFpJOpOpOtuFht6hRkNrtxLmNvLGMc5j
gA4uAa91jw1rWe5V+v7/ANtZBZEOYxzC6XaR7W1Ob7VrXY/1iuYasjNJZuD202ZTXhjmnfX7
9+6zb7drnqo7o2U+577bKr3u9zy26vtp9CU7Q10UJHhrej9KaONk5Ff6Sl23dy1wkOjgua//
AKC0KsvKteGXH13uA9m4btvDWhrG+1Ad0m/Zc9xqofW5vpVGyohzZ9255exzPb7/AKP/AASm
3EyKtj9zWZEgVurvqbsJ9suc0N3/AMv3JEitDt4KiLIF+O/b+83ej3mrMy7mM3PowMojdI94
aPcXD4fziSfByz0zEyQb6GmzDySbGWsJc41k0sOrd30P0e31afVt/wBNYkoeI8Xy9eG+Lw3r
++mxw1xf1qrr24v7r//Z/+1N9lBob3Rvc2hvcCAzLjAAOEJJTQQEAAAAAAAXHAFaAAMbJUcc
AVoAAxslRxwCAAAC/94AOEJJTQQlAAAAAAAQBBFnHJ63Fdu+xX0K6FNIvThCSU0EPQAAAAAh
WAIAAAAgbmlXAAAAAEsATwBOAEkAQwBBACAATQBJAE4ATwBMAFQAQQAgAEMAMgA4ADcAUwBl
AHIAaQBlAHMAUABDAEwAAABTAGUAAAABBAAB3ABMIA+/AAIBAAkAmgs0CAAAAQAHAFgCAgAB
AFgCAwAAAEEANAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAIAAAABAQAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQCAAAFNQTFgBAAAAQCAAAEM2NTgAAAAAAAAAAAAAAABQ
Q0xYTAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAJADQImgsrACsAKwAr
AAA0CJoLAAAATCAAAK0tAABlATQImgsANAiaCwBMIAAArS0AAAEAZAAHAAEBAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQEBAQAAAQEASW5UcmF5MQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAQAAAQEBAQAAAQEASW5UcmF5MgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAACAQAAAQEBAQAAAQEASW5UcmF5MwAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAD
AQAAAQEBAQAAAQEASW5UcmF5NAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAQAAAQEBAQAA
AQEASW5UcmF5TWFudWFsAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAQEBAQAAAQEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEBAQAAAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEBAQAAAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAEBAQAAAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAEBAQAAAQEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAQABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAEAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAQAB
AQEAAQABAAAAAQAADgEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAQAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAADAAQAAQEAAAAABAAA
AAAAAQABAAAAAAAAAQEAAABkAH0AAAQBAQAEAQEAAQEBAAH/fwAA6QMBAADpAwEAAAEAAAEA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQBI
AP8AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAEAAAAAAAEAAAABAAAAAQAAAAEAAQABAAEBAAAB
AAAAAQABAAEBAAMAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAB
AQAAAAABAAEAAAAAAQAAAQABAAAAAAABAAAAAAEAAQABAAEBAAABAAAAAQAAAAEAAAAAAQEA
AQABAAEBAAABAAAAAAABAAEFAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAQABAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABB
AHIAaQBhAGwAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAD//wAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAACAAABAQBk
AAEBAGQAAQAA//8AAAEAAQAAAAAAAAABAAEAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAECAFgCWAJQAxgAAQQAAAAAAAAB
AAABAAAAAAAAAAEBAAAAAAEAAAQBAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAEAAQABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAF8CAAFBcmlhbAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAENvdXJpZXIgTmV3AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAVGltZXMgTmV3IFJvbWFu
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABTeW1ib2wAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFdpbmdk
aW5ncwAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFCxcUGgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AABBcmlhbAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAENvdXJpZXIAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAVGltZXMgTmV3IFJvbWFuAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABTeW1ib2wAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAFdpbmdkaW5ncwAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAABQAAAOkBAAAjBAAAaQUAAHYCAACqAwAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAQEASwAFAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAEAQQBkAG0AaQBuAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAADQImgsAgAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAC4AZQB4AGUAAAAAAAAAAAANAAAAAAAAAAYAAAAB
AAAAAgAAAFLc4ngAAAAAGWERKAAAAAABAAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAA4QklNBDoAAAAAAS8AAAAQAAAAAQAAAAAAC3ByaW50T3V0cHV0AAAABQAAAABQc3RT
Ym9vbAEAAAAASW50ZWVudW0AAAAASW50ZQAAAABDbHJtAAAAD3ByaW50U2l4dGVlbkJpdGJv
b2wAAAAAC3ByaW50ZXJOYW1lVEVYVAAAAB0ASwBPAE4ASQBDAEEAIABNAEkATgBPAEwAVABB
ACAAQwAyADgANwBTAGUAcgBpAGUAcwBQAEMATAAAAAAAD3ByaW50UHJvb2ZTZXR1cE9iamMA
AAAVBB8EMARABDAEPAQ1BEIEQARLACAERgQyBDUEQgQ+BD8EQAQ+BDEESwAAAAAACnByb29m
U2V0dXAAAAABAAAAAEJsdG5lbnVtAAAADGJ1aWx0aW5Qcm9vZgAAAAlwcm9vZkNNWUsAOEJJ
TQQ7AAAAAAItAAAAEAAAAAEAAAAAABJwcmludE91dHB1dE9wdGlvbnMAAAAXAAAAAENwdG5i
b29sAAAAAABDbGJyYm9vbAAAAAAAUmdzTWJvb2wAAAAAAENybkNib29sAAAAAABDbnRDYm9v
bAAAAAAATGJsc2Jvb2wAAAAAAE5ndHZib29sAAAAAABFbWxEYm9vbAAAAAAASW50cmJvb2wA
AAAAAEJja2dPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJHQkMAAAADAAAAAFJkICBkb3ViQG/gAAAAAAAAAAAA
R3JuIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCbCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEJyZFRVbnRGI1JsdAAA
AAAAAAAAAAAAAEJsZCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFJzbHRVbnRGI1B4bEBSAAAAAAAA
AAAACnZlY3RvckRhdGFib29sAQAAAABQZ1BzZW51bQAAAABQZ1BzAAAAAFBnUEMAAAAATGVm
dFVudEYjUmx0wD0AAAAAAAAAAAAAVG9wIFVudEYjUmx0wCkAAAAAAAAAAAAAU2NsIFVudEYj
UHJjQFkAAAAAAAAAAAAQY3JvcFdoZW5QcmludGluZ2Jvb2wAAAAADmNyb3BSZWN0Qm90dG9t
bG9uZwAAAzEAAAAMY3JvcFJlY3RMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAANY3JvcFJlY3RSaWdodGxvbmcA
AAI7AAAAC2Nyb3BSZWN0VG9wbG9uZwAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAEgAAAABAAIASAAAAAEA
AjhCSU0EJgAAAAAADgAAvs445L4xxxw/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAA
BAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAAAAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D
9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAAAAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAA
BgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAAAAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA////////////////////
/////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////////////////
////////////A+gAAAAA/////////////////////////////wPoAAA4QklNBAAAAAAAAAIA
AzhCSU0EAgAAAAAADAAAAAAAAAAAAAAAADhCSU0EMAAAAAAABgEBAQEBAThCSU0ELQAAAAAA
BgABAAAAEThCSU0ECAAAAAAAEAAAAAEAAAJAAAACQAAAAAA4QklNBB4AAAAAAAQAAAAAOEJJ
TQQaAAAAAANJAAAABgAAAAAAAAAAAAADSgAAAnUAAAAKAGgAZQBhAHYAZQBuAC0AMgAtADAA
AAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAAAAAAAAAAnUAAANKAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAEAAAAAEAAAAAAABudWxsAAAAAgAAAAZib3VuZHNPYmpj
AAAAAQAAAAAAAFJjdDEAAAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAA
QnRvbWxvbmcAAANKAAAAAFJnaHRsb25nAAACdQAAAAZzbGljZXNWbExzAAAAAU9iamMAAAAB
AAAAAAAFc2xpY2UAAAASAAAAB3NsaWNlSURsb25nAAAAAAAAAAdncm91cElEbG9uZwAAAAAA
AAAGb3JpZ2luZW51bQAAAAxFU2xpY2VPcmlnaW4AAAANYXV0b0dlbmVyYXRlZAAAAABUeXBl
ZW51bQAAAApFU2xpY2VUeXBlAAAAAEltZyAAAAAGYm91bmRzT2JqYwAAAAEAAAAAAABSY3Qx
AAAABAAAAABUb3AgbG9uZwAAAAAAAAAATGVmdGxvbmcAAAAAAAAAAEJ0b21sb25nAAADSgAA
AABSZ2h0bG9uZwAAAnUAAAADdXJsVEVYVAAAAAEAAAAAAABudWxsVEVYVAAAAAEAAAAAAABN
c2dlVEVYVAAAAAEAAAAAAAZhbHRUYWdURVhUAAAAAQAAAAAADmNlbGxUZXh0SXNIVE1MYm9v
bAEAAAAIY2VsbFRleHRURVhUAAAAAQAAAAAACWhvcnpBbGlnbmVudW0AAAAPRVNsaWNlSG9y
ekFsaWduAAAAB2RlZmF1bHQAAAAJdmVydEFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VWZXJ0QWxpZ24A
AAAHZGVmYXVsdAAAAAtiZ0NvbG9yVHlwZWVudW0AAAARRVNsaWNlQkdDb2xvclR5cGUAAAAA
Tm9uZQAAAAl0b3BPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAApsZWZ0T3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAAMYm90
dG9tT3V0c2V0bG9uZwAAAAAAAAALcmlnaHRPdXRzZXRsb25nAAAAAAA4QklNBCgAAAAAAAwA
AAACP/AAAAAAAAA4QklNBBQAAAAAAAQAAAAaOEJJTQQMAAAAACMDAAAAAQAAAHgAAACgAAAB
aAAA4QAAACLnABgAAf/Y/+0ADEFkb2JlX0NNAAH/7gAOQWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgI
CQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwMDBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCACgAHgDASIAAhEBAxEB/90ABAAI/8QBPwAAAQUBAQEB
AQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAAAAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEE
AQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYUkaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw
4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NGJ5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaW
prbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcHBgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKB
kRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj
80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dnd4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwDj
uq5FuJkY9WPsrrOHj2R6bSNxpZOkfnu+l/24j9IZmZtjTdY2nF3NZdkmlr21F+4VOtjbtrc9
qh1vHsdmUvY0kMwcUuIEwPSa3c5b31C2NzHMFrGWWN2NpuE03tP85i5DvzPU/wAC/a/9IpZ6
RsLRu5fWOm9c6Tkux8prGOGocK2lrh2fW+Pexyyjm9Q7GvT/AINq9qv6bgZeD9gy6nfZ6xFd
dmtlH8hlg3O9Jv8Ag7P0n7i4Prv1NvwGuuom/GiRY3lo/wCEDd3t/wCEb+jTMeUHSSZRO4eR
bmdQcY3M/wC22/3KX23PaSCa5Gn821XK8c0bnbd1kQB2AU+ntxWZ4uzKPtGOWva+kRPva6tj
mF30H1uO+uz/AAb1PQq2MWTTSZm57vzmT3/RtViu3PfqDXA5mtgXWYXSOj9T9W3F6Xa3YAXN
Y7aBPsrFVTLFv0fV3pOLh7rm0007gb97pfp7n45vbv8Ac39ypyp5uZgCYwnAyG4JI/7lt4sV
UckZ6/uiJ/7p5bA+r3XMzCqyccNL7XlpY+sNDWj2st+j7q3fv/mK51jB6Z0Wl4vuGZmubFWN
W1rWMMfzuTbt3v8Ad7/TZ6PqLX6j9ZsXFoGHhPcMZwlox4aWNHtbT+a6va1v9ez99cd1S+rM
vFlTXMc5v6UuLnFzyTufLnv9v0FBiw58khOWUcGp4Y8UZa/oeqP6LLkzQjEj2+Ht8pP+EXJf
m508s/7bak3Mzj3Z/wBttR20P3QAT8NVs9E+rmb1OzbWwtYI3v1DB/W/8g1aBMYiy0NZHRzs
JnU8uxtVLWve4w1ragSSVf6n0zqHT7DUbK7HVBoyHNraWsscN32c2fRc9rf/AEZ/o16J0noe
D0nHIxjOQ4bbMoCXDxZQ33N3f6vXP/W+trKqcRkVNa4vGI33ESP6Rl2T78q7/wADrUIy8UhW
zJwUPF4/ANuQ7LryAx7G4WS9o2NHuFcNd/Z3f9/SWh0vHd6uVI5wsgf9FJTcQvdbwyrZ/9DJ
6nhucfUZaK4w8Vr6txBsBY32Bg+nsc3e7cq3SR9myWOsrFjQfcx07SO7XbS1y1uo4kZNL3bg
Ps2ONB4VjlDdjQQ9oDye4PP9mFL7kSCD1W+3Ma3b6FhEPx6i0WsBaDWy10uaCNPs+V9G+v8A
k2fpFWyrrsR5LSQ7naW7CfjX/Nv/AK9Lln/VfLFYOPY+1geRsYAHMJP5rqnD/pVLb6hihzJ0
ae43ub/4G9r1TyD602IeI3cC3pfQurVkFgxMt/0bK9ay4fvU/mOd+exmz+QsB3T8Tpmaac2x
jwHmu1lL2l2kO/Rvf7N+1v8ANfz385+i/MWxm07MexjX2U5Uj7PYwNO0T7ne9vve3/BLN+r/
AEjAq+stufYX2Y+NXXday1xse+y9vuvtted386z1/ZWz/MSMpHGQJaEf4q6AjGdkajbxembm
YeJg+m2plZs1dRU4yRA9P7RkM9zvb+bSsTqmfbnBjdgqrrENYwnaB/Jb+b/KWrndHrxbzTRJ
o+lXOsNd7oC57qP1j6P07Nuwn033uxfbk2VNlrHD+crbptsdT/hd76VHg5bFCpG5zHUrsmeR
sQHDbTtxHvd4o+B0XNy7QympzyOdOPi781dDh9LqzLaPRcH05Aa+u0cFjxvbYP7CXVeutx3n
pXSR6NNOllg5eQPdJ/kq0c3SLX9sk+orVdF6TgDdnO+05cbxUx22to/dfZ9J3+uxa2Fe69ra
2gV1DRtLGkNjypr/AEln/Qr/ANJ6i5/p7bbnus9255nxgebnLremYrK6wYB8vU/74xrWqtlk
ZEC7LLCIjEmvJtbC1kAvDoj2gb48GNHspXG9XwrsjIfZj0gAmA2S6P5T3uPueuq6jlUMZ6Bs
DHH6TeB8/wA5Y2U/HxgJPqPdrtZqY8f5KHHR0kBX1XRgTqYk24OD07KrvyW2sJP2W9scalvG
iS2Dm1gXMrHqP+z3O2mCAA3876bUk/3J8N8Q33TwRv5D5P8A/9HTrbRl0uryWy8Y+PZVadIB
Ztsre7+V9NiHV0vHfVO+A20sY7TXcKnsb/nWqpms6hi5uMaGguZVj2sJ907azV9Hdtd9N/8A
bVh9uRfhzXU+t1L/ANHAgEMc1nqXu/0/6Pf6ir5IzEtD6ZH/ABWzAxMfEBuV9MrqO6HAN1O3
T5/SXRYORNYos9RhaP5xx5+/e1coM7JfQaLNfUDm+odNxdMh7/5r95abM+xxfYwS0HaNNZB2
uHKgkckT3ZOGMh0bXWcH2lxHuP0TyZ/lPd/1DGLkMfqlWD1rqWPZXY911VNDqmVuPDGsdb6j
W+iymtj332XPs/mv5a73Eu+3Y7q3yLm6ta7U8fSAP/VLlPrL9W73G23EtfiWXtLcp1erLW7T
X6drLHBv0PZ6qlxyFG7AkCPKTFKMrreUT9oeiovqyqMcP3uyW0hxaxjnB7B9C6p7RttZY0t+
h+/XvXIPvpweu9Qprss9LMc7ItYHCvcMnbbXXfXdW9/846zHs2f+i1gY/wBc+r9I6tRVkB1G
NhuqDsd4LtrQz0HW4+5x27sd/wDM+9npfza71vRum/WWj9r5he72GujOx/a9g9zrXVerXucz
9I9m/wBP99OOIcJqV2NP3URyVMGQoX6nToxqeg9Ka6wgMwccU1njc5rfTaGricSp2RYZ+nYd
06ajw7/SerdfR6qLcvpRsd6dtrLenS8lo3scyut7Hk+pVlPp2b/p0+z/AAa0vq/0o27bHAw2
HNJmJ/N/1YmA8AN6n/pLgL1vTq63R+nBonb7xG+ZBn+S5u3b/bYtix4DDW15kiN06j/N2obr
GYtQa9xa86kDmPH/AMySoyKHu0JPxVbLko8ANGXzSVRPqr0jZpv6XTZ7nucSeToP+qVK/peO
CQ14aD2/vXSWOqDJKzMrIY0mAYGhLoABP5uqr5cXAQIy4if3TbLizTkddnGo6ZQLbdtzdabG
kNBJALfFySuW5wqa/wBMg2ejbYRMhoaPaHbT+ckpODN7PFrvt+kye4OOvB//0tLPyHAsqLd1
b6aS1hPBLPY5jme5j3fR/wCrQqMmxhNlUuLvc2T2007eq1RyRS6wZLi70m41FTPN9rN7fd+b
6VO623aqBvd6zjVqA7cwid1Q97/RcGj85/qen+Z9NRmzYZY0KdavNsc6KmtLXwwuGgcT/gtf
5z8xFGWdrbAdtLxuG2ToBuc7Y3f7WQs3HYL67PTluHj4xuJA1a7bu2aTvdZedn9Sv/g1L1nO
ybfSDoFDm1VMBJAa3bWGfvO92/3/APGJsIRMxGRofpG+Hh7ayXmZESYi+2jr0dWfS9ri7iTB
BgtYT6nH0q27Petcda6VlU7cmwMkS50GDrr+b7K27m+96wWYttIfU4ONlNDnNPtLv0j7vTcf
dt+hY30v8H/pkNuPnVNuL6LBa4MIDAS4EPD9vqOc7c7b+kZ+k9P9+xSDBg09d3WnHCpDh3+V
jOWZ/RojY8Mu/m5f1+6HgZH2HqfTpynVh1draxoGNc1zLb923bsss2e7/S0q39Wur5mJj2Y2
RcaaWt3enY1znM0Bbug/R9zVPqmQ7D6W5pa23Jtsa6qrIaYfYx9WRZVfs3f9pqv8L/6QXPY/
UcSnFsx32uqDrWXDK2WDGc5rLa7MGvIexv8AQ3W+172+jZ+n/wCC9SWOHH7ektr0E4/4vFws
ZnIyJI+pH/cuz1TKsyes05LnbWYb6jY4S2Ky51t/quP+Dq9Gu31bPT9JdrZ1Dp2DRNT2ua4F
7XtgtG6HVlsbm2V2fmbF5vgZ9d9N+ViuGbj411Y6i9+9jBi7DVd7nM/StsY63bV9P0sZ9npL
dtc/7NhWG43B1c+u6v0ySzcKrPs9DG+n6lXpuqZ6P59f2hQZOXFxINkkgi48UP3fV8nqj+my
xnYIIqhex4ZOw/qn2h/qtc0yePL6XD/otRcbq1Lt5a47ajDyYEfLRy54ZzwZ2Aei/wB5BJ9r
A11rTuYxzvT9P9P/AKT8z9F/NHc+ut7JD9n0iHjdLNlT37rGnbt/wv5/6P8Awagy8pCsh4tR
8nqj/wA797iZY5ieAcOh+bSX4fuvSWdSENAM742geDvoOP7u5ZWd1GqtoNgJYHQWVg/ne0O3
avd/ZWb9udcQ5jXvZeXDY3V4Z9Kz02fvba9n/BKN7GnFYcmwPc4h1gY4nbWSdranhobbZvb+
kt/w30KVXx4iDZZeKI0AbuJkVufdZQxjS+i7Y9oMztA/Rh/8r2v/AHHpKh0x7an5R3H1Ri5F
muv0WgOd/Ldv/k/QSVmjw14/sY7HHb//02znOY+oPL4bXS8MHLQadr3O/M+lsR+idPysvMLv
Tc0Px3MdI+kXbQ3Z9Hc57mep/UZaodYy9rcDIucQ7Ioqqtu+kX2DT37j+kt9J7bbv+3F2n1a
w2YnSKnbQ+1wLy7u57/3N30WbPTZ/UUWSQGgOpvTsOsmQXvWnfxXxej9IwqW9MsAttyBNh4J
2+7f/I2rlujUsPWXVOYXja1oEgfR1Hb936a6Cpz6utMuySIcS3dIjUH/AM4QsrCPSm5L8djT
kZWjNztlQ8X7mvba1v8Axf56q++DDJKQ0vT/ALnjky8BEogG7H8qQYvUTY7KDXMNDbbBj2Nr
tcLXA+m573102Mydt29n2f8A0n6T+bV/Cx29W6ZiZRDWW+kDDSWgPJdvo43M9J7XNf8Ay1gd
JwuqdM6VU0NJrNttjAx/80QHvZVYw/Tbt/wdfpv/AOgtfEqZi/VzArxXt1dU5r2mQSG+rdY5
30/fc6y12/8ASJDThqySO9cfFwxj6v8ADTMAXR67/wDSef8ArYx1uZRgn9HXZLLGACSBsF+1
5/m/036Pc39xYfX+qnp+aacQMYz0q62YL91lNePXL21GH/zuXk+o/wDRO/R43/Grs+v35b8u
nIxbGY7Lmhr2XNEueDH6uXfznqfyP3FzlTvrFZ1e2r9rYVbbbSBQ0h72jYWgNpe1rXOb7PU2
f8KtCOL0geoHyH/ftYys9PtZfUanqfV+p5eQMdtOEWPrdtJFQc4tuaBPtsu9erf/ADX8xk3/
APBrQLX9LzLujZL4baTdiP0NjQNPszHFmz0a/oM3fmM/60umBrx621112tv2/pbCC3cRAsdX
Xu/Pe3/ttY/V8B2X1UZjGBt9rWtYHF0nT0xsZ/LTZYT9NLkfT/zfUujk7+NAOdZT0rDpNdxu
stcN3p0D1LIP0LH7Gua1n5//ABNb0n0j08W2p5tx31PxrHcGavfTZa3/AEldbm/+cKgzqteP
9Y8pzLn1CuoY+E5toaHiotZmbvU21M97vVrZv/7cQ+jZX2mrqmPS+x1LHHKxHl0vcwPfXY57
XtY7+d979nsUZiCAb3ZqIF9nV6Z0fL6rhuqww2trXn7SXO+k0GKqN8e5j9vr2VfQ/m/VQ82j
IbmvptBra1opDHD6IbFjX+3+X71u/VWp+P0Jj6wa7Lbnv3fv7PZvd/a/RvVz6wU+tgfb6Kmv
trADpgksJ8f+CeiIDavUGMyO9+kvH/V2sPtyRZ+ja3HvaBGpDhusY39/3Hd/bSRemU21tybb
T6db8e53pcOJ2/TLfzUkeA1X0Rxa2//Up9WF2F1almUxwx214jLTEhlgrcaXM+nV9ot9N7Po
P/Q+ps9i9KNj39Ox4mt1rGnaeWgjd7o/OXnHVMizqHW8bGsAFf2ei4MndJfS1ry9w+l6ddey
nd9DfavTBt2VueY21NMngaD/AMmqucXelXYtnj0HbWnBynPsYGA7LN5YJ0Bl25nu/fZ9NV8f
qxe3Jtcdzcmwje76LKaxsr3/APW2+p6Nf/GW+mr3XHej0599MtB9tbo9/qP21Nc0fv67q1yf
WsnGwHYHS3vNbAPUyGRDRUwsLAC+PUrtuPqOf/2r9H/RelWqHtHJIQj9T2DYBAiZF7XG6fTi
9P8AtL8m/e9ocYeBE6U07drv5pu2vd/OLNx+nnpIpwrbXWnLZu90aPYHWCtv9Rzvp/znv9NA
6Tl357m5BBbhVmcZh0ddYdGWlv8Ao/8AuPX/ANes/Rp+rZDndQxcofpPsxLg0Sd1e6uu4t/s
b8hn/BsVzNhgMdRFGPq/xP8AvmvjlIy1Ng6fa6H1gxDfj9OyTV6xxbHgs4Purc4Q7Tb+lqYs
X6nYHT87JPVK8AYWXU559Z5da5rhFNg921u73P8AT9v/AAq3PrXTaehvZQ8NcLmQ4ydIc2Pa
o/Uus1dBYC7cCYaSIJ3Oda95/tv/APA1Z5ckQAAB16iMujHMAkl0zVc3IAfZ6j3AlpiOPdqq
XW8ptWHTSWj1cm30KLjO6tpa63JM/vsx22el/LWkay+2t4P0gfyh3/f1y31o6p9n605mQ4Bu
JSbaK9Nn6QMrsvt3Dd6lW6z+R6aEySSCNzTJjiCYjsLaWP0jp2F1B7KqNrnV6vLt5qb9Jte1
3sZ6z/f/AMYn/ZWF02+zNrxnC+xtt9dZe5rXlrD61R+k6r7RW/3vZ/XVL6t9Xyr+ksZaK9l1
z7L27T6hcXGyp1rXN/S72huz03v9P0/zEbN6rm5nV8TDybGWtdj5DWisTtNrW1VttsgMsc9j
vU9jvYrEox4Dtt/0l3q4vDq9tjursopdRWKsf0muqrb+awj1FYxa63YvpvG5loLHDsQ4lZH1
SzL87obW3bfUx4pe5nHsaNG/1foPWvXLK2SeZP8A0i/+CggTIjyLHMAAjxeHqeKMnqVtZc6z
Ex8pjS8a1vr9rXWT+f8A6L8x6SL1np+Uz6zZ7KGuOPnY11ga2S11xqax3qD6PrVz/wBt3JI2
e44rpFDtpVv/1Q5FDq+p1uAixuNQ2I/ONfp6z+6vRLJNVbG6AMbuB/dIY5v/AEmLmbcTH6hk
lzg+vKsqrdXY0y1zizfs/tOPu/6tdB0i71OlY+TaSAKzvc7nax26f8xV+aII7EaSZcdivHZx
/rdnVYzMPGeZY26sEfyrHenu/wCtYzrLFg/4w8W/J+suAMZv6d2ICYiCA54bM+36Szfrh1R2
dnPeyduJr/1x5DGM/wCsVN/7d9ZdtkYdOf8As/qAcHZTGMbaBr+is23t/wAy23/MVfBZiT3I
P+CPSGxP08PkR9ZepwOmDq9uEXOFznVF7DAaQXMJbbXuhv6P2/8AFovQuo51HXtvVtzfXBrY
LC0w4jePofv1Nd/216S3Ojua6moiNtzr3aeIdbKx+pMZZ1HHucJDHYN33W2Y9n+d67VJLH7f
FISmeGzwylcfSxRnxkAiI4uoGvqd/wCtBNXQbYE/pGBg58doROj4l+Jh3VObBD2Bp5kCv0p/
BUvrJk1txsVha4spyPTeJk7mOoj2fSta7+QtjD2B91QgOs1DYLTLdzvov/NU+M8AA6asZF6p
MnNqw8MZDzqNrGDxc8Brf+pXnf1nD+tdTZggMbcbGjcWmW/uOdPtdXttvyb/AHLuusUtt6Vb
WQS4OY5gBgyH7e/7u9cvj4j8jqOTnOD6xhUPADvzTYWsrFZ/P3U1O9R70ZCzE9yvxHU/Rh0/
pmLjsZ9hdbVY0/o763nc3ilsSNrd7DZ6/wD3xV8zprRbW/BY5ufhj1mQ4llgDdz6drv5t9tf
q1t/4X/R1rZaz0v0ZndoHk6kEN98u/ktd6Sk9m+4Ogh1b2vMcuaB/m9rf+3FdlCPCa3rdQl6
vC2HQOttxxfaxk4mQRk0hogv9UzkM/rU5Pq7v+OXU3kQws14InSQQT/35cEKbOnPy6bXxj49
ttbMdmgGu9lvu+hvq2+n/bXehjbHNbWZYIaCNeAxpVOIoCXcn+1GQjjrwDxnWbrKfrXlhri1
p6e6x5GnubS1u7+ttSUc6h/V+v8AVcupoOK3GtpFxMN1qbWGmf3nV2JJ1a1Y3v8ArXw7LL02
6V/Vf//W1cPLoqzKg/T9Vo22OPtB9Of0jP8AyKt9Y6ri9M+rUYIDbMu1zKWgudqYfbafV9/t
+m9YvVMO23LZZhWi1xpx/wBE+CX/AKNzrLGOP0m+5v5qp9QrfdmY3Twd32Vgrce3qv8A02U7
+y5zKf8ArSqc2Y8N3rI1KP8AVju2MAJIBGkfVbj5dPpY1W7V95ddrqS1v6Kku/4y173rd+q/
XnVVt6fffFdLS8mzSAzcGNZZ+63+UsvLIyOsuY3WqhwrYO2ykf8AfrVofU/puLlNybs7b9nN
tYLnyBq25z/c36P5qi5ciwD1DNmBMSezvdDyKq6un0GxjX+na7aXAGXuefouO5ZmZn0EUObY
1wNBqeWkHbYy+u2prv8AMWdbiUW/WS7Ap3Mqpqc1suJi3+cdud/Jn01Y69h42NRh1Y9YZYGW
WXAaklhrYxzn/n/RsU2XJAxmdTfFHt87DjxyEoAkdJd/lep+uWMbvsLK3Cqnc9/cayx35qBj
dXtxnU23EW1VvEvbZ6hBGj5a/a6rc391T+sl1WV0HFyQf5ktJjs2wOa0z/Xp2rl6cmlkWOY0
OrPtcXbwQRy4P/OarXLRGTDCXgGvklwSIe5+tBp9Gku9zRYTDXbZa5s7uHe3c1VsWtv2Gx4l
zbrmFs8lrQG00/8AV2LFyerZHVbaTiuivHoqrsc47Wuc0TdH9tzlvYwFONRj7v5jcXuP+kME
7W/vVu2VMRyQoRB3BvyC/DK5EjamnYQ/OfXMEvJc6J4nbp/Kc11iH07JblhmQwEeoQ4NPLWw
G7Xf8Yz03qPU6bcf6z4jHQKRZTbS1vcncy11n+ksa+tP9VqhdXbc0jbVi11N10Jed8O/q+n/
AGPUROfTwof96zGAq/Jj1/By8jOb9laHV201veCQ0bm72NLnPj3bFu4DjgdBDXPBuop2l7Pf
Fj3PiB7d/vcszrmQ6vEZk0/mP2OB5AcS6l/9h++pYB606npOXRaHg22sur2iN22W2tmz3f6F
/wBFNjZgBoIx+22CdCROtn8nQvyKMWrI6bRU5pZi3ucHDba54rgW3afzlu7/ANJpLDwMqx9m
Ywu2NOLeN5BgbWfpfUgbv0O5m/8Ac9RJDgFcN+q9/wCt3Vxm7r01VP8A/9ethZjv21hUODgW
4GNed24CRQ07GNeB9N7Pe/8Am3omK4jLsyX6uAc/5uJcqB6ze3qnTsTIcX0Y+FjsYdAWm6qt
ljnu273t/Rs9vqexW+nG9+HN2t+0tf499iz+ahM616R6f8ctnBOI06nX/FauFUdt2Q7nadf5
Tvc5db0DCor6LiVuGrnMtd5l5e5+7/rddbFg4+M449lFQL3RB+a2WXOx+mNr3DeGbKyTtABD
q/pOO38/2oQjKE5GUTpcR/e/qskpCcQIncg/RzPqtRVZ1XLvyfebAS4nk7nN9R0/11c+sVLH
dSx9o0bjCt3xcXv/APRir9LdQb3GkvLw0gwC0Bxc1wa4/wCb9Nvp2K5mm9uW5zqgWgN/S2OA
BJEQ1rd30tuxEY5yiMZHCb4if6vCjjiJcY10oAd0Pp35HRGVVl25jfTsA7skO90/uX0ep/bW
Vh4Tsa71L2G4s1ZWAIns+wP/AHXLoKQ6mt5f6dLWjc/ktbPvcPzXIpxqNLHWs2Fu4t0ktI3A
fvbf7CtcrkOPGYHpKQYM0BOXEB0BPg5uNZbdnUNuYKqA4PvsIDQK2fpLfot/O27f5b/Yt5uU
0WPyIitrnQD2Op/6p3/n1Z15roG+0sLSAWs2ltgB49v8j/q1Q6h1AYlTHXu0Y10MGpLnFtcN
bI9386+xWR64knTSkQHDbc6jnOPXOk5TtSxjgZ8Q5/qf9Up/V6/7J0+xvawtJ+MWLnf21Rkm
gsZZOIRYSQBIMtdW33Hc5yK7rmLhA4thf6lbWWexu4HTRv0m+5MGIDTuzGYMXrb312VWi+TR
knZubrsbZta22PzvSd6Fq89zbLrn/s5m1z63Guo7SXPdune7buf+ij/tpdV07qlFtMMsbbjF
5EAjcCRvrgO+i79J763rlOp9Mvba9rzttaYPaPNv9b6afOGmjXyHUFJiPqszc+uiswMTMqdh
1Fz7DFbKm7r3G3fbf/Ns9JvsSVXpL8yqzKrLorpwMt1TWmC15YHGxh/Nfv8Aoe9JQe3Oq1Vx
i7od+GtH/9DJzBSMmnbBLcTGkO/NaKh7nf8AkFcxX+k5zDs3/wAmwOBEfyJZ/mIL8mnMqqxm
todWzGoDclj693qtqY7YX7vU9lvte279H/glRvbfZS+tjq2XOE0ubbUWiD7t1e785n59bkiO
K4yHp2XR01BF7urlZjWYxdXYyshzRY5znQWGZZAcz85bWSWVfVmrJymgbhULw6SGuM2Mu2zu
/SOcz/P3rim9PzwXOudWdwn+erjQbfa1r3e6xa+Tm9fz+kN6bk2UGgtaA42VB0Vlrmt3tf8A
4P8Ak+mmZcdmNd9UiVWOlduro09cLcbfjUXXAvbSSBBFjz+h52e61+1jFqUdZxs6trc7FycT
IZLQ8VOcCR+9sG1y4ijpfVcYuFGW0VS2wsbezV7Qdh9zx+lZu21rYqs+sjq63iwOyGgta/7U
0sAJhrr6272v2InFEm/UPKlCZ1GlDa//AEF0M7pvURkuyKIyqRH6vc8t3mGua82Y4bc30nO2
0+36arU9L+sAN1TQWVMfvx3Gxnql0+qy51zP0jnNd7PVZ+k/4z0/feoHUqrLbMi6htTyAyh1
psAgBs127qvT3/6LZZ/xiPXlZZdo+gMaSSPUmwNifUd+f6bvoN/7UJRA0+bYj7f8JVyFgHTX
Y9P8Vx+p9N60+1+Q2/VzfU9u55E8ta25nsu/P9VrFzt/TerG3e/Hvvdx6hY9zoHA3ODnLsuq
N65YWv6dkY7ao2uLLNGETv2tcdz/AOXuWWT9ZWhk53qvEkkXCoGBtbW33P8Apfn+1TRod/s0
Wkk6k6k624WG3qFGQ2u3EuY28sYxzmOADi4Br3WPDWtZ7lX6/v8A21kFkQ5jHMLpdpHtbU5v
tWtdj/WK5hqyM0lm4PbTZlNeGOad9fv37rNvt2ueqjujZT7nvtsqve73PLbq+2n0JTtDXRQk
eGt6P0po42TkV/pKXbd3LXCQ6OC5r/8AoLQqy8q14ZcfXe4D2bhu28NaGsb7UB3Sb9lz3Gqh
9bm+lUbKiHNn3bnl7HM9vv8Ao/8ABKbcTIq2P3NZkSBW6u+puwn2y5zQ3f8Ay/ckSK0O3gqI
sgX479v7zd6PeaszLuYzc+jAyiN0j3ho9xcPh/OJJ8HLPTMTJBvoabMPJJsZawlzjWTSw6t3
fQ/R7fVp9W3/AE1iSh4jxfL14b4vDev76bHDXF/Wquvbi/uv/9kAOEJJTQQhAAAAAABVAAAA
AQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAEwBBAGQAbwBiAGUAIABQ
AGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAUwA2AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAcABgAAAAEBAP/hEkJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBpZD0i
VzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRvYmU6
bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuMy1jMDExIDY2LjE0NTY2MSwg
MjAxMi8wMi8wNi0xNDo1NjoyNyAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJodHRw
Oi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNjcmlw
dGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8x
LjAvIiB4bWxuczpkYz0iaHR0cDovL3B1cmwub3JnL2RjL2VsZW1lbnRzLzEuMS8iIHhtbG5z
OnBob3Rvc2hvcD0iaHR0cDovL25zLmFkb2JlLmNvbS9waG90b3Nob3AvMS4wLyIgeG1sbnM6
eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0RXZ0PSJo
dHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMiIHhtbG5z
OnN0UmVmPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VSZWYj
IiB4bXA6Q3JlYXRvclRvb2w9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzYgKFdpbmRvd3MpIiB4bXA6
Q3JlYXRlRGF0ZT0iMjAyNi0wNC0wOVQxNzowMTo1MiswMzowMCIgeG1wOk1vZGlmeURhdGU9
IjIwMjYtMDQtMTBUMTQ6MzQ6MjUrMDM6MDAiIHhtcDpNZXRhZGF0YURhdGU9IjIwMjYtMDQt
MTBUMTQ6MzQ6MjUrMDM6MDAiIGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgcGhvdG9zaG9wOkNv
bG9yTW9kZT0iMyIgcGhvdG9zaG9wOklDQ1Byb2ZpbGU9InNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xIiB4
bXBNTTpJbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjJGQjQ3MjNBRDEzNEYxMTE4NTJGREM5REIzODk3
MzVCIiB4bXBNTTpEb2N1bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjBFRTlGRDFDMUQzNEYxMTE4MUMyQ0Uy
NTg0QkI2RUIyIiB4bXBNTTpPcmlnaW5hbERvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MEVFOUZEMUMx
RDM0RjExMTgxQzJDRTI1ODRCQjZFQjIiPiA8cGhvdG9zaG9wOkRvY3VtZW50QW5jZXN0b3Jz
PiA8cmRmOkJhZz4gPHJkZjpsaT54bXAuZGlkOjU3MzU0NkZFRDFDNEVDMTFBMDAyQjcxNkJG
RDQyRjc4PC9yZGY6bGk+IDwvcmRmOkJhZz4gPC9waG90b3Nob3A6RG9jdW1lbnRBbmNlc3Rv
cnM+IDx4bXBNTTpIaXN0b3J5PiA8cmRmOlNlcT4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249ImNy
ZWF0ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MEVFOUZEMUMxRDM0RjExMTgxQzJD
RTI1ODRCQjZFQjIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMjYtMDQtMDlUMTc6MDE6NTIrMDM6MDAiIHN0
RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzYgKFdpbmRvd3MpIi8+IDxy
ZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0OnBhcmFtZXRlcnM9ImZyb20g
aW1hZ2UvcG5nIHRvIGFwcGxpY2F0aW9uL3ZuZC5hZG9iZS5waG90b3Nob3AiLz4gPHJkZjps
aSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDppbnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjBGRTlG
RDFDMUQzNEYxMTE4MUMyQ0UyNTg0QkI2RUIyIiBzdEV2dDp3aGVuPSIyMDI2LTA0LTA5VDE3
OjA1OjA3KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFnZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ1M2
IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0i
c2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MkVCNDcyM0FEMTM0RjExMTg1MkZE
QzlEQjM4OTczNUIiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMjYtMDQtMTBUMTQ6MzQ6MjUrMDM6MDAiIHN0
RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzYgKFdpbmRvd3MpIiBzdEV2
dDpjaGFuZ2VkPSIvIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJjb252ZXJ0ZWQiIHN0RXZ0
OnBhcmFtZXRlcnM9ImZyb20gYXBwbGljYXRpb24vdm5kLmFkb2JlLnBob3Rvc2hvcCB0byBp
bWFnZS9qcGVnIi8+IDxyZGY6bGkgc3RFdnQ6YWN0aW9uPSJkZXJpdmVkIiBzdEV2dDpwYXJh
bWV0ZXJzPSJjb252ZXJ0ZWQgZnJvbSBhcHBsaWNhdGlvbi92bmQuYWRvYmUucGhvdG9zaG9w
IHRvIGltYWdlL2pwZWciLz4gPHJkZjpsaSBzdEV2dDphY3Rpb249InNhdmVkIiBzdEV2dDpp
bnN0YW5jZUlEPSJ4bXAuaWlkOjJGQjQ3MjNBRDEzNEYxMTE4NTJGREM5REIzODk3MzVCIiBz
dEV2dDp3aGVuPSIyMDI2LTA0LTEwVDE0OjM0OjI1KzAzOjAwIiBzdEV2dDpzb2Z0d2FyZUFn
ZW50PSJBZG9iZSBQaG90b3Nob3AgQ1M2IChXaW5kb3dzKSIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIv
PiA8L3JkZjpTZXE+IDwveG1wTU06SGlzdG9yeT4gPHhtcE1NOkRlcml2ZWRGcm9tIHN0UmVm
Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6MkVCNDcyM0FEMTM0RjExMTg1MkZEQzlEQjM4OTczNUIi
IHN0UmVmOmRvY3VtZW50SUQ9InhtcC5kaWQ6MEVFOUZEMUMxRDM0RjExMTgxQzJDRTI1ODRC
QjZFQjIiIHN0UmVmOm9yaWdpbmFsRG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRpZDowRUU5RkQxQzFEMzRG
MTExODFDMkNFMjU4NEJCNkVCMiIvPiA8L3JkZjpEZXNjcmlwdGlvbj4gPC9yZGY6UkRGPiA8
L3g6eG1wbWV0YT4gICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICA8P3hwYWNrZXQgZW5kPSJ3Ij8+/+IMWElDQ19QUk9GSUxFAAEBAAAMSExpbm8C
EAAAbW50clJHQiBYWVogB84AAgAJAAYAMQAAYWNzcE1TRlQAAAAASUVDIHNSR0IAAAAAAAAA
AAAAAAEAAPbWAAEAAAAA0y1IUCAgAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAARY3BydAAAAVAAAAAzZGVzYwAAAYQAAABsd3RwdAAAAfAAAAAUYmtw
dAAAAgQAAAAUclhZWgAAAhgAAAAUZ1hZWgAAAiwAAAAUYlhZWgAAAkAAAAAUZG1uZAAAAlQA
AABwZG1kZAAAAsQAAACIdnVlZAAAA0wAAACGdmlldwAAA9QAAAAkbHVtaQAAA/gAAAAUbWVh
cwAABAwAAAAkdGVjaAAABDAAAAAMclRSQwAABDwAAAgMZ1RSQwAABDwAAAgMYlRSQwAABDwA
AAgMdGV4dAAAAABDb3B5cmlnaHQgKGMpIDE5OTggSGV3bGV0dC1QYWNrYXJkIENvbXBhbnkA
AGRlc2MAAAAAAAAAEnNSR0IgSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2
Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AFhZWiAAAAAAAADzUQABAAAAARbMWFlaIAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABYWVogAAAAAAAAb6IA
ADj1AAADkFhZWiAAAAAAAABimQAAt4UAABjaWFlaIAAAAAAAACSgAAAPhAAAts9kZXNjAAAA
AAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5pZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAABZJRUMgaHR0cDovL3d3dy5p
ZWMuY2gAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVz
YwAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBzUkdC
AAAAAAAAAAAAAAAuSUVDIDYxOTY2LTIuMSBEZWZhdWx0IFJHQiBjb2xvdXIgc3BhY2UgLSBz
UkdCAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAGRlc2MAAAAAAAAALFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5n
IENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAAACxSZWZlcmVuY2UgVmlld2lu
ZyBDb25kaXRpb24gaW4gSUVDNjE5NjYtMi4xAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAB2
aWV3AAAAAAATpP4AFF8uABDPFAAD7cwABBMLAANcngAAAAFYWVogAAAAAABMCVYAUAAAAFcf
521lYXMAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAKPAAAAAnNpZyAAAAAAQ1JUIGN1cnYA
AAAAAAAEAAAAAAUACgAPABQAGQAeACMAKAAtADIANwA7AEAARQBKAE8AVABZAF4AYwBoAG0A
cgB3AHwAgQCGAIsAkACVAJoAnwCkAKkArgCyALcAvADBAMYAywDQANUA2wDgAOUA6wDwAPYA
+wEBAQcBDQETARkBHwElASsBMgE4AT4BRQFMAVIBWQFgAWcBbgF1AXwBgwGLAZIBmgGhAakB
sQG5AcEByQHRAdkB4QHpAfIB+gIDAgwCFAIdAiYCLwI4AkECSwJUAl0CZwJxAnoChAKOApgC
ogKsArYCwQLLAtUC4ALrAvUDAAMLAxYDIQMtAzgDQwNPA1oDZgNyA34DigOWA6IDrgO6A8cD
0wPgA+wD+QQGBBMEIAQtBDsESARVBGMEcQR+BIwEmgSoBLYExATTBOEE8AT+BQ0FHAUrBToF
SQVYBWcFdwWGBZYFpgW1BcUF1QXlBfYGBgYWBicGNwZIBlkGagZ7BowGnQavBsAG0QbjBvUH
BwcZBysHPQdPB2EHdAeGB5kHrAe/B9IH5Qf4CAsIHwgyCEYIWghuCIIIlgiqCL4I0gjnCPsJ
EAklCToJTwlkCXkJjwmkCboJzwnlCfsKEQonCj0KVApqCoEKmAquCsUK3ArzCwsLIgs5C1EL
aQuAC5gLsAvIC+EL+QwSDCoMQwxcDHUMjgynDMAM2QzzDQ0NJg1ADVoNdA2ODakNww3eDfgO
Ew4uDkkOZA5/DpsOtg7SDu4PCQ8lD0EPXg96D5YPsw/PD+wQCRAmEEMQYRB+EJsQuRDXEPUR
ExExEU8RbRGMEaoRyRHoEgcSJhJFEmQShBKjEsMS4xMDEyMTQxNjE4MTpBPFE+UUBhQnFEkU
ahSLFK0UzhTwFRIVNBVWFXgVmxW9FeAWAxYmFkkWbBaPFrIW1hb6Fx0XQRdlF4kXrhfSF/cY
GxhAGGUYihivGNUY+hkgGUUZaxmRGbcZ3RoEGioaURp3Gp4axRrsGxQbOxtjG4obshvaHAIc
KhxSHHscoxzMHPUdHh1HHXAdmR3DHeweFh5AHmoelB6+HukfEx8+H2kflB+/H+ogFSBBIGwg
mCDEIPAhHCFIIXUhoSHOIfsiJyJVIoIiryLdIwojOCNmI5QjwiPwJB8kTSR8JKsk2iUJJTgl
aCWXJccl9yYnJlcmhya3JugnGCdJJ3onqyfcKA0oPyhxKKIo1CkGKTgpaymdKdAqAio1Kmgq
myrPKwIrNitpK50r0SwFLDksbiyiLNctDC1BLXYtqy3hLhYuTC6CLrcu7i8kL1ovkS/HL/4w
NTBsMKQw2zESMUoxgjG6MfIyKjJjMpsy1DMNM0YzfzO4M/E0KzRlNJ402DUTNU01hzXCNf02
NzZyNq426TckN2A3nDfXOBQ4UDiMOMg5BTlCOX85vDn5OjY6dDqyOu87LTtrO6o76DwnPGU8
pDzjPSI9YT2hPeA+ID5gPqA+4D8hP2E/oj/iQCNAZECmQOdBKUFqQaxB7kIwQnJCtUL3QzpD
fUPARANER0SKRM5FEkVVRZpF3kYiRmdGq0bwRzVHe0fASAVIS0iRSNdJHUljSalJ8Eo3Sn1K
xEsMS1NLmkviTCpMcky6TQJNSk2TTdxOJU5uTrdPAE9JT5NP3VAnUHFQu1EGUVBRm1HmUjFS
fFLHUxNTX1OqU/ZUQlSPVNtVKFV1VcJWD1ZcVqlW91dEV5JX4FgvWH1Yy1kaWWlZuFoHWlZa
plr1W0VblVvlXDVchlzWXSddeF3JXhpebF69Xw9fYV+zYAVgV2CqYPxhT2GiYfViSWKcYvBj
Q2OXY+tkQGSUZOllPWWSZedmPWaSZuhnPWeTZ+loP2iWaOxpQ2maafFqSGqfavdrT2una/9s
V2yvbQhtYG25bhJua27Ebx5veG/RcCtwhnDgcTpxlXHwcktypnMBc11zuHQUdHB0zHUodYV1
4XY+dpt2+HdWd7N4EXhueMx5KnmJeed6RnqlewR7Y3vCfCF8gXzhfUF9oX4BfmJ+wn8jf4R/
5YBHgKiBCoFrgc2CMIKSgvSDV4O6hB2EgITjhUeFq4YOhnKG14c7h5+IBIhpiM6JM4mZif6K
ZIrKizCLlov8jGOMyo0xjZiN/45mjs6PNo+ekAaQbpDWkT+RqJIRknqS45NNk7aUIJSKlPSV
X5XJljSWn5cKl3WX4JhMmLiZJJmQmfyaaJrVm0Kbr5wcnImc951kndKeQJ6unx2fi5/6oGmg
2KFHobaiJqKWowajdqPmpFakx6U4pammGqaLpv2nbqfgqFKoxKk3qamqHKqPqwKrdavprFys
0K1ErbiuLa6hrxavi7AAsHWw6rFgsdayS7LCszizrrQltJy1E7WKtgG2ebbwt2i34LhZuNG5
SrnCuju6tbsuu6e8IbybvRW9j74KvoS+/796v/XAcMDswWfB48JfwtvDWMPUxFHEzsVLxcjG
RsbDx0HHv8g9yLzJOsm5yjjKt8s2y7bMNcy1zTXNtc42zrbPN8+40DnQutE80b7SP9LB00TT
xtRJ1MvVTtXR1lXW2Ndc1+DYZNjo2WzZ8dp22vvbgNwF3IrdEN2W3hzeot8p36/gNuC94UTh
zOJT4tvjY+Pr5HPk/OWE5g3mlucf56noMui86Ubp0Opb6uXrcOv77IbtEe2c7ijutO9A78zw
WPDl8XLx//KM8xnzp/Q09ML1UPXe9m32+/eK+Bn4qPk4+cf6V/rn+3f8B/yY/Sn9uv5L/tz/
bf///+4ADkFkb2JlAGRAAAAAAf/bAIQAAgICAgICAgICAgMCAgIDBAMCAgMEBQQEBAQEBQYF
BQUFBQUGBgcHCAcHBgkJCgoJCQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAEDAwMFBAUJBgYJDQoJCg0PDg4O
Dg8PDAwMDAwPDwwMDAwMDA8MDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgDSgJ1
AwERAAIRAQMRAf/dAAQAT//EAaIAAAAHAQEBAQEAAAAAAAAAAAQFAwIGAQAHCAkKCwEAAgID
AQEBAQEAAAAAAAAAAQACAwQFBgcICQoLEAACAQMDAgQCBgcDBAIGAnMBAgMRBAAFIRIxQVEG
E2EicYEUMpGhBxWxQiPBUtHhMxZi8CRygvElQzRTkqKyY3PCNUQnk6OzNhdUZHTD0uIIJoMJ
ChgZhJRFRqS0VtNVKBry4/PE1OT0ZXWFlaW1xdXl9WZ2hpamtsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3
OEhYaHiImKi4yNjo+Ck5SVlpeYmZqbnJ2en5KjpKWmp6ipqqusra6voRAAICAQIDBQUEBQYE
CAMDbQEAAhEDBCESMUEFURNhIgZxgZEyobHwFMHR4SNCFVJicvEzJDRDghaSUyWiY7LCB3PS
NeJEgxdUkwgJChgZJjZFGidkdFU38qOzwygp0+PzhJSktMTU5PRldYWVpbXF1eX1RlZmdoaW
prbG1ub2R1dnd4eXp7fH1+f3OEhYaHiImKi4yNjo+DlJWWl5iZmpucnZ6fkqOkpaanqKmqq6
ytrq+v/aAAwDAQACEQMRAD8A+Z3/ADhh/wA4p/8AQ3X5pa7+W3+Ov+Veronla68ynWv0X+lv
V+rXtjZ/V/Q+t2XHl9c5c+Zpxpx3qN1my+HG6tx4erZ6Av8Azj3/AM4NAFf+ihfuSPyl8zA7
e/1nB4mT+Z9oUgd67/oXr/nBv/5oXX5/lN5m/wCynB4mT+Z9oY1Hvd/0L1/zg6Nh/wA/DKDw
/wCVTeZd/wDp5w8eT+Z9oWo96c23/OLH/OHV5oeqeZ7T/nPO9uPLuiXVrZaxr0f5P+aWtLW5
vRI1rDPMJ+CPMInKKxq3FqdDg8ad1w/aE0O9K4/+ceP+cIGdY1/5+FBnJpQ/lN5lofvuaZIT
yD+D7QgiPevj/wCce/8AnB1yAf8An4SXTqwH5UeZQfoJuD+rJeJl/mfaEcMe/wCxXH/OO/8A
zhHsB/z8F3cA1/5VP5lqR/0k4nNl/mfaF4Aev2Iu2/5xz/5wlLED/nP8SJQu4P5U+Y1PFRvR
muafRkPHn/M+0JOId68f845/84T7H/of4kDqf+VVeZPx/wBJx/MZP5n2o8Id7Sf846/84TKJ
Kf8AOf3L1AOLf8qp8yEgA1+H/Se+SGoyfzPtC+EO/wCxb/0Lp/zhLQSyf85+uYQQrFfyp8yj
dq0BP1g7mnhgOfIf4PtDE44j+L7EJ/0L3/zhDsP+igp7f+Un8y9f+kjJ+Ll/mfaFEI/zvsVn
/wCceP8AnCaGWSCb/n4A8M8bcJYJPyl8zI6MOqsrXAII8Dj42X+Z9oRwx/nfYu/6F6/5wkUV
P/PwLYb7/lR5k/7KcHjZf5n2hkIR7/sXj/nH7/nCOlP+igNadT/yqnzJt/08YPEy/wAz7Qki
I6/Ypt/zj3/zhGdz/wA/A/8A0FHmT/spx8XL/M+0Mah3/Yon/nHr/nCI0/8Ajgp/89P5l/7K
cPi5f5n2hkIx7/sX/wDQvv8AzhGqsq/8/BAI5Aofl+U3mQn4TXZvrFV38MPi5f5n2hkIxHVT
/wChev8AnCIHkP8An4MVI2Df8qn8y09x/vT74PFy/wAz7QxIj3/Y3/0L3/zg6qcf+igjCUNu
T+VPmTjwoKAL69a171pTt3weJl/mfaF4Y9/2LD/zj1/zhAA7H/n4N8K7t/yCfzLt/wBPOS8X
L/M+0Lwx7/sRFz/zjf8A84T2F7JY3/8Azn/Lb3MDqtzbH8p/MqyCoDUqbggEgimxweLlPKH2
hFR/nfYvtP8AnG3/AJwrvmuktP8AnP8AadrS3mu7kD8p/MlUggFZHP8ApI2UHfB4mX+Z9oY8
MP532IVf+cef+cIe/wDz8F5DtX8p/Mv/AGU4fEyj+D7QyAh3/YrH/nHj/nCNacv+fgVagEA/
lR5l6Hp0ucRmyfzPtCKh/O+xZ/0L3/zhH1H/AD8EFK9P+VT+ZP8AspyYyZf9T+0MTGB/i+x3
/QvP/OEVRX/n4KTy3Wn5UeZOn/SRj4mX/U/tCiMP532Kq/kF/wA4TIsiR/8APwcqkiqkyj8p
/MlGCEMOf+keNDg8XLf939oUwh/O+xTf/nHv/nCIks3/AD8F4Uajf8go8ygV+m5yXi5f9T/2
QURh/O+xVX/nH3/nCSkUbf8APwGqxE/Z/KfzIrHluQW+sVPTavTD4ub/AFP/AGQQRD+d9iIP
5Af84TKqo3/Of/2RRT/yqjzJXjWu9LjfE583+p/7II8OH877EZZfkT/zhXZtcRRf85+RyNdQ
tFMJPym8xv8AA1G2JuDxIKg1FD9GR/MZf5n2hBxw/nfYpWv/ADjl/wA4V6pdLawf8/B7aKaX
l+8ufyx162hHAFjylnvI41rSgq25oBUkDAc2X/U/tCeCA/i+xYn/ADj9/wA4ToZKf85/GrcS
f+QU+ZBQf9JHfEZso/g+0JEIfzvsRB/5x/8A+cKFjVY/+c+QkgLh5v8AlVXmRiyuAOJH1mm1
DSg74Dnyn+D7QyGOHf8AYtH/ADj5/wA4VDmT/wA59kjjVv8AkFXmTpXc/wC9OPjZf5n2hJhC
+f2Kv/Qu/wDzhaH5L/znqwDg8EH5VeZCOK9T/vQenc4+NlP8H2hMMcR1Xp/zj/8A84VrzH/Q
/LGq8dvyt8x1A/6SDtkDlyfzPtDbUe9ev/OPv/OFrkV/5z3dqChB/KzzGNq7U/0jK5Zp9Y/a
GYgFQf8AOPH/ADhYXQyf855sYqgyon5XeYlJWu4B9c0NO9D8sq8eX837W0RVf+VA/wDOFfKk
f/OeIjXYIv8Ayq7zF0Gw5E3FKnudsBzSP8P2tsYSPRGr/wA4/wD/ADhp1H/Od1af+Yv8xf8A
ZRkTml3fa2DHMfw/aiF/ID/nDfoP+c66/wDnL/MP/ZRkfHl3N0YZP5n2hFR/kD/zhz+z/wA5
zlj4/wDKsfMP/ZRlMs9twGQfwfaE7ufyC/5w5EdmI/8AnNloGMKu7n8t9ef1Cf2qCYca+BqR
mN4ovm3k5P8AUv8AZBYn/OPf/OInGN1/5zgVjuwA/LXXSw4nqyfWaivao37YfHB6tojnq/C/
2QaH/OPX/OIZNR/zm4d+v/INNf8A+yjIHNHvTWf/AFL/AGQRUf8Azj1/ziKzIi/85rs7sQFU
flrr+5Pb/ejKzmh/O+xsiM/+o/7IKp/5x+/5xDQcf+h1GV67t/yrfX6/Knr4+NH+d9iJx1H+
pf7IKbf848/84kS7j/nNdiB/5jXXv+yjJx1ER/E0yw55f5L/AGQQz/8AOOf/ADiKKk/85sMp
8f8AlWmv/wDZRlw1Y72iWmzf6n9oQk3/ADj1/wA4fp9v/nOAofH/AJVnr5/7GMvjquI97jZd
PkjzhXxCXP8AkB/zhySQf+c6aH/zWPmHb/p4y+OaXd9rhyiQeSCm/wCcfv8AnDVWKSf852lW
Hj+V/mH/ALKMtGWf837WmQQ//Kgv+cMV/wDX8af+cu8xf9lGWjLk/mfaHHkI960/kL/zhgev
/Oef/oLfMX/ZRkvEy/zPtDUYw/nfY5f+cfv+cMSgcf8AOeVUZuAc/ld5ipyArSv1jwx8TL/M
+0IMYfzvscPyB/5wxU0/6HyNR2/5Vb5i/wCyjHxMv8z7Qjhx/wA77F7fkJ/zhif/AF/Lf/zV
3mL/ALKMfEyfzPtC8GP+d9jv+VB/84Y7U/5zxpQf+Wu8xf8AZRh8TL/M+0LwQ/nfYiU/5x7/
AOcOHt5btP8AnO0m3gljglk/5Vf5h2klV2RafWK7hG+7Hxcn8z7Qpxw/nfYti/IT/nCxHf61
/wA51tOnpyKiL+WPmKPjIy0jcsJzUK25Hfph8TL/ADPtDHgh/O+xtP8AnH//AJw2PT/nO6v/
AJy/zCP+xjJeNl64/tDIRh/O+xXi/IP/AJw3D0H/ADnYWZOq/wDKsPMPf/o4weNk/wBT+0J4
IfzvsRP/ACoT/nDok1/5zoO/Uf8AKsfMA/7GMh42T+Z9oSIQ/nfYsH5A/wDOG4qW/wCc6GaQ
nY/8qy8wUpTw9cmvvX6MHjZP5n2hTGH877FT/lQX/OHRH/rc/wAz/wAqx8wf9lGIzZB/B9oS
IxH8X2Lv+VBf84ccUVf+c4lV4+XqSj8sfMXJ+RqOVbmnwjYUp74nPkP8P2hlwj+d9i+P8gf+
cOFWQt/znEXJUCJv+VZ+YRwINSafWN6jbfI+Pkr6ftSYx7/sRf8A0L9/ziAjGM/85wfEhoR/
yrPX/wCFxg8af837UcEe/wCxzfkN/wA4eqDX/nOIU3BYflpr5H0EXBGT8XIeUPtCmEf532KR
/IX/AJw9jJR/+c4GjcGjI/5Y+YVYHwIM4I+nD4mX+Z9oY8Mf532Ob8h/+cPaf+tx0H/msvMH
/ZRjx5f5n2heGP8AO+xZ/wAqF/5w8/8AY5D7/wDIMvMH/ZRjx5f5n2hNR/nfY3/yoT/nDyjH
/oeXYDen5Z6/X6P9IweJl/mfaE8MO/7FI/kR/wA4chQn/Q81Co+Jh+WXmHf/AKeKZMTy/wAz
7Q1yhD+d9j038pv+cIPyE/PHzHe+U/yt/wCcxP8AE/mHT9Nk1a+sP+Ve6pY8bOGaGB5fUvr+
CM0knjHEMW3rSgNHJqsmIXKFD3hjHBGZoS+x+cf1FuPRvUrWnanj45s62cR//9DiP/PmVa/8
5P8AnxlUKi/lbqSkMwLEnWtErTYVFQfltXNrrfoHv/W42Hm+afJHlT8r/LP/ADhdcfnfrn5U
aF+Yvnq5/OxvIoufMF9r8MEWkHy6mphI4dG1bTB6izoSHYmqsymo48cec8k9Z4QmYx4OLYDn
xV1BZGhi4qs3XXueQH82vy8VCF/5xe/LNXYUcfpHz4Qwr2H+LRSn05lflp/6rP5Q/wCJafEH
80fb+tYv5r+QHKqv/OLv5ZEsaU/SHn2tegAp5twjTZP9Vn8of8QnxB/NH2/rRzfmn5Ot7d4J
P+cX/wAuLW2uUjuxayaj+YEaXCqWSOUIfNvF6fFQnpvTAdNLn4s/lD/iWcZ2PpH2/rQq/m15
CNQ3/OLn5ZEhfg46h58G/av/ADtu4yX5ef8Aqs/lD/iESlEfwj7f1oqP81PIQPFv+cX/AMsR
XdiNR89kb9v+UtOS/LZP9Vn8of8AEMRIfzR9v603g/MryER6i/8AOMX5aIFIBrf+eqhh2I/x
Ya5jzxZP9Vn8of8AEs/EA/hH2/rT2H8zvJJWdU/5xl/LRvrfEzn6552J+FuQ4sfNJKb9eNKj
Y7ZX4Mx/lZf7H/iWwTB/hH2/rTmx/MXybBcW08X/ADjP+WyzW0sc0fO786ypzjYOvJH80Mrr
UCqsCCNiCMrMZj/Ky/2H/Es6HcPt/Wir/wDMXyde313qlz/zjR+Wi317cSXlyILjzlbw+tK5
djDBD5oSKNKk0jRQqjZQAMIjP/VZfKH/ABKPgPt/WkVx+Y/knmY2/wCcafy5YFh9rUPPFK9i
3/O1bnfrhGGZO+SX+w/4ljt/NH2/rSmX8xPIpcA/84w/luWG4Av/AD1UU3qKebB88nHFP/VZ
fKH/ABKmI/mj7f1ql5+Z3k67vru+1H/nGz8ubzULuQzXl7PqnnuWWWRty7yHzaxZj3JNctjh
yf6rL5Q/4hplUf4R9v60P/ys/wAhr8Q/5xm/LQ1BFPr/AJ5P/i15IafJ/qs/lD/iEeKK+kfb
+tRk/NLyN9lv+cZPy05KSDH9f89VU+B/52sZIaaf+qz+UP8AiEccf5o+39aHb80fIgNP+hYv
y06gV+v+e/8AxrMfy2T/AFWXyh/xCDMD+Efb+tWP5reR43WRv+cZPyweSMllBu/PMiGvirea
+LD54/lp/wCqz+UP+IZDJH+aPt/Woz/mr+XaQ26xf84yflw0yh/rbNf+evT+1+79MjzbU/D9
qtN+mI0+T/VZ/KH/ABCeMfzR9v61F/zT/L8O0cn/ADjH+WjRqev6R891pTY/8pYcP5af+qz+
UP8AiEcYP8I+39a3/laP5d+lLIf+cbPyvSRCnpW5v/PvKQOSDRv8WUBQAEg9a7YPy2T/AFWf
yh/xCDMfzR9v61OP81vIjqF/6Fg/LOjNvS/899ff/nbPDD+Wyf6rP5Q/4hAyx/mj7f1tJ+af
5fBWP/QsP5aKwAESC/8APm9Tua/4t2ph/LZP9Vn8of8AEMTlB/hH2/rbH5p+QpAQf+cYPyzY
VBP+n+ezuOn/AE1mJ02T/VZ/KH/EKJj+aPt/Wiv+VoeQ0LD/AKFl/LI9A5XUPPZG/gf8Wfqw
/lp/6rP5Q/4hj4sR/CPt/Wpn80/IUbMrf84wflqoChqLqHnoghum/wDiym+I0uQ/5Wfyh/xD
IZI/zR9v617fmr5BbkV/5xk/LTktAFa+89jam2w82ZMabJ/qs/lD/iEGY/mj7f1sk80/mp+T
Fxr9/L5G/wCcXPJVn5XpCNHtvMOq+c5tRXjEglE8tr5pjhNZeRXio+Gld64/lsn+rT+UP+IY
CY/mj/ZfrShvzU8jyKYv+hYvy4e0QELF9f8APNanc7f4sp9ommQOmmP8rP5Q/wCIbBOJ/hH2
/rR+m/nD5R0nUP0pY/8AOMf5YJdxwyxRNdT+dLqNkniaBw0M/ml4yeDmhKkqaMtGAOEafIf8
tP5Q/wCIYmY/mj7f1o3U/wA1PyrEOnwaN/zjJ5Dt7WO3jF7a32q+dZn+shR60kbp5ojojHdV
YFgNixyw6ef+rT+UP+IaxPfeEft/Wk//ACtXyDSUD/nGj8tq9DS/89fFGT1FPNfj1zHlgyX/
AHs/lD/iG7jH80fb+tcv5n+Q2tZJj/zjJ+Ww9WRYkpf+eDXYswI/xYGG1D0oemR8DJ/qs/lD
/iGXHE/wj7f1olfzB8mpFHcTf84u/lxBasPgn+veeOJ5KXWn/O2b8gKjCMEz/lZ/KH/ELxx/
mj7f1tx/mh5EIVk/5xm/LhQFCvyvvPB+L9qn/O1dPDB4GT/VZfKH/EKJR/mj7f1qi/mb5B5x
If8AnGn8uS0in4VvvPBIkqQq0/xXvXbISwZB/lZfKH/EtokK+kfb+tY35peRVDqP+caPy3LE
fCpv/PHWu4P/ADtXbCMM/wDVZ/KH/EsvSf4R9v60yP5s+T547UH/AJxt/LVEggW1iMN552h/
dCu0hj80j1GPI8marN0Y7YDhmD/ey+UP+JZiI/mj7f1rP+Vk+ReXJf8AnGv8uOpBP17zx2NB
/wBNV3GQlhn/AKrL5Q/4lnEDuH2/rVk/MzyPvy/5xs/LnkRsRfed/orXzTlBxT/1SX+x/wCJ
bgB3feiV/MjyU+w/5xs/Lkk9P9O870/8SnKxhl/qkv8AY/8AEtsYjuRlp+ZXk23miuIv+cbv
y5SaAlo2+uedTuQQahvNBB698gccv9Ul/sf+JcqEUwh8/wDkplUH/nHH8u1AFKC986dO3/TT
5jzEh/lJf7H/AIly4YjLqmUXnryUev8Azjp+X1PAX3nT+PmfMaUpfzz/ALH9Tl49OTyJ+z9S
YR+fPJwBKf8AOOnkCg8Lzzl/HzLmNLLXOZ+z9Tlw0OQ8ifs/UmVp5s8r3QeX/oXn8vrexhI+
sX8t75yWKOorSv8AiX4m8FWuUHUAmhIn5fqcodmZRvIkfL9SZP558oFkki/5x48kLBOtbeaW
783gyBPhLD/nY9gD27YST1kfs/Ug6aXITP8Asf1J9oOsaH5i1C30zSP+cdvIt5qFwyrHAl55
vHU7szHzHRVXqSemazX9ow0seKcvu/U7LQ9kZtTKoyl8o/8AEs61j/AXlyefTr78nfIF7rlm
oa6s7S683CME/spI/mE86eNBmm0vbc9SbiKj3u51PYI08d8sr90P+JSFNb8pzlSv5DeRmVjt
S782k1P/AIMIzb/m6HN1E+z5k7ZJf7H/AIlk9pD5euEB/wCVD+RYx3LXnmtQPpPmHMaXaVHm
zl2cYizkkP8AS/8AEvVvK35HeaPOoWbRP+cYvJsGj053PmfVr3zXp2mQQjeSaSe48wKWRFqx
4K23TMjBqZZCN6dNrM2HCK8WRPcBH/iXy35981/l1oGtajpel/kz+XvmeysbmWC112KfznBD
dxxsVWeON/MauqPSqht6UObzR8U/4j9n6Q4GoxkwEpE33Gv0B5bP+ZXkla/9Y6/l6SexvfOf
8PM2byGCf+qS/wBj/wAS89m2SlvzJ8jc6f8AQuP5d+H+93nUf+LRmUNPP/VJfKH/ABLhTyC+
X3/rUJ/zL8hVT0/+cbfy9oIlE3K/86msg+0Vp5oFFPYHfLYafJ/qsvlD/iHEnlH80fb+tDj8
y/I1f/Wbvy66dfr3nb/xqcn+Xyf6rP5Q/wCIaDkF/SPt/W035k+R0DvH/wA41flwW4/CDf8A
nZQT2BP+KD+rD+Xn/qs/lD/iEDID/CPt/WiLz8z/AMu47yaLT/8AnHv8u9Ss4uAt79rjzxbG
SqKX/cv5qZlCsSoqd6ctq4nTTI/vZ/KH/EJ4oj+Efb+tS/5WZ5I5p/1jZ+XbFnVQq33nbkSx
AAFfNIFTXvgGnyD/ACs/lD/iF8SPLhH2/rVT+ZPkqJ2jm/5xr/LuOWNykyG+86kqVNGG3mki
oIpscP5fIf8AKz+UP+IXxB/NH2/rd/ysnySOMo/5xs/LqgJUSfXfO3XqQD/ij5bY/lpn/Kz+
UP8AiUmYr6R9v61VfzL8kMQT/wA44fl1v/y/edv/ABqMmNLk/wBVn8of8Q1+JH+aPt/WmUP5
ieRyD/1jn+XqtTkf9N860+//ABRh/L5D/lZ/KH/EMvEH80fb+tO5fzT8p3Wm6Lp0n5D+QLmy
0kXRsNOa987cLI3U3qTKnLzNQ+qwDkrt475D8tPn4s/lD/iE+ID/AAj7f1oI/mJ5L6f9C7fl
6f8Ao985/wDjTZUdPP8A1WXyh/xLbGcf5o+39apH+YXkphxP/OOXkBpeYPMX3nPjwp04/wCJ
utd616dsHgTH+Vl8of8AEqJg/wAI+39aZWfnbyJcJqDXX5D/AJc6c1na+vZwS3HniRr2b1ET
6tGY/MhWNuLNJykotFK15EYPBn/qsvlD/iWQkP5o+39a6Pzx5Kcnj/zjz+X9e4+uec9/l/zs
uROCfXLL5Q/4llY7h9v60bF5y8o1Wn/OPH5fgbH/AHs841/HzLkfCl/qsvlD/iWXFH+aPt/W
i283+S0So/5x+8gEkbot55x79f8AppKAY+DL/VJf7D/iWPiD+aPt/WlF1578mBCp/wCcePy/
YGoKm985U9+nmUZbHTy/1WXyh/xLGeSP80fb+tBy/mP5Rmlkmuf+cfPIM08hrJNJf+dHdj0q
zN5mJJ+eXjTT/wBVn8of8Qw8SP8ANH2/rVpfzC8grbWzx/8AOPvkM3hM3122e585KkaqR6Jj
k/xQefNSSw4rxI71yf5af+rT+UP+IXjH80fb+tAx/mL5Pkmggj/5x1/L4y3MiQwob7zkoLyM
FUVbzOFFSepNB3w/lZn/AC0/lD/iE8Q/mj7f1qUn5i+TIpZYn/5x1/L0PE7RyD695yNGUlWF
R5nodx1GROjmP8rP5Q/4hHGL+kfb+tZ/ysLySRX/AKF1/L2nh9e86D/xZ8h+XyD/ACs/lD/i
Ekj+aPt/W/Wr/nGD8vfKn5Wf8/Cvzy8jeRtK/QflHRPy7j/Q2kfWJ7r0frX+HLmest1JLMeU
srN8TmlaCgAGa/DqZ59DCczciTv8ZDo3jFHHmkI8q/U/FT9LTf4m/wAT/wCGND4fWfrX+Ffq
r/oSnHj6H1T1efpftcfU6986Lj2p13gnk//R4h/z5lB/6Gf8+GhoPyu1QV7b61ombbXfQPf+
txcP1Pn+MJ/0TRYcwlP+cmq0Pc/4NBoKZjgV2j/yS/3yknwP879D4kjPFGfiJI1blIpUEdCo
qeo65t62cYFdHGhkT0S3FCrIw+0KU8O9e+NLursrSsZObSgkhGZi21TtU++VkU5eOqXCBomA
GzqQSSKEHwoffJCTHIBT0fyvc+SrLy154sPM/lC71rzRq9rbR+Qtfgvms4dGu0mD3E1zbBSL
pZIvgCnod8E5E8nFA3QNvZlyoC7KoVTQDYfIDMeXe5FWGX6TpUU00cTOIo2oHmcFlUeJCgmn
yGY2STkYxs+tfy4/5xp81fmN5C1zzn5Shh1qTyxdpbav5XgcnU1ieL1VuYoaUlTYjip5bGgO
anLqDGVObihxPKNS8iS23IiNqKSD1FCpowoQCCDsQemXY9TxIlj3YLfeXjC7l4RLQdCSo38S
Kf25mCbjyDGr3S5Jn5zF5ZVVY4uRJCRRiiRrWvwqNgOwyyEmCQyaUqkhR8ZOyU/Z7mvz7ZfG
RaZ2UPJZRgEVUBh8YoQSB49QctjIlo4SgGtwX5sqv7dAdtq0y0UwJCyKG3jE3rwvKWipalHC
COXkDzcFTzXjUcRTcg12phQCgpEYk7MR+yRvtiEkhCSWxKlWY8E3UGvUncDw8cNp4lJYqJxM
Sks3Llxq4pUAA+Br0xPNSV0QdfUijUr66mF0AFXV6clJIJ3IHTFFq1xpc0KJNIHt4rnl9XMk
bL6ojPF5I2I4uFaqEqdm2OElgQorCAy/vC4qAWp0HegxtANLo7bjQg1+Km52avQ4sgaRiQRl
THKTHIhHFj9nf7QI61FPh8a74otXisYDE1y80YeQuRbqvxJx6cx0HioBNcnEELZQv1LgvrqF
RASEkajcehYAf2YOtqG2jEbskibADkrEEVpVSaVG4OEFHVHQ27yL68UYEScEc9QHYGgO9akA
4kbqdkTE72r+qpHrLvaMUp6bg/bWvQjtUEYkFANhDQQxfWGE31ZkuEaJXu+XpxySjj6pKbqY
68gdwPA5XIMwpiEQRgqWBZ2h+tpSjUAqg6bUNa03ys7Mqt0VmxUFYyZKhR71NF39ziWQ2Te3
0wxwm8lEhf12t2tTGafY5A+pWm5BHGldq9MITYWiJVFK0VQBxHSveo8a9clSYxKyOzkdnZQy
CNTLzXrUUC9x38MpkC3ckwitbWa2liaKR9QeVXN6Xarq4IaMRgU6kNyrXBu2AFN2gEzvLJb2
wMkaqyQxiOOMhQoZEWgDUWpPc1J65XOQbIhetokhQRxcQu1KluRp1oelfDKJTDfCFrjaKvIc
SJKgAnsO+3jlPE5UYIyGz2qd6b9O3fplRnTdDF3pr+jyr8HRYmTZx1361O58e2Y08hc7HipO
bexQiJY1PPj8YPQmvUU7U8cwsmV2WHTvRvJfkDV/OWtW+h6JbCe6lUvczvtFBEPtSSH9Q7nO
b7Y7Zho8ZkTu9T2R2Qc8hfLvfSfmT8qvJH5ReWl1nXbMeZ/MVxIsFhpdyW+r+sy15ScSAFUC
tO/TPPtL23qe09RwCXDF7r8lpdLiMoxuuvm+dNUuLvzDdC5vnSRY9ra0hQRQQp/LHGooNvpz
0HTRjiiHj9bkOaRvZUj0oqQY4GER3VTuB9OWZdQA4EcFvqz/AJxu8rW9/qnmEXVbZjppEN1T
dF5DmVzzf2w1p4YgF6/su9Nh466s31v8jo9SuZdXtEub+a7uPQ0uCJXeWd6/ZjiUFm8fbNb2
P2xllWOMWevy6ajPIae4+R/+cRblxa3PnO+i8sQPRv0Nbot5qT96UB9KE+PJmI8M6rNq44/7
yW/cNy8Lqu3ASRgjY7zsH1d5V/Lb8tfJdxEPLfle0bVLeNpLnzBqjrdzwxxiryPNL+6hCgVP
ECmYA12XPk4MUa+10ufJkmDLNM13Db9pfFv/ADlZ/wA5KHzFBeeQvJ1/I/lNQYtf1hWKvq5H
+6ozsVtFPb/dp6/Bsep0WmO1mz3/AI6I0elEf3kxXcO7zPm/JbzJP9Zu5ZWNTIxJ3zuez8PC
AGnX5QwG4UfFtU75vIPMZ5JY0Rbfavh3zJDrshQ8sQVipZZFB+2tQD70NDl8XDlzVYLe2lt9
Qlmu47a4tEiaxtDHI7XjPIEdEdQUjMaHmS5AIFB8WWc2klQZHXdSQy/hioKlFaCSSOOVlgSP
kvqFCeNKt8QQFmJO39mLK1zW7MFqvUbqe1eow8LE80THasAqcOPHYJTf5Ux4VCotqSQa7Dan
tiAmkUlsRtQmnVaUplthFAJlFEAnDlUHquQY81eKHcDhX6emQLOJTSK25Mo9Ne9R8xTKp0Gy
JTO202oqEVeXTck7d8plNsiEyj0ks1QOmxHiMrOQN0Ikst0ryxLdFOCU9j3zEy6kBujit6to
H5Tavr1xBp2l2MmpajdBjBZQRGSQiMF3IA6BVBLMdgOuY35vduGHZ51r2gLZSvHGRRiTRSaH
5Zk4svE0zxgMQm09VH7yB3FGHENwIYj4WqQa0O5HcZmwnTh5OaTSaTKV5GIq1RtTbMoSaeII
KfT3UEkg0NPv6bdcmDbISSySzUhldBIrKRxIqPn75MGm6JQ4toY2jKl/hVaq4Wgf9oKB+yP2
a7+OAm0Ui57NoRHVUAuYUmQrxP7uTdTsTxO24O4wUp3fvH+UFrK3/Pyr/nIu8SOsEH5f6dFc
S1FFea38umMEVqeQifp4b9q87of+M/H7z98nOyf3p/Hc/BT6pa04VapP2v2q/PwzpacHd//S
4v8A8+ajX/nJ7z30AH5XamABt01rRM3OvH7se/8AQXC0/wBXweAKof8A59rcfhC/9DMgcqEC
g8mjc/PMb/nZf8kv98k/3H+d+h8PBOaVAAEf226ci3t4jwzb83FtGW6KKlojwAHIiuwO1Cew
rgpIer/mX+YuqfmprVz5q81adYW/mm5tbCxkm0u0i0+1WDT4FgiUW0ICBmRRzNKk7+2Y4gQX
Jxmg88toY2ZjPzYlCIiD0eooWqDUUqKbfPJglmSyaxjDtTdVIFBWpHzrlMpNNWzOy0uoMhA+
I0KdyT3+WVTkAG2LNNJ0lvUBCkdiSOxzDlIOREin6Cf84j/mEv5bedbWW9kMegeYo003XgK1
jVmHo3FfGKTf/VJzU6kG7cnDKju+/wD88f8AnHDQfzGjk1/y/bWunebKE3AQLHbakOzSkCiy
0+zJ0b9v+bMXiPRzLHV+Vvnv8prvQbu8sL+xktLyydorm0kTi6MOxH4g9COmX4tVIGmjJpwe
T571vyv6TOywlOIoFp07Zsoam+bhnGY83nF3pBjZkZPiVqoa0oPpzOx5AWqUSgodBnv5kt7Z
IxKyyOvrSpClI42dgXkKqDxU0BO52G5y8FxpbMaa2Vo4+bN6ZrwYjdKitKfryyM2ohK5omVP
SkUMuwDKACKdDt1+eXA2wAUpLF4zGvB2MvHiBvu24Ap3PhhASYqT2jKlOBNfjBr4ilKdK5Kr
QbQM1uEjMrMI6KT6jbD4WFfl7Y0EKK2/IEAEMWr6ngKb7eJO9ciN02iZjcXMVtbXFzLJBZq0
VlHI7OlujMXdYkJIQMxLMFAqd+uSC81JbR4wXIKq+w2608CR44Y7hTau0POnGMIg6JUsPepP
jgAKLTEWJSbm0bmHlUcviJ7heQoCflkqPNEpUE4bTWBjJaIQSyLHcTRj1F40DKCBQmld6d8s
IICQQlculOsTSqlQVo70pty6fPAImlMl0+mQ2FtbzreQyT3Lcf0cEPqxLSvqOxHGhPw0rX6M
apF2go4yWFGUOSeLtQAV716DJUgouC2+smMbeoTQlmC8qmg3Ow28cnVtZnwqDQ09ReIHosQW
O9eJ7EbZjzO7ZCVodrco5M1u4LqCFkVo3AbdHWoB3rUHoRlRDerwQklUl5LFUMzdg1aVPjtt
hpIFp/A91ZfWreK4Hp30SJczcA4IRg8ShiKqyd+JB+jBe6gKTRjgymPg1T+8O1FHan8crlLd
yIQpGx2UZjhYmshWoCkUUb9dq1/hkJTbxBHW1twkqh9M8aF/br9GVifm2xgEWtnHwJBb1S/2
QBwEdN9+vKv0UyieStnIhiRUVrwKstCVNV8Mx5ZOrlQxIhbIMWfgDx3Y5iZM1G3OxaUyKfaX
5b1bU1aXTtOnlRBR5QKKAetSabUzAn2hCJq93d4ew80o8QGyM/QM9srm49NODBBErqzVIrXi
N+O3XxyMs4IsJGhMDRTiw074gfvP8MwM2Z2eHDT7H/5xd1C00jzNeaReRIF8xyQolww+z6AZ
+PL3zzD2yjLILvYPZ9mitPLh+oPszz15JsPMtt9YEKXNtftxjWRBIp4mleBG/wA8840vaMtN
Pjiat2Gh1oETiydHyd54/IeS0vba20NLZr2Yeo6EJbqik9S3h9Gd32T7Tk7ZGOo0OLVR4sey
a+SvyJttQv20S51m01DXRGJ59Os+UsNslaKZm2BJPQHrk+0vaXJw+gUGiOkwaSHHlfdH5ef8
446N5IsZtX1PUJG1DUYwrNOAKxD9hIVpRfb7853VafNq4jJnPBHoOpeU1/tT4kvC08dg9j0u
3stNRTpVqmnw8fTN+y1upAP2UIoaeyUXxJzP0+oGKPDiHBHv/iLoMxlmN5DxHu6BCandCzs7
vUb29TQdCtN7vVLpiGI/lHHd2PZEG+SxYcuol6do95/H2MvTCh9UzyA/H2vg/wDPH/nIRdS0
+88peWPV0vyxIa3vM8bvU2ToboqaJGDusSmn89TtnadmaOOOPDAe89S3Q7PIPiZufQdB+O9+
c3mjXZbyWRzKzKW2BOdtodIIuPqcnCXmNxG95LxQoruHYGR1jUBVLGrOQOgNPE7DfOm08OF5
/V5LYjKAw5D7J3Gx/VmdGLossrKF9FjtTrvl4FBwZlReIxcg8SyF1IUMT8J6hhQ9R77ZcLpx
iFP0uXJm3Ztyfc5aBs0FaIp3f45S7yARVkanwjYAsewxostqXJEg6beNfHJiIRSPWKKRw0vJ
I9g/AAsF9gSAT9OTLEqiQOpo4PMUavQgUqPvwbItHJaf6PK7kRKwBhBjLeo6mhQOPsAAkknY
9MgUr47Yudm5VA5NUkk/M77dMVpNoY2S0eyMFuyyzpcfWTCv1gFUKBFmPxCMg1KDYtRuuAlF
IuHTGY/CpXiCzH2GUym2RG6c22nmoJWteu2+Y8i2xiy2x05fq7wG1Ekk0iPHcc2DR8QQyqo+
E86ipO4pt1OY05lyoRZxovlK4upYxHDTnQ9Nswsmo4XKx47fTP5Zfk1rHmbVrXStI08XN5c/
HKzVWKGMEcpZn6Ki9z1PQVOanLquM0HNjgAFl9/eZfK3ln8g/wAofMEejiOfzR5rtm0htekQ
LczvOh9b0+8cMUfIhR3oWqcnE0GJ3fkp5g0aOaVm4gICePeg6DcZsNPKg4eTm87udGLSSKZF
YKQEHE/H8VDQ/s0G+/yzYxm4k4JVfWKxyyxoCyIaI5HGo8ab0rmXE24Uo9zF9QsB6TS7Ly+F
HHWp7itcyItZkUkvKTyOY4I7GJ6UtoCxjTYA8TIWbelTU9T4ZJyMZSs2zxyqY0JCkcWdQwr3
23qPnkg2EhT+qpxIWQIWY9Oh+ZHfFF2/df8AKNKf8/Kv+cgn5Cp/L6zHHv8A3HlnOb0X/Gfj
95++Tn5B+9P47n4Sej3qKeND1zpXFp//0+Nf8+bFp/zk7573/wDKX6n/AN1rRM3PaA/dj3/o
Lg6b6vg+fUUn/n2twVSzN/zk0AqAVJJ8nbAAV69Mxv8AnZf8kv8AfMv8h/nfofFKBiAk1R6Q
KgMKMlCdqUBrXrXNwBe7hk7pnGQok9OFVjuYvTeP4mC7j4xvswIqK9MBilVjjVV+MMQO4I38
BT9ZxpstHWkQmIjCEyfExPJQoULXatNx8/oymTfEks00qCN3aiJGX3RBUKAPnX8coK09W8r2
gmmiWdWMHMBgoBIWvxcAeppWg8cwc+UgNkaun2j59/5xm8yeRNN07zTYyL5r8iaxbW93pPm6
zQqqRXKB4lvYaloH3odyhPRu2as593OGAgW880i2utJmCMp4DYeCtX+OQkRJeEDd+uH/ADjD
+bEfnHyzD5S1iXj5l8uWqi2kYktd2CfCrVPV4tlYfy0PjmHMDG5GOXEHoX5p/lLoH5k2Lm8V
bDV4k4adrqIC6jtFOo/vI/Duv7PhhxgT36s+Lhfln+Zv5Oa15X1W403WrE20nEyW0yCsVxGD
QSQv+0h+8HYgZfGfCaLCcRIbPljzF5NePmPTPqKaoeO1Mz8GYOLLHTze40kW0ifW45vq4P78
QcfV40P2PU+Gtadc2ccoIcTJjYZfWwPPlGKEh1APHt8VPHLrIaDFjdxaNzpSoJ7ZZGRa6CHj
gnhmVqEiIiQruBsetR0+eXgqSEYyNKC4jiRY0qVX4Sd9m3J5EE0+WEbbtJKI0q/vtF1DS9b0
K6k0nzBolxJfWmpAxMI5BRY2hjdGBYKzAhgQeoG2N2gWx9rRY2ZFiHDr1PU9cVaNoi1alag9
R9k+2FsA2XrYT3Ymk+sRj6tD67RSyBXZSyqVhQ/bb4uXFd6VPbADSC1HbqCBG3McqVI3Nem2
++TprtO7O09P4OCy0BJO5HIdwBT7P45aIJKaR2czxo3LlGgZHI6bbGlPuy7htgJhPdIiGmXP
1q6tLPU7QwzKYdQiea3ZniaNWZFdCHjJ5Ia7MB1G2Ex2WRvkwmW3la4PDk8jqyIaVLqBR+o6
tmORuyCnaQaEunast9BqJ1o3Fr+gp4Gh+pJCrP8AXFu0ceoXKlPS4GgPLl2xB335MZFZBDAz
TzXg9W3tlVSvNo2kDApHGjqDQg0ahHQHBOVMoxtAETzzKbqRpTIwW5cgVboGPEU7dMplLq2x
gAndxcvctBcXN7PqNy1pFbG5mLmW3EAMUcCM5PJI41XjTYD4R0ysFmI0lEivyMYpv0XqC3j9
OG2yMU1hlkS3Fqsji1ikEz2Su3D12UK09DsHZQFJHTpkJltEbKPtIJi899AIeWn+hL9XmKkM
HfgFWJz+94ndl7Dc7ZjZJU5EIo6KAVUSEQh+TlgpbqCR8I6VO3tkJSciMUbBZo0LvyJuK8Ug
KnjQ0o/MHqN9iMrMtubkxxWjIbNvhG4JNGp4ZiZMtOdiwFNo9PVt1BBLGg8AOmYE9RTscWnv
oyPQtA+u6pbRT/BaxkS3jn/fa9d/fNL2lrjGBrmXpuxdDGWQE8gz7zB5ge9VdK0OlnollSJY
ohwa5I6vJ349lH05quzsHOczZd/2vrtvDx7RDH7XT2kYs8Q+Lc0G2bU5AOReZiSTbP8Ayv5E
1fX55V0yyWS2twDd38z+lbwV7yStt70G5zTdo9owwDd3ug0OTPyfeH5GfkRZQvLrV9JNeizU
+lfhTHCpZfj9JT8Rov7bfQM8m7e7bOpJgOTudXqIdmxEI/WX1f8AUI7u1tPqMHp2lqwtrIKD
QIu3Kh/XnETuREh02Dpo6jw5HiO53KE1r8oofNtnELW1Y3teJ1uc8I417/7Qzf8AY2mzSkCA
eHqTycc+0Z0xIJ2/mh6D5C/Lvy9+W1lJFp8MWo6tNIJ77VJo1jiDAU+Fe/EdC5+jOqySxQIM
RxEdTyHwee1/aeo7QPrPDHuHP8e5PNQ1JtSuxHaob26JP72QMUBHdY/2gPE7ZqdRqvGnQ9cv
sa8GnGONy9IeT+dfzS8v+RFmZpP8S+ZCCgtQ/C0gcdBPMv2iP5I/pIzM0OnhxcWQ8Uu4cvj+
oO40nZefVj0jw8feeZ9w/W+D/wAzvzr17zVcmfU9QW8SNWWG1i/d28NduMMami079Se5zq9H
pZ5ZWeXc7waPTaGHDAb955l8j69rD3TszOWJ6kmpPzzttDo+EB0Gt1PFdPLNRaSaQhKla0Ph
nT6fFQea1WZjdylXKVBVdiT0+nNtii8/qcxtKJYKkADbqBmVGLrMk1NbaWRgqRNLsTwUE1AF
T03y0QcQzUhbcwPh5d8uApx5Ttp7QIOlKe3fJsbJUWh2rvy6DxxBpQaaktSJGVXSXjVfUjPJ
WPipoKj6MkJLaIjtHIoATTJMSa3RX1WUEbcfGmExY+IEXHbSEUNeNO/h748IZcYTWKydadSK
VDf0yiZSDaP9CaYx+q7yGONI42Y14ogoqDwCjplUpU2CKfWenu1OdTtscxpSboRZfpOjG4uI
onASNyQZCeIXbYk0Pf2yjJkpy4QeteX/ACS07Q/CwNQaEZrM2poc3Jx4yS+sPyt/JrWfNd/H
Z6XCEWEr9f1GZT6FrGeryGm5P7KDdj9+aXLqOM0HYiAh0fpf5I8h6H5D0ldM0WEUcB9S1O4o
J7mVRUyysNlUdkHwqPvw4oUxySt8C/8AORH5gP508xTpYyMdB0aNrHR4h0lHOstwR4yMNv8A
JAy2JEi11wvlefQ2voy1OKHfeoFMyY5REOOcfErecvyp8w+UtE0bW9e046XF5i5tpFvOVS6k
hiVSZjAByRDyAUtQnwzNwZuI7uNnx0NnzvqaIskocM2zKtDSjdifb2zb4pFwCGL6mfrMTyP6
0l0ZyZ7l2BjZOACqF41DVBqa0I7ZlxlbSYMYaDlzNKnjtk0xsIJrNirIzVDKVao8T128BthD
KUlG+ee7uHku5GuZ2CRh+IBYRqEjFFA6KoHTC2Y937h/lKoH/PyT/nIBqULfl/Z1Pj+48tZz
eh/4z8fvP3ydjk/vT+O5+HH1QfY5tX+eg5U+XTOksOHxv//U5F/z5xjK/wDOTXnltqH8sdUF
K7/8drRO2b3tONYx7/0FwNL9XweFaVf6jo3/AD7r07WdIvJdP1bRf+cooNQ0vUYDxltrm28p
LJDNG29GRwCp8cw5Q/1yo/6l/vmQNaf/ADv0PjHUr7U9avtR1jVbp9S1bXryW+1bUZyGlnu7
iQyzSyMKDk7sWY965t6ADhVZtBoGjjlHN0af4B6bCgAPxBx17Ar2yJOzaAyy20bVfMUPmnzD
o/l5ho/lmG3vvMklgp+qaZb3c62tuzmR2YI8zBF3Y1PhgEhy6sjFC2yh2UcAViFaGnSvbx3P
zyBTE1zZlpqqzISKdt/b9eY8m8F7P5YjeGSFZUMbOUkHIU+BhVSK+I6HNbnjbYBRfsd/ziV+
Zlp5g0GT8qNaaG4msraWTy8txSRLuyckz2bIwIb068gD1Ukds0OeMonZ3OmyRIoo380/+cXb
d2m1v8vrZeDEvceUq7qRuTZux3H/ABWxr/KT0wY8venNhB5PmLyxea/+X3mmw1WwWaw1DR7n
nEsiFSrrVXilU0PEgkMpzKn6w4gBgX6reQ/N2n/mJ5ah1ywj9GVWWHVdO5cjbz8QSB4o3VT9
HXMaMTE22k215u8q6B5r0yXR9f09bu0NWgcjjNBIdjJC/VG/A9CMtlISCI7Pzr/Nv8hdQ8rN
PeRxfpTy/IxW31aJKcOXRJ1H2G9/sntlIJx72zMRIPizzR5PaH1R6BXgaVIoPozaYNRdOJPH
TwzVtGMPqrxbhX4ox3I79M2cMluJOLE5NO5b8G2NB7Ht0zJjLuaTFBTaY6SiNgYpDQK60O53
AJBIp45fCd82kxWSWEcYVuIFAUddqs4J6DwINMtiWo7KSaPcag0v6PhH+jhPrEjHiiCQlULM
dhVhQe+SkxtJ5YRHI+xWQEbU2BI+LIgi0hCFIqqIoiDX4RUkV+XfLRIFIXhXgmjnT1IWAJZ0
JRuLVVuDduQJHhkavktFYkaq/CDmqcqRc6VA/ZrSgr8snFDMdJ071Zv7oluBLKPsqx9/A5m4
8dtE5UzafR7ySG2WYNNHQQeovEuVhAVVAQV+EEUqN/fMjgpxfFSO7gkgm9OeHcsFjg5MFC9A
SRQ1B6nKZR3b8c7Yhdj6p61IASWYswLc1PKooDt9OY89nJBsJG0ZlDCJSxFXfoKb7nc+Jygj
uWlvEE8CrPGxq8an7TgECoO22V5Ng2RR6aRf+j6/1NhCQC703flUingBlHEC2gUopavKfSig
PIqFCbtuo3I+fXJcmYTW00K5mllNz6WnuYyLZ56oOdOq/s9ARv3I6nKhkDaIlFWmlgWlperP
AYZ55ol08yf6XEYlVjJNGRRUk5/AampBHbBKVt0YFErp37xwyAvEWbYhlA70YVB+jMWYty8c
CmxtLSlqYPrLSegP0gZ+HEz8mr6PHf0+PH7W9a9qZjSyU5kMaYpp8ilhQLRQxU7GhpSg79cx
55QHPxQBTq10mRhulT1OazNn3dliwMjh0IIxdqqo6ctqL7nxzWZtXw8y7jT6UyoB675a/K/z
RdLGV0O4S11SNeDS0jd4z3Ck8gCO5Gcf2l25hHXk9l2X2bOO8hQLJPMX5XT6TJZ2Wm6NLd6h
cR0aG2idwqjqXalK5g9nduRmTcnL7U7JjKI4Bux7/C91YSiLULOSykTdo5AAwHuN83MdaMm4
Lof5Nlj2kHqPlTRvMGpXOg6DpkBjsbq5WS3s49hO3LeWY96e+1M0Ha+fGISlI707nT5TgjfK
IfrbpXlmbTfJNn5Y06zMl80MUd68IoeUlDKeX4CucBHQ5tQDDHEknn8eb5/q+0Rk1cs85bdP
0PVNK8vabpFnbxTWymVIwnogciPYnOt7O9nsWmiDmAMu557Vdo5M8yQdkxumi9JYmhVY03WB
ABQD8Bmx1Zxxjw1Q7g4+MG7vdgPmC8061MX6UvINNt5Km3hkYB3p1KpXf5nbOZ1uIy3Pph97
u9FjnM1jBlJ5dqmuQ6jDdW+j61YWOnwqzajcLcoWEK7s0z1BIA/ZFB880GbJnsQxRoH5n3vQ
6fSjD+8zRMpdNtrfnF+aP5m6XqepSDQNNRdMtCyW89+olmnoSDMyV4IG6qo6DrnoHYXYJjES
ldl3/wDKU8eOp1fl0fMnmDzFd6lK0tw6sQAsaRosaIoGyoiABR9Geh6PQRx9HnNXrjIvPLu7
JLcR8VOpG2dDp9K89qtVXVK7x9KmuI0tZLuxtEtVa4M6rPI94qVcL6XHjE8myV3Ufarm1hip
0ObUHmWNT87lkUJVhUniBU13PTrmbGIi6jLNC1WNQrKA3LkJe+wpSvhl0Bbg5DaIdbQWlk8V
wj3dw0pu7UROjQBG4xfvW+FxKCW+Hp0bfLgHFJKpDQ0Y/aPUeOG2BXyW0ZFaBmJpTuPenhhB
UFBPYhW3jZT2UqQd9x17EYbUlqCwTl8QpXv/AFwcS2m0dhEDSq09jXHjYSshOLTTLLjIROAx
Cr6VSC4Y702pQUBNcvhMOJKMgj4tPEDx3NvKIpbaRZIZaAlJFPJWodjQjuKZYckaWNltbRpJ
TJKGeWVjI8hFORk+ItQbfFWua3JPd2WGBpNbbSwSGA67CuY8597mDGWaaboRlCnhtWlf7Mxc
mUDdux46eveU/KPqyoxgLVOzAbZq8+ocyGM9X25+T/5My+bWW6lifTtAs2C3WqMn9469YrcH
7TeJ6L332zS55mR5ubiAi+/NB0DR9C0u20rR7IWFhbbpEvVn7ySN1dj3JyvFjNs5F45+d/5g
jR9On8n6NJy1bU4guq3AO8Fu+/pCn7Ug6+C/PMjJPhHD1KwhxbviSLyzqOvanHaQWM9/f3jB
LW1gSrGnZQOw7k7DIwnwolC315+WH5C6T5SEHmDzZ9V1DWrcGe3s3IeysOA5GRq7SSKBXkfh
XtU75OOQmTCVAPi//nJHz9D54833N3byPLpWmR/UNJLEksiks8pU9DIxr8qZsdMLNuFqDtT4
c1VjJPIGo1fAUpm/xHZwJQYvNwHw8Cwkb4kJoCV7j5VzLjFqat9KlvI754xGBp1q1zcGaVIj
6KMq0jDkGRquKItWIqaUBy4BxZhJZYEHEcOikfSfDJcLC0ta0DMGIJO3Fl6gjocJcjHJ+3n5
VKo/5+IfnswRAT5CtC0ig8j+58uijE+FO2czof8AjPx+8/fJ2eT++P47n4m/VYqelRvT8O/z
5U6e2dJTr7f/1eXf8+ekA/5yY88EUr/yrHUwf+4zoub/ALU/uh7/ANBdfpT6j7niEsemJ/z7
egFhJdMT/wA5ExNefW0jQC7/AMIAyLH6bNyiBHwlqMe4BzEO/ae/+pf79nz0/wDnfofD0cAK
zCqbcTxZqNVjSqr39/AZtS4w2V4rNpXS3iZAz1rzdY0+AFvtMQBsNt/bK5bJjSafpXU59GtN
Blv520bT7mfULDSiQIYrm5VEmkAABq6xrWpI2GwONDm2FXsYVZ/i6BdvnkJsCzHS7YmQO32U
IDvTx3H35jHm2wk9k8t20srBYIjKYonnmpT4Yohyd9+yjMPKG4G30l+X2s3+gazpWqafdvYa
lYTxXVjdwkckkG6EEfjXtsc1epxWKcvFKjb9qvyx8/6b+aPlaPWbYRWWs2fGHzBpaHl9Xnpt
Incxy0qp7fZ6jNXOHDydlDJaX+ffyt8tedY5LjUbZbDWQnCDzBaqC7EdFnQ7Ovz+IdjksWcx
2KyhbwDy9D52/IrzCt1dWovNAvD6VzNbsz2N3CDWnOlY3HVQ1CD45bKYk08NPsvTb/SvNmjQ
6zo1x9asLobxsavDJTeOUA7Mv45RIdzbEg8wld1ZD0pILm3Se3mRopreRQ8ciEUKsp2II7HJ
g2FlEPj783v+carPVLe717yDFzCAveeWCeTLTcm0Ympp/vtjX+U9skNuTWYgii/OLzR5BuLW
W45wkMjESo6lWVgaFWUioI7g7jMzFqejjzxCnjOo+XZIJWYKd6Ch7cen3Zs8eUlxZY2N3GlS
LySigilH7V/mA8czITcWYSqXSysauwQu1RUHb4RUH6O+ZsJguNNKbq1uIotqorjcrsp+fvlw
8mAHcx2ayPKjGrnkACeNT2PLf7sqNtoCA+riMhiCZFY/AR8O3Q1xC8Kq6cpAhiZVSqIity2P
Tduu53y2JRVItNPmjmMYKXKQycTLESVah+0KgHifcZfANcpU9R0BBbweq8cZ9MkkUqKE1Ir9
Gx7Zn4jQdblJJTlDNfSXVxpls6xafb/WbyRX5GGMOE5u5IbjycDud8tlO2mq3KV3ltNMwnu6
m8T96l2z0VVQHYpShrtv2yswLPFKtnlOqq0kwmlYllqWAO1DuKD9eYWQbuygknocVBMdWJqr
E7CnenjmNdNoCZafbKbqzdhWJpAJRQkoOQBLD37ZTkJIbQKL9jPya/JD8pvzV/IrUoh5Ls9M
/Na6n1LSPIurWOpawkF/e6TpVjqipPaXWoXUHq3CyyCQpGEABZEQhadTqdXDL4eUYscNNkgD
kHhYTLGJ5MmHihkjjhkqJjGUbkZWQJSnuTr8WnIEhxSOSJqJ4p1IiIlvEykN7o7V3APkX8kP
ya0/zB+bOmaXqtun+HLyR7nU7i5iYpb6VBE91fXDUoY2jto34MT8L8e9M0ei0ko6icMseI4b
uPSWS+CEfO8hjt1iJdHPy5AccTE1x1v3RrikfL0g+40+gf8AnKz8nPJNl5k8veTvyg/Lo2Da
1oGj63ZRW9xres61dS6mb4NbJFPfXcbIqQK3GK39SoJ58armyyyyajSDGceOWWWTJHiEcOCE
I4vD9Vxhj58ZBM8nAAfp4qLj4xHFn4uKQgIxNEzmZGXFtRlLlV7Rvzp8jy/843/mVpMunW2o
+QPN1hdatcm20yC78vapbyXU3Bn9G3SW1VppOKluCAtQE0oM1B7F1fTwpd5jmwyEfORjkIgP
6UqHm7OHaODrxD3wmL91x3PkLKeN/wA45/mNYT2dnefl/wCcLW81ZnttJtbjyzrCS3MyRtO6
20bWivI6Rxs54BiFDMRQE5UewNbK68IgbkjPgIiOVyIyVGyQBxEWSAN3Kh2vpRz4/wDlXk39
w4d/gqSf849/mHa6hYaVL5E85W+r6hFcTWWmzeXdVS6uYrdkEsltbtZrLIsXqJ6hUMF5LWlR
mJL2c7QIsDEYjYyGfAYxJuhKQycMSaPCJEcVGrpvj23pOpkD3eHks+4cNmutDbquT8nfMmm6
xB5f1fQNZ07W5k9WDQb3Tby11SdXDGMw2U8KzuDwYjihqA3gc1+bsDtHjEBjEr34ozhPHtV3
khKWONWLuQ5h2WDtnR8PEZ15ESjL4RIEjy6Bk9/+Uvmvy6LVtf8ALWveXPrkgitDrukX2lLP
IAW9OE3sEIduIJotTQZq+0fZ7X6XGcsoxlGPM48mPNwjvl4U58I85UHZaDtzR6jIIRkQTy4o
yhfkOOMb9wfTv5Efld5bhgXzl5y8r+a9UnkcN5ZeDynr1/pUUIG96bq20+W2l5fst6hVAKnf
pyHbvsR7RayA8CGOMSLqWfTwye7w55Y5AT0iY2e52I9stBpp8EZSJHMiGQj4SETGvMF9EifQ
xLcX2maF5r1exdTJba9Y+VNeu7Ocf78jvrfT3t2jH84k4jx2zjsX/An9o8mPjOPGNrqWo08M
nuOOWUZAe6JjxHoN3bH/AIImgNQlKXvGPIY/6YQMT77p5r518xXF7Zw2Hls3khurU31xc6Va
T30otEVJHlAtY5WWJFkVpJSAqgipGR9mfYftLtDNkxwx+rEeGQlKMKlZHDczEGZMSBEXKRFA
F3mt9qNFoMcMmXJtkFxoSlY23qIO24s8gOZUfy5/5x3XzgjatqN65tbsk2zKebTUPxOWPUeB
GaLtTtbLpsp0+ONSGxHW/c26vtrDiiJ/Ve/k+1Py+/JLQvKAS6khS1eFeMLuFaag71IooOHQ
djajVkT1UuEd3V43tf2mlnHBj5fY87h812+p6l5q1vQ9Y13/ABnp9nJ548peXbfUbwaddeUt
LvorOWAWSTLaTS6jFbyXCO8bSoLiP7IAXPq/s/2TwaLs/FpjixiEv3U5mMfEjqMkTMSOSvEE
cUpCBAkIS8OXPm+TZdbLNllk4pGY9UY2eEwiaoRvh9QF2RY4g+qpvM2hxaL/AIlu9Ys9P8tp
bJdya3cSpFbiB1DLI0rkKFIIoa54Z+Sz59WdNCBOTi4eEAmXEOlDe/J6TxYQx8ZIqrvpTwXz
5+etrp+l3D+UdG1mJj9jzXrfl7WbLR0B6PFeXVnFavX9ktLxPvmy7Q9hu2MOPxIYIzrciOXD
PIP+SMMksu3W4bOX2TrtDnzCGfIYDzjOMT/nmIj/ALJ8M+b9S846prJj1S6vtX1zXHJgtrZJ
b6/uyv8AuuC1tkkkYKP2I028M0XYns1q+2JkYcZnX1EkRhC+s5zMYQHnKQD6jq+1tB2NhFyE
B0AFylX82MblL4AvPNc07zLYRJpWoadrOj6jrDqtn5f1bTLzTLy6IdY09G3vYYHl5O6qOIIq
RWmdTi/4G+vjnhCWKJEjXHGcMuOPX1zxSnGFAEmzdAmnSZPbrQZMUpRmbAujGUJH+rGYiT3b
bWWKat+SH5oLdXdre/lt56ivLSaW3uYovLOrXkYkico3p3Nnaz28ykiqvFI6MKFWINc67H7E
6rGfRk0847VIajDGwd/pyThkj5icIyHIh5eftnpsg9QyRPUHHM18YxlE+8SI83in5g+RfMnk
TUrjRvM+kXugarbJBNNp18qpMsdzEk8TkKzCjI42rVWqjBXVlFuq7HnopRBlGcZixKBJjsTE
iyBvEg30qpAmMgTVg7ZjqoyIBiQao7HlYPM7H9h3BDye4akYCkA71pvt75bDGHAzai7Sc/BX
9osRyoabV3+mmZEY063JktQm9MSyPbCSKMuxhRn5OqHoC4C1NNiaCuXx3cOckDKsbeovCRnK
H6txIpzqK8qjdaV6ZdFxiVHj9kHoBRTk7aiEZGG2O1elMiWsokyHgY6LtU8wPj+Kmxbw22GJ
JCEfbSpGjyXkUl5N6apZSeqR6TKy8WIIbmoUFeO3WvbI8S1arFa3FzFLOsAZOVHYdVZsNoqk
GLZ4nKfZIO9euNsgmMUEigVbc98jxkBQAmsFlPLRnqyk1ap618crlNuhitlWnaTcSEJGnFa9
ONMxZ5Kc2GMPRdF8vXHrRvGCsyMHSQDcEdCM1+bPTlxjb2ny35Hab0zLGAD1qKVzWT1BLmQw
AB94flZ+QaLDb6z5ssza6YVV7fSG+GefwMwFDGnsPiPsMoMjzLaIAPryxs7e0tre0treK2tL
VBHbWsKhI40XoqqOmYf1FJoMY89eeNP8oacfSaO4126QjTrMb8D0Eso7KvbxOZM58EfNAhxH
yfMXl/yLrnn7UZtTkf4GlMl9rN0G9NnY1YLTd29h07kZgSmebkDZ9ReVfJOi+U7crp0IMzil
5qMqgzz+xYfZWv7K7fPBCzJrlMPEP+cgPzJg0/S7vyfo8wE86j9P3EZFFXqtqD4nq/0L45sQ
OjVR5vzC80XEtxPdXEh58gW38ewGbjSuBn3Lx++jZXlpxYVNXTcfMHbNzicKXNjt9bWn1aK7
tpmdw6wXkEvBHWchnYxIGLNEFoOZA+KozLhTUUpAZjVgrUNKMK0JFK0/jloIceUVhtU+L1CS
afCwNKGvUim4pkrYGCHMSRNyTmQK/ZpWtDTrt16+2C3Ixxov2j/K2h/5+D/nkQiqV8iWikr+
1+68vnk3vvT5AZzWh/4z8fvP3ydlk/vj+O5+L31dqU5DrThX3pnQ24FP/9bnH/PoBOP/ADkt
54b/AMxlqQ/7nOjZv+1P7se/9BdfpPqPueMSi3sP+feE0dnfR6xD/wBDFxmLUEikgUl/JyPI
DFOoeqEtGaihI5KaUzCPq7S/5Jf79kP8X/zv0Ph2hMAt/h4GT1FAUcg3Hj9v7VKDpWnfrm4o
uKSvhtX4PIYmMIZUMlCQrtUgV8TQ7YSBSgouFGVgyRiMooDkVrXcFjXua0PbKJM+JNbNOZ9N
ELk/Y2qdt6gDfoPuyJVlelxqZOwVRUv4V9/DK5Cw2Re1eVbH1pFWRP7wD0UIoSeoI5dPH3zX
57DdHd9xXn/OO3nfyxoOk+bbBYPNPlTVbSG+tdc0jlIYkmQNSeA/vIypPFjQio65q5ZOLZz4
YzVvQvyr806z5D1ODWtHlBZFMdzZMSYLmA/bhkp2NNj1U7jMQwBNuRvF+kvlLzZo3nbRotZ0
Ry8ch4X1jJT1bWalWikA/A9CMx54+oDdHLtRV7/TgYp7c28d3ZXA43OmzjnG471DVBysSpiZ
gvNbDQLjydqkus+Rrvhayk/pfyfdOfSlVf8Afb78aV2r08clGW9haEnsGl6xZeZbKSeziliu
IgF1HTZQq3Fq56K69wezL8J7ZM+rku42KUXFi8MrSQlo3WvGQdP9V175E7MbLwv8xvyj8t/m
CJprZI9H82OhP1kKTHdlRssg/a+Y+Mf5Q2ycZDkgm353efPyl1fQNTm0/VtPeyvEHONaco5E
rQPE42dT7dO9DmXDKYHdqnjB5PC9W8nzWZkaeBqMpVDWnxjuag1AHbNrhzAh12WBtgt9oirJ
IitRloOa7q1P5dhmdjyOOYoa40DT7bRbbVBrCvqQvJopNFEL+pbxIqtFc+q9YnEjMV4UqKb7
EZmxkCHGlsXmtzCSJSFVacacV4ivsvbIluikjWvpuaD4eXKMd6d+uEMxyclh6ren1706Hfxy
Yk0TlTJLXQ5I4UuEZKiqOCxDBdt6bfrzKgTTiSzbvRvLp17XxZwx6i13J5YsGtvL/qMnp2lv
Ezy+igYAcQ7s3xV3OZmCNguPmPJgT3slhqrG8hike2LST28oYoSVNKhCDWrV69ceKm3w7iq3
GsW81oeaxzNKjIyOzco2XjSSgpQkVp1Htk5ZbDXDDwlheoyyXFArHiVCxLsdh0GYOUufjjSU
/VdpX9MrGaKHFSBJStK9KnrQ5hk25Aij7G0L3FsAK+u6UYb7KwGx+eQkSA3xiS/Wv8rNc1by
h+TPkPzDpJ46toH5rX9/aQR8V9c23l7TJmtqkEKLhFMLHwc50+ny4oaTH4393LBGMj/NE9Rm
hxf5l8Y84h1mWMjkPB9QyEjzrHE18eXxetfmj5U0vyRD5587+W7i2m0T86IV/wCVb3MPF2XQ
9TjXXNfeUMSCkrpFaIADxSUAUBNJ6XUwxb5ARmhKMcvT97E+Bg4a6xiZ5ZfzpQs2xzYiQeE3
GQJj/VPrnfkTUR3WwH/nKazF55y0JJLeK5h/5Vb5b9SOZQ69NRNQGBFduuazJqJ4MmklCRjL
83m3BIPPD1DljFHIMwkLHhR5/wCe9M/5yA8u+X5/N2j+ZfOMNvrlrc+RdES18sqQ19qEdnHc
TT/WJ61tLNWlBkaoeZv3UPxc3j2nZurjghGQnKBhnmI7kQGTIYxiRH/KZAB6RvGESZ5NuGMs
bU4eOUriJXAXtvwxsmz/AAx336k7Bhn/ADlH6d5+Zem69Pa2sUtn5N8r3QvB+6NpQ3cwMEg+
OLg/xKVaoO43zmtfrddpMWnw6OcxKWbOOGJPrPoj6o8pWNjYoiwdnc6HTabNPLPOI0IQ3PT6
jseY35V1Z6iHzuNM1m/jgX/nKfQdHVvLFlfqDLe2lmVubG4u4JIvRXW7e1kmmt7dpN/gnnjq
qrF1GHJl0uIQkB+XIJkATwwnP0TESDxflp5IwhkmI7erHjluZT02SEMk+IXxjYWNyBuL6eII
kmMb7pSH83nHkfT9c0ux/M3zkNd/ROhjRbLSfOfmqe0m1TzJdvrd+LWOy00vdWRiurqSIQzT
3EwWP4Kj4CY9b2Jm1OQT/lAfvDlnKEbEMeMYIcRnKo5AcOOMzLHjhC5eoixICWw7UhhjwDTf
TwgE85SM5UIjePrkRUpSltsOm018kaH5atfyn/5yM0nQ9H1K00+zsPLd/JHczaYdPi1OK9ui
v1ey0u1jit7mNYImmZppJHBiqEVV5ZWq1g10NLMzM4z8eNz8U5JQljjuZ55SlPGeKQgBGMAR
OuImTiYcB02XJEARI4DUeHhEhI9IAASFAysk/TyFMg8r+XLaH8rvzY09INJg0ux86eWdW1GP
U0H6NZbdbWaR7iJVLTcjEo4IrSSMFRAz8RnNezGfJqtDpoyyZOKWLPjjKMjxxBMo1CRPp4QT
RJEI7kkRsu29oMUIarNwxjXFCRBHpJqJNjrde8skttDsJPy882eWb3y6lr+kvzC8n3fmIX9v
Gk+pT391ayma7tE5Qw1jSMLAo/dABXLyBna/Xa0fkZZNDlPDj0uohiMZE8IxxkPRP65eoy9d
+v6o8MSIjX6eIGQeLEb5cZkCB6rMTvHlyrbp71LT21Dy15p1Tzv5MsrSdIJru41OIwmZZvKH
l+RItZjt1WlJtQvJCkQBKuLMEL1zU+xfY0OzOyIYdbYy6mYJN0Y5swJwcV844sY4p8jGWoO7
sO3e1Z6zU+JD6MYoCv4IfXXnKWw6EQGz6P8Ayqt9J8uQa75NgWOS58pSIPLt2lD6/l6/5XGk
TRbmiLGWtmY7s8Dt0IzhfbrsLBh1X8owhUtTZl/RzRNZo+Vz/ebchkiHI7P1c5R8CUrEOX9Q
/T8h6f8ANRP5l31/B5bOjWF6bfXvOVzFoGiXQIVreS95Ca7XnsfqlsstyeW1IzQHpmu9huyo
6vtCMsw4seG8kweRjDcR7/3k+HH75/Fu7TzmGHhjsZekfHr/AJouXweR6fDp3ljyjof5yW0a
WNtb6/b6xYaexIWPycbdNGigPIVWOLRwl2Y6cRMprQkvno+q9oBPt+XZmWdjJDwB56niOUy8
5S1N4hLn4ZHlF0+LSH8t+YgOR4/+SdcPyEPXXf8AN2jBLH8zvJX5OeYY4bjy75J1u+n8swT8
fq91EtlJfeXEVCSCttC0ka16y23IAcVzKjouDWantKB9WfBE+cZGYx6r4ylUj/Qz8PUtgrwY
YjyhMj4VxY/gBYHnC+585/lfqV/f/mH+W2sXFtDN5+85apZ2/nu4ZR9b1H6xFx1qzvRXlLFb
wiX91JVYvTXiBxGTGr7QPbGu005z/JYRk8OO/h44xJ/LzxjlGU5cHrjvPiNk27HLptFHs3T5
YxiNRPh4j/FKRH7yMupEd/Sdo0G7W4g0r8tPzo1HQ7r0FtPzOTy0NTjkMcieRopJDo6LOrlh
b3FyPTZqgSqOLVGdT2pphp4/4FEDLLBLKREA/wCGHh8c8NfXDH6gK9B9Qouj0WY5sg/Mk8Am
ICzX7kXwb39JltfUbPF7X8wfO3lvypfaP5etba38r+TfMFl5gguUsoZpPL+qXBa3tTprXEno
QCZiWMKW8hrzlARfUbNL2T2l2jm0M9Tmj4k+CUfEyTkPGxxqU4zAHHlMeXGckKBjC5S4A7bt
DRaKGqjjxy4Ykg8MYg8EjtExN1Af0eCXWWwtnXl4Wt5+Qv58TXVvFqJ1HU/y4l1d7lvrL30k
mvj1Hu5JATM7jZy9SehzZ9ldravUYcWolkIyRhreEg8Ph1guIx19AifpEar3ur7R0eDFllij
EGJlhu9+L1gHi7yetvh78x/OmveatSEWt6ldaq2j2w0vTJLxlklhsoZ5po4PV4iSRUed+JkZ
mUUQHiqqOe1XaWXW4scckYjgs3EUZSkIiUpb1ZEI3wiIu5VxEk7TFp8emlIwJPFXM8gLoDy3
POz508oliXiKGtT8RH41zEEaNMJ5UAbXxNK7DJW4c8qEkiZGIpUZbEtBmShprVviIXmF6um6
/Qcui13ug/TB2oAdugOwG3jvXrk1kUQipwFDU9Aa1yJaiUXDbvKH4BisK+pKQpPFAQCzU6Cp
G52yNotUNs+3GZqDoOmBIkyDRfMOu6FBq9lpd+bW216yfTtYT00b17WR0keIl1JUFo1NVodu
tMB3ZAWpwh55kaWj0NSAKfjkSTSeAhlVlpb3j8VjFRv/AFyJlTKMKO7N9N8ubx+pGsiFeTAG
tNyKEDodsxcuYOZAU9H0jyw9xIipFw7LQUGarLm83IhGzT3ryX+WWoare2tlY2U13ez7xwxg
E/DuSSSAqjuW2GavLmsuzx46D77/AC9/KDRPJ4i1DUoI9a15VV4agNbWjEdUU/ab/Lbf+UDr
mJKfq5uQakHt8MCyOZZavKaAihAWvh4ZKIJKLAGyW+ZfMMXliCKC3iOo65qXw6TpCAu7np6j
Ku/AfjmXwjGGqzJ5jZflxPqmo/przlM19qFyxml0sNUFu31iRew6cF2psTmv1GWy5Edg9qtb
NLeKGKJUhht04pbogRFA7Kq7Ae2Rjj4qa5TeVfmn+ZY8o2r6XppVvMFzHsaBhao3SRv8s/sj
t1OZYAiKat5F8K6tb6nr9wY4YJr29v5T6cMatLLLI5qaKASxPfJR5tlbbvDfzB8tX/l+9utJ
1O2bTdTtmVLy1lILQswDfHxLDoQTTpm000qNOFmAp4JfwkSSHnWpIBHTbao+ebzEXAyCjskE
1qjASI5Tju0e3xff0OXxlTA8ksa3LEmoUVpTrloyL4dtej8IAHIgmu2xHzrkvF6IOG0PJENu
g7EAZEzQMRD9mvyvjQf85+fnfIPtv5ItQ3y9Hy//AEzn9DL/AAHGPM/fJzskT4pP46Pxy9GH
h1+L5DN74zR+XL//1+d/8+hAw/5yX88bfD/yrPU6knev6Z0Wm2b/ALUFYx7/ANBdfpPq+DxB
Rz/592uWYyE/85HEgndm/wCdR2zDO3af/JL/AH7Ig/l/879D40jjXg/JW5cP9HMYWhao3au9
KV6b1zb3RcQhUWF2cH0wvGhIBIG3b2rgMkxgi0gO7If7ypdNzxBPQE9fnlJSdkVackkX4mjI
+HmpIK12NKEdjkaW9mVaZCvFS0g4NseA3B3oCD8sB2DZF7l5SulDWpfixiADSMSS3hyJJ6DY
UptmBnjYboc366/84l/m0klnF+WusSRiKflN5TvZG48JX3ks67UD7tH71XuM0Ga47B2mGfR7
p54/JPy75ga5v9PiHlzWJalrm1j/ANGlbuZrdaCp7slD88xRqCDRckxBeEaZaefPyg1iG+eL
0o7ljH6iN61jdKp+yzCgqRuAwDDLPEpgYU+w/JvnDQ/PNibi1nNpqMKj6/pMx/eI3in8ye4+
nBwCe4RVo7UtMiUepbShJ1aokG1D7EZjyHDyXkktvey6XepdzQrb3MY4C7jHwOp34sOwPXw7
5KE6bQeIM5t9RsdSAF0ojeTcOBXftRhsR898uBjINRsMd8waIiLyj+IyfGhFaEjupHQjKpRU
EPONUtdJ8w2kui+dLJb6zX4oNRAPqwyUoGJX4g1P213/AJgwynx6NFuGO+T5H/Nv8jdR0SGT
VLBRq/l+QB4tVhALIh6eqF2p25rse/E7ZmYstVu4+XF0L4513yzcQSOBbBqsCxJoR40bNrh1
PRwcuGnlmtaU0TSQOrcjQtX4RvvXf7s2mPJts4ksdvPrrTWjlCqPVaSoodlqTsBX9eZAkK2a
Tskc2llWJ5HmtQoYDdq0/DJCSOIgNQae8IjlMiqlRydvtEtXqo3PTtloO7RM2zWDzfDa+U9X
8tT6PYSyalNBN+k3gD3sHocqR289aosnL4xT4qDM6MgQ4ZxEm2D2tzcWom+qSGOK5j9OUHY8
Sfbx8cnCRDkGAlVpHcMyyTKQGNQPVNSwArt9Nd8jI02xgp21rcXkjxMYreK1ikmedy3A0FQn
JQ3xufhUGgJ2NMq8TdmYANSQpySjUWNdpKfaPWpHbwyEzbKAKqLcpCoD8YnkaSWIOWBcABS8
fQbEgN33zGPNvCJitnsri1kIQmSOO5jKMrjhJuteJNDtup3HcZCRLfCJL6Tj/P3zkfJNh5De
601vKunOJ7PSI/L2gxencekITdR3Mempcrcsgo1wJfWb9pySc32p9ps2aU5nFATnHhMuLMfT
z4eCWU4uG+UPD8MdIig42HsaEQBxy4Qbqoc++xASv+lxcXmiJfzj84ajbeWLDV9SXVdP8p2s
lv5Z06/s7G+trS1upPXeE29xbyxToz0PG4SSgCrQBFAwR7RajDOE4xgDGiSOMHJIR4BOUozE
ozEduLGcZ3J5ykTmfyNjyRlEk0eXL0gm6AIoi+khLp3BlvmX88/OXnrUNL1HzXqNj5iv9Fij
gsbq98ueXC628SyLHbOE0lBNAnqsRBMHi5Hlw5AEVw9sc+ljw4cOPGOLiIEs+8trPqzExkaH
rgYzrbipuj7NY8xPHklI1VkY+XdtDcf0ZXHyZDrv5x+cvP2oafqXmzVbbzFqNjFHbWl3e+Xv
Lpb0Iw4S3lCaUizwL6jFYZw8QY8gnLfNfH22z6cRGHDjxiMjKhLP9R5n1ZpGEv6eMwn04qdh
D2Rx5b48k5Eitxj5fCABHlLiHk9CX80/zH86eZ9J1m+1wa75u05YYtI1ufy35Xku7dIXZogs
p0b7MbOSgaoRiWTi2+aTVf8ABNloMRiNPihj3JiJ6jhlxCj/AJexfXhMeIbSsbO30v8AwPhq
JXLLkMtvVWOxW/8Aqf33XSizO/uPOHlvXE89an5gnT8yr24kudPurXSdCZ0mlYPLeS2v6La0
Fw1P75IBMamsm5rzWD/gvZ82WQjp8PhGIhwHxq4Y3Q4/G8bh3+g5DDl6dg73/k22m8EDxcnE
CTxei7PP08HB8RDi80kl87+c5dQ8zeYL3zFePqXm22Fh5su5NH0FINSgWvwajYDSlsrtgCR6
lxBJIF+FXC7ZvR/wU9VWIRwYRDFvGIOb0nvjM5jmhX83HkjAncxJ3cH/AJNtp+Gd5MhlPmf3
e47jHw+CXvlEnoCH0D+V+kap5g8oXsmt+cdW0fTrqyGlpolraaQ2nz6dMwWO2Oh3GnTaUiSE
fCFswePfjtnHdof8GvtDT645Bhwzo8QBGSxPepDNHLHUcX9bMRtdW4+v9g9NgwxxQnMGqJuP
09xhw+HXugHsvl78h76bSNa8vW3mu60zyVd3VrLP5eTy95Ois725thGTcTRjy7uYzGvplSCn
ECIoqIF2ui/4L/bGsPjT0uDjHEBMy1XFETviq9TVeo3YPHZM+ImRPL6n2a0uECEcs6NExrFW
1V/k+ew93SqDJr38kND0zSdR0L/H+s2vlbV72K+1Xy5Jpfla6tbq6iMZSW4mvNBuLueWsScZ
ZJmlBVeLjitNhH/grZtLGHFgxSyQjwRmDniRE3YjGGaOOINn0xgImzcTZvGHs6MlgTkIk2RU
COnMygSTsNySfNI7n8gtI82wWOnal5r13VrbQrSKy0O1k03yxYiztoH5R23Cw0S2VrYHrbXI
khcfbgbMzTf8FfXSkZYNPigSeKW+eZlI85EzzT4Zf7ZDhyj+GYYZfZzFVZJyIAobQFeXpgLH
9E3E9Q9O0T8upPKuoab5g1/zzq3mm80SwbT9EivLPRbGK0tuNPQhTR9L095EUfZSRmRTRlRW
Fc5v2o9vJanSSwyw4sQlLilw+LIyl3/vsuWj3yjwyPImnL0PZNZRITlMgUL4RX+kjH5Gw8r8
23el6/53t9e0nzNrHlXWLSyOky6lY2ukag5t3aRnRRq2n6gkPP1SHMPEuOIfkFUDjew/+Crm
7FwT0+PT48uKUuM+J4oPFQF/ucuImq2EuIRNmNEm+o1PsTPUgZjklCQFbcPL/PjL41V9eTCv
zJ0vy95U/KceTdMa41LT7E+tCZLWwdQ0lwbgqdPFmNOMXJiPQ+q+iF2EdAMp0n/BG1up9pR2
zw4/F7qnwgcPB9XH43HX+U8Xxb343L7N9jseXRS0kzIQ8uG+d8uHgr+jwcPk+WfNnnTzF5jO
m6/+YfnK/wBRurEIvl6b6hpljqyiB/Uia2m0ix0+dViko6GSTij/ABKA2+epQ/4IesyxENLh
xYKJJ4PEmDYqQMc+TNGpDaVRHFH0ysbMf9A2lwcRzZJ5LFeoxFdeeOMDYO432O43ef63+cHm
pL/W9QHmOT9JeYIhBrOq2mnaLZaleQ8AgjutX07TrW/mHABWDzmvRuWdEPbfW5tPDCMWOAh9
JvLIRPfHHly5MMTe/pxij9NOiPsnpcOU5DOcr5g8Av3yjCMz8Ze9hGifmv5k8t3v13y/ql1p
N59UazuJrVYpIWszTjbzW00csE8Y7pNG6A9BXMfsvtTUaQnlkjKXFKM7IMv53EDGcZd8oTjI
9Sy12gwagAfQYigY0CB3UQYkeUgQGP69+YmsazZafpNxeodL013l07R7OysNL0+3lmr6kkdh
pdtZ2qyP+04i5nuxzadq9uartS/EqINXRnIyrlxTyyyZJAdImfCOgdZo+zcGi+gkkcr4RV9w
gIxHvq/NPNJ/O7zb5a8rap5N0zV7S28uaxJ62saFJ5e8uXlveyB+ateNeaVPLcspA4mZ2KgA
AgKANng9pc0PCJw45SxREYy4s8ZRAFekY80IRvrwRiDuSLJdXn7JhIz9cgJmyKxkH38UCT8S
Xg12YZwJXuHkeOkSxPyLLEqji/qHY1O1OvfNXnzyz5ZZZVxTkZGthcjZodB3BtGMY4CEeQAG
/koajdnVJLeeS2hgW0tLeyhSzgWGMx26cVd1X7cjdXc7sdzlR5uNMmKUi29TZKjwqN8IDjSy
Fa1i2xpUrXqO/wAsujjaxJLJ1eMGH9lRT5e2TqkpU1uhqGGxFCp7jCpRk81ze3Bub2Zru4aO
OP15KcikKCONTQAUVFAGNMSFWOL+ViCwpQbVr4+2Cgik2W3tvqyANM1+J3+tIyp6AtuC+mUY
HmZOfIMCOPGlDXBYWtlSGxaVhwSvsMiZBuhFk2n6U4IrG1PGmVyNNwD0TRtJXkOcHqKY2VF5
tGVkI+F6qDXid+J2PQ5gZs9NuOBt7B5f8t3F0EjEPFAP7wDc175qsuanOjj2fXX5ZfknqevW
tvf3Spo+jR7jUp0q81OvoxmlR/lsQvzzAnk33cnHifXHl/RdM8uQfovypZrbo1Be6s/xzTMP
8um/t2HYd8wcmQk1FzhCub03TbJwgVhQUq1P2j7nvl2LDfNjOQCpqV3LbqbfTRELoipuZRW2
tv8ALcA1dv5V796DL8k4YuXNqETJjGmaUsM811aGS4vrv/jpeYLmj3Vx/kg9I0HZFoBmuy55
ZTs5EYiI3ZjbWnAKKGvTxJ98ux6ew1zyPKvO/wCYp0hrjTNCnRrxKpPqDBWRD/xV2JHie+Tl
kGM0scZkN3i2kfl1r/m69/Smpk2djNIXmvrsM8kxJqSkdQzk+JoPfKozMmcjGL2o6X5T/KXy
xqfmCCxIltoSBcyFWu7mZwRHAj/sKzdVWgAqTXNhiHALDj5JmT8p/wAzNbuvMOu6rql6we9v
rh7i5KfZMj7mnsOg9s2OnjvZcTJJ4bOHLCI25e4kcJDHxU8mY0VQajqembWLQd2K3wkDvHPE
0E0TvDcQtsUkjYqwNO4IpmSCw8PuSplpuG+g5Za0Q4LUBSD/AJRHhgtmAtaJA7+mp4ciE505
ca7cqVFadaZAsoxfsf8AlghH/Oe/52PTr5JtRX/njoGaHs8/4JD4/eXIyvx9+r/D/dLXxpmz
tyaFcn//0Ib/AM+j4lT/AJyQ87MD8X/KttSB/wC4xo+b/tT+7Hv/AEF1ujNzPueQaL5b1rXv
+fdurto2mS6jH5f/AD6m1jXJYOA+qWMHlRFlupObLVY2kUHjU7jbMGX/ABpb/wCpf79su9P/
AJ36HxnaWkcqSKygzAARE1FN+v8AYc2R2YYcfEySLy9LJa+uF/d/z+JHgchxbVbsoaawlN3Y
QwrxqwkX+8GxG+4A8NsnHdxtRgEUHbIochmqaUU9q+PyyRg68gsksHAVgooSRuSdgOu3TfIS
iQyg9Q8vzpGVHLnzUUapUo21QRvWnT365h5IuVAi30r5F8wS2M0BWVo2jZXhlBoyOhBUg9qE
bHNXnw25sDT9b/yd/OW0/MHTbfSNauY4PN1rFR5DRY79VH96g7SAfbX6Rmnz4nMhkt6zqOmR
XUMiywRzQTjjdQuBJBIv+UpqD+vMcxpt6PJr78tbSzvotS8rajJ5d1CFuduGZmgD+CSfaQez
VGWXTAjZmWnedZ9OMemefdOFhcNSOHXIBytpv8pivwqT4j7syAQeYYDZmk2krdQJPp80c9tO
OShjsw8R1BGCeAEWyjIMOmju9NZhEx9OpJtiTT/YN2zFI4W4ASCLtPNFxbgxTobm1IpJDIPi
UeJXr9Iyd8TXLHW6ZGz0rXoml0udfW41NtIab+Cn+uYuXFfJOLIYliAk1LyxcyJ6Zms5CDea
TP8A3clepQkHgSO42PcHMaOSWOXk5k4jIHkvnn8lvKnnSC61nyGYtOv1HO/8vzsIovUbcjev
oknof7tuxXNjjziW4LhTxGPN8Kedvy3vNFvLiz1Gxls72Coksp04SJvWtCN1PYio8M2uDVEO
JPCDyeAaz5Z9CQqyP6bBjyIXY9qVpXNpj1AIcOeJh97pEduzq0YlFGKOwoVPTY17Zkxn3ONL
GlFxGs0NnCYYkOnWwtI5YoRG8oMjP6k7LUyMC1OZ34gDtmTjls0TgSxyexP1kVJYB+KMKgED
bkKitD1zIhka+Aok2KiWIRtHyldY1Lmi0dgvxn9ld6k9hvmRxgBIgTsg/MHl650nWNQ0id7S
5n02eSCaexnS7gdozRmiuIiVlTbZl2IymeQlkBSTpZCEg0K16iux/rlQKeK1/wBWjfl9gGo+
JyQQO5Ht44ZSJZxtcLRDK8TEKOBCU+z8P2aeIOVSLbEFHRWEXpwqsZ5jkZn7Elttu1B9+USk
B1c3ENk7tLFf3gaLnVKQsGK8HqPiIoeWwIp7+2Uyydzn4YAhkFnp1SAq0r398ws2cudhxEll
VlpIr9gmoG+ajUZ6d3psBem+XvL3rmFBB6s0jBYUX7RLGg6ZzWu1pgC9PoNLGRFv0J/Ib8pP
LEdhLqT3CX2sna4mQ1RCD9le1AdvfPH+2NZm1uUxkaA5Of2prp6CIhjGx6pl598s6mt7Omh2
zrPN+6mvooy8vH+VXoeI+WavRZzjlRLn9n6+EsYOQsY8n/kdqPmS7LaoJYrG0BkkgkBLTMNw
KN+zXrnRDXTyR4cfOmrtHtvDpgKNkvqLyr5P8veU9MtptWdL7UEna7W1DVi9UDihYLsfTXoB
sMxsGnxR/eZfVLu/W8b2hrtRr8lYxUe/qySbz/GWhhseNw87+lbGn7rke0YWrSkdwgoP2mGb
mHaMogDl3OtPZnDd9OaZQ+XtR1O6i1PVHa3Pp/GjP+8UdCNvhiHeib+LHLp6LLmkJHYHn+Oj
jfmceMcMd/x9q/U/PHlnyZZm1t5Fu7kCoWNhxWp6s3TLv5Tx6DGYYfXNyNL2JqdfLiI4Y+b5
Y/Mf/nIx5Lq403TrA3KRrxlnD+lGxPUAgFiM1o7K1PaR48poHo9Xoew8Oi3nuXgEn56a9ayl
rLS9MtFB+IcGkb58ic2eP2Phwufk1OMmpWR704j/AOci9LktnTzL5ek1GVFqn1RljBYdjzOw
98MPYyYncS4s9bjxf3ZIfLXn3zpc+atXudWmgisUZRBp+nQfYtrdTUIGNCxYmrMep9s7zsrs
gaaFc3S6rtI5Tu8nuZufJi3Xq3UZ0WHTU6bNqLSaVwobievX3+ebHHj2dRlzUl5Yq1V2ZTVf
EEHrmXCDr55aQ9wrO7O8nqEklpF2BJ79BlvBu48slpXcFV9NVZg53Y9KMDtQ5MBpMgoS83Jk
d2aSRi0jE7ljuSaU65LgcPIXRQgOpDE1FSK98nGnGkO5MRbcESUgfESpFfjoKbkeBrtlg2Y0
UJdWlvzmFVcpThIhqslfD5YVCX/UQVG4r/LTfIFlbSaapkClXdm+yqqST7UG5wIJR0WmREji
adwfDAbRum0Wku1OJp4E98gdmcYsk0/Qn5A969Blcp1u5Yi9F0fy00joGQmp+zXMLPqO5yYY
3uvk78vbrVbyztbW0lu7mdgsFtbxmR3Y9goFf4DNPn1Bc3FiD7m8mfkzoXlCzh1XzlDFqV/I
wFjoaMJIY2B25UP75x3A+Be5OavPqeDdy8WLiNB7VZQXevTKs6+jaQgelYxbLQbLzIoDQdB0
HYZiCcs0nKEBjDNUtbLSIjPcyovAVWPpmQQMW5LWScmwSi48yyTjjF+5tmqFjjH7x/8AV7/T
lU9YSz/LVzbtLa5vaM8fGH9i3Qkjke7HucqjGWU7plKMGQTC00ewa71G7js4Ih8cjtSvsB1J
9hmwhpeGO7jSy8RefalrWt+aLd7Xy9btpujv8E2q3FYhIPY9SPZPpOCWThjTKMBzK/y75B0i
xpeTJ+ldSU/De3Sjghr/ALqh3C/NqnMOJMy2TnXJnF/c2OiWFxqV/MttBbIWluJTtt28SfAD
M3FiA5uPIvg386PzSuPNMvoKxg0q0LDT7IHuwoZX8WYfcNsysfqPkGMgIh8U645uJpXrzr1J
75t8Apw57lhMmn+sGLSfCaginXMrxAEQxkpXcaXWMxHiu/wt32yAzVycgYbCHfS7eSaSYwxW
4kYsttCGEaV/ZjBLED5k5P8AMFl+WafSUCn0wD7UODxSWfgBSGmLvyQA02HviMppAxP1z/LW
EL/znH+cc3GhfybbAt8otC/pms7PP+DRHv8AvLXmG3xfkl9UXh/cJX/WOZ3iG3NrZ//Ri3/P
pSPh/wA5G+dW8fy31Gv/AHF9Hzoe1RWIe/8AQXVaE3M+54rDBGf+ffSL6Efwf85DKxA5EF18
pgF/iJoTSu23hmDX+uf/ACS/37aDen/zv0PmXR7Kshk4hxGvJgy1B8QR3zYZeTl6KIJfffkD
8vPypuvyf1HWNW1xbLzFyVrTQt2eQkUYxk9PpzVznLienx4o8IfEPnG29G5ltrV2/R2nuwsL
aQANEs7l2HTkatuSSadts2WEWLdDrwBI0wIW9KOUoslQnvxO9KfPMt0hG6a2KtyZVXkaFjTw
UVP3DBMbJBpnOmXLho6nlx2WvZRvTNfkiG6FPY9AvmicFgjgpwFSWClqEMpUj4h77e2Yc4OZ
Evovyf5iurF7e5hmeKW3ZZI5I2KtGy7qykbjfNdnxuRjlWz9Avyx/wCcgINVFvpnmuWO1uHC
p+meNbeU9B9Yj6qx/mXbxGa3LC+jlwlb6XdbW8jAQRFXUMhjIKlTuD3qD2plJBDI1bGr22eC
OS3MIuLaT7VnKoZafJgRhEjyRQKQ2K3WhyyTeW7w2KbfWdEuOUtk4rU0WvKI+6be2T4jyYGD
ObO4g123VJhDb3bLWazbZh7owqrA9iu/tlYjxIEiGIa3oEsJLIpoa8JlNGT2B64DExckZAeb
B3u73RZvrNWTgB+/UURv9dR9k+/TI8SxAJpmdj510zVIVtdWtlkU8aV+0O1VbrmvywItvjAj
k3caBHzi1Ly1etLcQ1ZSlFmSvVSOki+I6HuMwvElj3bgBLYpTf2flPzxbR6F590uCKYVjsdR
X90Ec7crecVa2b/JasZ8Mz8GuEti4uXTGO4fLH5q/wDOLuu+XRcarosTeZvLqKZJLqOMfXLW
PrW5t1ryH+XHVfELm5x5yBYcIgHYvj7zJ5I4xRskIkpU81oainTl4V6DM7DrL2aMmneYXXlW
RDX0j8IIAaoDA9a0zZ4tQ4pxUxi80O4VGDRH0x8JkodievxeOZkMoazjtJ9SsB9cn9FOMLSV
QiNYqqOlUUlVr4A0y3isNfB3pQkb2sswSBXPovDE/wASmPntzXgV3A2ANRuajImTEwAQv1MO
9CDUjf2265OMmHAEObP0GdGJavwsy0+z3FD3OSILZHdVtrD1HaQgoEb4VYbtXpv7ZROVN2ON
sntNOVgvqDgr/wB2TsCenwnofozXZNTAGr3drh0sjvWzIbPRyXWMLTkwWvhU075iz1FOzwaa
mX6f5bYSstPsMQSN60O9KZqM+qAdtg0z0jTPJt3cepwgb07cAzs2yx8ugZjtU+HXNBq+0I8g
XodLopEPU/KXki/1a7h0uwhLzS8Q5B4lQTTYjxrnNdodoCMd3fYcIxR4pbAP0V/JXynBoOm3
mh2a+s2krx1K6UUQ3LDaJD3EY7+OclDTS1MpSA5fe8j7Qa7jlGXQ8vcz7WoDpkUbM/oIoPqm
NQ0sr0rxVT+s5qMuhnhNE1+t12lnLOaH7GC6757t7WzXTIeVvcTx854Y6G4kjA3DHYKviWIX
3y6OoOOHANiefefJ3GDsi58c9x07nkWoX+q+abuLTtLVJ9Mt+BubibktlDGN2LEFGnPt8Kf6
+Yk84jy3+4O9hhhgx8U/TfzP6ntHkvR9N0iFvMOs1eVz6dlcyqS5jHaFKVVNtgAB4DMrRzF+
Lm+H7A8x2lqTmPhYRt1/aWN/mb+aDrZGzsLO7eMkg2ERMck57cyKkD2zdT7Rnrqxj0w+92PY
vYAx/vZ0T9z4q81edNY1MvFeIunQxnawjBFGH87H4mPzzqOzex8UACBbu82oOPYPHtR1eQlg
HJ8TnVabQgOjza6RO5YrcXbsCxY79abnNpj0rq56rnux25vGOyknuSf4Zlw0zgZNZbHbyYsf
t/M5l48NOFLUWkcspU1BowNQR4j2zMhjdflzIJmL1Zj8TE7+58KbZl44U6/JktSj9NHJmiM0
ZVl4K3AhiCFblQ/ZO5HfploDiSmV8llKEhZggWaMNHxNSRUirCp4kkdDhajNBzabIYfrNBwR
wvianG2uWQclBdPeSlOx/XhaZlMbTTJEcP6SPsQyuKjcUrTbcdRhtjxBP/0OLiNV+z6e+3fJ
mTDjpCv5f/dzKsId3ChJWJ5R8WDEqAQDyA4moO3TfK/EpIkCUL/h+6Vq+m6gftFcjLK2AWjt
P0rUrO6tr6wu5rC9tJBJa3luxjliehHJHXcGhO+RORPh2ybTvKELlAyfuo6cz3P3ZCWfqzGE
9GYWvlCOaTgsYVOoZgaCnbYd8x56im/HgLPNF/L8yMoNsdxXkO1PHNdm1oDnYsFvqD8tfyB1
PzA0d3LB+jtKNAmqzI1JPEQRj4pT7iiju2azJqTLyckYxF9ZeX9F0DyRatonlCxju9UcGPU9
YcCR336SSrQN/wAY46IP2i2aPU62jQ5ubi03ELOwZfb+Xwpa/wBcuT6zLSrGrsB2HZR7CgGY
4si5lvEgNohR1Dzhp+mRi3sFR240SOPtTux7D3OXQzUNmYwGRuTFBcajrk4nneiH7DMp4jwK
qftfM7YblIt3BGDN9M0oWlJmjknkelZpByYn2GSjpzbjZswZJLqN/BGILSAJPTZJGCRoOzSl
enyG5zLjPw+ZcEx42PLolte3qXerzP5i1NSCPX2tYfARwj4aD/KqclLUGfJsGGmULbNWs7Aq
BRYx9kDwA7YZ4zLmtCkHrOuad5esnvb1vTQL+4gqBJKw7ID+J6DJ8PBueSIx4hT4v/M78yNX
8wSSRs3o2MDE29kjHite7fzNTuctEhMrKAiKfKuv3j3IZ2J3NQCd/bM/EKLRIW80vI3r8fh1
zNhItE40UnZG6BckQS2RIQbFHJVgtR3BqclwWGwFDvEyHkimg675dCLCeSgh3klAO59vAZYM
bV45QjS3BrRSw8aY+HFlHPJ+sH5bOT/znD+cSdl8m25H/IrQ81PZ/wDi0Pj95XMej8kfr0nH
+7Fa+GbLww5PH0f/0in/AJ9Pxon/ADkH5v4w8XH5dan6k3InmDq+jlRx6DjTt1zpe1/7kf1v
0F1HZ49Z936niqRH/oQEIoKV/wCcga0Nf+pVzEmP9dNv9R/37fHbT/5/6HyzFLeRwxOjxoig
IEjoGqv7bjqSa9e+ZmSLdp8vCU+g8zXsY4eu5iWPhGhJIr2Ir4HMc4LLtx2gKpK52utavY1V
3lvrpwpHAvyYA02QEk07AZkQFc3V6vP4jHxFVvjYgAEAkdO4GX83XK8a0avJVIIPHrv7frwS
NBFst08NzXkaLUEn2zEk3wO71PRPUZlqxJDCvfbMLI5MZPq/8rvy88w/mBLfWHlj6tLf6baf
W57W4nEJki5BT6ZIoSCRUHNZllTdCzyes/4F81eU2ji13R7vTnpX6wyVhI8VlWqH78wpyB3c
yIID3D8v/wAz9X8sxw6VqMa6zoRYH0ZKtNbAn4mtnqO37B+GvhlBbAO99VabqGm+ZLNrzy7q
SajbAAzwLX1oq9BLEfiQ/h75E4x0bY11S67spw4YJ6LivB6HlkTGQZEApDMLy0cSwSOGU8vW
iFDX/KTp9IwVW4azFNo/OcqxpFrEMd5bgUFwhCyKad2I/WMEpGmJiUNJHpms8zpepRSysBW2
mpG+43+E9fmMwc0jHk5WI97ANS0C702SRhAI1bqgFYmPfjTdT7jKY5QDu53CJDZLrTXLzT5l
jhllt2QhkikPUj+Q9D9GGWKGQIoxLNrfzBpvmCL09YhEF0aqL2MCh/4yL0b9ea3JgOMtiaaX
r+u+VCiW0g1jRFasduZCWiHc28u5Q/5Jqvtlmn1kobFx82mjkN8ix/zJ+VP5e/m1Dd6noTr5
b8yvyku/ShAV28buyQ03PWWH6VObfT6oSdflwTxe58Z/mD+SHmjyfciLV9OCWs5K2epQH1bO
4/4xTAAE/wCS1GHhm1xZSN2nhjP3vDdT8k3aI8RV1jZuRjFQpcCgPHpUA0rmdDVNMsDzTVPK
M8bkkMVA+FabjM3HqgRu0yxkc2GXejyQtICPgO42pmVDIJNMoUkpsTE5lUGKSP4kk/lp33zJ
jVNMopdPYlqNWrda061yQKIhH2tpIRGXGyLxNTWo7ACmwA7ZiZnPwwsvW/yutuLeYbe6hF8f
qWsDTY3RmSF4bGa4VSrExkN6iuNg1V2OeY9pEw7QAugS+maSEZaCwOQpE6bpMrxRrGvJSFIq
Kk7dzm6z5wObr8OHi2D0fRvL0vqRxBT6cjKtKfFuQDSn4ZzvaeuEYkh3+g0Juy+wtR/JbVtQ
u9Es7G5XToRboV00pVYgVHxGnV2/aJ3zzU9uzhkMCLLsT2lgjEkdH0b+Xv5JaZ5Ghk1u/vXm
1KaERCYLy4FuvpJ4ntmxjpsuaHjZjwjo8n2p7Ry1H7rGPS9HutQ0fyPoi2GjIsFzdvyVZjWU
yyblpOpLHwyefWw0WDhwj1Hv5/F1GDTZNdl4sh2DwvzF5t8x6ubi20q3llMKE3M+3q+pX7Jc
hli+kM3gozkNXrpnc2T1972Wh7Pw4qsgfj7XmGieTvPGua+091YsIBSe4Lc0tYmHR5ZHq0jj
xYk+AGa2Bz55WAaG5PT5vS6ntDs/R4NpXLp3/AdH0j5e0eHR41ghgWTkwe41C7UfE3UtHF29
uVTm100YQPee8/qfP9frcmrlZ2HQD9bBvzS/My60RJLbSrBZpStGvZ2p/wACBTNxo9PDWTp2
HZfZVR8SXyfIGped/O2py3L6bdi2cBvrM8IUCJD1LyNXj99c6/R9l6bCQOru8uWQhQ5PFNUv
riSRhLfPeuSTJct0LHrxrufmc7XR6WMYjZ5rVayzVsPupW5Nuad82+LC6jLqe9K5ZGHQlSN1
I2NDmXCGzr8ue/cktwwOyqQozKhAOHPNaQXAr1p9+ZUYBxZ5h0SuRH7A0qRy2odh075bwuLL
JaiyqUK78i2/Thxp99a/RlgaJSXxCMFy/qSHg3pcKLwlp8BNQaqD1A3PjhBaZEKkKSyuFMqr
yFFMh4j5V7E++RLUZIiGOM8lPIN3Apx96+OAtU6RsVqWNIaMe9dtsQWoIuOzuCwqUA6VrSmH
iCkUzjT7BTESVHIrxr4ZEnZgIklK7izu4ZCFkShJ4im+Q4gW6OIoq0s7qVRzLt7dqZjTnRcr
HiZJZ6DPOQFicEjwzHnncuOntm+k+ULtuCAHg5qaCv45j5NTTkw073/yJ+UeueZJvR0yz+sC
M0ur2UcLaCvT1ZTsvyFSfDMCeaU+Td4UYc31don5Z+TPy5ggv/Md0mramvF4YHiBjJHX0LSt
XA/nlNPbNfmzxxmyW7Hjlk2iGQ3Wuatr/JYyND0FqLJI70klTsruKbAfsRgLmn1WslM0OTsc
Ok4BZ3UX806RoUHo6SA8lOL3UgoT2AQdsx44DLdyPDvnyYTc+Z9W165a2gaSQsaMindf9Y/Z
QfPf2y6QjDm3Y8N9GWaF5PupGV7mk78uVKH0l8Ou7N7t9wyuEzklQTmnDGHoqtpmiN/uQu0N
zGKraw0aU+FewzbYQID1OryTlkPpClL5gvbsFLVDZQuN1/3ew/yVO4+Z2yGTU70GI0/UroLe
6uiPWlIQdIUOw/1j1Y+OY4jKbceGI2ZBZwrEeEIkkY7EqKD7zmbhwFx8mUMV8x+eItHMtpYW
wn1KMkMSeSL/AKz71+Q+/M8yERTQIGRfO+tz61rVzPPLJNdXdxvyPJzufsqN6DwAzEnMFzIR
EQwvXvyv84RaLqOv39p9S0+ziM0guG4TONhRYt2796Zfj76aiYkvmHXITGSir0ObPERs4x5s
Hltp5SQqncfdmRHIIm0HHxpZJYThqtIoY9vbJ/mQEjSytBTWwULJPcICnQAUyA1Fth09BKri
/t0qIwZNvxzLhLZxvDSaa+ahrGKeGWidNfhUgHvJX+wnEHsCciZBlHHT9bfy1D/9DyfnISPg
/wAG2wB/55aFms7PP+DR+P3lcw2t+SPB+PDht4UP9M2fGG3hL//TR/59VoE/5yD840FP+Qea
gD/3FtJzpe2f7oe8fcXUdnn1n3fqeXafawz/APODFpFPN6EEv5/RfWbp1M3pRnyyqvIEWhcI
tSFG5pTMOX/Gp/yR/wB+3E/4N/n/AKHzf5g0nRY77UoPL102q6VDO8elazNbmzkuYFNEma0L
uYTIP2Cx4+ObIjbfm4kMlMWXTHVVLJxO4Y16/wBNsMYthzWi2sQ1rNcSKvIsFqpCNWlKhFoa
Cm5A/Xk+EDmx4rY68RJVFqSvwry8B4eGRqkrkij/AHfJSOPIyyKal6nbY7CnTbrkSllenNQK
jEmNTXh2BI6j3pmLIWziXpmk3Tl4GMrFYEWKBXbl6caVKovgorsMxZQ5uQJ0+mfyt846r5Q1
nTNf0W5Nrf2jVRjvHJG20kUq/tK42YZrc+PZyMUt36y+RvPflX8ydKSbS2jg1GWMHUvL07KZ
I2I+LgG2lj8GA6daZqpgh2cJWENq35V+Ur4yONFWzmapNxp7G3cE9ynxRt9wzHGQNvIMIT8t
dZ0G8iv/ACprzrf2zc7eK5X6rOKHtIC0Tj2OxyQO+xUyBG70fTvzE1GyiSx8/aLLot2pCHW1
hL2cvbk4SoT3Kkj5ZkeKDzagK5MsuNGtL+1jv7O7gntbgcoLqB0eN/dSpocrnDqzjJ5/q+hK
hJEiq9DR16kHr0zEyEhvjReYajY31rKHhiLxqQQFqjCncHpmNORJouQIgt2vnLUYSbadxqEK
dbW4+Fx7cuuVTxA2QyFhNpLXRfMETGyuhb3b0MllNSnIfykUp8xvmJUoHm5QILBr4ahoszDk
0oVviKmpp8+jD55bHMJ7FZRrcJhpvm2OQtD6jW8iChXelf8AVPTKcmnF2Exoptp2trp+qWt6
0noN6g9K8iYoYie5p28cv0sADSM+8X0bb6uNW057LWNMttTsLwcb+3KrPBKD0ZoaclP+UvTr
tmwjI4+XJ1GTCDyYHb/lt5U0vU7+80zTl1ry/q0BtfMPkW7AmkMPLmJbGdiGLxHcISHp9lq0
ycNUL/Q1yhIj9LwT82v+capbO3k8xeRBL5m8uSqZZLRVLX9onU8kADTIO5A5r+0p65m480Zi
4FpEukg+GvMHlVFdyqVXoTTuOwzMw5iCxyYbGzzWbTpNPu7e5tYwtxZzpPCZEWVPUjYMvKNw
VZajdWBBGx2zbQzWHDnGmPz2MtzdXNxLCiy3MzyyLEgSMNIxZuKLRVUE7AbAbZkCYRGNKiaX
IoUBCzPThxFTv8spnkDm4Szz8q9SGiedvq9yoeDUrNLo253Fytu31W4hoQd/SmTpQmvWlc82
9rIHFlhnj0e/7An42nlie86R5FksdRn0NIjczRyLHpz0r68Mu9vIp7h0Kn51HUHNbrO0hLGJ
g9HZ9n4YxBJ6PsPyR+QkmlX2lXuqNHLNZ8Lu4QkCJJB8Sq7HsDuRnC63W59RPhiNmGq7exDH
KGPmdnpdn5w8uWWtXR/xPba3eoSs5iAWCEr1+I7vx8F2HjnPnLDFk4jLil9l/pdb/J+pzYh6
DGP2lOrP80LXVNVtNI055b8XQLRTVVTJ2PpoaNQfzAcR/Nmwx9rZchESTRcPJ2N4MDOW1JC9
st1f6m+p3LXV5JJxEFuGYFhUCMSfaKrsKIAK+OUzyGdx5ly4S8OESBQT7QtJ8teV0t4tX1Bp
v0cj3NzZKlUWaU1DSkbVUbKn35kaHTYMMgc3qrp5+bjajU6nVmsQ57X5eSJ1D84fK9qXjisp
3toz/fcVjVvkrHfN7mIz7Qhs1w9ntTzkQC851T89/LbXS2umaLNzuPga9kaNAtfHcnMTN2RI
RuIdlpOwpk+uYedeb7nyxrEP1/Xr+1hsIB6k1sk4M79+ChTWpyjQdn6mM/QKt6SGSOngY83z
N5y87vqMMmi6Dptt5b8s7D9GQRq005U1Ek8xqxJ8Btnp3ZPYoxgTybyeY13aJsxBeO3XJq78
e9TnVY8Yeenm4ikdxEaIwljdXDHir/EvE0o4/ZJ6gdxvmbDGHX589nZJ51X4uCua0Bqdge9A
O2ZEYU4E8xJS+ZD4Gvyy6MQ0SyJRKrj1UTaOQL6oopqFaq0J3G/h9O2XgNfEl727FqlckGBk
5YgQwKFolIMigha9hQnww7tEju1DDGkgM6SPEKlhFTkdtqctuvX2yLAnZVWEFQxHIkb8en0e
2Boou+rSHovprUUPzFfxGSCLRscU0bDip9j44GPVPLH1OcZ9FlmVqiQ0YUpT7JFMgaC8JLN7
K3eOH4lIWgpXwysy2b8cN0yg0Sa8kBCkA9KjMKeYB2OPA9J8u+Rpb2a0srezlu767YLa20MZ
keRv5URQSfoGYM8tlzYYgNy+2fJX/OPGleXtNj8yfmFDJKUQNY+TYaGa4mP93FK0ZJYsafu0
/wBkeoyBjQuR+CnIOUWZ6H+TWmi7l1/zqkOnC6lac+WrIhEjDGoillTYBRtwj398xpyA3LZx
k7RZV5k86Dy7ZQ2PlzSYLDT4F42krKkSIabejbjcn/KcZrNRqZy+nYOZp9IJbyeNvrD3V4+q
apL9fup93MpqWI6FvYeGa2eKU9y7bGIwFBA6p5oup5EjLc/h/dQKdwB7dsY4BDmyM7Lenaff
61LCHPoxvSiqfjI71bsPlleTURiNubKMepepWi+XPK9sFlmhmnUf3MPSv+U1KZhkSyGypyE7
BDzed9QuWW104fo+KUUVYlLSuPb9o/OgGZuMCG7QcPF9W6aaVYXTyGSbnFLIavNIfUl+jqq/
icmMlmgiQjEPRtM0NGAIlA5UL71dv9YnfM3DpeM2XAzZ+FPp/wBDaFF6t9eJADuIyQZGPYBR
vvmzjgxYzuXClnlPkGH6jrOu67G1vo+my2Omvsbh2EZkXxMjUoPZcZ5wNgscdmygLTyJDPJG
95cm4HV4oF4rX3kbt8hmJImTkcXCGcW2n6XoFq7xxQ2FvGOUswAHEDeryHc/fmRjhwjdplMy
fKn5z+dptfiltNPLp5f02VQZQKercMDRpO+9DxX6euW3xcuTZCBiN+b431hfVc/CWFKk0y8T
ERTWYSJ5MHuxFb8mJPTcDbCMl7ORigY82HahqjxsViAUgHcYW3fmxK4nurg7v16jpl4IA2W0
CbZjWrkVPxD+GSGShza+AFUS1AI5ty775E5ikYwmEdvbKgclaHenf6cHill4IfrD+XMkJ/5z
U/N2NVPrDyhbl29vS0T+oyns0nwgPf8Ae4OoiPCB8/1vzR+saX6HLm3y4iv6st8Qux8B/9QR
/wA+tYuH/OQHm9qdfy91AV/7euk50/bP9yP636C6Ts03kPu/SHmen26/9CNpE6EE/nma0Pf/
AAz1GYE9u1P+SP8Av0mX+Cf5/wCh4lpmgyXcSqlDGp+0BXjXqT3zLyZacAz4Qmdz5C1CJGcw
8lBPxUNNupBwR1DAagEvO9V05rQtGDuhPqEjt1pl4yW5sDe7EPqtJSQTQCvgfoyYlbbxBa0B
YMHdlLGhZAKgHqRXavhkZckiTKZGaW7kk+qQ6eDISun2yskMLUAIjVmcqDStCx3ykhMWV6ZK
ih19NeUoAR/5SDU8d+/Q5RMbtgL1ny/eNFwPLZwPhO5275h5Y234ZPonyX5iudOngubW7ltZ
oSGiljJVlPYgjcfPNRqMbssGR+gv5bfm7Y6vaQ6f5m1RrXVBSOK7ukUwTDtylUBkbx5Ag+Oa
qWLjO+zm3s9vnsGu4VlWJJ4XHJJ4mDoR/kkbH6MgMZBYkjkxa5jvrYmOGQvCa8redeSH2o21
MkCRyLMAFjERj026M9ksnl65Y/vmsaC2l8fUt2DRGvjQH3xjlIU4t9mXprmnzon6S4qzDeeF
fhJ/1SSB9+W+JEjdFSCjNo+h6oG+r6rCjNuFchD9zUzHyREjs5EMpHRgHmP8tkuEMhlEgryi
kjQK4+TqcwpRlE7OUJRlzeO6toOt6BI8gc3tsu6FqpItP8sdfpxGSJ2LaR3Kdl5tt51+q6jF
DcVBRo7n93LQ9hINj9OVy0t+qKPF3osY1COKO4ZIgwjY8oOY4yKD25DrTxHXDESA3bAQShZL
+4ihMTP6sP7Vev35IXzZmqZ55M89S2BSzudQMUZIFnNITxBO3AuT8PtmXGQlGi4OXHRsPcLP
zRZXXCPUHME6kA31QJAR05dmHv198w8uEgsYkU9G0zzDNZhDdzetA5Bg1mH4goH+/afaB8ev
zxjxQN8nHyYhIbfJgX5j/k35Q/M31rqwNv5c84FC6X0aA2l8G6NOiD4q/wC/E+Id+XTNhh1w
kalsXH4JYxtuH5z+fvyr13ydrT6T5h0qTTbrdoGPxQzoNvUglHwyL8tx3AzZ49R3FgYRyPKr
ryzRuIQgV3IGZUNU1HA5vLsaRDkOBp06V96dTleTVc3LxYdlvmD8tNfstDtvO+l3+i3d95Sm
bUb7yjHqUQ1ebSJIWTUqW9CpAtyZCnLmeHTOT7a1eHV4jivfp7+j1/YWHNp8okYmi9w8qfnP
5Z0TUNG1HWEudblt7xG8qvCvqSz+rQJAIYxV4Gb4lC0YHdKh2zzXxMoBhXI/gPWavs4zBMJc
PEN/1+96r5k/MzzT5suJri91OW0cxyl9MuUm0i1trXlxaV47lErx+z+22aLX49RLeWwZdk6H
R6cVEcUvmWJWUt3IlrHplnPcS3k5tvLVzOiILy66ubS2lJKwxdZLiep/kSvTTwwCI4rdvqM2
5E9gOfkPM/ofZH5e+Rrjy3pAv76OFfMN9bBb7VpGaXjI/wATn1HJZlX9kV+VBmXpdPO+M9eR
PR4HtftIZ58EPpB5DqhL7zr5Y8ty/o/Tg1w5X07nVUP75nruQf2R32zbYdPQ9Hz6uTpux8+p
jx5DXcOjybzl56iugtjo5aGxjPqSuxq8srdXc9TTtXN92f2ZxmyHd6PSR0cTOe8j9jxjU9Wk
diZpWkLHYE+OdfptDGIoBw8+rsndhF/qBYstdj1Uf1zcYtFE9HWz1hHJidxccmLU5ONwTvT5
ZsseigOjqNTr5Ha0muCzEkuWY9c2OPHXJ02bUEpJOjO1CSR4eOZEIU67JqLQbxClDGNurd6e
GZFOLLIoPZFwSlOSryKd6dMnTiykl72LU32qdq5O6Y8SAl0s0J2Y1NMuErXjCD/Rkh6sQO5O
PEwlK1y6c8dJYyGdCGRv5SNwR74ibSSpvZdXZfiJJJ23rgJYqItBUgKFHthtKZDTQ3BkQR/C
FYAkksOrb+OPHSatNbfSUk9P7XMKPVrQANU1C0rUU8d8rlNIx3uyzT9E9Rl4RORTqRlMsoDb
HDbPdL8ryTmPmpI6UbpT5DMDPqnMw6fd9Gflx+SesebZwlnCtpp8FDe6zcK31eMfyrTeRz2V
fpIzBEpT35BzNse3V9ueUPJ3lL8s7FodLVJNQZaX2v3fATy17cgP3aV6Kv4nMDP2gIHhx7nv
ZxwynvJE33mayhb61JdLG4FPrkpHqUP7MCdVB6V6nKo5Mk20acB5pr3nmK1huLyW59O3jUmJ
5jSg7Ko7E+25w0a3cqGIW+dtS8zzarfT3c3G3t2YfV7UEV+ZA8cxSN3OA4UEb+6umUc/TRtq
Lu30YCkMx0S0tA6vej07aL4preMh5pCOznoo9ya5g55ylsHIiACye987RwRtZ6ZFHCp+H0bY
BpDXsWzFx6St5FsJFq2i+Vtc1gx3V5WxhkPJIlo0pB8WOw+gZYZ0KiGJlGPN7joPkuy06BWC
xRMwrJcyfaY+LOxqfvzLw6Uz3kXWajWkGoszhttFtVB9SEsBuymtSPDNhDHgg685Mk1K51NF
rHZzx2fKo+s09SaniiH4Qfdq/LDLVxjtFAwSlzSixs9NimaaCxN3dseT6hekzSsT1NW2H0DM
aWSRNtvg0GR+msrK87h3X7KblR8hlsBxGyx+nkhdR1Oy0qBnuXMZofTtlI9R/wDVUdPmclnm
IR3WEZTL5885+abzU1eFnMdsK+hag1VPdj3b3Oaz80SebsMemAD5v1r95LIZAZW7LXbMz86I
jm3x0wLz++sJpiTGnD27ZRPX7uRHSB5zrOlOGdXkIrsafryzHrT0bDowWDzeXJHJIfmPGnXM
qOtYy0iDby1ItTy/DLvzzD8qFjaJJENo/UOI1dsDgA5JbNpM5JPpcQN9q5ZHU9GuWIHZRTSZ
RuATXpXLfFY/l36r/lzAi/8AOaf5uT1POTyhbinagi0T+mW9ly2ryP3uo1Uf8HifP9b8svq8
Pp04PTw5b5X4hdzT/9U3/wCfX8LR/n55uYjY/l/qAB/7eulZ0fa87xD3/oLo+zI1kPu/SHne
mop/5wmjAUMV/O8Fgw+En/DY6ivTMHJK+0/+SP8Av08F6T/P/wB6wTyDDZQ3EEt64VEcNxH7
QB3G/bLsvN1maMqfWv5u+dvIHmDyh5a0/wAuaFDpN9aWIjvJ4v8Aj4dNi5FBvlMYkc2uQEqo
VT8/dftg9wwCBl/Yam5zNgNnYwFBiSWEiOG+rq4HJWWVeS/EKVp4itQexy0bJLcVpYRNereJ
cyk2zrpjW5jAFzyX02uBIDWLjy5BPirSnfJEsgrJByZABxANC1Ps/PKjukc07toJCYuHAmav
CNWFVoaUev2SaVFT0yNNoLP9Ck2SvUGnzzHzxb4Hd7x5RWSeaCKJSZJGVY40BJJNFUACpJJ+
85qc3J2OF9P23k/zdovF7ry3qlrHxU82tpGU16nYGnyOanKHOjKnpvljzzq3liRCDMkQYCWx
kaSFdvbp965ikmLZIcT6O0Xz95Q8zxotzd/oe+eitb3lAjN/kTL8J+mmWjhIayDFkN15Zt7q
Lnb/ALwSCsToeaN/qkVBGROIAM45GFXvlS8gLsivH2RlPX5qdjmNMmOwcqEhLm89vtFvrHmE
aUAmqvGdwfdGqD9ByjipvERzSP8AxLrejOymaWSFNuQ5KDXsV7ZE78mUYi1RfNumX4lXUZXi
WQU9OVfhPieY6/LMKeOVuSJUWA695UgvYnvNEaGeMAsbdXBY/wCrU9fbDg1MsexRkxiTy2Wa
4tS1szSLwJ5QS1JTxp4ZtRkjkDjiBgVmn+ZpdGuyk7KLK7atZF9REalPiB3APiMlCg15LO7L
r6w0XWFE5hk0u741N9ZNzQ1/niOzD5j6ctMIkbON4sonyRdtqGraZbGC9ddXsgAYNRhqWjUb
AMtSQPY5VOPRsjO3o/5eeepbad9Ga6KlgZbEFgVZT9pOJ6060yYgJCmEyQb6PYI9ZWaSMxcL
WTlyQx19ISf6n7Fe9NvbNbqMXAbDfjIkya8l8veetIk8qeftNS/trgn0Lg1SSKQbLLBMu6uO
zKfY7ZLS67gNS5NWbRH6oPgz82fIvl38pvNNjo+u+a4LzTdcja48uiFo0v3jDAFLiNhxRlrs
ygh+oA3GX6ztIYgOHe3M7L7POpsy2phnmb8xNf8Aykt5ryz/AC88q+bvys1hoLXT/NMIh1HU
EmnUfDq4lUTQuz1ClF9IbAEHNTl7QyZOtDud5h7MwxO98QfNvl+DRtV/Ma1u9R1PT/yyS5ZN
R8s6ZLDNNpty6Sf6Rbu/MtGpXrXkN+lM1OeBlHZ6DHkMR3pnqv5WXHla9l81+V/N/l7zf5W8
t6kbyWwtbtra8srGW4EUHqfWeEbJHySNijDoppvmtz4JTsD6nY4dbEARmKB2t635UufNH5g6
jq1rJatd3jXVlpNjoWnJ6VjFDHMJ5ysEvFY3QQ8pGZV2P8vXn9ZjmYmNeot4nh0vDMH0h9l+
WfLWl+Tpv0n5lmi1/UYo1EdtExEKleglmNDIB2RFVPnmv0nZRjO5+ry6ftdTr9Rn18eHH6In
qeZ/V8We6l+esUdg0EOmxS39CiqwpboOgoOp27Z02LSZZ8wK9zoY+z0YSsz2+14pffmW6LIl
noGmWsrj/egRljXueJ2zY6fsXd2pIh/FI/F5Zq+tyX0hnn4+pSgVEWNRXfZVAGdJpezxjGwa
c+vsVbCLy5LVNe+/jm3xYadPn1N9WOzyu/JQKKf2jm0xYXW5NSlUsZPb2zOjiDrM2e9kMyEK
1UDFlIFRWlf2h7jtl0YDo4WSVhAvHB6JqkguhLu3w+l6XHpT7XPl9FPfLT3OEShngV6VyYg1
SKtbS3VmmoR2s/ppqdsbO9Xgjc4C6yFQXBK/EgPJaH3pXJgUwIS02jMeRI4FiBvvUe38cEju
ohaHayJ6V+WPExMVraewiSUgcZWYJuCapQGqjcddqjftlZmgwKi1gTVQP4YPERwFS/RUrVIo
fpxGcJ8Mrk0hyRyRRueh8cn4ijGU5stBmkI4pt2FeuQlkA5lsjiJeiaR5MnmCloyBUbjpXMT
Lq4xDkxwnuer6H+X11NdRWMFnNc3sp4R2caM0pbwCAV2zXT1Up7ByIYgNy+r/J35HaJpFrHq
nn+Vk5qrQ+X4n4MAN/8ASXT4qn+RT8zlUjGA4snybIyMjUXr1z5mt7azh0/TbZNH0u0QQ2dh
GgjpGOyqv2B+JzV5tXPP6Y7By4aYY9zuXl+ueao4llubmekdsCyq25FOhVei18TUnL8GmjCN
nmyMzezwy5863VzPLNJIzzSkmNU3kYk04iuw8KnLg2pLeWWoatMs2v6sun26kNa6VbkzSAeL
V25e5wDBxGyWuecQOzTXGg6NHNcQWYnSPYTXJ9Vy3TiB039sqyY4wBZY8splj1lqM4LTNF+8
dj+6/ZSpqBQeGYQFlzRJkth+kdVmhsohJK9wwVbaL7O568RtlWWcYAlycUL5vfNE8qaJ5ds4
7m8lDasRyDTUKofAIK7jNN408pb5SrlyToec57ZWWxo7KKCRY1jQe+9Sfvy7HcXHliEjuq2e
r61rLh5Zp5k9gOFf9ZvhH0ZM5ZKMMAy7T9Hurl6tI4A2cKxJ+lyP1AYwMsnJpyZIY2c2nl1Y
0DuyRqaVJbc/Mk1zc4tCSAS6uesBNBODa6bYqTPOiAblSfiPyHU5nDDixx9RcfxJz5MV1TzS
kStDpa/V16GZgOR/28xM2tjAVAOTi017yee3kGo6iZpVt57qaU1LrGzcvppmoySnl5Al2EDC
HV5xrulT2pZb+2mtXK8ljlUglT3zCljyRNEU5uMxkLBebX9nYs3xMVJO9cIwyLZGQDG7nT4f
jEdCG6ZI6chysUhJ59q3l5JmJjtzLJ9JwxmIOSIpDH5M1K5fjDaSAHoFFB+OWHWxCTAJr/yr
XUBEZZC6U6qdsrPaYB2DD8uCGP3nkq+gJ+JeAHUk/wAMtj2hGXRB0uyRnQoYiVlILAUYH2+n
MuOosbNf5eKVXenQAsqwg77EZb+YLCWmHR+jv5f2hT/nLz80rzgQsvlWBOfyj0f+mbXsnJeU
x7h+kPMauFaKEv6X/FPze/wxcenX6m/Hxpmt/Niub0f5WVv/1pL/AM+yGr+fHm0UA/50G/38
f9yml5uu0ZEwHv8A0F1WhhUz7v1PKbOXj/zhIHp/5XCn/ht5hk/64/8AJL/fN/hXp6/pfoeH
6bq8saMiNSN+23Xp1/pm14AXByYWQvq7zQwRyXB5RElSWO1d6DI8ADQMdFJLj6vcM7S+oLoy
J6NAvpcDXnzr8QPTjTbrXLAab+EgKVzplzETN9XZ4pPssvT33OHiDCqSCawbmwcemwUni+1f
ADxPhiCxshUijoSX+EoAEAXY79Ce22+Ex2bIblHk7s/oKCR8EMYoNtwBWtMhybuTNbKGOOcr
bXa6hbRCMJeRJJGlHUMwCShXHFmKmo3IqNqZRl35swXrPljUXs5o5YiQYSCrVKkUb7QodiD0
75rM2PicvFkp+jP5Wfn/AGt3b2+i+eJJJGWkdt5mQEsU6Uu0HxEj/fi7+I75ps2I27ETBD6Y
ay0nVLWO7tPq+pWd0nKOdUS4hdT3BNR/HMOZMW4MXvvJ3l+UsZNAthUfFJa1gb7gQMAI5suJ
DaZpU/l2VToevXVlasQZNJvl9a2YE9KVUg+6muSEwEcNs4j1CO5HDVLOOCQEgSQzPIhHYhWA
YfecBnCXko4oKF1a6HJGUjv7LmwoEmqhrmJmjH+FvhlkwLVPJtxdAtFbW12p6GObY/QuYFTD
lQzRPMPG/MvkW5tZZHjjNnK4qPqz+otf8pDUfhhjmo7t43eeS2GsWDENCtwgNS8Z9OQDxKNt
9xwkwlzbhxBI7+5tLvjBewgzUovqVhmA9i2x+/GMaOxWZvmHnWuQRqGhhZ2BBojLR/ltUHMy
EjQ2cfIAEFonm19G4WOppJLZ1/cXi1Lw+zd6D2zNjOxTg5IXu9Eh1sMqzWskdysqckliahav
iPst+vDOGzXjYlPd3FncpdWsjQXVtKJbdh9pGBrsD2zEGQxLmcFh9BeUPPKa3bsp/d38CAXN
tWhp/vyJu6k9Qa0zKlETDXGJi9Hg8zhWW1nDMnIERuKPXsQPn3U5ptTpN9nZYpCn486t/wA5
Eyy+avOHl/z1pdp5+R9Qu4tStbribmEO7KrcjWWIp0UqRx7ZjHRkjid/jyxgAAxTyv5kW3vP
MHlDWtSnFjeWxfSrmeUyNLp04/0dmY/akhYcGPcgHvkcmAVYZCdl5X+anm668z+UdI02xP1f
zbomqKlo5oCs4rBNFXwkU8qZbpMcYzPGPSQ25DPhuBovVf8AnFnV9d1bzZp/lvzCzaKnnCC8
8n6oJIvWWA6pA9oszI1dlldJPkO+YmtxQjljwnaxv5NsshOmlIjcC68w9v8Ay71fzx+VH5iW
/k/znp1tpvmnyXPLomu3BuPSD25V0lltioCPaTAExsPhDGiCCVXgfX9saKMKnHfn+Px9oTot
UNTj5bGi+vtS1eWdbecXb3NpexfWLC6NQJYqlajwKsCrDqrAg5HQ4YSGzfk1RA7qYhcXzsTR
jX8Tm+w6Udzq82sKUy3ZJoW+WbXFpQOjq8msJ6pXPcMw60HQbZsoYXByalLZ+PCMhxIWBLxg
H4CDQAk7Go32zJhicPJqCQlzoTtSlO+ZkYU4Ustoj0EMDrJbu9z6imKfnRVhCkMhjpuS1CGr
sNqZO3ByE2hmtC3ah8MbDUZIZrHiSRxLdDToP4ZMSYlBvYsT9iu+xy0TayLKGk096cgAoJK0
B32pXbqBvth8RmIFRayalaFQPxwcYUghCegxb7NCem2JkGGxXLbduBB/a23yuRDICkfFZQkg
yOVofs8TmHkJPJkAm0FrbFf951kbsaU6dKjMIiQLdjACbaf5d+suZEgRSx2TcD5DLpajhDlD
CC9R8teRbm6ntbe2sWurm5bjb2kKl2dvBQOv8MwMuqMzUWYxRiLL7E8s/kzNoVjFI0MNz5wJ
WS3gkobDTeYoJLlqETNH9oKOrU7CuJ054bJ3+5olls0Hqek6VoXkKzlWxP1zW7sk6lr1zvPP
Id3odyATuFX6cxp62GD0w3Pe248Msu55ME8yeYo1LS3d4LKA7yVP79z4V6Rj2G/vmMcc8xuR
czHw4+TznUPMaSRCWFxaWm/Cd1qz0/ZhRup/ym2+eZeLBGCzmZcnzT518/DV7oaNoz0sYZS2
oX3Ll60oO0at3C/tHuemwy2ZCYRI5pZp+ozwKqwoBI/2pgOUhHgGbZRjCNm2OU7Iq61610pf
9LkZriY1FlB8c0h/yj1GTyTERs4wjZSiLUr/AFOVZrixlt40r6MIQ8Ik7nYdfEnNbmySvk7X
DjDOdJiSRVklQLboamRiFUj3Y5gznIjZzYRA5s3sNaEBb9DQmR2+FmsoiR8jKaD8cxJ47FzL
kCRqgGUafF5i1OQNLALWIneRw08lO9BsoP35Rx448t0gXzL17y75WtKRy3jepMBsbwM5BO+y
KoRccZMz3OLnyiHLd6rpmh2iU/f27qKUXn0HsNsz9NoRI7nZ1WfVz7iymGKytgaOh49lFf1b
ZusOHBh6uvlKcyll/eXszGOzlg0+Hj8VxIBJKT4qo2H05HLrhyiyx4OpSODRY5GMk1xcalIx
qZJG4Lv4f7eYPhmZcsTMRtsnFvpNlbmqWkKH+bjyb72rl8dJEHdplkkUFqvmWw0aNhITLPT4
IENfvI2GSOox4RQ3KxxSk+e/M/mmbUpZmkCzSSVFeNAoHRQPAZrZzOY3Ts8ZGONB5TcRxPKW
mjrX8MIxSrZnHKLbR9DXikkDMw269T8sxcuDKXOw5wEY0GmleaWxROmyV/GmYMtLIucNQKU1
v7W2qIrZyfHjQ5ZHQlrlqQUVBWRTPeMgiO4iZxy39hmNm0pHIM4agFjetWn1zl9UQOKU4gZj
44m9w5UZ31YePJfqkvJahnYV4t0zLE5jkzHD1QR8mCFi8tqgXqSDWgyHHlLZ+7fa/k1LZf8A
nIfz0yj/AEqTQIzIafshdOHX7s6rsaEvzc5dOH/iXjtdMfydjj14v+KfDX+JdM5CH6gvHpSg
+/NJ+RnXPd6j81B//9eWf8+zYgn57+bTXc+Q78Ef9vTS82eslcR7/wBbjYY0Xj8cTp/zhHQb
n/lePLbw/wANZhGX+H/8k/8AfN0Y1i37/wBD5rs5VjWb1Q/Og9ALTjyqK8670pXp3zaCZDA4
weaZw3ILA9+2+IylpOCLIrVRKoaROaN37/PLRK2uWFlCCW6RIOBaJFonFTQdqlRXckgV7nAa
aDi7kpnsIyX9SpKfAVIoRQ+HamTBaTAjolMtoiyOFIIYAdMtuwgWm2i6Rb6tqlrp9zqllolv
MJeer6jI8VrCY4XkX1XRJGAdlCCi7sQNuuA7M4i+avp6gCDkrIz8ecdKuAeopXqMryRtkDuz
bT5HRgyAkVoKjsNgSMwMkLLfDJT1TQNSuIgjOsgjD8ElI+EsBUrXxpvTMDLi4nOhN9J+QvzA
1Ty9NFc2t3PHCzD61bJMY0lA8diPpoc1WTCRJz8c7G77M8tfmf5U8yQRQXN4dLvnUD0dQVVU
nxWZKKa+9MmYQlQSLDM5tKgnjaSG9gmjf7LI6srU6gUqME9PHoyjlpjs+iyRj92XQUI+A7DM
LLhEBu5EcmzHr63uEjMbwxXCgbiRCrf8GpGa3JXe5EYgsAv/AFrYl7ea9sXYfCI3EsdfcVR/
15Tx1s3DELYVcebb61YreSTW5qf3sila9q8iKfjk/CEhs2n0oM63ZXfOWci8kfZpXfnt4VGV
y0p5hthlDFtXfSrtGid40BrSOoYb+zfwysQnEtwlEvJNQP8Ah3Uob+35/V1qjb1DKeq0ao98
z9Nm33cTU4SRszaObTdWtVuhawzRSirPGqq4PhxPwn6CPlm3ABFunkCNmJ3Wj2kTSS6Zc/Vm
NX+pN8Ir/qEbfRlc4nozxy3Yxe3EwDGcnmqkLX+uY0oG3Ngdkx0zUNKstKuNXn12HR4dKUz3
+r3ky2kdooFSZJZCFC7bVO/vmRDYNZt4N+Y3/OX2uahot7oX5ZenEtvLBb3v5p3cRt/TW5NF
k0yGYfA1BX1pF6bpH+1iYAsozp+V3nXWIJdaOseV7m9uPNVvfxy3OqOWdrn1IVa4kl6/bmrX
mSWBr0y7HGPDUuRTWYm4cwnWs/mBeal+gmvrG8tbyyc+rPbIaoki0kjFRRlLAECuYQ00d6qn
fDMQBY3e7/lJoWjapr8/m3zBZrFJIEW0tZ2q6qiBBK4qVVnpU0zW6yRhHhHJ2GAxkdy/SD/n
Gz8qE87/AJkL5h0Wz+s2flWJdWuSg9JJ7u1+Kyt/U6BnlC1/yQc0MYz1OUQj03Z9qa2Gl05H
WW363o/nnyXp/nGO6fzAs36UlluLiLW4eK3tvPdEmcozqQUc7SROCjgUZdgRuDpvTwy3dNp9
WcdGHIPAI/Nfmv8ALTzJdaZ5o0mbzJ5O8y3MIs7O1lnkX1oIFja8064k9aW1uiq/vYJeaOoG
zgK660aOelPFAXF3Xi49ZDnwzH2+9660+lX0H1zQ9SfULX4PVjngaC6tjKGKJMtWjaoRqNG5
BoahemdD2dlGYbCnn9Zx4jRQDfDUmrEnN7DG6jJlQ0iO3XYHemZUIONPKhvq9SMtAaZZdkVH
Zg7kDYdO9cSXFMiivqpO1Bt+1SlfcjAZMLXrZ1/Y/DpkOJC1rE0NE2O1Kd8eOloIe6sIg49J
XRCi1ElC3Kg5047U5Vp3p1ycci8KAaw7VHsMPGvCh2sQBQj6PfHxCtIVtPANQOn7P8MPHsig
vFlvyA4cv2VqaffkOJIRKaeX26/PI2yAJZRpfl8SNHXoxG3fMbLkpyMeIvofyB+Vl35iZjZ2
5eG3ZYZrilFEjb8OXQUXdvAe5GamUcmc+nk5pyxxDzfZXlfyjoHkO3W2sIvrOqTrSe9IDSnY
fu4wN1So6fecySY6eNDcuBOcsp8lHzZ5jGmWU3r3sNrMoBNW+BB4cVqXb8MxdSck4827T4xx
PmvU/wAxbO3ZnSee6lcmt3OAik+2+w+WazT6SQlZdwSAHk/mP8xLOJHubi/ghkUUExo5Unpx
Brv8hXN1GouNMd7xLXPNGsa9byrazvp+kEEXF/dSFZ5hXoo/YU/ecJ3X0sH0+7hEoWF+UUVF
R1GzN7ewyDORFPQ7B5LpEAkNpF1kcgVoPc9MyMcTTh5Zs+0WHQrWkkFmLu5kNWncfabxMjbn
6Mt4IDm4nqkdkRrmtNOi6Np7RpNcsI7hodlUHbhUbn3zT6/MOQd5otPI7lkGhaDplpDGt7/p
06dXevpqPBVO23vmiMski7kRjB6Jpuo6XYlfSKqsZHEBQVFPbpkDhJDAzJZbH50l5AR3hiB2
AUKg+gADEYxFoMNmX6bqFzeRpNPqd2QfsW9vCzOR7s/BBkgY20Tga2DNbKMygcbCQ/8AF11J
zJ/2CbZbDiJ9LizgOpZAlncuQpnKR/77jUIP65kQxzk0GcAmcOlohDcCSOjsan8c2WPRXu0y
1CPb6raxmSeURov7XX8BmcIQxjdp4pS5MG1/zNGFktrHkqnZ5zs/+xA6ZgajNGW0XIx4yPqe
N6zfNJyClitKk++YPhWXJJoMCuZGHNlFGzNxYwGBY5crcymhcAeOZPD3MEOli4NW4sSdiTkJ
YrbIypN44XaLi14kSnolTmKcBDeM5pSfTo4wzteRyH+QE1phjh718UpYZkt5GCwNLvuaYZaY
FY5iFc6vKQqW1ssIOxkcbDKPyEerdHWSih2u5BX9760hOxGy/Rkho4pOskhGhvb0rGrEBu9d
qe+RnpYwbY6wyfWXlLSPS/PDzhrBkr9Z0VIRH4UWx3/4TM7siX7+Q/o/pDqdX/icP63/ABT4
r/5V3b/Wh+/WnE78vlmp8eVO+4A//9Cb/wDPtWFo/wA9PNbEg18iX4/7mel5nag+n4sYink0
Csn/ADhVQCv/ACG2tPb/AA5mDKV67/kn/vm4QuFeb5witUuOIJ4vT6MzTNIw2jF0OY/Eo5f5
QyuWdmdKmFvDd2xC0YcehAPbJjVADmx/KHkym1uZXUiQycpN3Pj33p74I6sdUfk0dHp8l1Xh
QN1PIkEnLo6uLXLSEdFQ+WZHb95wR2K+nU0BrXlVui0A79cujqnGlgUv0IqIjJMDUVKEGq7n
Y9PnthGpaZYO5Ut9MhSeNndpADVoweJO3Zt6Y+PbX4RDIra3lQUSppStP89siMoR4ZZbp6yC
SOoIpX4QaivzyuUQbcjHcXsHl6KS4ltoGWRkco6pEOT0O3wjudthmvzRAcuEi930/wAt+ZeK
G30HUZIwPgc27io9wwzV5fTu5sJ7PR9B07zNpkiyRabqNiy71jSRevb4cxTlIZE2Hsmlecby
EJb61ZXnA0Hr1kPz5Ky/qOXSyie0mAjQ2Zd9b0LUkDQ6rBCh2oFo/ToeY/hmDl0sJG7bY5ZA
JHfeXNPumIhumuz0LKnJR/s9lzGlpwDTfHUlhmr+Qo2jaT6xHboduTGin5g9fuxlh4eTlQ1H
FsXkep/lzHJI7CzjUhiUu7cmBz78Vp+rKfElFyRwyedaz5O1OwqVuTMm/CO5jD7eHKgbIfmd
t2Yx9xYDquiXRj43OnLcxrRmWCRlofEK39cnHJEpPEAxG107UtNuGl0ue4tORr9VuVBQjwO9
CPmM2WHiLr8piebMIUutThhhmsj9flZYooIh6gkkchVEQG4LMQAMz4xJcMmI3CF80/lt5w06
0vjoump5v1i0Nwlt5Y06cma4nhPH0Y3KmnJgVDUpXMv8jIizyaRqwH5k/n7LqlheaRrPmPXp
vM+iXF5bx6b5IjiWD6hPKzSJFLZRu5lkb05IWaTlIkscqHj8NaJ4eHk5OLNx7Iv8tf8AnGnz
/wDmABqn5w6tdeUPK97eDVB5MtSo1W7ZlCR+t1S0QRBVAIL0H2VO+UzmI8ty3wetf85Dflz+
WHkbyz+Xml+V/Jg8sLrH6SttL1S0j5Wdxc6asM72d9cOxka7kikaRGYksBxzFnGUombm6LPH
xOA9XyNJ590C2tzbJpUc7vHwaJoqmh2IAI2zGPEXd8EQnnkGPU9SuoLOb/cNYXsgS3uLqhjj
QnYsBueC70zA1uQCLkYMexL+mH/nHnyB5T8gflX5LtvLltexnVtOg1a8m1OE217cTXcau8ss
BJKEilEJJVaDxy3QaKOnPGfqO7xnaGsyanKb5A0GvzX/AC3i1Wa08waLAiS3h+rajaqOIeV2
Z4pR4FmJU+5GbDU4+ICUWrSajwzwy5PkfX/JsF1a3un6hYpc2tx8N5ZTqaMUNRUbFWQ7qQQV
O4IOUYpCqk7AzP1RLz208vQ6HZvYW0t1NC073Ek13KZ5mZgqKHkIBYIiKi13oNySSTn6bHHH
9LRqc8shBKmtrxlR2QSopq0TVCsP5SVofuObGMtnBkSVps/poOpycZsJVSrFpoYkBajuckch
DRIJlBpYA3Unw8cplkLAhHx6YQRVD9OROS2PAjBp7AHYg5HxGQgVI6fyBqvTfHxFEEHNpq7s
V7Y+KU8KVyaagNQtT45MZUkBBNYFuQK7DvkjkY8Cn9UVQQYiWp8JFKVB3r4inhkTkZxxXzV4
rH1PTURKlBQ06tUkkmvfemR8SmzwQyHTtA9eZT6VaHYZTkz03wwPoPyB+VsmsT2DOPq0FzI4
FzxqQsIDSMoOxpUAe5zEHFllTZkyRxjzfX9haad5a0yHR9MRbaytUIRu4JNSzt+0zdST1OW5
dTDDHhDhQxSySsvN/M3nAaZHNLaXK+rPVYHX4IQRsWklO7keA2zDxZDPcuR4FF8afmV5ztxJ
6cmuy3V/OeUoReMCqOoFSWavjsMtLm4sdPDNX82oYBH9Xe8llPCG4kkKxoT4AHfGIck0Er05
PWYT3Ppck3NxIOQX3q+wpmRGDjzkkfmfVZ79JLe1mkbTYwBPecCA5ruEpQU98ZFpEbQuixAN
GEb7AAjNAaD2rlYZGOz0C2bgVHGSWWlVUK0jfIdhl/EejjmMQN0/MOsXkIjWO4sYGoHKkCRh
4E1qB7DMXUiZcvTDHzKfaHpU9rUW1rO8pqDccCT8gTQD780uUxid3d4zts9H0nQNRvGUOoTl
09Ry/wBJVP65iTziPJto09c0P8uppyjGcyIBVlRAi19yKt+ORGUzNRDRlyiHN6vo35f2dpIr
y2axGnwywqGI+Zb4ssOlnM7hwM2uFbM9tPKtjGFZXfl1DsN/xzY6fsYHcl1uTtCaeQ2C2oqZ
gyU/bAGbLFoBj6uJLOZtT6jYwNxYCViP91lT+Irlxlix9LYwxykgJdRdyTBG0YPQgE/jTKJ6
kkbOTHFEcyxjUBdSBiYpXJ/yW7+Ga/MZS73LhKAFB59qaSxchIjITuoYEH8cpET1TsXn9+JS
GA+zXr4ZbDmp5sYnVtwPx6Zl46SAg1tmnbigLMR9lRXJnIIp4LR/+Hb5lDmEqDv8RplR1QU4
0JJpjQk+s5QD9lDXEai0cKgDHGaJG0viW3+jJiZKKVZLhFHFLONa+2+HhKoBiH6RKteoGWAE
IQ5VenADw2wkWqDYzwhmjI5U2GUzjexZh9R+UGuz+fHnNXP+iDQ4/TFf2uNh2+/MjsqIE760
fvDh6mR8CI6X+t8J/pG79f0v0jF638nPf9eYnhQq6dxxSp//0erf8+6LQQfnV5nkAFG8kXo9
/wDjpab/AEy7JO2/Jj4Y28uGn8f+cOxAy/8AlZPUp/4L9M1py3q7/ofpc0Yd6fO8GnQqd34H
xHjmYZ2zOOmVWNrGgASSp7k0zGzEs4BkKWMNwBX4W7kAb5hnJIOTHGCPNDT6XNB8SCo7ADJQ
y8RY5MXDug1nuoRxVNx1HfM2ES4mSQIdPqFy6AEUoOmZ0A4OSBSOa6uq13cj33y0buMRRbhv
51I5Kfh3GSDG7Zpo+sxyJNa3FtGWnMbR3rFg8PCvJVAIUh6gNUdtqYK3WmS2t0BKAr1jBpTt
88PF0YGL2TyfrFxpWoWWp6bO0N/YyrLBOooUdehFev3dMw85bsY3fevkj81NG8xwx2nmG4TS
9WFAt39i2nJ7kb+m3t0+Wa7IYy2c2MCHr4sHEazW13zSQcopYyGVge6kVBHyzDlhrkpKV3Nr
rdP3UxZBWgYV/HK5CQZxOzH7j9KQMBOjtIOnAjr8iP45Hm2xA6oE6tqcAaPncxr9n7JIH/Ak
4OE22jGCxLWLy95ySnUbxHA6k+oB9DqCPvyEzvuzEKYHc+Y9RtJtr9JwN6t8DD6CMxpkORHz
SS4803brIUSAzsaPdGTlKfpetPozDnhtysZAYLqWpNcR3CXNs7iUENxYGtflvgGAxLfxxIp5
zb6wbW4WHUbZoog3EPIp3HjyObnT5uQLrM2DqH0Z+WFtprSv5ne8t7G00k+hpdxIpk/06Vdm
VACXNvGTIFAJLlBm+00RM7On1JMdjzUPzc80ecND8qrb+SdJvNF8vGWCwvbyAMdevIrhhEZJ
Z03iRQeTLGdhXk3XNkQIi5F1p4pGovg7W/IXlfyz53i81aTZHzDqGgLeWui6rc8QqG5nMk19
BAF4xzy7KXqTxFRRmYnntXqDKRHR3ulw8Md+bMbHWfrcQlBVXWvNgfjVj1qO+YxIkA5FEJt5
6utP1P8A5x58/wBhrf1K70+HzFprrZXtuk8RnmtZRDKS4KxspjIVjQgn4XQ/a2GjiDEh12qM
o5BIbPzO0LyL5d1PUltNSsZHaV1P1aK9ubQqrGiEGOR2370GE4Md8m+Ovzgc33d5K/JP8tNJ
l8iXtjo41KLU9Xt0jvNSu7y/aGaOQBxFFcSyrJ6bigPpfa2qM0XaUYxjcRRdro9TmygiUuj9
jLbzc9zrvmPQLp/rTadesloo+GZOKqQEYnr+vMPJlmLBcKGlEoiYegaNeW+p2/oysl1FLQMG
FNwejL2II+/Mvs3UiUuGW7h6vCYb08R/N3ygtvqsus2iUt9TAa4RRskwX4iPZwK/OuZGvxeH
PiHItuizcUeE9HyzrOmBGdgKE/a98GDI35BbFTbCjU/DNjGdOMYNw2cY5sXIb4fSQLUNU/FU
12oPvyfiNZxlMYLME9K7bCmQlMsTBNorOtPgqcq40cKKMENvDcXN3NFZ2lpE097eXDrFDBDG
KvLLI5CoijqSaZHjrkmvJ4brX/OSH5PaUtzBY+ZIdev7aQoRETDaFVFWkWd1LOPDjH8XY03y
szl0bYYSefJB6P8A85RfkbrL+lN5obQ5eNRLeQSNASNuPqxA0PzXI+MR0Z/liOT2DRdY8r+b
LVr7yt5i03zJar9uXT5hLwrv8aEBl69xkRqRdIlgkOYRNxp3E1MRBO/TLhlapYrSyWybekda
jqMtEgvAg5LXrSPh4DrT6TkrXdHWGnFpV3371GVzyU2whb1vyr5WutUurays1rcXUsUSyAV4
CRgGcjwUVOYEpHJKg3zkMcbL7eFpp+i21pZ2MKxfV7cW0EgHxCMEFh9JFTmTqdRHCOEc3X48
Zymy8b8++dbLy1ZXl9cRSXqxmkVry4xV7L1+NieuaoYuOXEd3ZY48OwfGnnP81bWYNrPnDVA
spBTT/LWntwSNf2VaShBPiFH05mY497eMYt8x3/mCXW9RnvY4KCUk28TNVI17Cp3y+MbTI8K
RXcOqRXKXlwwuZJPhjkYUjT/ACVUZPhILAztOIpbZYhca1qdY46H6vKRFbqR0Ppg7/SctFtE
qKWX2sT+Y5ksbCYHS4jRmiHFXPYD2yEpdFApn/l7SLO3WMzCe5kAHwxA0H0mgyzHEVuWnJKR
2em2UaxfEIzFH4M4Y/TTbDLLENQxTKa/paFGFvBG95cMaJCmw+e25zC1WriBtzdjp9FImyzT
y8v6Ojaa7V3vLkgzI5DJHToFH6853NczbvcceCNB6lpGtmKksHFJOhf4Rt7g5TODGXJm1p5p
uIhX63FAehZHCmvvTBEmBsOPPCJBklprl3dcWbUnRD/uwOxP0Adcv/MzcOemDObHVZYoVVLq
5uif92OSan2HYZm4Nbl83CnpB1TAXckxBaMyHrV1r+vMzxpy5m2vwYRRaPMaFUVfAAAfww3I
lrkIhHRwXTfa2BHjmVjgTzajKIQ95dwWC1muObr/ALoj6n5noMZ5oY+ZZY8cpnYPJPMWoNqF
w0jnio2jjBqAP6+Oa2eUTNudDGY7MBuEX4vip4gZEFs4Eme0jYk8i1d6EZOORTjPRWgjEBLR
/A38wyUiJIEZBuabUJBtK5BHfECI5pJKVvaszEysAep5NQYjJGKRCUuSRXmoadYMI5pVqT1V
gRXLRqQ2R0syqQNBdqZEJKfzHCNREolp5BRnWGPcTqgPYkZI6iIYHBLuQ5jDLu1Qe4wjUxUY
JMU1/XtL0K3ea7kaSdq+nbLtWnSpyIycRbYacl9HeSNYubj/AJyn/MHRztbWHlaN1FTQsw0p
q06ftkZndlVfwP3us1Uf8GifP9b8rPr8nP1ebc/56mv35RxB3XAX/9Lr3/Pu0OPzo80Bq0Pk
q9+/9JabluQU5GQ3H4sPtPTP/OJv70Eo35tsFAoaU0Km4+g5obvUGv5v6XaD6vh+l8/y2dmQ
Snwk9DTM6JPVMyg/TERqJVI9jl1AtRKaWN6I5BSStOoOM8AI2WOQjkz2wv4J0WNuLGnfMQYD
At4y8WyJutEgu15ooDHcFaZdGZDTLHbH7jy7wrSuxpuKDxO/jl8cxaZwpIrjRXHJhGSRtXMi
GZxsmNJZbRoWqY2AHemXxyRcc4zfJVR3d1FDQdQBTbCcgTHGSymzuEWgIO3amY8sjd4IL0nQ
bsjhxJBH2VIoafLKJHiZeHT27y/fEGNnqFBpWntmtywcnEQHv/lLz3rOirHBaXjC0B3tZPjj
of8AIOw+jMI55Qb5YhJ7vpXn63vlQanamIN0ktnIH0qf65OGrhLYhx5aeQ3DL47/AMvXSjhd
xoT1M1VP3t/XMoSxyGxavXHYu/RFjcKXtXjnA+08ZVwPuJwfl73ZDMRskt5plskiwiH63K9e
MS7UA7se2YWXGSWzxmM6n5VsrteN3DFXjVLeONQd+1ev0k5i5MMg3xzF5zr35faJ6fKOQW90
R8NtGOX/AAROYcpSi5eKRJ5PHtY8mLavxYws9CeI3Yf61MHjS5FzoQiQw+bSYrcsJUEyD7Ub
EkfcajLI5yN2RxbbJJF5yvNGBttEluFtLR5WS1SsYjeWnqGNk+zz4ivjTNrpM+Q8iXX58UOZ
G7GtS8+TXxYXVne+o4Id3cyA1+ZrmeZyI3cDhA5POtVv0kR5AlwC3ZomX6AaUzEyRPNtgUNp
82g3H7tIZILkkBizcXJ79djjAhssp55tSy/5UZ+cEFy8klv9d0Aq4CiQcWuWPAmo5EVAzZaE
WJOu1l8UXxN+W2m2B1jS7e3aSTTr0O4t5qetDKhUSAOlAA6kMONO+1cyvD2cWUqL9VYtGgXS
/LTo8sItfM0Nzbm2PoshlEJJ5ipNa5oO0IXj+LvezzR+D1Lzl5ig8p/mLr8KwzfVk1KkkaMe
YZ445CyMakhuVRmryRo05mmHHiBfQ/kzzFbXPpXNvdi8t70epBOFCPzA+JZQOjjv45hxJxzt
p1WLjizrztDHqflW5nC83hRJVp/ksK/gTm8yajxsPmHSaceHlp8f+YNPiBb4aFjQjrmLgm7O
Yp5xPZBZG4qaE/Ftm0hJpIptLSp4haH5ZaZANJTW3s9l+DplcpsDEozVL/RvLOga15q8x3P6
O8u+WbKTUNa1DjyaOCPaiJUF3diERR1YjtXKd5Ggg2H4n/n3/wA5aec/ziF95Jg0+28p+RbO
6l1K2gtTILrUoo6rbC/Lu6sYT8fBfh5kMQaLmfi09CzuWHHTyHyFrfkqwi1XRruyF5rFstvN
p19cOWtJri6QMzXCghnCE1IrVgvGorkp46bBkJel+YvM3k/WYE0XyM/1tLQmHUPP/mi8Syhn
uBQmCwsrdSnwE0CxR0HSrnfKpYbO7bjzH4JB+W/5r/mJ+R3nqx16z1H9IwKzR6hoiRyGK9tC
CJI5bS5ihkkUKahlUlTuMw9ToxMbbFy8WoidjyftF+Vn5i6D+bvlCPzfoM8b28s3o3Onxl2a
2NNgTJV+JNQA24IpVhxOazBnIkccuYZanBwURyLN59PXqFI8RmwjPzcI40D9TiJoVYk9Dk+M
oEE/0yxT1F+GvjlGbJs5GONPqP8AKjRIolu9WVQBARCtRvyKkmh9q4NGSYmTja0kERZD5n1x
LNHLVd3b040DUJbua9gO5zWTJzZd+TlYYCEHwX+f35m6JIYNMt5Zryaykq91GGSzVxtwh2/e
HxY5tYYxQpnjD4h8weYJr67jlnt1uJmU/VeQ/dxqdqgZa33si9Gaayhku7yaNg+5djxVfu2y
cdmiZtM7UXOr3BuJbn0YqkQs1AAnYqp8ffLoxJ5tBNckTe6ZokShtX1A3YpUCYKEH+qo2xnQ
TEobRriAGRYI2FvGxW2EaGpUdCQBtmPzOzcaD0XTtTeqJDZXk5r14tT9WWRiWokBmVqt9dfH
f2s9laDrMACN/HpmBqozB25OdpjE7dWfaNpUKIrWDzFJeswABb/ZUrTNXPKHaRjwh6Fp3l2e
7oFhk+HdyQT99MollCZHZ6dof5eRXSLNJciJa/FE6Hl9HjkPGBcXLm4Q9a0vyRo9qilI47yQ
AHlIOLD/AGJpmVHTmYBBdbk1kh0ZfBpSCirbRIBtuKfdQZkw0c/JxZ6onqmkWlj9mFRTuczI
6ORaJ6gowW1tAP3siq3dRmRHDix/UWs5JS5BZLfWsCkxUk7UpTBPWYMew3UYZyO7Hr7W3VGo
FtwerLmsz9pylYjs5uPSAc92BX+owkNW5FOp+Lc18c1Jym9y7CGI9AxiW50/f1rtePffEZT3
tngyKVT6h5ciak16rOSOMaPufoGT8Y8rbRpz3ImKfQnAMdncSV+yd/6YjL5oljIVjBp0lCLC
aL/KZgBkvGPe0mJtKdXn0PTYuVzd+kWrwiVwW+4Y+NLvZ4sJkeTw3zN5s0/jIlg0i06mRv6Y
Y5S7HFpK5vFLvV5p5zJzLEN8JJJy6Mg5gx0mthqvmXUClrZtLMCKCNSQKfwyRkApxRG5DPrT
y/fQwpcarKxbq8XOoFfeuVSy20TA6IjUvMX6Kt+McTNIF+AORQADbDAtPggl88+ZdeutWnkk
nYFwT9BzNjsGPBT78/L4uf8AnMP81K/YHlOCnz4aPm17J/vD7v0h5zVj/A4f1v8Ain5d/V34
0r79cweJ6DgD/9P0P/zgTpMlj+b3mOZxQN5OvEH06hp5/hgGTiLlZh6fi830/TJ5P+cXprE0
WSP83XYjwH6Br/HNFhyA6k+6naSgSR/V/S8Tfy9KgJcHiDuRvm2trlYQEmiIa/vuJHYg5MFg
SgH0uKI7SMWHdTlwJpp6uiLQkEM9F6HBLcMxbLdFvXuLq1szM4+szJENiTychQAB1JJoM12c
mIb8W5ooy6upHcrDMoAYrVt6kGmTwGxbDKN0rmk1DYF0YU34nfMsU429rYZVLBbqM+5plc4n
o2xn3hNYbPS5TVVFAKtXbbKDxhvHAU1hs9EXq0gcdSMhxZG30Fkmm2MDMGtbgMT0VhQn2yyM
pAtWSEejOtPu7q1IQRqKda4JG2oQp6Do+rySPEpkCBmUSmlSoruad6DemazPByQ+1/Lvk3QX
062u9OvH1y2kVTHerJVWPXdUpxPsd8YaaPPm4Us877mWfoiytFFNPjanXkvL9dcs4Ix6IEjI
7qT3UsIKwWyxDuIwqV+6mTGYgU2DFHmkN3Pc1alu0XL7biTj99MqOQnmyGEMP1CK9nBCMa7k
n1W/WRmPOdt0Ixiw680vVJKmNnIXqDKaf8RzCnFzITDF5tC13kQLNZKnqZT07n7OY8tnLgQe
rEb7TrgmbnbQylahuLsy7dqhRkOMOQAXlmraXqumma40lAyNV3sASCT34s3X5HMzBquBx8um
492GHzVIjtHd211BKo+NHQ7fhmyx5+N1mTDwqNzqmn6hC0UktwvIbAqxB/4XLTZDRGNMEm0y
0+sqbu2lntQSXKKyn2NBvtlRbolX88xJY/kH51aOV5IdY816bBA5YsPTtrV3YCu+3qjNz2dH
0Euu7QPrHufIH5UXIPm3QIuRIAuZGr0p8KA/eMzCNnClzfrtYc5fJ1neLUtaXVjMx8CI16f8
Dmj149Bd12efUEz/AD6sbtPNUOtWzhBrukafqUb1/wB2Qp6MhU9qFBmlkeIAjqHZ6I7Sj3Es
q/LfXrvVP0UREv14EfWGjoon23cAbE0zHmKbZRfYGllNQ0G6hkBIeCRJFI6fCR0PfM3RAGBt
5/VjhygvmvXbGN1Ckb0B/DMfFLd2Extbzqeyj5uPA0zPGWmjhUxYj9kb0698l4oRwo6105iR
0pWlMBzBBi+L/wDnP3zfb+XvybuPKlUJ19Fkvk+2xYycIUIUHj8PJhUivbL9IDKdtGQPw/0X
RdU83zWml+VYby4ks2KtqF86llcjdIuI2UDYhic2ubPHCLLXptNLMSA9Xtf+cXvzmNjPrOna
KmrpDHW5s9OmWS7EQqS6W+zPw8ENfAZhjtDFI1bsv5MywFs78t/84R/85T6vpNt5g0bynJY2
CWhfTZ57uKzuxCKtyjgkZZY2b3Ck5GevxBEdDM7F5h5o8ufmT5XslsfMv6Qj1fSb02WseXtT
lnmgnV4mmhuoPUY+k9EZGaIjcBq7nJQ1eLINlnocmM31fd3/AD7689W1j5//AMLalc6lJYef
rOXTbLTraSJkbUZCGgkulkKg+mUJ5pRttwc5/XAxyiQc6jPCR3P1ourL0mdWALKSKDoabGn3
ZkeI60Uln1aMn7Jr7eOT8VlwMn0eyQsjlaZi5Z7NmMWX1N5NtUsPK8bLWt3I0z12oT8P8My8
X7vT+91+f1Zq7nzz+ZfmG2tLgNcyExoXSOIAkuxP2QB1LZVpI7WXMJ6PzY/MLzPca1r2oJex
/VLW2mMUVr9t2KHZFUDt7bZsB5MoinlF3dxSXgnuoHsViQIgkI+z1qx6VwVu20i0bStZlgii
a5uZY5AfXDn0lA6qFIAJ9wMmC4+R6dp+h6f6FZZru3AXeVXUAfSRmUKccgscfQbB78elNNqN
Cf8ASJqsafiNvbMWUTbdGqZvp8lhpHFBLLBIQBRU3YfMjCJCHRFce1s2sPM3psq25u7piQER
a7/cuU5dcIt+PQmRehaboPmHzDwmv4o9MsiSRbeqpnftuDULXNRn1kpl2mHSxxvTNN0i8sVj
it7IJFCoVI1kQ0A7bnNdKVlypbBm1h+l0IKQTW8lf7xeI/FWyOxapEFm1jLr8oUM9WHRtlP0
nxyIiLtx5VTM7GXV4wPrF4Vp+yKN/HMiOSUeTjTxxLKbe8nFOTSSUG+1P1HM7FqMjiZNPFOY
9RZ0EbiQr4Fa5ljVz5FxZaYBXBgetYm32OxGVGQmaIa7MeRQtxaw+mxVngCipckEAdya/wBc
oz6GB3um2GeV1VvE/MXmKWKWaOOdZIkYrE6jZlHRvpzm8mp4JEA7B6jTaTiiCRu8i1fzHK3J
VIU7jkF3pmNLVbu0xaIMGm1GeRi0lyQK++Aas25I0Y7lez1vT7B/WET3NwBs8nQfRkvzNqdG
Wc6F5ru9VkZJL6206CMVZpdjT2HfH80Q42XQxiE61TXNGsoDN+mWuZOvCOlGPthjqC0DSE9H
h/mXzN+kpG9GEgdmPUjxy8Zy5eLSiLBPqtxeMeUVeR75Pxi3HHS5vLvp/FLGYtu+TGpK8CKt
b1tMJWyb0nIozL1anjkhnlJEsYIQ+oeZtSMbxyXD168STmRGTV4ALA7/AFS6vSFlndggooJO
ZUMga/Bpjc8JZjXqcn4zX4RHR+kXkCKn/OXH5oS0+15WgFf+eekf0zd9kS/fyH9H9IeT1sf9
bsZ/pf8AFPzW/RzeH0VzUeIXq/D8n//U9ff84XxmP80Ne5AKT5WuvhJAY/6bY7060zGwXxfB
2Gr2gPe8x8rQ3Gp/8436vIumuLq6/NRprOK4dVlNdJhAeIKeIPCq8WPTl3pnOyvDls97toDx
clD+b+l5vdadeQu9vc2Lwyp9u3mjaNl9yCK5sYa2PQonpJ3yYvd2SgsrQqrU7HMqOpDRLAWH
3luOTBKrTtl4z21HAUvEEpPffqMJzCubAYiURBLNZvBOgPq208VzCo68oHWQfiuYWqlcC248
ZEgz/wA56EmneYdQW2FdP1Fhq2izLQrJZaiPrULL8hIVPgVIyjSaj0NmXBZYXIs0Z+0Avcnq
M2Mc4Li+AbXx1Y/F8QIqSe+RlmbRhKNWIHohPTIHOG38v5K8cMhYcQRTxyQzhhLCU+tLu5tz
RWoB4dsBzhjHHK92QwarK/ETTOwHTfIHK2+CbZnpOoyRMrVFOvvlGSpBnHCbew+VfO2oaVcJ
Jpt9NaOxHqCJ2Tl/rAGh+kZgeqBsFyJYIy5h9KaD+a97coseoWMV4xH94CY2Pz41H4YTrP5w
cSWh/ml6La+atAvIwZbW7tnNKrxEgPyYEH8MTq8Fc6LjSwZYlMkuNEmUOkgo3X1gV++oyQlC
fItVzHNRm0/T54hcGRJIgSEaIfux8vH55GelJ5FnDMQlF1YaFbDndXNFpUpHUlh7AZV+Uo2S
5Azk7AMK1nU7WdJLWxtWttOG0kdKySjxc+HsMpy4wRQ5OThu7JeVazqwhR44rSCxhh3QvQN/
rEGgPtmCcIc+EiXjmsTiZmaG4QyMxJBblufl1ONAFyQXmVxBr8Vy097aXVxpqA1ubdGKDwDE
CoGZ+lyRBouFqMZI2UpLmSQVhgaFKfaCED6Seub0VWzqeEgpKIp3n5EfCSamtafjmHMU3Yww
z86Ir7Q/+cf/ACdaXZpLrHmHX9TbeoeK3ZLeFz7EREjN72fGsPvdRrJXmp8b/lk5i83abIwN
IIooXp/lLzP4vl05UGkgl+0HkKP9OflhqVsI0+tG4iW0aCru/oQjmSGFV4lwD2BzV6iPHAhz
9NPhmGSfmrENf/KjyL5lWOk2kTTaJqlftASJVQfbnF+OaDg/d+4kO0wS4dRIfzhbyj8p9SS0
ljgWVuFtNSaJiSY99pYz7ftDw3zCymg7QxfoN5OvDdwemZOcioRI1a1LDZvfbL+z57kOj7Sx
cJBeT+ZNPEN1dWyqSsLmOp7lRufvzEMuDIR3FyB68YLzq4s1DGq9TufDMqOWw49Uoi0AFale
4GT40Wj7a2XanWtTh41ol+bP/PyiNtY0z8vfLjyRw8be5u9K05HBlvbyV/SN1Ki/3UNuKBpH
69F6ZtezzZtxs2z4Y/Jjy7baXoOiavp8Lyafc6nf2dve0r9YETBPVHiGZCR7ZHtQ27bsYU/R
L8obWPVBO8U1wk1pIokSB0VlJ8Ven680F7vRzO2z7T0VXWwuFa5uI4lUpPNI0ahCBRg7FzT3
xvZxCDY2fDv5y/lmnnbzAs4064up49H1ez8vXAQrDPNdQlAQSvxsACqHtyNMx8erliNdCXPl
hjkjfcHxL/zh75OOvfm7+XcP1y402WPVYLu5ms/96IntiWE8KnZiskfCVD7mmbXXT3HvdCAY
xk/e/UoBNcTycB+8kZqAbAk1NBkOOhTqeHdLEsCWB40pgM6ZgEst0myo0fw1NRXMTNk2bogB
9ASObLyjbFGETegGeQivEdWanyzYanJw6SA73XYo8WoL88fzY803NtqUlzd/6JNIjzabZ0Jk
ij3VHdT9ln6gZdpB6Q5xFF8P6pf3cF56drCFvbwtI15JR3BY1LAfPxzODE7pTNBd28i2sViL
u6ulL3N5dN6jGvU8RhESVMiGT6TodtDCrTW7q6iryRA1FfDjk+Gty0k2UFeWthe6nbwWl3e3
7Kf9JspGdo0A/aINKfTlBlZbKA5vSNH0y6hKMsTKoFAE6j5U6ZfCJrZqlIMvjuIFAF2EkkWt
GkUq337Vw5Jit0YoXLZOdPVmuAbK3lBHVeiUPck02zQ6qcL2d5poSG72TR5ki9JSRtQHfvmE
dw5hFF6ppV5FG8bScgAQOaUJ+5gQcpOzTkt6rYyaNILecIpmB/elY6If9aOv6jkYx3cDIZC2
fafHo96qqEEbsP2d/wAe305tdNiwz2OzrMubJEpymjW6iqcZIxuakA0+nM+PZ8ANi0HVyRSa
dYKCWUL4nkv4UOJw48Y3IDA55lbI2mW9S05qvUL8R/DMLJrNLj5yZRjln0Y5qXmm3tF42Vs8
sg/3bLQKP9iNzmr1Pb+DH/dCy7DT9mTyfWaDy/zD5pvr5Ck7uI13EKnitfkOv05oNb2xk1HM
15B6DSdmQxnYPJ9SvJZCxapr0HhmmOo33LvseHowq7WRyTwPicI1AcyMaSZ7OXetSK7bYRqW
yghXtCKfDv32yX5laUGt5VIIBB8cmM4YyiFCWG4br8VD1yYzhqOMFASWkhqSisMthqQvhrlm
a2XikKgjoxHTMgZolhLEUqu7m6mrWRm9q5aMkQiOOmP3IuQ3KvGhqCvXLseUJONKrgSyf3jF
z4nfLxm82PhpTNAKkjbxpl0coScFoCWKuS8QFgcVP0W8hD/rLH8zW3/5ReEe32NIzpuxj/hc
h/R/TF4XXj/WvEf6f/Fvzj4vTr7Uqc57jL2XC//V7h/z7+uJrn87PNUk87zyN5MveTyMWYn9
I6bvU/PMzPjjGOwYRymfNiXlrVbmD/nFuxuvVIkb82lj5DqA2hg0+/Od12GJzkf0P0u50GYi
QL6b/K2503zvokeheZ4FvFiXjp+oso+sWzMKAo/UrUUKk0OcLqMksGeuhewzQMsYyR5j5F59
58/LSXRL6S1vrSMNTnb3MQ/dzJXZ18Pcdjm302qIFOKRDMOIPD9S8norFo+KEdiDvm0jqtnG
OnDGJ9Clh6xqaV3UZLx2BwsN1tZbKazdQkVDIxZ6AbLsKGnjhlPigaccw4ZB9BedNKaXTvIt
1aRRx6Q3lmyTSIwxeREHJ5o5C29VlduPbiRTbNVoc+5F9XYTxWLeYT2nFjzhFB1zbRnfJxjA
BuC3tti0Yr/KchOcm+EIlkNlbacxX1rYlP2uJofoOYeSUxycqEIdWQLpPlyf+6a4jc02kI/h
mJLVZYc2zwISV5PKheISWgWZBX4id6YI9onqxnowUu/QU8LDlEPDbLvz/EwOj2Te10916QM3
gTkvzV9WB05DJtOgmjlSsRQE1qT0ph8egxOLveweXJJOaKTSoGwP45h5szXKAD6m0byq0Flb
XN5efWBMgdI7UgqVIqP3p6+9Bmbj7PBiJEulzazcgBOWFtbj9zZoGX9tgXP/AA1RmQIwhyDS
OKQ3Sa7vtRYkIp47jY9B8hk5ZSWyGMMavH1aYcebpXqFVQR8ia5WZmnIjEBKLrSNQKRm5S4n
MwPCJnapA7kKRQfPMTLlpvgQlk/laQASTW9rClKzSELxRR/M5HX6cwJzlLZvjkAYtqepaBpR
eCygXUrpagS8QsQamx2AJAwRxEndyBMkPJfN1/5gvLdOHqXET19eCAAKijpSMU6+OZeGIjIM
Zmw8cvtVt4iYJ4+Mi/7qkPEj6Gzf49TEB1k9PK0in1OHl+7Cg0+Fh0J8BkMmYEJhgI5MZ/5y
g1O2uPyt/KPTBEYnstJdLxRvxa6aSWpHi3MmntnQaaVYI08/qIkZpPhnyZPLa64kknGORm5A
/skx8Y3Ap14kCvswPfKpEnmpt+yH5F+ZZ38qzrBM1up02a3kgPFihlnFwJXWpKOPiUH7LrxZ
CdwMad034ju9L0b6vrHknz3+X927peapwvPLxdGJa9gBuAoHifTIPzzl8mcQySgf4uXvd7LF
P0ZR05+586eT7xdN1pI0kCpcgSW5fqrHpvlUgHa8xb9Bvyu1dLlII5LR7We4Xcn7DFOpT2Ph
leiycGbh73U9qwJhaO84aeI7y9bp6zerU+DDKe0I+HnPnu1aOfFiHk8qntBXc0322yvHk82w
wvkhDa1PbMgZGvw0TDa0O3U9skJpGOn5q/8APyXTvMZ0Hyzeaf8AUYdP/Q2oxWcsgf63PdQV
nmt4yicVIh/eJ6h+MhkQBuu67LyA7OLlwkgnnT5T8y6F9Qvfyg/JLSPM8nlOXypoOg2eq6qZ
hY6Vp+rajYx6hqeqandLHJK9HuBFHGB+zTvXMnWGMshBqnP7Pxyhi4huU989az+dn5E+b7DT
9G/Nbyp+eWmaxbRxR+ZNFszHFEJ3MCpd3CKvGVWPKhL1XevbMTUaXB0+9ydNqMxNyFeT6G88
eaP+cm/J3nbyp5V8r6h5c0/SPNNnZ6rqPnS/sm1Gx00XKR+s9zBxfj6bKSCEYsD0zXafHiMq
k7LMZmFgJzrVn+cel/mV5P8ANKfm3D+eEGlSx3F55i0eR7bS7ReYE1leaNJEqRRSKTwkidiD
SoGYvagx4/pIk3dlxnlgeOJh+lh/5Z/lrfeXP+c8fPGl2lrbw+SbTzjc6ppNvDcmC7s/0hp3
6XDQoFPOA8yjCoo1CO+X6nJCWGG/qofj5U6vgnwzl0/S/Ve4jQufg3NTXpmOMpcDgtDxQVI4
ig6VyEsjLhpm2h2HqSwJ1LuqgAdeRplIPiTEe9jllwRJekedb+DRtFKvIix28VAHFahRQbDr
8s3PadR4MY6Ou0I4pGT8ovzk8x3V75jMLW0gkunNw5ufhkodkeUDcFhuF7DMrTgxi7Eh8wAT
T3+oX09+YY1kKpe8ADxU0ooOwA7ZltRiUdosqSX1xcWDPqEJov1u4J5MR9qhA2H0ZZiDTlJD
LtQ1jULK0eS1t7KGZQPTEjueR7fCAK4M0qYwNpLpN7qKvJPrEjC6uGDNdCMKnHoqqV6AeByi
BotsiHp2kX0bBQLoECn2vhr8jl/jxjzajhMuTObS7tbkpDxE7sKLGnxMW8OO5OYubVwOzl4N
JK3sHlIXVrbzDVNLR7UMv1OK7RWcrT4tiCVA7VzSZ48e4dtiuIovZ9D0nyprRSJdIsUuW6RP
EEap8CpFcwqnDZE8tbs3t/JOi8/RayOnXA/unjlkVHH+yJAPzys5DycU6qt0yTyrc2lPRmlQ
Kahqhvvqu+WxybVTUcokyGzOrWq8fWikX3jKH/hT/DMrHOve0TxiSewX16AAyc/9U0/DM6Ga
Xe408MUbyimFZbSreJFD960xy4seUVIW0GJjyKi+mRzcvS5wbfZc81Hv2IzSavsTEQTA8Lfj
1co893luryNHNNGCH4MVLDcGhpUZwGpyGGQxu6L1ujHFEFhN4jSkkkU/VmL45Lt8cQEgurT/
ACeW+VyzFzcdJTJZE/7oJ361pvgGYuT6e9L5NLcnaNvnkxnCNlA6ZKxA9JiT47/wxlqApMUR
H5duJqVHpbVowyUdSR1apZIoS78u3EHdT7CuXDUWiJBY1NYSgkel0PUd8sjnbRjSiazYf7r3
OZUNQnhpLZNPdj9n5E5aNSApiEO2h3s20cfI02pl8NXEdWoikFP5a1BBSSIKxFaNsctGsiWP
DaQXehzJy5cEJ2r4Zk49UKbI7MfntFT4epHftmTHNaTHZ+gfkRKf85T/AJkv4+WYR/wmlZ2X
Ysv8OmP6P/EvnfaEf9Z8J/pn/fvzq+qTV4+kc5zxo1ze38I2/wD/1uz/APPvXg350+amSZX4
eTb5GVfE6jppqPbM7Uy9NebTjiQwHTkQf84owIkxIj/OFAzhTsRoIoKfdmh1UgdSf6n6Xa6W
JBD2n8ktc06wumN3qsKQ29oZ7mSQMkacWBCc2oC1e2cB2zH1W9zpyZYaG76q/My0sdd8rW+u
2ky3EmlugaSEhwYrilakdANmByGmzA0XV4uLHMxIq3y3qFpAwIdenQjN1EEjZhlzcLGZ9EtZ
Qdyvy2OTAPe1DVvJPzP8vQwafo8wUzM1xMlKcjT067DrmTiJo2ssgnIPp680TTr/AEXyI90W
jr5V00ArsaBWUV+6maXT8y508hjY82L3nlCwEgFs/qLStXArX6M2AmQ0nICl0nkm3kWgKKfE
DfEzlXNlHLFQi8gxD/j8ZPbhXKZTn1bRnimMfkdAFC6n8Y6VTKTMlI1ACs3lnVLVD6ci3MQP
RKg/dmPKG7kR1QKvbaZf1AfTuf8ArbfrxECUSzebKrTTrpac7KNBt+0MyAaaZ52TW1tbIVra
Dl+0eNRkZSJcc5CWU6bFahuX1dUIGxpTfMTIC1GcnqOh+YbmwiWGGblDtytmHJD9Hb6Muwa6
eIVzDh5dPGe7O7bX7C6HCeMwE9HC8/6HNhi12OZ32aDp5R5bptHHpUgLR3aOzd3+ED6KZtMU
cMuUnHlLIOisLLTQjSQsbpx0cJVAf1ZmflcfDYLUc8rpi91KyCVxwlunP2nJ7djt09s02XTA
nm5sCSNnk/mO212/YxzAtb8j6cQkWKE17kEkn7spOEAuVGVBiDeU7iZeUl1bxn9kRI8rfKp4
LkZbNoyUgNR8mHT4Beatem1hP2Hk+0+1aLGlN8qMiC3DJxcnivmN7Rpp/RtTLBGpIMqqzlQK
mvUD5ZkwkQstw8xsYbKpugtuZpyXooBCBv2dulMyJDZps28r/wCcl7ST9DeV1Dhp20+3mtrN
vgNxEwZlSCuzTQEmkf2njZWTkVdc6nSyPgRHk8zqK8aT5J8qwWuozBXlMTlxSVCFdXXYEFgQ
rr0+IEEfC4K9ARbHfk/Qz8lPM13ZXU3l+dlktrzR7l7JlQIOdrcW7JHzLMYgZJDVGNQTVWkj
YNmPlJ4S5GDm+l/I3mmztfNOjale3MMNtJcwypqE5ovozziJQ9ehuZmASgqVKeOcbrYGOeMj
0NvTxPHp5DyfO76gx1v62ltHbhrqZjEhqiBpWPH/AGNaD5ZaTe7k44kQA8n23+TnmG5Ci0lm
ja3XjJbxSGhUk0b033BB7qd/DMPITCYIcfVYuOD6Q8y2Qu7e3vVFVp6UtB0rup/hmV2pjOXH
HKOnN0OinwSMC8sutLVX4n6Ns0oLtRFK205KkVp45YMhC1TaWSqR4jLxlYyBfHP/ADnb5D1P
zT+Tmka9p4jnsfy68wRa75h0sg+reWTwvarDBQEl1mlRuPcVzZdnZuGbLERvE9Q+JvNmuw+T
vz38wy6rYRXOk/mNp+heYLB5YhQR3el23qRhWG3purKR2pmz18TI8QczsqcRHhLK/wA5bbS7
3y55OXQ7SCKK81Npr5YwqiK3hjDNM522XkKDxzBxyJt2GaAEg+t9F1TQJ/MXl+5XX7HVrUaH
a21xqFpKrG3cQBVVkPxbMlCaEA9c185cOS7ckR4sZFVuu88/mZHYWreWIYLe4udWkWytXiRV
ZjIeNTxFO9c12u1PpNOx0eljH1FHfld5Uv73/nJ/86POd5pS2tposNvpmk6oHU/XrZ9Ns7T4
owSVaGeCQVIGzZaM0ZwiQbNbvPav0YK/nEn9L6xlgDN0qcMsjqaVLax3r37nKjkvql6h5R05
HmNwwqtrvxpsGP2fp75u+xNMMkzkPR1faOahwhjH5oazd2NpdvYWkdzeqAtvNO6JFGx2X7W5
PsMu1MfE1BPc3aMCMH5E/m7qN0msvbNqAF/czO2p39PjlLbusdd+I6V79s2MAAKcm+ryDU7q
Sy0+OH9zBbTMEjjd63DqepCCuWhrkaZVoMPo28LW7xpGq1HNXAJ8KiuXDZxzuaTe8urvU5Vt
JPqj2sfEyi3+NzToORA4/LMeRMjTYAAGV6VYWzN6avwl4gvA+x/4E9cl9LE77Bkq2ujWE6Xn
1S1luE+1aOvJJK9uA6H3GYGrlE8ubmaaMgX0j5aj0MJBKbC3s3eNTzSNVK1H2Qyiopmknx9H
bPSl8sW9wEmt72SNZfsK6rMjewb4T+OGM5AWWgz3pEWvljWLRllgEN0rGgaGTgw/2ElD9xw8
fE1ymCzvSNS1zTiLa802a8tiQDDMvIj/AFX3yuURbi5MYmHq+lXKyRjijRoV+K3kBJX2FemZ
mkjvUtw67NGuSem1tqB2aMhvs8ts2p0eMC3FOaSz0rJa/vFqP5TXKD4MecgnjyHoh5bi1g3V
ZJ2p0ACj7zmDqO0cGHlcm6GKc+eyQ6je393G8cSelCdhGm1R7nvnKdqdpZ9QCB6R3B2Om0+L
GbO5YLdaLeSkkoaVzlJafIeTvcWshFK/8N3btTgwJ7mnTKfyuQ8nJ/lGA6oseT34hpm+YFNs
u/ITqy1HtYdFePytpaf3pLMOoy2Oih1LXLtPMeTUnluxY0iAHgaY/kQeWyY9o5BzXxeWyp+G
JSPo/plf5EhjLtHzQupeXFhheeQrRRUpTKM2jMI8RbNP2gZS4XmF/GGcxxIxA2ooOYsLD0GL
J1KWR+WtQvCTHbsqN+02w/HLBGZ3ZnW44jcrpvKSWqBr2SMNWvCtafdkpGY67rDWCfIMfubD
Rlko8zR068F5DAMsu9yOIlCTtH/d6bK9B0kKkHLI5T1Xh4uaQ3thfupke49Xl+1yrT6czMeq
Hc2CDELrSbiRiN5D86n8My46uLbwjqlj6BI1AYhXwqa5Z+erqy4QX3D5LsHj/wCcivPt+YWE
c+gRIJv2SQmmin/C56J2DmB7Xyw7sf8AxH63zTtGv5Fw/wBc/wC/fI4/LbWP0ebv6kRIGCi0
5D1CDWrfRTpnnH8q7U+g+Jj4qt//1+p/8+5rhJfzp8zKTWRvJOoFD6hclE1PTANu1K5fkOyg
bWwvQIrXUP8AnEPVpptQitk0r84o2jWVnCys+kW0Bi9StUoJy9enw075zesy8Go94r7Xd6bG
JSry/Sp+SfMMOh6f5vvhMLv9CQSs8cDng67Kh4S8gSxO53BznO2MHiDZ6rs2YjYL7i0fWfLG
saGEh1dNPh1TQ9NvUllgEcpGqP8AV4xIYuIYJIlCKEd85mFYp7lGcTJur3P2PNtUsHtLq6s5
+PrWkrwy+meS8kYqSD3FRnUYc1h12THxbpPFHBLqWm6Stxbx6hqrSfVIZ5RF6iwxtI/EkU5U
Wig9Ttl0stbuOcIDxr82rOB7ny6xVqiK44kErtyU9iMuxZOKBpsjiAkH07FDTyX+WzEtKT5c
hHxnkdmYdTvT2JzS6ee5tyckakfelhUDquZwm0mBaotUUkAsaKPfrj4imBadZF3RgxI3C9fx
yueQo4LUhd3cf+6iw6bUrlAysxhV49XnT7UR8NxTJeKyGF0mszVqsauw3C9cZZQ2Q09oceY9
SDBUsl29sx5Z3IGnR0Hmi7FxHaTwelLNbz3MYAoSsBj5f8TwHMp06OTzVMDSrLTYHjkJ5gWX
5RkGn+bKOvqXJB71Wm+Y05o/JCme6b5iglZSJ0NduuREnGnpiHsvl+2S/tReStWENRIUO7U6
8j2H686jsvTxnDjkdnR6yRjLhCZXbXMtIYvghjFEijGy/dmdlznkOTTjxgbnmx6fT7qZxGFY
lu3f5mmYkiS3+KAEM/lu3t43udQuBHH3aQ7D2wiEix8a+TAtd81WOmWy2WlQIzRNy+tygU5e
IU/xyuWnI3bIb83juovrHmGaaV4Zr12P7y5YlIwewDNQH5LlEqHN2GKNMI1HSm01G+vyhpTv
HbI1ae7kfxwRnYcgxp5zp/lnTtZ80abHdwxQWkl7bR3twoMdUlmVXA40r8JNTmVh9UgC4uYV
E0+P/wAzPzq0/wDNXTb/AETWkj07z3+Xmqal5Z87eVbtAvqLpd9cRWl3EpUVHo8FZQOUbrXo
Q2dqKEQO55Lcm3gmhXNv+komkmKiORVLz/v2DkgL/pHJJeFf55GplJBtmeT7r/LmS0iitIri
B1juqJLFxaESQPWG6hjYepNO7g8A7PwhiL8B6jggCJXiAL5p/Nr/AJyDuNa8/wAUflXVkXy9
+XN+W0/VbCiR6p5jjJRGt1X7cFirNHFQUMhaT7KLnP8Aa8PSYAeqXM9w/a9N2OBK5zPpHLzL
7Y0oav53/LP8rvzOOkqNR8/aTc3PmGzsEAjF9Z3ktobiKIEELcrGHoo+1ypnOCYw1Al2GHJx
ykByBelfl9fayl69ha6bqEuo2CBtSsEtpSY4GPENOjBeCk7AtTJSPiDZlOUY8y/Q7Qda0q20
G2t9avorBxColsryVFlRTt8QJrTwObbRSAwmOXk8xq8UpZbxhimo6z5UjubiJvMllCkBrwd/
3hBHJQq/tVHSh3zTZdJDjPDLZz8fi8IuO6B0698oa4rNpHm/TLl0PGSGWT0JFbuCknEjLBoh
IbTCzyZIH1QLzXzT+Z/ljypfNpd9o+ui9XdTJFDFHKlaF4WZ2Vwe1G+7IS0wJoXbdCE5R4rF
JjC3kz86fKXmbynZ6pKser2f1LW7JovR1GwExBjlNvJ2qBxdSyHs1cyMWGWKQJ5OJLLwyt+N
f58eVdauPOXknyzJqCX2o+Vvy+/TCaggJ9eOwVucdWqwIiiHUk1BzemNxczBlHPlbzzzTrvl
7z1pGjeQb/69ex6E6Xs1npFldahqEsjqA4aO2KgIVIAEjgZiwxmPqHV2RyeJs9a/KfU/y8/K
S7ute1vRvNIvbi2ubC38xeYfLF9ZwRWN0ADbG49S44laUqwC+BzA1WGch6adjhPCN3tOmw6f
rup+TPM2n3QvNOPmKGGCVjzVoWT1FJPelOucpq5GIId5jlcDXUP0w8veU9B8ujVZ9DtpEm8z
XjatrN/PM8009xNv9pz8MaAkIi/Co998uxT9IeIzzlKVSPLkyH6sCdgfnl0pd7SQAmFpp7uy
pFG0kzGiRr1Jy3BilmlwxG5aMuUQFl6OxttA0spzKvGvq3DKOTFz1anfwGdhKUdHgEBserpY
xOfJb4i/P3zMs9r9SurkwxMxmaBm5Sg78WIWgX2GYelx2eI9Xdxhwig/OTzBdNfaoiegHWAc
yZ2rJU9Ksegp2zZRU1TDbp4r3UYYYoUkeE/3kSlgp6ceVN8sETbRkmKZvbaxZ6eq2t5G1vMB
+7QioceIIyZlQaY7p75Wksp7u+kmhNvFctGYJZFIV2AIYgnYZVDYlnJ7HB5es9RhUOyyUT7d
RWn+SRuMOSYIY44b7Mk8s+XdP02X02sIp50qwml+J5FB/mNSCM53VcUZc3faYAxeyWnl4XcK
zaROswpzksZGCyJXsD0YV+WYkMx6tpq2V6Pfz6Q7W9wJLZzQTW0qla+BZW2PsRlpyWHHnjBe
26Nq+m6kkYniWOalJf5X26nwORrbZ10xIEsuGjoyCW3m9SA7qOtP9U9cyPypIsOMNRRor0sJ
hurkUp7HLseGQKyzxKd2z3EQCkckpTidwczoTI2Li5IxLV1Aoje4iIVV3eLpT5Zou0tNwg5I
8meGe/CWPTXZNaOVI7AZymXVEnYuzhiQjXUtKCU1+jMWeokeraMQ7lI3kw29Q/dkBll3shhj
3NfWZjvz+WE5DafCiioJmeqtU7VricnRqyQAQ9xGC5oCN96YhshLZQAKmoFQPvwE0Gd25p5B
ursvsOmVTyUdrXwwVMyGUgScmA/mynjJO+6eHh5KD/VYiStorHuQoywZYxG0Wwccv4kk1G6k
mHpww+kBt4AZg6jLKewFObp8YjuTbEZtEknkZ5p0dT25VOYJxG+btI6sRFAIy102C2FJJI4o
x3SME/ecuhGuZaMuaU+Q3VLmw0O4Uq8lw1eoVQoP3ZaYRO9lrhkzjoGPSeUvKR5M1vcVPX94
V/UckIgDq5MdVqO8IqK30TToRBa2CxRrsSKEn5tQknBIAsuLLI2Sl0t3pMJJ+pivc/Dv+GVm
Ee5yIxynq918uXVo/wCZWv2qK31yLTVaRqmnE/Vvf3Geq+z4/wBfs/8Awr/qm8Nr4y/kvEen
H/xb51+twcuXrTej/JXf788q4DT3nAX/0Omf8+53Yfnp5nhKooXyVq9eKgbLq+lBBUDsDl2S
2yQ9KQ+ULqSD/nDj8wJYli+D83LSFfViSRVjkt9JjYUdSKlWIr13zmO0QRqB8P0u90YBn/m/
pYzo2mSzp+bMVvBZzWOj6bDeahbyJwkS3lu4oA8RUUJVnFQabHMLXx9IdvpZiMt+r6ptmstO
sn06Cxs44dP0rR4rDlErNEix3twqhz8XESRq4BPXOS1WnG5c+M7PPbdEnV7PzNrvmO3Se3s9
Vh8w6vpttpbM3O8bT2EkjwsRQMUevA9aGmX4cvDsWuWPZ5vDd6hL+dXkCwh0i1vRZX4jEE0i
lbmGdGMitzUqhABpXvm4v90TTgZIepin5zSRpqWgwQmgC3dFPUL6gADe+2WaMXjJb5ipB9O2
MSS+R/y2blVf0Ci1B7rIeQ+YzT4tiWyY9cvf+hByW8ZkCUq/HkFPUitK0+eZHE18JeaXXn3R
YPPGkeVkgM0Iuha6xq9CwtpphwjWNVqX4sRz9unTMg4pDHxnk45zb8L1+fSfqs8ttdwCKeFq
SJUGhHgQSCDmEMnELbona1E6fB19IdNjgtQS42UQFDEGUj54mbLdb+jbNj/cAV7jxyuRBbIk
jkjYtLgXZAAtat3yqUYsvGkEjmsopvzL8jWUzH07nRdcrGKLzoiGn/C4JQ/dmmuWokzaXy7p
rglfVQkU6g/wzGtnHUzCmnlmx2Jc1/ygMnCILP8ANTTW20eKL7ND4AgbZIwYnOZM20m+1DTV
4Wl20SsPji+0hp4qdjl+HVTwci4WbDHJzDObPzJqElEktraSuw4Bk++hObPF2xf8LgZNABvb
K7O5urleXoQ20OwlmoWJP8q1O5zaabUSy78NB12bGIbXuhdcisb6FEksI2WMEBpAWf6ACAPn
mfPMKoBhixm7t5tc6TaxPWDS4YiN0do1J+ktXNbmykF2eOOzyTzd5jisfUtbaVUm4kySVAkP
Y9dkX3O5zWzHHN2mMUHl8Wl32pcr5o/SsOQEuo3QaOA17RhhykOXRjwolMFJtY0mxSC7v7e7
uYRDCwurhwoSXstFO6muwplkTRYEW/Nb/nO/8tLRfzOsPOGlz/4e8zeZNE0vUL/W0Vnt75nt
IwP0hGgLLKCKCdQeQ+0OQ5Z2+ON44nyeNlIxyyiO98OwaF+csctbG3m1mPcJeaTd2t8rg+CM
zSfQ1MPCy4x1eiaZpf8Azk5q1g/lxLjX9B0bWAtlfm9vrHQrZ4ZSFZbicsJWjNfiUVqNqZE2
m4+b0n8u/wDnE/8AMxfO9j5W1uXSNE8qSLG03n7Q7tdTmuYJKBrfSLeYpN9YJqjepHEkX95K
wjHxa3VCHMm/J2enyTqgKfb2rfndo/kr8/fL3lPS7Sxf8sPyhtdA/K7zL5ThP1uwntL2Vf0k
F9QfvpbGe4hZLigLSRyEUV6Zy2fs8z+vnOz7u52eKYGM8J3u33n+YXkeT8u73Tbi61bVb38o
tRvYrLV2S8ma88tSXTm2g1CxuCWZ7KORwtzaz+pGEb1UC8GVsTBo8mM8M/gWM9QMseIcx07/
ANvm8l8/flD+ZOieYrXyp5R83xaB5o1OOaT8vNJ1mM3nknzhJaK08+lz28rGTSNRESs6vayr
DMoLIiFXA3GjxGZMJj1dPP4/i/JolqBD1x5de8fsTn8nbjyT+bg17yrrei335cfnF+X0S/48
/KPWJi1zp8BNDd2lwR/plm5K8JVHKMkCQUIZss9nwIsJl2hOJHcer6FH5VaXcW9vJp8ZuYAD
GElj5yOy0Vl5V5KVPUE+42IyJ0MZDZA7RN7sA8+/k15qsdEnm0maS80yCQs2mXhJSGU7BS25
QN+xMm6mgcMuTjoTj3rZTr45BXIvNfIS6laanYcrify/r+n+rJ5f1mWMiS3eNgk8M0YNHjDk
JcwV4spDrTkjDaw00ZxdNqMxEn5i/wDOTHmXzr5B/OW0i8wyGyl/R91p/lDVWHNJ7BvVhvNO
mf7MstsbhkD/AO7Imik+02UZcBgLHJ2Gk1AmKY95Hl0nzXZ2OieY/M02laVEnFptGl+r3kqj
qplbZTTuQTmoyRlGT0GCYkH0V5c8q/l/5IDa95P876xLLIhDL5nuP0i8IQbNbTR8OJboVZT8
8wNZMyFVTtNKBfO2c/lXqM/nfz95Y8gpf+pdanqf6UvZo1WMW8Rosk7KNk+HZAerGuc1qcfF
IeeztMuQ4cEp9wfsFDpqQLHbRRGOK2UQwx91VBxCmvsMsjGtuTxBy8W5PNHQaXJM6KqEk9gM
yMGllmlUQ1ZNRGItmVjYwaTAZHIeUVLydxt0GdhpNLj0WOz9TpsuSWeWzw38y/PselwTStqk
en26AqyNEXZm7fF2Ga3JlOonZ5O30+n8Meb85fzZ/Mp9VjkM99bTQoWNpBAoMjN2LGhI+nM7
FEDZyQKfMcN5G1TKv1ieapaQtUsT3r7ZlRi1ZDQZPpAstOVHvGWJm+JJG2U9zRv65kkiIcID
iK/U7y31KRDp9skr27CSO+Q7KB1Q06lsol6m6NAPSvLlxa3UCGBVZJKCSBhUDb4lIPvgBAUw
vd6PpGk2ccsE8azRwBv39hBJwDDoRGSG4H8MxtSLB4S5OmjR3e6aJ5W0VUS90ueZlu4wY5b1
jIaHYiqgFffY5oZAk7u1GQRHJkP6E1bRGju1hZLVm+C6jIkiFetHWtAe4YDK5R2pr8USL1Py
9q8FyixXcKyqqgyW0gWQoD+1GW5AofDtkcZMNnGzxJ3D0Sz8vaEwM9tZLH6lKTWxZF/4CpA+
jNpp445jk6vJlkDuyrSYYbAFORZC2zEV2zY4MYgdnDyniTie44IrrApVv2q1/VmPrtacG/Ds
1wx8W1pTNrJjBC28YbsTU5o8vtGQNobuZDRcXMpBeanc3FA0h4g7INl+dBnL63tbLqL4js5+
HSRhulhLsdyTXtmplkJ3cvYNcd9uuCyU2uEdeuXxFIMkQsJoaDc9clw21maKjhKjao+WT4S1
SnaukCt9rfxyUYjqWBmRyVGFquzoMtMsQG4tiOM8kBJJYA1KHbKzPCNyG+MciW3N/aKOEK0J
6Zj5MsDtEOTjwTJssXuNTlVqJXbsPbMWXEOTssemieaWy63LuDAHbuzZjTzkbEW5MdEO9LJd
Xneo4JGD3C1plRy3zpyI6QDqgTqcDfDNLKfbgQPwyAkC2/l5DkEtn1iOFv3NszgVozud8tiQ
3R00jzKVXfmu5VeMNnGu1KmrHL4AENsdCL3LH5PMF7IWE0jBG/ZjHEfxy0Yg5Q00RyXW+rWi
U9aF3U9anlgOAd7XLHLo+nfLF7C/5s+ZrFbYLNFpKu913YUtPh/4b8M9L9n4gduZz/tf/VN8
97Qgf5Iwyvbj/wCLfM/+Kr3mG/RcHpU4k8TSv+tnmFwp9C/Jx/nP/9Hrv/PvK3tl/PDzPPEZ
RIfJF+GVwvH49S0wk7EnquZeeNBRKxTDNAn02x/5w/1+2lguJ7bXvzZjW4cSIjxSw6Xa3aOh
IK05WqggjoTmk1WmGXVV/Rv7adppdTwni+Cn+R13oXmG8/PWLzDq0ei6Pf8AkiSW81KSVSIT
FeQSKSwB+06qvTvmr7YxcIjHvdnp83ERKuRQh/5yB0+RJ1i8qxtLdW9tbyyy305p9WSaKNuK
xgfZnavvTKf5FjKNyPNtl2ieLYPaPyt0PQPPnl2HzlrmvLpGvyeZNd1VoI+Uds8+qxCB2Es0
fH92N1CybHrmh7RxjBOhVBz9PmlMckLaeSpPy+/NP8qrk+YbbXrDWdd9G3vI5onkjMaGol9O
STqGrXpln5njwnaqTwWT3sH/ADC8p+frnVmvb7ytqxsbeScRXIt2mjVGlLAho+QoRvmbpNXh
GHh4hacsCcgIfS/lO8gl8nW9nbLIE065tIJEkbkFlksxK5jBqU+LqBT5Zo6qRI73KyxuXwY1
cXM6fmbo1kHf6vPo8jmLfiWEp3p9GXSBqwFjC4F8r/V0H5jancxEx3Ftq8lzbOrEFZUuOSsN
6bEZudRtpvg6bDjMsxD71vtT/SGoXk8ph9VTGJPTAHFuAJ5AdDU5zeKYA3dkdOYsY8w+adM8
sWtrd6jIKahdw2Vkg6vJMwBYnfika1Z27AZfCBmdkGPDzZZqVncWE72k9PUSjKykFHRhVXRh
sysNwRkJRMTRYwIluEvFRuSPfKTJuEUbbMJZlhDD1SA3p1341pWnzwcSJY3zvZ+YLy6/OPRd
Va7M8djrMemWbCORAsBkMfp1AAowYhj3zczxxGncUxN0+s9QaG0vby2RuKW1xJGlewVjQH6M
0FAEhnGBlEFA/Xoh1mUU70y0Uy8MqialbtSs6b98lxBfDkmcd1G1CJlNOlD0OQkQvCRzZPpl
2AyVmFe5yOKQjK2nLGw9T0/V9OuYYbeStsYVALUrGadwRuK++dbpddhlEROzz+bTziSeaNuL
nSEQu12jADooLMfwzNyZdPEXxNUY5O5J5hZXmnyvJC0drMCY+R4uw8fh3APzyMhjlHiHJsjK
YlTx7zEujWVrJPLptrBYwyB0h9FXkll/Z3YElifuzXSiJHbk7XHIgbvLmh1bzTexxrbTX0xP
+iabCKrCnia0Cgd2bbL44bYyzCKRfmBoFsmnWmm2V/FJfWcgnvWTeB5QKemGG7BB36VzHlGp
ORilxRfnp/zmol5eXH5ZeYEDIP0IunS3SH7M9mxgmiNOw4qd/wCYeOdtoMgy6ePk8rqsRhnk
C+YPL62crQPeLbXZYgfv7eFiadq8Qcy/DBaafbvkjy5+V13oWm3cVjYzauUnl1hLy3ihs7eO
GjI3rABjzUEmnQgZVLHSg09V8veZ9D/R8V7Nare6XcafNJpr3EnpTwC2DSxpKxp9ZhlkUJR2
9RB3demo1GG5W7PHmqL8V9F823LXumeZPNWoi0tvN/muw1XzZrFCViW61RLq5nYLVqItaACt
BlnhRnMeTXLLKAf04TeddG8yeXvNXlfVZ/rmk62jDS9Qi/eQyQ3qMs8QkXkKPC6zITsVao2y
U9HAmqceGeQ3DCvLnma2/OT/AJx2l8r3OrDT/wAwvL9ik/ljWWI9ey8yeXLmSGyuEfqCLyyH
IjcrIy9GxjpBHl8FOXf8cnn/AOd0cn50flH+WP8Azlx+Tkkflf8APzyPoUXmvQZIKlr22hVo
9a8vXqirTRK6yxlW7Bh8rMmM3xAMsWSrxy5Prf8A5x+/NPy5+bP5deTvzZ8sotn5e862SPqG
lSMryaZqEDG3ubNyOhtp1eKtBVOJ6DDigInYbFqykg0+gnlgZ7y2uVR4Xi58GoRJGw4uCPns
fnmSQ02+bvOXkjTL6aaHSCltqFxcRNpdy42jv0RlspX/AMmVeVnN4qyHqoysAROyJep+fP8A
zmT+W1j+Yv5T3mtR6RHJrGgWba1a21wnJvU0paX9sxFGEj2RlWo35W6HqMhmhxC2zS5DCb8W
tZ8lec9Jg+s+XJJ9WsXXmlps06ilQI5BxWbboFIf/IzBGIF3sdSAN+fkrflpq3nDzH5ssfLs
Vw9hcNOsWpNMsqy24U0eqSseDAeK1zV9pwEIEke56HssxySFF+h9lLof5XeTPzo84WLIq2fk
u/srOd3Jee4ndbJCXJ5Fnecb1rtnG6fTz1OohDzep12aENNuNg9M8jf85heeb38nr/QofON5
HeflodJgn8xfAZdQsdWZ4beymvWBcXVqYSy0NZIKlviTk24GnyTgDLvrzLyOs0enxai47xIu
ugP7WZeR/wDnL78zPLskGq2HmKTzXYwuDqHlrW39eO4j/aWO4I9WF6fZYMVr1UjNhoDLTnbc
ebrtZpMWYekUfJ96ax+f2geY9F0TV9OE8OkeZNLh1KxflwkZJgQUqpoGjdWjb/KU5TrMk82T
fYNej0YhHvL4x/Mr807/AFYSWNhqLy2Mb0WO7CiQv4MRXlTLsUREOd4b5N1nUrpbuaWWOIEj
44oxTfxHjXMmErYSFJfoltNd3Ut36Kxq1BwK/GKftUzNhs6/LLi2Z1aj07hLLVkRrCVeafDR
Xoehr0piTvuxEdmVSWujWQjurRI4V2WaCMfCVp9qniPxyUpxHJAh3sltPLtvKyXmlzm3llA5
cd0bwJGVTAI2bscbej+UI9Sv76TSbhRayWsZllvOJaPgCAKAEEk5qdRn4dnaYMG1l9TeTfLq
Jp8UCXwuJmZ3STjxQlz9gjcqa9D08aZiYsnEd2vUTI5Mvh+saXcvazwvDIa+razqVV69/Cvg
Rl2XTWHEhmB6st0nRdHW4juBZJJDI/JQo4FH/aAK0+kdDmBjoT4SuSRI2L1K3sdOt4vUt5Ck
exoKtQ5vY4sUI8VunlkmZUQjITagb3MZ49CVIIzIw5sB5yDXIT7l891bLE8cbCQsppQfDXx3
zC7Q1uAQMRuSnHimZWdmITwySMSu/vnBZsZvZ3UJgBAtazH/AHWT3pmpyYZXsG4ZY97aWUxq
fT4j3OQjp5dyDnii002XaoFcysekmd2o6gJhFpjE1ooHfNjDQkiy0T1IRqactakjLhohbRLU
q/1EKOlffJ5dH1AYePbhZRUqag+GU/kY0pzlAXFhGSactu5zHy6MAULb8ecpJPphBPEkjvtm
DPSkObj1KC/R0JBEgKknc02/DIeABz2bvzMhyS+XS7UV/d13oTlRxwDfDVTPVLLizs129OnY
HbMPLCNuVjzTPVJpNPgdqopIPYZimA5uZHUSA3Q50WOSv2lGRhj4u9s/OEJJd+WGdiyXiqP5
WWuTGMjq5ePtGv4Uqk8miSrNqAU9qJt+vJbjq3fyn/RU4/JlmprcXsk3gqgLlkZHvWXaMzyF
JlD5d0SHiGtfUZe5PfD4tc2mWqyy609z8u28C/mDrlwsYFxJp6rJJ3I/0f8AoM9Q9nyP5dz/
APCv+qbxOunL+S8Q6cf/ABbx/wBK29D0vQT0u6UFM8r2qnseKXFd7v8A/9Lqn/PuaO1X86fN
EkVuIJG8manGtGZqpFqmmqT8R7mhzKzcmIDzmxSGP/nEa/tYYVjjt/zlMVFrRifLiMSa/wCt
TNcP8c/zP985cT6UR/zjdZ6efNvmmy1iytNR8vaj5O1K28wWbqUMkNFkAXj+0GQEHsRUZq/a
AnHGMo87dt2fHjEh5Pniz1eRruW3hRXSOIPDIa8jVqCvvTNjiJMBfOnDn6ZEeb9Dvyn8zeVt
I/Kr8tdC8wXd3Bda75k1exsZbG4kgaL4xI8kwjYDgSVFWzh+2MGTLluI2D02gkBfLk8d07Vh
5k/PryZqIupr6wj8zQ2mmNOVLLbRu4RSyqOdOtTWvfMiel8PSeZT43HkIHR9ntfwzaxeaTBq
FpFqUV4llD69ubb1JJVkkTi9pLFWqxN1XtnHCMjuBydmYiAHPlby7WtG1qXRvNumWrfW9Uvt
etp7FoZnYSo1iXQRyS8WJIBAB3rtvm97PIEo8XJx88ydx3Ply51PVIb+Sc3tylzAjLHIzuJE
4tuoJNRQjpnZjTYzHk6OWomCd0mtJpoNdXUzSZzSdg/7bBgx5H3PXKdTp+OPD0Tps/DPiZzD
+b2s6dPqiCG2ub6+u5bueSXls8oHFAq0BUAbZpZdhxu7dse1RyIZN5q119etPKNySnKKK4Vn
j3XnVAWUNUjBg03giQbMshMgvqbzVqLwjy3Sh9XQ7J2IG3IpvQDYfRmNLTDJu4+M8N+9hFzr
csRX7K8jttmFn0Yi5+nqfNKNG1uWb8x9Og9SkT6Qyug6EmTmNvoyo4ahbbONCnknl5mHnyNi
xPpea7dhU9B9abNvIfuPg60/UX2DrkgOrauC1KXbkA703zneH1FzMUPQPck/qCu3Fvam2W8D
bwBEQC2cyBkVWjIDGn8wqMhTAxKYxi1T4g4Wncf2ZExLSYSKbWtwq0KMDTpkeEhrliZLaamy
njuK9cshMxGziSwsjtJRdz20MzUikkUSUNNsyMGXjmAXHyw4YmmYziO7f6uJVIWhESbheI6s
Rt+OdPEiYoF1cbjuWI/4OXV703GrMHt4yRDaR7BV8Sx7nvTMrBgHVOTORyYp5q1rT9NiuNI8
twR2ltIvG6aAAGdh1BbqVHiTvkdTmHKLPBiMjcnib6TeancIVPCNzvc0qCO4jH7R9/sjNXkl
wh2+KOzxT8x/y70fzLb6z5R123mu9Nef6xp93HR5LW4KcVuYW6cwPhdDRXFAaEKwyuze05ac
0fpatf2bHURuJqQfnz5s/KLzb+X2pTRW9ivmCxEYksNQhBWO4Q1AYKfiU12KndTsc7TBqY5o
8UOTyeXHLFLglzeX6357886fCbDUudho7mjaTCAEam59Xu1Kd9sslIkNdArbf/nJFfKmhaj5
eGhT6hr0UM5tZ/VihtrdryN1j+tlw8rmNZDIsaAduRFcwc+zk4QTyYd+Ruh6d5j1fRb7U4Yp
/L3leQSRCdRxub63VeNAwKkQI3NgQQXaNfHHS4bNldRkrYPvXTdAl0yb655E8+3XlfRYlkFn
5Xurb6/BYJIOQgsLkT288UAYn90zui1PAKPhzYSxAlxBKg8u/L3/AJyti/KLWr3y1+aZuNOv
p9a1DVNK8wWlo11YSC5YR6jY3kCN6oQTRLcRSpzI5MGHc1wIjsWUo2bD6J/IH82LfSvKktxp
V2dY8seXPPvmWPT54pFkhOk6xJBqwjQxMwYUu5KDsK1HWlkYxIYSvmzn/nDzz9pX5c/mJ/zk
j+RUV4t15L/Tdv538guW4oLDWAba6jSm68n9D6W3zEMeEkNs5GQBfodF+Yri2FvqJSW8hLxv
egt1QBZFBGxrRW3/AJhkeO2vhYV5s8zrc2QMV36UjhVE1aMiyEBWoP5X4sPlkZT7myMbeZa7
qdprtteyXqJ6OsNDf3cDU4rJeBrO+SnSgZ5a/PCJ2GPDwyt+bXkP8rNWsIn0HXNLmhv7Iva3
VpNBLzBtmKqxjCs5RuIIZBInjTpmuyyobO2xcJ2KA89/lHAkY89eXrT9H675bjkuNUihLPJJ
ar8UtvUli8axh5YKkshR4gfTdFTW6mfiYzEu60EvBygg7F89fnO3mPzRB5N/KXyz/pGr+fNS
s7CG1BISSWWYGMyEVooY8m26Cua/srFGOU5Jcogl3vamUnDwjmdg9D82flA+k+W9O/LjylPc
zaT5SnbU7285em17qNyVs1vpT0eW4KOsSsKJEnBejE52PUxzSs7Do6HLjli8y8C0PzfrPknW
7bStfYS6Xqb+hb6mKqFlJPFJFP2SaU8K5kT05qw0DMC/VP8AIPy55y/M38i79vLNuusXn5fe
ZNQshpQcLdNZ30UN8ot+VFfi7v8ABUHfavTNbnvamyGphiyVPkerxzzHZ3cUt3Dd2sq3MMjJ
OsgaKSKRDurowBVgeoIyEMgLs6BFg7MMNhHdSJLLI6EkBy53BzKhNwcwT10lsoqJCk8pIWKS
NuLGviv9MzY5NnAEU006O/N3aPqKhowGUI260cUINcnzZEbPTbDQLKzCTWtoJbeUgTxSfHxP
ele2ExCDEs8tdIjtIo5bIFIm3aCtVBPcV6ZgZ8vDu7DDi2Z/5Ss5rrzBpXB2iaWT0rmUDkPS
YHlyHcDNPqct7uxhHhBe/wBlbajoF4DPGBbT7R3KfFBIPY9j7HfK8U+IOBn4ZPZdGvLDV4E0
7UIxMqj/AESVjV1J/wB1kmv0HNzpswHpk6XPilE3FM4/L/6Old7B5WikNJLSU1A9198rzaaE
5bbIjnIG7LbWH00ArVX3odtvCmDgEDwyaMk7SPUWlt5nWKpQH4SPDOU15lhyEQ5Ox0wE47pL
Je3g6KzewzUZNZkHRzI4caz67qJBKwMxHtmOdXkrYMvBxd7kvNVLUFv07FcwzqdQTtH7FOHD
XNHxz6oSA1vuf8nLsZ1B5x+xx5Qw96eWovtjIqj2pm502PLtxOFlOPonUCykUJX6Bm8wR4nC
yEJikCtTbfvm80vZkcvRxp5KRItx7Zu4djwA3afEK1rZfAfPIZexMchsFGUhBTQCh2zmdf2Z
wHk5GPJaVzIUPw7V65zuTGYlzIG0nncgmv0Zrc0yDu5kAlFxIh2NDmvySF25eOJSqSSNdwgY
5jymALq3JjElKp71k6Iq069DmPPISOTlQwgpTLdPIfiJHsMqj3uXHEAhnevc4TLq2RCEkfpR
uvUHBe7dGKhUZJnSqttK8fqhP3fZu2Dw5S3AYHLEGr3es+X5YB+YWswCdTcnTRIbcfaCA24q
fDc5612BppDtnNlPI46/3H6nj9cf9bcY/p/8U8U+uWP1Q3n6Rg+rjq3IV6V6dc82/kXPdPZe
JvVP/9Psn/Pvm1a2/O/XwwI5eRNRahFKFtU0snMzUURbCJePxFv+hSOcbsDP+eA9WtBWmgBC
Nu3w5hSh/htD/U/985MTUPi858secT5NHmzUFMvrXuk3Gm2np/sy3KMilvYV3yntLSeMIjuL
tuzdQMRPueT6fdahFDCI5CvFApK8B2/1Ccyox9LhylcrTrR9c8xabrFtqEWoXX+izJKIVmUA
hWBOzRkCtPDMHUYIyiQ5mHIYkF9rT3/kq4h/L/8AOjQNNu/LTW2sfV/NGizwrHaS30SNItzZ
vH+6HKh9RRTc8gBvnM5IHJeB2+E+GfElyYbrHn3TYfN+medxez6r5hGqW0yWyT8LZmjai/AN
lopIHjX3yQ7NjDEY0v5zjm+h/KMdlqGlXkcfmuyE17qz6iLO7uFhkjkBcGNvXKkcQ3w02qM5
fKJRnsNg7qUgBy6MI8veVn0/zF+YHl3V9CtPNt7caHdXVtdfWEdmjdWljmtZELBZGahBrWoI
75vsnaRAhR8i6b8kJiRt8zw3sjSW0zy/AQBI3TYdajOkieIAupI4SmlvawXV1NeAM8P1ketM
iElY+HEtWlKV6ZHIzibLJonaGPS4Ybhrqytw7RtQcgJHo5YCtKbZhZMVg7Oxx5qryeya1+b9
vqR0qKLT3STSrO3sC3Ookjh2LgEbE+GYkNKQGzxogtWPnby3rsOoTXhm0aSxflAqssgkRiFU
cW6EHrvmv1WKTm6XOAVVorrS/OZvY5luI7W3hjgvoiCjq6BwRQkjZtx2OY4hcKc8EE2xby7X
/FzSsPi/xDaSEn3uT/XMuUf3LrJj1l9FeZZnHmr8x4Vb4oZ7O4tXBIMbNxR6ezKaEZqJYxQc
nSy2DCpNQ1JFYi8eMIDVq9AN98fCdgJBZ5Z1K/1c+YfS1CR5dP8ARvPRlHB5LX0+LSICd+J3
I603zFy4jjI82PiwJZOraowBS5PE7ivfIGTbwCkfbz6ujLWauJmx8OLL9O1K+BQSzr1365Ay
aMmnD0DT715iimQUPShyEdy67Lh4XtekaMYdPjf7LXCLJNIT2pUKPYdc7fs/RmOIHveW1Oo4
pkdyXa1b3sljJa6UGnlnUhZAQE4HZiZDsBmb4Mu9pGWzu8guvKUdsxS9nj1GdvjaKMEQoP5W
6F/l0+eYefhx7c3YYZmZ8mFa9q8mnq9tY0Fww4ST0+wOnFP89s1mbJx7O3ww4Qw3TtPk4vqc
/JYEDyR92mZak8R4V6t0yrhrZtBsvKvM1jaazpOoaZqwf6vK5urK8tyqT2lyP92RFtijDZ4z
swodiK5uuz+0JaSxzBddrtCNTvyL8+Pzk/Krz3bW7f8AKvG0/U3uIi935p1ucQS2tdiILRUk
UkdQ7uQOy13zeQ7Xx5PJ02TsrJDfm+PH/wCcYPzI0mX615oX07Wcm4vbm3m9WScSfF6gnaoP
OteQVjk5Zo3fNhGEgKjsyrS9TvPK0ltpot0srCxQRWlvCCsaRgkhVUknqSxJJZmJZiScshqW
ieAvobyv55FxbwxeuC8hCLHypVm6DfxzNjlBcUxIL41/NbzfB57/ADMvrzTJPW0Py7bvpWlX
saEpcyKxa7ugoFaPIxAI/Z41zE1E6c/RY7lxFhXlD8yfzJ/Ka/8AMDeQ9dks9C9eGfV9CnVb
nT7kk8Eke2kBQlSSokUBwNgwyzFl2DRmxeo1yt9Xfkd+fPmDXv8AnJfyXruuaJZeXL3zHop8
namto8htrh72NmsLkLMz8aXUcI4liMjLIJGx1Y+GREjufr1aefZLhoRNUepGZXqCAJkEcdwo
HiI5IHPsreGYpnTKMLZXbXn6ZtrqAPMxRGDyxIJCqmqt6u44rTodzUbDK5ZW+MEF6N00ZcwK
rLz9eW7Y/Vklnbk3KNPjdRLE7blFod8AmssY6vZvyx8t/pDToI9as1162LtM2m3pXl6zH1Q9
vPxrxCNyUHYfsuuHhHVx5yN7PYNQ/KH8u/N9tcadrmiW2oi7ieOeG/SRbvgytHRblHjuRRZG
AIlfr1yfgQl3IjnnA7F8xah/z7+/JTQfOflv8xfLWna7b+YvKVylzoUc3mW5ktEeNSqrJDcW
s7MpDGoD1Pjmt1WAY4ShCIqTtsXaebLKPHK+H8d7x38yvIVv5Ohubu7jtbWCzkjvJrGFpZg0
0vKFZWll/e3Vw0dUiTioReQRFBd81GHCQa5O1OfjFk2X5PfnF5NuNU0vWpPqslqb6/mu7SOi
logzu6iqErsADsaVzp8Edg6bLk9Rfpj/AM4E+drvy5+R66o54Xfm7ULu7nP/ABbplnawO3/I
wmucx2zgPEOHvdlpYQyk8XR9d+ZvJfkz/nI7y+L+0kttA/M20hKRakBxiu3RaCG8C7upH2X+
0vuNsx8GXxPRPaXQ9/vRIT0UuKO8O7u9z86fMvk7WPK9/qOlarYvZarpcr22p6fOK0kQ9Aeh
BG6sNiKHLROUJUdi7EcOaAlHcFi1rp08twtzbco3t2+KF/iAp0+g5nY8luJPGAd3omk3dpNE
LS7CxPUoofdt/wBn5jMjxg1+E9E0S0urQILv4rdGos5/ZB6Bx4eByqeo4ebdDFb1fRNNaG5t
bqMB7dZEMkbjlGQTRjQ+xzVazLxDZ2OCIHN7hDpy2yNAkCQSRPwKqoXrvStBWo3U9/nmo8Ti
FMpnd6D5Zl/SUMtjM3OVBVRJSkqjajA7ch4nY9998swZRCVEOp1UCDxBPbbQkinL6e5huYyW
awaoBp19MncEfynp2ObqEBIWHDObai9N0xpLy2BuImikTZi4pv8ATmdjxynGy4GaQidkwuLU
+gfio0ZqpO23fMbtHTmWO+oaseT1MUn5cqFtq5w+omQXc46pDhSaUbp0+/MGcrbCUQizknhM
EqNxTECXQtUuHuRC296aFbwe22WRGX+c1mcO5FR2t4RU3VfDLxHNVcTUckO5MYbSUfauK1zY
YsEyN5NE8o7kyhhKbFq5uNHpaPNxcmS00hWgr3zt+z8QhFw5GyiM2CGiaYVQ0yA71pmt1+CM
xZZQNFKbi2jepaVlp2GcPrdJiBJ4nNxzI6JTNaWrA8pG985zPpsNc3MhlmOiSXFnZKCat881
WTHij1c3HmyFJ54rIA0Dk1zCmMYHVy4SyJHcJaUNFYU2GYcpx6ObjM0lkMSklQaDI+IKpzY2
UBM4HXpiaq2+AQZlQndT7ZAG24RKZ2Nh9cDSsfTgXq56E+GZOm00sx8nFz6jw9huWE+bPOl7
YXUtnpfpGK2HAoBXcdSaZ3Gj0MOECmjHCtzzemeUp5ZPz984RNxEdv5eRYwOpr9QarfSxzuu
x8daiUu+P6nldZO9Djj3S/4p8H/4huuX2x6fWnb7sxvyUa5O9/Ny5P8A/9T09/zg8beb839f
uIkVWXyfeIaChIN/p5/hl0zsgPnhbGS2/wCcSVjmUq0f5zmYinY6ET/HKxIHXf8AJP8A3yQT
4fx/Q+db2B57W/jRSxeSMqFFSRv2zMyRBZYsvCUPB9ahtb0TJNCq2wjiZwQA1D9nKpDam2OS
yi7yKWS00CeOR0drtzcMppzVUAofEVzDyhzscre46jr0p/LXyTozORZWOu63dSwCnCT0LWIx
Fge6l2p880UMNamRdtkyXgDy+21U3mp+UnDFHv5ba6kiCrwC+qtR0zK1cKxS9zg6adzHvfVX
mjX00781Lmw02OOPRLO+gh+rTKHEnNl9apPY1IGcxi0gngMjzd5l1chlEejP4te063/Onz4d
LtY7eGx0G4jmhjRI05pEgBUIB41+eYktKJYo33uRGYJIfGup6Q0ckE2lxzSWlsghvJnO3N2J
VmFduW/TOz0+OoB5/UEGRpkOgy30VlBWgjaSVHQj4eKdNvfLJBhj3ZrYgz+Xf0qIrSB7cXKP
CrqksqypUUjr0jda171zX3LxKrZzgQIWhPJ+jWmv6L5o1a51f9F6t5d0xr7RbIqhS/mjk3tg
HINSOnGpyOpyHGYiubRjue4TOwtLmawn1Kazt5hqrm1ewMfGWIRqsgl4joCTQHxzCzT9VVs7
LBDYFkepW11aaRql+USGGKGCN3Lqr1kAUBV6mlNyOmYsQOLZzzOopb5ZvBFqVm7DcXNjJv3p
OvfMjMBwFxI2ZPbPMHmkWP5geZJpbWK8sdTmtINRin5UWMBDzUqRQrSua3HiEohyTLgKXzSt
c6LdatAEksvrMuneorcmE3peooZB0DKag5OMADuy8e9uq78q5JR5/trVI0KalZm3l9SPlVVQ
mgr06UPtlGtx3ENUcnNE3F5PCzKssi8WYcUJoKEjIx0kSAadhHMVJNVvQdp369Sa4jRxLZ4p
TW11e8qP3je7VyrNogOSfH72faLrVxG6HnyB3pmCcBiwzASfQvky5vNenjt7iRnsYELTBnPE
D9kAe5zoOyfEmaJ9IeW7Tx48UbA3L0LUZiEMEHJlH4+wp0GbrPl6B0mONndg15YzxwzTCGSZ
gCEA6lz0A/jmrnilPfo7HDkEeTz2HyWrObzXAbguxe30qE/3rDekrD9nxA28TlAxiG5c8Z7F
BC6xZfUbS5luuLXl7GY2WMAJHFSgRAOgAyiXe3Y8t7PAPM+gxWtla3Z5y+qxEMUjfbAH2+Ki
lAdhXrk4ZLcinjmq2LyxSXTgq8ZHpIu3xdqDLrV5n53a18neWxqV/wCV9Q8yeVLVjJ5ottHC
tqek20gJa/sYGIE0aPvNASPh+NGQg12mhz8R4JF1ms09DiiN3zJ538u/lzquh/4s8o/mD5f8
x+XLhOcd7DdxQzx1FQlzaztHcQuO6sn0nNlOBidnXD1B8Hea/O7AXul+WbiR45VeK71ZAURY
j8Lpb13ZmGxbsOnjmbhFCy4mSJJofNgFhqLaSj3NvGzmGEm0gpUAjcP7AE1c136d8E4iZcgT
8KOzO4Ft9RvJreBALbVfL0cCpWtXUc2JPjzqcxzIj5tR33SK71y70qLyv5l02cwalpEkapcD
cx3VlIssDEf5LoDlmONlqkat+0nk/wDMez/Nfyd5f8+eWQ31DWOUuqWUCCaWw1MKfrcSxVQy
NbvLIrw8lM1rKGjPIIRDJDhO6MUrfQXke3/SEca6gEuESf1o3gmW4VGpTjKDJA29AaXEcZU9
e9cSUTbmg7PUlkS8un063T4J+Nqt9byE89R1S8Wwht4mX7YBm+CRdmZJGQlU5ZfihbjzlVvc
fq/mb8n7+8sNUjuPMXkm3BlsPNNhbme4sbaSoP6UsbeMyx8aHld2iPE1OUtvE1XN2SBifL8f
i3FBEve9i8peZNF1zSdOn0nWLW7054+FlqMUkdxBckbKI54meGQj9ri3KvVVOVxnswMSCm91
O91bmMGRZmDRNAFDvFKuzIpP2vEA9R0OUZTxNuK47vl/8wPLcN19cvL5Vubm1lVbeC4tzJyk
uAvruqgMAZa1NKHigjU9a6vIN3b6eQ6vzW/NDyRbywalHZD177VVvYtPg48QJFUxzTBaCkdv
HVmPZmRD8Zzc6KRMd2jUj1Wn35HXVhpn5MeSrPRHolt5fNgLaQlJhq+r3ry3ckimhCu8iiM0
oVSoPXMTU4fElTdgyeGCXsfkTzNqHlTXbDUfWe3j+tNL6RJFUEjKo+lN/pzWa3RER4hzDlYd
QMvoPIvdf+cjNDtPPnkfQ/zV0eFRd6dIuneYwg3NvKxEEj0G5jchans3tmvGbxo2eY2P6G3R
A6fMcJ5S3D4gsNPlW8kghjEivES3Lbcf0zJ08jdOxywZPougWl4ZhdRn1+QKDoR7jM0RFuKY
9z1HRFdD9VuIizoaeqRUOOlTmJmyUacjFjL3fytomnX+mLIqyQS20vCeFWHBh1BoelQabd80
53nRLblyHG97tbSz1awhljgjkuLeMRSW8n2XQdEY9aHsexyyOARdTkzSB2Qx0Cezlh1XRQ1x
CDSeyc/voSOq/wCVT7/nhOmJ3DVLU3tJnMMZ1O3guVRoJoyP3lDVWHYjauZ2GM4Ddxp8LK7O
QgCKYFg2zE5stPm/hPJws0L3CV6rqElhK9u7NxIBWvRkPQ5ou18uTTyMbPCXM0eAZhfVh8+u
WytV+QHyzksxBLuIaOVbIUeYbLkOIb37ZizlTP8AJTRaa7EBXhUH/KGVjOA1nRyRUWvwHsVp
7jLI6phLQSTGPXYDsCTmQNYA48tDJN7fWYGA+I1zMxa+NDdxMmjkE4gvoZKUJBzcaXtKALhZ
MEgnEEwbvsc7jsvXwyinBnAhF18M3jBaSO/bAZCIsqg550WpJ2Gc72p2rixirbceMySK41O1
SoIY/LOI1naWAncG3Y49NMpHcaxaLX4TTvuM02XW4j0c3HpJlI7jX7JQaRE+A5DNdPPi7vtc
3Hoch6sL1HzJOHf0OCJ22BOYs83cHc6fs6NepiF15m1AmgkB+QG+UgEnd2+Ls3F3JRL5i1Et
QtSvUU6ZMQNN40eGKAbzDf13ep8DTD4JKnDiHIJjp2rahqdwlrb24eU9WA2A8TlkcXRxssYY
42XoV0i23l2SK/uVteB5STqaUr2Hvm50OMiIFdXSSkJ5uIPl9tbh0i51F+BvmnZhC0nYVNCc
63BpzIBtnkp9MeS5OX/OR3nyOv2PL0e3+x03+udR2SPWT5fpDyOrP+CQH9L9b8/6w+rx5/T2
yzhNOzsW/wD/1fc3/OIfl7yrpPnzWrnRZbiS/fy9PFL6p+H0jd2hNB/rKMgPEEqlybpcHB6e
bFPPX5eaHb/84+XFh5YeWWwtvOS6zcCY8mV/0ebdhWnShU5pNNrJePc+dV9tuwz6WJ2jyq3w
z+hvSmLI/EdxTOnhLiDp5YyDun9rpkV9bz2s6CSJxTkabE+GDJYDZiBJQE/kq8WytVhi9ZLO
R2+HwbftmvyT73PjHZV1e1MfkLTC/wAM0Gsa3UEb8Xs4h+vMGJ/fOdKdYaYn5a0OW6byjOiN
I0FvbmiCpoGBPTJas+gho0v1gvoLzdo2p3HmufWoLCc2813FK0hQgUVlJI+7NNj2xkO1yHiy
AhG6NMzfmx+Yd08lIL/TbgQSnYNyRBse+wzHyD91EeblYZAzN9yXf8q9aXQn1yy8w6beGED6
3pNSt0qk05gNs9O4G+bPFqj9JDhZcEOdpLBo0Tq6y3sUPD7Q4LmVxSLielfa+UtGug/1jzGt
rdV/0UiCse/TkQdh8sqlMx3XYnmx7WtEm8vzGzuNQWR4X5Bo1RgQ4DBlJ7EGoywAZBZRxmBo
JZb6tdQSKUkdjXqVQ7fflctNEtmPVyi9W/LbWbaXzlpw1qG1vtPtrW6urmC9tkeGkafaZamt
K13Ga/WabgjcXO0+oOSVFmukny9Bq/nK6iezaxS6jktIfQPCFXkqFUb0AJFKZrc3HwVbtcVA
se886ppcXmXVkNyimVYWkDRMxqYx1Ncy9JhJg4WszCJZp+VV7pN75J/MiyupoTHbzR3tjJ6b
j0riGA8ZBQ+Bocx9VjMMgY4p8YtNvKkstjrWkags7JV6xTglftAioNB44M0SRs2g2itWsJr2
eWeK/hdpJHaWoKsCSa12wwO27k8dBKI9Nu50sILWMzz3El5Gzqfhb6u603Ps22UCVTLeMoKc
roWsWESzXdsYouQUvyVqE9AaE5YZxltaDkCfac8kRAJBPYZh5sXUI8UF9D/l15us9JtrqG8t
2mNyykSowDAKKUIPUd8yuz9XHT2JDm6btLSSzkGJ5PSovNVnqFzb22n2LNPcMERpWBp4mi+A
365soa/HlnwxHN1WTQzxxuRTy5jKRfVy7TMtSQaAsTv22GZGoyDkHHxCt2MPamL1p5WBdUJu
pzsqoOkSHwr1Pc5rpQlI7ObHJQ3YPrmkBo4rrUWKQzHlbWaf3sxJ+FadgfHKdTDw42XI0+Ti
lswLzh5eF1a2ySNHDeLJ6jkLVByAURqB2UbCma7Hlo27Mbh5H5p8rJo9xHah/Ul+rpNIzKBR
mrWnsMzsWQT3UmmAWum3UF3cX0jARKpJbxBG48KEbUywTrdlVh8ifmJ+Q35beZ5by48v+WtJ
8ta7dyPLNNDAUt5WY1LGOOoQ/wCqKe2ZGPXSjz3apaUS5Pgv82PyI8x+Sol1G4tk1DSGYIuu
2Ye4trd2NPTniQLMnseJU+ObbS62OTa3V6rTyx9HzHfabq+lmSVjFdWd1W3kvrZg8VB/uthQ
NGR/Kyg5s7iXUzu1bytevpus2XryUhBMa8jsAcE48W4Yxvkt1SRSfM+ksaiOdruzH+yqafQc
tgKosZb2Hp//ADj1+cvnr8nPNvp+X5LXU9C12NZte8oap6jade+ijPG7GNleGZNwk0ZDrUjd
SVM5gTDXEGJfqh5W/wCcyPyu1qy+uar+XPnPTr8xoZrK2fRNVgDEVrHc3n1WRRTpzStMw5YQ
5kZmuj9Dv+cYrPWPzf1/T/ze8waF/gv8v9DmkuPy38oT3C3eoatqbwtavrmrThEVhbwu8NpF
Gixx8ndeR+M3YALcXPKtur9Bbi3E3CWMhLmGpgl8K9VPse+ZRDiPGta/KzyfqF9qGu6Qlz5F
8y3kf1i61vy/Itq9ywciT69aMjWd3xalTNEzHxHXMOeGJ35HybYZCPMPNNT86+afJWpWGmed
hDe6fdzRWmhea9PBjtbicn9zC8cjmS0uW7QyO0Up+GGZHpEddmJi5uKAnyY55u8xS+b7pLHy
obbVNS1X63DaXsplS2dolRbp5zAY5vq9oZFEqfC7yslupVjIy40YeIbcqHoFF4N5g/L6z8q6
XfT3iT6n5g1kCHVvMuposV5IVLi2hgijb0be15xOoghUIrENV25NmZinwLL1h8ofk7cxz6Tq
3lu8j9HU/wAq/M11oTSoeEzafcyyXtnHXqVeOVl/ySu1DlgqW7DNExD1LzZffUAryQtYOP7i
zmZWkjQbCvHbpt7ZHUASg16ckSD6Z/IPVovOnlbzd+X+oy87fV9JZbSJ6EfWbkyPGRXuohDZ
yOMcGeUf5zu9ZfDDIP4S+Z7i1+o34DKgkJXlx6V6MPvyUMnCXd8InG2Sfo9rWaC5Q0VqcqdK
H+GXZtSY7tGPFez1zydoUOvXV7bC4a2eC2E0UygMvIsF4uD1BHgcwNVqyKpnKPA+h/K/lqLT
NOeNZBf3BYyOGX01b4eLRUNSAw+40OYcpcUgXA1OTiGzN7Gwewkg1KxZrzTpv71afvEHdXXx
B75uYQEwOrqZZdt+bMY4AT9YgTi8gBlXaki9q+9OhzMjjI2polK05iiBjYItJG+JC29COgIz
LEo8NFxZc7SH/FVpauY7qzkV0b4jGVYVGx60OaL+WcOGZEwbc4dnZMsbiWNeaPNFjqUNslmk
kcsLMXeQAbMPs7E998wu2O18OshEQ5jq7Lsvs3JhmTPk8wudYuAWXiCF6N8s5o7vT49PFAfp
OduoCk9RmJOJPJyo6eKIiuZX79eu+YZgWMsYCa28hB3UEE7/ABDGnGyRZBbXFvGQaEntvllD
vdfkxyLIrW7SgZaD55OJdflxFkVpf7/sj6czsOWQLr8uBkVveED4vwzfaTX5MLrsmAFMRd0X
Y50UO35iNOL+X3Q8t9x79OuYOp7cyyFBthpwkd3elw1D45y2q1U8h5ufiw0xm4ndyeNds1s+
J2WOADG725mQP6i8UHcjrlEgadjhxxPJid3fk9CAvtlXBu7TFhCS3EiuGLGgHXwyYwkuVGQi
mEXl6wsrZdU8wXLW9rKoe1t4zRpARXcjcfIZstNoK3l8HCzdpzmeDF05lIJvNnlqBjFH5djN
tWiOxBdqdzX+ubIaKNcg1gZeZmbSqXzHBqb+jFolvBYf7sPGj8fZgNsn+QBFU2RkY9SSzXyx
PpKhm0yNrNF3vLmavJ1G9EZuv0ZV+S4TsHG1EpTG+7EPO/m7QzpN5pWlMJjdScpnLFzyB3NT
m40mkIPLZx4gx3JfM+pTM8hHqmnhXOl0+Og4+SVl9seSI3H/ADkr+YMnFvTPl2IB6HjXhpm1
c2nZXP4H73ndV/i0ff8Arfnh9VvCxn9JvTDBS1O5r2+jLeIcLsuF/9b2V/zhpLcN+ZWuxz9B
5YuSv/SZZZnakCmvHdbsv8nXS6p+TF9FcIskdz5iltJkboQ1ih/jXOO1uM4823df2vQ6OQnL
fu/S+eZvym8ypNILG3gv7Yk+m5IViD4g5nY+0oxA4tkz0JJsPOrnT30bULixvYvqlzA5SaAi
hUjNtjyDNGw67JEYjRT/AEq4tIiDIwYE1B7H6MozYJMoZgGQ3ul6B5g0ia0trJVv4GeaEqPh
cuAHDA7bgZrTjnCduWMkZxpjOjrFoUkfDSVtp4l9NXC0AUdqZZPAcjGMxB6JH5t1HjBJPwmh
58Asihgdqld/bMaeiFN8dSbeoaFP5J1JCdS0K0tnlQpI9P2WFDQ9RXNDn0+aEtjYdtjzQkEg
1X8vPLMckknljUElUqTFYPUuviA/f2rmXg1chtIU4+TCD9JeJ6v5S1aGado7OV41NZGReQHi
DTfNvjzQkObrZ4Z2lttpcKcVeMiQbMD+OCRB6sIxPVmUPGMpNHp9s8roiy3EsYdmCCij4ge2
Y8waoOREgb0zlNB8m+dNPOmanZW+kawwP1TU4IgnGQDYnjSoPcHNdLLlwzu7DniOPLGq3Ylc
fk55k8mSN5nW8sta0lbeaxvTaswlijuV4CUow3WtKkHbLzro5hS4dMccrQ2k6VcWo1RknVP0
p6frIyB/7sggg9txlGTHxCnPExF2qeVF1zUrvU7qZfXuinwop4jitBSpJyzFkOMU42bEMhss
q8meWf0DDq9mkpMWrkGRqfZIXjtmJqpmZtsw4xAPQ10KwltFivb5iyEGJwByWncZSCWcvJBX
+hQ26q0c/wBcsnIZplFHHiGGMjvTKMtt1K10DRrkotnfXFvNGWZEJBALbtQbde+Y8hIHcMrs
J3aWFxAsljfRmeCeg3Y0YA1+FhkSBdhNptJomnXaBYYDpd1EKI6VaN/9YGu/vjGUid2BBV7H
Tr6zIIZJgnXi1D9xwEBBL3P8u0tJLi5ubiWK3uoY1SBJXCni/wBthU+wGbHsyEeIk06rtSUu
EADZ6RPqWjWrlHvI7qcgkpCQ5+kjYffm1nPDCW5supjjySFgUukSH6ol3dWyKxJmigb4lVf2
eXie+W5ODHG+9hG5GmJfU5LyZtSuULTEN9VQ78FPVqeJ/VnO6jizF2eOQxhj93pQWY6jdxHj
CtbFZBtXu/vTt9+V/ljDm3R1AkdmMyeWrPXHTVNStll9EhrbmD8ESGpLCtDy98qBN7cnKOUR
i+ePOMBXU9YKp6drdXDFJAtIwr7hajYbdsZZPNy8AMg8fvPLItbg3Jh+EpWIkUND0IxjPucw
RI2YbfeT4dU0vUrS5obbUYpbe5iYBgY5VKsKHY9ctxZTCQLVlhxxMS/IP8xPIOpeQ/Mep6Vr
qNBBBdPYpqTqQCVHqQpI1PiSWEh42PT4l7Z1uHKMkQQ8tmwmJIfPnme3gimDWl5DccTUrERU
U70zNw+bh5I0hLyZnuLfU1AZZYVWdfEUoa5b5Ma3t6x+THl9Na1nWtXeEPa2VrDpGmmRar9c
1KQQqf8AnlEJJD4AZMCg0zO+3R+jP5JeXfJt/wCY012/0yC+tJr4y6bp9wlbdbdGWK2Zoz9v
90ikA1FT3yEtgmJN0/ZL8r/NEDrZSQ3sbwXkZJtgCv1cIeKR17EfZIoPbplUZbscsLfVllq0
E0SDmOQG613zJGQU4tFJddtTcgzWsoVgebQl2jPOlOccqVKkjYgqVbuO+Y+bfkygd3k/mKys
/Mun32j6xaQ3MN9HLZXcd1EHEzyoFEU+7xsJNhsVJ6gVAzBlEHYubjJju888p+XW8uK893rk
ut3b6JZhNV1IN6kFrp006+lLICpkYMDI5PxSyEFqtvjGAiGyU+JhX5iWks1gYuHGG6mNzdT3
UTRXAnQER+tE4EjtEkxMSKI4VLc/jYZVkIi5WAcT8zfNuoN+XP57vrXqC18vfmlaJp2qO5Ih
h1G3atrN4VqAhJ7PkYTrm5OXHxRZR5t8waprcjRyvxtbi6+urcUPNBKOMkSxqCS2w4gd9jtg
zTsNGLEAX0N/ziv5uGnfmFFpsqq+oak5htrKvI2sIQJxem3rOoC0H2VrX4mpnM6syxyEo83c
ywjJiIJ2DNfPHk6zsvNmp2+k3J1HTrW5eOC5C/7Jl26+mxK8h1pXKAXZaXIZYgZCiyzyRYJJ
rWmVjRo4gy3HNeSlXUqQQdjWuY+oyEx2biALNPfY/LGn+Xr2O+06xjs4tQ4repCtE5gbGnQA
+AzEEZyHqdbkz8WxenWGnCZY5oSFoKSIB9pPf3GbXSaUZhR5unzZjAo5YX0ub14a/VLgg3CK
KlX7OB79GzZwx+By5uNKQmypJo0tVuvS5RRj96qD4l8SPEe2bbHljKHGenNwjGXHwhuDUtJu
SDDewq1N42YIw+YamN4Mm8ZBZ4skeYLyfz/Ja212bm3njf1QBOsZB4sRUHbxzie39NDxeKD0
/YcpGPDIPIpNWkdj6cbSKDuaZz/5WRekjGKFa/uCSViavhSv8Mfy5DYKCMjh1K6TlREU9A5C
n7sicJbfEjFctpqKGjqjA91bKMmAsvGiU1tbS4rX0iSO6ty+/IHSOPkzRZNZ2MrABqoCe43x
OlNOBmzAcmQW9vBBRZpWY9gMh+XI5l1+TJKXIJ3bT2SbIjO3gRmRiiBs4OSEzzTiK9fYCAgU
75sI5JDo4ssI70wjnZqgqEzJjkJLRLGAsnljVKuofxFcjPbcphAkpJNfQ70iYd65gzyRJ5Ob
DAe9KmuPXkEcBIkc0AyijM1FyhDgFyS7UNSs9IRlljS+vWFHLbqvsAcuJhh2I4pNuDTzzm74
YsDur/TL/wBQ1/R1wwoPTACk+JU9cr4BLpu7fHinjFXY80Zpek6fqBsuV0JEtmrqA6c6bqAO
wzIw6eMiPtaNRnyQBFc+SU/mLr9vcsllDx9K1TiOO+57DNtACRscg1aLTnHE3zLx21iiuSXu
3KRRfHGR3I7HMuEOrmz7kBea28HqmzfiDsTTwy+ELauTGdV85avOkcc+oytHAtIVB48R7Upm
di0l9HHyZAGFzaxJI/xOadSa5ssemLhzzpbLqsMNxHNVZJYmDKG3UkeIzNGE1Tjym++/JetX
lz/zkl580RnX6lp/lyOSONRvzddMarHx+M0y7sqABvqQfvdLqj/g0ff+t8Gf8q+/M/1Av+G7
+pHICq9B71p3yH5vBVW7Twpv/9f2j/zhyGH5ka56i8XHlm5+765ZZlZjYYhjFhdXNv8AkIsl
rOYJV8/8eYalR+iulc1GbGJ6qiP4P0uViymMb80q8u+dNRspo/rdy+xANTyU9q5iavQ2Li7P
TazvKa/mP5ZtvM8H6csLtG1lYl4xIg4TqOzHswyvs3USwS4ZcmWuwxyi483zReLqemT+heQt
bnqAe49jnV45wyCw89kjKJRVnrt1ZOHjkI36eOQyYIyZQySCcrrMtyQ0jVYgkg9/pyo4Yjk3
ccim+l3Y1SG7iAHp6bqAhRu5cQhn38ASAM15PrI7nM4SIC2TfWbiPiqgkDuNsx8mEFshlIZd
5W159OvUmEYab7FJPskHqM1mr09x2dhps27J9b1DUdPu/wBK6XYiK2uQfr1oSJlWQ/tIOvFh
mDgF7EuZl23CWx39nrtvPaXum2dvLIjehdcApSTsQQKjJ+FLHKwWoTjMURuhx5XWW3H1fUoH
uY92gPRvZWy8ZvJqlh22QdvZvazFJENvPG21dt/44ZVNGMmJZhZ6g8ljd6VqGoyQWt6hR5Uo
dvCh7ZhywiMuIOdHLaXr5PtncLH5ii9Fv7o+nVq+9DkznHUIMT3pHqXlzXNJk+Am8t6/ubm3
qyt8x1B+eXY5Y5uNklkipRnXIFD3MU8EP+/elK+I64TDGSxjkyDmivr9/WvrNKAKAsMgcMG7
xJnoi4tcvEjeK4gWaFxRwPhNMqlgjzbY5JLY5FV1ktBLEQa0Zq0yJiK3ZiZZXaa6wt1truLY
HklxGd6/I5jSwgcm6Mid0xbWG+H07wBen2Sf1ZHwlJRcOsPQMtwkhpuCKZXLHTIC2QWGriZg
lyEUGlGB2zGMaOyyi9K8rWS3mr2ECzBopnLzqP5EHI/fsMu0OLxMwBcXXZPDwkh7zd2sdwKE
bD7SdqDpXOl1GLj9zzGOfCx+GVLnUvq9qBJaWqM97OByV2pRY0PhXqcwseOAlQ3bpyNbpbrd
nPqb21opKpOS87AbJEtKj6egyjUXM0A24JCKWa9bi00S8MICSlQiKOyHan4ZRPT+HjMm+OTj
kA8Y1fQlTTtOt5VUz3MjXtyjCtaDjGCD4bnNDlieb0Gjygc3lXmDROWuJp3AqXWP6wze68mP
3HJwPDHdyBmE5UGMjyrEFkvI1kaCCYmKFt1IB7nvTJ+LxDZuMRb4q/5z38qSaX5W8q+ef0NH
deV75ZPL/nm7hHGSCeKRZtMuWahEdPUaNJDtyojfaGdX2THxMNjmHm+1DwZq734w+YotJXkt
vexz1HqWl6q8GI/lkj/ZYdGHTwzc4uIF1OUj3JBoela15pvbLy/o1s13eys1ADxREG7SSOdk
RBuWOwzNEN7cI5DVPrvQNIt/L+hW/lvy9P8AWotPW4mvtSQ+m17dsoj1C9iBALJbw1iiHU1Z
v2GoksR3vpL8u9aWxu7NWKxRj4Yx0WNgP3e3gCBleQWnGaL7y/LH8xhY3At57mQxyMvoShVq
Wb4OS8aCrPuFbYjYFTmLyLlEWH3H5V8/29y8amf1ZY0V1ZQTzQ/tVNPx3HQ7jJAuPLE9Im81
QTwF1lTwX4gKnwof45GUgxGEvPdT16Kxe/uxGnpXcHpSlWQfHyHpieR/hiUvxAlJoPstx2bM
c05IghLrVmsZLsXCOs0T3Hp/GqcXjnivSJVcMFjVieRHRQSK5K1MXmPmzUxc2l3qWp/vZrus
0NrECpYPyPJifsKSfsjcDiv2q5hZiLc3Tgvzc/PzR4PNuhXti9FmeklhMSfhkUEUB6gGtCe2
3cZWHPD5/wDy9/PfRrK2k8m/m5Zazper6TEY7bzhp9q95FqEIPpiS8toysqOhADSRc1Y7lVY
7ynCMxcT+xh4ZifJ9V/848ebNK8z/m/5M8vfl9HfxWev6nDD5s/MLUbV9PEdjHVprDRbWakw
kuQvCW6kC8FJWJeR55qNViArjN2a2+9ypyPhyI6B+kDaDBZy6hIsaibTr25sjCq0VEWQiOnz
UUzUSJiCHPxZeKMT5L7HT3KLPEoWWKajUFOu69MxADI03Ty09/h006no0QbZ+AD18QOv8c3O
l0XiQt5vUZuHIU00D1Lcokq1aM8JPcUpX7ss0xODOHH1Prim0s1rBefU7mULLIKwO2wcHsT0
qPxzc5zASqXNxcQkY2EytYAiSwsA0UgK8R/KeoyeiA3jLkWvNKyD1eM+YEitLu7s5UDei7IP
cdvwzmdZDwchj5vTaXL4mMF5/dPZx/FUyFqijdM1k427LHPogv0xbxfuxGqr7AZVwW5MZIiL
VoG+FpBGh25UGJxU2XsqtaafMokk1AxoenE5CWIFl4sgqLeaNZCguXuuJ+y1aZWcUYsTKUvJ
MIPMcKEJDaKgJ298rlKuQaJYb5lNE1lpKMYSPGhpkJT2a/B2TSHVAAKW4J6/FXI2O5plp76p
1a6qTQi3RPFhvk4yrkA4uTTeacRX0bDkzlajfwyZI6lxZ4COS15omoReCLxNcrIvcSpRAj+G
2xc6bxpLdmZuu2wwg4h9UrQceXoKSy51kVKwwqyDpUdRlEspuogU5OPSd5SC812e33t4Ujcg
ioWp3yInIGwKcyGkifqNsNuNK8w6u7TRQ+mr7rLOeII+XXJY9NImyHN/MY8YpAR+UNYW5je+
e2a3DD1aSENx702zLjjpTrARsnGp2fluwjEVpqD20w3llR25N7Gm2X8Av07tWHJkkbkHlk6W
U0tx696TECeDd29zmxxwNcm6WSmG6nexw84bSRpYmHxEin3ZnYsN82qeekBpWi6p5hvIoLWJ
4NJLcb3VGA4Rim+5IqculOGEebUSZFR8z/lvdafBNd2mt2uqpGaJElRJT36jMrTa0GraJwJY
XoPkfWvMtzPa26LZpbKXubqY0RB/HM6esEPe44wIjVvywMNxp1tZawl7d3Ewiu140RKn7SeN
Mj/KdRsjZB0tl+jfl46da/mRrVtbWMaX+qaZ9e1G/VRzcw/VbdEZupotKZZ2PKR1MgeQj+kO
l1Y/wSB/pfrfC/8AytbWProT643pbmnvtlP8nDgd14/qf//Q9zf84lW6RfmNrUi9W8t3I+j6
5Z5dM2EAPNXjEH/OP3F2/wDKibEf9srMPnrP+Sf++bB/d/F5HasLiK99CcvJbcG9M/aCg0eg
9qg5kZCNmeO2VaT5nnsAqT1khQirVoafTmFl0sTuHKhnI2Kb32taDq6EXdhHIWFFZgOX34Mc
Jw5InKM+iCbTvK97o8mniK3sruNy9vfGlQx/ZJ7g4ZZcsZXbPHCHKnkup6BqMfP1ZJ0jjYfv
7O44kVNAdh0ycshO9tgiB0ZR5U+p2GmuskrBbi+fi0hqzuUUVJ8T45RHY+9OX1UAzKWayEKT
+tyQsqKw/matB+ByM5sIYyqx65BGCrW4M0ac6EjYA0qfapGYk4EuXDmjIvOcbypCJWjjVGEs
2/FZOPJAG/aBpvTMKWEDdz45CRSs+pCebT5AgjtdScBZBRfhKgu4/wBWoJwiS+GLQ0Oqo1vF
ObhQZPWCFD1aHfb/AFgQRkjyYeCSdlfS/Mltq+nfXkvVeyvr24s9Ec/7uawUCdkB3+KQsB/q
5jQncjTccVe9Qt9XNyn1gOEhIIUk0+LmUCMOxqpyRkyjjCLTUpbW3EsgaOaMCSaNj+zJJxSM
eLBVJI8crO7YcYZhBr089lLJbTlhD6MU5JoqF09RnPsAQo965UI7oOO2LahqUs1paNJPxmvY
RMOpX0magJf+YCtfDJAHoyMAEul1NeMCCQRNcOYoVLbvGrKY3B7clO+SPFyboiKu1yyxH0JD
K6COsTfCW2Jbr2NCK5Cd8mZ4RzTszOqobZvVjmeILNIeKjmKMvLxDVX6Mq4ZMIyipxaikcsc
N0WEjmWOWMCrK0dSenenhjbIjuRVvf8Aq25ltz6vGJRNIpqElofgp79a+AwGWzERRNtfwOVU
3G0zoIWFd61r94BplcpNkYd6cWt7PBdiOT4OEZe5UmpRuRov0Cg+/MTmzMXp/lvzhLo92j2k
qfWkBjbmA2z9qHucqx55YZ8UObRn0scseGT0WTzvqmpqFnuyy1+OJKRr8qDr9OXZO0M2QbnZ
wI9n48Z2D1rySqz6XLdgACeUopHggp+s50HZeLjxGTpNf6cldzJjFb2sU9zdsqJuWdv2UH2R
mxjp4RiTJwxKRNBit3GNSiM/pNFFczAQRtSpijFA5Hbkamma3tD1Q9I2Lm6e4S3YXNo/6T1R
5ih9OJhFHt/LtnPywcZdtHPwQ97CdZ0JWutT1l4Cp9Q28akbsB8Nco1eMg02aTUCO6hq/lyK
y0OACKhuVPPagV/tdcGLCatyxrLnTy38x/Iredvyx85eV5rdpp7nRpNRsImRHDyWqn1oXikV
kljngLK6OCGoOhAI3fYGoMcph3i3F7bxjJjE+ofzpaz+Snlb9L3ZTT7i04zTK+n287pAnpp6
h4rKruvIcqLzPQ752gk8nKNKtnpmlaBBJpWjQiytpWregRPbJIFFaTSOzTSgeFQPljxFQHpP
lOEXDottdLp7RemYL91HKKUOqwSiKnEJGCfhpQoWU7MTkCSxJ3Z6dPOmyzCG0azmtHkXUNJi
5S+hLE3xvaP1ntiPiSlXjHwyDYOyCsdi9D8seeWCJGs8TIaiSQnkrA7FSVNRlExbnYrfYHkv
81FjgQ3N+jAIiyxyyCIdFLAMa0+MFgd+u4pXKyKZEPojQvzG8u6jbXTW96+s+gOWqS2gjWKx
iryJluJJFt0JO1XdBTZak0zG4jaSFD/lYNpeXh0u60jV9M0xwZYbrWLC4tbTVrYCjXFtcTxx
R3sMDOqypGoCclkYSJ8agSZiHnuyOS/t7eaS3d5TbWsiRMZpGeR4oYo2pMzVagMS8q9k3wGT
DhJfN/nr8zFjjezuHnRY2MJvWicEq1JfTWSgT1OLrzUMSvLoD0q+pyoDhfI/m3zJDepN0e4l
Yh5B0VEJ4IO1KGvbc+2RkOGLkwNl5v8Ano+keTr7/nFHTLy0AjvINYuvNzHZ/qOvXcVkys3d
RRnHgRUZgdl3MZiep2+FufroCIhXTm+mvyCXT7r8w/IVt5Pvr7X/ADHp9+1tpuppYS2OkO1s
7L6lzf3qxk0Ao6wxO1enjmHqoHke9eKIxnurd+renxz6lcldWWKa/wBRlb9ItBF6MJm5EN6a
VJABGxJqep3zWcXiHcbliCMeMVyATuz0FLe9nsip4Sj4WI7g1U/QcRh8OTTPUcUXolm/6Ms4
WuUIgDm3uAB9ioqkgHcdRnQaKQjDd0ma8k9k/W3gb0ZoOLoV/vVOzjsajMjU6W6lFx4zIsFh
3npPTgtrpqcW/dk96gZidq45GMZOx7KnUjEvOU876rpARPrRMakKiOOY36dd/wAc1eLXZMW1
u4n2diyHcUwzX/NU2qXs00rKZpFkZgnwj90ADQH2zE1Oc5p8R5uZg0YxQocmHvqnqopeoVhX
n2APQ1zHpuGOkrmncEsNohAJBL2B5Go+4YDYbox2bjuopHAEw486lgei0qC3gCMhOTcMZRlt
qURtyGcIpdCr05cYmcguaeIFMolkpkcZCbwLCscN8SsiyCd41P8ALEFpX/ggflleTIx8k5HF
JI1keL97y9FkUjlxXkfwzHlMMa7kzhvIQ8UBj9MyqGrXkAysA4BHtvmLLMGJgQE4tbhZPVLM
PTUlkP8AkdQcYZLYSiQmkF7b+gskTiQchQDwPfLPEFbOPPGeJHvfWot2meZRFGyrLQ14nl0p
8sE5irafDlxVSDuNQtkMbK4eGYKIiDvyPUEZjzzAcuTbDFI8+awXdpEkTMwIlk4qOleoP3YB
kiKJ71lAkrZr60Fzb21SROzHkP5QtPo3y+BiSAiMJVaCl1O3t4mZCHkXdSRvx3+Ie22ZFiIb
BjMkNeebUlhhFpMDHKp9SU/CEABoT8yKZkfmOIUFhpKO7DW8wTTOPUctCSQ8lagADkT8qZPH
RcrwqDE7rUFvY55lr6UKh5nI2RGPwsT4GnXM7CAg7bMVvzHpv1BNQf0LjX9Wj0vSSzbc2t5p
6sB2f0+IPjmd4sYc3FNyJpk8XlXy1yRNT1WWa4cVeCI0UU6jxwT1E/4VEOpR2r63pdjYQaNo
qCCxiFHAP2jXv4k4MeGU5cUuaeQYHda7ahPTjdQ0hKhepYgciPoG+bKGOms2UCfNKR6ebTT7
swrKGZ3UU58etT3AywYQTZYXSX6d5qi0q49aYfWb0J6iO52p0DDDPT8eyePhfXXk7UZJv+ci
fO+ns5Mdr5eRo0J2FRprGg/2ebvsnGBIy7x+p5jVyP5WA6X+t+aX19PVE3P4evXv4Zm8Ipzb
Nv8A/9H2h/ziBNeJ+auu215PHLJceUZLpoUO8BN3ZUjI71Vg1R44RK2yUKDzS61d3/5xyNxy
T1T+Y8FuFHXlJpCbKPGrV+W+a+U61V/0P0t4x7V5vOA8kF1d6xMBbC4lNzbhQOMtuiiMgFdi
fh+IdQeuXiV7dW3hY9NrEzwDVL5o0thcFbgLsz7eso26c1+HbvkpEgIjCylOo3F9ZRhJ45La
8kWAzWhBrbRPWehPYuCKe2UDKabTiAZBHLBJcz2xu2lguLVJ7Cuz83kUbjsAKj5ZVPMS3RxU
URFrECG7tZI/UnuTNZrbCoDF5KIa9jGQMhKVi2cYDkiJrUWt9PHPJDp5s5T+l9Nry9OSBqlk
J6iSqlaeJHbET2Wt2TeWNf0+013y/DNHHfW2q3N9dXGnuqkQejasFBr3V2LDMbUcQGzdj4Tb
zK/uZZ/0/Lbyc7SOblJccqf6OknIRLTu3U+wy2qiLaxz2ZLEzPcLaLcGQwSEx2LHl6CBgE40
7uNwT0+nK5cnKxlPBLB9W0Sykmkmkg0y4loekdmLihqOvN0Bb2Ue+Y4gRu3Cd7IDXnj8o6Hq
t9cTrfaXb+sunQp/x9yxfCGBG4qzqi+LfLJSlYtYggpZ5WjtNH8k+RI9QBmu/JVk/wCkLdXB
9bUb+cyGNSP99FqnMPSwuz3t2WW6MtdRludR1rRrsE3kU06wB/gUJM4eXkR+0G3U5lnGAN2i
OXek8XUYrS/tzeVure3ikvY5gDyt/SUJFcyqdi0pbYHtQ5SYVybuO9mYQu8Gn6aksjLHdR3a
cn2eCDmWhllUdWry3PjTIcJJZmdJLq1zFb3zMYvW0y5vTFo71HFLhbf1DGq9+aKOQ7Gh65cI
NMpksbuxLqlnHf2g9F9NIW5BH2VYiQMB8jT6MjMAGmyEjTJYLm71BpfrVuq22lSxm61DoHhD
L8O3WgIY5UY0e9E57Mqa1Vw9urCTT7ECa8kVqK7u3NIwa0DvSvstTgmQBTTCZJY5Nq8dxPo+
sRMogt3kubgw9YlgLGYPXuXYDfsRlE47W5sJbp1p0VxGNZXTJ/Ra2mhe2hNCWaYBljYnag3Y
+wyogVTMSot2106XGn3YVXs7vUA1ncqeLBoDxHw9FBJLAZRKNOVxJgbz6t9ZkmlC/UlijeR6
F5AVaoB6FncnK+EkcmINJsZ0a/dIH9GSARlzuf2OYYU8TUfRmPPCQmMxdM7sdQuY7hbdmUr6
CSmdTVKvuVr4jocqhE3TCdS3e+eUvzFg0bQ49OeyFzLG0jrceoFX4zX4hSub/RdqDTY+Dht0
Wr7LOfJxg7K9/wCcLvWgrSuqRrvHBHsq+/vmLq+1MmbmaDfp+zYYvMvVtHhEujaWy9Tbox79
dzm5wYzkwxvudJnlw5JDzVZI7fThbwoqPdXcoWKI+DH4nPf4RlkcEMWx5lqlklP3BA3WhLcy
RQuvwBjK9RWprUZgz7P45t2PUiIQ2saNFfWn6OA5MlxCJR4cgSfwy7NohDEYjmWMdQeK0mm0
RLfV7eeOINFFRGjpWsZXgy/SpIzV4NPLBnEh3uw/M+JiMS/FH/nKL8o08ifmFrEtvATp2ozP
cQqoAjZ0JkjUnp8cZZfmc67FlDq54iRYfnP5gttPt9Ya2t9RiedZq2rRyBmJrVCKFgDxod+u
ZPEC0CBHROdKuvqofhLHZg1Wb1AWSIn4VLdxG52BOyn4T2rEMDHveveXbk3Exi1Jm+tuYXJV
mmDuq8AaCpV6H4ZIzX5YqNyzjy/o2ma9HFNc2SzToWivWKCSWOUbI/qpJBOUboeTsQcgRbkR
mQH0L5O/L7QTNY3FxoUOrWl1DDNFcR/WroKZBURyW13dspIoakKw2NK5VJl4j7P8l2vlaCO1
s/TRhbyCLS9Uuoomt4polLXLW1nEqQwsjcY09JDIfiIauUGO62UbfWej6kt9oUE1rZT+YpJ7
i5tbAy3Een+Y7ZfVt9SEL8wjXFsJbd0kKPPxCun7wnKpgANuM728wi1LW5vr+nS2cUl7aouk
WOnt8SxXMkoratcEhnWRCriQ15WhMla8sxuJy+Ec3k3nPT9BufLPmO4up5LyfSR6WkTB6tJC
k395LExHFr15Jrz4kZW5qqt8FBbiqmEwXxpFDby6r6Tu89pFIXloQDJEp5Ary5FSyjYb0yvU
moly9MPWGVf85Q/lz5i/M38z/KvljQNOtk1SL8uvLxMU9ylta6Y9+bm6toRM4BJjRkZm41Zq
nMLs/GYRHD325ObOJyJPu+T1/wDKn81rE+bPy0sl0bzHfeedLureTXdC0/SJ5Ixe8BBeol9K
0NqUaaNn9T1Kb9Mq1+IgGVivtbMJBiQ/ayx0d7h7XUWs/qF1OfrEtmWWQwvJuyF1+FuJO5G3
hmvw4iZggbOpnqTGHCTaf2ltBerFcAKJYHZJkB3VlNGU5uhpY5nCOeUQ7zPxh0O+l+z6QRgf
cMKZDVY/CxkBjpDxZQ8m03zfe6S7+kwmtQS0tpJ9mvcjuPozC03aE8e17O/zdnwyizsV/mb8
w9O1zS2sIrdoZ4+M01WB2rxHEjsSe+T1uvjlhwgUw0XZc8WTiJeJaxrCBWheQShJwI3B3JTd
wPEDpmhlzd/CHekN3OkGmXtzMnp6hczelBOtCRG1COI8CCeVMqMDduSAOiEhe71EW9nHE8kb
K0QRKK0ixAmq16swB4jucuEb2DCQADryJ7IxNBKLyKaTjCACE43QpCV+fU+BrjIUGUACk1la
x6asVhcsJLi8gms724kNFhubVquYz3RlpxbucwcgJ5ObjCb6G8UjvZ20iTsGmje5qQphZOZa
nbi60p75QQeSzimGo+ZrfR9Osr2WwkntF1FIr/T4CqyIlxbyRsY+Xwk8kB4mlcnp8Bzng5NE
sJJ9POmRLrvl3zS8d35WvTqGqPbG1m0duME0CEBWma3kIcuVHEBKjvXHLopwJ2txPXjNTFDn
+CssZ7vSLiGGQlC1wIJbadSCpmWkbgHcfEOJ+eanLjILmARyDZN7JYmtL1orh3N5G6Q27Gjx
vGeckZ8TQHj4jK44zVNWU8JFjknttdwWlsbguhS5T04ouzVG5yV8IapR4zsiJGtXhFtCpa6e
RC6/st8PXwoFqTkDAHYc2BJibKD5Ry6Rb39vCXn1DUJY7da/7rUEKPYADlkZYgY31JY8dZCO
4InUHg+rWV+zBbOwMjzN2deIKgeHJhgMOXcFjI2R1LHr/VZvXiYwqbuz9YzRq3wsYVUkA9DV
DzzIiAKb4R28mo717rUrZGiC2wuFW7Ld1SN5lKezKKnLxEE+TKQ4Y7c2MQSPcW9zAkDSWwtp
IZbmtBDLFzkHLwDdMnGNNxrbvSWyjS9ki02HitzeaWJ+bsQFmLkqo36Mm2TEiC2SFC/NFzBY
dOXSWcNqGjIDrFlQOn1e5YmGKq1DNG1Cf5a5s9NIl1+X6r6FhXmzVdMt9A0v9KWU88nlbXNN
1O3a1KNMZXm+qJFL6nWINcBmpuANsy5wEmEIkT96Lt7qeTUINQ1ZhZWq3HpXU7fD8T1Cxnoe
4rhEtm6UdqDEElg+rrPd3TQwaZK7zlVMkhDNSOOJajk3KvGpp3OwzJhM8mM410Y1diNootWN
vLb2wWeWBJJRJNI7N6Aaqqqgmh2HhmXjk0y5o6M2ematpRu2+s2F0FuLy8UALHDIDExK1IHw
mtRvtvlpJLVNg2o2tzo+qatp2rSOkml3QiukpyKSBPTNAPtK0ah9uuxy6M7DVd+5+gPkS1A/
5yi/Mq8MplL+W7eNUrtDSPTCwI/y9iD7Hwzbdky9ZHl+kPN6sf4JA/0v1vhD/C1sLr6r6HLU
2g+tnQ60lQLFQJxrUyPX1OH2gi9KmmUfmMnBdO38OPFT/9L1h/zhDoc+mefy6Xf6Ts18m6k5
1FifUeK+v9Mu7IvXcfumdPmh8MqxyskOVnhwxDA7zypqGmf84xeVYZw11r3mD8xotTnslqfR
muNKmht4fbjCkdfAk5qo5R+YJ/o/pcuWPevJ5pp1g8uq6ppEOo102fUP0bqMyENDb6iAEW7g
5VFEm+B+zJWvbM4kUJMeE2QEi8r6PLqfnm1XzKw07R9Hkl1Tzeo/3nhh02rXDxgkg+pw4qBs
SRTrlmokODbmWvDE8W/R2o+cNR/MLW59Yj0+K1bXNWZ7q3jBMiRGv1ZJtuISOJKduhzBPoFF
zoji3DrC806DzTpcgZ7yF5I4bY3HwB4uXG3JHZXcA/I4ZRJigSqSanVbSG/0e+vrN5NTu7gX
13ReIWWN3V1G1ABJ1HYDJQFhByUUb5flsbSbzX5q1xjdabp9rb2crkcvWv76fnEgr1IRHc+w
ynUA8UYhcUxRJV/IvlWPVvNFjqmsTEWl5aaq2mWsEgJaW8tZYbcmnf4XYeHHMTWZaIDkYMdg
2peX/Lo0aw8xnVrgahFqCwW9jHH1aOJvU3r+0w2NO2WHL4hADZjxeGDxIa2ul0a5u9Qkke01
LW50jiIUMYLWNhKXZWr9shV4nqgPjls4cewaoT4TZZQ15oMlzbyWMrw+YYLpHmsW+KARcAph
jP7UToTw9jgxwkQQzlliJebyzzxNqH5ieYPK/wCWnlNhF5f1HWFguNTX4ZJorR/rF0YHH2YY
FU8pP23oF2Fc0uu1YxAxDsdPj4t2f2+hPH5vv4+Bj02LzFDcekTWIW01o3B/kBEN8zNLL9yO
+nGygiZ7kxs9PP8Ai6/Nx8Oq6rGb/Tm6q7NycwUPUvHuvuKd8zI+oW45lwyprXLe4tvL93es
A6+ZL707ic/aeO1QPQe3Jh9wyseqVNk58I3W6WnmHzLqHlhNLZvU1+1FtdzSmscT2sn1eVn9
iOLAdydsjkrECSxgZZOT0HzFpMcmvzaN5eMktn+Wum3M8N4wUmXU24rJcP1DN6rgD2WnbKI5
TGNnq5kYAmm73SrXT/y1v9YuFisZPMV3HNKHcJFEFH72jMRRAwLUPStMpwxyanOIY4mUjsAB
ZJ8gNynUThhgTIgADcnYB5NeeevJ6Ws2heX/ADvo891fpFbyWdxqNosYuHKqzxTiWgRjTkGG
3WpGdV/oO7aAv8lqP+VWT/iXQ5PaDs/h/wAYxV38cf1sr1Xz35N0OLQfJnlzzVpHmeHTbmOT
zFNZX1vO94UdGuygjkLH1WXgP5YkUftnNdqfZntbTYzmz6XNjxj+KWOcY/OQAcvR9q6HKRHH
mxzkekZRJ+FFOdQ/RZmv9MllhsF8zRSXrX7ssUFrbLWayMxNAomI5y16LxrmpxYsuomIY4mU
iaAAsk9KA6uzyZY4YmcyBEcydvixTyx5z8rzLdpf+fvLkMzhVs2k1S0VC6KUCMfVHwsD6bHw
Ne2b/wD0Gdtn/kDqP+VWT/iXTz9o+zQf8Yxf6eP61Xy15k8qXeq6bpNp5m0nUri3vg+lW8Oo
wSyiN3DNE8SSHkVYUpTrmJq/ZXtXTYzlzaTNCA5yljnGI95Mac7B29ocxEcefHInkBOJJ+AL
ofNnleG6tItb8y6PbLNcenqmn3upW9vMI5JWeNuMjgrSpFad8q0vsr2rq8YyafS5skDylHHO
UT7iAQwz9u6HBIwy58cZDoZRB+RLJrzzr5Aj84C9t/Pflq30S7jt9PvbWLV7QLHCFCJIP3pN
UejE/PMn/QN22R/iWo/5VZP+JcUe03Z3/KRi/wBPH9ad2/5k+ROOsQS+evLcM1u1bKMavZ+l
6fIJKi/veu3IeOD/AEDdtDf8jqP+VWT/AIlI9p+zZf8AIjF/p4/rZDZfmb5Ejsrdj+YflhXd
HPpfpiz5KF+zyHq/tDoMoy+xHbnTQ6j/AJU5P+JbsftN2X11WL/lZH9b0FPMojtorrTrxL2z
nSO5sbiNxJHLDIARxdSQd6jbOU1GmyYZyx5ImMo7EEEEHuIO4d5hywyxE4ESieoNj4F6Bpf/
ADkt5E0bT10e485eVhd26qLaW41i0jMSMOXGWIyAkrXbpnZaDsPt0YRw6HPIdCMWQiv9K8jr
dZ2X4xvV4h3jjjd/NEeW/wA9Py21DzFbXWpfmj5XNJBznfWbFRTcUA9agHyx0nst2/LUiWTR
air/ANSyf8S16ztvsjFgMYarD/ysh+t61qv5+fkxpsAkP5peUZ55Dxgt49asWLN70mNFHc50
2p9m+1sUTIaLOT3DFP8A4l0ODtvs7Ka/M4q7/Eh+tJfKf5zflfqN3qCN+ZflSe6u5Y2ggTWL
JmdiCKIolJJ+WaXReznbR455tHniPPFMD7Yudqu2ey4mMcepxE+WSJ/SzHznrFtpdnMsctNQ
u4/TgQb8Q2xc06UHTNH2hkjiiT/E7rs/BLLIdwfjt/zm3o9p5s1Dyzruj+dNJ1bT7HSDpPmH
QhrVmJdPvbG4LRO9q86tSaGSjHiTyQVpm20Psz21nxQyY9JnlEjYjHMgjvBA3Hmwy9u9mYs0
sMtRiEgeXHG/dV/Y/LHWPy61i3v5r39M+XbayZgLeGPVrVnXhRCWjhdtyV5dc32P2T7brfRa
j/lVk/4lwp9r6KR9OWB/zh+tfcW1zFKlxaa1psc0VVEv1y2bkGFGVlZiGVhsysKEdcyh7K9t
f8oWo/5U5P8AiXHOt05/ykf9MP1sz8vzWsRi9S701F4OJtKXUEkUsaUNqRJzpUV9MnmP2C46
Cfst2yASdFqKH+1ZP+JYfndOD/eR/wBMH015e1MLANSvIpp7BWWIXdyY5rr0yPgcsjh7pBuC
jH1VoeDkjhnO7xlR5hzqvk9n0HWYmnijfUbbTrPToi8txE888UVq4M3NP3iiWNgxZOta0ArU
CzhBDSTu9qsfN/lrR7e3u/Nuvjy/pN5EscGm3N0trc3VuprxuGhKuqvWpt7bgi9JGkauZOi7
E13aUjHSYZ5K58IJA955D4lp1HaGn0gvNOMfef0dUo1T/nIn8spL1LfTfPMWlWtk3oaTZ2Vn
qNrb2iKwKMEhtxHROIPNQST9rj9o7+X/AALfaQji/Kn/AE+L7uO/hzcDH7YdlDbxf9jL/iUy
1Lz75Ru4r/zVY+ZfLhR4rDTrnUvrkUaf6PZSKsJYsfS9cqUaq8jGTGPhOcvm9k+18efwZaTN
x0TwjHIkgcyKBsDayNneYu2dDPHxjNDh7+Ic+l2fveM+fL62ubGGZLxfrYUyWF1a0kjt4pUJ
khWYExyLLyHqQboBQtxc/DpsmKeGZhOJjIGiCKIPcRzBdpinHJESiQYnkRvfmHgfkjSpvMXn
OwtJHDQTSrHOoUFlZXVTH6n2mTcFeVTTau2YWuycOMlzdLD1vVvzU12A/wDOSf5w3v6Vt9It
NB1DTPK9teXTokHp6TpttblGLkAfEG6Hrmx7F7M1OsAx6fHPLOrqETM17ogl12p1WLDHiySE
ATzJAG+/V3kPV4bTz5HqlpqFteabo3mK3mMtncJcJ6OoET8gyMRQSCVTmN7Qdk6rQ+nU4p4p
EbCcTAmu7iAczszXYdREnFOMh5EH7n76affWN7Cv1S5ineFIjPEjqzR+ogdQ6g1UspqK9sx8
MwcYI5uhzRlGRB73kaa5c6Vqer3lrKHMV/MlxbSH4XUsSh8R0IrmvGeePJxB3UNPHLiET3Jf
50/NHS7vy7NYW0UkGozuq3cEoqscakMTzGxrsBl+p1kcsKA3K6PsyWPLxE7B47dX8gmi9W5K
RTFIJ5lrxie4UlFdunUZqxGuTvAfmxnVPN2l+XdJu7nzBd2mitBKYJL68kWGNkTdkDuQG4lS
RTM7Rdl6ntDJ4WmxyyT7ogyPyDXqNdh0kOPNOMI98iB97x5/z7/JiCGLS73zra/pGLmbW7Sy
vXg9Sf4zbyzLAVI3HGQGinY7bjssf/Aj9qZx4xozXPeeIH/SmYl9lvMT/wCCF2KJUM91zqMz
8QRGlWy846L5o8uTXejaxb6sdNv5bW4jtZVeSIS0MSmNSWU1qBUbnpnHdr+z3aHZM+DWYJ4i
eXECAf6p5S+BL1fZ/bGj18ePT5YzFdDy9/UfF6DY3d609lPrPDT9XgigguLNKxm3l5gQTXDV
IS4ZakoN1X4mArTNMYEF2WOUZRNckX5eaK0vRo+tM0sP1k2eqpzPOBriQy2dxER04yBkP+sM
ZwPXkji7ubGtI5a9Zatp091Q+Wb2RX1Gc7ppbyMCzDqxicUA78gMlLABG22Wbgl7/vTmS2n1
fSDe2cn6E0+ymhit3c1NtaIhHEhaGSWQmpUfaY+AzCnA2ni4BXMl5t5q/Mv8rYbI6Fq3nS20
C4sH4Q2kQl1C7Hpnn6sy2yS/vQ9SwagpsOmdn2J/wOvaPtIDPpdJMw5gy4cYIPWJyGAl8Lea
1/tt2T2ZLhz6iPFe4Fzo9xEBLh+LGNGuNB8+6qlh5T85eX9UuY3H1G7mnk02eStKNHb3KRT8
jUbKD7HM/tv2N7a7Hxmes0k4wHOQqcR75QMoj4lt7L9uOx+0jwYc8TI/wm4k+4TAJ+D3208s
fnVpcYhbznoWt2MEfMWGtLLeoiqKnjI0YkWlOofPP8+bBkNEO9Iwk8QBiT3Jxpc/m/UGa2Ty
7pCXsPG4l1XTr+aNISD8M3pzqeW+1K79M12TFj5wFJkIiuKRIPkhTrNvdNbzz6jHo9nchlhW
VGkiiuo5OE0LFSSqBqMGofhIzA4QS2cMoAirr7mRTa6+kXdppOozCLV9QIXUY0YSehZg1AqN
uU1AfZPdsshDhNdXF4fF9XQcvf8AsZk+n6zqBGi6VEtppPotdpdOOLqG5B45GrQB9jXai98v
xac5JcI6OLkzY8frlzSq21PR2nl8nx6guox3OmPb3F+gDQfWIan9037dFJqRttQZOWDgiYso
8U6yEVv9jxu91rzDdLqmmTRx2WpaFcqmut6ixeqeHGOROR3jeIAg9x8OYEAQSDzd9HHExEhy
pk1pealdatNpFrccby40yVYjJ8IhniIWpPZeLEE+HTM4Qvm4mSgL80VfDUItEv8AToLcW2p6
iYLU2ts3qrI0r0WdJB1RxWhO43BzJhhuLT4gMr6Bh9ikcuq3mn6Sr/VNBT0tS8xvyeSaUbcY
1LBRyIPBB0X4mOSx44htOQ1vzPRL7fzTDDHcfUwbeaxvpIJTOyySywyxFKyFQqtv7UGZ2HFQ
RONnd55rIvfMPkvzdpVyWa7vdI1CCGSpWQmOH61EwbY15RAgjM7HDZxsxAkCHzfZ+Z/M2lwx
DT/M2ox21wI5/qc1w1xA5IDqWjn9QEZ0eLQ4suMbONLLKJZ1pv5uXqr6HmLQoNRhMxne602l
tIz8eK+pAxaMhdz8JXrmHl7N4Dcd26OYSG70yfzZZ+ZPK/lxrFeNtELiEyBCr0jmJ4sjdGXm
ag9dsx4YyD6hu1Z6B2Sa/krFb2CxFdOlieziErVbiausrMP2mfc02ptl4gA0cSf+bYn8xeX/
ACr5gilRtcsUuPL/AJiNRS6eK2A024LVH94qGGp6sAO+UgGMvJpO1vtjyRKp/wCcqvzBiUgl
fKkfqjuCP0UR+DZvuyR6yfL9Ieb1R/waI8/1vzb9S8A/S5F2LGS/9aPWTz4sqTcWmE3U0ZgC
a13HjjY4KdpXq8n/0/UX/OGc95a/85AebPLRlLaf5b8napp1pQ0Dpa6zZCIso2JQOwB8CcjA
bX3t+WVivNObrUo9O/I/zLqNpqJ1CfyX58KWl7NuXup9IhgBUgUrFJe1NNqoc0UReYDvH6XZ
yPqvyfJGl3U1zo+t+X4IqavbrLZyTD4TNChPCcDvKi7P3ZaN1BzaGPCa6NIPENkbNHcR+UfL
vlubjZp5kMcV3qYfkZra0kPowjuFMzc3r1oOwyoyBPubBDZEfldpkGn6sdK1S5aK1/MWxvNE
nFQv1e5J4wEP2rIvpk+DHMLMeKTlQhwxYVcXB1nzBrcVyo0uaGMx2cJBpA9s4RI/bhxp9GZ5
AEAHDiSZkvSLafUPNWqaXZaTp8V5qHmW7VdJt6V9HUpAI7uOn7I5HmexVg2VHJ4USSu8jSM/
M7VND8vX7eQtGWPVfL3kJJbfXL9TtqXmCdQL65LDcrDQQReAU+OVacSn65dWZrkk82py+XdC
8qXGkcE1e11WPUbWJvs+npkXBken7Mk1xKvyByg6fxJSb5ZeAAMwnitNXsbG98vyyJol9K11
pcp2liK7S2s3hLbseDDuOLDZhlenBxy4Zc2zJk447ME862zaDpkusTThLeWaGG5uZmpSZn4w
Nv3Ykxn5jwzMOQW0cJIYZeeZJtZGjaWtultcKrWTajCSk/1KvJ42/wApd1U9QGPtkdXMYMRk
DzTp4+NPccn0B+THlu3ef8w/Ouo2scen6FoI8u+XYFb0lV75aXAR1BKVUogI3HvnEEnPqIxO
7v5Dw8ezGdV+syaVfab5XSS69CNTrFpIa6va29upSrRIKTxJXeaAEAH41jzssOKIDz2bPLqg
Na8wQa3qmlSaXI0UttptkkFyKAm6tkFWUjwYbZaIGMVGUTkGXeb/ADVovmHyJ5TSyC2vmOz1
S/j1zTBtxeeNJDPEP99ORt4Gq9sx9Fil4pPRnq5+kB595B80t5Z84eXopWke3bWbaW/dVaWQ
qXoFjjWpNK1CgbnLNbiFElOkzHaL3XzXdSflH5a0OwmcXXm7zjrC6l5gVzyZNOsnaUwH3YOO
fi5Phmo0svzMyByDsM8xhAPUsT/M63t/Onkmw8vWF0kU3l94r2GO9iMtpdo04uohIqkEqVAR
x1pvnX+xfbMOwe046rJAyjwyieE1MCYI4oE/xR5j7w6L2k0Eu0tIccSAbEt94nhN1LyLKf8A
nH/yt+X/AJ8h/M3T/PP5U+QbDzN+XcmmPJf+X9LQWlxb6tbyTw0+sK0gdPSIbem/Tx9O9oe0
tTg0ul1mh1urOHUCdDLkPGDilwSvglw0ejw+g0mHLky6fUYMPHi4b4YjhImOIVxC3zleeVbT
81vOPnHTfKXlbyZ5I8v+SfMn1ZL+CzMOr3rafcQxuqSxqkSeo7qAWIG4B3pXL7S9po+z2kxx
1ObVanUarTcYhKd6cRziURxCRMuKNHpR7xe0tB2PLtHOThhixYcWThJEay8UCJemvTR5dK57
sl1iBvzG0bWdBuL+DSvMNkY1ikvhxtruysZkaNJF2JeIII5FG7JRgCVIPlHsl2zDsLtHHrJw
Mox4gQNpATiY3Anbijdj5bc3t+3NBPtPTT08SIk0Rf03Eg1L+ia3e4fkj5O8jecb78xPK/5g
flV5Ag1jyLa6be2+oeX9OU2c9vqaSsEKXUZcMnpCpBoa9BSreldt9q54aLT6/s/W6vws5mKy
5Dxg4yBfolw0b+zz24XQ6GP5jLp9VgweJj4TcI+k8QJH1C9nzd520Ox81ax50n8reVvJ/kzy
h5E8xwaVqWr21iw1sSDhJHcRvCqRrHI49LfcEgd8zdR7UQ9ntJgy6vNqtTn1GGUowM709T4o
ATEiZEjntbHB2HLtPPPHhhhxYsc4jiEf3lxIkeGgAF3kjTbHyT5l8p6R5r8k+RfPnlHzh5rt
tNl1m7sXfXk/TNzxST1ZA8LJCzVoRUjw6gdl+02L2g05x6bNqtNqcGm4uGMwNMRgiAaESJgz
923ea3t1/YsuzsvHlhhy4smSrMf3tzJ52CKD2v8A5yF8ueT/ACD5q8leVPIX5Zfl/Pqfmy8u
rW4uNf0gPbxpBB6qmtsEcVoR0bt0zE9nu1s2bTavVa/WasY9PGMqxZTxHilw/wAZru6hdd2d
AZMWHTYMPHkJA44Dh2F/wi/vYDpnkjz9qk0LR/lt+RrQyFo55jpN/tMisxi+yfiKqWA/l3zF
P/BD7C/5Su1f+VmP/im8+yHaYG2HRX09Mv8AiU+8s3PkNbmz8vfmp+Tnk7y7NrgWLRPPegWk
UmlyXjVCwXMc8Qlty1KKzMQT4DcZce0p9rYJ5ux+0dTOWMcUsOWco5hAc5R4ZcM668PL5OLl
0ENBkjj12lxREjUZwiDAyP8ACbFxvpfNZ5NSPSbv8yPyUuWfTvqz3WoeWLxCOC6dqiMHhRaj
j9XlqV8anfOZ9tpHLHs7t4Djl6ceUH+LLgIIMj/tkPsDvPZmPh/m+zb4Ym5Q8oZBRryjL71f
8jPLXl2fz5oH5T+dPIPkXzLYXGi3j6b5t07TmN4X0xELNem5Vlcyhuqd6npnVav2mHbOh1Ha
XZ+p1eKWPJETxzyfux4l0MXAeUa69Hn8fYf8najHpdXiwTE4kxlGPqPBVmfENyb6Jj5p0G0n
/NLW/IH5dfl9+W1vBoOhRazc3PmDTZFZla4aF1ja0Brx+E0KdKmuV4O28ej7Ij2h2lq9ceLK
cYGHJ3RErImR5/xd2zTqOyZ6nXfldHp9LtATJyQ8+H+Ee7p37qNn5B/MC7SK/b8v/wAl76Nl
ExiFjfrI9uWKqod4yqmTiStdgNyM1Y/4I3YMzwjV9qC+pnAgeZAnde5zI+xXacP+Q2hIHQRk
CfdcaTW10/yD5qt9b8l6l+WWmflx+Yttpf161htI7eW21CzcFPrVhdRxoW9NvtKd18TRqbCf
auswY8Xaeh1+XVaUTANymDGQ34MsJE/UOR5H4i8aXY+kzGej1ekx4cxiaqMTYO3FjmAOXzBe
q/lB5pvvPn5Y2Wm6xfvHrenR3HlvWp6/vIrqxUwBq/zenwb5nPMv+CD2eOzPaGWbGOLFkMM+
MHkYT9de7i4o+5732O1P5vsYYZbZICWKRHSUPT/uaLzTyD+W1l5W84eQvy2/MPyZ5F8z+X/O
S39lo/mC0sn/AEmZbC3a49S/W4V42LqONFJ+e2/q0vaqPb+k1Ov0Go1eHLh4JTxyyfuhxy4e
HHwEHbnuB7u7zodgy7I1WDTarDp8kMnFGM4w/eegcVz4gefkfi8V/wCclJ/Kn5a+fLTyp5F/
KL8r7i2OjTapf3HmLQvVPKGcQlIzamPsQaFex3zK7C7Tkey8mv7R1uuqOUYwMOXf1R4rIyH3
/wAXwdrqdPGOeOLBixbxJPFHz8ny+n5p3Dh2T8l/yGZlYLxby1d/ET0A/e7nLf8ARb2P/wAp
fa3/ACtx/wDFNn5PUD+DB8j+p9IflX5n/IT80S/kTzj+Rvk7yH551KFv8O6lpmn2smm6syJy
lihkaBJbedeqxsSSOjcqA4/aGp7QOmOv7L7S1GfFjI8SE5zjlxWdjOPERKB/nDby5tuOGLj8
PLijGR5EAUfca5+T5k0mzufJeqa35ZnMsWqeUdRl0jVbiJYXlu7EvWzu+Eo4GRA6Bh8PJSrA
qyknmv8Agh4Y5NZj7RxCsesxxyUOQmPTkj7xIWf6zndjz4ccsJ54zXw5x+z7nsvlny55r8+e
btL8i+QIbabXb6FNSv8AVmEn1HSLAS1uZruORQ6sZuMkcLD7bN+y29Hsz2FpjppdpdpEjSwP
DGI2nnyc+CJ6RH8cunIb2RX2lq8niDBp68QiyekB3nvJ6B7D5mtPIP5S64PJ3lDRLb82Pzd9
MXHmbzv5qb17XTFlBKtIBUIWr8EUVG4faY/tdoO0s2r0X5vW5TouzweHHhwemWUjnGPLir+K
c7jxdB00EtNDBm8PDDxtQd5TnuI31J6eUY0a+0mufNn5sqxuZvzI0ee1eMq2gy+XbUaYKpwM
Ukq/6SI+4b6GoM5b/RJ7Oxnw/wAn5AAf7wZ5eLzvi4a4L+Px6uzHZvaUhf5iJ/o+GOD3XfFT
038uNH/KT8z7jVNL81/lzonlr839Bs2vTb2qJJpWr2xADXtiKlZOJO6yBnQdGPxU2/amv7Q0
uhGo7N12XJopyreRGXFIb+HM84/5pEZd3K8XBpdPmzmGqwQjnA7gYzj/ADo9D8bIfKckcmia
Z5j8mTMVTyTrt5Z247m3mpNbv1NAUcinfOV/4JWMZ9Vp+0Y8tXgjOX/DIDgmPhwx+b0XsnI4
8WTTn/JTIH9WXqj959zMP+cbtH/TH5g6BbqiyyXmuQlVI/3VEUMrn2UAk/LPJe0D6QO8vZ4S
ACe4Lf8AnGTyp5W/PD85vzk/Mn8xJLNvy+8k3GueYdZbU4Q1m17rN3Obb1fU5RyCK0jL0oSp
4bVIz3P2exajsX2dgdMZR1OvyARMSRMYsW2xHqHFkNWKuN7vB9qRjq9ZWSIOPEOu44peXkO9
X/5yn8jap+Rf5haF5k/Lax0bRdH8xW8ugaxoU9nGmm3M6v8AWbT1ViVCrSFWUOpDAgUPXDPN
l9o+wNVp9VKeXNpiNRjlKRlLgHpzRuVmoxqVd/cjSCHZ+rhLHERE/QaFC+cdhtudrTv/AJxN
/wCckPzJ85/nro9quhHSdQby5qNv5ujW5N7CdP0q3aSK6l5KpIicRohYk1IFTXPBckDglxQN
h7fNwZcdTHV+hMvmv0r6H64/F9Th53r0+y8/xqT4UamUkmW7kQxcI2YXqWp2t75msdP1CWLS
Alt9Ytbm6ZvQvwpYyxgqrUliYA8KfEhqOmW1s5AG2zEb38yND8u2vnez81wTR6QdLkmeddnn
ntmMkRjG/Fw5Vk9gVPXM/sTsnP2rr8Wjwj1ZZCPu75f5ouR8g63tvWR0Gknqpf5MX7/6P+cd
nzxrcd7DPoNx510y08+fm75ksze6L5R1JmfQvLOnV+CSWHfkenIndmqB8Qq30Tpsmj7K0eWO
myS03Z+nIjPLD/GNVl7oy8+g5Rj/AEfp8nzR1Ov1EJ5YjLqsouMJf3eCHmPLr1Mvtml9Y/nF
5f0O18xWn5j+XdZ09qwt5am8vW1tpZunDSG3E0TC64cej0Fe++cMPbb2bz5eDLoMsIk/3ozm
WX+twSHBfx9z1P8AoW7WxwMoanHKX+pnHUPcJA8X2L08n2Hnfy1efmV+Xunv+WX5reUrp9N8
z2dgRC9vfwxqXgkYKBJDNGwCycagbV+EjOq1WuPZ8o6TWT/Odm6iInHisnw5cpwP1QyQPQHn
0BNjm8WnGqvPgj4GqwylHbb1jpIChOEtufRX8sea7/XdB0bzXcaekPl6R5tO1OztUZYdOv1J
S4t7gEs0czMOYZyfUBBDHcDxb2q9mP5B7SyaQHigKlCX87HMcUD76NHzBfUfZ7t/+UtJDNIc
M+Uh3Sjsa8r5J5Z6wn6S1PVpZmjtFsZlUt8TvMChgBPsyA1znzpyQ7sZrLIvKNlbXcuq+aNQ
5t5btv3upwqSDeXMh9WLT4qfaZ2AZ/5EqepGTyRhCPq/BaZ55E8MeZ+wd6Q3b63+cHmG7/LH
QL4+X9C0lotd/M/zJYkRyW8F0jehp1rv8DzAEk9k+RU+nex/YOl7L0Q7b1uMZJzkY6bHIXEy
j9WaY6xgdoj+d8COF9o+2c+s1P8AJ2nkYwjG80wfVv8ATjj3GQ3ke74g801DVrTR7zXvLv5M
Wmjfl55O8pctP1Dz7JYR6lqOo6lE6LNBbrNVZfToFkaQkkkcabZ1Hb/tBpuzsOLU9teJq9Rq
BxwwCZxwhj34ZTI+ni5wEB331dF2V2Tn12SeHs/hwYsR4ZZDHiMpUCREda/iMii7fT7jW/NO
k/lr+cFppet6n5ltmHlnzzaWg06+t9Vji9c6deJFVYpvSoy8CBy+A8jstnY/bWLV6LJr+xvE
088BHjaeUvEhwS/ijdccb2lxCxz26w7S7JlizR02vEcscl+HkEeGVjoa+mXUUaemfll5p8x6
dr+pfk55+1N7yfSAmoaZ5gm2n1HRbcjlA7E1MkZUK5G7Lue7N55/wQfZjSZ9PDtzs+Hh48ku
DNjHLFm53Hux5BuByB2HPhj1Xsn2znx5T2bqpccoDixTPOcOVS75w7+o3PeejWPmye3bzfqd
rGlJrJ4rGzrQtNLODAAPBRUk9s8bzxoGn0iOPjMfJ41o2o6lpeoG7mEN7bqPrmnRy1Igv3UI
ZWQikgAAZVO3IAmvTMaGLe3OzATFcnpnkCK01HWtRudckluYtNC62Z2arSyx8lkikY7kSclJ
HiMsEKLhai4xAj7ma+aPN97rGj+W7W3ka003W7eS+1+OI8WubpJ3iaKQjfhGEFF6b1OZ2MmM
AO8burw6aJyyMtyDt5B53qfmF9E1zSbkWq29oGR7Nl+y4TaSP5iuYwn66LuTAGKb/mfBaax5
WtfMemzcNZtrUDVIYj8NxprSfYkp1KH4l8N8oyYDzCNLkMJGPRGWusaFoX5faP521y8ae/12
wh023sY2pLezWXKkfKlEjKhTM3WgoNzmRgxmZsnZwNRll4nhx9/uSrV9b8x3/kHTbhU9PWvM
F1HaKLf/AEYoLiYSwMh24jqq9qHLMs+EERcrTwHFZ5BT1S7v/LvlG38sXP1eXWrBZp/Md/aK
VV5pWrxqaEvwA5HpSlMydNjkYgyapTHGSOrC4LbS7Ly7L541qIz6ZczCz0HRVbi+r36CpRmG
6wQ7GZhufsLuTmxhHi2Di5dSeLgjz6nuSvQdVll1eyOsSLLNql4o1BwKJW8Pouqr0VFVuKjs
BTM4Y6FNZns+W7PlDa2oeIGax52pjen2rWQxbE1AZTHtXbsRQnNvpifCoHdb9VvQL3y95d1F
Z9b0i4kis7+2WSLT0X95a3W3rH0yamPlX4Qar2qtM5vN29l0s/DyR3B+Yc0acSFgsM0nXpfK
eunTNVSZNNuGT9Iuis0cdfsXKU6gftAdVr3GdDiyw1eIZIOBkBiaPN9QaOLS28vaxq+oQxPf
ajFc2Hl8AiQC3WNi8sVKhhKacWH7PTNfmJ4wAxjy3eUyapcWd5BbQxpcW9/bx+vbuvJJFdBJ
xKnb7Q+g5sIYRKFlxJ5iJP0Q8mJbRf8AOX3nn0Iyk155FWS/NSys0c2mJGwHRSVPE/zBR/Lm
R2Of30h5fqdLrB/gkPf+t8TRavbv5OvrFopz5St9dtTChUfWVimt7gyEL05ERI5StKgD3x8O
XF507Pjjzf/U9R/84gRwxf8AOTX5gtHeR3LX3lnXLowoDWBG1yx4KxO1WHxUGRxH0AN+YMHD
Xmk/84h2lo1q0UWs+fDFC7jixt/qzTeqe5LNCRXvWuafSw8TU+4fpc7Uz4B7w+Ym1e5/02a3
C/pARhJCdgaDis23cDZvvzeZMdC3Ew5LKc6FpWqx6TqGoaxOXs4IoobP0GadknmPFG59I42q
TTvTbfNLkygzoO2jjIjZZd+Ysslvb+TvNFkyot3K1lqHp/CItZsQspYAdBcw8Zh/lB8lp4CV
jq05svDXcyDX9D06S/m8+2iQXdj50iNzbwhqCPUGVfrsBA3DLIeYHcNUYI5JA8MujZwAxMgk
H5R+dG8m/mXo8lw8NvFqc5t7e5uBVLW9mRobe4Dfs/b4MfAjwzJ1emOXFY6ODhzcM6PViOq6
bcaf+ktLukMuq6fqUsWoSyk8vrQlYsCO5Ygk5ECoinI5lN9ZDgxWxjFwmlwxWiXoJHLiOTsB
2Lyu5yGM0yyC2Rfljd2Q862Hle51F7bRPOD/AFeaSSlLfUVQi0uBU0Br+7an2lND0FMfWRNc
Y5hlpzRovPfzW1CTzdq955at4zqWi+X7yS3gkt5CkFzexMY2uWk6lEYUj298qEJ5RsKcjijj
O6J8721lPq/5ZjyNqMerfmH5x0SG683aC0Re10iUD0X1CWZSBSdoywhI5V3+yc0uu1khjMZ9
HY6PTji4hyL6T85pY/lt+UmheQoLyS51zzDcLq2sXkhAndIn5meWmymWWgVR0VdthlHs9pjm
mc0ht0au1tQIVAF5ZqEF9f6Zo/mtZJNN1W3nD295bT+lcCVB8F5BJGQ0T9mofwJGdLw8Mqdc
RxxtB3uo6X5suIpjLb6V+Y9kRI5iRLWy8xBPif8AcoFitdQUCtFpFcipUJL8LZksfpcKG00h
trqS886avp9tpv1rTbHSWv8AXL4O0cunHs6j7LDkyhlIrv2OYMJmEwB1djkxCULL17/nHfyj
ca150Pmn6p9Y+oSNDpJkFUWUji8wr3ANAe2azt3WGIGOPMuR2ZhjRyS5If8AObzJaeZfPkNz
YTxy6XojPpdlcjcT+nUzzV7B5KgewGZXZGm8HFZ5lw9bn8XJ7nnuh+Y7qO6u9G9RmTgUjunB
ZIoqftkA7LmTONG2UTYp7z/zjPatZ+Y/+cogt3DfQSW3k70ruDkqswsL3kCrgMpWorXPUO05
cXsz2R/1s/8ATUPD4aHausj1Hhf7h4t+WthcwW/5s+YLa2F3LD+YWvW628oJhniZYvXt5Kb8
ZEah7g0YbgZrP+Caf3vZv/Qhg++buPY2ji1V/wDKRP8A3qrqumz2rpr+mWkt9ot3IIq3aiSe
1uHBLWl+o6SfyyD4ZR8SnlVR5/Egii9D4tS83tX/ADjjctL53/PkvE9u48u+WA8Mh5FSIrro
x6jwz0/VCvZjs7+vn/3QeKvi7W1Uu+OP/cl5N+X+ga3r2r/m/NoUdX0jzXf3OsXUzKlklikE
byi8aQGMoeOysCSacRXfNZ/wRTWLsz/oVj/upOd7MERlqr/1b/ehC6hDpuo3v5avZWX6MmsP
zB8tSrGjkwuHu/UZODklGAFRQ09sP/A1IGt1X/Qpm+4Mfa3JwYMPcc+MfMl7v+eWiWfmH/nI
D8nrO/lmW1Op6h6sNuQssg+pk8VcghOm7UNOwrmZ2fkEOwO1jV/u8f8A00cLPklHtHRRjzOS
W/d6Swz87NZnv/zD8g/ld5K1CXynYw3N3b3NvocoivQsdo8l5dGUh5Aa8UMjbmhANNs0n/A6
7LxHT6vtLV6eOSOCA8MZIk4jklICiNhM103rn3O29qtTk4sWlw5pRlkkeMwNTEQL2P8ACL+b
yDy5Amrflx+YvknWtVm1ue68y6p5a0u61E+tdJbWHoSxzvJTdkkI3pv8s2/tLq8fYHb+g7R0
eKOLj0+HNOGMcMCZmQyRjHlGMojhr483E7GhPtXsvU6XUTM+HLOEZSPFKoiJgSepBNr/AC9p
nnvzH5y8r6x5ktLGDUtM0b9ANcWdwZ59YlkCIsk1ERUXmGkPge1Mt9qvaXsU9lZ9JoDkn4+U
ZQJR4Y4KuxHcmUiKh3cPXvexuyNeNZjz6gRj4cDGwbOS657Chfq976P8j2Vjp357flNZaSQ+
m2+h+Z+d/QBry5MEayTH/J24xjso8Sc1PsZkE/Z3tGv9Vw/75t9pocHa+lvmceT5el4/5z1+
30H/AJyB85vca3p3l5r3ymlqL7UriK2QpNdOrpGZWUM7LWgHzzedpdkaztL2TxQ0uGeWQ1Ui
RCJmQPDqyIg7Ov0GuwaPtqU804wBwgeoiO/F5vWLn8x/y+t/K9m2m/mF5cSTUreYywtqlmro
URYlj4+r8PALQePXPK8fsP27G70Oo/5U5P8AiXuB7TdlyNfmcW3+2R/W84uob7zZZ+TdT8m3
VjqHm/yRqPHRLxbqNo57aaN3ltZJUElEuI1dK060FRXOg9j+1Mns9nz6XtPFkhpdTAwmDAgx
nHfHMRlw2YHp3HydX7SaGHa2LFn0U4SzYZCUfUKlA7TiSLoSHXvDPfyi8p+ZtBufOGt6/Fba
dP51vrfUYPL9jMbiK0aOLg7mQqtXlJq1Nth8hk+3fb2h7RhpNPozLJHTQMfEnHhlO5WBw/zY
D6b33PvON7Mdn6rRnPl1AETmkCIRPEI0KJuhvLr7gzjWYpYvzm/5x6MjdNV10gdxXTGzYewA
rsntX+pi/wCmhdZ7Vz4u0NB/Wyf7h8c/85O6drPmX/nJfyr5O8t6LLr2v+bNJfTdNsVkjgjL
T36ozSzSfCiKhZmamwFaHpnS4v8AnFM3/Q3D/pmWqWO9bGV8oH7wnev/APOM/knyp5h078ub
LzRP5m8zL5dub/8AMDzPpbRxx2U0rKkcFjyWT0kWnHkw5vWrbUUZfYmPH2X2Rk7Ry6fHkmck
YYxmiZwIomVRsX7+nzef1mXJru04aWGaUccIGc+AgHiBAiJGj6dzttb4Hgl1A6DoGr2d/wCh
rqSJqelX+3OG8sLp/RmFQRyHDc0zZ9qarS+zPtXnjCFaUgQyY48jjy44mYAscpS4gNuVOy0c
cms0EST6+YJ74k19zNdd84T+f/Pl7571XS7TQTfw29vqum2MrTiWKIPHLNIzKlSInoKDoo8M
5/2g7Q0Oo0Gm7K0Ep5jDLKQnOPBXiUPDiLOxl6pX15W7DRwyQyzz5QI3ECgb5dT8Ng/S/wDI
m2t/yn/5xj1f84dXiWTzT+YNrdeYtSvG4mVdOtUkFhah6A8EhTko7FyMzvajH+Z7Uwdjac1i
wcGCI6cciBkn75TO5604mgrHgnqp/VkuZ938I+EXwN5c1q9kjj1PUbgz615pkbW/MF03WWe8
PqgHuAisAB23pmm9vdeNR2nPT4tsOl/c449AMfpkffKQNnrt3N/ZOHgwDJL68nqJ9/L4AdHp
o1BjBGY5lQttGWPwhiCFBPYciM4GezvMBtKH8z3+kweXfOugRf8AO0eSNXjv9MtFFGngaAJf
2JoGPCWNmUgCu22dp7B9qYcOpyaDVy4dNq48EieUJ88eTu9Mu/bezydd29pZTxxz4heTEbHe
Y/xR+IYt+Yfm/Q/NX5h+bPMHlGO7fy/5i06zlv7ie2ltv9PtWMYSkqrUiJgCR4HNz7Z9nHRd
gaXT6mcPzGLNPgjGcZnwcg4jL0k0OMDn3j3NPYefxNdkyYweCUBZII9cTVb+R+x6l+QWqw+U
ofzM88XciwReRPy91i+t5mIT/TLq0kEZ5n7J5ToB70zx3B2dl7R1+n0mIXPLMRH+cav4cy9f
mzjFppzPIfivjyeU+Y7PUvyt/wCcT/JX5WWwuLHzf/zkHqI8w+dmt+frw6cPTueBC1YBYI7e
Nl2FWk8SD9MY9fpdL2rn11A6XsrEMWIdJT/u4/GUzOV7naJ8xxVHLGMb9WU2fdzP2U+tPM0d
5/zkv/zhv5Y8xSqyeebDSlstTeVGSSLX9Af0y7qoJHrNCGIA+zJtnNyOL2d9p72OmyS98Zaf
OPtEYy+cWUj+Y0xreQ7ufFH9NpX/AM4RaDoOlanDqemFufnqykj8wa5cKq3Vy8kbxNFwQlYL
e1dmEUQJLNWWQlyoTwv267Kydj9rZNEdo4pkDzid4yPfcSD9j2PZGpjrdDHPdki/cRzHz2fU
Ot6VPYXOoabqFV1DTZWt7jl1/d7Aj2YUIPgc08YVs7PFmEgCOTzzXNauXijb0HmuNNntrmC5
Wh9ORG4qw92FVPsckYgc3KhN5F+c8sB0+wnv5l/Ruj+btJGpSz8QsdkbtHf1T9njQ712z0r/
AIFEeLtmfD9fgZuDv4+Dbh86vk8j7cSH5CN/T4kOLu4b6+V0hNO1XQvOn5mfm9qza3ELRo9E
tPK/nWyIvbSGJoJZJoZ1g5erA8gqzRkvGRyAYVGbX29w5tD2F2Zp8kZY5SlnnOEgYy4hKMYE
xNH6Tts6T2YkNR2jq80CJCIxxBBsVRMqPffP3Bn8j6vo83ljRr2zinrE9xb3SMtzZXQ5/Bc2
061jmQGh23B2YA7Z5AcQkLfRcWoB2Zf+QNtcXWv/APOTmrzymfSZbnQLASkko+o2dnP9bIHQ
MvqIGPU7Vz2jX4zg9neysOT+84cs/PgnkvH8CLIfNxIZO1NZOH08UB/nRjUnn/5LCW9h/Ns+
WdXj0DzjpXmvUrrTILpVl0vWdGf0VeC9gesckAlPHnSsdeVaBiNF/wAFIjHm7PB+v8ni4vnK
gfMDnbl+xsY8GpMd4HUTrykABKveRfzTSX6j5nvkt7SyHkG3kMiea9OuSzx6Tc2pK3QhDEvI
CR+7j3NTxrTfPNxmqO73YiQNt2QX2v2s9rHpejW76V5f0OFoNCs2asoZiC91Ow2aeVhzc9tl
HwqM1tyzTs/Byo4xhxkn6jz/AB3I38q9Xg0f/nG/zb+aixLbap+Y2ra55hvpDxQBbaSS2jRa
0CxqLclR0HI59F+02iP8p6bsqP04YYcIHnIAyPvJlu+O9lZ+HSZdXM2ZyyZCfIE18ogPEfy0
kt/LfkHyVJalNe81yQSaymrzRVstOu9UYXDTxo/+9VwKji7ARxndVZhUeW/8E7Wfm/aPVEfT
jl4UR/NjiHBQ+IJe89jtOYdmYuIVxjjPfIz9Vn4EKP5mfU9F/Lw63b38l7518varp/mbRohV
vQurK8SV57mcnk0jKWNF33qTmx/4Eut4O3semkf3eohPFPzjOBr/AGQi1+2+Li7OllA3xGMx
/mnf/YkvXf8AnJVYPL3mj8tvzF0o+ij6taQSzjblp+sJ6UwNOtQV2zsuw9N+a0vaPZmTcTwT
kB/tuD1QP3vJazJ4Oo0urjsYZIg/1Mnpl94Vbm5SPW1tLVanWLFjaqSf3UjrRwT/AJBDfRnz
Xqo9A+4afIDG1C18ra1qNzb6dp1uNQuXlWG2WNhQ0HVifsqBuSegwDEa2Y5dQIWTyeg6jc6f
pWjajHotpDJY+X3i0rVfNBchr6+mBklSJT1SPjtT9nc9cBhyIGzhYshlKpHc7gdwYTca/Ywa
VpNnZ3H1svEdSd96wyXEjwXKAkdOcSH5nJGXRy8WMcRKZ+atb0a88sW1hcs41O3ZHhsI0olu
KVq0nVnbqfY0zHhiJnZbzLhtH+RV/wATTWuiWiiQ6rS0Kdgjgqxb2UVJzaTw2AHW5dQIAy7m
NXmpaP5i8s/m15HsUppPkuUX3kiorJH+jkWGR6nvKQ7P48vbIDDwEEci40ZGR4zzYr5O80Xt
75Wl0i9uY73TFeGa3W7q7WskDBo2ikryUId+NaY5sFXs7DDLi3T1J9ZeS9ttbt3hv9euGeBp
GVneS4NIyUDFkqCCAwBpmbp+Hg2cHISCk/5lanZv5m07ylpBroH5dWS6PYqOkl0PjvJ9u7ys
1Tmfpsfp4nEhLc95LGHSWPSZ9WLkTLNG1mg/kif4pD/s6AZMT9fC5Jj6LeOa36Sa15vt4QES
3129aJfBbkrdL+E2bDSyLXxbB2kaoLfR9Wtpb+JGE0UunWDxsZDI3wySRSr9kKoFVJ32yntD
s+GqIJG7dh1RgC1rJh1GCLUvraG9SNIr6wYnkCK0kiNKMhPUdVOW9m6caWJx9GnUT8U8QUfL
/mXUdBMEEfG80+CQyQ6VdFxFG7bM0LKQ0RIO/HY91OZmTTY57jm0ide5nEV3Zai+m3OlLP8A
WtPdZJNGno1wYo25EQutFmAWo2o1P2chi/d3GTVnhe8X6jeTrtI/+cjvOdlbwr/p3l95NSui
AXL2SaOLeMHqFVbuRqdy2WdkD97L3Ok1kv8ABYDzP6XxjJ5XiH5d2egRMP07Jotz56vYf2/q
6SQW9vHTr/vM0suS4/3t9Lp2FemvJ//V9Nf84deW5vLv/OS/mwLffpnRdb/LyXWfKnmDh6f6
Q0u+1DTXt52j/YkBVo5U/ZkVh0pgx5ROPcQ3ZY8OyC81Xtprv/OMOgXdgiW9rL55/c2EZJW2
K2FyHiQsSSA3Ij2Phmu0o4NUR/R/S36o8QsPjDVLK6g/0uCMsoBS5UdeJ7/Rm9PqDhQlRZ5+
XXmLU5dS0/RtHsjfeYLqZIINOWMTRXNu44mOWM7OgBq4O1N9uuctrsHhEyeg0+UZI09s83+S
NH0bVNY8sXsjN5V1e6FhqbW5aaTR9bskEsckHPd/TEheKu8kLSRncZj6bVkVJjmwDIKSry/5
d1DRLXWPKutQR3FzYK2t6JNEedtck20kC3dsx+1HIpqO4Io1GUjMjU5ROYlHqy02MjGYno+W
PNQkdldDxTiGDkkFT1qDnRabeNOhykiVs7Oqvrmk6VrMjGa91K5abWZias15DGkLknxZQH+k
5i5cXDYczFk4qL1q48rX1x5W0uSxtJNR1HXibpYbccmW3gJRa+5auajxeGe+wdrKHFB4lDay
3HmKz0+RGtp4rhjPHIGSSP0EZ2DKaMCOOZM8gMC40YkFmOnWWgtNG8cZtLSC1hubg8iytxt1
mleh6CtcOPJwwtE4cU9mbjQrP8oLXQPNuk6Zb6hf/mb5e03zRpd1cAvHFJep+/WQGjOI5NkT
pQiuaD+SvzmTimfTzc6XaHhQ4QPUNnnvmLVdU1rWTNrV+97eauoklvZaVUw/bWg2VVTcAbAZ
0UMMNNDhiKAdUZyyy9W6ZeXtdt47v9HKwvdIvoklCEmjROoaOVK7qxG4/HMcATHEHJEjA0U+
8seRE1b81fLVvEPrFjc3SXoenJXitwZa/Rx398tnqOHHRZQxXkvoh/yrsIj5m1rUNYmVNM88
6xf+XdcuH/3RDq0Mi2szeASdFIP+TmvlKiJObkHFEh7436V/Lv8AK/RfKFjfQaD5t8yLfpqM
0pZLn6vaMUu4rQgUEsjGlTT4K8d80ObKJ6jilu3yx1hqPIPk3UprvTUguLKT0pbVwYwVDrRv
hZWRqgqwNCD1GdNE3jdDD+8U5NOTW7dv0JcSWt0tbnUfK5kNZKdZLFzvIo7xseajpyGUiRIN
uy4aOz6r/wCcU5CPMn/OSi6pAbalp5N9eNqA8hp10rE/MKDnqPaP/OM9k/8AWz/01eFj/wAb
GtPX91/uC+W9VsPJfmvzp52i0f8A5x8PmX6p5g1W0udXPnF7EXV1BOzzuLaThw5hhJRagV4g
/DnfjtzJ2PpNLj1PbPgGeDHOMPyoycOOUaiOOIldcJjv6jVkbvOR7MGuzZZ4dD4hGSUTLxeG
5DmaJHfdDYJPL5R8t6XdFH/5xb9N5F4yA+fOSOjdmFSpHscY+2+KY/43/wDryP8AxLbl9nsv
KfZ//S79Nvrz/nFuXyXZ235s6D5f/KFvyu8waXp2lyeYHPmCfXVu47j6w9sFaQGJAq1PwGvx
UYCgzmvbfU59ZpNNqZa785inLIIHwhh4THhEttpGz3jptzc7sSEcOfNi8DwZRESfXx3d17q8
ru2B+WNcvP0R+ZPkPRYWa582+e521IQsEZ4YoIX9IV+08zACnWgoOucV/wAEM3Hs2+X5WP8A
upO39kok5NaT/qx/3MUFe6JN+jPI2senxjn/ADg8uW6yAbgQ8WIPh1O2R/4GWS+0NX3fk833
ByfbA8Onw3/q+P7y9m/5ylj8t33mTy3pk3kT/HmsXsl61hYfpb9ECMwQCaQmbZDVVP2yKU23
OdT7F5c2nhqdRHV/lceOMTOXhjNYJIHp57HuB5vNe0uPHmODDLB48pyIiOM462sm/d3vKvyY
80fl35N1SXy1c/kVJ+V/mTzrBcQ6J5s/Sq+YEuZUQSyWkl0QXtuYTkqA8WI7HNn7Q5c3bejn
nwdpDWwwUZw8M4DEE0JiFATq6MuY5N3ZuGGgyDFPTeAZ7RPF4l0OXFvXued+UbD6ivnjVbu5
jdL7z55iMUIryijtltSWPah9T7xnGf8ABHIOfs8Vy0GD75u69jsgOPVV01OQfZH9bMPyov47
7zDOYLtIrn6pqVxpOls4Mj3k8ZWNoO4DoWPFujbqd6Z5brNLn8LxIxlwXV0avuvk+gafPi4x
GRHEOnX5PR/yxGoW/wCdX5PC7ThYw2/nGG2r9plS0t2AP+rzI+eejew0a9mu0f8AhuH/AHzx
/tYYntnTd/hZPvi8+/PHXLrVvzb1rRNA8jfl9rB0rQotRutT82afPc3B/fyRmJJYSfhXYhSu
2++dx2Pq9J2V2KNZqtRrMcZZpQEdPOMRYiJcRjKt+833bPLavTZtbr/Aw48MiICROSJJqyKB
FsNj0DzoNM0jU3/LX8lr/TdRsjqUFlb6deRSvGk3pTxo0ilEfY7kEDrv0zFP/BA7ClLhGs7U
iT/EZwIHmRGXER5ByR7Idoj1+BozvyESJEe8xq/fsnXkjyZ5H8562/li78lN+Uf5jMJL/wAr
6joV8/1XURAPUkaznjCKssQFTEykhdxStBucvb2rOjOs0erGu0gIjkhmgDKBOwGSMrlwy/ng
jiPfVuqydl4BqRp9RhOmzkEwlCRAkOvBKNCxz4SDXN6/+WnmvzH5e83Tfll5+lGoapFA9x5V
8xhODX1vDtJFOoFBNENy1fiHXfdvOvazsHRajQ/yv2bDw4CQjmxXYxTl9MoH/U58gP4Ty22j
03Yna2ow6n8jq5cZIvHPrMDnGX9OPO+o8+fSPMd1HP8AnN/zjwaAgarrlTSm36NbJewEr7J7
V/qYv+mhaPan/jQ0H9bJ/uHzf/zll/yqm38+Wut+Zvy4XzrquhWH1iC+bXptHEKSXP1cRhEI
SQl5QTWpAJNKLne+xuuz9n9m5dR/KH5PD4oif3Iz8UjGx0MhsOgrZ0vbeQ5tTDSR03jmcCT6
/DqIIv7a638LTH8jPzY/LHVvLGreRfL35ZSfln5jls3vYa3/AOmYtRgt3CyKuosqyM0LSf3b
Cig/Ce2Yntfj1HaOnHaEdcNbhjLgJ4DhOORG37rahKvqA3rdyeyMWHSZJYI4PAmfVz4uIXz4
+tdxOz8v7IhvLPlGaE8mijuI5UHb/S5qE/PMb/gn/wDOSar/AJJ/9MoOX2JH/A4fH/dFkn6F
aOz1K+swrfWNMvY5rVSCYpGgcDbsDWozn/Z7AcfamjnkiRA58W5BojjjdHq5WsneHIIncRl9
xfqX+Yqvd/8AOCvkRNPJYD8qdML8O8kWkxmb/hlaudXikMftmTP/AJTD9uQ8P3hxJC+ztv8A
U/8Aevz00i0k1BrGS2YBZrG2lgHQFJIUkUD6GGcV29hlj7R1MZfUMuQH38Zc3SyBwQr+aPuZ
FIZ47KWzk5AUdD7ch/A75z+UOwwSCTW1xcSoLn1Cq/WH+EDb1p440NP9WkhyoAFyzJLb6e6u
7qe2Lk+sRHCta050UU9t8rMA3iWz17yNoc/ncy/lLZxsLb8xdatLXzEUqAdE02dLy/UkbjlH
aIo3AJNPbO09gNONJqNR2xP/AJCYyIf8Oy+jHX9Xcnu2Loe3tYZeBpI88k+KX9SAs/7LhT/8
+vy4/ObzZ+bur6zpP5XT6/5a0rTYNH8pyx6vp1lGkYIlnlWGWQsOTHgKhTxUdqU6rTx7H1vY
MdFm1/5fJPKcuX9zkymVemESRwih9WxPqLheJqMOq8WOLjAjQ9Qj7z19z6O/5xO/Lz81fLuj
/mjoHnT8vpfKflTzKYNf0d21PTr+OPVAi292n+izGXlOio9TEFHCnMmmYvtXm7NnoNHj0+qG
py4InEZeHPFeMG8e0wR6N4/Ubu6Y6EZ/GyynDgjI2BxCRv8Ai5dD0fB35kec/wDnIv8AKj8y
fM/5fflz+ZOreTPLlnfjzDpdtp62sEMdjfkCbkzQ1cRzKy0JP6803t5gxdodl6LtfhBnR0+U
734mPeBO/OWPc+52nYGHHgyZNNHYEnIBd/UfVz5C+nJ9efld+a35seftN0TTvzbsRqPmLUPK
cXmjyz5/gtltH1PS/rxsmtdShjCxieESQyRyKqllcqwNAc8mHPfmHp4RGM+nkyLzQbsWYiFy
9rbNbym/ZNnZlIaMA+AO+GUOLk5sJ0xeTU5Lu1u5L2GK6tNRhijkhlCsZjGvB3liao4sdqnY
5LDOeDIJ4pGMomwQaIPeCNwWOaMckSJAGJ5g7j5ITyNDp9t5Yv8AQ9Lsra0On3k0iw2sEcK+
lO3JahAKlelT2plvaOv1WuyDJqss80+XFORma7rkSaY6PT4cEDHFCMBzIiBHf4JVp+seY4Lm
T8tPKNv+m/OHmuYXvljS3JMGlXETcJdTn2YQxNCzK+3xkLseOdn7H+yUddxa7XE49DhPrl1y
S6Ysf86UutfSOZBIea9oO2paWsOnHFqJ7AfzInnOXkOneXtPnrzLpX5D/l75d/Ij8vJj5n/N
HzW0kszJV5bi+ut7zVbupYpGtCRyPRQNwrEd5CI7d1WTtTXfudDgq+gEI/Rgx19UjyqPffMg
PMxxS0eEabT+vPO685HnOXcL3NpJ5O8t2XlDyt5b0xtTisdQ8pym48u+cLheUElzdkm9sdUI
FWsL4uyljUwluRqpbPIPant6Xb3aOXVzHCJn0j+bGI4Yx+EQLra7L3XZfZH8maSGKJ4qHq/p
SO5l77+xG+cLF7HzRrNrJavZ3dvDb3k63LqC9hNH/odzLIx4F4wDbyNX4mjVv2s5aYoU7nTy
sMQs0lvLfU7+W4iby7olo91qc9ldQyTMz0iggQKxIeaV1UErRRVu2ZfZ8oRywvlxC/m166cj
jkBzo0yKO+iuf+cGvKktpBFDbt5b1MPbx1KLwuLpZRVtyQQak9Tn0Z2nEj21Al/q+P8A3tfo
fIsUa7DIBv8AdS3+BtM7DytD5etdDjMIuNI1Dybp+taSxFP3M9lGw3PdJKjPCPa2P+u2r4uf
jZL/ANPJ9K9mM3F2bp/LHD/ch4J5+kWfyV5zupRUfou4WA9q0FT9+bX/AIG+Mj2i0X/DYtXt
ZIHsvUf1C90/5yxXl+TfkRC3G6eDy2qN1bnzt9/nSuep+ydfy7lP8PDnv3cMnh+1r/JCudwr
32EpvvNHlq51K/i1PyzPaalo87W9h9SvJYILu3BCCVyRIySlAGqPgau4GfLcoZJS3fZwTGGx
et+TNN1HUIruz8laoZo/McTRXGpXgWOTSraL4ro3xT4QqihDptIKAUNRmXDDxmvx8XCzaoQF
yG/Qd56Jf+YI0iz8v2trb3MsHlvSFks/KNkAqXWp3khDXWp3NfsLKRt34hVXYHKjKM5VHkOX
623S45RuU/qlufLuDxvzA88TflLdxIsGn6vpOqaJeMBRPXFzJcRO1Oh9SMb++WDHYIpzseWr
TW+gurjUpLaeIpczxRu0dQeqj4lI2KsNww2IyjHHduyTBjs9E8uapp35PWlv5muwNZ8zXyk6
R5cSThDa28o4m4vJBU82WvCNdwPiY9s2UICUR3ujziWSRA2j39/ueW+QX9LzF5tv59rC/S4i
uQfs+jfhhWvtyH3ZHOOGIHc24xdsX8o6ffWHmBtA+pTX6zXKRPaxRtISRKoJ4qCeLL36ZHL6
oWHJwHg2JSjTPONxZ+a76+ktrm7vTqtzcRlkPFHincxlnOxAIFD7ZdpMRlyGxatVOhu9F/Kj
yRP5v1u+1HV3Y+XdCB1HzXqTE0kDEuturf78nfb2WpzbZyMcKDqo5CZbDmoa/cPpNprOn2Vq
iW2tBY4ia/6PbTS+ssSAk/aAG53pmuifVZdvOzjp57F5IsNd1bzjJcR3a6isGkXyTW0zxgrN
aNbuCoqpIe1O9MyPGMeTRCPRIIfIUV6Us9K1ia31t2KWunXxjMV23aOOYhOEpOyhzxY7Ag9c
3T6o8pONqAYiww43Wr6PeTWd3bo0trK0N7YzK9vcROho6skg+FlOxU0zNzYDkjcS0YNZEH1P
QNHlttTjSSOFZFFOaOo5L7MDmjzeJiO+zt8Jx5NxTJU0hY5OVtap6cjBjARsrdaqeoPhTMQ6
6XUuWNOO5+lXkX0h/wA5HfmOoAMjaJA5r1FYdMU0HvxWp9hnRdjai9VPH3Rv7v1vIa7CB2fi
ydTIj/dfqfmmPzF8x/8AKyH83/V/9yQu1g/QfE+l9U4NB9Q4f779H93Tw3zbeDHw6+KOI8fJ
/9b2R/zg06avaflvrTjnd6T5S836AZep9BNY0W7jQn2M7ED3ymArLIOTmoxBeR/lx6E3/OLm
o296LdoZ/wAwbpI7i62+rsmirKkkTDdXV0FD3BIOxOYmrFasV/N/S26ejE33PnhLh9Wv7HRb
aSK2udWcQ/WJQSkQIq8jAb0RanNxkyjHDiLh4oeJPhD7l/Jf8uvJf5aW115tS3mvr+3sppvr
dxxa8khjj9SRmOyQoQtQi9P22J2zz7tTtKeoyiEeperwaIYcd9XgP+IrrzHa6t5uu1DaR58n
kvNRWHc6dcmUvBHJy+zJEaGKT7LglTSpGbaGl8OIiXAOTiPEEdpfnFLBLHSfMtZ7SOR207Vr
ZP3ts8gpLJa8yBR/922zni/VSGo+E6U8wkZ6NvAfP3lprC4ktZpI7qy1APc6NqdsWa2u7fl9
uEsAfhPwujAMh+Fh0J3Wh1FgB1GohvbBfK+syaXJPpOoxFNPvZUaGRqfuZYzRZfYEHifb5Zs
80PEjY5teGfCUw/MXzBf39zYeXLS+uEsdHtw908blQXuDyWFCDsB1JHc5x/aYiJeb1Ggsxsp
pLqtxf3mjiTSJ9H1HR9GWx+vSySyTX5HILPcPJUtIqycNifhC1yrQSsUV1kANwmKTS/UtQWX
l9VEUNveyDosBZI5N+3wVGbDVSqBAcDTgmdvp7zjFYeZvyP/ACF82WV0JrDRLbUvLEiAGhey
uGENSdxQQkUPjkezCQOEtWrjU5HvfOGqW8d/Z+YWlkKfUdJvGhI2POaJohQ+3LNlqR6GrT/X
7mO+UNavbnR9NvdT0uLT9R023g0h5YHJju47GJYkn4NujlQA4BoTuKZRo4VCiz1MhxW+6P8A
nHvS5TpHmXzxJCr2mhWFzaaEZRQve3KUKqx/ZDFVPu2ajtPKIyEXO0tmHvfPGm6XcWsXmDSr
q7jikt5DDq0327fnHKWrIFBdVWRfhlT7B6jiThsmIcgCiWced9a178wE8r+YJHWXW/IenNZ6
35d4q0s8Yf1Dqlu8ZpOjpQSqvxLTmKqTTCyaSpcTKM+EGPQvJfMLaLq8SHRJmsJZQBPpt25k
jX/LguVBLIf5XAYeLZt4T9DqRhPGw59L13T9RFi/PSbu9tnTTtQfaKRCP7yOYVVlpsSDt3wV
6XMFxm+kv+cUobm21j/nJxbu6jupjZ+TeTRMzLUWF7vyYLX7s9Q7RBHsx2Rf/QT/ANNg8UJA
9q6uv9r/ANw8M8sWGoSj80tasbaV4NC8+avcXl3GPhiC+gancE9dwtTT2zC/4JWSMZdn3/yg
YPvm3+yMZVqCP+UjJ+h7V5n0F/qMNwluI55UjmiiBqCJ1VkCkEgq1RQjPLdNqKJe01cDIAvU
fyc0+HRvO/53aXbtzis/LvlpHm7yzehOZpT/AKz1p4Cgz1E5fE9mNBL/AGzP/uw+exhwdtas
deHF/uS+WvLCXE/nPzw1w831M+crqKOWIsGt5RDCYpl40NVYA9c1X/BRlw4OzP8AoVj/ALqT
u/Y2MfE1Yr/Kn/ch9k+fNLlh/KX8t9Wuwkmo6x+cOg393OkK26vJK5R3ESkheXGp33JJ75T/
AMCaJnn1eQ/8o2b7g6/28Ij+XgOXj4/vLzn/AJyEimvvzi/LTTbdGknv9Tu40QdG/wBFb4T8
zQUzpeyf+MTtQ/7Xj/6aBwddH/XHRHunP/cF49+b+jXFr5h0mw8t61NomoeWrr6xpmuxxR3K
C6SNoJ3aGYFWViWoO22cT7N+1o7EyZBkwjPizQ4JwMjCxYkOGcd4mx3HZ6jtDsgdoRgYzMJw
NxlQlVit4nnskWiGw8oeQ9Rm826ldXt7cahql9fao0KRDUZ9R9NysUKGkbM0YUBdhUnp02eb
Xan227XxYtLgGKIxwxQiCZjHix36pzIBPDxG5Gug3PPHjpcHs7o8mXJPiMpmcjy4pyAFRjvz
4Rtv3sft/wAvE8mXP5Tvr8Uun/mT501/9O6/qtuzLcaPpkIEkqDiwosMHBSpFKlhnrOTtjDD
Ta7FiIPZ2k0/hRgQDHLlkeGEjY+qWTilxDfYF4+ejyZcunmdtTlyiZl/FGI3kB5CHprk+vPL
ms6ZqX58fl3baTdG/sNMXzW1resnpmWO5sYGLcR29RWFe+ec+yePw/ZztAf7bh+8u+7eycfb
OmPfiyfYYPCvOTj/AJX95uLCqnyxCr16Ua7cZm9sxv2Sw/8AQ3L/AKZr2V/xsz/4SP8AdMv0
211O98s6RbaVaT3K6Rd31kpRCwKXQSfjX2aueQTxxEt30GGQ1sr6Jo+uW/5h/kppbWwg1STz
fHqMUJP79dOtYZDeuV6qhWgNRQ/Rnp3/AAPYGGk7SzS/ufA4L6HLKQ8MeZG/u+LwnthOMtRo
sY/vPF4vPgETx/Dce9nv5qWEWofn/wDlfZaVNHDfrqF9PK38tqtq/rliOgI2982XZpGPsHtS
eT+7OPHHyMzP0fEfY6nXG+0tFCP18cj7oiJ4vh97KvNERtPzj/5x9hlp6q6nrm6moI/RrUIO
an2B/wCMntX+ph/6aFzfagEdoaH+tk/3D84v+c+dXurX8xDaxRieBPLl5ObdqsryvdLFHVR1
Iqae59s34iD7J5j/ANBcP+mZbMGGP8ojIefhkfC7/V8nwz5Z/PnXfy9n0vT9N1C50rW/LdpP
pja7aQW94sqXBV7hDbXSkV5ilQc1vs77S4eztPl0mq0w1GDJKMjHjlikJRsAicL233FOVrez
JZskcsJ8EwCLoHY+RZb5I1uz1JdPstGjudRvLkrp3l/RpIJI572+upKRRohBBJkepodhm00/
je2fbmTU5YjHisTzSH04sUIgby23MY0O+W9UDWNkxfyfphCPqkNo+ZP7S+nPzG8l+Vfym1v8
ufJbzW0fm2z0abVPzC1r1ipuWuDxEL1cKytOXC1FeKinfOu7R9pZ6vsnXaqZrTnLjxaXGQKx
yhvxQ2uMo4wDsaskF1EOzxDPijEeoAmcu++h77L7b/5xe8y2P5i/kHq35PanOLrzH+WElzZp
bSH4rvQ713ms506VVVkMJp9nitftDOc9tB4uow9s6bbHqRGe38GaFDJE+YkOLzs1yc3s48MZ
aef1Q298TyPy2fGGneXr3ydr99+X+rlk1fy0x/Q8kmzX2mVb0JkNAGZF+FwOlPY4+2Wljr4w
7b0w/dZ68UD/ACWcCpxl3CX1RJ535i6ezZnFI6XJ9Ufp/pQ5j4jkU/1eBJH5olWloHX37kZ5
pmNvRYIUxOf0tLtrOGaCS7vLq8uDo+i2yl7u9uXIjiiijUFjuTvSg/DNz7Oezmp7azcGP04o
75MktoY49TI8rrlHmfdZFPaGvx6SNy3kfpiOcj+OqE1nQvM3kzzl5d0PzVNptzqut2bapeaL
ZAibShFVxHMakOrU4hq7sDTYVPW9t+z/AGPPsjLrdAMkBp5xxieQ3HU8XMx/myjvKgK4ee52
wNHr9X+YjizGJ4wTQFcFfeOl87e5/k5rUXkbyl+bf51XNAugQf4Z8qSP0kuY1V7pkPT47iSO
MEe49sztN2PIaPs7seO2TUy8fL3iM9oX19OIGRHe4GfODqc+sPLHHgh8N5V75UH5ffm5qieX
dck8vfoyO/8AMaD6x5x1qWa4MhvromaaGgkChgzkOQB4da5idq/8FXteGtzR0Ofw9NCRjijw
Y5AQh6QblCR3qxZPN2+k7AwyxQnlheQgGRs8zvyutvcyr/nHL8y4/wAt/wAwvKH5h2+lW+mS
eTdYtrrWp1uLhjPpFwTa6hEIy5FTBMxBodx0PTNh7Oe2naXtPmy9k9o5vFjqMUhj9GOHDmj6
4G4xjseGt/sTr+zsemgM2ONGJF8zcTsX6zf85W/ltoVz568gefrwLdeW4b1LTzAgcpbXelai
VIE8qfGIQ4Bb0/jKsyp8TAjU+zeH+UdFrex5i5ZIeJjB6ZsO9DzlGwfIOu7R1h0EseqHISEZ
HuhPa/Peu7v6PqXyIk93+UN9peqxQ3HmXy9eT6lHqdvaC3Fxo010RGVAr6cQY/u0rTig4ghe
WeLZKFgjcb/B7MWJgg7Hb4vFPOFsJLa+RaLygdfpOWYhYcozrZ4vI5lstaMZHNWtLSFiOgUM
eIPYd8tOLdslOopL5c1rzbrnmEeVfy206xutWitzBq920Q+p6dE5p9d1G73LzEglIgO1KbEH
vewfYjEMEe0u15HFpr9EB/e566QHSHfM9Dtz4hy/aXtFMTOl0QEstby/gx+/vl3R+fczWw8z
2X5a6b5l8vfkqqedPP1xRvzL/OTUBztLed60iRxUOV3EcMZKrSrciGzve1p4vBx6rtj/AAbR
wFafSw2yTA7o/wAIP8WSVE9OEEF5fSCZynDo/wB7mkf3mWX0x85HrX8MB+gvFrjTvNfkzUtF
82eXNcu9T/MrzVr1raWHmzUnIuJLu5DEuzqGZII1BHBRQLTrnKaXVS9ttVOGpJ0/Z+jxSyDF
ir0xjQAHFtLLLi+uQ39VAWXpMsYdg4AcURk1GaQiZS6k8ztuIiuQ8nrPlz8yPMPnqLzX5Q83
ppq+Z7O4nsZNS0+otbuW2RDOqIUTdee9RXOU9tfZjR9jZcE9JOZxajEMkY5ABkiCSBxcPpN1
YIp3Xs/2vn1+PJHNGIljlwkxvhOwO17ir3QjfmN5OtfLGqeRvzO83Cw1ry5YJb+VdVMU93Ol
h6xmjtLpYUc+nbybozEEI9Nwq5h9m+wHbXbWL8xpNNKeMbcVxiDX83jMeL/NvfZGp9o9B2dl
8LNkEZSPKiaPnwg1fnSQaLrGmaf5f/R+ncrvVPNEttdanrPwG2XTIH9W2gtHBLN6slJJGNNl
VR3Ocvm0uTTZZYs0TCcCQYkUQRsQRzBdyZDNETgbiRsR1e0fk61vrf5DedvyquFQ3nkHWdSs
2suQblpmsF7u2mC0BCuZZF3r9k7+HvHtHrDPV6HtmFmOaGLJf+2YqjOPdYMR83zDSacDFn0J
2MDOP+bOzE+4gvdvy01KfzJ/zjx5evtOsLPW/M/5baZJoWsaHfwicXul2T+lNaMAQysIo0kU
oQwp755t/wAEfQ/lu39Sa9OU+LA9JRy+ux/nGQ94LuvYzWHP2XhskGP7uQ/mTx+mvlXzD5I/
MfT9I82aPZeWfJ13JpuoeftXsdD07yxdAyS24ubhZJnt7ofDPEkat9sI4H2q9c2v/Ar04Ha/
52Y/d6THPLLu2iYwF95lIV305HtfqDHRjTmzLNOMBXmQSSO4Abnpb1T/AJyluW81edfy3/LH
y+hnkW/i1K6tIg0jLZaUhZVKKCSHeijbcjOk7FzHQ9ndodpz6Yjige/Ln9O3nEWT5F1GpiM+
q0+mHWYkf6mPc37zQUv+VOedofqGp+bb3TvIehT2ki3+p+YLhYZk4E8HgslLXExKkAKFG46j
PB/ypMu4PpEu0AI1G5HyZBpfmC4bTk8h/lxZ3Muj3Dx/pvzBdhYdQ1qZDQPcgHhBbp1WIGgG
7ktkc9CPD06+bLBhJl4mTcjl3D3efml/5geZ9O0nTZvKmnCPzBeXZT/EHm2SMtArxkEWmnFh
QKjD45Ru3Rfh616fTR5hunlnKVy2A5D9bC9c1a1n/LzywtvGXv8Aytf3OpH/AFVmjuOI+YRs
ujgMZEtsZhUmvBELq2N+lpo9uk02n6kyPLNZ2cn7xooET4pQwI4R/wAx+EqCcjqNMIDjCMWo
JJjzLCL/AM3+XvMEJ0/TbnU4dTgV2Flq1ukMk8cdA0sLRSSKfEoTyA8clhPROW+r1b8l4dLv
7LXrjzRc/UfLWkwSP5l1Q7GKArxiCCh5SO5Coo3J9hkcsOOYi4uTOccbiLLz7zl+cd/P6/l/
8s4ZvI/k/gbaUxPz1jUkrQyX99/eGvaNCEUbb5n4tLGAcMGcpCUzZ+z4Bh35a+TfOvnrzh/h
7TJnjgCfWNY1O5JNtYWnV7mdj0H8q1qzbDvlonHGNmzLIkWd32VrF75Z8t+WptF0UyWf5XeS
Va88y6kzcLrX75V5mAP3adgAxG0cew7DMGcjM2W3FilAWfqP2Pmv80LnUrCH9L2cMw0zzzGl
95dubhaSWvqlTcWs1PhE9rXgV/l4sNjkICzTkHKQCDzH4tS/LXXrfQtdgj1qOS5s9Y0KXTbu
5LVkikgvkljnoQeXEXBBHWhzLhgMyQOjT43CAVP8zPL76Xe3EfAiG5BMSkda7g/SN8swx3oo
ymxslh1eP8x/L9xZeYrdLjzz5WsGutO81UHrarptnxWWyv6f3k1vGecM32iqlHrsc2WDIcZH
cXV5cO5ISPyhajTfMOi3MdpJqdvDdRy3enRI0vrW6n96rIteShCSfDM3UwjOBsNWnnOM9iWe
+cNV1Hyhf3ltZ2dte2wcm2imDBlUmo3U9KZoY9iYs+9kO8y9rZMO1Av0J/L9fMM3/OTn5pXE
+jpbeWrPQ7a0stZZiJLm5e30qZkRDsyoGIZh0NB1rmy7I0sIag5QfVKJ2+I/U6HV6mUtFHER
tGX/ABX635ffpyA3PH0k5L+69PkeXBj/AHJf7XGop16e2T/Jnw+HjLn/AJscfFwv/9f0l/z7
X85abdTecPId0GGt6PDcaxo5pt9Tu5LSG8FfaSKD78OXHWW+8N0j+7Hveawanp/l3/nFK1e9
06bW4b780fq89nBNLbkPLopYESRKxoAo7U3zTa3UcOo4o/zf0ufpMHH6fJ5r5W0W3i8/s9pL
NLYpFAI0vFH1i2eccpoJCAFZkpxDAAMpBoDXJ6zWeJp7OzbpdH4ean0n+eXnCTyR+W9loFq4
i1Xz8ZLOWUSKJYNNhUPO3p15H1iREGpxFW75z3YuiGp1HGeQdn2rqDixcI5l89+V7uSykvdJ
guoxPc2MdzbaVNRYbxHT99Cpb4RJSjKH+FqEVBpnWarEOdbOh08+lpNqeowratbxRPLFG3G5
sX5eolOnFW328Cf9U4MYFUuQlE6J5j0l7VtI81Q/pTyrqcqsJom9Oe1npwW4gkYERTqNgxHC
Qfu5RSlHJgP1R5tcJ3sWGfmB5Ml8tS2FwlzHrPlvWpCNA8zwIUguuG7wyoSTBcxj+8hff9pe
SUbMjBq7iQdixOCpeTGbK9tr/WpQsYWW0jCpcbEIa/aUEGr+BPTNVn0/jSsu2hm8KFB6Q2q3
50OCzgs4r/TlvmjW3uCXZbn0/VaRXY1VmFakHfvgGn3qAY+OKuRYLcz+YtSv7KHVVi0vy5aX
BnOlQEKJ5EUsGfiSXpxqSx+WWQ7PySNy5InrcYBEOb3ryV5h+u/844/mBoMprP5I/NC3uolH
7NprtqtwjD/J5lx88GPH4epppyT4sd8/2f2vMp7hItM1mWfa3uEt7eWTuFlnVc2GaIIppw3z
RWjeX7nzB5h0/wAq6NbAXNxL6EEY2SNeryuewUfETlebJHT4zKS4oSzToP050nStC8iflvYa
Q05j0HydB+lPMFzSryraAzUoPtNNPx2+jOFlnlqMtl6DwhjAD8/NAu7O680ajNHePwnlmhSj
+nPHcS1kRHU1RmcVUqTRula0zex+kBoAMTvyU3vE029/SGlXDWc9rJz9GPlGFdTXlGDvGf8A
JzIjHi2a5zS2e08u+YpZdQ0jVYfL+okmS80yeNvqrydS8XpgtFyPUUKV3HHpkhhIaOKpMRvP
zIurPyxrfl1OE1pPJbvFqD2z3cmmSfWEWW+gjLCipHyqADzB+IUGdP7G9maPtLtTHg1Z9BEi
I8QhxzAuMOM/TxHbv6Ddwe39RqdNoZZcA9QI3oy4Yk+qXCOdB7v+TP5pf84+flhpPnePXPzq
k84ecPzDewbUNSXy5qNhEILG3aK0iSKG3lT4VdqtyFfAEEn1bt/2T7a1+HBp9N2f+XwacSEY
eNDJvklxTPFKQO56dO/u4DRdt6HCcmbLqOOcyOKXBKP0jhAoDo+Y/MfmTQpNd1Gz/K/8wR5o
sPMuvyarN5MOhXMUga9aNbyf6/NGkihUQGmygDp1yXbXsuNX2bxdtaPwJabT8EdT48dvDBOO
HhAmJ4ia6yN7HlV/ZXa0tPqa0OY5Bly8RxeGecyBI8dAihv3B9a32m6zo35O38+kJPJr9hPH
f+Xg8D3Po6ZNJGZyyUJLRAtPGn8nI0pnzx/wPdFpO0+2Mel1sqxyMtr4eMgExhxfw8cqF/Ab
0+ge2GuzaHQzz4BuK3ri4QSAZV14Rv8AsTD8rPzN/KDyfH5y1jzV+ck3m/zP5ytrK1ubseXr
zT4YoLFHWJfTgt2Un4zVqjttWpPvfa3sl2pqNNh0mj7PGnw4TIiPjRyG5m5eqcr+G75PoPaT
s/Bny59RrPFyZOEE+HKG0RQFRj5vFrTzRo+n+eJ7v8t/OkPmey8y65DfTeUJtFlkSSWZ44Zn
Ny8aSKOI7EAZZ2j7Jx1+ghj7b0gwjBilEajx4jgERKUR4YJjLfvu0Y/aOWm1Mp9mZzklknEn
D4UvVZAPrIBGz3a//MRL/wAzW+ifnJ+Y7+VfLfkrzSurab+XttoEgDfo2ZjZTfXo4pHZJFox
IJVgfhpUEHsX2V/k/s4fyNpBnlmwcJ1BzR/ygHiDwiYxHDyHUdb3vB1/tDHVa6+09ScQx5bG
DwpfwE8B8QAk3z7ixn81/wAz/wAsPOHmzQPN/k/81x5c1rytcy3Wnak+i3d2ivNGYqmOe3CE
iu1a/LuI9hey3a+gx58Go0Hj4s8RGUfGhj+k8Q9UZE/Kve53avtF2dqjinh1fhTxyJB8KU+Y
o+kxHTv+TxPUPMNpqd7HJf8A/OSkImjBHJvJDEkHqdoBXLZewulPPsH/AK/D/wAUzx+1koix
2n/0o/Y9T8j+YP8AnGDyrqSeaPOv5p6n5/8AM2ksn6JXUtN1BbKympVWgtYrMRhqitSTQ0Ox
AOSzdgdvx00tLoNBj0uKf1eHLHxzHdPJKfER8ut7GmeHtnsvLmjmz6qeaY3jxRlwx84xEQAf
wEr0vzHD+af5o+ePONhay6posvly98r+SPUhmi+s3V3ayzmSJJFRgTMqRjapBzkfaTHj7J7P
0nY2omIZM+fxNRUonw4A8EBIgyHK591h6Xsqc9Xmza7FEyjix1j2PqlXEauj3R+Kn+Sf5j/l
Z5U8w6X56/NL83pj5j0rR5rK08mReXLy2j02a8RRcLLPBbyGcqBQE+5zuO0fZHVw0mTQ9kaA
RwzmCcvjxmcohfBICUhwc96eb0/bmCeeOo1uovJEECPhmPBxVxDYHi5Bif5h+d/ys8w+er3z
l5N/PMeV5tQsF0+9il8s3moCSNJWlUr69uvDc70FduuHsz2V7Tx9n/kdd2V+ZgMhyR/wiOKp
GIj/AAS3+fXk2antjTHUfmNPq/CkY8J/dmdi76jZrRvzQTTYILCH/nKs2mmo9XhtPJbwuQxq
5WQW9VY/zZA+wuIHij7PjiHK9XxC/OJlv7mJ9pMh2PaRrrWGj8Dw7PXvJn5o+V/LN1qfmDyX
oXnP84/zK122a1HnLU7U29ulurARxpPOEW3hc7/ChO3xU2GYHavZWU4Y6fV5dL2fpcZvwoSE
pcR5ngiSckx5keV7ls0OoxxySy4IZtVnmK45A8ug4pACMfcPf0el/l/5d1S0vPMP5iedJodX
/MjWLV47CxtiTa6dbgGRLOBjuzO4HN+/Qdy3mXtR7QaXWwxdl6Lix6KEwZTl9eWZ2OWfcAPp
j05noI9d2N2Rn08smt1FT1EokRiPpxx5iEe8k/VL5efGvKf5y+RrDzT5f/MX8+fzilsb/wAk
/W5LPyHF5au7ddNvL6M2rRyTwW8skoVTspqa712NfWp+x2fT6TNo+xdADjzcIOfx4z8WEDxC
QjKQjGz/ADaFdOVcRo+2RrNVjy67Uk5YcVYvCMPDkRUgZVZod/zeEfnf5o/IX87PPEXnTyt+
e6aA2h2LWl/DP5V1G/jkSab1YiBcQRAMGWtAGJ26d8jsb2T7W0ehnodb2X+ZxzyDIP8ACIYq
lEcPOEiTse8D39N1re1dPjyRnHP4ciCB6DKxsT02975XP5b/APOPq3/1nVP+coYY0eXndFfy
91IOVLVYK5RgCexoflmb/oKFen2e36XrbF+Y49x5OXj7U4xtqL/zR+p9ifkn52/5wE/JBp/M
9h+aN/52/MH0nj0/X9Y0bVz9SV1KsllDHpscUPIbFqF9yOXE8cwO1vZr2q1mn/KYdDj02n5n
HiliiJHvyHxDKZ95rltYtthqMAlxSmZS7zf2bPzS/wCckvzNT8zvzB83+Y4LmR7PzBqQg0gM
GU/oyxX04DwYKyepQyFSKgtvnFe22SOh0+j7JgQTggZ5aII8fKblEkEgmEaj7i7Ls+HGZZD/
ABGh7h+tB/k3+dPnH8qvMWieZfL/AJpOl6/oBKafNdAzW09s5/e2V4goZIJRsRWqn4lKsAc1
Psx7S4tFHJotbA5dHmNziPrhLplxE8pjqOUhsXI1vZ/ikZIbZI8j3juPk/UeX/nIT/nGL/nI
vSLKH8y5Zfym88wBmhv5C/1ZJwoZ5tP1WFGRValQswWpHHi2xPbdl9i9qdnk6nsPLDWaeY9U
RRJif4c2CREgRe9bi+Y3dJqseLMOHURMZDke7zjIJVceSvIFnI8sv/OaflI6AnFktvV0e6v2
RSPUAuIrsSOxFacU2PUNlkdDHNISn7Oz8XvBzwx30/d8PDXeCd+8NJGYDhhq6iOe0ZSr+t0+
RYlqP50/kt+T8GoTfkdaz/mp+Z91HLaXP5n+YpWFpaH4g5g+semXHInilug5r1kYUrl9qY80
cMR23kx6HSRqUdLhEfEnyr0RJ3O1yyH0n+GO9Oj08eMnCJZMh5zlf31XyHzfJGgfmb/iLz3E
/nPz03kttdup5vN/5o3mmS6xcxFIHaFRp8dD6buqxKqLRQa/ZWmY3s/l0/tbPPGWmGTHpYw/
LaMZfCEhKRGTJKdjinEASkSaN1zNnMz6eWhjEwn6pk8c6s7cgB0D7n81fmZ/zibfflF5Y/KT
yH+ctyreXbi2v4tVudB1WWS6vobn6281xFLZRxv6kpJ4k0Gw6DNrh7B9p4drT7Sz6ET44yiY
DLjgBAx4BGMhMmNR2BdbqZ6WOlOIZOEd9E787Ird5Zcf845WX5waD5m87XsDz3lrqt7PpOu2
Q/Rs97aSSCWWR7cKA0Zlcsmx4gsmwUZ4p/wQuztN2J2lDDpIcEZYoSyY+LxfBym+LHx7k0AD
d733U9T7Ia3P2loTPOeKUZyjGdcHiQFVPh6X3eTxjyr5F8g6D5qGieZ9eXyJpl3a3VvqPnC+
0ufX5IjQIII4FrwaQM3xqoYdmGdp/wAC3s3DqBk1kMX5jVYJwOPEMow7bk5LP1cJAFfT0kDb
rfavNlgBi4/DxyB4pcJn5cO3Kx159z9QPOn54f8AOK3mD8tfL35dH8zZdWXTtFtNChubzT9T
F1dC1t1hSVybQEu3pgk92zdw9jvafF2ke0MWlEJ+IclCePhFkkx+v6d69zz+Ttfs3JpTgnkJ
iI8JPDK9hV3w1fX7UZ/zjD+Y+rr+YGpaFrOuyecPy/1qxt9NXzNPZPZ8pjGYEgYsFWQiAAA0
2AGch/wS+wNJooYdWcA02pyTkMmEZBlHDQPiCr4bka4bru5Ox9kO0cusjkwxyHNixxBjMwMC
DZHAb+ogDc8+9l/5iaHJoeo6roszFptNle2mP8wX7DD/AFlKt9OeZaeNGi9rxiYBD5K85f7i
tOsbDVNZuvLXlbXdft4/Nfmyzt5Li4sNP9NvVaNIldlZqBQwU0J6HPTP+Bz2Zg1Wtyynjjly
48ZlhxTIjHJlsAA8RAlwj1cN715PP+0+syYsEBGRhCUqnMAkxjXlyvlb32P80v8AnCLTPISf
l1pXnC60zy9JQX6Wdn5gtLi7kp8T3FzbW0Ushf8Aa5NQjanHbO1zezPthm1v52eESyjlxSwS
jHuEYTlKMa6UNufPd5nH2p2THD4MZ1HrQmCfeQAT5vJL21/596yyJpl1rtwzkCRbdIPM9aNu
CxSL9ZzeCP8AwQef/ZM4GGPYER4keXK/3n6U/wDLWuf84LeUbxr/AMga1bQ+brOCdbO71VNa
hjhoh58JNURbdX4ghSDyNaL1zU9uaL231elOPVxnPFIixDwiTvtYw+si+f8AD1PJ2Ghl2RDI
J4iBKtieL/fbfpeEflbLqja75R1E8rV/NOoajr08xActHqUzo4PvxRTX3zzX/gpTjLtmWCJu
Onx48I/zIi690pSex9kbGj8QijklKR+JofYA+iPyy1v8nPK/kH8wNH8/avpmh/mRHr2pTeYU
1Z44p9QtpnLW0kBlNZ4zEQAqVpv8Pxb9t292br+0xo83ZsJ5NN4OMY/DsjHKIAkJcP0SEuZl
Xv225bR6jFpjmhqSI5eORlxc5WSQRf1AjlTwTyHokwn07Tkt303TtT1e/GgW8ylfQ0ye55Wx
4HcKVYuo7gjxzgf+Ctmx5e148JE8sMOOOaQ3vNEVPccyNgfMV0es9jDI6AyIIhOcpYwdvRL6
dunU/a9SPnL/AAr5st9f8meVpraW2tZLHWdOub9pH8waXESzC4RlEUVxGKyRcBtThuNmq9jP
aPBk00uyO0zwYJS4sWWr8DIed/7XP+Lu59bFftH2BqIZhr9J6pgcOTHy8SPMV/Tj07xt75jp
HnpvKnmC981/lV+YOi+UL7VJFm17yR53DWdr9ZXiSZAxQq/FqN6ZIbx229I1fs7LVabFpu1N
Lk1GPF/c6jSkTnwHlHqJQ224wOHu3F+d6btXHjzZM2izwwzn/e4c1xHEOvQxl3mNiR6pd5c1
ryX5Y85XH5gXetaf+Z35kXJnh8n+TvJ0Zn0bQTdIr3ckdweaqAGI9SRgVSqhWI2sPYk8Wglp
NLgOg0RPFmzag8OTJw3w8Q22H8MIirrcXvlfyxEZBk1GQanU1UIYhY3/AJvPfvkTytQ0X81f
MXlDWvMfmXT3tV8/+a1W21LzOI1nksrNDyWzseRZUUHdm3LECndm849q+38Grx49BobjpMJJ
BP1Zch2OWXd3RHMDu5Dp/Z/sbPjnPV63fPkFcI+nHDpAd56yl1PLluRXF9q3mK9fVdY1O41T
UZm5yXt7K00rE79WJP0DOCnER5Pc4IvQLPUofLegyalqlxK8EivHp+jw1jN3KB/uwihESn7X
j0zT5o8Rp2sDwi3lVp5kvL0z299IBYakZY7ZXYen6sVDRVrVeJIpksMOEoyS4gzTQolu9MFt
NQpKXjceHKqMMzxEEOLGwnH5c2h8waJaStPHbjQ7eaDXtSuW9OGzGnu1tJJO52UDgCB1YmgB
OHOIjG1CZhleB2kEJ8zaH+lLtxY2urcZtTsY/Xf6qxeN51jJUuCDXiaGnvmrxk86c/JKxtzZ
vqXmIeXbTzH5Gk1CC6sNWniuYdRs2Zra4mteSxujMFNGVyQGAIPXfL8Z4pAhxckajuN05/Kz
8sNY/MS6uTpwisNF0sh/MHmy9qthYR9TzfbnIR9mNTU96DfM2Z2cE5BH39A+ohfeWdF0ZvKv
kkSad5LicSa5r01Bfa9cr8PqSNSoj7Io2A2AzCnC9y5mmwSvilvL7ko1W6s7bS7/AM4+bbaO
08oeSLdrvSfLMwH+m3tCbZZIj1q9GWM/E5HJqIu9WMmcqHNyc5EEN5sufLt3Z3mj69Lx8jed
Ybe/t9ZVPVfS714xJa6nAAKkKGCTIv246jqBleAESMSnV4uOEZx5gfMdz598yaVN5eu9Ejvl
WOeG4ubadoWEkM0d7ZepDPDIvwvFL6AZGGxHvUZvdDvkFurzS4sZpG3WuxeYtHgS5W2gl0gC
2FtbhhREUBJH5Vqz71ofuy7U4eDJt1XBPxIe5guhahZ+XfMWl6lcvw0z15LfUWAqFt7qNoJW
I7hVep+WSGLii1ylWybX1x5s8i+VvOPmLRdaXQrzT5rDRYLpIIrk3ovHaZvq0jhgimKIPzTq
Dx75DVTvhinT46JkeiN8j6tJ+bGoaPp/miaHT9TtiP0xdwURbq0UbXUSdFJPwOv7Lb9Dl+Of
hQLHJDxJjufph5T8x3s//OU3mvyxyRtPsvJRvW2PJZWn01VANaCoZidvDB2RA+MZf0f0hwNX
L/BYDz/W/KT6vatcnyEXQTRaJyW+BIJ12SH64ZmbqaBBCBXZSfE5Vxy4eL4Oz8EXwv8A/9Do
n/PuGFovz482VXiD5FvwT4kanpeZeoDMn0pB5l1gap/zibFqFhoa6PFcfm6i/o+1md4kDeXi
WcKamBCx2jqQuwGcvqMR8Wufpv7Xc6TII5Pg9J8kfln5r0G68veYvMNgZdN1mwsLi1vVIdVd
oxSCZj9mQAV+LqOmavV6j9zwu200QcpLzX/nIfUofM/5kXdrFNbzQeVtEg0/jCic47l3aaeF
5lZjKUJWlaBaladc3Ps7gOPBxHq6XtrJxZeEdHmWoS26a1bXM6tPDbLDzgjf0pDGqAEowrxb
uDSleu2b3h44mLquIwkCU+1nT6QesJjquniPnZazAvGeCMioFxEOXpkdD9pD2IzVCRhKi7Th
jIWHmE9xdwGZSI547iqPKD+4uA21HG/Bz49Dmxwz2pxJx3Q3lzzpqWg3N3o108es+T9SKwa/
5T1IMySwoaqp3DB4jUxyowkjO6t2NWo08ZgkbFtxmub0y6/KpbLTG88eSNROteRdRZFAuXVt
Q0iSQ0SC+KAc0LfDHcAAMdnVH662Gejwy2Lkzii/K2kai3lfzdDfKjyWdzZX0MkLCTgFZ4pG
cr9kFZABXqctw5h4was2K8R8nnmr+t9ctreNiXNvcSMvs7Rwj9bZ0cwCAHTYwRZZh5D13T/L
0nnbRNfLw+XvzD0eDTtSu1Xl9TvrCUzafelRuVQs0b03CtXtmo12nPGMkeYdlpc0THgKZ3uh
3VvpMaX9sslrc3EQhlRlkjuTGeamEqTzWtDUZVHKJuSMZiNn1F+S/kz9CnU9e1JltdQliUav
eMK/VImIKWieMzmhIHyzl+29d4h4ByDuOztN4Y4jzL3/APMGPTbf8qtZfUpfqy6iUXTrVieV
zdxnlBE1NykbASSfKmazs7CZkllqstTA7n5VR+Q9VsbvUJZdTjupZWEi+mXTk4YsC1TU7+Gd
RhxU6/NmEg9clsp9c0GLXxbuodDFeHg4USps4LkUJqOtcnE0aUCxbz/StPnGoSFQrI6lWaoA
UHxYkAZkyls0mO6RW+kxp5gjs7N4tTlDxRSyA842+LeIEbGnc5pNVIDk7nSHbd9feWWWDzXp
GnX7u0OgaUEsdet60T1InCW1zDyYSCNpCQ6kOBQEEZptRqZQFByThid1HUPy31qy1Jda1GE3
+l2KKujyQv6ltqF1ICEj5r/utKcpQaGg40+LMHVa8nHwuPGEePbZ9WeQzH+hbKfVpPqck5ij
1K8kAR5byMco57dVpyl7H+VdjtTMHT5THc7Bq1Xqlwx3TL83/NEmlaHFfabF9Yinb0bi05AQ
205FUmkRAvP1d6E7BgRm5iTqqMbA6j8d7h4sfgkiQfLnl7zNqOoS2lhr2rS2liNXSS8ukUkx
2U6/vlRF6kFNh4nMwdm0RfJuOoBBrm+vYfP19d+TbjzJDZrBp8OqfVbXQqAoNMEPprbMf5iu
5Yfte2OTPl4yBy5V5U4kNLHazvV35vJr/wA1XcNvb2dhcme3up5JgXpVrRPhhRx2bc19xlMN
FKcSHMyZIxrveg+UNWhs9P8A0hrUrPZySmPSbJuJcSL/AHk8ZYfCsdaeBbbtmty4Z4LMtx0/
W1GXiGoiu9I/MOh3N7FejT2a8tNQaO4srlBUN6RYMD4MOW48cpwSmInfm5MTHrzeO2/5e68d
RGvxKmn2OjXUd3eazesYbaIwOrleYBLuabKgJzIw5MhPcB1bDkxgUNyejN9U8uabbXM72mqM
sNzK8yvcFPiSRi6hI0rxUA0FSSc3kdYejSNPYuSWHyu1xbG5TWFubaA/6QsKAMq5OWtIX8tE
q1v5c0O5CLHqN5azV+KQMrqfehG2D83PuYy00eiG1XQ7nRJ2YuNRgjt5Lm3YKWEvpxsyoyjc
1YAEd8y4ZRJxpQ4dmPeTPMVtrepW2mTx/wCHtWmdIVtL3mlpc3DiojtLiUCjMekclDXZXbpl
nDGZ2YGRhzfLn/OfHmXzBpcXk78u7RrnTk9KbzDrUwQos92OUFtac+7W8JaRkO4MgOShj8M7
jmomJ7vmTyjqOo+WPyx0rRLPVXvNT1y4l1jzVqsUhkhe8nAWOBHFfhtogsYBoeXI03zYQy4+
QcDNhlIpbPPeWllc6pq2rPZ6dEP3k7uW5MeiKgqXduygVOZAyRpo8CV0Hzh538xXmsSUt7WH
RtLhlR40eNTdzlWFPrDp0D9DGnjSpOYcswkdg5kMHALkWU6D/wA4Z/ml5ito/M3mC1Xybp1+
z3Nlpdyn+5ErOQwf6q5pFGFI4LI4cjsMzYRJjZcWWoETUd6W+ZP+cOvzN062kuPLOtaR5ogi
BaSFI5re7iX/AIugYSFPnuPfBHG2jVitw8oh/Kz81/L5eL/DEl4V+Fv0fNFcEk+MQKt/wuW4
8mXBLjxSMZDrEmJ+YZxy45ipD5pFcah5otfL+oDTbS1g1a3uZrTUbZ9Pt/WMD0NIxJEWWRGq
eSkN4HbNofantfJ6Z6zOYkcjlyEf7poyaLTipRhG+hoMBvdT1LUUpc6nNcMAFaGRj1HYxtv+
GaPLKU5mUySTzJ3Pzc2FAUG9GbzJqd7Bo+jCa9vFV5IbJAGKgDjyBb7KiteoGCgBa8Qvd+iX
/OFX5Kal5h/ODywPzH8x3A0SJybjQLKUs01B+7E8+3FQ9GKpu1KVAOartLJGERQ5lytOCRIx
5gP1g8xadqnl3VL/AEu9NNT0mZopHI+GQD7Lgd0kQg/I0zBMAfSXIwzEo8Qfmx/zlE2k+RtS
h17RI2uPMepxNdWmiQAiGyBYr6t64pRag+moNZB4AE5lYbx7FMsYybvGP+cevKn5hfmx5rgv
fM3nO+8v+WZ7qGXWfMBkrqdwqSKwGmxNsjqVBR2oiEAgGmZscNnicXNlhjHCBZfrxb3mr3Gk
ax5O8wXK3HnDyW3rW+pItBfWsrG4sb+BOqpOgZ6DZHE0X+6lGDVY+KJaNLk4ZctiyH8w9Qh8
3aJ5V8/Wv29ashpuuRjcrf2IpU+7xU/4HMXSz4tjzCzh4ciOnN8+apC0sZRTxYHlUdjm04bR
aVKdVs7L64ljd67NbXKvHp9vu0rD7KknopPU5GdRDbjhxHyTr8u7DUrbUtR1/wA2XLtrF7JN
rHmd2YcY4YqyLbR9giABduuQERVuRMjkHz95pkk8wtdyanFHfxXV9JciG5jWVVdwXBVXBoV5
bHLdJrNTopmenyzxyIomEjEkdxMSNvJw8+LHmAGSIkB3gH72beRJYrvUPy5eT4nthfWVBQAL
HGaD6OIzEy8UyZS3J3JPe5GMgGhyCn5306y1jU0F5Z2V1PbNxD3kEczJQn7DOpI+jLNH2rr9
DEw0+fJijLmITlAH3iJF/FlqNJp9QRLJjjMjkSAT9r17StLtPMmi6Z5wvLiAXHl2GDTvMcs7
cFNxZrytZeXUieJVUhakFTtvmpMuA77uVihfLZ8332uS6X5tnnuY47+zFzL6UVtMHhkhnrzS
JyKgBXIBI275IQ2c3Iai/QLybpvlrzx+WGnTaxouh+fLbRozZ6NrWpWUE80lsg/d2l4siu1v
d26/A1DRgFdCVNBGPbnaPZ3p0moy4gf5k5Qv/SkOqPZWi1k7z4YTI/nREj9oLw3Qtf0LyXr2
taXD5csk8n62j6f5p8sw28VqJraQiqv6KrxkQjnHIv7QBxzdo6/tCp6nPkzEfz5yn/uiXIn2
dpNOOHDjjj/qxEfuAYd52/LK58q6naXenXMmt+T9eLTeU/MgFTPGN2t7njslxDWjqev2l2OS
8bZw8cSTwnmEz0HRZlj9SZZY1UVIRPD6MxcuYHZ22DFTE/OP128n06RdYlgt5IJ+Vo8SScI4
T8AQmhHLetcqjityJSADyExGK4EpkMvruQZDtXwpTptloxbtUsmz3HyhcBbO5t3aptp6oSd6
Sorj8a5dwcJpjGXFG0ZBqtv5aj13TZ6z6NrOrt5jutPUfDPNPGsFrGx7xiVZJKdDWuYmc3IA
dGUQPqIYbLNSF50EcbMSBxUDdzsFp77AZlxiOHk66cyTb2rTfyRsk0G183/nJcv5T8tcRc2v
lgOsOtan3CBXobZH/mpzIOwXrmHhxSjMim/LqfFAEOfU9P2pfrP5o3HmJbHy3o9naeXPJOlE
RaH5J0qkdtGgOxmINZHPV3Ykk9c2PgVG5NeKAifPv6l6N5Zs7vUZ4be3tpdY1UKHEMFI1gTx
Mj/BAg7u2/hmq1E96dnCoxsvJ/ze8y/pN7/ylokya9pflCSL/GnmSzjY6VbXczfutPsWfdqN
vNM59SZxQcY0pmboNOI7nmXV6rOZnuZVqdt6v5U+SGEMkJtdOiiIkYsSFLEMDQVVgQR7ZjGI
jnLsoEnALLwe71177yt+i7puUnlTV7G60WZu1jc3Jgu7X2RJJ1lQdizgbNmzwx4cgLq8m4I7
1fRriG003WrzXdWGl+WVfhEfTa4lm1BV5cLeCOhYhD8bMwRQRWpNMv7S1MMdDqjs/DKd1ySX
1dI1WzkutGvxqFosxikZozFJHJSpSWJieJINRuQRh0eQZB3LqsfAeatfJ6HkKxtdTuHg0WDX
Z7jSbMkubq5WJIgscZ3EUFSzkbciFG5NI6iIOcUjCaxFgGk61JaaukmjTNBNbuXjnjFAhGzb
EfZI2YHqMyJRB2aMcyDu/Z/yLpulJ/zkr+Y2q0n/AE5LoUcBblWD6n6OklRx7P6infwx7KPr
ryP3hw9UP8Gj7/1vxiCaj+lmu/rLfpP68Jfrnf1OR+L5U2+WT8E8DneL6n//0e1f84Bm2h/P
jzJapT15PImoSsO4VdT0td/mTmXqJcgiINPN/Kt9bX//ADiTO6kPBc/m88MhA610BSds5vTG
8+/839LuNQOGWz0/SPzg1uw/J6SRJVv7/wAuouirb3dTFN+8UWjyL+16a1r48c1WbQ8eq4Ty
Ls4ajw8BkOb5H9doDqF7cOZrvUZpLi8kA3kllYvIxA6VYk51uLgxxERyDzkhLJIyPV6d5atd
e84eSY9OD6fqEUsrjyhHcOkN3DfRsWkhim41IuEDKInPFmpSjZj48/Dl8nJy4OKHmEh0KTT5
rVLCPVptG8wRvLDLYXwJildWP923wvEw+yyVO/bLdXiIlY5I0uUVwnmGL6tpUtjJI9zF+j5J
GKG8iYS2spP+/VAAB+YU++RxSoNkybebanGY5VaQQkgcJONZIwOxU9d8yObWH0F/zjZrCW35
kaP5c1VjJ5U8ywXlh5m08vyhmsZbSUygA+HEMO4IB7Zq9fjAHF3N8Jk+l7v5J0FPI/m38xPy
j1Qi6tNbhvvLxumQfFdRoZtMua9ixKV/1swwaqY6FyfqiQ+TbJJbzXtbaVSG02C0snHYSH1J
ZB9BIzqcWTjo+To54+BOk0iS9rxQsW22HbJykAGMYknZ7p5D8mroulafrt/F6l7LLLH5L0wj
kPUrSa8kTeixn7A7tv2zlO0dTES4Y7PQ6TEaBk+vfJflZ5LHT7S7UyLbOLiO0BovrOPinnb9
qQ9q/Zzj9ZPiNO6xzAG7BPz80mKS40q1kvri+12GMmDT0k4WOnWHZY4VHxSzNQszmpA6AUzY
9kWDvydXq5RldPle90S4s0gupEYByymvbl0OdIJutCS+TdJ1K/i127tXuL20uL+S3msFZnjh
EQCh/T3CljUk0yondzY/TQYJ5l9Cx1S4tq+nFYqQU8WO5r709tsnmJ4TTHHXFuu8p2ltqsdv
dxKxuPWZ42RihCg+1N80cty7AT6B9ceR9JXThdXS2jXp1W1uLrTbZmost5Zx8vTB6/Gv0mma
vUAEuRGZAZD+Ues+ZbrzY8b3a3UWvSpHfabKvKzkj/lMJ2AQdCKEda5rOD1iurHPGMoEnm9g
/NxIGlS08tXBtrvRolfTNEY8eSg+oXtpejux3KN8R7V6Zkxwwzz9HIdHEwyni3n16sTtdL1z
8w7wJYWs12lzbxTSAExwJHIA49V2ooCtXrvUbZ1OjxYsMd3A1eUyk9S0n8h/LFkiy67c3etX
S/FJaaewtLdCOxkf949PEUw5+0ccR6d3HhjmT3J5Nc/lrp2l3HlKe1fT7JH+tS27XbltvhMs
cvM8glRyXt4Zy+btzHGd07OHZ+aQBBYvffllZSINQ8u3zvbSDlbQX3EAg7gLMlKdf2l+nNtp
O14TFkUGjNppx2PNKm0K6WRLe8ilhmtgIvq7/sitQFPQqSagjY5majFDPHiDj45ygaeveV7K
1tLV9Pl43Ut2DJFbAn0o5kHw1dSK8uhC/Sc1eLBDHYO5LLJMyPN47+Zv6W1KNkvpn+rxIyRW
yfBHGGFAscS0A+6pzCN5Jero7DT8MOTx+W/vkiihnBZBGgVnBB2UDb7s3+DEDEMcmUgpnoXm
M6bcqkj+nDJs3cEHqGHhhyafi3CIZ+9lSWVjdyM9nqPEynlEFXYex+WDg4dmXHxciqytqUZW
3lDTLCf3UgrQe4y3GAGEr6pPqH5eeXPOd55Ym83X729hpl9PPrNq8wt0n0uRFZ4mlLDhWaBW
Jr9kMBuRmVjwnn5uNly1Y8nw/wDmRYQ/ml5i84Wdjf3eqRwa69xbW2pTSM11o1hIwglDTVZp
7WFVRglXaDix5cWzZjCZx83WjMMZ2GzxL8zzZ+S7W21jU9PvNLv9SjB0XUtMZZLa/jAoHhvo
OdtOg6NyJK9GUHMWWlnjO4ciGpjPk+Vtc84a3rk0U+oSieW1QR2kcaCOKDlsSsaCnN+5A5N2
22yMcPEaDb4ggH0T/wA40eX9BtPNum655xt2h83u5PlLTdVt+EUEgqRcWyuWjuZStD8J9SLo
I/2s2enwRxiyHV6rPLJtE7P0V/M/83/Lmh+UL3W9dtniuNEhJu4oAGe6lBCrChPR5GIA5DYm
p2GTzZAI21YMRlIB8Sfkr+desfmp+YGs6H5nt5PL+oz6fcXeg+XYhAIbJbaRXje1vYlWaYvE
WWVpGoWAIVRtmFjyEnnYdjqMIxx5PoHXII4o7u/8w+nqOlabbTX+q3EsUa3TW9qob0o51CMG
mcpCCa7vXLjMgOHEWdnyBqf5FXn5ja7qXnXzFqNzoXmTzE3qTLZr9XgijpSG2toOIi9KFKIo
AJoKk1Jy+EISHNlPNKOyX/mR/wA4u6Dott5euYry+nt9W0W3vpvXaNit0rPFcFXCgqhZKhe1
aZSIjfdsjqJDoxT8qPJNh5c1W78n61pMFlcwsvmCx1VYwmo6ppBcR3FvM7fvOFtKY3UgDlGz
deNcpyHqOQb42fiz7zB+b+o/kv8AnVpd95e062GmWUmmzapY+kf3ltdMfVMUoYel6artsanr
tmt1gjlBB7naaIVu/W3U/OGmfmNouieaobyFtTuRNaSWy7vPaW4QrcUHaOSQxEnqdu2ajQEy
sS5g/Y5WrxRwzqH0nf4vE/OXkPyr5uuNN/xRZPf2enySM9inEesrrReRPUxt8aqdidm2Obc4
7o9Q4UchjdPk/wAxeWNQ/JXztbaxHL9b8sao4lsb6IFYZEJorAfs7ggr1Ugr2zLw5LFHm4uS
AfS3+O4PMdjofm3S5uereSo3t9SRDU3GhXLq91Ee5NrIFuo/9WRf92HBk7iwiKL3Tyf5enuo
fOPlCA8rfVoV8y+VYa1H1u3qZYUNaUdeainWozWgHHl97m5JCUBLuY/N+XV1fxpdXM50+1lQ
SRyUBZlYVGx6HMw60RGyI6a+aQ3Xl8aHF9TS6NxEZPUjugaEeKsB3yHinLK3IhWMU8r866hd
Q6P5gurab0IbyS2sgehmQOGkjXxLUA+WZ0QeFxpysvII63MMXqD45pppG36bAUxEWgyRnkjj
Zaja3j3JU6JPehbWhJY3QXi4P+SAcEo25GM0PNm9/ELu8kJAeWS9ljBfstFYE/Qcpniop49q
ROpyXuh2Hl/TYUaWZ7XUtWS3BPF5bhOEBK/8YowR7HMQQBmS5uKxDd50mnaZdmO4a0WKcok0
6g7MadQBtvlvCHHyZTu+k/8AnHXXfLuleZ9f8sX2pzaZe+bbZYtOsZpkTTdSlQfu7eRXAMVy
u5ikVviqUI6Zqu0MZI2ZYJ7g9Akf5oaJLputXN5ZyFbi2Zop47mgkVT/ALpuF/aXwYYdAejl
ancWkP5cfmxbeWb+88n+b7SbUPy78yFRq+mFqz2U/RLqzl34vGTyVh1GZ+fSgjiDr+PiI3oj
kWW+ZbfWvIGs3mh3usz+ZrPVtPk1HyH5kSgs7/TJV4rOwXpNESUkT9lt+hGasaf1Ozw6vjhv
sRzeW+ZI5EGgIw2fTFV/H95yJzLATKWzy63glliW2f8AvIHR171AYrl2GFycXPPhi9A0K806
w1d4tZu5INMnt1nuI4dp7g2/IC3gNDSSWoUE7Lu3bBrrhMUz0EuLGfJNp084+bLjWmGnDUdS
8wXek2mh+X7CMkpIGeO2tLcUFFSJaEnagLN3OYn5eUSDLmWU9XEwIGwD6BtdN8of8416dDrv
m2a185fm5OA9pp4KvpmguRtHAGqss6k/FMw/1ABub4yMjUfn3OvjE5N5bR7upfL3nf8AMPzL
+YGqSajrV215d3bE8wWPBCfsgkD8BmwxaeMBfMrLJtQ2CceUNE1Oa4thbxJb1/v7lyEcL4KN
2/DMfUS4Q5WnFl9O6ddaRZ2R0q/v7y4t3cH/AA/pKSSS3D0+yIYPjdj/ADStt7ZocxuTthtG
3gH5yzarZ3EGkXNlZeUdOtY1m0/8tNPdH/RSSmqz6i8P7uS9uh8b7sUXitc3uij6d93n9Qbk
SyL8udRk1r8qL61d5LhtFvZbb41chTIvqKgkZmU7b0UCnhmFrIcGYHvc/SSMsVW8F123mstK
8xx7iVdNa6QU3IjZJj+MeZ8D6b7nENidd6d+Z4ZLHyQ0Wr202mW2oxXLWcicHF0J29RPSkUs
ooQC1DyFN6Zp9Vk489jd3GlAhhrq8N/KW4uG8z32iT6ksFneWglvZ7hgkcbRMArmpqxUEgAV
Jrm10JIPvcDUEGL2e++salda55g/eSaZoC2OheU7djwTixklk4A96LyY9y2+ZuXCYkHqXCOU
GJHcwfTrV7XUbue7objUE4qqGqqq7kV7k165ZDGQbccz7n7VeQ5Uf/nI38zUr8cejWqU9hBp
rH/iYwdlje/I/e06qX+DxHn+t+TP6Jb9JepT90T6tfkfHM7h9LLi9T//0uzf8+/Ehb8+fO12
YyJZfKWpWtpIe8FpqWmI1PnIx+7JZcnFlI7g5BhWEHz/AFvAvKt3JpH/ADhi620PG5j/ADte
3kLEKsbf4eU8yT1AUCnvmnlWHP8A5n6XNI8QtWi3j+V9et7LXoleG2sL2C3gA9CRfWpICzqW
aROfLt3rtTNd40suYAc3YCMYY7PJ5hq1nqYYG8165iLkcVtpGX8dh+GbzFoZS3kXVz1seUQz
Kxh1s+TtdvHuWEXl66sp7W45lLmT15Gi5VQADgwFT1OTw6cHKId6M2cjHxBK9J803zearnXr
+zh1KXW7iR9WsfTQQzG42ciNvhDV3+e9a5uNRg/dUOjqNPqCMll6BrsUMcYSOyutLJrytrgO
Uodx8Mu4A9mIzSwIBdxM2LeKarDBBLd26ywbrzLw9CevEeGZQOzUCWZflE8i+btOkWb1jBo3
mCeIEfEno6TcsAT3FSMq1EbikTrd9qXHDzL+YyeZBGzR6h5PtdavJ024X9hYNFM5PcrLApPz
zSA8IMOtuzga373gGkeVLt9T866yYVWDVdduJogRT0wscfIHsACzfRm002o8ONFxc+PiOz07
yn5esL5U9G5slLGiST3CRLIx2HAkU3PTkRmv1HbeLiq27HoJgWRs+xvKX5RahrE+k39zZNpm
m2VtHaieSiyKiD4xCm9anevTvmAMEs54uQKZ6uOIcI5vpzSPK+g6PDHb2VmAqj+9kJZ392Pj
mXi7NwA7iy6/JrssuuyB178ufKPmK1MF7pvpShpZI7yA8ZVkmpzfka8iaD7VRmw/k3EI7bNI
1OQHm+Fvzp/LO78prJBH/pljIOWnXoXjyWu6sOzr3zVkHFk4S7GE/EjYfNvlPV9W/L/ULu70
cQ21zqfOKe4ZSzcG+0Ap+EGnemZksQ5tmOZp87eYLK+u9c8xLykK28129w1S1Anx1Y9uQbK8
pFEMuKiyXycdWtLe3j0nRrzVeICrFEPTjqeoZ1DMfGgpmlzTiBu2489F9e+VJPOjN5Gvbfy1
KkuhXctxe6eUeJTKKKArUb4GTv1rXNDmnZ73OGeNbvetC0bXtMTV/Mt3pMI1G1tqWLPAvP1b
mQRUZ1CswCM3XBijKMTIjo05JxlIAFKvPuk6j5h13y3Z6fbNHNrumRzzSmojs47ckSSsevGP
b36AZHS6gYLtunIEUN0zvfzFtdNTTPLflbVLfT9Isp7rT9Q1iQxrJLeWkiLK1OhZxIGArsDX
MfUdqSyVWwbcOhBsy5vX9M8x+XPqWn2M+vvDf6x6sWm3F4JozdzQpzeKB1VFeTiCwjU8mG6g
5n6KAzQNHdwNTeOXJ863egQ+ar3z/rEN/Pe6d5a0VG0/UnaeGKK41CdY2aSO/ijljeOKNmbc
rxIzCHZRJnKQ5N57T4RER793venanplj5SSW/wDMMMJkuTp+l6i7ygajcrX4bNZ1DXNaGnpr
Q9tt8v0+jnDAbPuapakZMu3Vgnlf8ztB8zxa/wCWdXnih1vQ7W5vdHvyrKkkUKM8isGAYCg3
FKDJ9ndoHHeOfwZ6/RGNZI/F7JpuniKZtNgb1LnTLCwuJym3F7kOyr49I65uM+KQIA32BdPA
3zSjzvp13cRv6MXpLMnMmFAG+Lc1ahbr75g5hKEuXNzdOY1zfM+qaLqatLBJaSPGa8GYEmvY
gnNvgzR4bKZndB2v5da3foknq20G9VSVyG+4DLDrIDkoxkhPtG0O70bUo49QgJiiNSUbkje4
ODNniRYZ48ZBerPpmkaghuVuHsVRC8zEjgqovJ2qewAJOY2LITIAdW+YqL5s87ay2q6Re3ll
ZTfoTUZUdb68HpmPT1b0rWmzVM0qMQApHBJGYimdTgxenZ0OXLRNvj+fzU0kM+qanfnQtFt4
Lia0uP3ccs0X1kxW07ylPURpljkk4xkEjgPHHU5JQoBhghGd28L0n8/bmbzRqvlfVdGi1/8A
L3XZib6w1KE3EBMgI+tXMMYHpT8jWOaEB+izLIlaW6XUEipbsNXpIjeO1Ij8l/yktNa1ybXd
c0+C0lnuS1rpFojC0tEkeqxQq5YkqtAzEkk9KDbMoYxzHVxcsyRVv1UX8lvKGueSnstY0Wyu
bbUYaPZXiR+kwUE+lUiqvxHKMjuOtcMuTRDYvzF/5yus9L8gaD5Y8qaP5i1XWBr6repoeqP9
ZTSLa2cm3db1gZhzYEJFKzgqGO1Bmt1UxVB2mjiSeJ4f+QuoWGhec7Tz5raPGtvz0jRTOfq9
gxlKPdBr2pjWVwAixycNqlSxNMjgjERbdZklLYPsT82fzZ8lJrXlbQ9avIPKEHm2+gaLRdXZ
Ylls9OAmkSSZx6aLPcyJxMvFG9Ola5ZKJI2Di4dju9A07QPK+jLfXeleZbjyoBGLq38vujp6
8bVNYYpPXtJ1rxoUWjV26ZUIA8i3GfeEP5+n84E6RYX9ro4i0zTJ7mDzBo1kBeJZesaHjLLJ
aREydJY46mu3DrlZEu9thGJ3fHH5o6r5Z/LO/wDKH5hPdl5LXVQxmmEjXus2F7H9X1KLhKTM
4SKVizuSgdVANaDJY4E7Dq2mYF2w/wD5yD0KCO90TzDBqEeoTywJp94LF1n5adL8em6hLKhK
RCXkQiMeRBrSgrlGoFD3OVo5Wfe/U/8A5wasdB89f840+YorG5kvfzB0i9a4ubSZ1aS2gsC6
WlrEB8XpSx+o3I/blZz2FMTSwh6u873+hGvySGSJvbkySeOS5YenCzep0qN8z4gU0mRDy382
dDm8xeR9b8qyaU9/dy1ufL6IQrxX23wBj0S4GxH84U9zjLhBCATdl+f/AJV/OHXvy11VtDsY
7YazbE2t/f3yie0tuVUcekWAmcAkcWPD+avTJTIKYwt+lv5HefrlvJXlPU7ue6fzN5NvTZzi
4tJYpr20jRZEvY1CKPTe2aNjQBahgM1+sEqEhzDk4QCTE8i97/MO79K5M+kzibQtYgXU9AlW
vEwXG7KBt9iQsPlTMfTQEpWerPjIhR5jZ8peY9WvoDK7ysQoNVqaVzoMeCMRbhGZJebeZtZG
s/UEiUpZ6db8oIP+L3+3IfE9hj4e7KR22SLy9pl/qJiaK2YqCyhwD1Y9slQDXRL17SvI0drF
6sqB5piC6jYj55iyzb7OQAQE7tfLUMGpXWoX+lz6vFcOrWWnq3CEy8QpNwRv6YC1IBFehNMx
tSTIbFtwAXuxnWrHVvMOq3+sXT/vYrSUWrQiihiVjTgFGwqQFA6DbKcchAbuXMk8nl2u2WpW
6RyKHtbxSQ8aKDCzk/FQbFSTuQNq5Mni5NEiCLLMfyO1Y+XvPNnrGtaG/mm3vA9heabFbJcX
ZWWhV7JHBpNGygrTc7jvmPnwGcTu0xzAHZ9D/m5Bb61aReYdPafUbSZC0V9Lbva36LvWO6gl
VCSp2IZQcwNH6Z1zdpP1Y7fEWuoFvF+rxqEkqFkjYleX+qd1+WdFHcOnlsX07+WU7edvyD8z
WF1L6+uflDqp1fSnlqXXStRT0b2FT/Lyo9PEZrc8OGdj8d/6GzFMiYPft+p5/wCeZ4o54qEK
tlaW6CvYiIV3+eACg7GZ5PP9D+r3bRSJLGzjkjgEdS1RmVpACXA1hIDM9M0WO61izvJgVGnB
5Ioz0ZnHEV+XXL9Tj9YLXpMpjCQHV9e/l/rWj/l3+X3mrzncJ6eqzXX6P0K8ZFZo/wBx+9aK
vR258SfDbvmLrOKUhGI+LXjFnfkH5++a9Z1bzJ5ml1TUZ3mkld5mkkPqNXtsen0Zk4MAgKDb
PLbWltJMzc5ZACfi34H/AIUFsvmKDVE2ae9+T7ae7WO30/T7ucOKGO3jMXP/AIyTSGuaLWT6
O40woPRPM+ua35M0ea1j1nRfKOoXEDy22mabW91h1Uf3kzgLDbp25NyYnZRmLpNN4s+WzPU6
jhiQC+PJpp7lr+e6mknuL3m9zPIxd3kqCWZiSSTXrnT48AiNnn5ZbO7Lvyg8wXGl67qugzNT
R9fjCzgoWC3MQJhcbild1J8MxNdpeONjmHO0mYRlR6sn80aZF5luH0nRSkuoajaXdjaxyH0k
d5YJAq82pQk7CvU7ZhYiIwPE5GWHFIEPHbu31VtM0+Ga69W0mtLea4szy4xvJClT6TfCH3IJ
64MfZ/EeJGTtAR2rdh+saNZ6dHJd2A9C/tZFeG8YB3BQ/b3HavTuM2JxDFGx0cCGoOSVS6vU
n80xeYfLPlq0htFs7i3u521SFCDxulVI2FR2A3U+DA5l45eNUmOT0CkqNlMZfVaoNvMSO9VG
xH0jMgY3D8WjT9bfy+uX/wChsfzSs/8Adf8AhyKcn3MGioPupmN2ZH0A+R+9GeX7sDzfnN6c
n6PLemeYanT9k75m9KbeLd//0+6f8+9bI3P5n32tJIpSD8v7hbhQd2m1TVbS8LH24ximUY/r
Ln6n+7HvfNtrbatL/wA4ZrbI/wCl75PzwCBkVY2I/wANjbjsCQTmJq8RlqSP6P6WeDKBus/K
W61LWPLX5gaPJpcwtf0FPBpN3KnKQX1q/wBcljSg6skLEkdh3zUHEcOojLzdpKYyYiAwjUZI
7u/02IMCrOJHpvVB8X3Z2GOxF5g83q+iWMmseX/Mek2hBm1DQL6eGP8Ammsp1uox8yqHMQkw
yCTmmIyYiHj1nZtLbG4LIkHAMzuwUAHepJzbZ9RGMdy6fFhlKWz0a1vo9Q0MfVvMyXQsUCyW
Mqs4hB6UegAB7ZzY1MZZCA77w5DGCXnF16EepLxngnil2lMScUqevI7/AIZsoCw4nEz78pLW
Ief9VZCDb2nkjzbcrGv2VI04psf9nkc10F49i+zfInl3V7/8t9e1eygIuNXCaRp1w42+rxss
18yN25cUj8NznL6nUjHqD73ax9cAGDad5F1i6vbjSory5nh1eQtNpsQJ9SVqcgoHxfFQVGa7
tTU5JCsZ5uz0ghAXPo+9fyt/JjQvKmm2tzq+j2zXwUMltIBKsZpt6gb4Sw7AbDJdldlnH+8z
Cz3Ov7R7SOQ8OPYPfgA1FHwhQABsNvCgzpwDLlsHRErwigEnc+OWmAiGN2pG6CqT149crOsA
DYMZeQ/ndp1ve+Q7y8mQFrGaKVGI3Ac8D99RmFrsYlATDmaOfDLhfl55gjQOKH41+sP9AXav
05dilcXKMqeX+a0srW2g8yWlzLZ6nqUC2t1FEaRzBU/vT3DKq0Pj3yvNj2azltPPIfnHzRp0
9vb2XmbUrCBoDOVhuGQVBHYGm5OaPLouMuThkH3B+X/njzbqPlZrz/Eeoz6uoutQtOc7Mktp
YOsc8DKe7KxdT1quavPhnE1EkOX4MDRIFPWtL866xrVheJHf3MkyG0kRFargO7K1KCtDthxS
yyiYk3ya8mDHCQLCPzCudT0eNrvWNavfLc97E9lp+uXXJraX1WBW3eKOkqPUFkkVW7hl6Zpe
0MBjkqRNuw0k4naIsPhzQ/zJ8teUPMV3Yalr2j2sX1rla6dczfWFeaLkEvYby5ZU+sqGIKEI
skZ4FkdUbI48PHGqJdpmjLaQZF5f1zUPzF1m21a+1qf805LdJm+s+XrCS7s7WBiQYbWC3cGB
yB8RkiMg6iXYHN3gwVGgCC6jVX1fo/8Alz598uX/AJWWw8w+a7XVLvSZI7W7W7lFw8dvdyrD
aW9xOUCzuGIiZqV5bSfHUndYNTEw/eHf9Dz2XERLYc3gH5z6lYa15k1rUdA8wR3mlwQQ21/q
t5Naw6fp7xASRJaalPwit0elQ0L8+dS1dhmBq7yyPDycrSRMasPlDXvzZ0SwbRoIfMfl/XPO
WpXJsvNnmm1uYmj/AESJRcCyQBkV5JqKlzOgUuoosfxE5z+bTESJAp6bBEyHq5Do/ST8pdQu
b/yxL5ktYBa6frUkR06Jbpr6sVtGUaQTsqMY3csUBHwjM7SZJ44eg7fN5/V44nIQenwZVq/m
G6tZzAkpjKohEigHcrU7Ee+ZmTVZCWGLDGmMz61rE0YlF3NIjH4aBa/SKVyHFmntbIjGGIX+
sSuW9Wf1HTfgQA33AZZHFPq2RyRHJLINeWQFW4dd+Sg5kQhLk2eIAy/yvDYavNqcmrRxSaBp
dpJLqwlUeiUKlir12ICKzEHsMz9DpzKd9ziarUARodXwJ5n8w65+ZPne58tWV1a+XdA83TT3
XlXVLpZbfTrHSRF6EkMaxpwMnpoVeX7KKZKtvnTwHDu6iZvZ8Y/nNoknmLWp9c0K+lj/ACxW
K0sPI/mKZGhl1y0sYBE2oWVrJukE0/qmOVwOS0KjvmuyZYyykc3OxYzDHfJhPlfQ9OiMQgjW
ONTszVZmJ6sSd2Pvmbgx04eoyAvtP8sLaxsDpxjlaRrmRfWKK8tCo2pwBptt7ZlGbhkPrTVt
cubqJdJi1FLG2KRIkag3FwdqfDElWFa0+KgzFlkJTGD8Xfzc1LWPPH5yeabvS7md9Y1HVj5b
8u2qScYngsz9XiSWMh4mReDu1VNBU5iEmZp20ahAPoDU9J0L8gvyQ1rW9YjtPMmu63xs9K0q
5tIYLXU9XvFKxFbJRwWFRGZGWm8aEtu2TGxro40byF+VMHlbW9V1uBNdvJr+7msbj6u8zFhH
HbkAIgJoqKXPFRsO2WZNRcdtqcrHgEDfNn/lr85PzO/JyWfy7o2tDWfKtrIGm8n6wrXmmsrb
loUYiS2bfdoHQ/PDjkJ81y4hVxfRVz/zmBZ/4fuhp35Z3Z832iGCCC+vxdaHbp19QkLHPKqm
jCFqDxY5AxjzJ2ZRxSBqv1PkDzJrXm3zn5ivvMPmjWLjXNd1tHsr2aQAKsLK3CGKIAJFGjKO
CoAB2yyEvgGzJhjHfq+r/wDnG+a380eRNc/K/WLeBbzSEe5sGliXjPZ3Tikjr+21vcBQxO/B
lFaDMPWAT9QRgHh7c32d/wA4IedfMHkL899ctNeJX/EGmSaZ5jZgsMEd1ZyBrNOK8VQbssaq
KUOakxlE2Ojm6iMcmPzfpd5o8n2ema3qcltKq6bdym9sFHQRzktQeytVcy4zJ2DgQFDd5vq0
GkzxTWk9j9dt7mN4LpWJUvG44sOS7qadCNwdxl8NLKW5KJZxHZ8Beb/yX8pfldqV1renSLql
/pskd5He6oIzx06f4oXSPdQ6MGR2NWLCvfMiMatBycVUi7D/AJyO81z6nD5i8meSp9es3tId
O17VbnUhpn6R+pys1u8D/V7k/ArvGQVAZSOnHKc1AEHk5en08pF9UeVf+civJ/n3StI8mect
B1X8s/Ot/PLJ5T/T3oPp+qXCsPrdnYalbrHAWKuCsbpG3KlKls02OZgSQbAczLppRNlnOofl
ppF1EZ7+Uuv2mQNQ7b0IzPHaEq2cc6aNscufL/k7iYPqkakDhzVACO3XGGoy3dsMkIVSAh0f
TLCH6vp5VFr8LAUOZBySnzatgyDSdAcsss0vNCQTXvlcp1sEc3oemeV4fMltfwQX1rYmwT1F
sJ3MT3VFZm9Nj8J4gbgnfGOPiBJ2QcvCQyP8qdE8uRa5LHqDzWpeNWMc1sBAxgYTJ6cxNQwY
BqAdMnp9OMk/VyTnyyEdubx7z/5Q8qX3mq80nSpuEU96kdtJPH6cCvO9OTSAtQF2O57ZOOPh
kQOTGczwb83kvm7yPc/l9rsmlx6jbSalp4gnF9pkxZYrgkOoSQgfGpptmTPHGUSHDjIg2+kv
MRk85eS7bWW1WHzHJNDxbVo0NjdrIF+NLi3dmRZAagqrUPUDfOa8I48u+z0ODKJwp+fHmjR4
01WWFgjTLIT6kZMUyn/iyFtj81Ob/FuHW5di9R/INnuB+bnle2kK3uv+UL4WVuhoZpbYrOUA
7krGcxNYKILLGdh5Kuiz2NzqcmtXU1tHFBAJLSa7hW4jWZiiRcYZKo8hrSMMCOW9Nsx9bjl4
e2zsNPljKdEWwHzn+Z3mfRbxdRsNYi17SryQRzW+o29vPCTHUGGWNUUEEVFV4sOxrmuwg4jY
LkZ4QmKp6TpEtreWGm6tbQGCHUrWG8ity3qGNZkDeny/aCGq167b750mInLEF0cx4RIZZ57u
7hPyn8q6eq8Y7/VdRu333dVkWNT7D4aZCMTLP5BgJkQt84W2km5mml9PovEM1a5s4QDQZEp5
YaM0K82XmUNVRpTHX6EBJyjNGg2Yju+jfLOl6LHpsdxP5Z8w61P6fKSO3upY12FTsroAAM5r
LCWSVDm7qExCFvL/ADZNoms3cNl5f8vQ+WbW8LJMyuZ7i4lK/C08zliwBGwrQdc3el0ksMbL
qs2cZDQeNmydC0TLwJLqx7VP+1mxA2cPqjLK0gsyWU8WJDeoDQ1HTftkqDOyN2eaTdLq51D9
J3K8rSFHspwAsxlZwAeQpULSpPXNP2nijCFjq7bs7IckqO9PEJr27trUWt5aXSCyea1a6eJy
HEMroG5U8AOuDS6qHAAS4+r0s+MkDZjUMo17U5rHmyJFA89aEAMaKta++ZuOsxIDgy4sVGl/
lKSS31tbKU/urs8afyzw14f8GtV/2IyjSHgmYFys4MoAh7qdNV0Uo9Hfcr8+ub0R23dNIEyf
p35DhRf+cqvzLmA+N/LMIZv+eek7fhmt7NP7qI9/3t+bk+PR+XWt/oNtQLQfW+SumkBh6pi4
ksxPTlWlF+eY/wDKGPjq9nY/kp8N9X//1Or/APPueeZ/zl12Hj6MNn+Xs1mY0JCP9W1HTxEx
HiA7D6cy82nGMX1JYjOcmxefeV7Zrb/nEEgqGvW/N+SWNR09eTQAB9AB3+WavL/jf+Z/vnKx
/T8VP8urr/B2jWupxUebTda0u9lB6PbvObW5qD1DLPvXsc13aMeIina6M1E3yp4Nc8F1+6eA
E27vPHZRqK8U9ZvTUD/VoBnQY9oAl0cxcjTLrbzS3l2yWK2Y3GsqrJFbRv8ADEHBB9Z16VBo
VG570zS67tGEDQ3LttJo55BvsHmksF7fXKnUJhFb1qlvEvCGMeCR1/XmknrpZj6js7EaIYfp
DM7OWyijgsorcFVYEerTi7jYMwOxPzzaaXNjjsHXajFkO6KvrSa4nRLoRKQKelCF+Ff9jm7h
MEbOrMJRO72T/nH/AMj3Pmj80bzyfZTiwuNd8ja3Cl5ItVijupLeJnp3PBWp75rtbqjDYc3K
x4vTZffHng3Pku/0LT/KkK2flTypAdAtrBjyjvJpFWe9kde/A8FLfzk5xevyeJPbo7TSAEG3
pX5RadJfibW4NIh06FyfX1dl5zSOTvDAT9lR+0RmZ2bp8uSVnkGjXZBEV1e+hWaQAheEZonf
fxGdDGEpS8nUE0G7u6isouZjaSRq+nGg3anXfoB7nJ6vVw00LPNceMzLCNR8zSWZE01xEnqA
v6QPwogNKlz4ewqT0zidV25lu7+Dt8GhEhyQ2la61+TJ6izxXBKo6gjf3U7jMfSdpzlLc827
NpBEIX82iG/LLzBGwPKaOBE8eXrKa/hnbTnemdXjFZH5Y6/DymlVup5p9D9aZZgHpCMmQ28O
87SiS+ewQj0dKt1to18JpQGk+5aDLMm5pOOVbp15dt/3gmHwqsccFfZf3j/qGVRx25WOb63/
ACx1BtMs/K8pT4dOlBvY6mkltfyOstfY/EDmi12HhlYdvg9UCH0b5Znu7bVb7y7bBNOBE9ta
W1kghJlhPOL4x8bF1Wm7d8wcNg1ycfUQjQk1+c1hon6H06w1ckzWlnIbm6SWlz+8+Joo5HNI
fUIpLLUEIOIYVOaTtbPjOaMRzA3cnsyMtyOT8wNf0nRNa1+Ly3pmj2kNx51P1eK9giUMNEhP
+5G6hBUMIn+G2ikIHqszutVUHMjR45TkCTsHeSnUN36KeR/IHl688nw+S9U06ay8tXCQxT6T
p08unrLawkEWryW5jf0XAAdFYcl+EmhOdNp4nq8/q5cRZX51/K/ylpcGl6R5H8uweWdM8+z2
mgaj+g4hBDYTwzpdwXoijBWM+jFMjMAKtwLEtTJ6rRxnwmIo9XVRnOJO99UT5l/Kn8stPuG1
jRvI2maPqMFk+nRT2Ef1YT2hQRiG5hiIinAUChkQkHcGuSyY4xFAOZp9qJL8qvMuh+XvK/5s
2mh6rptna6R5jml+qi7iBtEvbZ0IjugRQQ3EThGb9khX7ZznacJcJI5vTaY3F+y35eR6bbeS
vLVjoVi+j2Npb/V49KYb2YjJ9SE02+A16bHqNjmHoblGIB97z+tAGSRKmiJrOtSwNCHS6m4o
6Eq3GtAajbp7ZucEPFygd7iSJxwt7LZaZYaZFHBaW8acFoZeI5tTxalc7LDpceIUA6aeUzNp
V5g8s6T5hgEd9aR+opBS6QBJk90kAqPpqMhqdNHIOTLFkMC+X/OHlCfyxqUsckjT204Mtld0
p6i13Bp+0Dsc1EsPhyp2WPOJBS/Mm7XyH+Sl/bSqW1DzDJTVLdaGSVAV5wKDuQxMcJI6fFm4
0uERhfe4WWfFJ8c6Z5D1z/DMmk3V1d3/AJy/OUXFpq2psx+sWPlq2/fa1dxt0hVonFpCFAVe
bUHXHV5+GNDm2afFxSsvlL879Xuda8y3FnaJHp2i6ZHFY6PpLyRgWtrboI4IlHIbKgA2GYuj
xfxScnV5BVBi/l2yh09YDJf2t3LJ8f1e106a+mQ+AdhHEv0tm5oU6eQt9D6RqvneWxistK0P
Wb63RR6EE97ZaVaEeLR2kdxL/wANkbpnGNhObO8/Ni1u7XS7mPQ9BudUtZr62hsrvUSUt4iV
jE10XBMs7KxjVYjRF5HqoOPLLRbYYQd2LeWfI/k6yuV186DBY+ZTJOmomK2T1TcXB5SBLsKq
OJa1MgVaqSWpRhlXCTu2Sl0t8PfnV+br/mz5shSzZH8m+TmktPKzxghb15gBPqO/T1AgjiFN
olB6ucjl22+bk4I8IvveWWUap5o0+RqMF0PU5AadxNCoyogGJ94b+JjPnHToLiHW5zGPU+qv
Ij03HEH+mXYTwhqFGVKfmnR7bT7J2tUCfWbKKaYD/fhiPI/hkMZvm5MiYlDWekLcXWnzoP7+
4R5uoIHNSD9NcnyRKT1zyHNfeU/O/l3Xo4GlhsbhYdQhAIM1jOPSuU+lDy/1lGQ6OOSbfrL5
F/I+XzH550zzZoWu2GiXkVuqaq92yqt21QI24sDHP6kWzoaNSjKQ2Qhp+I7rk1FB+k2reRNY
1TStPtriW0kv9OT0UkV5OMkZ+IoDIOQAb7PKvhXLI6Yg043igvN/M/5XXmmWi3qhpIZEq4A+
KNu6vTbbxGxGZMbju1k8Wz5a/NP8nNP/ADE0xdKvZDY30X7q3vEryeJmDPEaeNDwPZjgySHD
YbdNfFRfINhYWVnpctjb2kdmmmOI/QA4rEq/DRR4jvmFnHHC3eYJcMqe5/kv5v0G6uP8Fa5B
YahovmG5B0O51GOOeKy1uNeFtIBKCqC42hcjevBv2c0BiYSroXP1MTOImOY+0PUdS81X7TXF
q4eGaKRop4m+1G6Eqyt7ggg5sNPgEwC6rLmMeSRcLi4POpYnrmyEBHZwDIyTy3iQhFmYoVoK
jKqpL03RdM1GHTR5ih0karoVncC3kSSSivcGnpxMqH1PiYgbDfplM/SOIsx6vSCkus+btO01
b6W5a3ku7i5iWa009hb2cXqyNWIzsTJ6imJkMcSO8e3Ib5XjlPJtEW5o04jV7PHfN/55+UNG
OjxHzZZ6Zeh0aezntNQlOloIiDFBIyqzksgO/sdumSODLGQJNfoZ+HEgiv2pF+X/AOcHlvUN
N1hNKubHV7s6cbn9JwWN/AlzJKygR3Mzqw+rQurSVKqRVRyOXQ0+SiRK0ZYCxYer+UtTs7jW
dI8x+WY1vtYt7Z49HtNTghnW6hhhMlzeMqH0GWJHKKeRfmBVa7ZVi1M8chEtGo0cZAyD1HyL
5bmn8kyi/wDK6W8Go+te2erW/FLiWGSVgouI2YM4BrwcChXanTKNaPUJBdHMxHCXyV+Y3lye
w1W4VA/FSSplUclB7VO+Z2nncUaiO7yXyjr+oeQvPWj+Z9PAeTTbtZJI+qvG1VkR/EMpIIxz
w4xTCBe96hYWWjXmoN5b9KbRfMVpPL5WmmRZ/q7yUlERBB+OBxRSBWlCN8gZDLgMeobMZ8PM
D0L5o87Xcmq6ePSt45UtgrSPHFxQnoWC0BLHqSc0RLuyNnsP5AeXtT8xaOulNe21jpOkXDfp
DzBNIDFaRyL6jxlS3KR+pVEFDXqM2eh1kccCDz6Oo12nMpAh6r50Fr5s1LTfLXlC3mudI0ZU
0rQ7dTzluHqavQdXldiT8/DNlooEkzlzLrc3pHD3PX7H/nErzT9T02Jry2tr6eETatJK4Nvb
s32beMKC8jr+22y9hXNqAXG4wUZc/wDOOGv+WIpL691bSZLeLpMZZIfhHWpZCMwdSTTdikAW
Fa5pv1KD6vZarcuArLeQwsogYEbcZIwGcH7sx9FpblxSDZqdQa4QXz/rNtNDKssSenJbvyQ0
6Fem2bcxBFOFCQBYlHo91dhpUjonKjSNsKnrTxplWw2cnnuFS7tNOhhMRBaZepruThNKzL8r
dK8v3vmqKbzFdx2WhaNaz6xqqPUG4i08Cb6spG9ZDQfKuartKPFjczSyMJenm8u/MvWjrGte
ZLr6tPYwarqtzfW+lkcTGL1xPGBSpB4sCAds57DjINO4nK4jd4FZ6w9rrcM72U9lUNFdQzLx
5oxoxG5rSlR75udHOWLIC6zVAZYkBksZs11oy2txH9WvOLxXSmvozBgyMQNxxkUV9iczMoEc
4kORacUpSwkEbh9JWVt9YNvIaBm4lkXceNM3M5VF18Yb/F+rPlSK2T85vNkiQIlxPo6GaYKO
ThRZKKnrsABnN9kzJzGPQR/SHL1UQNNE+f63wx/jIfXRFX9xQjj92U/kPRfV2f5n1P8A/9Xv
f/OAWnrafnF5jlC05eTLxQfEHUNOP8MztTPij8XHwxp5VpqXMP8AziZFCP3T3H5wBGNNwjaG
K/fSmanL/jf/ACT/AN858B6fi8x+tvLbeZlvLxLaKXRruHS7UAsT9XMc5dUG7uzR7AdABmHn
iTMe92WKXoLB7DRtZ1FJGS1mtoZko1tD/vU6/wDFso+z/qJ9LHNucYmKkaDqePh3jzUDY29m
scUVtJaPGSHWXkQ30EVBzVavsGOQXiO7naXto4zWQJu2lX99byGztBPJxJTiykk+C1I3zRT7
Iz4pbi3cR7Uw5BsXo+gflHqtzo1pdXF5E2pz/vJrOtUgU/ZjLCtWA3b32zLwYRAevm4uXIZ/
Spaj5U1Jdc0jytplq8t1fTRwesqELJK3UD2Ub5to5oxjYcCWM8T728oeSoPIf/OTPkKz06BU
g078rYdMuHJH7y6uJ7maRz3LEp37ZyvaesIyxA6ubjxcWGR6Ava9R8tS/mJ5wNlaMbXyz5cU
w3OoKKh5ZG5z+mehd2PXt1ynR6M5jfQMJZhhjvzL6A0+ystJs7PSdNhS1sbGMJDCv7KD9ZJ3
JzosZEKiOTq5EyNlEyXKQo7sGEUYJ9ToKjsK5bPU8AJrZjGBkaeX+YfN0E0VyfU46fZtxuCD
x9Zx0hU99+ucP2x2lLMaHIO80ei4d+r5Q1rzvquq6lJO8sjVk5QWsAUKijZAC22w2GcnkmZm
y9FiwxgKfRXkPUptXsbea9hFvd8Fbmp+3xNAHUdGHtsc2+giJEd7rNbGrrkmv5x3gi8oWdod
mvJyzCu1IVJ/Wc7zNPhwRj3vP4Y3Ml+eGsG3tnkuZolaKCNp2qOvEVAHzO2ZWGREbZzxAl8y
X1vLNeytMlbmeV5p/D1JDyIr4CtMtjci0y22ZloSNPNbWUQpH9iRzsCCQXf6e2ZQGyYTfUX5
d2b6hY6nAI6zJdNHpigVLw3gUxJ9EsZp4VzTasAyLt8U+CL6sS98teT0XWtVQ6l5migjN/dQ
gvDbyxxhHaEbdabuep6UGcr2l2lHT7QFyPVlh02TUGjsHxL+dn/OS5ittTX8vvIkF/ccXl1H
zz5jg9HR9PH2fWkluGk9Tifsoi1Y7DNPpsHjy4p7E/El3uDReENzb5s/I/yp5v8AzCs/Nn5g
2F9q2u+aNbkHr6nLILTUbu1tiQzRkg/Vo3baONfsoAK1Jzp8eIYxQ6MNTmA2PJ6j5V8q/wDO
TGlwXvm3yh+Y+i+TPqUskcf5ceYb++1W+nkU0o/rxvGvMfZpUe+bbTQnKBkCAR0PP5OnzZ8X
GImJIPUcnvH5a/mZ/wA5EFfNcH5i6ZafXtGsUvuVjEtoscDKWZXRWYPuOo6ZkRnPewzlgwmj
HkXjEWsf85h/mBNrF3c/mP5S/KXyypNxp8GtK/1y/jNWRLdokcqpG3Mn/Y5HhuMjIgV3mkZJ
Y8coxjEyvufOH5raX+Y1t5W0X8wPMcd8snlrzDBKl1cyrdrc+qGtpzbzOi+pFIrD4XFDWhzn
M8/EBHQh3WmlGJoP17/5xx80ad5j/LLSPqMqoLy0H1OeJme2daUdYC5LoV+y0TGqHYVWmars
yccZnE7SLq+1sR4wej1vyXahteu2k62gLhf8qtM6nsfHeSz0dJrZel6Rf6gtqQzkUqBU5ttd
2iMBsuHg03G3BqFvcmiuKnoK5LTdqYs2wO6MumlDcoLWNEtdajt7e8jWX6rOlzaSEfZkTcfR
4jvmTkxcRFsIT4eT4t/MW11bzl+ZVpoI5QeXfLJ4SmQVWaRQTLOxI2VQWY+5PgMs8YRFNwxk
7vMPPkOn63N5h8zTwNHpumaX+i9C05ieDwR1CEgUqoLM7DoXbfpmmzzOSVu0wxEI0/L/AFGS
D/EFwILaONhc8G4KFr7AgZu9DH07uq1czxPWtNLTTW6NEUm4x+irkAvUVYlRWgHQdzmzjEOB
b6S8p3qwxhGkRPrLiD1D0jiXaSQ+y7n6Moy0G2NpreavcRyahrscJmutXWSaxhhDCazWFRbJ
BcxPRHgMYjCn7SsNga5giAJcsExi+L/+cnfzSbyV+Tes2Gm3J/xP+YOo3Hl7RrpDRoNPtIlj
1S4Ug/adQYgw/wB+nMrhEd2nGDOVPz00fUP0Rp+kcrM3Ec9pCGUoXBaOCMKlBuCfHME7yLtD
GgB3MzttTWfWNPYR8Jl8t3pZB0DS3cQpv4UyFbfFPRJ76Rrq21qOVTSawuZYviqF4AhlI6qR
0IPzGX7ANcB6gyrXbAX0VvH8PpvZqsygiv2AN/vyjEaBbMxIkE58veXuS25KGsHoMD7gIevh
tlpkw4n6ef8AOMn/ADiZpn5l3aeY/Nt+9p5ctWq2l6ePUupgakCeWhjt1YdASZCNwoG+Thiv
cuPkyUdn7E+UvJ3lLyfYWuk+WPL0NnaWiIsLFA8n7tQis0snJyQBStcuxkDkHEyEy3JZmyEm
pUHb7QFaV7VwmJu2FrJYYrmBraZFkhmUq8bbjpQj8cMjtySLBfHfnHS3sdQ1Czh/dyWc7rE9
enE1Q/qzHiL5uTxcNF+bv5v2C+W73z7Hap6JvInuoYwaAPOok4r9LZTAbEdzuBMmpeT5n8je
Yri+tJtGSB1XSlVrnUZW4SGVyd0UfZCn7JrXaua/UYertNPO9n2x5O87r51s5dV1CIrrGnSR
2GvXR+zd3McSn6yD/NKlDIP56nvlnZ8JcJHN1HaUY457PX9M1awjhChEYeJzJyYZ24kMoAZt
5T0Ia9qMOoTWiN5a02cPrt7MStuERDL6JYEEs4WgA/DGOI9Uw9cgBuS8f85fnL5V8qHVPKug
i/uvNeutz0KxgvFijlmkYrBbcxRIkdWKyOSCoPwN3GvOGWWVHk9CdDHT0b+D5s/SP5kaDeya
t5+jPlW9eBJhLdRxpbWNtKxKxaalWjPqlal1PxdWLE77bCTg25OHl/efTu8s1/yv5i893cWq
+XPK+rXMbTiSLVL/AIqJuI4lxz+KjAnfImM8nIW5WPER9RCZ+R9R1/8AKvWtTW+8t6t5d0W5
LRrrcRWT6vEqhOc0NDyRhUuB88OPixkcQYZ8BkNqL03S7D8x/wBMDU/y/wBIi82aO7Rahd2l
uOVhMI/3sbiWoCfCC8dDyqD1FRkM2n8W+ENOPIIj1c33T+X/AJk1fzDq2keYaXereUrZr20n
vL65FtPGkgT1JIbGFnQqlxtyJPNdwi7HMQ9n5zAk7gclliid4jdj35zeVrOG+F3bRGZbrkI/
hb4qdxU0pmPosnOJ6NWaG1vnXRPJ0Gva8theTGy06GJ7rVLmFRyWKIVKISCOTEhQT3Ne2Zmo
ycELHNx4Q4pUyHzBrNxa2cQ8nW6eXPLdmDFLbwANJIQQhm9eTk7NzpU17nYZrYabLluTkyzw
x7PNBqupGO5geK0to7luUtyUHqFGJDjvQmu+2THZWUjySe0oDbqh/KOmaKuicra3e21K+LPF
qcUjAgciDHxU8WWgFQRXwzDxY5Y53fJyMuTjju/RD/nEnyHazWlz52v4RI+ln6ro6OPsXDqT
NLv3VSFX5nOrwC428zqZVKn2+sYLAlebAVau9CewGXkktF7KjqQjBoFkVlIaMjqPluDkTY5h
hZeV+b/yu8r+Z7aeW2tH0jVShMdzaxqA7dhJEaKw+VDhjIANlnq/Pzzv5PuNF1G8sLgRyT25
IZ46gHem6sAyn2IrmTAiQvqxkKeY3ytYWKxQoRJGQKdquTyOY0okyty45KgwuLTJLi4EZqPU
JJbqR75PhYeJbMfK2i2Ca/olnqTl9Pu7tE1btWz3NwoI6VjDCuYurAGIuRhJMhTzfzb62taz
c+ZkgSxvNUf67Daxj4PqkjsIICp/ZRECKeoIGaXS4bF9XO1EyDTxvzFYxvJMqRkxzk3FqxO6
t+2g+Y3p88z/AA3DjLzTzRfLNjrOjRapb0s9WWNrXUpIkMiTGH/fkQPXjQhl3+eHL9Nkcm7G
SDT1/wAma3Y2R0u11a6URwFFmvYQ0iFFNA1KcunXJDtCMsfD1pA09Tt+pvk/VvX/AOcivOuk
BgRZ+XEkZQdwW/Rx3+h8r7JxgSMupDj6md4Ix8/1vz0pYfoz1qj6/wA/t12p4ZncO9dGzj2t
/9b6f/kL5I/LeXzXdfm1+VsqaXomu6Nc6Vrfkx/t6dqDXNrMyxCp4IREarWgPEp8JoMTT5pS
kYy+Tflx8Ar7Xw9f2aR/84xEQgSIv5oCaMjcEfoWlRlYlxam/wCh+lskAB8Xzhp2nj6+j8Gd
7lJIprp924SKQVB7L7DbL5Q3tkJ7EM90pra1uFijkAkVQC/Y5OVlriAGOea7EXM8k0REjPu4
A798y9PkobuDqcYuwl2jk26cW+HiehyWePEwwGnrWhaxFpsX1yS9FtbQoZLiStQFHXbv7DNV
nxbO4wzovrP8jfLMeu348/ava0ZkFvoNjIo5wR1rU/8AFkn2mPbZe2c7rtQcQ4Q7ERFWU8t/
K+tt/wA5G+aEuZbzTpfMqG70LUW/ef6PHYCBDGamkSPyUjah985aEcmfWCJvdyjkjHSkjeub
7H0XSbXy3o9tpdmKrApaWQ9ZZW+3Ia+J/DO7hEYMfAObzc5HJKym1sOMPqzUDMaue2ZGmxgR
4pMMhs0HnnnzzSLCOWxtmoyKA7Desz7Iv+x+0flnOdu9pxF44u07P0Zn6i+VvOXmGSThZwP6
dhZRNDAKbszj97Kf8pugzg8uYzL0+LCIbl5PJIoninMPrIrBjC/2WUdQae3hlJg5PE+vvytZ
Jba1WBGMcKD0GlNZDE+4V69SnSvcUObjskcWQAdHT9omgjPzvMhstOhhiklSG2dmVATu59vY
Z3OtocAdBpuZL87fOt09Qs5a3s4yKRKDWQjccz4A9hmThxmQ2b5yAeQIY7y4WOAVeVj6YPcs
aZnwxcLgykJF7R+XvkZtWM2oXOt6T5Y0d7o6dZaprM5hjubmNQZEgVFdn41qxpxWoqa45p8A
ZwfYnlj8rfMHlk2l3Y/U9btGseMd5p1wroZIyTE6huJIPM7jOV1mrx2akHZQyjhAITH8xdS8
n+TvI/pea7oGSf8AeX2lWxDXV24+xbKQdl6cjnG9pZscwIxNl2mgx5Z5LiNn4efn5+d9/wDm
V5rstC1jT/8AD/5b29yttDpdmSEtBMTFFeUBAlMLCprsRWnjm37I0cYxsn1U7yV49ub7p/JD
zJefkr+jtM8yQQzytavpVzqFlU2xYtWC4FdwJUp16HNxilEl1usxce77803XdIvtPh1CCOGW
WZQ0b8FqajxptnQ4pVF0MsPq5PO4fW1nV/M8ttE0kd7p1xaT3OwVyoIIU9CFOxyIO7kXwgWt
8p38L+S9MjvbRHbS0Ns0Fwgco0RptyB69QcEjce9SPU+MP8AnMb80NO8xflPq/lyyURXGhX1
tA/GihjJL9YcCndUiJ2zmNXlvMIu60mmMPUzj/nBLVtdt/KzXF7C0nly/u4YHlQn0xcyqTBd
qn7DEqY5KdTvmgsfmGXaUQYDvfop+X17JeatrU0grSPp0/bpnZ9m+kl5HWAEBO/NOtRafb3L
uA5jSrg1NA2y0puSTsAM1PbWo5uTosVvJ/K3n2B9Se1eZmHPYyqUdD/KwPX55zuj1csOQF2u
bS8UH0Xa3iXMSFWHNQCR336EZ6bpdYM2MF5TLhMJPCvzfsE0i1mu9OgpdeZX+qTTKPsrQGQV
HeU0HyrmLrJmA97l6U8R36PnzzV5avtc8y235fQ+YNO8l6IdCkZNfvNGOrwTGx4G8Mzx6vp0
kDBpiw/cyIy1JkU/DnY+z/YvZ2q0ksuUZMmWMgDCExiIEr4SOLDmE7I39UCDtwkep1vaGt1O
LKIQ4YxIJsxMuVXynCufcR59Hxn5X/IC91n80v8ACOoaraeWdRi1a7tNX1S8tZLmG1e1uYtO
RkthPbtIJ7u5t0iHqrVZVcMdg220fs/ixZcxmJzwY4xlHhIjKYmDkiOIxnEcOOOQzPCaljMa
HTAz66eQREeGMySDYJAr0nawd5GNb8pW9F8q/lK+vfmo35f23m9LYSanqOg6P5suPKytaXGo
6Gb369F9WTzIJ4Y1Fi5ilJYynlySKiGTeZuyuycOKU6ySnCEMksYygSjDLwcB4zpuCR/ex4o
iuHapT9QhgY9TqpzEQYgEmIlwGjKN2K8Sx9Jo9e4bcQ78uvLGo/mF/iGaw8xrovl/wAvaPc6
nF5juPK8dxBdW62sVy8LxQeZv3F20UrMsAkmPpUklaFmEYyO0vZbs3SkRlHJKUpiHCMoiRKz
EkSlpvXjEhRnwwHF6YDIBxMdN2jqc10YgAXfBY5A1tk2l14bltueG6RNpF5lvtB1XXL02ug2
Ftdtpp1dtOjutT1fUruM38Flb6ZFqXo+tFaKkrl9R9OFSF9V/jK6w+zfZ0Mxmckjh3I34eGE
SISnPKcd8Pi3CHDp+OdfRHbiyP5Q1EoAUBLlyuyRxCIjxVfDuf3lDv51wXzt/wA47+S/OWq/
l55x/MX8wLO3/KaLSdZ0uW+jtl03VbHUdLaQ3mnjS2uNQWW8luXiA9K4kSRAzqyjiWsl7PaL
jnkhxShCMSImVwkJ/Tk8YRxVj4RMnixwlGQESDuBLF2hniBdAyveqIrnHgJn6rrlIgiyOlra
J/zjN+TVtov5YeYfMfnrWrXyn57k1qCqeVLO2u9Pi8v3SaddS3k36fv0jX1mSjQxT/DVmVAC
VGX2b7KxGcoCUuHwuHiz/u8pzwOXGI1psUt4A/XPFvQskgGUO1dZkoSIF8V1j9UeA8Mif3kx
9XdGW3dzEa0X/nGHyHceR/M/5lxefJnl8p6jH5TvtNs9Btbq2uZp5gyT2eoPr0EUlqzDl6zI
nwAssbDiWu1Hsn2XiyjFWXeMp34o9PD/AAnENPOXHyHAJy32MoniEYw7Z1coGVwoED6ed9RL
xAOHzIG24B2u9a/5xQ8u6b+U+l/mNqms6vZ6l5uuZtEj8oyeWoIblbpbGW9aV7iXXhS2aKIt
FKYQ8iFH9AK4pXq/ZzsbTTyQnLIIYoRnLJ4okKlKMK8OOmvjEpVKHHwwIlE5CY7uLtPWzEJA
RuUiBHgIOwJ+o5OVDY1Z29ItkWr/APOL2gxaN+Wt95e13VfNdz+YVrNqFlpUPla3tZrKysp4
oLyW8kk8xvCGiUswHMQnifUuIVo+Xaf2R7JySyA+JCOMxBkcwkJ8cTKPCPysZAHbcgzF+nFO
XpY5e2NYOH6ZGQOwgRVEA3+9I299d8gN2QaX/wA476HeeZNN0DyJr0v5j2N7fQ6Y+txaOuga
c8oSWR0t7ybUtQeUJFbySvItv6fpK0kTzNxjbX5vZvs08UYznhnjHFkiZjOYw2qxHFhjGcjI
RjHjlLiNTjAAyb8faeqFEiMxLaJAMATv1MpkgVZPCBXIk7Pv78vvOPnLyfpmh6R5e8taJN5F
mtXl/L/SLXRJNHTzAkUD3cn6M1Jtc1KSW4a3ieZBeWFsbgAsrBasMvN7P9mCJxxlKGSBrJ6x
k8IkiN5IeDjFcREZHHmy8BNSF0HHjrtSTxGjGX0+nh4+vplxy3rccUI8XTbd7rJ+en5PW62F
1qf5s+UNBXU7C31HTrHUdasLOd7S7jE0E3pTzI9HRgQafLOej7L9qzlLg0uWXDIxJjCUhxRN
EXEEbFzpdpaWIF5YCwDvIDY8uZZdp/mbTNYsbXWNF1a11fRr9fVsdVs7mO4t5o6kco5o2ZH6
H7Jpml1WPLppnHliYSjzjIGJHvB3DsMIjliJQIkD1G4TKx1NLycqGqCxNKU7UrmIMpkWzJh4
Q+avzx1qz8rXmsazqFrdSWIMYae3jLrGRCrcpW6IpJpyPfIZsvh9LbdNg8ba6flf+a2snzbq
eteYLGaX9EaiEhlHJZIYKIAsZbuSFrt8sw4ymbkdrL0OPBEQ4edPnzyXpVrZ32t6zOeUNhFw
AY0R5vtFqDYlV8elcchJADLDHh3L698hW8Vt5K8u+lGqPf2o1C5YCnOW7JkZz7kED5AZtNJi
EYPNa/KZ5SydZpYnFK03zOIiXCBL13y55ji0PyPd6gmr3kQkvZLHVLGaBrmzV7xBEJ4I4vi5
RxfaY/tMAOmYuMRlmES9F2RAEknpv8nyL/zkT+TXlHyf5Lj/ADF1S4ufL/nPUdRms5NMuZXn
tZ4rpwyqrJzrziH7tfhpQhicytVoMUYylHo5c9fDPkoMb/LvzJJ+ZWreTNO82k+ZNG8qRs9n
pF+7tDDaQSRxx2icCrBSUFDUlSNtts1WLH4kuEshhoSMdn6b+W9J8s31vGJYrLRLGOJI47uS
T4RIQqhXBRePIkgMPh23pXOoxwGCAsbPP6jJmEqu0v8AM/lbQYLCTUH0+11WzuIJEtnujyS4
5KVWQRAfFEKn7TAlgP2esc2Lxo7Cgy0+oymVEvzG8/8AmzWfJdlrvlLRtSfRtNjPG70bTqWN
lLbyMWhPBCFARqsa9ye22c3MGEzF3ksQ2lze/wD5b2f/ACoDy/ctP5y0nzfH5gv7XW4dT8rt
JNHaiSxjFxCImmmq7MQzMoCsKH4Ttm4w4/3JFguRoanfFs+qdZ1yLzl5fkupna2nsk9PTtGI
jo8cYAMzyodywNaEZymbSyhl44jYsdVGGL0g28F8xOnlXypeyyjjq2tzJJJEGA9K0gq0Ykoa
j1XPIDwUV65DUS4iIh1uKO5LDL6b0PL9vZoyq7aSRUkEerLIJCfvze6LSjhDqtXm9Tw7WdTM
McIdj688jMyjbfoSR7knNjmgIwNOJh9Ut0T5Lv7yC3l0+WNZI0PqxmXcpXqFp033G+clLCDM
l6Mz2D9oP+cY4vqn5R2sknINc6jdztzFDvwAqDTYgDNxj9GIOlzDiyPXRrCkyqJgkhY+2/hX
IQyktpwpxazGdeLM6TEchVuSkDrxOZcY8QcXIKKuty4LwzqXKf7tUVPtUfxGA7CiGPD1DzT8
yfy40/z3pjX1nDGnmOySlvcEU9dV39CT5/sk9D7ZZjltso9Jovzs81aOLe8ngeFont2ZJonH
FldTRlYdiDlvDe7KUujEbLRprq5WCxt3nuH2VEG58a+GVZJRgLJXHEzNRWT6PrlpeXTfUpYW
sLa5a4dgOMYaB1qT369sw9TmxzxkA8w5mHDMTFjkw7zhaCx0/wAl6iEPBtOFnfr39MqsitT/
ACT8Wa3TRoubqAKeKeZLWs5AFd24he/eq+/cZsRjtwLpPfyxu/0XrnBjWKUi5ioaUkhoeQHu
pIOHJhJDZjy0XuOveSfJ+p6omtaRrK6DFfIZNV0yKMSxmY7mWAcgE5H7S9K7ima38nK3Nlli
X3P+X8cqf85dfmi5VRFN5VgYOGBJKx6Qu46g7HMnsuBG/Qg/e63UH92B5/rfnV+lP9E+r1/e
cacvelK5s6282VP/1++/8+7/ADJqF9+YPmHSJ7qWa2bynPcckJEMzW97ZRxtKh3WWMSstDvR
jSopgOIRnfk5OWVw+L3j83LXy75s/JGfzL5K0VNPsbnzHFrnmuzhHEQXT2zWc0vpj4UPJ4uQ
FBuW75pdNlJzWdjw19rbkx8Gz4GH1eNxE6khdqqaEZtgbazTGpma2uXMcjGp7/xzMgLHJwpS
ooq31oWYkeZQ6sd+Xb6Mn4F8mJyIS8vbC7HOBlR3O6Kf1++S4SAgEM+/LzydqfnTXNN0mxha
5aWZPRi6oWB2d/8AJTr881msyCAdlpIXv0frF5N0G28sabpGhWbC4fT1aH63Sokm/wB3yD/J
Q7V8c4DW5fEyW7KR2ek6foWnRaxceYzCJNYurSOyW5kNTHbREtwjH7IZjVvE5uuytFEHxD9T
rdRlNcPRO5ATQAFg7Abdad/wzZ5cRJaI7Me8xa+dNtTGIGa4ei29ooq7uT8IAzT9rdqnDj4B
zLmaTTeJKzyfPesXJF1fT3031y5gcRJbRfEZr6b/AHUgHUIOpzgM2SWQ3I2XqsEAAKGzw7zS
8dpqLRX8sZe2HGWMOApmO7KSOvHoaZj8Bi5wHEEk0+Q3d5DDEIbr6wwT6s/wxkHsCN1PgRgu
yxNB9W/lfJPYxJpU9qVFm1LWevJ0jfcRS+NOzDNz2RLhyDbd0/aQsbF6T56tjJb281AFZVjG
/wA87LtaNRjJ0ejPqIfFv5peT7bV7W6VLNhdQLytJo6faG5Vh3ByPZuqo0S5Grw2LD5NsvLs
66jFEI2DluJFKcBXc7+AzpxIcNuqiLk+pfJmgWNyLC91yO3kW2g+oeXrG6VhaW9shLFUgT47
iR2JeQ1Cg/aJOwxM2Sxu5AjRfQcXk6a9t4lTVGsrFEpxtmlsFiTxURrQfICucV2n2Xp8wMpb
EOfi1c8ZG1vnH82vy/8AVF5beWLe51LzBfQPbaTFcyvLNE0i/vtQvHkJFvFGhPANQn7VK0Gc
XKMMU6G4eq0Gq4o+rZ+VX5x+WtJgOsWemlb2x0CK00uO9p8FxJGx9Vqnry3PyzoNFmOxt2OS
Fh6L/wA4qapqXmk/mH5e8xaxea1JDDph0Y3szTGG1toWhSKIt0WOi7DN5xiXCa/FurzR4bfp
l+W116NjbW15OsMUNFmkmcIq0NBVmIArm5089qdNn2Lzf8zNO/L7T/MGqah5X/OWHQNb1ZzJ
r+iLrH1iztIafvWigUOkbk70BrXLcxA5MMQlPmHo/k/VPJNj+W1ppXlXzpZ+cW0+Bm1C+jvR
dXTyyEsWnDH1FPYcgNsh4gEGdS435pfnb5X1vXPM/lfy1aBpLjzdNe6mLUE/3dxKtlBJIPCk
cpXOR1mYYiZ9Xp9PITjXQB+qv5JeW9J/LL8sovL0RWf6lKjNMoBSW6QFuCEdQjtufY5hdlwO
WRJHMuh7UyXO30H+VSmVdSuGO5hQMT3LNXO70mGwfIPO6mV0pefp/SinRz6EMMXqPcqKuZGq
qJGO7Ur8uucl2z9Zi7TQja3yTp+oiHU5bhS1I5DIqO1Wop8R1NM58Rd2H2T5M1pNT0yyCy8i
kSPDKvUxv7+xzq+xNVIgQJ5PP9oYRE33st8yaPHrukwQzgPLpt3DfIdgT6B5Hr4jbOryQE4i
+YdRCRhLbq/Pz82NX09Nc8x6Zr98NAt73yXr2kabdz6drWoLdX+s26xR8l0jTL9IoYyp9RpH
En8kTj4s9C9hDg00PHOWHEcuMmJyYsRjHGTIn99kxcUjfpEQY/zpxOzqe3vEyHgEJVwSAIjK
QJkAP4Iyod9790SwN/zG8oap5h/LbzDcahe6PrsmreX9X/OrXptM1mZLmXydcwparawWen3U
kp1OJfrJNEVTHGJXWRRFnbYNRpxiz44ZcMo8GSOGIyYhQzxlxcUp5ICPgyPAOciJSMImMuN0
mSM+OEjCYNxMzwy34KqgIm+Ln0qgJGxSv5F/MfyLoP53x+adR8yqPJ2keafMfmi11mDRfM0t
1dL5gOrrFaCxGih4pIPrymVpGCEcfSaUlxHq9Vocc8eWcc2M5cuHDiMDl04jHwvBufieNwyE
vB9IiDLc8YhUTO3FnMZxBjLhjOcr4Mlni4tuHgsVxbk7d170E/L3zf5X03WNafXtXXTNMtvK
2veXtJvtN0PzNPazfpiO2Np9R02HRFNjaRDlzE1JWlLP/pHP122WuzxyyJhnxz/eYp8Jy4Im
PAZGXHllmIy5JemjC4CND93XhirBcD6oSHpkLEJm7qqiIemI3573/O+pJv8AlYujWnki907z
JeweVo/LetHzP5b8zzQ6hcaULh7MaRNaX8Qsk1KKGY8Z4ZfqfNWbjJEoFG1Gf8nnyT0vjxIM
eAm4R9PH40JxkZ+BKUCfDnDxhGQFwmSbGRA5Yxjk4DseIbSO9cJBHDxgH6geCx1G2/ze/NG4
8geVLDTbTRvPVz5w86X959e8w67bQT2WkxwzSCsUIv7eC9uHaQl2d44kUEKEY1YaLtXDocWm
hoY6iUyJgg8fFjhxfXMxxyyYY/1YSyTO8jMCoy2ejOaeQ5vDA9Jv01I1yjchGZ98hGPIAdR6
7/MPzl+Xd7+Qn5XeWdF/MLSvMvmbyGPM767pVvZa/brKnmLV4bxHtrm60qCF/q6qRKJXjB34
FzxVtl2xpdPn0ObGc+MRjDAYHxME5TOmwSxcJxwzSyR8Qn01GdGhMRFyjjaLJkx54Hw5EmUw
fTMADJMSvilARPD13F9OgMw/KD81Py98ufkR5m8szfmBobef9a1TSdb0vR59L126FrHaxRoT
JcJo89vFc7OYWUSxqwU+op+JJ9lafFp8GDh1GPhjjncvFwx9UyZAeFLNDLKINCQIhOW9QPKU
dXPJPJkvHKzKNDhmdhQ+oQMQedVxAd/cLvfzB8hX35JaVokHnOym85p5uvvOOreX57PzG59O
70aWxeFtSfSHjmuvUcSSszemWLUmfZnzNfp8Wrx5MOXV4jGWGOPxfEwbmOYZb8EZuOOPh9MY
gcUQBeOO8Y0YZzxyjKOKQImZcPDk6xMfrMKMupPIm/UeZ7Xo35h6gfKP5XeWfys1VfPk3lXS
rm1/MHyxF5f8xrY3kd/dqSJnn0APd2aQTzhkHGUnjJDBLIAmZOHT6SWXIcmbHEEw4JDNglMC
EKuIhnPhZDKMCCbhzhPJGJ4mueXMIx4YSNA2OCYG5/pQ9UQDLuPURJ2eo6OdU0PV/Kvl/wDL
ryJ5g81+WNJ1a91KKzvtE17y/f2mn3+n3FvfWEl5r2mWNrdhOf8AosrXKTFhFC8ZQyTpT+V0
scWbJmy4sOTIADwTxZYSyCYlHJwYZznAmv3keCUK4pxlYjjM/GyGcIwjKUYk84yiRGt43OIB
/o73yFVcgf6Hr3nOaPyH5Ug8p6jey/lOqyeVZ5dH13Sm1W8g0y40mCXVJtW0uxsbWKGO5aSU
Wl1dNKwHpUX4Wq1Wl0eI59RLLEfmfrHHinwRM45ZDGMWSeScpGIEfEx4hEH1b7g4Z5Z8GMRJ
8P6fTKPEaMfUZRjEAXvwylfTuek6b+UHkzQvL+m2tzqXmjT4/Lek2lpqN1pHmnX9DivrmCBI
muHstL1C1tlklK8mKxgknc7Zzeq9rNVky5MnDjoyJAnixZSASSI8eSE5VHkBbtsPY2PhjEmV
0BtOUQfOoyA39zGtHj03ShFpulxXFlpNvJcSwLLNNdt611O9xNJPPcPLLLJLLK7yO7lmZiSS
c47tHtHLrcxzZTcjQ2AiKiBEARiBECMQAAAAAKD02k0UNNiEIDYe88zZ3O5JO723y3dCQws9
OaP8BruOxHyOY+OTTqYmnin/ADknpD+YbO60iCW5FwlkLy3trOcWr3M4J4RSSkEcCF3By3UR
4tw4+jyCEt+T8hfM/lm9s9Qm03VJLrTLyQqLzQ7NGe7nmp8IMfxfFxP2glaHrlP1Cq3d/CcY
xu9kTpv5canfJHZ6nYDyx5Wr8enlh+kJwCGdeA5elz6M7nlTotcycGgnI78nX6rtXHAEQNl7
7EVURpGqxRRKqRwJsqIoCqqjwAFBm5GIRFB54zMjaKNGAHfvlUgytmd3bXms/lpf6I+pK9vH
cFrXSrjmI3WKOS59H1kp6EXqfvJASPU3HIUzT6jUeFmiXoux94m+5+Y3nPXvMfnaDRdO1LUN
b1m70++vns31C9aS2vZbmYOPqdqoAisoQgdDKSwB47DbL82uOTrs5OPSRhIkBO/yn876hpV7
f2H5fz3eueY4lVPqFloX6XQQwcqz3MinlGkjc2AUUpuTlmkHCeLq3znGEalKrfeP5O/nV5u1
fUP0L5q0qysdVu/3cMNnbzQxyhBV45rW5B4N0NOhG4zcY9dIy4JRcPUaSE4cUTaG/NL89PzT
udRfQPI2lafdenM1vPcXNncajdtKoq8NpZwAmTgN2NKL3pkZa+cjwxGwTHs/FjgJzlT4C/MD
zrL5l80fUtdv5m8y26i11nR73SW0edQp5KxiNC6MQQpIrXvmo1NmVudEwlAcBtOPyS86WX5L
Q/mDott5EvvMPm3zjKJdD1GCGGTT7WOO2dEa+JKukSmQzOy15CnSmZOi1UYxMSLWMSSAOr9M
fJ/mi781W1roVzb2kusWltayr5htQY4hZxRcJFdRWLggX1CwPw/Z74c08cYEuu7WxCOSIjsX
jf5n3djrOv39r5dhkFrezn0GkJJdAArTvUmnPiXI7VpnP4cJkbYGfCN3mev+ZTFDDG9rNA0K
GOKSZ4o/VpseKli1Nq1pm5wdo48Yo9HWZtFOfxeSXd489zHOV5MtQDJIvBvi6pxqXO/bIart
KMo1Ec2Wm0cond9QeXfyyv08qab5nhZJk1a3F0LePd0ieoTkRWtQK+2a+ECYcTlyygSp+rf5
LEH8ofI8zIInubAHUOPVpIiYnY+5EYzKP0jucC7yHvQvmW8KhlWT0ot+IQb8iegGYnFu7SGP
YWreSfMEsk0ujXs0ier+902WTZo5F/ZHsR2zK0mfcxJcfV6exxAPTG1NuCTSxelNE3GcjeNh
0NO48d8z+K+br/CpOQ3ApcQnkrAeoo6Mp7/MY8HCbDWR0Lwv81Pyp0fzRfL5giDW15GKa1BC
K/WUUfC4HZx49x74cuSQh6ebZhjGRqT561az8v8AlyORNIgWBCvxzMP3hK9q5z8/Eyn1O5x+
Hj+l5bqNxeapFcxozLbSBkdu5DChr275IYYhZZCS8q8+upTTrMH9zbwxIQ1KLuYqj6HGZOOF
G2EiCKeBanbNIixmoeMn6vIetB1X5r29sz8YcKUaQumrPBcR3lqU5oxox6VpQhgNxXLTEtVs
ljvJGPxyPBU7gNyH3jAIqZP1B/L0v/0OH+aoqSn+E4NuwPp6NmP2dGsET7/vLVml0fmXS6p/
d/vK/Y3p88y/BLPxRT//0Og/8+26Qfnp5ytYJnFr/gi8kS1apCkalpoqpO9Nzt92X5Bs2SOz
6f8A+cQdV/xz+Qur6LqoF4PMeuap5eupJN6E6TC6sffkq5z2WsWproQ5eT1xvuD4Hu7o2lwY
p/jZGKStSlWQlSfvGbvFj4gC4U57sdvLlZJXZARUVFczoRpxpm0tkk5xem55V6nvl901GJQU
VkXmjCPxDH4mHUDufoGQyZKiSzw4yS/Tb/nFLyxb6B5Y8y+eb+NjcMiadpEZ/YDipKnx6An5
5x/aeoEQSXf4MZ2AfVOg27pJG8gaSYIBDaR9l6jmf2RXffqdznGwHHPbdy85oM+0jTHs0uLm
5mNxqWoP6l3PUlVH7EcY7Ig2Hj1zrtHiMIC+ZdPlnxFP14oG+LaNfiObMngjZ6NFXs8g1rUo
7c6v5gnbk8fKOwQmoAX4Rx92bPPO0s4nOU5fB6LR49hEPmLVLy9jDtZzNHcKryy3an4o+W78
T2Zu5zm8Zs29EY1F5wdItEshqd7fLJeXvxwhm5FAx2Wm9PfLcpERTfjgSFKyFrYzQPcF7gGQ
GSYHgEFeqU3OY0DZaskafYXkW4fUfqs8V6mqCBQsd5UC4Vf5JONBIv8ArDkPHOh7LyXMCuTz
+tiRZeqedLd7vyzNcW4b1LMLMoHWin4vwzudZi8bTe50mmlw5XzBc3UF1Iyzuyt45zUMZibd
6SDF57eeQ9X1DUY9S0LTmupYySWeMGKSuxDc+Iao22ObvB2jGEeGZdVlwEyuL1TyZ5T13Tw2
u+YrIf4j1CQWGjQPEqQ2FnCBVkVKqgYnam9B4nNf2rrzICOM8+rZgxb+pkfmnVvNWh2cmoaR
e/ppYgRdW0sKpDt2STkafSM4PtDLmiSRMkO80unhk2kKfB35nf8AOTPmW5W48p2+jNYzajIY
X0nQxFcXt6529OMIOCs388hIXrQ0zG02mlmoylt+ObvcWix4d+Z83xh53ieWC8026gtba6gg
a81TTLGQz2tgqKyx2i3B3ndC5Msx/vJXPH4VGbzGRE1Hl397lAWLKl/zjbb6vpdz5s1vTFVd
R06+tW0/1lJhmT6u4nhcDco6niabjYjcZusUxUfx1cHPi4gQ/QXyh5z0XzBbzGOwimtpnEOs
eWtTRJfQkY/3c6MOMkbH7EgHFvZqjNnhyOjz4SObO9Q/J/zlcwK/k3VPKvl/RpSJo9Cu7C2l
SFjvWEtExTrsMvlItMCAxe58sP5Q0eXQr+/tvThM2redvM9hbR+ssA3ZI+Cq0kj04Qx/tMRQ
UrTDy5SBuWy97HN8ieQfMOqfmB+cy+dL20GmLqs8Fj5U0wNyTT9Oto5Laytgx+00QdWc93Zm
75yPaeYT2d/p8RxYqfrLJ5attG8t+W7O3Zmt4rSFIi2wWYoNm9n8f5vnm87FxxjjFPJ63IZT
JL1j8s7L6vo19csvH6xMsag+Ea7/AInOw08eHGS6jUG5AMB/NivpSSRh7m4kjKW9mpogoPik
kbsvbbc9M4TtYg5SS9BoRUHx1p7UndRIJFkdhKg23J6jwpmrEAXaXs+nfyo8w6bbXMfl6TV7
JtXtYVebTFnjN1HBKfhkeENzCk7gkUzfdn9n6jBGOpljmMUjQnwngJHMCVcJI7rdPrM+PJI4
xIGYFkWL+XN9PoahQ5HF1Mc21djnZxkCA6GWxfnX/wA5NaBqFpr8tGCpGgkhROjJJ9k5rZg4
8lF2uGQyQsPz+1q7vtNnupDcS+kq8SkZANem/wA832kmDF1upx+pJdOmv7pg0s8y2MQVr5om
34s20anvJKfgXvXfoDmTkkHEAeh6XqmvX0OqwQzepqFzLJcJcRS8CEuAqvbyqDxENvw5BvAA
9shwUyvZ8uf85Y+Zrvy75d8peT01Od9R8x6q+o6rHUmWS00tOQLjsstw9Qp3og8NrKsJw1xC
3xVrmrXep6fHJLKWf1YBGhJYpzkX4uRJG/TY5j8FOyFdHrMV1qj2NxMJ/wDQrdilw7MQ4aSV
+ATj27nlsenXMaMQymUJ5E1PVLzzVrscF3KVt7OxtqA/tGNjUfTjkiAA2A2H0d9S1s3EMJaG
3C6W8RhhlV2ZuB5OygKRv4ivucujoc3g+P4cvDuuLhPBfdxVV+VuIdRj4/D4hxd1i693N+wv
/OHa63rug2ukaDpKeW/KXl+KA+bPNLn1dR1W9MdTbxyEBYlIoWK1ZV2qCcswDY7NOc/N+hTO
sCIyrwVVqnYKoHU/IZlRi4wFlLklV1fUbkkoKCAHrxr8O3+Ud6YJltjtyeG+c/M8s80ukxUE
Udw0lwwO7uBsPozWZs5J4Q7jS6cAcRY9ZxskaOk4dW+J4qUofDMHJbl2XqXlksJ1WPeoWZAe
mxow/HLMfPZw842NsV/O/TpiNO1KKpaZHt2A7CP4gfp5ZucEQTu6OfLZ8TeYpZIZpZlRY7tk
ET3SoomMYr8BlA5UHhXNvh02ORBpw8medcN7PMJX+I7j2OZUwOQaA2koAAPXMXIG+Fp5p8Ju
pY4kUs7sAtBXc7Zh5jwxJciIsgPdfza8v2/kj8t9N064uNL03Q7izN/5nvtWFUmupoisIpyW
qRL8ZXfmQq9OWcDqM2TLqLPJ7Ds8QjChzfil+Y/5l6AX1bTfy+S61CK9T6lrfn2+T07i/wBq
G1sYAB6UIH2iANtgO+bzHjoC2/HcpPun8gPIHlXVPK/lrU9E1jU/KfmKPS4rG/1XRbySykuo
Kep6c5iK81q2wYZuuz4xzbXRTr8UsYvhEh7n0leaSLHzH5X0uwkudTv1b6wdRu39e7nMKleU
tw/xEKp4rU+wzZZqjMRDr8IJiTVBJ/LGix6jL5gj+tXmh6xpF5PEuqWEzW17ALg85RHMlG4v
QEgGhpvg00BMSiy1IMCNrB73yH/zkN5V8r+TfL/m/Vbe6u9e84+YE9a/80atMby9doTWJVle
pAU02rTNfqIRgeG7dlpsUpQvhAD558kfmnBq6Rafq3peWfPFvZNpz3U1vG6vGzK0sPCZSOQI
DKac07VXNeZyxG4uNHihKw/Tb8h7XW/MX5c+Z9Htrq39G2eS9urS2mXk7sxlnaSg5cZnYOKU
UEEEDbNIc8pZvUTRXVgEcR5oO58lPYGKGjSa7rTwwOwPIRCZgBGp/wAmtWOdNjxDHC+peayZ
jKddHz3588uQQX7LY3kc6+nI6zyRIz0R2QfF25Ktc12HRnISbc3JquADZ5pNo5+pwLwt4wVV
kMUfx1Zef2mJptXp3yctBI8ygawdA++fyt1sSeWvL1rI6ypZWcdt6qoFVxEKD4Og265biBEa
PRxc207736OeU9Ni03yH5d0+CMxRi3WQRnqBMzSsKf7LBkHoAa8R/eW881wtLMSKLI5/dR/y
jxJ9818SAXewjYYJeyzafc2skM3K5jfmp/lK7iuCR4TYbBEHYvdPKWvxazDMblVT1eCSqf2X
K7fQc2ml1HGHT6vB4ZsMss5ZLOVtPmqyoC0I8U709x3zNtwZR4twi9Rsvr9uRbzehd8C1ncD
sQNuQPVfEZXOJLGEjEvhLzvBLJrWoR6vbraS287LeQRj4eY6kD367Zi+DIudHIOrxDzh5vhs
k+p6VCsNuAF5kb8h3OTw6PqVnqbNReGeYNYm1GJzcMOYjKKy7U7j7iAcvng4RSYZd93ns916
4bmKpJ8Rp2PXY9iD0wxhsxmUGZBICOXo3VABONklHg4HQ5cIOPKVI+xWSVqMDUnoe2WcIG7j
GRL9XPy8hkH/ADl/+a85BEbeVrdQexPpaP8A0zX9nn/B4j3/AHltyx3t+d31c8geRr8s2fiC
rZeHu//R6R/z7lEi/nz5sE3Av/gS+KlQRsdT0zYfdmVmGyej2n/nCORrf8lLG/VXV7H8wNUv
SpNCxh0APQ/Omc1rd9SPd+kudD6D7v0vhXU743jPOBxadmkNd93Ysf150+mh6Q6nNI8STvLB
GplvbgWtvEC9zdNUhEXdjTapp0GWZpjHEy7mGKJyS4WU/lh5n/LbWLq/XU/IOp+ZrERfBc3+
svpEgkNSFt1to2QEqORMrMBnD67tzNCVjk9bp+xIyjRO7P77yj5Q1LydN+YHkC+1JdO0i6gi
81+T9e9JtR02C7l9GC6huIAqXVs0g4F+CstRyGS0ftAcx4J7Fo1HZMsEh9/45P0e/KBrPTfI
HlK3losd48l7JCy9Tw4x1HhXNR2pqvVvycmGIkWHuvlu25oPTnAiT95cOin94e1ZG6j5ZV2T
hM5cXQODrJ1szeKpPM040qfmc67Tw34ujrJFJtdvxZ6ZdXA+FpAyxk+w65ru2Nf4OAm+bk6P
Bx5AHzpq2oSaoI7GFG9CKJOT9hwqzsfpOeW6jW+IaD2GHAMe5YxrGkRxeW423t5NWcia6K1E
VuD8TGnj0AyyMTGAJ6t8MnHOu541q13YRS23l/QrM30904itnK8VYndnYncKo3JymRsu0jUY
bofULW40p7aeIrctaEFxwqhI2NFbqMljHV1+Q8T6G/L+U2bw3V+qadcSU+r6jb1SIhv91yK3
Sv3ZsdFMwyXydVrIcUX1JYSw39o8bcJI5E4uVNVYEUIz0rs7P40KeVzQ4ZW8K8w+Sk0vUhOb
f1bKSU8D1FRuqPToDmv1umOOzTsMGcSFJTN6bTCS21d7XUISFRZUpbAj9moJAB6bimaTLi2t
yeMhfe62JBNb6zZaro0UKkXVxBMv1GYUqQRWorTanXOa1ueUZVu52DCZbh80/mt558q3EMkR
d5LGKPhDbN/oduKbV9NSZp3PyUZqzkOQ7u902nMd3wbe6v5j1O4vx5F8mXkVg7mC7122spDw
Riah7lRwjB7rzqf2jmfhxiMeKR2cvJlhxCJO7CfM+j6toMWmaPdaTM8uuXCiOzQh7i7uUXkv
1iUUjREG4UfCvX4jmZpP8IlUOiZ5BAWX1X+Tn5Y3fleLR7TVYY11LWGk1DVBDX0Y3koFiQtu
QigLXud86bT6UwABdRqdZd0z38yfy1u/LV4nmHQGe0d1LQXMdAYyw+ONhQhlbuCKZm5MRiNn
Xw1Qmak8Eu/zB/N2CdbW2X62GADRrLLGQB0IALAD5ZhZOK3PxjHXN9FeRJdfutL1DW/NkEcV
l5e0PVNUOmxcmD3P1SSNbi5eQlpZBz4Rg7ICeIqScpyEiBMuTjzEeMCO5JeP/kR5Qmvp/LVr
9W53VjqI1PUJUHJoIaRhY2p+0xT4UG5JziM+YTm7/KRjxknufo5fz3l5PpmmkkSwIbe6tYzy
VZGIKoWGxZab06HbOp7CxzB3eM1sok7Po3SLMaNodjaSgJLFHzuQOnqNu39M76chgw7ugAM5
vD/zOvJU07UJEiQI0bmSIuBI6gbDpsPbPNe0svHMl6jSCogPjWNhbfXpl0u61JNKtF1LXfRu
rHToNPs5pGjSW5v9Tu7C1gDsrBOUwZuLcQeJp03sl7Ga7toDLiMIQ4+GJmJy45gCRjHHjhln
OgRxegxFjiO7i9rdt4NFcJAyNWQKFDlZlKUAOteq9tnpOiTL5K/Lv8vPMt3o7r5b8veYdcuI
bqOPQ9KQ2N3ahbWSa9WSw0xi7TUNw89JTU+rI5q3uPavZ2p7Yjl0ZlEaicMQIvLOIlCXq4YV
kzAVHbHGFxFDgiNhwumzw0fDlAPBGUj/AAg1IGrNxh153v3kvcofz60SyttPsrry1rb+YNTl
sxpvl559Ggknjvjwsnh1C51OLS5xctVIhDeOZGVlQMVYDlNF7D62MpRlkx8EbPH+8I9H1gwj
jOaPBsZ8WKPCCDKgQ5+o7ZxUCIy4jXp9I58tzLgN9Kkb6PLPzW/MPRvzF1G38mWPkLWbf8yb
O5On/wCHZtW8prO1UaQwGVNfeD114lvq/qeuF+Mx+n8WZer9gM+XENQNRiGOr4+HUcNXV14H
Fw3/AB8PBfp4uLZGl9oI4pnGccuK64bx33/z6+F31qnwP5o8rs95q8N5ZvaSWNw9reWVvcWO
qSrcoxU2sb6XdXcDz8xwMYl5K2zhc1mT2a1Wk1WLS8UZyy0YkccY1L+IjLDHOMa34jARMfUC
QHL/AJSx58UstEcN2DRNjp6TKJPSru9il+p+RNW8o6heaD5qsZfKevaXc+mdHuAlybNWhimL
F7WV45pZYZlYyK9ApKLwAbI9odnz0s4QsZPEFwlDiIkLMduKMZXxAijEH5hrwaiGSMiQYkcw
asbX0JHLzZlF5N8xCRYfK3k+ZLvzjax3nlry1Jquj2F5qS28RkSa30/UL+DULiNiDIPSt2jP
2x6lM6DF7IarwJZZ5IR4NpCskhE908mPHPDA3tUsgIO0qLgT7Uh4gjGJPFy3iL90ZSEz8Ivm
+4/5x68z/mUZU806PJr3nXXFuLqCC0ThPYQWEhSV/XuCgs4oH+B2mZFLk+p8TAZh6bsTVZJy
jICAgQJSkfSDLeIFcRkZDeIgJEjcCt22WvhGuGzd0Bz2586quvFW+3N84edv+cVfPnlO38va
3LYwXPkzzPqHo2PmHT9Q0/VtOkmtpeUire6Vc3dsrgIxaMyV2Y0oDh7X9m9VoSRYyEUCIjJG
ceMgRvHlhiyeokAERMbIF2Q36HtbFmAJuIN0SYkGufqgZR2o8ze3k9zt/wDnEXz/AHltpNjB
ocsfmPWbNr+x8uT6rpFrqF5Zvykjnh0e4vYtRlHUgpbkHtUg44fY3VnTyzyyY4iJo7ZCIy/m
yyxxywRPlLKK6s8nbmPxBAQkb3v0jbvETITr/NYR+Tv/ADj95zuPNf5gXtto8txZ6GLa91i+
nntNNtrG1hWSJpLq71Ke0toPiqoEkqsSrUBKtTC0vszrNZk8I1iMZcHq4pXOr4YxxRyTnsQb
jAxog3RDbm7XxYYEi5WL2oUOVkyMQOvMg7HbZ+nWpeUNTf8A5xv8oWUugxjRtE88XUtrfRJo
mnW36KPl2ZYbqfUoHtdOmjFxOym7kuCJG+1M7nf0DX6fN2lky6ec4jPkwwBAOWUeOOeJqOMi
eWP7uAPhRxjhHLHGOw5vDOOmjDJEEwjMn+EHhMDuZAiB3P1GW/WRL7g/JrzF5C8ofllpeiW8
dx5VstA0yDU9RGptaTy3kF0wAv7efTLi9trxLiU8ENvNIalUoGKg8ZqfZ7UafKMUKyWTG48Q
9Q3lGQyRhOBA3PHGO1nkC7iGvhkiZyuO10a5dCOEyB+BP3Lr/wDPrQ7zWNW0FvKuv2kWjQrd
a3dGTSJbm0syQfrN1o1vqUusW8VDUmWxXiPiag3zYT9lc/gRyDJjPGaiP3gEpfzY5ZYxgkfK
OU3yFlpx9pwGQxMZbbk+nYd5iJGYHvixP/oYnTLzS7LzdJ5L1yDyObhrHTtb/SHlgq94IzJ9
XazGuG+NyFBJtRb/AFhd1MXIEZKfsVqBlOI5sfiCPFwcOfly4uPwfD4L/wApx+H1463WPbmP
h4/Dlwk1dw+VcfFf9Hh4vK3mep/mhpmgxWes+ZfKmoabH5iia+8v6hc695P9O8t+aj1rcL5g
ZjECw5zMojjHxSuigkYeL2A1WolIY8+OUompAQ1HpPdK8AHF3RBMpcoCRoOxPtThxRHFjkAR
YJOPceX7zl58h1pkuu/m7p2h+lZ+afJOpeXNTurSG9s7O71fyn++t5y4iuDLFr0kdvC5jYLL
cPHE7Dgjs5CkYvYXUagXiz45izEkR1G0hzFHAJSkLFxgJSA9RAjuwPtJjxn1wnHa6Jx8j7pk
AecqHQG9kLrv5h2sgvPyv1Tyb5j0Tztr8Bs7fQv0t5Qe5LXQUwAqfMSxBpOS8beWRXuE5+kr
okrJmdkeyGXSyhroZ8U8WM2ZcOo4ajz/AMhxbb3OMTHHLh4jGRgJYuu7chmBwHHMSkNheO/+
mlf5pNyF1YBriR1zzHr3mUflun5R2MyaRc3NppH5aR+ZvLFzpGn6i8Ugmns9BMscAuIRFI4s
DrMv1f8Avvq6Blkz0OejwYcH5z8yeKQBOU4swnKFioyzUZcEriPG/Kw8T6PENGLzAzznk8Hw
thsIcUCAe8QsCxX0eIeHnwi7SmcQX9jLbWVpdQjQZv0TdJcXdjqDia2jQMGu9Mur22kcVo4W
Ysr1VwrAjPPu1NHk0mf94Yk5BxjhEoipE8o5I45xHdcQCKMbG7u9Pljlh6QfT6dyCdvOJkPf
v72NxeWLqcmRg0SN9mqkn6Rmny6kAuZDAeZT+Ly4vpLFFbMxUbykdfHrmulms25gxsl8seXJ
LfVrB3FaTKVUCvenTMbVZuLGQG7DiImLfPv/ADmhr+oeefPlt5QfUZJLVb5LDRIIX/cxWRRQ
86LsOToQCeo4kDrnK6c3OUju9bp8UYYhQ5835W6hY6jrH5reXPL3k7T5JYbXWYtO8t6VChke
5kVgOJQFS5kBIIBBNTvm4xGoWUykYmx0ffn5C61faRbW9vf2/wCi7ywv73S77S+EkQglt5m4
R+nKeaj0mQryNaHMnTyOOdh2cMw1GGjze1/m/wDmH+UNymkad5o87Xeg+YtInFzaHRp5VuoZ
Ap4PcrD/ALrQmtH2Pgc2WsywywG5sOHotLl4jwgcPmlf5Reffyq0bS9U0byb5w1LzLqmqXUt
5dy6y8r3juftsvqCnBiSRxPH2GRwaiODHQO5Z6nSTMxxDYPn/wDPRvMfmP6vZ+XdP/TvmLWd
TttP8uaCY/WF1O8nqurR8lBRIo2d6kAKNzTMCWXjNlu1WTw8NR2fC2ieXtUm8x6npnmBJpNT
vNSMOrCQESJdmYpI4r0ZG8O3tTKpzsbOpjY3foX/AM4g+fNb8n+ZILHVdRnvI7fUU0t4XPN5
rKa4WCdAx3YKegNfDNLrRvfc5PhiUCC/QHW5YIPMmo3SSKYtDgvb4SBfh5xRskQ/5GOv3Z0s
cl4BfOnkpYqykDvfGuvKRNcRsSQlqsYX5Bh/HMrQwAgSw1cjxUxK1RW0uwkKBpEjG3iYjUj/
AIAnLqtqt9A/k8bq4P6JgT1nLM0KA9o1LH6OArmvyQ4Tfe5B9QD9fzWHS9Mt40/eR2kMcUXf
l6YAGYuY8gunG9l5Jq7W0Gt/VWcOIlX6wzVpzPUADrTMEwo07vFK42l2qTgrFF9T9C0EgJne
MKZCBsAPD55YQeTIVdozyiYo9TudNV6w6lA5iA7SJ8aUP0HJaS4zMe9o1guF9z0BNYuLhIIb
lCLm1kHp3Snr2396Ztsd8nVyhEcmZWt7HKojYiO7howj7MO/H2OWk1zcWWOvc8D/AOcgvKRu
tEHm/TVKy2arFrCoN2gY0SY0/kJAPsfbLcP1MDI8NPzL80wyLJIeZIB+Hr45neFu0DIXl2pX
LICrMab/AHZVkxt0cyVWSG4hHFea7itMxhCi3nLbILbQ7udaw25dzSigVPsMlYB3YSsh6d5f
8n/UbZ9R1O2H1in91WvEe47HKM2azUWePH1L9E/I3pj/AJyh/MWh/eN5aiJHsE0vMHs0fuYn
3/eU5y/NP9MQfXAeX7qh299u+bfwvSw4/U//0uj/APPuURr+ffm1VmFxIfIt+XkJq4pqelim
21Mys3JN29X/AOcOdZstM/Jfy1FfyrDaal+aFzo92zHal1oQjbc+xznNaK1Fnu/S52P1RPuf
GPmryvqnlDzV5g8q6nGyX/l3UbiwukI/3054OP8AJdOLKe4IzoNJmHBv0dblhZt5P+aeradp
Og2ulpqMFxruuqWfS5CI47e3r8Ekk3IhudD8Kio79c1famvsGAdt2XoDxCZYX5Itb26+riW7
m1prKQOAymJZGHSG3hkKnj2Lvu3RQozlpxEjuHrcMTdh94aZqWreavJc2m3Xlj0LmB/0Zqmq
JMPUtLeYRyRxTID9iamy1IDLmqy4hHKJDo5WbfGbG79C/KGnPaad5e0+R1H6O06GNwwAqG+K
n3EZh6yZnPd08vTEkPpHTozFYW0bRei8lOURIYqOwJHenhnYaDD4eGMTsS8vnmZTJTOY+lbm
mzGij5ttm6y1jxtERZYhr0J1N4dKgNeClpKfx+ecL7QcWpMcGPm7nQyGEGckqufJ1naae4lq
iygCdoxV6dwtPHNTL2anpoCeRyB2pLLKg8y870vobXR7CMW0dAqin2UAocxNbMSoB2mjuPqk
8r1TypDo0UV1ZQ856iLm3cyfCRX3zCESXOln4tmF6/pSRQlJJ/V1FvtrU0Qd6DsB79cnGPwa
uO2Rfl08kUwtp+M5tHBae6lLqEPRY0O23fMmGzRmFh9j+XdTWSKOiiMdCoFBSnYZ1PZOv4CA
XnNZg6srvLO21G2khmXksi9R4jofozspRjqMdOshMwNvINa8mS2rq1usbKxrK04JjAA6dD2z
l9dockDQ5O0w6kSG7zHzN5ZXzA/1BNStbSFVULc3Fz9UhUj9mMSNybwqozi9fp/VuQD5u602
qGMXRPuFvGh+V/kry5ezX/m7yzqXm8wymWG7idZdOjNNndEcmZf8lmAznvzsMRPFGz07nayy
Zc0RwS4ffzTbV/zH1ttI+p+XDa3nluwjaOO18uQLa3NjER8S3WisTHPCejca7dCMx9R2jmz0
OLb5fYun7NxwNkb+e/yL5/u/LNlrU2ma7YW0F5Z21/Hd6dHFUxR3Kn4rNSd1jnXkIg26t8B6
DMzsjtA6bMJH4uXqYcUDF9jWulaHqy6Nqulqk9tPAj2UoFDxPYjxU7EdjnsmAQyQEo9Xj8kp
RkQWW6v5atNa0240u5RSLmP9y7DpIBtmTPEJCnFOQg2+PNQ8jHTdZEUqCKWylINVpyFehzT5
cVGnOx57D0rU9Ksrr8rPOlhI5tz5lt5dLNzF8MkaenWqHbcMQfoyjNhE4EHkW3BkPiA9z5h/
5xh/Ma+8ieYtY8keZrKO7u7GMm4jhULNdW5G9xYvswkdFZlUn4mDR1DcTnD63RjS5OIi4l6H
WE6nGOE7h+oH5c6PZXd3Nrs2o2F/bz8bvQI7Mn02tJfit5QrUI+E0oe9a52Xs9m08+ovoHit
fxjYgvWtSYmIjlQ9d83Pa2QGHNw9KPU+SvzakW7jnjLIHDAKUBVm+dSeWeb67Jdl6bTjheSa
UsgtdS02COe/1Cy862HnSXQrGJ7m+v8AQofLp0tfqtsgaS5ay1FfXeGFWcDi4Uswr7r7O12h
7NDDpyI5PBlhJJEIxynUeN6pGoxGXAfDE5kRJuJIALxuvJwdomeSzHjE6AJJh4fBsOZ4Z+qh
vyNWWY2ULaX5d8k+YpdEvJrG289eYNSXy7Z2Mt1q1sl3bMkEh0eBHvBIjMGeNYTLErhnRRyp
vtVoNVn0E9HGQGbwMUTIzEYSMZXIeNIjGQRsCZ8EyKjI7Xg482OGWOYxPBxyNAEyFg0eADi+
FWL3DHZPWfU/JPlSCCabzHpupX82peW7CKW8nsoNb/MDRtesLO4jtVkWE2GnWzvOGIW2VkVi
okXl1GmHh4DOZFeHAcZIAkcWky4MkwZUZeLmkBDrlIkQCYmtXl3mIjnxHYb0JZYziNuXDAb9
I7d4ZfHZX8P57RWdi2rLqUHniW9OjXGm3c0iaTdetPc6hFcG1S0trJ3PpiVHeSVj6TzgUtVx
5zB7MEzGHCcPCZiUR640IYzHi455B9XCQIwHrjj/AMqbgK1NC74uVHkRubrhEfMGydjL+F4t
/hjzFZ3HmDzInlHXDcflrNqepTrdaNfPGNXl1KSPRwsTQVnhgeddRlaGoWOFJC3F1JxtLoMc
e0smpyTgRmEYwAnCzDwwcpBv0SkInBESq55JRq4lsyaiR04xgH0Ek3E/VxHg6bgE8ZI5CIPV
D+ddKvNY/LPQvzQk0PVPMVj5XMnk7zhfzWszPqui6fOt1pupLNdFVmie2d7OeZeSvI/xOEjJ
GTpxDLqMPicMMlxzRG1455Bw5Y8MfpMZiOeEPqjCPpjxSF0ZLjjkRco7wPP1RjvE2edi4E8i
ZbmggvOPlK885fmb5y86eWrO91iz8+XUF75K/MW1t5JdGs7dbKEW1zc6kB9Wsm094/iineOQ
MgVVJZQacejzYtVpss5xEMEBGeMyAmfVIzhHFfFkGYGxKEZRIlcpCmc8kZxnGIJMzcZVceQo
mXKPD3Eg93NPvNup6Z5v1f8A5yG0jyncQJqX5o32g6l5BtWlFudZsNEnU6rZW7SFF53LrJdJ
GSDcLJ0IrTNB/wAGw4hKsmDHlhkP+pzywrFM1vULGOUh/dGPfTUd8kz0nKJj/SjEjiiPfvID
+IHufKiXPn38vrW2j8//AFryz+XF95u0nW9R/L/XLUWOo6xJZSxi4mh0+6tvrgRLZODu5iia
qCsj8VyjsXBn0WH/AAnJiqIMYzEvEOPjPpAy45nEB4pjk4QMkxwyPojxFnqpxyz/AHYluQSK
4eKufplHj+kcN+kbj6jT3nzdoXnXzD+cGu+YND059Y8o+aPMdh5o0T82o42OjW2niaGaC7k1
UMLWA2UMaoY5nEq8BwT4lrr8eg1Edbgz8Yjjx4vDlj4h4l8JE8ccN8cxmkb4oxMDxbyFFyjn
xnFOHCTKUhISr01YqRn9I4B0J4tthunc/mnyx+ZNl+emnfltB9fvrv8AMG184W+hWMQa71nS
LVHhmezgT452W6BvfTRTIwkWilm45laiJz4fAjkjxxxHDKRlUYZSIH1SO0QYD8vxk8IMCCaF
tUCISMzE0ZcYFbmIvkOu/robmx1L1/8ALjTpPK3lj8v9f13R7u707SPzS1HVrnRYLCa51W1S
by5PZwytoyI16JkuHWQxLCZ0DCUxgcqV6fBkGCWkMgMv5WMOIyHASMwmR41+Hw8Hp4uPwyRw
iR2s5JAyjl4Tw+ITVbgcBF8P1Xe9Vxb3SLRUtvM/kvU/0HLDo/5ea95l81eetNjg5SaPpOv6
1Hc6Zb3MUQcJIjquoyQgl4lh5MoJWu0J4sGWHGDPNDFjxm9sk8WMxySiTVgj9zGXKRnQNW44
HDOJraBlKX9GMpekH7JEdOFEXeuaVo35f+WrCOz1nTPOPly+ur238+2MSWWk3s980tvPqI8w
3FlfadPHfpOZGhQT3DHiEgaVFpVDS5c2unO4SwziAcciZZIiNSjj8CM8eWJxmNCZ4MYF3MRJ
uyWSEcIjRE4kniG0Tdgy4yJRqV3Xql/RsMJij0m2/KKw80D8sbrXfJX+N9O1bQtN1lb0WVvp
Nn5EtdPa5vHt4H9a1ZreWzFww+rMXWdmkg+3sJzyjXywnUCObwZRkYcPEZy1Up1ASI4ZgSjl
4B+9AicYEcnLGAh4AmIXDiBF3QAxiNnbcbGN/TvxfS9FrB5N0LzHq+oeW9fvNP8AzDt5Lzy/
5sOj313qcs1+rJBpOqW9vFPNDNC7rDb0VYJFMaQ0chW5bWaPLr9TiGPJC8JAlj44xhERI4su
MyMYyjIXKe5yRPFKfpFjcYNTDT4p8UT6wSJcJMjfKMqsgjlH+E7Ab84B+bnl3W7WDRoLC31b
S/N0n5c6JHoNvLpt3fxX2uaXaX5srDT7WKCSB72GZ2aR7lj9Xjb1Ui5D14un7F1WKUzKXDPH
+YnxHijEwxTlDjnORIkMcogCIgP3khwmVfu56nW45AemxLgFbE3KIlwiIquIHmZfSNwP4h07
zQ9xD+ZHm7ys2naw2veavzK8j+YdEtYtMvZbe70jSB5YGoXq3aQtAIrR7V1mYyAI3BWoZIw/
P6XDxYsOqEo+Hj02fHI8UQY5Mn5jghwk8XFPjiYjh9QsjaMqzsmQAzxEHilkhIbHeMeDiN1V
Cje+23eLjfk/SrzS/wA7jY2LaxHqVv541eebRNQ0+7murfRNTuNW1Ga/S6MP1Sz0+4ujxhML
lpySs0zOBbw7bX5o5ey+KQhwnDAcUZRETkgMeMQ4b455Yw3lxCoDeEAP3k8PBEw1NC74zsQS
eGXFK7rhjEy5V9X8Rv0gm0SSzTy7aaRqNjc2uq+XZJLHW9Lvrae0nt7hWMgDRTpGxV0dXRwC
jqQysQa5xHtPiyR1ssgIMMnqiQRISjy5xJFgggjnEiiAXc9nGMsfCecbBBFb/H7+R6Ia71C0
DFIYggPgBnN8M+rtAQOSy3T60wWlQ2wA8f64KZBmMOlP5X0e8846h6VmlrbvPp012SsURFQL
iQdWp/utFHJ29s0Xaeu4BwQ5l2XZ+lGSYJ5PyX/MvzWYNfXUVZrvU9I176/FHNtL9UuW5i3n
68WejOo/Z5UyvTY6i9Fkq6DzLVvIl9pHp/mr+W2oi9TRL2PX9H1G2b97AEmMkTMBurx1MEy9
QeJ6Nmfiy1sejiyAOzxbyN+cPmTS/wA0Nbu9WkfUrHztcvqGpQgsWhuYQWimt+RO6xngVruo
A6gZsY7x2XBM450ORD9ItHtfL/5q6fYaxpHnCDy/dpEYLjU7WCGWU7fEssbjc/6wy7HHj2Mq
dhh1M8IPCLQ2vWGgfllYXt7qfnIay14oMmqzxok0nAURIoY+/YKgyvNGtgeJlLUSzbyFPzc8
8/m55t1782tLvNIkm0OHys6r5atEYiWIzDnNcTFeskirRxuAnwdK1gIVF1upyceSjyp6tbwv
p9h/j3zHObvWdYJ126aYAO/qSM9typ/uy5lq5H7KAeOY0mmJB9z1b/nGuWO+8xaHdzSp+ltA
1VNSv9OO73Vo0qyzsgO7GFqSFRuVqR0zU6+MgLDm4pR+kv1C87eXLiLT/MWo2dbi01YQfVXJ
+IRFzNJx8RVRvvUZn6HXDPjEeoec1Gm8KZL5B1y19TUmipT1YSAR3Kk/1zqNEP3dOm1R9TDr
G0liglsuNLi1mMkNe+/T6QaZOuaxNvtf/nELyfFq3nfUdTuoGk03R9JZihHwma5b0kU99l55
hZwCG26D9GNWaWIcbZgLgpwtya0TaldvAZrcsaLkaYcQ3eP2mnxjVLi4e8Sf0mPqXMlBVyfi
IFcoiBdu24qih57mFtTYm5N/aKCOXEBYy3Xj2NPHLDsWIshI7iR9D1i0voP7qGZHAHQj2+Y7
ZTM8EhJlw8cTEvaY4YJ5ppIOLw3cfqQN1qrjkp+jN7jo7ulltsUziCXK2lzHs0g48vBh0/EE
ZbkgJBrjKtk1ktrfUtPu9NvYluLS+ieGeF+jLIvFlP35VBrkAC/Lr8xfy/l0DWNT0twWNnIR
DKR9uE1MbAe42PuDmzjl4gPJw5wMZPmXzFojRySoFpWtD2GSkQQod5S0G7llWNYuag16VBzA
yTEbtycQMi9zt9MtLGZEACLwBkBpStN6HNZLIZOxjAA7rde1WCCzMETdR8bA1FKVyWDGZGyu
aUYig+xfIM3L/nLj8zYeVfT8qQkr4VTSD/HLOz4/4LA+/wC8uHml6qflpy+LlU+ObvhDjP8A
/9Oe/wDPtz1P+V8eaylsILX/AAHf8CQFYsdU0v8AZHTbxzMz8kBhnkXXLjy3/wA4kWmpMfqc
sH52UidX5NHTy8rKQR0NR0zS6vFx6mv6H++cvBOhfm9k8y6p5Q/5yG0rT9Xj1ay8qfnFp9nF
Zzz3ziLT/MEMS8Y0ln6Q3CjZHb4SPhY0oRi+NLBsQ3eDxG48n5Y/nN5XvPLfmOe08x6FqNrr
FtIwgspY/TZOJNOJWlVPUNuD2JzAySEjYdzpzQATv8rLTUofLtpqJhkRriZ5GgkYtIEDHjUn
eopmJlDttPkL9IvyP8ja3eXsd3fadfWy63Ja3VwtzEFQ20Y5o4kG5BBBAPzzUaid8ujfm1AE
eF+hHlvTX1PWRavCX06WX1HmU7w+hQlH8AwAGYWixePnAPLm6PW5uDG92jpNcEg0W3ICqOlT
/QZ3GmPiT8g85I0PehtRuAJIgSBHbq0rmvU/ZWv4nD2jnIFdzLTwvdINGlS3mnu7qWkly5kC
MdwnYnwFM5LSaqGHOcmQuxzRM4iMQhde812ctvJa25YvxBqrUJ5DbiRku2faWGeHBANmj7Om
JcReG39/b212WaWSViKxxOeUnyPYZxHiSnK3ojGhSX+Yzc3WhzTTgxiUBLSEEqAxP2gfbxzZ
4gBHdxgaLzy40W0sIFsba6e81SYcrmVm5ln7ksa0A7ZWebYJWw1mi0a7YajHPcUf/Roo90Ld
96ihr45dFnzD3/ydr9w728l/NczXQA9G1jkLRwp25EU5HxJyfjGBsdHEz4LD6S0zWIpYUcuK
uBxHevyzrOze2gI+ovP59MQeTCfzH/NPyt5FtuGu33O9uFP1XR7f4p3BHUjooPic13bftRHF
6RvLuDk9n9mZM5uI273h0UNn+aSC8byhYQWiLxiubuP1JgnXjzJrv4DPM9XqtRrp7PSwxR0n
Mklj11+T0unP6/l7zE+gXCMSq2V7Na79h6cvqROPZhmOMGSHMhuGsjLmGE69pPmXQ5oZ/Nnl
qLzIkTcovNOiBNO1aI9mKI3oXHvxZT7Y7E77FvhPiFRPwRmjXnli8ju75L9b+K6jMGqutu1p
dyB2BVb2zoGSdHAMdxGCCw4v1rlsIgHzYZeIeQTWz8xXvkC/0y/8zWlzp/l7zNJKXeaP0Taa
ij/HMkbnaK7SktDTg/KtK53ns/27LABizDbo6bV6cZLMDu+mLV4tetIZdOvLa9R1V4SjenJQ
7j4W/hnoODV4swuMnRThKB3DAvPflFp5ItSngMPrUjunodpBsG+RyrUQBNt2GfRjl/5Lnn8t
WOmKCQWubiVl6nmQqfgMxTAU5MDUrfBn5veSrzyj5g8qecbNWtr7Qp7oaqfsu9kiCcVO1PTk
T1FJ7jbrmu1uhjnwyh1q3Z4tXwEXyfQ3lD8yL7R7TQpYJQsEMlySENP9FviWmhA8I56unhnm
Izy0+TY1TtMmjjmHLm+qPIX5sWXnfyxpb397HZ+ZLq+m0u1gAJF3JAQpk4jcDxI2BzpsXbf5
jGITPq5e95zUaA6bISBcfuYF+ZNvqs9xFY6lYfV57ST1UlDcgy9Kqe4IzB1cJxNSDlYMsZCw
8p1S00nVNPOia15fsPM1rdfvraz1OGKe3WWEggusqSAfMKSM2HYfbOr7Oy+Jps2TDLlxY5GE
q67xMT8LFo1Ojw6mBGSEZjukARfTmD9yE0fRb3XPKvlbyjJ+WM95Do+v32qatp+qaX5fHlh7
e8jERtEt08wXVxEluFRopPq0pJUH6ulaJ9Car2q7Kjp8ksHaMhk8KIjOJz/muOO/FKZwQhKU
yZCY8WOxP72XOXAw7K1RnGM9OOHiJIIx+HwnoAMkiANqPCeX0jp6d0v8v/I97Y2flLV/I3l+
/wDK9hMHsPLt1pdpLYRGnWO2eIxL0B2XPIuz/abtTFrTqRqcoyy+qfiS4z/WlfEfiXqNV2bp
ZYfD8OPCOQ4RQ9wqk482fkR+UM/kzWtN0v8AKPyZbiNTfWltFoOnxp9YRaGQKsAHMpVeVK02
z0LP7Udszx+LHWZxOqvxZ3XOr4rryedxdm6QS4TihV8uGNfc/IP83JfL2jXE2n+XPJHl0Xlg
5SK4h0219KyIYv8AAVj+JqknipoDuSemazD7X9sTsHW5zxc/3s/VtW/q32236bOxydjaMURh
hty9MdvseO6FZ3F7qyaheW0F5qU7+vPqU0SPcPMxqzFyta5s8HbvaP5f8v8AmcvhVXB4kuCu
7hvhryp1+XQ4PE8Tw48XO+EX86t9c+U9L8sRRnVNY8s6Ld6tAi/V9UubK3kuUaoAIldCwpvS
hzM0/bOuw4vAx6jLHH/NE5CH+lBr7GmejwTnxyxxMu+hfzp81fnb5hvrvU5+L+tGGPqwv8Ss
K9wag5TDPPBIZMcjGQ5EEgj3Ebht8MTuMwCO47vjrXtdvfrDxQRx20SRSFookCKe24UDKe0O
0NVrZCWoyzykcjORmf8AZEuZpNJiwiscIxHkAPuY3o/mHW7mJUos0xYLFIVq9egHKlchHtzX
48P5eOoyjFy4BOQhXdw3w/Yzydm6eU/EOOPF38Iv51b6B/KOTULqe/sNQtY9SW61C3j+oXaC
ZGkYFVUxuCD8Rp0zC0mrz6TKMmnySxz/AJ0JGMvnEgpy4YZYcOSIkO4gEfa/YryZ+VvnK38h
+TvK9/8AkzLqQ0/zJJ5i1Ox1Ww8tP5TuFn0htJaz+rr5imuljXaRZzasxYcvqq14J6xk7X0m
Kc8kNad8QxifFm/M2Mni8ZkcEYmRNgw8QCjXimrPJjS5ZRjA4OUuKqh4f0mNVxk158J7+HoP
cmleXtC8r6VFo3lvRNP8uaTDJ+60vTLaK0towNyUihVEH0DPPcupzauZyZpynM85SJlL5my9
JjxQxx4YRER3AUPsedaD5L/LyHzfrXm3TPIvl3TddWtPMdvpdpDfOejublIhIS1NyW3zMy9s
66eHwZ58ksQ/hM5GP+lJr7EfkMEJccccRM9QBfzq3iXmjyB+V51/9Jaf+WXlSzvLZjP+kYdF
sY7hpq8jM0qwhy5JrWtc1mq9qe1pxOL81m4Krh8SfDXdV1Xk7HS9jaOPrOKHFzvhjd++kbof
5O/lnKZNU1T8rPJ0VzdK9QdDsBI6TKVfm3oVPNWPKvUGnfL4e1Ha0YCJ1mfaqHizoVy/i6dO
5rn2RouKxgx/6SPXn0ZRp35Yfkva2V3psX5XeUrI6ivpX1vDoNiEuo1bkgkCQUYA70I2OJ9q
O1chEp6vOZR3BOSZI8x6tvg1HsjSRsRwwAPP0x39+yRp+T/5QWl5Hazfld5RGlyzpJc2qaDp
3BmTkEZomg4sVDHqOhNMhL2q7YMxL85nsbX4s7o/53kG7+RtFwUMOP8A0kf1PZ9P/JT8kp7F
NO/5VL5GutJkk+tQ2i6Bppt/X48TIIjAVDldiaVptmTi9p+1jPj/ADebiqr8Sd13XxXXk6zN
2XpBGvBgADy4R+p5D+Y/5e6P5GuI7byl5d0/y55Y1AtNa6bpFnFZ2sVxQCVfSgREDNQNsN8w
9ZrdRq5+JqMksk+XFORlKh0uRJpt0+HHijw44iI7gAPueI3Nu6tWm/fMMyb4s/8Ay90Ia1qM
qXs5tLC1RZbqYEqPTDVkq3YcRQ9981uuziA5uTghxHveb/8AOQf50aOfLfmE25gtLTSOdn5d
tW+J5Wih9S5upBvRY1ZFVRuWZVr1znTAZ5WXo9Hhlgfkj5bdfMHmWybWXFtYS3VzrnmO+nen
wW0ZlLMx68UTiPFmAGbWqHCHKurPV2gXOr+TLfQphI8ejefDqC3WlkngIWkZEbj070+jLzHr
1agRIPmzyhph1n80NDggjLRW8l1LKBuFRqIv3nNhiHpYx+oF9ir+VGuaXfNe6Df3WlSTirSW
rmPlXxoaH6Rk8sSHNhMcwU4sfyw1vU9US71y+udTmt4yVlu3MhAHZa7D6MGKNljPMHxz5+0W
58vfmfqM0RMEt2IntpV2oAwSQKT7bH55KZsU4WTnb2D8w9dt/NmkzSaRpy2Vr5S+qWbpHyP1
mo4m5kBJozyVr2ApTMcQvdxonh2ZTN5YutA8t+RfzW0C+S50nzE6W17DZzBLuyvYl+E8QQyO
pVlDdCRQ9cw9pXEt8Z7v0v8AyF/PJtdsrLyP+asX17StX9MaZ5wUCKsko4xNKgHFWLLxLCgr
sw75qskfCncBsnUYOOPEDuk/5yeRZvJXmz6p6izxCk1pcheIkhlHJWA7dwR4jOx7K1PiY/N5
LWQqTzGbS+VzBewBRyoJWzPyERaMVl+oH/OMHkWfyn5FuNa1KA21/wCbp1vEjYUdLKJONtXw
51Z6eBGa+XO2yXOnq/mW7gisrmSe4MLXAKRxxkepJXYAH9keJzX5N93YaeNEB53pFtbWwEt3
JsBUkKWH05GMd3PmdkZINLvrg/V0FvbshjlkC8VdidiR4ZMkNEeIBgut2V1ZhrX1hNaEj0Ze
pUjcAn9RzE1A+Tl4Z2HpHkPUTJZwWs7fFbt6cLH+U/EB9G+bDQZbhRdbrMVSsMn0q4DS6ppp
NJLSdpbXfqhbkfuObWO4cPIK3ZehBdXpxEmzU7N1BzGn6ZNXT3PnH8/fLEUsFtrqxqskX7qV
6fajc1p81ff5E5fGfCWJFi3w/faRpcjyfXY/UDvXft8qZHLkl0RChzROm2Wj6XBLJbniDVgM
wcnHM7uZjMYsG1rXYkaalSoO3hl+HC1zyh5/ea4JQ614gggiu2ZsQA0ynYfpB+Xj1/5zH/Ne
P+XynAf+SejZg6A/4HAe/wC8pyj1l+Zy6bfPp0urraTHS4LqOymv+J9FbmWN5Y4TJ05skbNx
G9B8s2H5mHFw2x8KVW//1Ojf8+3xF/yvLzYVkNxL/ga+Es43Wv6S0yq16beAzN1A2Q8DS4+q
f84RO9wWYj88vTjUEnc+WwAK+GYJF63/AJJ/75s5Q+L5eg85a/p142n6LOWnZQ0xkUukYPSg
HUkdK7DvmL2lmhjFHm5ujxynv0e83H5d+cfMWlaXrHm6+1mfTdQWKys9RvJuNvH9aUrAYmNK
CGVkR0AI4lv2gM4o67iy8I6vSw04jAStEeSpNNt4NP0ZrC8Zrd4odQKRK0kEP2p7hACPXiiH
V0qR+2o65HJmyRviDlY62fqH5W16BfOOhHy/cV0C40OysfMPMn0rhbf1IbO7ipVFkROJO4Lx
1BGwzQY9X4siOTRqoeHv3l9c+XIIrKC41KZQJboCJZk+zIq/5PZq7H5Zuezh4cTk73QayfiG
mWxyLZQMzGrySFnJ8Tux+gZ0OmyjT47PMuBKBnJiEWoTXdtLd3A4R3MzGFCNzGpoi/xzR59V
LKCb2LsIYhEgB55ruttGdbMchBt0WMH/ACnG9PlXOX1Ysl2+nx8mDQ38krxcmNSo4/6iCgr8
815x253FSWaZEdY8zwxTuI7aCNru88SnLhEi/wCsQT8slAAHdhkka2ZZ5zltZLKSyI4MiiOO
NTvTsAB3Y5lnJewasUDzLxXS7y00tLx7++S3uPVZZkc/vEReirXJHE3iKSeYL5biFpYLcrEw
H1cN9un8zeBOW0AFCYeVtXv7R2hvNSMrGnGJaByD2BHX55RkNMxHifRGmeY4ND8q6v5u1WdY
rbRYmWz5Gv79l267MRXbMeGcYoSydRsPe4ObD4uWOMdefufA0PmzUPOPnVtXu5iS9z6kcsy8
3qD8LMTUH5dM5rOSbJ3Jeohhjhhwx5APu/ybeQR2omvtQVGKggxrQN9AApktDkjjncjTo9bG
R5BO9bvvKU9pIuoXCzJJsY+G5r2A8Tm4yy02QWTu4mHHlHR86+ZrG0tY7m68uR+cNNthVmlS
WP6kAPGO+YJT6c1EoQvbk7nDfWnjenecdQ8vebdE8x6hok2pW3p3K6ZcC3itpryZAC6W/pyN
HLIsXJ19Mb0PXMzR4QTtzXVi40CyT80vzO0/zXoqJp3mDTkituU95dyEfumiXlzdeZCJFTk7
SADYrQnY5+PGTk5OujjERZTjy95m0uC1sr3y75kTSNNurEXTS3U0MdtPOldrKWMyWsyyCjkq
wYAU4BjTMkzzYDYJDVUZ7EW9sTz1r6aPCL+6gaG4tQ0739IYWnkFUto0LcqsFYjkA3Hg1KMS
Mkdt54CuJo/KxJ5JLqX5n+atLtJrTTYYXsAzWWmyInr3Iuh1ieOMPURKVd2Ryqoa70ORx9va
qXptvOjx8y/Pb859Z8z+fdfj03UPNTWtkLW9e2guyPSLGMxSSrDb8Ul4mqhzUfTnV9gTlklI
yN7ODrzwRFDq9M/IXz55Z/wZD5W83aTaaxrElopOoGByaxA27jm1Hi3UNVRWvXOH7Z0gxZp0
Nrd/ppSyRiQVb8u9RvFv5NQtr6+gh0ozadZPpNrLqF1BCJWMgBUCKKSQ7uzEn2zQbxIpz82I
SG4ffHljzb5f/MzTIfLFzZ6hp+v6fDXSLzUoWRpSo+JGkIAPLuM7HRajHqsIxZPqH0n9DyGq
00tNPjH09XjGqR8NWEUEXB7OWSK+ibYqN0ZafPfMTHiMZudDJ6WfaQ5ieC8tSUTgILuLcfEm
1fnmbLmwJt7nbyhl0m4iHxSFBIR7CmZ+IgkEOFl629UjSOe39FwGS4iMbqdwQykEfjnommPF
gA7w85Padvw+/NnyvceX9TvtJvYljubdnM0YFAvJ2IAp4LTOf0wqVHo7rIQYX5PJNItEsr2O
6mlhtLC2UPc3lw6xxIPFnYgAe5OdXoNPk1EhjwwlOcuUYgykfcBZLotTkjjBlIgAdSaD2c6r
oq00yx8x6VcanLCHOmx3sD3LMasP3QcudqEbdM3J7G1+PEc09PlGMfxGEhH/AE1U4kdZglPg
GSJl3cQv5W+ZPONneXV5dT6hLFZQBuBuLl1iTlXYcnIGU6bS6jWy8PT45ZJd0ImRr3RBLdPN
jwjiySER3kgD7Xz9qnk+8nubm4hmgazmZYVvxIphAdgCxkB40ANeuUZezNaM405wZPGPKHBL
j/0tcX2Obi1eDw/F448H86xw/O6egp+SM+i3Us+latYecNFiuBDB5g0mWO4h33X6wkTyeg58
GNPAnMHXdmazREDVYcmInkJxlAn3cQFtkNdh1AvFOMgOfCQfufWP/OK35YaD5q/ObyxZyeYN
JrphOpXunR3kDzzvZkGKIRByxIc8moKgDfNj/IHaGnx+Nm02WGPb1ShKMd+XqIA3cCOv0+SX
BDJGUu4SBPyt+0Grfmp+Vmj63D5S1D8yPK2ma7busTaBc6xZQ3vMbKn1d5hJWo6ccuj2F2jn
gM2PT5ZY+fEISMf9MBTE67TwkYyyQEu4yF/K0v8AzB/MjyD5HtksfNPnzy95W1K/gMmn2mr6
paWUssZPFpESeVGZQdqgUy/Q9ka7WRMtNgyZADRMISmAe48ILKetwYCBlnGJPeQPveSN+bn5
UaXDb2k/5teTLNNViinWSXXtPT1LdySHXlOKq9DQjY5fk9mu1sm0NJmNGjWOZo9x22LMdq6M
G5ZoDr9Uf1oW/u7W5ubrVNPuoNRs5GR9Purd1mhlUmqlXQlWB7UNM4rWYZ4cxhMGMgdwRRB9
xei0s45MYkDYPUM5063mFukuoz87hxznrsE7hQPbvjjlxS3YZD3JjpOoQfWJbQWbvNdOSl3G
VBEY8eXQD2zPEBVuJlkSXanZ20MvONatuxlkNTk5448K4spJZR5c8z2V5JHp9vYi0u0p9ggR
kjuO/wB+Y3Iily4bsks61HTbPXLUWOpwVAkSaIjqkkZqrofEfq2zIMr2Lrq4dw+cvPv5bJpe
oy6lY24Gj3knKMJ0gkbcxsOwJ+z92USBiPJtxyEmG31reafpWsWWno8b31lEkgQcj6SskswV
RueStv7Zz+slcjbutEIgh+WXnXQdZ88a5qHlvTYzquo3k9xcGw9ZII0CUmeKSaQhYxsvInvx
UbnJaHTzzyAxiy7vJIQG7wrzJ+TH5o2B8v3NtbNqZ8wW7v5s0uwEbLoZtmR4rO4kaQIx4MDR
TQybbgVzqD2LmxxEqtxZymejzrVda1/zxNp9j5a0ueSHTbRNM0mVwRDaxj4GkZxszA1ai1+I
k5ieH3oxY5F9FflP+Rdl5cWDVnikm1K/gjmmvJAQWqCppWlFDAgZZihxH3N3HwCn1xpuhx3G
lrKyfvrNuDjrUdq5sxi8SHmHF8bhl5Kr2MMEFzK8YUunBQB/NlXhmEd08Rkdnx7+bP5Lw+b7
W9vImNlq9mOVhdAE0kkYKqEAbht6j2zFGxpyedDq+WHsPOPk25mt9T0WWQ6rGmmapFErPb3d
XHpyxMN43LUoG75HgJNBx54iDu940H8m/wA0tI8sa0uraTcR2EOpwJL+XNypXUJIrjjTUbGV
GaEhGIBXlvQt2y/J2Tl4TOqP3sRKzQ5PpX8rWOk3Gq/lt5y076vrVmTdx2sij1WjVeLyxFCw
PNCeYQkFlDLuDnN6/S5MMjx7OTjnfIW+v/zJstR1nQ/JqakGnvrHTjazXT7mUQSlEckV3IFT
88t7G1PBYdR2hpuImg9n/JL8grIaFe6z5600s+srEml6XL8DxWscglZpB1HrlQKdeH+tm+y5
TN0n92dn11dTCK1ZYUCwwrQhaKoUbcVHhTbKMkzWycUAZbvKNY8wafqkv1S208KyfDJdTL8Y
/wBXvT3yqhJ2OPGYbkojTraC3gedYZJmRS3pxsPip7HbMgQADDJORNBJ4bi31C8leO1FlDOP
hgrQlh1PhX2GYmWNbt0CQx/zBbT2gZw3q2r0WRCPsN2I9j+BzCnOxTl4gmnlaBzDfLG1PQKy
L4gqdj+OZWjGxatUADuy2AyQ3dvq4XeVqzquwIJ4sDm4iaALrJgbh6Mqq6KU3WRRxPanUUwZ
hxBxAaO6SebfL8Pm3yzqOkTfBJLEfQl6FJAPhb6D1yOKdhSKL8xfNmjahplzeWlzC0d3YzPB
coOgZDRiK9j1HtmWYiQtpIILyfUtRmikKAnivvQnxyHA2BhmoXomBQH7Q+KvY5ICkkimLyot
WC1qRv3xYv1R/LjTNRf/AJy6/OHWUsZn0i18t2Vlc6nx/cpcz2+lSRQlj1dkhdqDoBv1Gazs
6Y/Lxj7/ALy3ZR6i8qf82vykN1B+Uw8uWo/J9LOWwdz/AHjXLSRlb4S/b5qVJMvXkR2ymt76
OXwn4v8A/9Wd/wDPthlj/PPzTbcCrjyHfsDSigLqelig+/M3UH0gK8M1Ge1uP+cHZGhXjFH+
d4VQNqFfLda5gH/Hf+Sf++Z/wfF8geVhfQ3tnrX1aY2huvrFzP8AZi9MMCeUlaUoB3znu0Ze
JKTvNJHhAD2hfzsvPMCalo36dl1CzsrqS6kt3b1IHuZmbZSdv3ZPP4di3EZrNB2Vc+Muy1Gq
EYcIe0aX+UzeZrmDU/Lt9a2urWr299Pp+oTTC0aeEoGuI3Qn0pAh4seJVx9od82HaHZ5MCQ4
em15jIDm/Sf8ofLevpdweVfOFutjbwPJPHewywu81uVW3EC+k77HmKMei/Z67cbg7NnDL69g
5Wu1nHG4830f5PTWbS7uvL1/6U9rohKtdg83kIoYyQ3TkCDXL+z4ZYZzjP0h1GeUZREhzLI9
Qujd3Y0uLdjGZ7o9o46lQCfFj09s2ufKckvDDDFHhFlLNekTTdPiIHFbeEyHfoKVr92YnaGM
Y4AByNMeKVvDr1G1DTBKCQb+4EkldiVrXOXzEku8h6UBYw+vrJtgwVUh+JvCvfIwhxFJ5MNu
vNsOg+YNed4JJY1McNv6YGywKRTfpUmuRzYSTt0boxsM00Jp9a/3M3kR9VUV7eFjtE0n2BX9
ogfEx9qZLFCixy7Cg8q89afbDU1W3T1vTKySAUBcBup+eZ/BsuMbMY1C6knsUlmKx/W2PIAj
4UBoqD3yskskisvThuHuYXeGSGiF1NTv2p3rmLl3CRszX/nIjXm8ueUfJfkFNSEd1LAuoazB
+3JJKOXx+AFaZqtTEkiHQfeWzsyPFOWU9TQ9weIeQxbPOlZFEwYcPh5V+6lM1eohTuckrD7J
0a+0sw28F1LJdXThVjsrUDmzU6fD9kZgjc7uryg9E7F1qDXJs9C0eBLhd5rpyGWH3kmatCPA
b5k4zMcg0ARA9ReY+YvNujDzFB5XsYT+ZPnygkNqw56dY0/3ZIm6Dj/NJX2GWg72Nz3uRjwy
MbPpj9rx3zr5At/zV1IweZtUbWpLOWRZ/MkDNCttNbUaVNM4EelDaFlX1Fo0k7KteKsMzNHl
yY5cUea5JRgKpPv+cf8A8gtI84DUtZ806trXmLyfftJB5EttYu3uUeOxb0PrbFlUyFpQXT1O
Xw0OeodkdliWMZMkQJHfZ5jX9oVLhi+q7T8kPy9j0ZzB5c/Rk8T01q2012t1uGj+GR3hX907
U+IF0JzbZuysGaPqju62OtyQNgpbpf8Azjd5QtbTUks7+6n1eOX6zZ3N1Hb3EMsdOUJMDx8G
IU0Bp7HNTL2T02S6JtyD2vlHckE/5Fazq9zqep/43ttNsra1tY0ubTSo4rtRAxaOIUkEaou4
IC7jY7bZjx9lIR34tg2/ytICqfn5+aPk2ys/N+t2lr5j1J9IF1MklxaxQWUk5jjBmVpLeIOE
eWSNTxYbhjnWdl9iYcGPjLqdX2rPJPhDzzyj+R3mS28hQ/mVpd5qE/lqTU2ii8rxs811Bb3M
pL3to7Hm8sEcJkZCaSqSp+Ig5y3bWlhn4zEcuR/Q9N2Zq5QEQX1l5Y0f9BGw1a9vlWz1mX19
F84aNcSWkdvJOqyQo8qGjW9xGVdDIpG+/RqeU54zxTIIovUjNHLHbfyeqar5v81aLfWOu6Xr
09/baVcxx+ZtDuUWK6tdwDJJD3Q/zoePfpluk1Mschu4+bSRnEiufyZ9530xv03H5jsIWex8
y2sd6Cm4WZlAkT2rSo+eddzImP4t3m4ei4HoiLBoqs0VPRvBFJGR/MyhW2+Y3ynPk4D722Ae
yeW/39mkRNXt5Kqflmd2fLiG7ianZ6pay/uYjy2Gx+ed3oNQTARdFmju/MX/AJyv0qO38/63
Ox4x3CRTc/8AXQE/xzXTIjqJB2WIXhDzr/nGhoE/OX8t54Iba6F7q8tlPLc2FpdBEj0vUJ0a
3nuIJJbaQOgq9u6Mw+Fiy7Z6R7Na+UtDq9OPp8PjsGUTfiY4UeEgTjR+mYkAdxR3eZ7Rwgaj
FPrxV0P8MjtYsHzFdxeveV9Sv9S/Mby/5S1lja6TrGtXXlvXvyld3GkQaf6V1PPG2mSsQk0a
gXBuqCZ2+MysrcT009ZnOfUREQY48YyRzUPEMriIy8UCzGd8Hhm8YGwiJC3AjjjUCTvKRiY/
w1RNcPeOfFzPfWzzpksvLH5cWXmTybrU0Ot+ZvOFxoWo+cLG5EWpRada6WLiwsba+h4zW4vE
YXTvEyvLX7XCi5ldp5J6LDnGDHECEePhMeKHHLMYZJygbjLwq8KImJRhX08Vlr00Y5ZR4pH1
Hhu9+ERuIEhuOL6rBs3zSnzNLqGs/lN5R/MK6v76H8wdE1/zBoei+ebe8lg1e90jTtBnvhdy
30DJNLJaXam29ZmLkMwdmLmtvZeaWSWE5BGJn4MpQ4RwcWTUDHLHwEGIjlw/veADhBiDEDhD
DVx4YyESTXGBKzdRxmQlxDe4z9N8+d830H+ZV1d+dtX167t4wuraBdyeTPPOpxmL1LPy9fRt
fWOu3ANSUsON8igg1Y9D1ynT9l4DjwxybxsZoRN1PJGo5MA/4b+5J7gObblzyMpcPP6JHbaJ
3E/831V5lPr3W38xeT/K88n13ywlv5A8xf4I8uxSusen6udZtNH0NTaxTLBLPbGWOGJnJ4MS
yMpJbMnFgGDUZAKyXnxccq+vH4csuX1EcQjKjKQH1DaQPJqyT44R5x9EqHdLijGOwNWLod3R
J9NudXtvP+gW1/ePoGnT+arPy9deS9AbU9R8vwRxslrcaUgvLnRdPu2JPO7uBY3c6O0nH4Iq
xZGWOKWkyGI45DEZic+CGUk3KOQ8Mc2WHdjh4uKBAjfql6oQMhmjZr1cPCOIx/qizCJ75Hhl
Ib9BtOfKP+4m+0PULK/vtKMz/mfo18bSeb03sfLus3drpZe09VIZZLOCJY4nYcwo4BwuazXn
xROEhGVDSzFgXxZccZZPVRkBORJkBsTvVuRphw8MgSP70fCMiI7cthsDzrZ5L5UPnHyv5Q/M
+9utQ80eX7vXvyt1TXtKu5kayfUp4Y7WP9NSXEXnHzHIt8EeNTII4HIO7H00Vd/rfyuq1Onj
EY5iGpjCQHq4ATI+EInTaYeFYPpvJEVsBxEnAweLjw5CTIE4yQeV7fVfi5PVy39J+Qrvt9pG
keW9RbTLGA2ulabcySpDykmdnZi5LvIzSOzyMWZmYkkkk1zwbtLV5NTnlkyG5H3DkKAobAAC
gBsBs+k6HDHFhEY7BONIF3reoSi5Bt9MswC0HR5XbcByOgA3plekiZStnqTwBPdQiS2Mk8JM
cyDgqx7cF96ZuJAAOtEiSjbc6VcQNDZSzahNEoN3dMrKOZ8S34AZGFS2TxGJQWkS39nqceli
aK0tpmaVnMavIoO+zdak7CuVSiLckniD1211KEssEk/NgaDkQzbDcgLsMr4xdFwp4TzCN1G6
0+3024m1BllsWQrJGw5cweihe5PbBmywxQMidnHx45Tlwgbvzo/5yG/O7SfI1rdW2ihobzUg
9kgh5SXlwZAsaW1qq0aVzspCAKDszHpnKEy1MyRtF7HR6QYoXPcvJtL/ACQ0TyxaPrPnfUb6
bz5rWnrHqOjaU0k1roVrOyzNpgSOizzSyKnrzPvy+CMBRU9l7P4Dilx/wtc9SCeIjYclPWvy
b1RNL1aNtJvf0tLYpP5c0e1j+rXUVqn7u8vDH8QSK3iah5Dm5b2zqtR2iDjMRd8ky10Dy2B5
+959of5eeX7dIFgt1QKgWN4qKtOxUCg6Zzww8RZ/mKe4eVvL3kbTtA1a11XStT1G+kkEmm6x
HdFIbIEgSlo+JBQkBnPxUFSAMyMemjEgj4uBqcuScgYnZHv5fjs5JZNPuTJGVHqQNuGBHwkE
bEEGoI2ObKOOIHFEtBy8WxULPyzLrKGO4/vPik9GoVI40FTJK52RVG5Y7AYJaeM48UzTOWo4
PpWedtA/L+50jQdP0LTry0uLTnPq2o/XjPFfzSII1fgQCoUBitKUDUoa1zEjook2eXRdNny8
RMjs8av/AMvNAureaA2KkSAoGarE18a1zHOEidDvc4ags40LyHqaXOnzWtreaBZjjb6v5dns
rm9gldhxL2yy8AYAgGxKkMeIObqGbGCOM9GiMzzB5Iif8mz5w1PTfM2iazNYeevKqGx0nTpi
r2d/HZu0i21q5CtBK9aKGqrH4W61zku38U8szI7jk5sc0Yb9PufZv5JebPy9/MHy/pXmS3ht
Z57Bms76xmBWTTL6IkSRzQPuDyBI5D4c0OglDFOpB1naWLKbo7fe+oJXVVZpG5ClR3H00zfH
vJdDEG6DGtRvWubWQ2t7HA8YJQlRJGaDuOuQMxIbuXjxGJ5PLrW8vtWu1urz05nQekGjUIKA
79P45bAByZHhCIvp9PM4awvJLXUrVwl1ajkvNe9B9mo6++SnLo1QieqNGmwXFtJG7Eq/xCVd
mVjuHHuMrlCwyhI2wqe9u7drzTNWH1hADGLtR2I+FiPDpmmzXE7u1wxEhsyzyPVo9U5Cp+qh
yfHjsczNBLmHE14ohni2gl0tEA+L02ZT7gcs3MT6HUSl6090eYTafA/8qj6K9vow3Ya8g9SO
jkWLkxPwxycZK+B7/jmMPTK0VxPkz/nInya9tNH5t0+MvaX4SDUyP91ygUjf5MPh+YGZsJ97
Ai3wNrcCevLXYmtPHLWIYJeQgV4Jt3OSG6SGtI0sanqmn2CnjLqFxFa22xPKWZwiKAOtWYDM
bUS4IktuDHxHfk/aLSPNmmJ+ZUvkTT4I0vZ9CuPMOvzIAGaZJrOzg5+J9EgfIDNT2ZO4gdwP
3tuaHp4vN+D3+IW/Sou+Q9DgVEf7RWoq9PAdKZlUKcnq/wD/1uwf8+9bAWv54eZ5GUCWTyPf
VI6AfpLTPhGZme+H4qXy7qNm2n/84PpA7LGJPz2BMjnZVPlkip+7MGR/w3/kn/vm0D0/F8z6
b5dtz5d1DULeW11KK3YoY3XkgJ3+IAVB+eUZdPEnk5+LKQHmfkRhc+cLi8vLgPZDUY4IoEHF
OUdE5sN9l5bDp3zJ02nEQ16jOTyfpD+W2vvpdza3DEH92A6k7ERBra4Vh/rrX6cdRAGLVjJB
u31f+XX5g3MF5p9zdzNJxidrSrfEtlaVELMf+LJHWlewGcR2jAiVh2+P1Rovvvy9SZ9V8wep
yj1OCzijHattEQ5p7s2UabYSmetfY4OUURHuTa3s1gS7ul+K5vaSTOd9wOKqPZR0GZmlwADi
6ljOe1MA/MC6kMk1lGfgkSOB18akA/hmp7WPqLsNFGgwe/tX+uWmnWq7niI07Avt09s5gY5S
ls7ISoMcmhbTtRvypPMWRcN13HIE/eMyYw4TTaJcQDxi7tjPcWnqku99cRiRz1Jc1bIyGzlA
voOzMNhphaRxFFCheY9uTbD50GwGHBG9nGn6i8tuLKXVEvdTmiEQuJSlqn7XFdgPopv75fOd
bORjhQeQa/ZT2c8k4UGWMtxiNeND0pTvlct2NJ/+XWmwav5l0G0u2VrdJjfaqSKARW6mZ6/8
CBmNl258mrKTwmubyD8879tS84Xmuavym1HXJOWi6PWjC3BpHLJ3VKfZXq3XpmmgTKRJ6u50
uEY8QA6KfkbRrySS3gs+bTS/bKVB91HgPfKNTVN5NDd9c6auh+RtHfWPMd/Fp9uF/wBJuAay
SGn91EB8TE9Ns1+PHxSvk66YnlNRDxTWPzn86eetaTyR+X+lLokGoARwRsv7+ON+s9xT7Apu
ATXxy4i/c5mPRQwx4p82UeXtBsdDuj+V/kO7565qKG8/Mz8w2+KSGDrMRIe53VBX37ZOIMjt
yacuShxyGw5Bmj6Ba6/rvl78tPKSCxstTjSTV5o2KSWfl2yNHVW+16kzyE1/akkZv2M6bsHs
38zmBr0jd0Ou1BxwMjzL6703y/a6Fo2m6VYQrbW2hSmKxjQUVYGFAoHgBQZ63jhwQAHR5PJM
yJJTgq1rqMN0m0F8tLpT09RRQH6Rkz6ZDzY2CFOeBrCSKW2G9sS0C16wk1aP/YncYy9G4TEW
wvztqqaH5c8y31onqDVLTnZQ9AbpmCen7cywplMbnKu9M/TGz0fDPm78vmuvLsGnUmm1HzNd
R2MOoKgK8nLetNz5V4hjJIdtvh7ZtNZlGLEQOjr9PHimCX1Rofkm103yD5X0yCAQWmkC+uaU
p/dQGGGo8R+vOYGAnHfvL0Iy1N8/Wml6f5RhsPKerQK3l3zFoxvrW0ZaqluzBr6FF7G1lkW5
jA6RvMo2Gef+0nZ/h+sdRu9H2fmMztzDGFiuYr/UPKN9Jz8x+W15aDqjbtd6aa8YHb9soKpv
1XOIiDxPUwkDGxyL6F07VEvvJHlmZE4RWtxJYzQn9iq/Cv0Mu2dto8olgHk8lq8JjmPmkmlH
mbwRH93FfExDwBILU+muYua5E0pFB7r5PCLczxMKEgMo9iaZueyBXN12r5M5065YBUkNaSOm
/sxAzpNDnrKIl1WWFh8Xf85h6JOt95e1a2s4ZDqVm8E91OC6I1u2wEQpzJVu5plna2M48okO
ocnQTBgQ+S/yH1fSdD/OvyTq/mjzjpmj6Z5Z1Ce91W/13WdO0q0tbefTr+3jSGG6uLf1GMrq
OMKOyg1ei756D7D9m6nV6XVZMUTkJx+GIwjKczLxMc7qEZcMRGJ9UjEE7Rsui7c1OLFlxRkR
GpcVkiIrhkOZIs2eQvzeR/mr+efnDyndav5f0vztHcXGoafJZNfadJoV7JeaTHNII0g17Top
rya0XmV9M3jCKpjeNB8A6f2p7Z1vZmcYBixxB/eQJGUTgZbXLDkkMUcnp+rwPVQmJS+o4PZW
iw6uJyccj/CQDCiB3TiDIx35ce3KhyeQ+Tv+chPM0X6YtrjUIIdB1r0YPMNmbCwvbICEn0fr
emaha3VnKiknhKIeUfgF3zluy/ajVdn0dslEyHEZgxlL6jHJjnjyR4v4gJ8JO5Bdnqex8ecE
AmNijVEEDvjISj9j13y35z1/z/5uEHmHUP0hp3k/SVs9Dt30/S2sLeGZ/Tjgh0s2baaIggY8
Pq3A0U0+FaZ2D2v1n5rxwIjcnhBnvI85HJx+Nx9OPxeICwDUjeNl7HwjD4ZJPS/Ty7uHh4K8
uGuXcH2R5TsLjzbqfmfUfNXn/VrTTPMGnm3/ADB1K2s9CsJNUtCFRLWZbLS4BLI3BQH4+rwH
p8/TqmbKPtbmiMYjgxAYzcBeWXAbu48eWRHM+n6LPFw8XqceHZMZcRlkkTLY7QHEPOoD58+l
1s+jPy9/KDRvOWmaNqmt+YNY1jyp5ea6sfJvl640/wAt6atpZgoJBDNomjadcQq7xqTHFKqH
iOQbiKQy+1uf1nHihjlkIMpCWaZkRdGQzZckJHc7mJIs0RZZR7IxihKcpCIoCoCvdwQiRy6F
mOifkRob69rXmK683+Yb7VdUIjn1RItF06/cwKEt3m1HStLsr66MIC8RdTyg8RzD71gfazNk
wxxDFjjCPIXknHf6qhkyTxw4t78OEDvtWzI9kwxzMjORMuvpB8t4xjI1/SJ80ptfyKtbDzLq
WvaX+Yuv2PmDVDdjVPMsGieS1vbtbj0/WWWT/DVG9QqObU5SUUSM4SPjZ/ounmgMM9PjlijX
DEz1PCOG6oeP0vYco78IHFK4DscRPGMkhI8zw47N/wDJPy+PXkEmsP8AnHbRPL36RsPL/nXW
tGs/NVqum+ZLSHR/KEsN7a+n6Rt3iufL0yJblf8Aj2iCW4JYrEpdy1+r9tc+SWM5MMJmEuKJ
M9QDGV3xAxzxJl/TleQ7XIgChh7CxiMuGcgCKIAx7ju3gdvIVHy3KOtPLNj5aul8vWUk0+n6
QX4SXBQuRyZzURrGiip+FUVUUUVVVQAPMu2O0J6zVTzToGR3rlyrrZPmSSSdySd3sezcAw4I
wjyH4/FbBmukslpawIhBu9RcsiHfdt6n2AyzRyEQw1QMimd7GIoZX6pApof537sxzaUC4Avk
h9AnuZY4rCytUhd6y3l7N8XX7TBRSvYCuVbxLZk5WhNQtHt5HdHMpuGJ+snd3HalO2WSx2Nk
wydEz8uSCGVLaaQqk1WlXuabBa+5zAntLdyJxuOzB/zP88jR9M42cTanqepXEemeU9GSQKLm
5upDDApPYSOrM5/ZjX3zTaqYyenv5N2jxeriPTm/NT8rtLl8+f8AOReqeZ/MV2PMFt+VsV/r
c17sLd7yzkFvZJEh2WEXT8o1HZAxqScnpYDaLudRfAK/ifWdvqNzaafcXkN28OpSyfWIr0Ff
U9dW5h+ThhUkdSDne6aoYeB0+o9c6rZgWsXGo+dLy81by+byOfT5GsLuTV5VKSTXsQ9S4X0K
xCKJaqErycvQJXfKfFhw8Mh6ujDHjOPnyLCtdmttBY+VvLFnd+cPN0nB7e20+A3KQWwFOc8a
sBAu1C0jfqyE52CIjdzIAc5bBgOk+bvMPlzUG1fzdrdlHd/HDZ6FZ+o4ijJoxSNaLI+1AQKD
365Tp9QIbnctmTCJihsH0f5Ve51FvLn1XRrm0fzDMDJpMpRWJJKq7QbledQeMZVvHNgJDg4o
7F1meAjIi+SfalZhdR1XRLwRyG0nmiEMRUW7mGgkPpoWr8LqKyM3KtOxzOwwjONyNlxroCQ5
FiF5YKHNAB/k7bfKmRnHhcmMyhbi1At3WEBZ2H7qTpxYCvM+yUr+GYsMZlLZIyECyhD+YGnT
XGgeYNatfN8GutPNoOgql6TZ3/1VGee/mlkfgKO6hlK9SPtUyM8QErMbPRqHHEmECK6vSYNa
nuNPt9RlnX9J/BczTxj06Tij1UDpRsxNdDxMZBDnYAYzro+Kvzw80a/+TP8Azkdf+Z/J9y2n
aF+ZWmWPme4sAT9XkXUQYb9eC7ExXMbyA0qCxp4ZxuSHFAnq7XSREo+HMfTs/UL8k/zdt/Pv
leIXDPba1pkfpajbOaMrogag7OjoQ6MO2XaTPceEncOn1uj8PJYGxZJqk73U3r2UjIxYo7gk
AgHY0HiMzcQvmwoBH6DZSiTmn+jXDq3pq28UjDejj+IzPiOEbuHlN8lG5mS61GGae0FpcRkw
3ZBqtV2B6dj+GVCJZA7MieI21s7RivpAum+5X9pf6ZIzoMBD1MZvltrtrW8SjJODDJ8iKr/H
NNqDxGw7bADHZNvI0Xpvrcf++oCn/DZZoD9TjdpH6Xo2mDnbW4+g/dm9x/S6XIakWtBPpJLa
noWcx19iQf1ZXjnRIZZhsCmiENdSwvulxGDT3G36sjLadd7C/Tfc8k/MTX7XQ7uLQPM1lJf+
UfNto9u8kSNJLBcIaNRVBLAqVaiioIqMtEhDmziBN+cv5keTNW8ratdwz2002mA87DV1RjFL
A26OxIHA02YNShx/Nw7wp0x6PNoNPkuHB9Oq937U+eS8axsvg0zPymNG0Pzl5J1C4lVpLLzB
psrAU4gC4QVPsK5jZ+KcC2x4Q+4PIySr/wA5bfmM0m4byhEYK9o/9xQoPbmGzC7KOydQP3Q9
/wCt+IHNfV9WsvOlfrXevy/l/DM9v6v/1/W3/OEX5Yec/LX5keYfN3mPSv0DYXflm506ysLt
gt7M8l7ZSmQQivCNBFQlqElhQbZOWthmPDE3TZPDOAuQfFPmCz9b/nCeW3ZpIrr/AJXZGbJ0
ALLL+gBxNCCCKVrUdMwdXPh1V/7X/vnL0+PiNPjoz33ly5nWe3MsOrBoLprQAGSNlJAeGtKh
twy7j5ZXDUEndzcmn4RYed2Gmr5ekSK/njsRrnO40+4mcIrzxEesis1AStVale+Z+LUDlbgz
xE70+l/Lf5gWFxAkb3IeSSj6o8TA0ZlCyRxkd5OI5EbAe+UZ88QNyzjhk+rfIl9fa5YX99aR
G5u7hLdWtoASLWzgkXghp0LORUdgBnG9qazEDVh2eDDOrIfsf5Y0+TTvKmh6fOS1xHZw/WeX
X1HUO/4mmRxQ/dgOBklcynU7+lAqdOTICR2AIJ/AZsR6INdWXjmuTyaletMRWM3iRFh/N1pX
5HOc1kuM/F2+ACMaUIyJPMUN2GpEJZkiH+TAvGv0mpzBxQHiN0j6WMeYI/V1K59Gg5afLzXx
+PbI5x6m7DLZ45rVlKttY3MTFGguSwkHYqp4kfI5Rw7W5kSg7TU9c1aU3F7fvLFYfDDGKKpk
I+2VA3IHTGPp5JIDJ9M1ODTvLaPqMgRrVZPTDmrGrEgL4lsxSJTmzuhswWVTfWxv5xx9es8j
HcKDUgfQMuka2DWGQeSprHy/oXnTzxqEQ+raVYiG3V9g73HxCM+xVRy9jmNqzUGGOJyZBF8J
297r/nvzpqHmC9lN5eajcM7SOPhVCaLTsABsAM1sjwjfm9HwgChyfSNv5m0b8r7OC3dP0t5p
v1rDYJuRy6GXjuq+Cjc5i+HLJK2EocfuYb5suPNnmDUdN+v3j3/m3VqHTdIhFYrCE9GZBsCO
w+/LTijAbs4AQGz0i1WH8rNHXy15fRdQ/MTzCh/St7yDNDzFX5y70p1kbsPhGYByXyayPFNn
6QzXy9LpH5f+UdWjub9WleE655+11xR3hTdI/FfVaiRp/LTu2bDRaY5iAOZdXrcnEfIPQP8A
nGTT7nVNY1f8ztdDxa95x05vqtg5qLPT456w24/ygN2/yic9V7G0A0kAOtPJdoZjkNdH2pHM
l1bRzKACwNR7qaUzqIVKNuoMaKnMQ9tOhA+yCD3BrkcxFJpJru59SwZllo8X2Gr0delfnmuy
Zdm6IfOvnXzN+ltTs9Ggu1g06ycXmpFt1S54msZ7n0oyZCB3aPNj2bi2OQuBrcu4iFHyjZQe
YPNOpeYZYU/QflKKQWIjb907IgUkL/Mx4x18OWU66fiS4eg3LPSRrd7rcK1v5dW1beRtLIJP
+/Lqpav0vlHKNeTnAi3zr+cug3F7B9X0hFOueTtOGp+XR43VsvH0T/kzxc4WHQh85ntrCMse
A9Q73szJwSt8qa/5oi1DRfLHnvQpy95o/BY3P941oygiKYfzcKAHxU988oz6c4sleb2+HcV0
fTnlfULbWfIl1q+n72t3eWl60K/7rmJ4TAexqGGb3REygYvP68cOQEp35esmRLuIUHpSu4bx
INcytPA8VFw8s9tnsXl+n6S026U0W4s2BA6V5Bh+vNzpICMhbr828WcwRl/VaMAtBKzMPH4t
xm+02HjnxDoXAnQFPGP+cm9EttU8paPfXLyenY3UkXpI3BXMyVXkw+IAcf2c2na8LhEteglU
iHwK+m+e5NPnTSdTXyvods4T6vY8rTlz24n6qFmlJBqS7nbJaDFxC11eUcTwH85dC872Ol3X
k78xrKbzl5H0+6+s2krzyPeaJeSCiXumXky/WrJmBoVk5W8v2XDdugOnIi4UMpvZ8Iammo+S
vMUcJnMx3bT9QMPordw1oVlhJISRKgSJUgE8lJRgc12bE7LHO933d/zj7YWk/lPUtZSExS3+
pm3Nuw2hSziUCNG7rykJHhWnbMnRwqLh6yXqfU+gw3MssNpbxGSe5lWOBCdmkchEAHzIzM3t
x4P1I0bSIvLPlbS9FhA4aXZRW3L+aSg5t9LEnKsgsM8f1JZbaobPT5XQD1riZ1h+R7/dkSOG
NBukOKSOt4eFxZowPKSCUn71yzFDhDGZBS24/wCOrZx7ngoY/ecq1ErnFnh+glgHmWIQazrc
ndwoH+yFc5nWCsxd3ozeIFjumagLS8Fw6PcNFH6cCjsW2+jbLMOQxNssuMSD0m1t5NS0yC6u
IhGk7ExW3XYGlWP0Z0Wk/ebl0ueoGgxfUVvec0FjM0Iuv3PGM0qi7GpG4FchqpAnbo3YInqy
GeeygjhheRZ5YokiigU1pxFOTMOgrvg/MgRoMRiJlfRqPTnhtvrVCZJFJRj15GpH3nIZoCUb
ZQyb0/Ov/nIX8yJ/KGo+VNWt2Hr+XdPuL2Ek09Oe4U2asP8AKQcqeBOcvAXkeiwYuKLBf+cW
bZYPIX5m+ZXHGfWtSsNG9T9lhbiW7lVW78WdAc2mhgJZPc3Z4mx5B7fd2t/cXWh6JBEp1XzL
P6GgaZJyDXVBWSYhd1t4B8cshoOI+GpzpfzcY7DenV5BVlnN/YQaFZ2+jWt36lpoyPFHeKAC
7ybzzgUFZZmJqx3C0UdMy9Jh2OSfM/c4c5kl4trs/wBUimKeZ4Py80HUJy+t3kEKPeegFo8y
+o8avJTYGVuC9lyrUAg7HhDlw3ANWQ+fbNoRqepXXkjRLvRNEnLNfefvMSlWuYYjsUkuileQ
Bb4FEY7VzA5SAqg5n1Rvm+o/LVvAmi6T+g727tpo0F3p2pzOwuWedfjMpUoaOD0WnHYr0zot
MYGPCHTaiJkbKfXMw02K5d3MmoXprcH1JJFUciwjQyks1GYku3xOd27UmJjGKHNrjjMt+iU2
tpfXbBuDSSSsFijXcknoBko45TDKc4wDK5fK9xDaNbSn07m/Qi8uONfQtkAeSQV2ovRR1Z/Y
ZkYcQjs4njGZDxP807rzZ5e0f8rnubbTbDySl5qcXl27eCSK9hnjflbK1yzhJ0EfKP06AfES
WLAZqJ+nMeEuXhjEkm90/wBD1FrjT0vLaKSLT5JpLMwy0MlrcRbyW01C26V+Fujr8S96UZCZ
Ah2WAjiF83gH/OXVvJKn5I6mqITHousadLK3jBeCaMV7j4+mcSaEpR7i7bHCskiOtPq78p57
S11Xyy+lyMs+teU9Nub+DiFPqRXLQR0p3MMnE+yjMDDkiDt3tWqxyN3yfZl1pw0yGO44epBM
wSRB177A9mzoscqALoJSEjS2+SK60lBp9wfrlvKs0IX4XFOoYeNMyZ5xICmqGMg7u0eJr9pV
u/jeQc/UIpuNmr+GXYADsWnOa3CYatdSaIsAliNzazKRE4+0rL+yw77Zi64HHuG7RgZefR54
btw7pGvpwmb1EiPUb1AzRylu7uMaD0ryhEpbWpFH95Gm3+sa5n9nC+J1faR3izDRiXicD/dM
pWn0CmbzB9Lp9RtJCymS1jN9EaejcSBl9uRyM416g2RIl6Sj5LsGe0uozRZIq0H3kfryGSzR
DDh4YkML/OtdWX8utf1Xy/y/SukW/wBdtzEQsrQJ/vQkclCUYxVNR4ZDVx4sRployBkAPJ+K
XnDzf5o0+/Gs2OqTTS2rs7XQJkuOLA/DLCSaivX7SHOVyWPIvV4scCKPJ6APMA1TyX5f12Cy
i04a7Z/WXtYB8AdJHgkeMfso7xlgO3TtnSdl5DkgDJ57X4xCZEXnMt5NJPEYyzztPCLcVJPq
eovCnvypmzz1wGu518Pq3fqv5TuY5P8AnLfzdbofjg/L9BOKftG7sWG/ybNL2SObl6n+6j7/
ANb8Iv8ATfrH+9Kep6da16e305s23e3/0Pqz+TNxHf8AmaW5S4+K20m7RoAK8/WntDyJ/wAn
0qe/LOe7H4hlkD3fpDvO1I/uwfP9BfE//OWvk/RPJv8Azjv5I0DyFodvo9qfzNtnSBVedrmd
9H1FfVkZmLySPxVORNaAeGYsNTIzMpnem4QEctDu/S+X/wDnGb8uPLv5tw/mdcecdOeP9AJY
aVbrFtJDfyzvJKYmIqpMcPEgitCcdTqZQox6ubwCQ3fNf/OXJ0HVPzG0ryr5P0SG18lfl1Zn
T49Rt+MkV5qUzA3R5qTX0+Ijq3UhszMOPL4fHLq4UpQ4qDBfy/tWt7uCIxJFFetGIFdK8WRj
+8RhUUArVTVWGxzU66Ro97naaAL9cP8AnHLyzb6xqOjWulutqxliEskTcqwxHk6AjoDU13IP
Sm2cTlwyzaiMfNz9VOOLCS/UJZVkmljiWiW1IwR0qdgB8hnb4u4dHkAkes3xhE8fQxpUP/rb
Y5slRIcrFC3mepM1v5XtSF43N3etICNqM9SN/kBmg1E/R8XYQHqVtDs2a6so2/497aQOD3LU
qcq00bO6csix+8t+es6mD0Szdk7fZNBkpwslsjLZ5zrFuTpsMXp/7uYk+Hw1H68wc0uEObh3
QflTSRJ6wZOSFWlbb2IyMTu2zOzFvMNk/wBXLMlOchjX2oN8ujDa2vit55eajqkUcekqgSxi
oHI+06jfifAHvlfh7olPZPvzfjvrD8ofLHleydLS+84XD6vrTyNxWC0ABDyMOirGB9JoNzmp
1uQcYi5fZkeKZmemwfHsvnWDy5dWmg+T7RnvyQovpVHMP09Qoa79wv7PffMbHhMvVLk7uRB2
ezeW9Cm0+WG8u7Y6v501I8oxJ+9aMvvzetd960wSmIDdiZX7nq93Da/lLo02s3tdY/MTzEVj
06FVDSo82yJGD+0a7eHXNflyHKa6NN+IfJinl3TrzTYrvVr5f0l5h1JwkxU8xPck1S1iJ3EM
RNWP7bb+GVRPFKhyDKZqNPL/ADP54t9d82L+WemXP13T9AnOqfmRq6NzW/1dBWGzVhs0Nq27
di+3RBnovs12dsMkh7nme081WA+4Pyq1WPSYfJBWYRgm4tJ17NFNupP053gxci8vO7L6L0Dz
QGk1XRpnBurCeVoQP246cx9OMSQKR4dpgnmOJlsrgSBrW4PB2HYN0P35CWShuy8GmJecvMln
5b0vXLm5k5wyw/6FDGfimuJDwjhT/KdyB7Cp6A5VixnNkER1Y5SMcSS+aYdQ1Dy5o15q97p6
6xd+ZR9T02Q/ZMtyebGSP7Q5mrkj7MaJ4UzotQY6fFQ5B0cbyz36vpHTNEj8seUdG8vRKV1D
V3hlvlc1enVUY9SRUsfcnNACSOI8y7mMeEUzzWHje7trECvqTW8FB/KlCf1ZOZ2ZwDxTzxew
XGveeGhk4/o/Q3HMf78j+LbNVq4CUq8nZ6YkPzJ8u6/bWvmLzt5SnIjsre/ZHCjaOx1iP63b
SqPCGcyj5bZ5/wC0Gi8PJxjr+h7TQ5uKA8n1f/zj5dzwaX538g6ohivbOP61bRMduMThmp7d
CPY5j9lyuRcHteGwk+gPL/HncyVoHuGWnbegzaYoet08iSHpemj0B5fatA5MP0gf2Zt8eMWH
EnyLO9PkWG+ubevxySFgPEH/AG83nZ9RmQ4OUWGP/mnYRal+XuvGeL1fqMK3kKrsQ8DDevyJ
rm21IEsJcXFLgm+KH1bTJUv7NBEkmo3NvPFARXiEoHr9AO+R7OO9MdVMvJPzY/NCLWJrmyfT
IXUkpBcSKrOiq26Goq0br8LIfhIOdScgEKcAAk2XwJ+Ynl3S9VtGskiZ5NPkW90K4bdjHH8X
o8juxiqYgTu0bLXpms1BBdphD67/AOcVtBl84flpYX2m6fdR2sGt6pZXZnQIJLiKRJHeJujR
8JUWv8wIPTIYs8McaLHNglKVh9w+RfIMtv5x0NZ4UItLlZwh+L40/uz4UBNfoyePOJnZrOMw
5vtLVXpb+mO4LU8aCg/E5dEWWEO9hxhX1LKCgIWT4l+VK5bkiCQGwTqKezv6er6WnTnDMP1Z
GcujG7CSM3qeYZfCJVjB7dCcwpnimHJgKxvPPObvJrt4kZqPhJH+qo3OaHWV45dvogfCCD0S
3VdNe6dKljJKCe4X4U/VXEANki9ijiEOnWqCg9G2QD/W41zf6eYjAOhyDjn8UhsrNZJ7mQg8
LSPiH9+/3nMc3K3I4uCqSJbIT3VQtFdmY08AP7cxr3cq9k2jupZkb1V4C1YRRIOlKCp+eXeP
6d2g4qOz8kf+cyvquo+b7zT7KRYrC0jWbUSAfTggil+syg07lqL/AKzUzQx3ySPS9npdKaxi
3ov5Pw+ZPLH5I/l1ZR6RaWN3q1rf+YpLq4sxNKBfXBaCZ2mYRJ+6VTV12FM22hwiUjxypjk4
CSbvyex+U54bcXevteNqmu+YA9tJr0xErmzSit9VkO4SVlK1AA4Ltsc3OCEcuQCP0x+11uoB
iN0v81eZtN02IrLdRxkggvWpqOwB65tsuojHZw8eOUjs+ZNa8+z3urNovlHy7B5m15yJbpbq
MzR2UKkf6RdMVYIo68QC9NwO+UQxz1B9A+LnGUcUfWXu3kv8jtZ8xn9P/mJrk3nHz1BL6+k6
XMf9xhicVC2kBNDLGBRfULch0ocy8uhGOpS383XT7QraOwTC8uU0jU7cNJyWSXg1eoINCD4E
EUplGSfhysORD95FWsAPMGvSwxVlVJOCxKKlmJ7AZZp8gyy3RqP3eN79o/lSPTIJZru0eW94
+mLdKVj5njHHH3LyHqegHtm4jOIrueeyZTI+SYah5cd3ezccPXVZtWuIx8KLGKiNa9h4f1wS
mLsNmKdB8e/85Kve2/ltb1JDcxeVpobnS7GcCSGMeq87oEYEbhTWo/DMDVYoi5Abl2ej3KTf
l+J9Yjsta8uam9vd6pZ8omnWJ11fTXHKJ5YzSNpFIPOI/Eac0PUZg11J3LmGQHPowr/nK6+R
/wAuPy9hutIt7a/Ou30EF3C0qC39ONHlQRygsfWFCQW+Hjt1zjdZQzSFbu70gO0uKw9m/IG5
TVvO6X7uI7O20y207TY5NmZLGOMkKP8AKYsaZo8ECMgb9ef3Zrm++b0yzMLFqNaTMs8R/lrv
t9+dHjsjyeY2G6H0m1AvIuY/vCUevWtSK4YS9TLIRw2E6tbVbTUJozQcWqK+DCmbHBLhO7gZ
hxRWea41OkiVhy+qzxs4/wAhjxP68GvIMLT2eSJ13sA1SyETWjqlFkBQsO5U1H4HNBJ3sJXs
zjyC/P8ASkL/AGwEVh3+EnM7s3nIOt7U/hLJ9DlC3WoQbAuyyIPooc2+A7kOt1Eboq9uFuNH
vlNN55uvzrmREWGqUqmClthIJrSEV+OClR7g4xxmmyct2UTQR3uk3VpOgmikgkhljpXkpUqR
T3U5WY+mmgSqVvwe/OLQovLet65pkzPZXOjXs9vbXqihIQ1iao3HJCtSPxznNRhokPUafLYt
iP5X+arrV9b03yFqrLPBqnq2mm3DMiGxuZEeSH4/hHou6/GnQluQocowznhkOHk2ZowyRJI3
fSH5BeQIfMHmtPzB8xItj+Xf5dzDUdavZx8FzfQjnb2MVftsHo706AAHds3+o1QGOu95zg9d
B9Y/l5fGT/nNv81rEsW9HyVE4FdlHHQyBT5sTlXZkKxg99/enUS9AHm/EUSJ9cb/AEeH0wRH
61fgJoTWvt0pmw4d2fE//9H6Cf8AOLWsT3vnjV7OWQOI9BnkUeFLq1H8ciNHHDLiDfk1Ryxo
vG/+cgdTXzJ/zj75QvJ3odN8/KzTKaFTDpGoShgexHIb5yWuh4UqDudNMTyA+X6XjFtcWX5D
/wDOJtx5gtSYvOXnaH9LXl5y/fS6tr1VtySd6W9uQR4UJ75DSYDnzRieQc/UZhCBL8xrDUlt
JrW0i46hrlxRrWzmqwXlsJZqbmp3C9WPtvnZ6g8MeGLosOMyNye36F5Omt7jT7CFnOrTFrvW
b7iGiMsi+okbQ7IwVByNAKVUAiozkO0o8A9TutLIHk/WL/nDXSksNC8x+cb8Ff0NYiNCAGio
wZuUZ+1SinZtx4kZzulxCGSeU9Aw7SzmUY4+994aW6TaRY3iGqah6dwhbYkP8Qze6UDwhLvd
KfqpgvmCZpWueJ3Y8PxoMwdVkt2OKOyV6rY+qfKumL1uLtpJq7gLGlTmty4jOUYuRCdWUw0c
A6hdR0ClayR0G5U/Cyn26HLsI4ZEMMhNWkF9bAatOQoBls7tG/2JiYD/AIbJmNAs4z5MD12x
MdvAOJCl13PjxIzR67YBz9PIXsmnljS/Q057lgKTRECnirEMD9GRxbxCcs6Yfq2lC7uYICBw
jJZ1/wAqQ1/VTMiUuQa8cnlF7pZu9U+q28fKW6m9KJAOtTSv0DfJE1G/JPE8k/5yV/Ma3tr7
/D9nIpTSYITf3A/liQLBCB2p9un8xHgM5yOI5chJ5W77R4/Dg+dvy00O4e9i8w3tqb3zHqLc
ND0lVLGEOaBnXu2+W6rMIDhDmRo7l9zeXo9L/K3Q7vWtdaK/8zSpyuZmNUtncfDEh6s3jTNN
4l24+S8pobB5lBc6jrWqTeatdLT63fqyaBZOdrK3cUadyfsu42r+yuw3OVS22DbQiKHJ5r+d
H5mx/llZWXlvRLwXH5k+aIRBpxXppFnN8L3hX9mRwSIh83PQZ0HYfY0tVMSltEfa6/WaoQiX
k35L+W2kGu3cLFmujPJDO27usRCgk/5RBNc9X0uAYgIjo8nnzcZsvuPRZ5ofKPlrUo5CsttQ
SHwYNXfM2W0XWy5vcLTXDa+brPU1l/d6jbQTletSVCvXxykkBtiE9tpZRD5k0lZaSWEr3NmK
0+AfGKV7UzBlZJAb9gHzx5v88r50vbeaxMMukaDCJJEmDNb3TFausgBAQzICI3JAWOrbGVc6
bs7S+Bj4pfUXn9bqBklQ5B6V+VWjr548wS/mHqrXK+S9BanlDTLslWkeYBmaQHZ+bKD0/uwP
581uu1Hiz4b9I+0t2lxcA4upfQunzvrPmiO6lfnHbFpaHcChpUfTmGDZc4DZqz1Q6h5gv7pn
D22jJNM7dRyI4rvk5kfJnCL5m8x6xILHzpqfMmTULO5iV/8AWNM10/VN2EBQfmqtw1t+etqJ
m/0XzboEGkXP8v1sSSTWJ+ZZCn+yzT+0OlM9Pfc77szLu+6PywnM+ueUfMMNfrVlM/lvzCep
kguIm+qO/iRQx1/yRnCaPIYZHYa+NwI+L6U023kS1vWi/wCPa75P8qgGn3502CBM3nLFPS+S
pY6SeVGhuAy/ca5uomg40uae6VcPNqkFwSaSvMqn5UIzL0EuLK4+cVFNvNt1DBpGoWFyQYdW
0zUVjVvs84oTIQfmtc3uefAK73XCydn5K6l5hXTtT9dZVqlpKxrvRqUB9xmL2dMidlnqQSOT
wbzl5jFwGlVY4Io6tGxqWZ37s3cmtaDYDbOm8Ww4mOFF4bPcT3+vaTYWsn1SMie41C9uSWPF
YiGIqKKoJFRmHlLs8Qfsh+WeiaP5H8o+WPKXltg+j6HpsEFpdAUa6aRBPPdPTq08kjOT7jNV
nFm3Ji+h/wAtYZL3zJc3UgJWytRJuNuTEqu/j1zP0A2cDVyrZ7BqJrKFI2ooP4sf4ZtcI3cL
oxVSf0tIhFRG6BfpBauZNXukmoojUpuGu6TQmqxH/hmp/DMLJ9Tdj3il9hzkub6U7yq5kWv+
Sxr+GYETuSXJkaAAeW6teNeaxrcq14orBT9P9maHNLiyk95d3hjw4wPJObkiy0ewt1NPW9NQ
RtsAGbJ5JUwh6izVtW+uLZ2Vu/JriWJZnG4VKj8TTM/Dl46DrsmERssnt7VItPuigo9zIRy9
qnM2REYlwwbmErtNPEbyysNo4+IPuTU5iwjsS5UsvR5/5l1eXSbG5t9PjNxqsslI4VILCaSg
RFUkVbeu+w6k5qddqaHDHm7DS4+KVnk/H/8AP3WbfUdc1Dy9b30Wrlp2GuXcTCVZrpJDwtYy
Kc0Rj1/3ZJuPhUVhhiRG3dQ3F8g+v7byRdSav+XnkPzZqt1dyad5fsbXW5ruWR+AgtFe7ZYi
StYo1K7ig4jNrohGEJTnz6NGXJEYuKAYr52vrnyhosPmmxt1tPKGr3N1aeU5lepjgtTwjW4F
B6ZZVPEH7VCRm8xfucYrq4kZDLLgP1Dm+MdW1jzf+aPnO30ew1dtH01Wh/SGqIo9Wk7cEWEn
ZaVFT13yzS6eWedlsz5Bghtzfor+RX5b+WPJOj6VJY26+pqCNBql1Oec0uowFlf1napJlFQa
9aZ1EIDBGovK6rNPNdvon6hpemvDZRsIIJWeby+OXp+k6by2TtuQVHxRnuu3VcxpTJBvk0YR
KT5+/ODSYdVuP07psqPqlvKJtUtYgF+tRR0LzBB/u6MCr0+2o5faBrrNVpvTxRd3oshxnhkN
igPyu0q70i7g1q6Zv0trM5k0i06+jav0kboA0g3Ffsr7nMrs3S8MeI9WPaGbj9I5B9RaDrtp
JMLkK0qW7NbaVU8jNcv8M07HoVA+EHwr45majCadDwG2R6mtutrNawzIbi+ZfWaoryf7CHtv
9o+1Mx8ZldnkGcYknZ+ev/OTuoWsOj6vYpKrQXdzPHCa1DRWduYy2++7VOOpmJQt3OkxkU8l
/IW8R/J1jp120f6IaFZLd5AqrFcuiqzSyHcRkDb+VvZjmp05Eom93aaiHAQaS7/nLuXzFbfl
x+WljJfXFzpl/wCZrwT290iyyRy21qslvwmYeogKu1Ryo23YZzWslIZZxI2Dn6WGPYw5vePy
AsNMm1/RvLOqTNaprOjr9SvkbhcQXh/eRyo3Zg6ke4NM0emHFPfqz7RkRjJj0feekXd+ksPl
7zAqLrWmkizvY6iK+th0lQH7LAfaXt2zdwJiREvOmpeqPIsxgsGS7JA2Lc0I99/15Pw6nbTL
KJRRuo2ZdjPHQNJbv/wQ3B+/Nlkh6bDjY59CwTWdVGo6JIgbjO6BJI/8sHw+jNPnzmTs9Pg4
DaBvGF1oVvcjdk9J69KEfC2Yt82+O0kV5QuTBrmqQKxVrmL92P8AKI/tzJ0M/XXe06+IMLZh
E31fWiik0Csm3eidfwzdwFSdYd4IzQpfU0y9QkFluWJHzAOZWIOLm2kEBopIub2HxQMv/BEH
Mjh2YmRO7NNOkNHXqaKxr/wJ/VmIRuxL8lv+cw/Ka2/nrzF9Xi4G6toLlDuSS6EBgO+ygfRm
n1o4Zu90M7g/PPyZc6Tp3mfTr7zbp8t/odldK8sH1j6os6qd/wB4lJCK7EKR4VzWzgSdnOE7
BfS/5of85Jz+aNIs/Knl6ztfLXlTTUEVh5f05PQgUD/JBqSepLbk7nNpptLdGRt1s5CF977u
/K8g/wDOe/53fvasnkm1UQ06Aw6Aa5l9nR/weJ9/3l1uY7U/Gr9EH6sW9KP1SAxm5H0+Qqal
PHfNjwi2fFs//9L3D/ziWVb8z9cZDsfLNzt/0eWW+ZOY7MIjd80fm5fXY/5xXs46qOP5nQW0
hatTBN5ekkkCeDMJCBXOX1kBkzkeTu9CKPwfHP8Azk1+ccPnk+VfJXkgm7srGFb8wstFt3MQ
ggEq7bwRgjj/ADHwzP0GnEDYbdQbFF5V5K8vaV5Ks7nzDrN0r3akNd6tOplYSSfZijQEGWVz
ska7n/JQEjPyzjjiSebiwBmaD6I8mXN5faNqOs3Vk1lrGoD0dO05nWWSBbpxFCssigB5nLet
KRsOKIgEaCvCa7MdVqBEcnfYsY0+Mk8y/Rv/AJx5V28s+UtLSYi01BtQa6j3HqKmlAoG9lNx
mLqcAjIR7/1OBknxgmuT7r0uxksfL3lnTpm5T2dpbRzEd2SMcj9+bjw+DFCHkHVwlcyXnVyJ
JZ7iI1bndKB8i1f4ZpJ7l2sTQTiNfW8yaVAQf9EtbiY+xYBBluCHFm9wRM1BEWVmia0vHrNa
zr9KlTXHBjvKR5Fjkn6Axq+VpdfSKpBSyuiy+LAKtfuAzGzT4ZV726H02hPMGks9raoF+OR1
ZAf9Uk5qu0oXEFuwZN1OJrfSNHb1GRppfhitq71PQnwXvXK8G0LLKZMpUHler3qWV0iLKJZ2
SSeZwf23HFQPv2xEiS5EIbMbsDbWc2v6/dD/AEPy/pbO0nf1JDx2PiRUfTjrMvDj26ssGPjy
APzW8xXtx508z315co073N+ZvRUE+pKX+Bab1C7UGauMhji9MBWwfT35f6Jp/kKK4uryeNvM
08XO/vS3KLTYqVMSH9qZh9rsvTrml1OoM5UESF+5Qil1Lz5qI1Zo3j8r6bMy6c8o/dlxsXC/
7ulPgNl7nI0IDdr4gPemfm/zFpH5caI+t6pElxqUsEtxoWiyOS0wiB5Xl0dqRIfoZvhXvmw7
O7Pnqp8tnFzZ+EPzVsLjVfO3mfV/OmvXn6Q1XVJXlRnNXV5TRRTtQUAHQds9Y7P0kNPARj0e
Y1Wc5JPs38p7T6jczWKCiW9iI9ulQN/xObGMnXyjT6D0e5W48i6gI24tpziSvWnFqMPxy2c7
GzikUWT3mr+hpnl3UQ/7y2P1WU16AjkhHzzBlI3TbEUwb8w/zUS61e20bSbppbrUbRbTWY4m
41p8LhmqKKAaNv8AESIhuxpuOzOzwf3s3X63VUOCLD/KPk67/MTzhceWfLt7NaaFflT51nYE
RiCIq5hkYHZ2FGnK/DTjGvUAZXaWsERwjmXA02EylZ5B98s9pbRaf5a0AGLTdLjMVpsAZH29
W5kA7nr9wGwznp1WzuIpjpuqw6TY65qEeyxQ/U7Ijcs3Sv0k1xHp5tgosY1u4k8uflzf3gk9
O+1uT7Y2bio6fjlOaW1hyMIfPPnF5ofJFlAG4XGowgv4kN3+nKsIs23XT4b87aI82q+bLywr
Hf6N9RGmT9Cs2nxrKjLTp8ZzJ1mIZMZj5Obo8xiQX1p+RnmWz1DzRo9wWVNG/MOzhl49oL2v
qRkeBjuFK/I55XkwnHm4SOtPR6n95gscw+0dEgkW019ZRxb10V69anZh9+dPpo+oPMSZLFay
tLb27k1RSVB7VzJ4iJ0wPJkuggi1s5G6rdKCT13BBzaaAeq/NxNSdko/OmeXTvKVrrkQDSaF
qkTzR9edvOGguI/9lG5+nM7tCREQe4uJpxcqfjn+ZVxY6TfXjpeKbVfVSCRm4lkJPCo+WDRn
fZvzRJD5rufMLT19JmukQEQk1CKxNBRiDvXwFTnQwkaaBEBjOh3stx578o6HqLtcPr+uWNtq
ZKMkAtUuIxNaAjoWD/EteQBq252qyByIGn7T6N5gjiUxxooKkqoAoABsAB2AGwzFljJR4r6v
/J2B30fU9akHxalcLHA3f04Vp93InM7TYuAOFqZ8RegXp5SsQehbb5UGbDEGjZjFu/q6tctX
Y3JQfJEUfrOZPREjupak5bXoKH+4igr82cnMTIN3Ix7RRFh8E8j0+EzPHJ8mJzCnG3I4nkup
wGzudSj4/HzdSf8AZZy+UVkPvd9ilxY7TJD+k7iyhAJitbctNXu5FNvuy2Rs0wj6WT+XLdYU
trgCo+tgFqexA3+eZOm2NuJqZWGfWl0l21xbx/FHacULDoXapND7dMzIz47Hc66cOCj3se84
+abXyzoV3cQuhuArJbMdwGH25GHcJ4dzQZj6rVjHjIHNu0umllyC+T8yfzJ/OHX5F8zaJ5Tv
TaS6XbSP5w84yESLYRyPxMMZOzzyv8AA25VG4U00+PCPqlu9OIxjQp8g/lh5X1vXPzn/AC70
29abSeWvW+qSyzj1JIorInUZZpQwIZvTiq3IUFRXwzOgQdgzyD0Hz2+b9GtZ1aRf8S+e9YmL
a/579WHR0kILWuiepyLKOim4ZQo2/u1/ys22nic0hfIOJOMYcOOPKP3/ALHyL5y/NPWdJ+rT
3ci6/wCX/LouW0TyrqJ5afHNMjKZmjH2mVm5DlWnQUBObDJM35Jhp4yJI2Pe+Vvyd/MO+8ze
Yb/Uda1D17y/vJrMTMFRY44SEtUUIAAsXBePt1ObbQz4QC0ZsYIIfpR5Y/MSBLGNrmT07TVx
S4RDvbalEQJCKdGYrzXx3zb8ZluXTHCLZ9r/AJ5fWYVhu5qaj6YeRIzwWdF3jnt3/mU7jwOx
ymEgD3tgwAcubzi18yJqN3Ld3VwZotMkUTzx1QTzDeNafssOrjsPmMfDs+TkHYVW7NtU8yxw
iCyslYa9fw1v5RQR2kTCpqR0dxuR+yNsydMTuHEy4t/JvSvzG+pI+pesP0bpSfVdLjY8frE/
RuPt4nwzJnAT5tEsYGw6sd1H88Jbb1V+sGSdVM1yw/aln2QezSNso7KMqy4RGNNuLHF8Tfn9
+Y8mpafeBbjmURdNsm/nmuD++YfLfNBrpcMS7bTR3AepfkJKjeUbePYgR0407dKZjaCuByNe
PUmf/OT+sahpn/OPmixQTs+nT+erW3vraUB+AjtJri3MTsC0Z9RSNjQj4emaPtCROWUOhZ6a
EeKMhsaY55L8/rb+YfLmryXDQ2MVtHamcOA0PGH63aycuyv6pXkOhU12Gc8MMhEuZmqRrvfp
tp35kaR5y0DRdcsp45tf0uVfrkZIWVTEFJlZBuA1SPCre4y8aoziOLmHSnSHFIjoX0hbyRmR
I+jqKx/5QHb6M3GPJGYo83T5ImKyS9jF7NYytxZI/WhPYqRuK+2XeOIkxLCGKwJB5dfWKi8s
KCnrlgR+IzVTjZsu5xz2S+5mNrp17YP9qOXlH7jkDTMMk3TfQJEk38tQCTXop9qKhZj/AKoz
K7PHFlae0JCOJmE4K6jE9DV0mc/QhzpREW6UH0rfLrU/SkH/ABilp81I/hmVCNNGZQs39HUJ
AOkiSrx91kB/UctmGEdwzDT2pNSlOXJT+DZiZBup5PjX/nMbydc6hF5f8w2TiGO8il0zUZQo
5Ar+8iYt2FC42zW6zEZAF2GgzcOz8ldTi0F9Q1s3tnHNBHALVIa0QPC4LDj4MrA/RmnlEgO4
4nhOu39vbamttaRPBaoFiVmYychSqHl12IKg/LNx2dO9i6zVwrd+3v5XrKf+c/vzukLL6S+R
7ZVUdamHy+anLuz/APFo/H7y67NzfkH6Uf1b1PVH1Y7lK7A+zeHembKxbN//0/Q3/OCH5i2P
mn86/NGh6cj3NvZ+Tr65fViwEcjR6jp0fGJepX4/tGle2TyamM58IbZYJQhxSfLnnr8xdR17
/nC5/M2tmztrqT86IbGzitUKRqsPleirQliWorEknfOahLjy35fpd7hx8GSv6P6XwlpOr251
mS8lt5G1DXRDHFZQgG4nKDipo32BvuzbAeJ2zbY8vhxNsdTATIAZ5JaPqOpQXlzKtxZ6SWWC
OlbZZgaSmFT1SOlDI3xSMN6IAuaDX6yWQnuc3S6cQD67/J/RjcXyR3sQaLRrW71C8BB5C5kt
H+rxyHxjhcyEdVMig7jIdn6ThByS6uPr9QCRAPuz/nHqYTaH5VZBR0s9auVP/GRrW1QfRmFq
4/v4hxuL92X33ekJcwRfsrExX/Y7ZstROpgOBhFi3nsNskt2gIo8gMi/6ykkUzTRhxSdjdBF
aYPW1+8n40a1sVgJPcsxYnLdKf3kj5Mcx9ACY2gprqq237uUIPHlQ/wyvSy/wkj3oy/3bHZL
WvnWNDRY3tpFY/6xAOYmeF6gAt0ZfuiU58yJbW1xYSysBHbo0npgVZ/h4hR4dcj2rhhEjdp0
0pSt5NrVy9zCWVAFt1ijDAGvxAmhzU7VTtYx4Q8u1ywD3MJUAPxJJ+nHHHct4ls8y/N/Xh5U
/KjUbcA/W/Ml8Y4z/NFCvAfMFuWYeslchFzuz8dyMny35S0N/K1kmt6igTXLxOenW7ULW6yf
7uI7MQfhB3HXNPqcpkaDuxTP/I3lfUvzDv1hmdovLNqzSXszMUF3wb4+TDcRK2zMPidvhXuc
wjUfe4+aYiH0fr0umeT9OsruXTVvZJmGneSPJ8YEMmoXKLWjBdooIx8cpGyL4sRmX2X2dk1u
WgNnWZ9QIjm+Iv8AnJ1JNC8piTXNV/SHnX8wr+OyuLpRxjVYo2uHt4Iv91wxogjRR0B33JOe
o6Xs/HpYiMeYdR+YlluuT5Z8qz29ibK+VB+8orgdn8D7jM0Tccw33fb35bwxPqlvDG6h9SsE
mjYnryJG30jJxy7ONN6L5Xf6pdebNAnYqssc8YWuwNK/ry+MuINMovJfP/5ow2/l2z0LSCbj
VP8Aj/kQ0MRtv5TvvxPxN0QeLFVO10PZ/EeOfJ12r1PDtHm8w0O3v9UnHlO3X9L615rkgke7
gUvcW/PaJFH7Oxb00J6cmfcu2bHV6kYo/odbjxyyF+jnlDR9K/LLyrD5c0kJLeyop1jUI2rz
kH+6kfqyqSSW/bardKAcxkmchMi7nHi4BQZ9CLjR9EfUbscL/VTxtUoQVQ9Dk8cL3KduQU/U
mvf0LocB5zTSCaVRWlB3anicozG5UG6MdmM/nXrbGTT/AC5aOpSzaK3Kr/vx6cv6Zj59tm/E
8/8AzHtTDqnl3R+hht7dHWuw4rybLcePhpjxWS+afK2gzecbrzhc23BUuL259L1O614qK/Rl
3MFsE+GmCflvqt35bn8y+W5WMGoeTNVXU9LLbEW12/xhfZJlDfTnn/bmEwzcQer0UhPFXe/W
/S7+HVdAGu2tDD5igstRip0HrKhcD/VfkMz9Jl4pADkXns0TEkHoXoLWoGtQBaFPqxY/MNTN
vPCOOw4nEaVdMRVsY+3pzk0HipOT0hPF8WrPyY/+ewuB+Vnm2e2aNJbQQzBpeIj4iRKh+W1D
XeubPtCJMNnE0xIk/Fz83bjToXmTzDol3pmoIQZLWCWGMUbow+sCvFhuCCw8Dg7P57uRlkXi
OheWvMGt6jAr6fc+VfLzI0yWFq4/xDqVup+P0ZpkVLKAj7dyyKoG0Zlei502HEZOHKdPTPyw
8laV5g81waFrNrDp8Q1i01LyrLpbM0Omz2soaBIfV/euDTjI0nxSBmZqGlKNSOBy8EhIPt7S
5JRPxkFJWlKempqOXKlAe+/fDjiC48pVb9K/KenL5e8paHp7gB7W1Vrn/XI5uT9OXkU4v1Fe
j86PIKfu+Un01Y5kwGyBzYpp8jKpvQAeMk07g90aQKfppmT0WXNcxE+taqw3MIiVP+ea1ykj
Ytw2ACa2Scm1Qd0lLL9JrmCeRbSap575ygEGrFgBwvLczb9247/iM5vW46y+93OiyE4/cidE
tRFFK5AqsG/jUiuU4AZSLPLIhkmhwK+i0I6gyH51zLxx2LiZJDiCIsFngtz9X+GS9qWfuBUg
EfRgiTHbvXJGMjZ6PmX/AJyN8xT+VfIPmDULdib60huBYrvVngQBVHv60isfGmYGpjvEd7s+
zzxSJHR8g+S4fLflfyj+Tmja2Iry68xvqHnfzhc3Q5rN9WdrWwWRT9pYvTkfiepJ7scMyKFO
RU5TkfgP0o38lbKw81eePzF/NXVY3h8reWdNm0qwWRv3sralPymj5D/dk8cdHbwZqbUwQjKI
AHMt0p+oAc/xugfzA8+T6zfXdy8ip6zFYok2RI1+FI0XsqqAAPAZ1Wmx+HCurRIC9nxp+c2u
iy8tazc1qLO1kenixFAPpJGRnLenIxDhiS+N/wAndcubFCQ5LpcMknXZ2PJeR7cgSPnmz0M/
VTgE0N3375U823V4rJGzvPcqqX+nO3AzlacZYSdlmX8c3gPCHCnEE7PTY/OOp3MFv5bUfWpb
yQ/o+8eqG2ZRWSYn7UTIN3U7N71yNUbY29E8v6lbAQ/VQ91HaK1voNoBWW8uyRzvJh4ct/c0
XoMMyAO5kJsu1G3ubTTV8vqjR63Mj3fm3VJm/ukLVIdj9haH4u7HpmNps8jLyZTgCLeQ6pql
3q900WnSCDSNLj4fXpBxhijXcyU7V6gdT3zeY5dbcOUHl+q3V3NF6+niVNPVJJLCVwTJL2lv
5zTav2Y65XmyDknHAh8gfmh5mkW88s27VSzudUS2s0Y9VNTLMfckAD2zlu1Jemna6KQE4k97
7n/IW/EGhxwMQNh36ZToMlRcrtGPqeg/85H2q6p/zj15hiFGXTPNGhX8anwcz2zGvzlGafXn
/CPgxwXwgvi7yFrq2bWGna1G0lg54W12Ax4RzKWEMqjcpyJZGG6N0qDTMA4wd7bshk++Pyt1
F/K+qaRPJdet5enpbxaxtIbXblEZVGzoDsR0K9KEUzC1EY8Vg7tdkwNv070TW59YhgZoxa6t
YMqXtup5JyYVWSNv2o5AaqfozJw5OIgjmHS5IiIN8ijrz17yeO4mASWN/SYD+UjYZZImZRjA
hGhyW+YIhFLpswAAjmQGngTTJZOe6MJ2LHPMdrwa8kCgFYyynxocxJx3ty8Utk18oRl5NSuq
DjCnpqfdyP4Zndkw9UpOL2lkNAMovVH6RhA/ZglH3rnQxAMqdZdRSmxk+p61ewn4Ve0DivQm
Mk/xzKqmGQWGp+VvdWrt19akte3rIp/WMnMW0Q2ZUshgkldf91lH+ipDfgcxsw2tN2WCfnpo
cnmT8qvNtvar6l7p9qdT08DqXtf3tB/rIGGY0akyjYOz+ezXmnh813FhOwB1Z2jtbwisUgPx
RhgN1btUZg6vTcJdrp9QSKLy7zLpN1b38VLJm5Ck0hccBErAgqetfDbKNHYm3ajhMX7b/lYs
o/5+C/noRX0H8jWhYduYg8vAEfRmd2d/i0fj95dRmHV+SP1NvqpX0v3tRU02rv8AFx6fTmfe
9N3AH//UP/8An2KbNfz883xQTtNKPIF+T8IReP6U0obKat17mmarQCXGSe79Tue0SPDAHf8A
reJ+ctD1bQP+cD5YtUkGjyn88Bd+msiu/ot5aaPgxQkBiwO3I5LS6QQ1HDL+Zf2tWfVcUuKP
ufHHlHSo9LgN+jtDqeoLUXDGsiRuKGQk71oaL75i9oZxI8MOjsNLA7EvZ9GuobfVLDSrdYm1
mFEMGmOokisU2KXF+vQN0MUB+Jz8UgVNmxtH2bLIeKfJt1WrEBQ5vub8rNHgsNN1qKPm4gsL
oXFzK5eSW4ulZ5pJWO7O5Ylj45t88RGFB0gkZSfUn/ON0Krp/leNWJ5WkdoP+e+pciPuhzmM
g4tUA5uQ1iL7rvJla9rWvpQSM3t0y7UT/ee4OLhHpYVA4FxaTVoFdd/AMaZrsZ3cyQRukSB9
T1QDbgPTr40FT+vJ6U+uSM0SIhMopIYdThleRVJDpGpp9rv9OVY/RqOIsTEnHQYP5h1yGw8x
F495baOjNToz0K/hmu1+epmQ6OdpcPFCj1Sm71eTV9R4yNWOSMLEnQCm+2avNqp5RxFyI4Bi
NBMZdMS40y1ghT4riYSSN/qVBrmRihxwBHNjKe7yzV9PkS5vGKVFrGiKP8p3NBgjs2g7B8v/
AJ4XlndeZ7WG8BbQvIVtEWi3pPev/dRH/Z1YjwGabNPimaeg0cOGA7y+eNIlv/OvmKLTI3eW
bUZuV5ID8QRj0B7Fulewqe2YWfH4YsuVIgPtw6z5W/LHyg+o3bNNoektFAi2yj19W1JlKw2t
oncClE7KoLtlOk0k9VkEYuq1E+pef6L5n/St1eedPMbxz+adQQW1naRb2+k2QPJLK1B6b/FI
3V23PYD1XszQY9Bi8+95/PM5TQ5PzH/5zK/MtvMX5iafo+mzq9p5AHpmdTs+pyFZLipHaMBY
/obDHL4kyXPx6fw8fvSHQXhurOzuFYRaVrSo4etfqszgEcj/AJDH6VzIHpO7iyhT6D8k+cbr
Rn0Zrysd5obXWn3MfY+n+9iI+dDTLYwvk4WQ0n35k/mqq6hqV35PuvUuNXtYp5vTJVoPUjHq
B26qK1Ap8R/Z8Rv+z+z9uOfJ1ep1Q5B5B5J1aTVb+4sbLTZPM+s6uFh064i5rLaTsCqqqJSp
3PFFNK/Ef2mzZajOIRdb4Zmdn39+WH5caZ+VejSX9w0V15tuo2/SeqcuSWvq7vBHIPtyv/ux
l/1Eog35vUZJZCSXZYcIgH0L+Wug3HmK4fzBq6+ho9gxMSNsHYb1JPUDKsUOI+5vl6Uz81eY
4L++uLgEfULAGO3ApxIXvl2SYiGGMWWQeR44dL0PVPzA1b4Y1iK6UjmhYivEKPc5iYo2eIt+
Q9A8BtfrHmr8wtGiuOXx3f1q5YdAS3IA5ikGUw2j0xb8+6taX/m7zDeWzcl0WzupS3UBlBiS
mbGVONDfm8g/Jq4i03RLqSX7U8rOrGm9SSf15UDw25EoE08V89QR6b+Z2hatVobLzLFdaNqU
x2T96awlvkT+Gcp27ASjxB6Hss0KL9I/yAvLnUPyh0iyvwfrvl7UJ9JuweoEcocfQCTmF2XL
iAvoXC7Ujw5SR1D6Tdl/T8KVqDZs3T/iymdJOVSp1PS1e1jWKGaLv6jsPvrg0f1fFrzbh35g
QreeRvN8Jh+so+nuzQkV5hVqVpvXp0zc62BljIDiYDUw/MfzNaeV7PRo7e2F+tlBHILOyguA
YbWYtUrbLLG8sKeKRyIAewyvsky5Fu1ceofPGpXUj2uupamx0O0bhPrV/I7BA32YzdXDGSRp
G2CKS0jE0RT0zrsRqLrZblE/lJa6Dd+eodHv4rqZruznljtp0MEryRwsQJEB5RJy39LlyYf3
hX7Ga/WSdlphs+wPy70SbWPN3lzTIlBDXKPMg6COEBmNPAUy2IqIpxpSol+i93JzVbZTVKCM
/IDfIiVypgAAErv5xb2V29ficiCP5tRaZsYi9muJQVjEsdq8Z+yLYg+O4YnLJBANlIPLMpuv
rV1IatcyPv8AIBRlcqrZyJiiGTW1UvbxD/u1Vr8yv9c189iWRugxXz3b1s9LvR9qMvbv8mzS
9oRui7HQT5hEWcai0mHSsR+f2aZj6YBuzc2SaTBx0qRUoStvVa/LMrGNjTh5ZeoJlZ26q8SE
fZhUAf7Gu2REPUwnP0vnj87fKGm6/pN3p+qyx2trqUk8MV3KaRxS3yAwyO3YCeLiT/lDMHXY
7Al3Oz7MzGEqfkV+ZWs6jpU/lnSLiOaHUNB0ZvL7Wrji3qpfSuqL0qCJQffKcYEou5qifN6n
+U/mdf8AlQ/maxtpClxbebki1Ed+X1X4a/MhsycMT4wbMeMEGXk8u1TVyJpJJm3WpVfE/wBm
dCCIi2oQF7PlH8+9YceWBagkvrN9HAP9SEGV/o2GYvFxTtyMwEIe94n+UkccXmGS1niaWyuo
4TeRIaMamqlT2YUqvuMzdLPhnbrMsSY7P2n/ACft/wAnvO3lWX8svN91YaX5jAW4stcSH0ZH
maOtvdLMPhcOCQ0ZoagqegOdJrcsRijki8tKGfHnJG4eeeaPy382eUNe1by9d2kupXcEXqTa
tZ/vRdaYprE1q/WRHOzN1To3TMTDrIyO5dzjyRnG2Q+Rr/8Aw9epOZLVPMbxgtqE5rZ6TaqN
nceKj7K9Scsz/vBTIx25M41YWGrQXMOp6w+haBCyXepPeCmqazNIAySvGN6OGHpqNgKU8chh
HALG5a+bGJPIeuecEsY9P0Ge30C6vfqeg+UYuIvdTuVHKs5JHFFA5v2Rd3Pjdm7Rjiqtz9zE
ULvYPWvM8f5Vfkd5Rn0fXrq280fmd5ji9HVba3jS6t7ZWRlaCjUURRJ9kHct8RyOimdVPjPI
OszjNlmOH0xfhd+fuopf+e9OhsV4R6OHu5IY/sxu8ilYx/qKKZre1JxMyByeg0cCCL6Ptz8o
byWHT4wrUBRSR89812lns7jVRt9P6hpc/wCYX5Y/mX5TtU9fUbry9NfaXD/Pd6Wy30SgeLeg
QPnmF2hE+JEhxYemB8i+W/IXkSLzj5G1HUtNhNxqvlVVe9s/stcaZcNWF46bhomJUn9k8Dmr
yTOOe42Lddjm9w/LLXtMi1jyPFdMkvl7z99a8teeLVxxS31eykCWmqxL0QzwvGZgKAyBj3yO
eImPTsQ40eKJN8n6r/lraT29l5caduc9vFcaddPvukDgwVr4CtPbBoADIOo1szuHp1/b/Fdc
RQowdfmrDM+cKmXDxT9IKG8ywAwoehj9Nh9DA4c8PWAy0stixrzGolgugBuI3ofEBd8x8lU5
2HZNPKcJTRpJKDleXB3HWigZsOzhw477y4OunxZK7k0c+pqMjD/dcBH3kDNzjFycSX0sa1iQ
2+pWVyrUV2aCRv8AJdhX9eZEhuERFxTvU4PUacU+IFHQ+4qMtrZxhsUytLhLqG3n7Spwk9iN
j+OUZBYZ9UcjxzWc1ncASIUeCRD0ZSCCCPcbZgw9JTXV+Bv52+Rrjyx+YOq6CV9G50LVn9Fw
pP7oMJY2AHYxkdMjqDYNuXpo7vnLzdO9+9xdUnVLaR68ESNkZD8XEMWNK++auMjEuxMbftR+
WCgf853fnY/Wvky1HypBoO2Z3Z39xH4/eXVZx6fi/Mr9Et+jivon6yGCVpvxIO/z2y7jFuXw
bP8A/9Xpf/PtXWtLf82vMmg6dpaWBh8lXlzPOhDmZk1HTULySH42Y8+5+VMrxEVQFOTqATuS
+dPOOtw+Zf8AnCH9KatG+ox2n57L9Xt7eJLdYynlliqt6kjh1HMnk29T9nbMUwyZtTXL0fZb
dEwxb8/1vhIXev6rdx2+nTHRxcSUFxC5a5K0oazEArt/KBTtmxw9lY4byFrk10iNtg9o/LLR
rPStWISI/VLBvWnJapmuGO3JjuzM25J3y7LEAUA4niGRfoj+X8npeVPMt3KxPKOT1Jf5jwJI
H05ptZtFydOOIvqL/nGMJDp3kRZfim1e5uHiQ/sJZwzyj/hpDnO46OdztSPRT7PlYSahdsaf
BCyGn+UMpyH96fdTXAegMZMDfV6Ls6xkD2ZTyGY8o8MbciJtR8oyG6Oo3jChupHk/wCGpT8M
loBZJXVbABj3mrVnsNctESp9PnO3yBUZru0pmE7Dl6SAlE2wTXLz69NqGpRElbgtJF40UUH6
s12U+ICe9yoRECB3J5paFv0VddSSofv9rb+OYUIXAhnmO9vTtOgPoS1G8DSBR/rUp+vNl2YL
gfJ12eVFgPm+CHSNNvtTmXkIZhOygbt6K1RPcs5AyrWgYok97laUeJMAPzR/PLWfqrQ6Bz9f
U3nN5rLKeRe9uPtL/sBRBmiweo2XrIigyP8AKXyiNI006jfyx297ewvcalfzHjHa2iishJHQ
cRQnrQbdcxcvFqMnDFpzZBAbvoOw/LbWvPmmt51vtPksdGsLaSLyVpV4vpi3tWHx3bxnrc3N
AWP7CcYx+1X032e7DGDGJEbvI9odoAnhBfNH5nQan+W/kjzj5ms5Q15o9oz2LP8AZN1M6xRN
TuEZ+VO5GZPafo2bezoicrfjZ5smllf6xcSNPNK7PcTuSWd2JLM3iWJJOYWi3t2+fbZ6n5U8
wXGn+WNLuvSW509Ym07WYZOnGGSqSr4NGkoJPdflnQYMIziurotXkOKRPRker+fLjUIHTQoH
klgt4Y9S1Jt0V4VKcgf2mK0zb6fQjFRk6PPqzLYJ35CttU84X8Oj6bpFzc6gGDNfyvS3MTUW
SadiKAOP2jU/soDmRqNXHGNnEhhlMv0V8ieTvK35X6et2WS61+7jK3N9EnCZww3it039CI9C
d3f9o9s0mTJKZsuyxYREPevJnk7V/PLR695kdfL/AJOsGrGr/u1IG/GIHqT3Y75RfFs2TqLN
fM3nm2vYx5b8poINE00CJjENmCin2htkJTEeTARJ3KXeTvKs/nG7No0rW3l/TCJfMGplqBUG
4iWvVmp9AyMTxlnXCEZ+Ynmwa1LbeX9BQW/l7RgEt4F78BTk3icZy2ocmUI9SkHk2zby/pfm
TzvcqFayt3Noz/tzSfu41B+ZwYob8S5ZdA8nCuvknzRrEzH63rd3FYQs25YVrJv7k4RP1G1j
HcB5D5NGoizs0VfRiIchB+1wYgg+B9spy2eTsvDoPTfN35U3nnLyfcPa2xkuYAJrOROvrRjk
pB6jfbNdq9McuMtum1AxzD6B/wCcdtVOoeWtSotDq9tbanMnT07+0P1K+QjseSo9P8rOX0Uz
jmYnm3dpRui+pNNuheaqk9d47ZEPzZiT+rOhxzOQ7OmyRACa20iyLck7lZGUfSct7PNW1ZI8
kX5jja88peardCweXSrlFKVDV9FulKGvyzoDZxmu5wwAJh+VH5lx6FN5c09XS6k8w6hdG10H
SbS7e0F76aq00l5KA7rBbBg0rj4zVY1PJhSPZF2bbtZHbm8e1vSdJ0HSQqX0N1qtkjXT6xMP
q2naREx4PJb2q8lhaQnjzPqXEhIQOxNM62gIusG5SP8AJHSdW1z8wGvdFX9E2nlbStQ1mfXt
Ujdrm7EMdTD9UWRVto5BUDkXkHVqdM1epN0C7LBsLfo5+SOo6L5e0vzD+YWsSLH6AGm6DbtQ
yTTMoeUqOv8AKDl0gaAcYizb6r8szXd3omi398KXWqWz30ydl9Zqqo+SkZHDH1sJGwpa9PWb
SbMdZZWmkA8FrSv35tMQF0wA2tq8nW30/UnJp6cBUHpuUAFPvyUqCwFlJvKcYFjGOhrJ18a/
2ZRLls5GTmyONi9+9BuY4yN/Y/0zBkbK1ss822ouPL0hUV9OaKT3Fds12theIt2jnWRKbQM8
LKu5EBNfGgzVaY0adjm2ZnpyBbSVaVpb7Cn+Tmy0/V1uc7gpjDHwmkNKcECj/gQMIh6i1Tl6
Q8W/PD6iv5f60l4Y29SKUGJqHklATT3DBae+a3VTAx11t2nZwPiin4ofne8+t293p907t5t0
SQyW98djcLDuKn+cIB86eOVYQIu/Md/Jh35GebUh0Hzf5OuZh9d1ya11jSIju001rG4uEB7t
6UnMDqeJzLjUcgl0b8Ub9PeoeY9UgsobvUNQuo7KwtQXuruVqJGtep7/ACA3ObDJlBGzkDCI
byfHXnHzFL561VryCOSHRdOVrTQYZBR5HlNHndexc9B+yop45HH6efNxNVMTPkyPyF5TFuL7
zheXax6GryaYslrIplguIhH6bzxEEcCa8ffrsa50nY+hGYeJLk4vgiUTfJ9HeXILzUNV020F
7cadNPd3A0O9iYylFQqXEqA8pEZf3tF6UOdDm02PDAk7xdVjhxZeAHd9pL5z1jy75a06HXdX
k1j9GyEWrzRCG/0m8ijb1jDdLziljZFBaMn41bgVrvnERgMuoIx9OjvdT2ZGGLj5MU1C7ttS
W51zTbS01zVNTe2ub21sQ8mkW41CA/Upr6KJHYPc05RRMQFJX1TVgubGB8O+M8MR1dLjx5M3
08mW+bUW187eYLHzNZ/oLV2uNPnt9VEjzLaw+hGj3dzH6Qjityf3ReMqysF2IGWYdTx4biQW
uWmnjojcdWVWf5meaUsri00O1/w9qx06a3nkndJtV06NG4rax2xp6aSybyzMQXk2J+yM1WQR
xG8lu303ZQzVMmw+N/O0Otw+ZPNcF9qjXt/pIklbWLi2kSOdB6fBlgf40jlL81eQ/GBx652u
iwwlp+KGwcHPgMMlT5B8tedfIKajayedLS4gsYrW3gs9R0y4DG4ub24maNpFZCyA1ILAnfel
KZzXaukq5hzOAAAjk+j/AMhrxNV8u6bLyAea2VZN+jx/u2H/AASnNTphvTk5pcUQX21+Vt3L
5Y1i01AIJ3jnWX0z0dVNSh9mGxzJ1Gm4sfmHAEuImN7F8nedtQvv+ce/zm1e20xidDuLiS90
atVjn0PWUMkcTDdSER2iPg0Y7jNDOPjQPQuRiHQ9GS/l3oyeaNV17jJxt9I12PUdL9EFRPcT
NHGkQG2xTkzeAGYxlwDfupumL2D9kvyklbUNJe4LNJ+9LhiKBQo4rt/l9R8sPZhs/F5/tUcM
qev3UXKeSm/qIaL4/DX+GbTKPW6zHL0oHX05wtQAkQhgPlQ5XqR6gfJs0xYdrUR9GWMitLch
/GpFT+JzWzlZLs8PeyTy5D6Xl/TqihEZYA9aknN9pBWGLrdTInKVAELfzKp5coqCnswBzYY/
SWmR2Yz5p+G2Rl6pKOJ9+uZEkwAZM04uY4Jh0ngD/qOXdHFo2htCm21GzYfFZ3LFfZX3yoBt
l0Yv+bWuaj5S8leZ/Nelos955UFrrLW7EhZYIpVFxGSOzRM305r9Qa37m3BEE0er5L/NPy95
Q/N6fyp+bXle9Wez1jSptOvoqASfWLchkEy9nRC0Z+QOYmpyXASDl6fHUiC/On80fIcmjeZd
Q01baRotQiW9tl68g4o4AHWjKc1c8tbuxEH6xflvoWpW/wDzmP8AnD5hksHGk6h5YtbW21IC
qevDb6KZIiR0biVNDvTcZsOzcgMBG96P3up1GOsIl5/reFn8uNK/wquk1sv8W/o5rA6/xf0i
9Qom4da8NvHNT+blxX0eg/Lx4eHq/wD/1ph/z7R0m00/8+PNjweq0jeQ9QUySytISP0ppZ77
dsys2KMBYaseWczuXzpdQzXf/OCA+swLU/nwHt4KU4L/AIYovIDv1NMpFfntv9T/AN85EYkY
/i+a/KuimytX1W5BEk8zw2wbpxjXc+1WObKZpqlu9B8t20lvLawq3KaWb1p3XoXboPoGYs0w
fcnl4tY/l/rcS/GYrItLv1kuGCovzznu0Ds7TTR3fWP/ADjhH6XmPynpshJbRdLuuAJ6SGD9
4fvcjNBgH7wlzdWKxvsOKaup6hGzf3igr+rMHFPiyyYCNQCk8ZWGUgj4d6dqEkHJ6mVQtnjN
ySbyBKs2nuwPSWdSPALIaYezJ3C06wbsG84ET+ZmIavox8CvhzetPwzU9qG8jl6PaLHktWOi
24O5kWdPuY9PvzBx8qZyO7MPLMfr6RaSkV9LgHPQ7KGH6jhwwsMs0+j1qCJY+ZFAk/Gan0An
M/TRGIkd+7qJyJ+Dxb85dctNG0OW5uXHpachupI+zzjeJCO9DQ09s0fbmpjtAc3f9iYTI2X5
MaTbXnnfzvc61eSE2NjO8sjk15tWrHfqQPxOaqU+DHXUvTSFF9QaPpk/m/WtM8ho7Wmnyi21
fzmsZoRZowawsgf+LSnqOP5Qv82dD7N9ncZ8WToe0tTwg0/Sa4gH6AiiQUiiSNVQdAiilKZ6
toxUHhdRL1PzX/5y90YR/lJ50Ma8frd1ZLwGw/3qQ75zXbe0i9N2KeT8KvNFm3pIG2YTEU70
9s12hnRd1mizryDNZvp3mDR7qVQPXtrmFSOQUtG0RYr3U/ZcDsc2+DMcZBdZq8Ils9C8iflX
JPqN5aT+Yrey8vFllg0eaTjJIzbsoYrxZF/ZcEkjqK5tp9qcUaHN0H8n1Ky+zPJvlxtJWKx0
m80jS7UMOTI8kjk/zt8NWPzzWyzyJs7uRHEByD6O0DT9A0por65hufOWt1/0ayjjcW5ftyIq
zD2FMTlXgKf+YL/zLrBSTzzrI0vTYBS08q6YCJeH7KEL8KD8cqlkQIApxomieZfMFskNpbxe
RvJlv8d1q96AjmJftcEPxOxHSuI9STEBEav+Yv6Rgg/LT8okb9D2hI1jzFcNwWST/dk00xoN
z2y+A6DZrkOpTby55fttQltfLnl66bWtQaj+YNfUf6MniqE02HcnJ8Ils1mde5jv5x+dbBf0
N+VHkNjq8lvODqU8HxC6vPshVYbenDuSx26nLJmOOCMeMyNsQvbizjm07y1DeRSaL5IhN35h
1fpDJfMOT0PQ0OwzW+Ju5uLEeaXflTo8OrW08tOQN1JNDXp8bE/RscvHqc+Q9L7S8jaRGdNu
7ErxKJyjI9vDMzHjHBTpMs6kxfyp5et/KHn3VrOziMWk+c7a41XT4xQLDqMRVL6FQOgkUJIB
45w3aWk8LNxDq7eOYZMQvmHsfl0ldTmWmzwg191JOZ2h5uFn3Cc6RIJLe/JAJim+I/MHL9HX
qLDINwE2ubhW8u+YpJZDFH9QuC0i/aRRCasPcdc3unneKTiZYVMe9+VHnvS3g1i41Y8LjU7q
3itbSKI8IobcHmsUVTQCSRjLIx+0x8FGXdlnZOrju8JuVjudPOuXVbuzguGl8t2T19Oa4oY2
1SZWoWNKpbKdo46uPjkJzqQfS60inrH5Cll0n81tWMKmSLy7JCkx6Brl0iCD58s1eY8UwHOx
nhgWV2k10EtbH15Da2pcW0APwqZTVmp3JNN83M8UYw4utOujkMpU/Vm1iW3tNLgX7MGlwRKO
1FRc1+L6203TCLuY3nmO3KsSkSMqfILmZA0WwioN+YnEdnNAGobudE28F3b9WWSG1pxRHNS8
oSVsxvUCWUf8NmOTsmY3ZQi+nqVKUD26MPmrEfxzDJ9adzFFauS2j3kLD9kVHuDWuYmpAMJM
8A9YS3S4QywP2eFhT6KZptMPW7DNKgynTlVHkjcgKsQBrsOgGbTSfUQ6/UGwCv1XU7PRLO4v
75/TiUkKB9p2pUKtfYfR1yeWccQlKTVjhLLIRjzfLF7qF/8AmW+r+ZLuBLTyZosMkwuplLR3
TW7ExRW8e3NedOUh2J2X20WO8kjlnsB0d/6dPEYobyL8wfze0qUa1p2rMC017dCUsAKyTEvK
9QNhQMKj3pleLNxyJdyY1Gi+Q/z18u3HkjzffabZyPYPpt3bzQyRMY2il4FjwKkEFexGbPAR
MbtQmRXe8N83eavNXmq206x1TU5tSmlfjEr8FPIkAyNxUB3PQFt8yoY4xNtmXUzmKKodPNtY
3FzAjG00cizilVfha4kBq3LpXY0+VcjY4q6lrkTVvXvImn3mu+RHsdL0u18rz6lysbrWEuJA
dRVeRa6ljKyk8CpDH4QP2fbruz8/7rhjGv0tE9ZCOMxI3L1vyBqolt9Et7QXen2xtpItf852
NxC62E1snxXMTypzDztuWXqoIQHfNzr9ZxaWgLIG7j6KF5B3vafM15q8ej2dxa3Gnahby6kl
xF+ipxY39xbpblIH1NI3EaqWQySGJFLVBY7lc4/QTgc54bEqPN3GtOUYTe4fTv8AzjHrH5bW
35g+Zba/0+8sNZmu0N3e6jdWZtrlZCrxCG3txG3os1GhEoJ48SCBms7V8bxInIbjf4twIRyS
0pGKrr4vZv8AnLbzH+X2paOthPp+oeZL1Jra2v8AT/LV0ttdmGSVGi9UCGYzxGYoOBU/ERTH
TE5s94jQHycTSYM2HATkNX3vgHUdVudJ86+arPTNR0rSr20gGneaNJ122g14SXLh0u1S5VYX
uLt68UcqqFhQcimdFqoxljjKW5HUOXoDKUaBY158g1nSIZVudOuPN91YQyiw8rajcSPHqcVt
Yu7zylwWJtixZ1pwHEqhrQZnxxylhEMZrrYbNVqBjiJS67PnrzsdMtPyysvSgg1eHT7uxmsd
etbxCYriPgrSSWrcWMbK5AKg1Brtucr7TiTp6PMNPjAgUifyH1f9C6nqXl6VwEtrlry08DDc
NU/c2/05y2nlUwXKgOKBj1D9KfKzQ3kUM8ZBZB1zp4QE4OkyE45PMP8AnLHybF5j/Lryx52W
IHUPIWpppOqSj9rSdUf1Iefj6VyhA8BJnI6vEcGcjoXa6eYlv3qf/ON+nTTafpFvJGr3esXE
15KW24LItWJPWgj+EHtvmn1uTag5cKFkv02/JPzVBFb3vl7Uo47S5kuDJbSdzX4fSf3UU4+2
T7M1Ecf7uXV0fa+mM/3sdw+jCv72MncgD+mb7g9YLz3FsQlupIJpAFIZHjIBHzplGqjc27AQ
Isa1e3/eXB7BQv4UzVyj+8LssE/SE6sAE0yziGx4ALT6STm9wD0inAzfWSUnhBN9MOyQbDwq
+ZUT6muQADHPMZP1aGorW4QHwrmVI7BlGk00KQXGnWak8mgaSBq/TT8DmRfpaJij70LZyfVf
MN8Cf3c/AMPmB1yrkWwi4oj8wNNXWvKXnzSStRqflm+g23+I28hH45gZt7B7kYyRIF+Gvlv8
w/M35b3lLK9Y6Vcy2t15g8uXqkxyJHs08BB+GRUJAZevRhlOLBxQIcueephnH5p+YjfeavKG
qabcGW01Gzn06KkSzSJIxE8bwh3VA0sbUq9QKdM0Or0/BzdxgImNn6V/lHqrJ/zkd/zkLoRl
Z1mvbDURGTUJw8v+XYaKO1a1zN7Lx78fkR9rrNVL/Box8/1vlb/Gtr6IPrDlxPx177HH+T5V
yc788Lt//9ee/wDPt2Ar+ffmyaVyZm8h36rHX4UX9KaWaD7hvmw1QqPxacT5/sjLH/zgzPcX
EX71vzyaW3U+J8tBVP68wa/w7b/U/wDfOVKVQ+Lwm8iWPTtK09BRyA0h9yKtX6Tmwk0A2y7y
nbLFewSPG87owjtYIxyeWU/ZRB3JzHynZuxh9a21x+itD03RZ2jn1DULn9Ia4Y25RxJbiqxB
h1o1F+dc53W2dnaaYjm+uf8AnGAteebGvHNRDp906+FZOKfxzUxx1Nv1Urh8X1k7iLV2Yg8m
DKPmCCfwzSYiRmLaN4BPnjDW0rClDEwP4nM/UY+KBaYmpPOPy/1O3sbO6S4cRIOcrsfYmuYO
gyjGDfJydTDjqmLyP+kL691Njve3akf6leKj7s12cnISe9yMY4Y0j7aJJNBRgnKS0uJa/JW+
L8DXKIx6pkN0/wDKUFNPvbdVr6chKU8AW/gcs0u/EEZzsCznUdQTTpfLkUrcI9QE8QPfnHEH
UfTQ5vM2kI0/idwdMJfvOHvfCn/OT3mv6xbfoKxkMl3dS/FGm5LNsoIGeb6ufi5re/7KweHj
svBNCstD8j6LqV9rbiPTPKmny6t5mmGxIt0MrQqe7O1EA7sRjixnPlEB1b80+GJL2D8orfU7
O7uNd1SPnqvmVk1TVJV2EbXKLJHEPBYo2WNR4LnquhwRw4xGI5B4/WSMub9EbCVbvRYKkfHE
vyzqdIfQ81nG74y/5yP0mPWPyx/MiH0w7aZZrfxr4m1mST9QOc97QD029B2JL1AF/PV59ZF1
BYkTZ5nYU7Attmj0ABBL0mpnRpgc7Sw33qI7xNEoYmMlWI2ruM2sSOFw52Xuth5y1rypei2q
mo6HKQ7WFzH6wQMOQZOjIRXquxzW49QbItM8ANEvVdE/MO4v5YjpD2juxolqtwiSj2CyGOv3
5DLrpY+YZR0Alye6eXfzI8+aBJHc7aa6D4V1CK+shv2S5SOWLfxrTKR23Ac0T7NIe6WP5zfm
rf2yyQXthMygekh1WxumPsryxin+yIyf8vYORv5OHLs6Q6MP8w67/wA5B+dLkfp5NEXy8vxQ
6e+qMJ5K7fvfqkRSg8FORn7Q6aPIlEdBPuTqw13XdEtEtLvRNMvglONjBqP1a3+kemrH6Tlc
faLEUHs6Vo6+/ND81bzT5NF0uw03y3pLgrLbafdRKjr4O4PJvpOZWL2hwRHm1/yWS8Dl/Mjz
X5Xur+K2t7e21C5DQ3WosGeVk/lVxUBfZTvlOXtsZuTlR7OEWGL5+1/XmGn6nqn1S2t5edpp
LfuGvpWNZJkt1qRGg6SSsWc7KtBmXg1HFXmy8IRL7y/ILUYnhiiMqqAKGvSh6VzaY5uHmNB9
6eVoowpuYHDRPVGK1+13FO2bbCBIOhzyqSpc6at1d2k4ULc6DqUV9A5+0YplMEy/Sr/hmi7V
0wlEy6hycGatu9HWJ+q61HH2lR0r8t80Oly0TTl5I2Ex0VlXTtTkff1bpkB7nioH8c2WgPoJ
7y1ZfrCY3tV8qeZDwLhdNuAy07ekwIzb4SRjk42Qg5Ivy7/MpeQjsuREmt3H6Pt5B9pLWKPn
dygeIiog93GZXZfJGrG7wjzPqUPpfVoFCRWqtSBRQIkYoo+QGwzpY1wuuMd93tn5aKui/lJc
ytBwvPO2rQwoe4tbFRcSN8i7RrmFhx+JncnPIQxJ5ZRr66Ox4qrAlx4VGb3NEiBdTh3k/UAX
LPpel3Cn/emxQKx8Co3zTC4z3dhAWGHadSTWYJAalw/E/eMy8RtlPYboDzLeLJqcdspqICA5
HZnb+gywy2ZYwALRfkxz9QkNK8Llw1Pc5iCdJzs5mWmoW57GFl+muUTNTRH6VbUozLYyOFO6
gSD9WYufeBZYdpIfSFAgs6AChZafSc1WE+uLlZTsV/mS6GlaPfXgbi3qWyKT7zKWA+gHNnD0
yJcE+ugwX8xo/wDE2v6T5RNwYbG/kgTUaHifqj857rgR0aRECV8CcxtdWXLGB+nmXM0ROLHL
IOfIPOPzU161luYvJmgokdhEkNpFY23wpzXZUKrT4Y1BCqOp36CuanXyhKfDHYO07MxSiPEn
uXwE+nWv5ofnpo3ljQVOo+XPKcsK3ssR5/W7hZxNclSPh/fSIka9ljVmPw5ThhwDbmXaajJU
CZbPnn/nJs+XvM3n383dIspor27hsbS80O8io4e806X/AEgRnujo7jbqADmw0hlV+bUfSA+I
LKwtlmGoTMtNNs2lt6iv79vhjAp7tX6M2VnkiRZFHHqOs+XvLPkXRrM3N7rGqPdw2sdfUuLu
dRBCH9lUE9Nqk5CGP95xIMvTT6s0f8pdG8neW5tJ9Fr21slVvMN6pPLVdRYVS1j32i5Ht+wP
8o52nZ0JY8Y83U5vWaR9r+X+t22oWWraPMNL8xaZbtcfW1hSSKCaZCkCJA44FgDUV3VenXNw
cAyRJOw6tOPVeDIAHd9G2n5IecbrQvrHmWGXy9onmnhDp3lqOVp7rXNYmkWaY21pOtUicRqW
MzFE4mQ5yhnhx5PQLkOrtM3aZnGvm8T8y2T2yto0Ub2F95fuLSz8u+a9Hj9awulgikjgS7gQ
xS3LQGsdrccxUUDoYwrDYR008guUbB5hxNPqDhNxPPoirnzak/mHzH5j0vSta13WraaG78s2
EytbWenvPFELxrp1lr9aghj/AHJVSis/OpZFyGPs48AgIgOTqNTPMQJHZ6HaflPd69a6PqMO
tWvlV9Vihs/LOqXC89OvZ7AsRaXd5L6k1rcQu5BikPE15ow2yqeQwjwGN106tePWeHLbokXn
v8l/MOieZYr688rXHkKeSzh0eS50++u7pJIS5eSVZZWKmGfmY5QK1WjHck5s9Jmx5YcILi6j
VjKbPN5V5t/JzS3sb/QdRtmtI9Od2hlRFZreCfeOaH/JUndQaEA0yzV44ZY00QySBfLFlHqP
lDzRBFqIK6p5Wnay1xYt1uLDbhcxn9pHjIcH2zh8+OWLIQdnotNksAv0d/LbzCi+hA04deKm
KZTVXRgCrA+BBqM3Wg1Njdxu0MHUPede0RPPXknzv5O+1/ifQby2gH/LzEn1i1ZfcTRLT55h
dt4thMdGrQz6Pm78hPM8dr5u0m24KqiyitUtnbh8UkFWQ+HKvEnOSzx4xZdvkJAoP0X02bR7
iDQ76ylW2cAWl3IoAkSNqtZTsNiWiesL+NN8qmYTgJDYh1IM4TMTyP4+19F+QvMZ1vR5xeHh
qOhzvb6jGeo4/EGr3BHTN72bnOXGL5h0evweFk25FF+U7z9MeX9PvmblL6tykm1DUTPQfcRm
ZOPFUnGJ4LC/V1X0bxyBsdj+GaiY9RLnYSdgr2QMdhBIQSWQKnsvfNtgNQaMu8yEFClL672H
wwJX6STmTAeotcuTDvMxpbW4ru9wCP8AggMvJBAZR5rvLl2IL97N2+G4f4CezIT+sZlgsckd
rX37CPWrogUoqVP3DKpyWG4ZLezB9G124k/3VplwshPQcYmB/DMKR5liRRD+f3zdNHdTz2Uw
Dy6dI1JCKF4F+zMh8aHg/wBB74NHn/hLfqMW4IYwNbkvdFs0Lq9z5Wu7W5t1PeOGQCvyMTEH
5ZR2jhBgSHJ0WWpUX66fk5M5/wCc1v8AnJO2L1VdN0qVU8OWkeXl/wCNcq7Lj+6txtVL93Ef
jq+Avrh48fV9+WdN4Ozr/Gf/0J9/z7fkMn5+ebTTZfId+B/3FNLzZaz6fi4+F5BeQRyf84Y2
0C09JfzxQMPYeXCcwj/j/wDyT/3zeT+7+P6Hz7Dp899qQonPinGKpoN/c5mSDCAp6p5Ys102
Ux2c6S6pIh9fUQPgsoT9v06/tEftZi5Ts5Ed9mf2t1G0amCoimHpWqsan0YzsSe5ZiWOabLG
zbssR4Q/Qf8A5xghFtqKxtTnJp0jMfaqn9eaYyJyU3Z/ofT2qL6WqWzg0Hr1b6Rmhzkx1Hxb
sNnGyK6ZfqV6ynjxhkof9ic2siOA+5oA9QeFwWTLbRgHa6jdSR4Mpp+Oc4eWzsjs3pYZ9Ckn
AHOF1Y+PHx+8ZXAXFJ5sms7bjbX6KvJIrtmAHQrIoahHyyUYbbItO/LCLbXd9bcgynhLG3Sq
uop+rK8HoyFhn3ijvPEkMMHl66lKiKwku7iRj24QgA/ec6XWauOHs+d9RTrdLglk1UR3F+c1
9PbebfNnmbzjOAmj+XS4swf92XP2YlA7ln/DPKuHiJk+kE+HAQHMvmj8+Nf/AEb+W9r5fa45
aj+YGrcrpa/EdO04+pIxHWklyyj/AGObbsXFeXjPRxs/Kg++vy6Mc1n5XkR146toGlyp/KzG
0i6n5jPSdDLi2eQ1uxL638uXDpYPZuafV91Henhm/wANjZ0OUPnb872WD8vfzTkbo+gzoaeM
jIg/Xmi9pJVB3nYguYfzw+crBbjXXX9m25s1PAZzegyVB6bVx9Ty5WkbVFCoHZZE4IwqGPMU
BHcHpm4H0W4W4L1zXblotWb1rQaeDStoFDxIR19NZCCoPgrUzTY6ILnnozzy5rljdNbW1zYa
Nd1IX0tRgERIPgXIDfRJmDqMU42YkuTHIKp9SaRJ5m0LToP0Tpun32kTqCbaxe+uLZVpUqyD
1wpHypnP5YXKzYZGYIegeUdX8ua5LJaS+V/KY1MgBojqDWkrf6yNGjKa+2YczOO97NOSrZJq
ei/VJPTi0U+X6L/f2XmFhBv3o1tKMoGY99sAxe+tlhjaGbzLpYjpWRr3zbLER7cFtI6/Qcvh
kvkGXD5vJdUPk6SZ7a59G8lUktKmvahcQE+KcB8fyrmdCcu77AohXV55qBgtRNNDcw6ZbV+A
pGxcjtxMzu2ZuGJRJjy6beR+WvNvmKz071zbRRXY1/Up44ZjJb3ETqLWFz6kpboaACld+2br
SkxIcKdEvvD8o9VtopdG1GxlD6brVsl5ZOOnpyr9n/YtVSOxGbnDk4g6/U4qfon5H1blBQEc
ZEX1F8SO48KZv9HksPP6vHvb0h0SPV7RiwMeoQmJvAmlRkdbj4wR3tWI0Epu4GXU45q0eJqk
H3zhYAxmR3O5hK4o7RqNpzLX/j7lZh8ztm30cwMdHvaMv1Wyu9RF8s66dvisbkN2/wB1NnQw
A8E+51cz+8D8lvzBlZtUtrht1sbCKztVO1DMwnuGB9yEWvtk+y6cnUvne5VtV12XTIhvcUWQ
gfs1qaH5Z0fEIxddD1SfWet2S6Na6B5djQBfLVjHbTkdrmb9/cfczqv+xyXZsbkZFjrZdEst
ZgCfHidj/HNtl+lwsY9T9RY4TH5c8vK5q0WnQFz8olOc/kviBdji8mD2FzHZXtncS0VUtXmb
5qCaZk4i2yFhiHKe7muLhq+vcMZK/wCV1FMJqm0ihTLPJL/6LcLSglkNPn1GYcpUjIL3eiSs
DPp7+Ib7wBgmfUC1Ruim3pCSC4hO4ZGAH05VMWCGN1IFKtPhMdq5rT6u0jV8ABWpzV6eFnfo
XKyz+15t5+8yQ3+jaHbwSEtdQi8vAp3DU4AEeNanM3JuRTViiRbxTVNc8ya95ltdRt5Gt7XQ
7GNdUvk/Z4ho4gD/ADyKTU9ABXNd2hl8Pcc3Z6DGJjhL5g/M3ztruoIfL/kUL9f11n0yDXmY
oprUXMqy9UhiQMZJOrDYUGanBAzlu78AY428gn/MvSPy18n6h5L/ACihnT9KK8Xmr807xRFq
WrE/DPHZIP8AeSz5fCD9twAMz5Qo0OrQMXiETnyHIdP7Xxg93PL+ZGlQGUyXMyyG+8Qk68QG
+SmtO1aZn6eHBHkjORIsO8w6Glkl36CARSwiSOm6hYpwGVflU5fe7UCSH0t/zjf+XUqQ6j+a
GoQLIYTJ5d8hxuP+PhgEvrxT34BvRT3LntmRocfiZQE5OT6e1uxshrmnaJQSaf5Ptzd6lTpN
dEVYt4kk8Rna4oDiER0dXK6t7/8AlTqflvyzoC37aGNf896hdyyyW98n7i2lc19RKKRwReKj
eu1Nst7Qw5Dj4Ymonm6IY5ZM9nkHnHmbzJ5p86+ebsvrUzm/im0ea8T4GttP2fUUtTWkKygC
IkbkVFdzmv0nZ2OIFDzdtkkMcOT0Xzl5A8u6LFaSLJbXEdpa0tLMBdrgxf6TOFWhRLeACJKj
dixzLw5TknXf9zgYMs5HyeP6B5cgXyTZTLaxfXvOOoGVSFoyxTTVpX2ij+7Nljhwi/k5wmTK
u5b5Ztr6/wD01occ8seieZNYthfafQGKSQtI6OFboyr0YUNNumV6nSx8QS6heO+T3nyJ+a0W
jwz/AJZ+cdPj82aXLp0l7pVjeqpMMEchjkRJCeTBSvY1UHbpmp1egAmDj2LhzwmfrDxXzlpe
m6lr2iQaKPQsLqebTJXkJk42rI1xGzH9oKFNK5lnHLFDiO7k6bEZmnyH+eX5PT6XpK+fdJv4
r3UvK8x07XbdUKNPo7tSC5epofq7ScWH8j/5Oc12pA5PXVO7w4jiYh+R/meeSzk8vzuy6j5f
LvYKxNZdPDbxg9zbk0/1CPDNVhzcEnYUMkaL9BfIfmRybO6iatxaukkdTWpQggH50za6g+Pg
I6ur8Pw8j5P8+aJL5L/NvzJp+kMbaaG8XVPLsQ29exv/APSbdQT3HqMg7HiV8M5HYijs7WJJ
Hm+ufJf5gnzXpVgYQ9p5m0l0nls1pW+EVOTCtKSJxq6H7Q+Ib1zXyxCB35Fqyb9H0/5G1e+u
LvzLPp9yY4dWhCStKaKyD90JFHi1Gzb6GPhg11dHrPWQD0eoeWtet/Lei+Y7OS7WRrW1kvrH
frIF4Mo9yeJpm0hOxu63Pisgh6NqYWXSFlU8jdpE4PY8lDV/HMDPDhPvZYJEy9yZemI7W2ip
SkSinueubECgA0XciUqi/wB6tTf+VEAp7k5dAiyzlyDAPOLmKCNxsISu58Q3I4ibOEbLH3E8
DwzByLhOMoI/mJ5ZlyBO4Z0CKT69uku767uoz8MluklPA7V/HITk0xFbM0uYxL5a8yrSpk0u
5b6WhbMaJsFhLmH4A+ef9OMssbLZ3zu31W64Dil0F3iI7xzrQgd9/DNZGVSsO1rbfk8JtLtL
zVJYXlksZRE8F/aK3GhbYLXurdRmRnzcUKbNLpxxEv2z/JwFP+c6P+clQTUS6Do8gHgP0ZoS
/wAMs7MH7ge/9bqtSPRF+eXqfF07Z1V7Or4d3//R7R/z700qDTvzm8zsnxSv5LvQ8h6n/cjp
34ZtNaKgPe4enlcvg8HsYKf84aSeutf+Q1GVB/4LoAzXy21//JP/AHzlRN4vj+h4HYQ6jfyp
HZAQozcfUG5p02Hjmwu2MRTP7K04MPLunO0kszA6ndDcsdvg5e3fMPMS5OEG2caBBBd3UJD/
AOiWp9KA9isZoafM75qco2JdjDZ+gX/ONWoRyebGiC7XGl3CxDwERRv4Zo+ExyN2cjgfWvmG
HlA8w2PrhK+FQw/Xmj18KJn5stNLol1zqCny1e3PL/j1cmniUKkfMMMslm/cE30Zxh6wxWG2
46Zp0hH2YI+X3DNXjFwcudWl+lWoXTZoUBZlaWJ08V5VGQH07MqZjo8KTx3bxCqzwwSkdwyg
o36sysGPiiWqcqKIsY/Q1lDXaSIgDMOYMcoXIbg8r/Pnzemk+X7myiP+lOBb24HUyTDoPkOu
a/tjVmdYxyDsOxsABMy+Ltai/RGh6P5WtEpesRfapTYtczikaHvVVPT3zRzoRp3gycUrfn7/
AM5A6+NQ/NO9s7d+dj5RittCs0X7NbVed01K/tTyPX5Z0XZ0ODHEfFSLBJfpf+RWtpqX5Yfl
hfvIGks7STSpXBqedhO0Yqf9Qqc6rRZCC85rcfN98aQAyw3S0ZLpBzA3o9Nwf151WIXu8rk2
L5s/5yIZk/LHz3MvS5extmI/kecFh9PHOZ9p5+g09L2BH1j4vwE8xf736rPUH7Yr9OaHSfSH
pM5ssP8AK3liXWtXUBzbw26/W769Ar6MMTAlvCpNFUHqxzcCVinX5JAbvXr/AMqeZr2ezlNl
DcfpgvLZaearObeu0svwtGAx6bCuRj2YecS1HtIDmEuk0+LyldPa61o8ukmJ1S7LJJ6QYivB
mhZ1rTxTKZdm55nvZfyhiA50908hyfl60yXEPmE+Xb8KGils71IX/wBan+jvsfbOe7S7P1MP
qgfk34dZimdpAvfbTWppmigH5m23mGMmiWPmHSLPVUAPhMT6lP8AZZz2TAQd4H7XKOSJ6vYd
P1LVbexSHS4/Llu4UBprCNrRH/yvTnWZQflmN4G/ItdjveZ+abnzrPPITq3BabPANOCgduNY
FJ+nMrFikeYSZQD5r8733mEOUvvNi2tqw3jnurQMx/1IuAzbafTy/mlfFiOoeJ3Rsy8kj6s9
zUgSTLI7pSvQC2jZiT/rDN1g0uWW0YNWTU44izIM40XTpdT0zUtC0Py5DPcavbXNnd6veA+u
rxRi4EUMfJ2jY8RQk75tI9j5sQ48m3k6v+U8WWfDDd7P/wA41eaxOT+X17KEuG9XVfJUzHdp
aB7zT/nIo9WMfzBh3zGx5ODI52ox8Ubfpp+X+uk+krSVBUKR26d83ulzVLydHqcVxfSNxcF7
OxvYmq1o6uT12B3zbZfULdTj2KaXsAa+SdQDG/xA+zCozjNVi4M8g7HFK4hV0KHlbz0NFWZy
a5dpMZK5psi1dRH5V12tKNY3VG/54tnSQFYnVk3kfkX+YM3rRvKCCsDRQKPHigr+OW9nwpv1
Bt4t+W/p3n5hNc3Q9Sz0yt5cI23NYDyCH2dgF+nNxqZ1CnH0sbNvsKTS7x7q5fU1kW5u5Gkl
eRTVnY1ahPapOZGkyCEato1MJSl5JLe6P9VkAA2IrttsTvmcMhlE7uLwEF+nMxQ6Bp0i0KLZ
AAjwWID+GamY3czFzeZ3tsWgiYAfDayVB8AAcnjNuQEnt4Chj23UhqfLc/hlwOzORTvy4v1d
r2BTtFO5UewNQPuOYOQgGkz3DPLhqR2Eqn4fUp9DKchqJUIlrxi7CfWjBj/rU6++AS9TTk5M
e8w6paaT5Y1zUZJViWKKWFeRAPrPWJUHvU5VCHCSyJsh8Zap5oiSVoY5A1SeJB7gdMtjhPNv
lLfZJtc1a7the+TIpig1Cyju9cEf2iKeqIiRvvyVSPDNBkBz5Zdwd1iAxY4y6l8o/mT5pXy/
byC2WO3YWy2kAXcJG0XIoo7cyRX5ZTo43Ml2Wc+gJf8A85DW3lX8r/K+iaZp3o3epR29mnqn
ixN9LFzllYDdxED8IO1eTHqMy8UOLKT0aRkJxvl3yt5C1rQfL835sa7A9vB5gley8rJNQyXD
V3kjX7TUJ+JqU7b5fPUA5PDj8UiPptI2P6Ru/K+lz6Q2p8b6NJ7G3Rmub+G6uoy1sFXcl1Qh
Qu++SM6NrGOz9SNd8naH5P1ny75V0Cyg8ueTdMeV9E0yNZGiszR7n0nLszk+o9akk9Qembjs
IicySmemMsexYponlvlcaVObuPUr3zNqMoulVlKuLRDKChNP3ZanLlvXOz09CRJ5BwdXpZgV
XJmWjRyaZZebr5XiuNS02ZdLjMRLxfX7kczErkAFkHUDpmZlnHIAS6bw5QmIsa0vTU03S9b1
IkNOix6ZbSftNJKfWuXHzNBkcGMSiZN+YjijFEX8d2vkzUruWVp9W8wPFoumPISXCzMFc8mP
ZchgxgWUZAOIRiy2KxSKW89BQNO8m6YtjagGq/XbpRCAvukYY5lWJyEe5x5XEeZSnyvYrb2+
iXIT4L7zQssW25W3jZBv4ZTmPFI7tkZbG3lPne/l0b8zvJGuW+mXWqJo1pcXGo2Vopkkaxkn
kS4+EDcUaoB6kUzH1IlGQl3N+kiJ+nza1rX7XRoL7zHo2pxatovoGOxuIKsI3cgKs8Y+OMry
ZWBG3fLTwy099zuMeEQyi9kXoGl6d+YeoWlpqtjFrOj63bNYXujXAdYbuI1JRWVkYIeIPOo2
GxznNVkhmgYwNkOdnx0DtT4i/NTQ7X8rfzY8/WXkidms/JesQ3ugySMZA1tLFGzws53eOkhj
JPVRXc75yk6BoFx8Mzw2ej6X8hecdPvIdJ13TJOOnaqAwhJ3gkG0sD+8bbe4oe+bDRZyDwlt
1OHxI8QUf+cn9NvGtfy8/MnTSeWmNJ5d1ueMAkQ1a7s2evX4TKg+QGa3NiEM0onkd2mBJF2m
n5OeabDUNd0nTtajfTdTM0VvaeYYVo/NiGi5g0EyOKleW53VWDCmYGpwnhHDySJVe+77l8x6
g3lfVHhgZSkxFtqcURJMFyiCQNvuY5lPJD23GbDs2Fng6uj1c9uNhNz50km5KJTQ1+E/1zdf
lNnBGYF9q+R/MVt5p8h+XdSR1kljVLG/RTUrcQ0jKn5ih+RzW6zFUoteM8MpM+uSFYilOJoB
8stlKiA14xsWP2kn73V5WIIjaMfctf45PTyviLfkidg8+80VniiiJrylQNXxZsINlviKDV9b
hZZQBuGoB7AZtDHZqiVa2tgFb/LtAT/wRGYmU0g83oMQUaHqbPT0301g5PQgxkb5VGt2ifMP
58PzDs5LczW69Y2ltripIqgYtBMtO8RNfkSM0wJjMh249UbfNOs3BOqWl4zKkch+t3YXYiS3
Vxxr/wAZDWmW5IlydLk3p+435PvPa/8APwD/AJyOs/TQwap5U0vUDJKjCZTDY+X7dfRetGie
jBgRs6bdWyXZc5fT0on7XV6qA/Lxl1uvvfAG3Ay+tD9VFv8AXDqHqr9V+qlfUFz6/wBn0uI5
c+lPfbOl/OQ4OO9nD/Ky4uGt3//S9Ef84KaVqWlfnf5og1G0e0kTybfIUcEbjUdO8c2GpzQy
YwYnq0Y8Msct3z+sHP8A5w84Mdh+cVdvD/D9MpmL7Q/5Jf75nHbF8f0PBbPU5oITFbRBLhz6
UUiinBaULdOpy+QIKiVsts6eX9Cu50amp30TpbnqyIdmkPua0GYmUcTlYTu9G8jafbzWtgJ+
YVo1MjIRXcdsxcuMU5Qnu+/v+ce9J06z8y6ZJaPI0n1e8gb1DWoeIn9YzQZP7xtySuD621SP
1NKutt4rlAx8KNT+OanWwBxH3rhn6w8ivru4jsb6zZSYJpAFYfsgmjAjtUiuaScqx07WIBkC
y6KB30aAoKn0FCV7/DUD6cOOJGO0SkOJL/LkaSLfEitLkf8AAyICPxzHxHctk018sSFby6tn
/ZeeNPkGDr+DHMjTZ+GRcfPytFa1N9RvLWdVoiVeRh/Kv2hTKNXO5WOi4jxCnxv5y1Q+aPPF
1qV8VbQvJzGWaNjRZ7+Uclj9xGKDOZz5OKZJem00BjxCI5l88eYvNCaIfM/nnUn5foWKbUFi
ff1LjpboP9aQqKeGQxY/EmB3uRXR+Wl1c3Wo6xNdXcrT3NzK9zeTHq80rF3Yn3YnOtxwEQym
d6fqb/ziNq8OreRPNHl2bl9c8s39nrdmCf8Aj3vF+q3AHykiQ/Tmx0MhxOl7QFUX6d+S7mKe
2igL1FBx/wBZRsPpzttKQQHjtSKk+fv+cm45LX8pfPBWnFb2watf2fWP8c5P2oJEXoPZ+XrD
+f8A8ziT1bnitTNKwPyrmh0crD0eokQ97/KfyRFLomk2V1GqS+YZV1XW5B1TToK+hET7ir08
Wzf6eHFzdRny1s+ofyz8v2eo6x5i88albL+i9MjeWyj47CC3/d2sY9i+/wBGbQbB1WSVlgf5
1+VID+WXla8u4wb7zNf6nr95LTk5Qho4/c8VXZe9czOy5cepA6OFrjwYSUP/AM4xeR9N1v8A
NXyuuqaXa6jBp9qwl5xCS2mjlLyJLGHBBVlStCPhNQc3nbMYxx13ug0OSUsnN9neWPye8o+Y
fNvn6FvLGlmJJgLBfqkVECyxhgoCinwk5zeLTY5cwHenNOI5lD+XvyO8m6l+ZH5k6NN5ftBp
9v6MmjRKrBI1DKGVVDAAEV6ZL8hgJPpCnVZKG5XD/nHryBe695zs7jy5avBpEXPTiUJNeYBG
5Ndsj4GIE1EbeSfGnKty8p8p/k5o2raR51u00OwiuvLXqNYp9ViH7yO6RkqeP++wRl0YQHQN
pBq7KQ+ZfIVtceQ/zWtYrVIZ9Iv4/qQRAvFfUYjYD5ZAkQzxrkg+vEfc8D/K70bfzVqVzGC4
t77T9Tktz0BR2gnjIPSvIb+Bza9rwEsQIdV2XKsheYec9OuPy/8AzL1rT9MuWsbry35imk0W
8j+1EBJ9YtnU+ysvzGecZokTL6Lh9UB7n6O/lP8AmPYebtJj8yWwW3nZ/R13TEP+8l7SrqB/
JL9uM+Bp1U5m6XLtzddqMJBIfbnkfWYtVsVjduSSJQKc6fTZBOO7zmaHBJ6JGxksY2B5PaqY
pa9axmg/AjOf7Wx8OQSb9PLomemoINOcr+2WY/M5XppmMFz83ecbkWnkrzg7ED6nptw59g0B
p+vN/DfG4EDcw/ILzzO6Wkke+0hk36k075n6OAjFs1BBQP8Azjr5ZPmDzRczTKghNzE11X9q
C3Y3Ei/7IxqMlrMnRs0saD9GxpVtdo0ckfNaUPIA7e1cwsWYt+SAYtqX5exyQSvazNKV3AIr
QeGbHHqzHZwcmIHd9TacWuvKOn8lAcW7o4G9CqsMv4uMW0Q9Mt2LywOsEamhD2MpPz45GJ3c
k8kqit1EMctACjAN+sfeKjM/HIEIlsVmmHjeXtP2ZiK+1KfwzV6o1ZDfEXTL5pQulB+0M8bf
QWoRlWed4gWEIkTTqwnDGJSaclI+kYI5KIYZImnyx/zkZ5hu9Mu20AK8NrdyRavCVPwyM8Xo
uCPZlJ+ZzMxw45OOZiMfN8j2mpGWSVpZDWMiQtXovRvuzLzYwIGmvFP1C3qGoKbjzfr94oHH
UbC3uLM8tiNq++4pnM9mxuc4l6LXEjHAjkHx/wDn7ZMkfpwxuGggSWGRRU8ULcUJH7RRiFPt
Q5RDEcGYguyx5hmxAvmz8wvM1x5vtvLepX9w880NxcLOzAleXpxDbbuOn9cycceCRA6sz9IJ
TNpdWhtbFPM9/cfWVglTSdJuHatjZoQ8spBqIyV8AKVCj4jtOGMDcBqnMyO76G/5x18qTad5
g0z84dYsVh0y2l1CPyvayqTJDcrb/wCjXvBwKqgqI2BoWqegzO02hOb1U5GPCcmx5dX0z+YH
mjW9R8oNruv6PDBAqtdz3zM0V26h+UEkdug+J5DQCMHevzzZ6TSnBvW7l4zDGSIk0808j675
USG78z6p5nfy/aQwTJa6XqiG2ksYpZqzsHUOrzSMArenXgAEG9c6PRx4jsw1Wo4o3wsr0b9F
zwaj5ygsb6x00crTypo8xZRFCfhSUxnYS3Ejc2Jq1DSuxzZThwxIkN3n8xjxWnv1SX/D+jW7
FWkuZZrqQ/zM78R9wGXYqGN10pg5TI9Ef5pSGyvvKelBKw6VC1/NCvT1XFI61+/I+HUaY4pC
ZMmZa/pn6A8l6LpZamqavK2p6o43JlmFI1b/AFVp9+U4JeotRPHO75IG8DabP5E0aOFI49Ng
e6kYbeo7ggOfeh64jD+8vvZ458UZF89/mnqep+V/NnlTzPpSy1tNFlh1eGEgPJbXFy4PGuxZ
SAwB2PTKNXMwyDuc7QkcNsIhvNS1PWpntdCbzLp/mUcdYt7U/o65t5o1DCeYSpwcBPhcEHal
CchxGUTEDmHZSzCQBvcPbvJH6a1K10XU9R+o6i9v/uNm8v8AEWa2bxORwjkjqp5R8SaqA3ag
zUYuyo6eMiOZcn80Zmi8/wD+cjvJOj33l/8AMHzDfaAZvOelaRaweX5NOguJJHsBOCxdo19O
eOON35sy1joAOmctqYxxECt7Td7jl1fEX5X6/Pov1TS7ub/cZrxK28rN8NvfQ7I/hSVKIffi
cxxP1WOjlYJgek8i/QLQ9IsvzM8gan5O1SZIv07ai3trub7FtqEDc7Od/ZZBxb/JZsztVDxc
YnHmHFmPDmQ8n0Hy7FDo82j6uktj5u0Gd9PeAKVIWLkzwyEH4ZIZ1WRDTxoc0U8pHxbBAyNj
cPqy91uTXtC0rW7qX1rrVNFhhu2rv62nFY1J9+Lbnvl3ZeQ+OHV9owAxEdGDEq9wywkvHyol
epHjTOzJ4ebzA35PqH8gZtSi1qHRSWXTL2X9IzRMdvUtI2ClR/lchX5DNZmInMORICMLfWt7
JQsKjYN/TMHIRxFcQ2Y3bPW01CXor3DMT7KAAPvyWA1jJcnIPUAw/WSCkNd/9Ij/AAp/XJYC
T82wlMJkUrM/2meTgD7/AGn/AIDNxOVBx4gFGWkXqFSo2+og19wWzCyGwGJ2KaeYLv8ARfkL
zHqElFFppDSua0pxQk5GHVpmdw/Bj8xF9bUr6GPo9zK2nSMftK7FjASdqivw/dlGv0Zrjj8X
K0Wo34S+VdeNzp1zb6hYExz2159YtXI/upkpVSD1BK1offMDDlr4OwMefm/fr8vbeBv+c1fz
TvGiR7qHyZHBFc/tpG66G7xH2JVW36dupzYdnxH5eB67j7S6jPI8NdLfjCIvNn6FbyS8KvoZ
vReW8xkULFGCWltxMDvBJLwmMTKaSIGUCrA6z8lqa8Po9B+Zw34j/9P6mflPo+nv+Z9x5qs4
UjmvfLV3a3DqACx+t2Tio/2Oans3JIyMTyp2WujQBfmvaadM/wDziU9tJsw/N4vtvsNBAzfw
levv/av986iUv3X+d+h4Pb6YLOdXKc0r8YObScLDSJJ8tqL6cPKgdaAFW6cR2pmDLGQW+M+5
6x5ce0h4IhEXp8QgGwH0ZiZ4UG8ZLfYn5I6olr5p8vJG/Jrm+jh4dysoZD+vOdyisgcsnig+
wrDUINX07zkkMgb6hqs0QKmu0YQr+IOa7UxEsU6TjuMxbz3ULYNFexmtGD7jxI5DObybQdzA
7hmWh1n0CyNKt9XVf9khIBzK01SxfBpmamlWgIn13WokqvL0pox4ULVzAw/VIN2WR2KraMLT
zO8QNFnIcHxqp/rkDtlYzHFBL/PeppZabeSu1JFUrCncnoKfM0zG1eQRie9u0kLIfFHna5hs
Ws/LttJ6ht5Hu9cmB/vbuf45KnvwHwjOZySs0HpcUdrfDf8Azk15rTTdF0XyhDMfretyfpzW
Igd1gVilojf6zBnA9hm67JwGR408VG3x3pT/AFiaVx1VgCTnRZI8IYifFu/Qn/nC3UYYfzAG
jStSPzXpOpaUVJ2MyxC7gHz5QGmVaPLWcDvcPtGF4eLuL9SfJd+IXCs4Xiuz+DL0zu9HkeM1
cGJf85J2EmpflT57jgHPjb2t7Ud0imRm/A5oParfFbsvZ+VZA/A/UtCn1LVbbTIFrc6hei2Q
HahdqH7hU5y+hNvU6jZ9c2NkmieXLu/U8LnUni0nSx4RpSMBfntnV6QbW6HObL6KsdPj0/8A
LuLRbdSsmrSpCw6FhFtv82rmVx2HAkN0p/5yM0y3sLr8vvLkji3g07QFjFQTQu1vHUAAmtXP
bM/sX/GLdd2rL9wmn/OM/lxrfzw2qT2jWVytvLJJACvosWjmpPEq/ZEwIdh/NU0Fc2nbuWzE
Op7LhzL6t/KSNT5m8yTsd7h7lv8AgSK5qNPKju7fIDSr+X00E/5oeZy/2wjeoadd9svxyBkW
uYoBlWk2sc3mfzYW6XEDgg9xX+GVUCSWdvK/yzsYo9Q/MCw41Ek8nJSdiofIuVL6WG6rpENw
fzl0+NQUuhbyovcFlG+U6ggUWvCehfBnlGK0h8+3VnBIPWvtNura5jUCvq2xEi+pTo37s08R
m/z+vTX5Oow+jUUwn/nI/S3j/MOw1tATD5o0fTr5j/xdFGbWav0wjPOdXGpkvofZ8xwUyz/n
HPXho3ma+tbnm+l6nZFNVtY/tMkbgrIo/niJ5L9I75qZavwJDuJdll0/ixPeH6Z+Q9Tk07UY
LQzpNC5VreeM1SaNt0kQ+DD+mdh2dmsA97yOtxvqKzAjnuYD9i+UXEO/cLxcD6KHLe08XHB1
+KVFPYImTT+H7Y2ofnmsx4zHGAynLiLxr83/ADG1rF5/8v8ArKi3vlmz9BCaVmacq4+mM/hm
28Qg8PeA0YsRPq835q/mEWHLt6qhqexFR+vN9gjUA1ZJgl61/wA47WI07SL2+iXjPcLK7vTY
B3RFUfQjH6cwtR6pU5uLaL6Wi1W5Sis9PmcEcQpjkmU1t9ZmhFRKQSKUwnHQaDMvojyPefpT
ypbzUAP1iaJgBtWpH8czsH0ONPaSheW5SG0Uih+rTx/8IwwHm5Ed2N2FJbcxVoZo+K17PSqn
7xmVgmQymN0q09uF5eLQqCeRTwpQ/hmLqRfE3AbAsz4+tpl/EvxHh6iD5EH+GYW5wkMeU7VN
LlLrG3LdGP8AwwB/rkI7gFcgNl8x/wDOUyx3L6FI3FL7TPUibehltLlRLEw8eDoyn+3N1pzR
Drpx9L4zhcRzcnJEbKUmC9eJzYSjcWiOxesaNqVvdJpEVyFF7ZxulhcK1Fnhc1eFj/Op3T2q
M5LU45aTP4gGx5vSaeX5jBwE7h5z+belWWsLqNHDRafZQwn4SKzSSM4/2Q9/fMXWanxMoIdj
2fiOLHUnzPp3kuy8oeS9Y/M3X7L17XTNUktvKOmTMFNxf3I9OKSOM7sE9MlaigNW/ZweIckx
AfFyZkCL5pur/VNavLuS6uFu9R1Ui61aVa8fSRj6NtGTUiPlUj+Ygse2bI+iNBpiO/m/XTQN
G/LbTPIv5c3+q+Y9Q86+WNE8vW72mu28aST38oQMmnhY6BVhc+nwarUHFj1za6HUmAIG4b8E
sko0Njf2JR5hXUvMlxZa35oU6fpNrLFdaJo4ZCLOFgGa4umFFaURmg/ZTou++b7R4TlFluyz
jijQ5oOPyJM2i/mHrFl5qvfLWlTXl1qd7Z3DRvpwgB9SqwyIwj9YrQlCC22bszjjlED4uDPO
eHfms0jVfMGseULTV9dlhgsEie50PRLaIQRIEUxpcSKSSX3IWp28MnKJNyPV0uaYnkoPVNJ0
tpYvLMTIGAs4WHIVAWnJqj9eZMCOB1WedEpXptvF5s/Mi+vJgBpdpI006qKKsFtsqj2JGwyu
RMY0Du3QPBjTzzNfjXPMlqqSFvWloUHRUXp9FBlGOx8GXDwQvqmuu2fr+fJLRSRHo2nW6ENs
ATHyplmDJxjicfCTHH73ifmzSbXWfMzWF8kv1ceWeMPoheXrM8roPj2pWhPenTMXUCUp7B2G
CRjj271fypcW0un+U9euJBbwKlxoWuzUpHBMwVUmk8FJRanwOZPFGMAerPHIxnRY7BPLp/mP
VL7yje2WtaXeXX1HUkWRpLb1owHSrJQqy8jxde3jlGQ+LCou5xEHm9GvtT1PV/IfmDV7jzXH
+WGs+W7Ge1tdeuv9Ls7CZ6gfWFkQho52YKHA5JyBFemef9rH99R6OVORiKiLt+Uum2mmajoC
WbxyR6taXIuoLiJuUZgWN0uEJNPiQhZEYDfcHtmrFCVlEzIcn2r+SWvDU9JtJFm9b67bRyT1
6rcoOE6t4HmK/IjN12dKwYllrN4Cb6E1byto/ne8TUkuotI87rCkF1PMeFrqyxgLB9YkH93M
qjiJOjgANQiua7tHsyX1QadLquA0eTCbS0vbSTUbC7jnt/0d6en/AFWUcWjdDzl28KnbHsTS
ni4j0dZ21qBXDHqmtrS2YOoBoSQc6LJctnQYzwvpf8h9WWbzFcoWX6/cQJa2aHsrMZbiQf6s
cf3kZgzhwFunLij5PqXUpAgkatK8TXwBJP8ADNdl2tvwjkkcJMejpUUNxK7n/Vrt9+GJrD72
2W+RiGqOCtsOVQZeZ+Qcdf8AgcuwCqSeZT2YelDEjHdY/VkHi0nxfxzOySthGk20aItHETuP
0cK/TyP8cpJtpkk/5ySix/J3zuwYLXS0twf+MjRx/wDG2Txi+Tizu34ZfmVDBdNqNk7GP6wG
a1etOMg+yRmz4OIU0RJBsPmmK9TWxcWGrPHBrdvKLaZnYJHdCn7tyx2WQ0oGOzdDvnPa7RHG
eKPJ6DSajjFSftj+U9/ej/n4R+fulGYnT38lWV2sDb8ZVtvLsfJT1AIO477Zj9lZSfR0q/tc
fUwHgRl1v9b8S/8AG3mz6yJ/0oeYB/delH6fUfsccr/lLNd27n8pj5U//9T6V/8AOPeqSX/n
fUUdto9CuCi12/3ptQdswdJDhl8HY6yVx+L5G1Xy7LYf842R2Fuj3Dy/maJ+CfaodGKEH7sz
MOp/wyz/AKnX+ycGeCoUO+3zpFoN87SH6lcMIhylpGx4j32zbHWRHMuN+VkeSg0ZtnPBD3FD
2PvlwnGYaJRlApjZSyxv6isVJGY+aAkKbcZL3T8vPM19oes6TrEDhpdOmW4iVjsWUEb/AH5o
NXgERY6OdgnZovvD8k9Sa+svNVuz+p9YhhumY71YllY+5Nc0cofuphzcu04ssdFdIyRX1RES
T/wJ/VnL5PpIdnjKaeUaS6PcWzNvbXM8Ne67gqfoy/QHixEdzTqdpobSR6PmG6iZeBuIHfj4
MrfGv35iQjWYjvbZyvGFutRlNQ068U8XVzE5HtuuV6kVIFlj3DyH8zdbiteVzM4MFgpl41qG
ddkB+b/qzR9oZxdO00WF8j2djJrlxd6jeTcTcycRI2y/Gau59gKk5p4jiPvd0aD8qvzi80t5
088eY9fiY/Urq7aDRo67JY2v7m3A+aLy+nO10MBjiB3fewnE8PvY/plu1vpjXB+F3+KvvmVl
lbXCNPpb/nHTX5NH/MDyRqKy+nLZ67YXAI68TOsMg+lJDmBGRx5oy82WePFhlHyfsxahdP1S
6RHPpC4mhdOlHjcj9QzuNJPYPF6iBIek+ZPLw8y+WL3RqiT9PaVdWETdi8kRMYP+yph7V0w1
GEgc6cfQZfByA+b8Q9C8otF+Ys0VxCyy6DHdTMrCnGZj6CAg91Yt92cR2ZA3R6Pb6uY4LHV6
Vf2vq+aPJ+hIxe307neOv8zxioqP9YjOqgOCLz2Tcvqe1skvPMnlXQo46w2oi+sr3LD4mP35
OIvk4UpUEp/P3TbbWfzK0aC49Q26w2ltOsSO7iNrtTVBF+8qPT/Y+Lwzd9kRqci6ntKdwAZf
+SENvH5h1x4GuXigSW2he9VluSIUjSs3Ms3I8j9o18ch2tkJzAeTHs6FYyfN67+WlLbXda+K
vF7s0p2YZjYju5+QbIb8ulWL8wvMsx2LgqPHcjJYfqa8o9Ien6NDw8w6mGUV4zBmHgTtXLxE
UWni3p4z5HAj8+ec7M/AssktK+JocxiLDl9FM2H+5j8w2PS405K+BMe+VZfpY46E35w2ht7T
84/K9okISaXUbyOacUAMdwZl4HfepYHptm/werSn3OqzenUfFPf+ckvLyjyp+U/mADeSfVNF
kc9miZLpAfoZiM4HtCHN7nsyW7xr8m2YeaSaE0tZxy8emcl2jfAPe9RDkfc/XjzZpsOk2fk3
zJZQfV4r+0g+smMAIs/poxNB/MDWnjnXdlZKhH3PD5/VKQe9RzlYPLl9WilU5mnVH+Fq/Qc6
LOLi6mPMhnlB6AANeTqua2QPCgGy+Ifz3v3u/PnmKGOT/eazji28UjSMD6C+TiLyuXj2xPkD
81RJGZ+GzQBB9AAGddp4/u3TzPqfWH5E6PaT+SrcyIVcpA6upoQH5V+dc0GomYzLuscPSLev
al5WuFJNjRoyBwbwr4jGOoIG7XPHfJCDybqPEH9JwljSqGNgPoNcnHUEjk0Tx095/K6Cey8u
32nXJBks75nUjpxkCsP1HNlpTcXDzRosk1CMSRWrj9mWSP6GJH8cerZDZ5/pdEYRvUBW4OO4
oaA/RluORunImNlG7iEWv3AC0FyoYj3daVH05Xk+osgbiGR6E/qK8bmtY2G/uN8xsQ2IRkvZ
fpg4KRXfZgfdGofwbIQj6UZDu8K/5ye0D6/5f8veZIq+rp0kljdkDYxTDlHX5Op+/NtpCDIW
4WTYF8LtH6VeSk775t/CsuGJBkWgpeXzpa2sAmLEvCXFUQR7vKx7LGNyc0fa+SGOFHd23ZmO
U52DQS7zvqtppWnfV9SgeGweslnbymmo6rLxJ+sGKpMMIGys1KDpVjnJwjxG3qge98geedZ1
XzP5Zj+vT8rWx1O91DUo4WpHbxQ21vCkcadFCoeC96sT1rmxxREJebGVnd5r5K07UrXVNBuL
fRX8xas+p2d7LoMMDTtdyCVZFsxEgJZfRXgR03Ndq5Zll0Y1cX6vebovK9t+ZvmHU1tbfy1o
vlny/c6jb6MqR2kKXFxGsTRrCpEfqwmVg3AdQMyuzoTEDIG7P2OXiAjgiDzeOapea75s0rSb
LU4hZaZLaxRTRK7Ge5igHFGk6cQVA5Dv8s7PS5rFAU6zUZCTsrxr5q1nQLHyvqmqC60bUdXV
9HsVj4zyIp4h7qUkmVIwCUU7V3NaDM7FAyNuJlnwiz0ei+dlS10k2lsvGJTDZWqDYcEIXYe+
bWYqNOpwHikS9Ka8bRtLa4hkEcyWYtYT3q6cW/DIGIkN3EkBKfxY9pAby75XurpvgvdbYNU9
RAp+AD/WNTlGXcuZD1Gu5C+V2mvtTudTuX9SSBSedP222ptt0yWIcIoJ1PKmTWLNPd6xfliX
u5VhjZjvxRQnXLLA6OKY0AGNtYJea5rN6ilpNI+pJxrU+msIL1+h65RH1xJHe2wycNebHNO0
9dI1/wA1eUpqfo/zBENV0avQTRirBfmNsiYi/e3ylxAS7nkN3Lf+UfNMl3pdrHPYarwF9psx
ISVQagqV3RkNeJHjQ7ZrTmOGRAdxgImAXtOn+YPL+v8AlrzTZ67pHp6TrGmjTb/Srp+a3Upc
KoqtOvw13BAFc5HtzKM0wYii7PDDiNW+Yfzv8l3mg/mnovmTVr3RTpfm+zhvPL1losa25sLH
T0W3EE9swBDKp3c7SitOmaMWYjzY4zZIF7PPdD1Rvy6816mljIJNB1d47yx9NOXBpfg5Ba1K
bcWHWgBG4y7T6k4yJA8m8QE4mBemee/zL13TrbQ/MmiWaXMHL6lrkXqUQLJRoZQ1KFSRSvuM
6GecTgJx5dXGwaWMZHHL4PavK3m0/mT5cGvW8YuP0WkcdxcxcQI0B4fV5TXkzq3xLt9mvYZH
BkEZ2ORdN2vpOEWOYRc6kRcwTyHYZndXnrIfRv8AzjDpP1vW/M2vzAldKtI7K2c9PUumLP8A
SET8cxdTQLfGR4KfUertz9UDpU0H+qoH6zmpybxJcvCl9+fQ023QfaZFPyAHb6ckR6AGUTci
WJSRCS60yF6gSSRhx7bsctgPUGznFPtVk/vjsPE+57fRl2Q0GEebJtIi420lesdlEn3rWn45
EbtEufxecf8AOSuoDS/yV80SlqfWDZwqf9e4j/gMycI3DjT5l+KP5gQG6f6zbjmivWVa7qW6
fQexzZgU4o5vnbzH5fiknNwo9K4dPTc0+2h6qw7jKsuMSFORjyGJu37TflY+oD/n4T+ecUs4
l09vIlq9rEUHKNhD5dDBXpWhJJIr13zRdnacDDHJ32Pt/Y5WbMTHg7jf4+b8X/Tg4et/hexq
B9v6zNw8fs88o/kfJz6Ox/lSNP8A/9X33/zi1fWdz+YusRwz85k8uXJMX+SLuzBP3kZXjxyi
d3M1EgY/FgtvaWF/+R0cWj3f6QQ+ew3NupkGmUKivelDmtM5Q1FyG/D+lyRCJNBZ5Rh1vSrw
TxBY2H7uWKVOqnqCCN65havU27DBp+9DecPyj8razqU2sNcy6XPqBDzW0JVYuZ+0VWm1cnpe
1smOPC0ajQQmbeL+dvypk8r2yanp19Ld2LD9/HOoDJU0BBHUZudH2p4x4ZOt1Gg8MWEP5MtJ
tQurbT4QPrE7BI6njt8zktd6YktOCPqfb/5FLd6R5t1DRrvkPrGmTxNGenKFkkBB+Vc0APFC
Xuc7MKr3vblgAgKsK+lLKgr4ByR+vOWyRpz8cl/l39zd6xbLsHmWUL2+KPf9WDQnhMgupF0V
SVAnmOznpQSCROQ/mZP7MjP++tB/u0PrlxHFHNM7LSFhIpPdgKAD6TmHrMwjElu08CSA+GPz
h8yvqV7Fo1o/2pBJcBTuABRFNPbc/POPy5Tlk9XpcIhG3h350ecYfJX5X3EFrIbfW/MNu+j6
QVNGrcL/AKZcDw9KD4R/lOMz9Bh45juDOMeOT8stQT1biKKLolEUDw6DOqgOEWjJudmT6wq6
fpMCKeLSEUX2A/rkYy4ywl6U88k6lPDeWstk5juoA0tsV6iWP40/4YDKc8SCCpNxp+51reTa
xb2PmqCYtp3miysdYtx0AN7bpLIB4UcsM6vQy44AvJZdiR3Ponypby3WiWDLKxeIKyMTuCpq
CPlm9hG406qdCT5N/OP8kbPRPMHmH8wdCiPo+aWR9Wt+1rdqXd+PgkrNyXwNR4ZzmfRDDlMh
yJd7p9WcmMQlzHL3Pl/ynpX13zxczToXNpboqE9ucg5fguW5COTGT6N8kwPeee21EbJa1ao3
FW2FcydPHq6/UcnnP5qajdR/mw16TLLaafHax/V4SebSt9alHEqQQSKCozpOzMexLoO0JHYP
UfyaEcl1q+oQKgS8nlK+maqS7BS24BqeG9R1zV9qxvUe5zOz41h970fyfI1vrGtEk8w8gZu9
GrmFjuy7AjYIfyNKYvO2st1EkrAE/KuZOOgWvJye22amO+1KYJRuLEN4Bj3zJr0uKaJD568s
Sgfmd5iUmnqVbbryp1zDvdyT9LIENda83Rk7zWMisPcJtlWQ7FGLcvy/1xJLD80ZdWk5BNG1
vTprRwKhY5pTHOv01Bzf6A8Wm+DrdZQzvd/zs0w65+RV7Ki8pvI/nXTtQQjqsF8stnMfYfGm
cT2iDwyey7MlU4+YfMH5UWIt/MiBakPDP+ArnD66W3xevjH0l+z1xPa3Hkv8v9KvIFntdZnt
Y3cipX6tamdQD2LsgWvhXOs7GkJU8BqgYzl3vX9Vs4v0XbwhQXjiVQ1KHpvQDOvygGIDqYSI
Kb6Y4urWyYD4m4lx7p8J/EZqZw9dMt3wn50RtS/MXzo0jcybt0Kn+QXcYH4LlmCA8RytxjAf
Nn5s2cnqTyivB24SD9WdhjjWN1BPqfT/AORtz6Xke0I3ZreFeu44lxnMamhlId7jNwD0641O
+SojuH36ivbERBYTkQEJb6jqKyB/rBBXcGtfuGWeGKoOLxd73D8tNUkvP05FMQZPSjlAAoKj
kM2GjBAcbPRILNIH+s6W0wPJopy1fDeuWTHVlE0fgwcwejqV1ERRZJXCnpSpJGMTRcnYxW6o
hGp2cu/7+2BHjyTBmNSCw3iUz07lBcc6ViR6Sewc7H8cxsf1FEz6U2hh9Imo4hZijAdg9V/i
MNGJoMJGwGMfmdp66n5B1qykWvrCIo38jrIpBzKwTMTbTMcT8/8AzD5cfTYnJIJLFT0J99vH
Nzi1PE4Ph8LPPKGs6b5R8j+bfMPFF1CG1a5mWVVJSxgDLBHGTsPUkVnavWgzju18plk4Rzel
7NxXEHo+Xrfy3q3nu08y+beU13P9Yjtbudj6kheSP1pPiJqd2CjwVcwJT8IgO7jAEfc8ktfK
7av5SvNGjRYbjWJru6g5jlzNky8lBG5qFJI9sy+P94jhqO7Mv+cTL+403829E+o6YNQ1DWtL
1fSlnkcqtkxi5S3UgAqyosRBUEEhuuXzAN+bRlJ4Qe4vqDVPJtt5i1NbS5i9eG8vDJfXj/Ez
WdgecrEtUj1ZjQ/LMrS5BGgOjkzzTkLLC5JBrvmW5ghqtqzm1hK7COCPZm29s7nR4zHGO912
QVuXoflWwtrrXr/WONbDy1bGCxX9n1XHEAe4AzY4rsOq1c/TXVK/Mx+sanoGlEc3e5SRjXp8
VSKd6k5l5Jd7RgHpJLN72L9J38Gl8qW9v+8vGHQAbtv8tsnQ4XFF7nql2sXa6vfRWyUS0sEq
3HoQuyinbbbNZkMuM052GIA80RpwlsNAFzJVpruv1b/JjBIQD2FcvxRoW05zcmR6XatDbQxK
KyqnIqe8sp4oPvauTkSIuPM2WD+T9TV/PHmOKRq2WuNI1oT9lhbsbcj3+FMx9NM7jvZ5YXjB
7lT8wbWS1Gi63bKRceV7kK0gG727NQ8vHtl4jXvTgnxbPO/ONoZprW+hUmzEvrxqoFFSajE1
9jmr7SxcI43a6DLuYl6T5K0vTNaju9Ou7Tj9VWC/4hifUI/dzODtSoINOgpnKamO2+7sOMwl
YL5r/wCcwbvTdP8AP/kbQx5fa08w6fpbG7821jEeq6bKp+qRNGgB52rh15N2NBtmgMasOXpT
cjLoenm+f9dv/S0Lyzdekt1qNhoNvyhpy9We4umjtlPzqp+QzFwi797mZJcPvTHRo4bSxsPL
vmHWfS8u/ubHW7+VGmYmSRmZ0AqSQ+yAD8Bmy0erIuP8JZ8AkAecg98/K7Q/0FPourRSyR6b
qmpNYahYxj905MBYTlRsXBYrXLMUpyo3tbR2lKEuLH14bexBbWSFPUkpIaD59s6OVjd89FXz
fXH/ADjtaw2PlnX/AETV5tRR5T2HGEBR+vMLPOxZcgRqg9hv1LLLQU+ED5lySf4ZgTA4Q5GM
7oHVh6remn93aoqGndqdMnIJgWPiJpNWsEp8MReQ/JFpk4bzbjtFG3yM8qW43Y0Mg936A/Rh
zyHJjE8yzVl+r6dqcq7cQkanwA4rlgFAuJKVyD5z/wCcxtag038jQZz8OpaxptuN9/ikZuXy
HHfJDJwkMIwsl+Nmt6ncRytFHN6VxDUQMQGR17pIDsQc24qrcMRYPdNbaiQLmT9G3JNAJAXg
J8Vdd1+RGRkdmXDT9ivyxsrmL/nPL87L1lra3Pkq1CPUGjLDoIp4ivE5qNB/icPefvLfl+sv
x8/QsnofV+HelKH9XXNx/DTXT//W9Y/84YSSv+cnmIvIWU+ULwhT0/3vsMz88OHGPf8AraxM
yn5MC0DUZdO/5xvjukY81/M7jWtP+lMD/DMDNgE9bw/7X/vm7BkMYX5/oZJ5I/M6AajEvmBZ
pbIp6frqObK5+ySOtPHNP2j2cY7h3+k1QkKL3DVPLmn6qUvbbVfRe6CtZGY1iau4AI6VzRA8
INuaY8R2S/8AM+xm0r8vPW1Wz+s3BP1eY2ymRVBB4sxA2G3XMns8nxQ06uI4C+M9OuB6q+hy
idGBDV3BHgRnYTgJx3ecvglb7I/IfXp5fOmjrdzes1wGtndt2Pqxso3+dM0ssIhIjvcuc+KF
vrC4iMU1wjU4iZ6/IhTnGZ41I+9z8RtB2JWHV0ZelygVqe1RvlOH05Pe25hcVO/mEd/byUNI
7lGA70b4W+45Xlyeq1jvGnnf5j+Y7TR9P1C8kbibQtFbo5p6ktOv0VpnP9rZuYDtezsPEbL4
c0mGTzBqk91cuHe7lLz3DGgWIGrmvix2+WabFF6KZoUHwV+fH5gL5186XQsJOXl3y6r6X5fW
tQyRtWe427zSAn/VC51Wg0/DEIjQj5vEtF05tTvWZeiAmvYE7DNhmkIhpui358kEc0FmDT01
Wo+e+Ojje7j5JUN13kmZrXU7GStVLGoGHVQsLA7P3W/KdDP+TX5RpyL10ENI56/BczqF/wBi
Ns6HsyNYYvMauxll731P5Hl9G2ktSQPRYr8vDN9glwjd1OcepEebX02W2uNOvoPrNrqMRhuI
B+0rb7HsR1B7HMPVES2cjTyMXwLL5Xbyv5y8yxzqaW5VobmlBLAylopF+YO/vXNTIESou0Mh
KNvUPyssvUl1G+IojOqhqb065ssEaG7q9ROy8M883drcecPOD3FtJdx2c9ubm0RghntzZssi
qxB+IepyAHhnS9lkGDz3aBqT1f8AIZYl0GCWGQPEkiqHoOjNKe2x69e+abXAnUF2ujH7kPQ9
N/0bWNcPHqGo3zOYXBwlyQdko8pziPzJLO1D6k5Bp18MsgaLLLyfQcLlG1CQrSsAA+/Mvi9L
idXzNpswt/zPvnpx9UrU+x2OYgO9t9+lkvrL/irXIwaCW3dQB7oeuU5TzbMQN2/NH805J9N8
66vYiFZLW8Yu1D8Xqx0ZNidh2qN60ze9jS48JDqu0/TmFvqG4tBrn5P/AJu2SD1GvvJ66xbK
dyZbNobpSPlxOcz2lgMuMB6fs/Lvj+D5G/K4hPM0avSskNyFUd/g5fwzzftAERe7jG4l+skK
3Wo/lh5IvoIi7aPdWV5KRWqRLG8Tvt1A5Cub/sLNZFvC6+PDOTLPOH5hQaRY+XJriZ4jfXtv
a29FLM0zk/DQdRRTX2zts2YRp1mnwGV+T2Dy/cK0kJQgwXlJ4K/ssQKr92+HLCwCHHkOb8sP
zF/M78w/LXnrzVrukeQ1uPLqajdQ3kV1aNdm4hE7AyyTRyLOgJFVMagKOxzG0mGU8mztDGEc
YssDk876R+Ydjd3Wlo8JiQz6j5fuJRNPZqG4me2nAX6xb8jxJIDxnaRRsT1uGZjHhk6bJh9V
h9L/APOP+owX2ljRfWVJI1kgiU95E/eqtfFkD0+Wc92lCslh2enkOF9HJoCs3+kyrGo3pTem
YMZGmw0Uzj8taTPGFikKTA/3gNa/MZPHmLUcQKd+UbWXRvMSQhy1tqEUkDOdhzpyT8Rm10eT
iLh5sfC9A8oy/W9N1W3qCYbgpUeNO/3ZmyAMS489iEp1m3dLuVuPxOEcHwqB/TMTJ0pysRsI
LVf30WkXYHxK5STtTxy3KeKIKcexITDTwDKQ3xK68T702P4ZSbjK2MuSzSLid9Y8zaFeVM1i
0V3p8x6y2s68kb5qylTmRIWdmq9mvzGBh8heZiG9NjYyOjnsQQw/VlmMbgMLsPzgvL24uWea
eUyVqxBPc982sQBycUztjHmrUFuvLnmHRbQgfp7RILd7dSQRc20j1Q+IZDy2zk+0cNZOI970
vZmUHHXkw/8ALPzjfeV20mBbr6tb6rLcLfK55RlpIlioV8VcUPzzBz4gTYdrE8QAefWqtP5U
0+a3na3vdOvrvkEO6Vldgw9mqa/IjMnLiOPJvyIRinxQ8wX0p/ziX+X6ae35j/mhNEEjtLUa
BoNsV+D67e0kunjbuBGFA8OVMuuouHqZ8WSMB7y958xQReW/JuqasE4XWoj9H6ex6mOP7bCv
jIScyNDHjyhuEjI13PnnT400bTp794xFfaqD9Xt6ktHD4knf4zvnd4cwJ26MMvcXsWjWB0Xy
jZQy1S61FvrV5UfFV/iFfkKZnac2bdFqZXNjqNaa15wl1RLaO0t9Esh+7QsUaevEOak0J6kZ
dC7om1max13puZY9P0m6vZZgs16zH1O4jXrXwqctzZqFBphCykFiHmgURIRdarIFKN1Velfo
G+YQhxOXYAtl11MgdbcUENvEscanaqpSv3nGc+DYNHmjJb+Swt2ugw9SLh6PvcS/DEP9iCW+
jLJS9NNBFl41yfTLXT9Vt1Jn0ScXL0728srq/wCrK8caFhyAL2e2anFa6ppJeRxPHfQrUDcG
ORag/jl0sm7ixiYSec6bp7X+kXGl3QAl01nt5Fev2K1U+9Ccw9VLjxkOdjPBkEujJvy7b0de
0WSVaCVptMu1PhKvH9YGclqOruchEosG/wCc2/IUuseVfy5882sSm/8ALd7c6DqjgbGK6QvC
WI6UkjI/2Wc7qDRbtFOpGPfu+IYdFuNXu5rmKB30/wAvtpkAkFQopZuYlFep5VYZikiENurn
cfFN9HaP5A07T9C0n9LIJL+4uRqF060arhOEQBPQRq4PjUZn9nabx8Zo7ut1nap0mWwLZYJ7
bTo7C3sohHaaZMr2qDZjxJ3J/matSeudGOzgcYgNqLzX8rS8aeSW/EClM+o+nB9uhU1UHx65
sjiFU6uJBNvu/wD5xnuhqHkLU7xRR7jWZlavhHFGo/Wc1Gtjw7Owxyvd6n52vrjTtLgt7Ef7
k9d1CDTtPPdWlIDPT/IRScxJi6b8ZTC+jWFUgWrcTux6k9ST92R/iZRKWadGrarNKw+G2tqk
n3NSPpw4z6izn9IVrOFp71HcFmmlBb765XIkyCSainnme5/Rvle/u2+AepHVj0HKQDMm9nDJ
uT4p/wCc1NZt7zyZ+XXlSRwRqCy6ndRHrwWH0o2/4KQn6MthHiNHoi6svyhuBLdwz2N3VNQs
WMLt0LBfsP8ASM2GAgxacsQDYQWkRvLI9tdQerTYMwHbGcqQH7Iflsk6f85xfnETE/1ebyZb
OJ/2OQj0NePz2rmo7PkPysB7/vLdmG9vzc+qXvLl+hrr6xx/318Xj1za+LC+bHwpv//X9Zf8
4UcW/NXXnU1r5Tu6n/o+sM2mtrgHvcfEN3nSwun/ADjUqcQD/wArOrT/ALc2YJkPz9/7X/vn
IhH938f0PPtGicgSKwZFIrTfp44NXkEhTmYARu+gtJ1+8MNjE1w8lvbhTHCTsDnL6jADbu8G
Td9AeW9bPmHT7zTtRRbiGRCksbioKMKEEHNMZHFNz5xEovg3XtKHl/zdr2kREGOyunWH/UJ5
L9wOdxpcviYgXlNZDhnT238obyey8zaVesrottfWjhiCPh9Va/rzWanNEZBu3Ysd4y/Q/Uoq
3dwoFKyV/AjOW1sT4hHm5GmJoFKIoAt9bmlCEk+8EHMEDdy8hsJL5gdobiGVV5FJl28eQP8A
EDNdnmYkltwxMhQfFf50eY5dV1VNFgm/cWtTOa7Fyaux/HOX1U/EndvT6LHwRfMv5t+b/wDA
3kH6hYTfV9f83xtBasn24bGlJZfEEjYe5zI0WDxJ30DlVZfndfsRQr0Y8FUdAozrsMaDXKXe
zzyPYkRSzFKeo1Fb2GYmqluAGoPMvPU3r69cUNVRuI/Vmz0IqDh5zZTTygAl5ac+gfY4dSNk
4waful+QN3Hffkn5GuQeSaVY6rauR2+r3sh/ASDNz2SeLCPK3n9f6cxD32x8y2fl230jU72Z
Y7DzNdx25lLbxSwQtzB8akAnNoJ18XVziZEqP5nas2hadpOs2ciXETatZQbmqSw3MnpuAfGh
qD7ZRqTwyBbsA4gR5MR/NDQ4msLXWIUVnEMljcOOpH97FX5AsMo1WOiJMtPmJuJSP8uoxa6N
KzDqXkY+IAzIxnZxsnN8ceb9VWDz55pgiac6jfyr9RWGpC+nbQcuY2FCSKVIzpOyB+7dH2l9
T6K/I2ExeTp5AERluFkpGSwBbkxox67nNPqzxaiRdtpY1gD0bUX9CfU7kAAyKKn3zHzc22Bs
sO8syk6qkpIJ+tAn6crgOrfkO1PptqG0nkX/AHYoBp9+ZXMOK+WXlWL8zpUJpygVqe4amY1g
N4HpT2aQJ5wumDU5xU+8ZTLduxvhD8+IIbXzVelYud5cyQmzPp80FQhlLsASgC/tbb5tuwZ/
UHX9rwsgvpP8nLf9L6Pa6S9JE8w+UL7TCD3MtlLEv/DAZja/GDOY77c3RZfTA9z4g8hq1v5v
0dHIVxI0cnzMLKR9+eTdoigX0vD6oP2N/KoC+/LfTYQOfqWUsRTxPFqKPpzK7Ky7RI6PGdqR
rJJ5D+dN1Cmj+Vr23ZbiC3v4ZOcZqRIsThwKdwTTO6zniES4WhOxD6D/ACy8wXHmDSvJ8sUo
dLudzujKzRRxMWJ5eHTNliPiRAdfqI8MiXzV52t7MHXJEl/dPeFY7lKOoPqsSDxr+vLez8VZ
E6iV43wF+ZNrNo+vReY/Kdx+ivMNtLVp7YKgmNKMSCCpZl+Fqgh1PFwR06WWISDgYsxBro9/
/wCcZfNGu+ZdY1jXv8LHQtM0yH0L3UY5KWdzfkfu0t7aSskboCzNRmRRsDvTOe1w6F2ePd9c
y+ZNTLFJJKoTvt2zBjAU2pvp2suCpD0Pz65CcduSwL0u11SSRYZoSpngaOaM/wCXGQ38KYNN
lMMgtGaNhmfkBZobnXUmHGO7ZJoQdj9t/wCBGbvFmjMkB12eJADJdXtRI6NT4mUqD7g1XKcw
TglzYjqoEengsrAtIpT2cGhH0jG/S3R3kibNyjwS7cTxJH+S4ofxGJ6FZDmo65dQ6F558oX7
EJDrNtcaVNIT1qyyRV+TVH05lcgHGFkELPzcEknkbW7eDaS9gEMR8GdgBtllgESLGESbD4Hu
vJOroj1jINOwJGZB1eM9WuWnkGBXGiMk8kNxCWZqxsT9pe9VJ6EHxzH1enGoh6ebfo9SdPPf
k8g836Ff6cKwxC5tTLUzxpwlSdhSoHZiKVU9euc7ISieGQ3esw5oyjxDkw/SoL+21O7iZWMd
zG1xPEwovB/t8fcSLyHzIzJyzE8AvnFjAGObbkX6peUvL48j/k7+XHlRYF/TGtxnV78Cq/6V
ekSBiB14h1WntmPkn6Yx+Lg4fXmyT6Db5Jd+bkOn28ujaRfVfTNAtVM8SUrLLStDXsW6+2bX
s+JBvq2YJGQMu9866Rpl35s83WcEg5rNJ606/wAkEe52HQADOlx5fDiD3sssxwl6z5w1CCxV
HmRZoUFFg5FQw7DkNx26ZvMZ/d7bF0cYmUtnnvl2FzaCPlS41ib6xcMf2LdNh9+5y2EqG7OY
J6IDzFfSX95Dp1uP9GUhWUDb01Pwj6TleMGRtsoRiyfy7CZXudQYj0LRTb2hO3xDZ3/gMvnU
I20S32Voyup3pmUhrWAkEA1LcD3Huema+O8t2c/SERrcckmqabpaf8eEMmoX5A6zzrwjWn+Q
tcyatxoy2tid1ZlILeEKPSu9MlinHbhLNIKn5Eg5bjgACWyM7knH5e6g11pE+jXDFp9LrHFy
6sgJoPo6ZRM2K7mWeABtMrWAWvmJWaiwajHxkHQc0+En50OYkpiyO8M/qh7k0RW0/wAy39qt
tFaqZra/t1jBAqqgFlqSRy3J985fVY+El22nPHjBew/mh5XTz7+XP5geU+JaXVNKXVNJ4VDr
dW6i5iZCOh5x0+nOc1F7pgRGUZX1p+VP5c63Lo+o62mqo0+i+a7S3t9R9R+Jtry2q8Fwi9j8
VV7EFlOYWb1Q2dyBUge59S+YdTi1HRtE1C2RVjSCKzu2UULzRJxik6AAPGBv4gg75sPZ/V+F
IwPe6TtrRmY4ovNrm6cMQxII6g7fRneYjx7h4qYMTRYrqOoNvxPQ5nDECLaPE3fev/OG2rfW
fKXmPTZGFLHVua770niVtx78c0PakSJjudnpZXF7z5j1O3vvzW8jeWlKt+jLa81W6X+WRoyk
I+6pzWFy42I2ym/TncBQNlB392NP1VyI5ktkeSXaWEefUlYN+8oZG7BFPT6TlUTzbMgqmQaR
af6TE7r8RLScf5VGwH45PFG5NWWdRp57/wA5Daw2h/lhqM0P99dXtnbwnwJk5Ej5BTmWS4+M
El+cP/ORXmv/ABp5qsZrOWtpoWj2On2hFCOSxCSY/S7EfRmTjx3Etc5UXzS3l6G/m+tMfSlY
BJ2H7QHTDxcG7ZGPE+gfys/5xzm806b/AIhuLr6lpjOyWW3KSbifiYDoF7DxzUa3tHg2DmYN
KDzfpd5Rs9Ntvzn84zw26jUtS0qOa8uaDkVjSxiVSfCijMLsqZMq6AH72WpiBgB7z+t8J/4u
svVA/Rdr6u9H4inbtj4E+Hm7Pihb/9D0n/zgbcmb80vMKlgaeUrs/wDT9YZtdcKiPe4uDmlV
pKr/APOOMbkBuP5lCo9xpFc1GUf4bX+1/wC+dhD6du9tPMMHmPTrW1u9IsYdTseKw6vawrBL
LGBQpMqAK9OxpXMDUcUS7PDAEJpp9o7OlvEOUrn4UHc9swM2TvczFj3fRPlG7srKwitHthZ3
uwnaQUMjV6g5z+on6rdrGOz5j/OHyS3l3zKfMEV+13ZeZZZJWSSnOGUblAR1WnTOo7N1PHi4
e553tDDUuJ6T5a/MjT77y7ovl+LSoobnSSGbUqAMwTwI/HNZqtPKM782OKYIp96uRcTLL2lt
4pKj/KAP8c1+thc7RhlQS0cV1OzUA7iQH/gc12P63LkfQ85/MbWY9Lhml9QKLeOp8S7ghQPk
KnND2tn4SQHadnYzJ+f+ozwTanrXmHWpzb6Vp6PdapcnqsSbhB4lyKAZoBHjNB6SIoUH57/m
L5v1Tz15i1DXb2sX1gmHTrM9Le1Qn0ovYgbt71zpdHhGONJOweYTxkMlv1/Zp4M3XNoDs1l7
P5dtf0fpKzdPSVi1eoJFBmpyS4ptXR85axS81u6mG6NcNt3IU/xzoNOeGFOLONlPNNQ2zwk7
DlUDp38cqzS4g28NB+r/APzi/wCfvrX5ba/5Q+sqU0i6+ttEaVOnatSKZlPUGK5jFSOzjM/s
TNscZdB2li9Yl3vavq17r1lc+Xr25eSXTJzNprN0jvLdOauB/wAWxNv41OdDKIAdZe9vW5NH
k83/AJRGzMhN1oVxb3lu5O4+quHH/Cscx80DLH7mOOYjkRNldz+YfJmraZPNCb/S4frE1vI6
rIfQ+0yhtyChJB+jIwn4mP3KRwTvoUgsWj0vy/fSRLQLCeP0imThtFrnvJ+dv5g6x9W83eZ9
TEpMVtLIJ1UFgwRbZfTdARzVxVSPHfrnT9mbYgXR6+jkp9ff847Xn1nyOrAGNbi2hkELblaw
KwU17gHNHM3mn73b4tsUR5M+1m9dYbotv6rDcdt8qybs48mG+WpDHqEL12a7BAPcd/15GMd2
JL6qklCWKBeknf5DLxyYdXyTrExT80Y96c4SFPjQ1zFmd3Mxj0siupvV8zSyoN3VeQ96ZCVE
MY7SfJn58pDZ+YHv7oymyGms16kDFH9PioDCmzcWUEq2xGZvYf8AeENfaf0AvVfyL1T9Hp+X
V9IarFdiGVhsCFnIP0EHLe0hwyJatGeKAD5T1PSz5Z/OrXdDKFP0L5tu7WNelI/rLiOntwYZ
5J2tGpTD6boJ8eGJ7w/Vj8otfstF/L3S5bmK4vLn1p47DTrWMvNO6GpVeygdyxoMs7ChKYp5
ntcHxClPm5n84Wnl6wm0WXRZ9Dcy6zG5RkaRVYQxIRuzOXr4imd4ZGcRGuTq8Y8OzfN6r+V/
l/UPLo8vWl5GIn03T7ye9XkCIuYAQMegNDT782elHCRfQF12plfJ8Ofmv5c07T0W40uJ9Bv7
ppJl1bSpeMcpclqkIWhlqTuGG+XaMAy2Rkl6aL5Rihutb1+007W3hW9tpFuHliBWG6t1YcpU
VvslekiV+HqPhObnLklGNOLCIMrHJ9J/84sT6dH5e1PTZ7gQ3N3dy6l6QNVaJ5WA4+A+IZpd
TE7Eu2ibFPte0s/LlxRPQq7AVZtwcxCeqQjJvK1jIp+pKIJaEoOx+dcpGTdPCwy5k8waJJyA
rHyI4kb0yyHDJN0d3oX5d+dJbnzDaWF2vpi8DRRsenIDkB+GZelgYT97j6oiUdnvF4vqRQzC
vHuPdTQ5n5Y2HX45Ud0ku7FbqG6tZRQsCa+/7LfQcoiAQQ38fCbSXTw3pRo9A6ckYe6EMP1H
BA+mi3SluxH86FlfylZajbMUv9Cu0uYHB3Eb/A7D/UYqcyYHiFOPRBLE/wAwfP8Aa6p+XXlv
U4rpI7zVghkg5Dl6kY4ygj/JZfxy0YzPZYkQ3fNQ89XMUnpmYvv1xl2fa/m4hXv7+y1iKKYQ
hLytDIg2Ye+Tw454tujDIYzFhhOtaBHfW2qqgLv9SX1lO6iUP+6LDqGA5cTmo7XmIyB6u67F
s3E8mO+TfI0fmX81dK0ONFaG5uYtOumUjieDCe+NBX7CIQfc5qhK6HeXc6mQx4zLuD9HPRh1
zz9NelAuleVLZRGCP3auooir8jv9GXQ9c+LoHSgnFgEesnzf+aOqQ+YdduI7ZWVRMxkY/ZKR
jc+NSRv2zc6aXC5uKHBClv5U6MkVv5k8xTIPUlK6bYE9fjPKQjwoBTNp4nFIBxNSb2Yz5x9S
bzCsSycIbNHaZ6CgUrRga7dDTN5ps3iDfkGuMBEMYjl9GykvAOEupcYbWMHdLcHiop7nfM4z
+ZYyjfwTHzOtpaCz+qwGO6htkid+pknbYMAOlB2zIwwMRubcHjMjaM1ItoWhWWkRPS6uVBmI
61Yb/dXK9VPp3NuCPESSmPlOzMZYSgenA375lIYVToKioNTlOKiOJr1JrYI6zAmudc1iWPmb
qV0hB6cY14J+NTlw+m+9oO1Bjyrb3Op3ekg0bSILW2uUPXjPAHJNPBmyWHICSGR2iCxz6zN5
Y1m0vZLc/UrqbhPd0O7U4vGT9nfZqdcqyQETzbhITi9J1e3VVh1C3HKKGZJ4pB3R9j+vNTn9
ErZYN9mR+Z7MKPK+vxujhi9hPKp+FukkR/Fhvmk1+8rdl2cfqiXuWnXSJeeWp2Ulbqz9CdT9
luJ2X5EGmc/nFSZGJMJB+X/nPyE2gfmJ588uKvG10K/ne2SSvx2ckgdTXwWOVSPlmtyjhLtc
OfjxA+TPvyjT9K32pfl3fThknikfR0lX4aqxWaJG2IK05gdNszYYjhyCQHm4WbKMuO78nmev
C50++v8AT5z++sLl7WZz1JQkCv0DPQdDITAI5EW8NrIkXfQsLuppGU0PU7g9c2sQ6sl9Zf8A
OIXmsad5y1ny9dXKQQa3aRT23Las1u9Hp/zzJJ9hml7Xw2AQ7TRTPJ7p+TevXHnn85/P3m+4
cyWGm20lpo5X7J9ab0ouPyijJOaSUOCLsjMkU+m70hHllI6fwXb8TmKJUCW+IsgNaba+hZmQ
ir3Leo/j/kjIgARtM5XJk2lxFHZiKkALX8TmRhhTjZj0fMf/ADlVq1PKHlvTA4H16+a6kXvx
t0PH/hmy0C5MY7AvzG1KX1JnRW5gmpUnNlAgBx5+pMtE0iK7vdNWgIluoEmBO3F5VUjb2Oa3
XZRRpzdNDd+jnm/UIPJ2k/UdFtI7VFqsPpKFSJB1CqNs5Ojklvu7qEa3ZZ5PvXk/5yH862R+
xB5eRl+kacf+Ns23Zca38j97rdSf3IHn+t+ZP6atPrAPP4txX6Rm28P0NnH6n//R7z/z79k5
fm75kHKv/OnXhp/28NPzb68VAe9wtKbPwS60klX/AJxlDAEn/lZlGoK7fobrmolIHW/8k/8A
fOwxAiHfuwjQr4rurEECvvmPqobuz0+QvbPKN2009rO395G/wmmxpmg1goO20+73S90PUNXW
1ug6wSUoQNge9a5pjsd3NvufPv576b5mvdR8v6Xo2kXk0dvG5b/dqsTQVVx+rN52XlxwiTJ0
vaOOUtgw7y15Z836e8cV5pkttLKjFeakdt8u1WfHPkXX4schvT9WdP5HT9Jmc1eTSrQv8zGl
c1XaAAN+QThPRL2cpfQTMaLEz8z7BTvmg4hGVl2fD6KfKH5u+YLi+1UabbHmQx5oP2magC/R
sM4zXZ/EyE9Ho9Bi4IB+e/8AzkN5yTT54fIOlXPKOwpc+a3U7S3rUaOE+0Q3I8aeGZvZ2Di9
ZdobAt8mjlch7hqIu7O56ADN7EUaccyKUaXaS6lqQfjVEYGnyOwOWZsghFBOz2bX0bRfKF1P
KFWQxACnuc1mA8eTZpiXy5ZwvcX29djyr4k++b4y4Qy4TacatI8KwA/ARULTwwYhbKfJ7L+T
/wCZGqeSdVt9R06WP1oo5LeW1uFL29xb3ChZreYAglHAG4NVIDLuMr45afJxxddmxDKKL9L/
AMsvzJ0vzrcW+qWFbG6okF7YXLgtFdWwrE3PYSRyIzR8wK/Z5AHOg03aIzCzs6TPpzj25vpz
8vvN2l6bf6voOoRmPTtSkdrRuvO3lBJZB3aOpV16rsembHFkBsd7r8sCN3m/nPT30rWjpspW
XmYvqN8h+Ge2ZuSOjDqDTfwO2YpxmEqcmM+KNpj5gvTaeXLtY92mjK/cK5lxG1OHI7vzQ85S
3k995n1aC1Fza2GpXgvJTQrGXm9OJ+OxZlMZNK9N867QYqwgug1cgcj7s/5x8ITytGqgCPiF
QVrstvEOucyR+9kfN3d1jiB3Mr8zTiBZFB+2wAB+nABaYljejspl0wiordcvkRTK5DhISX0t
LqKi3VCem4r03wHIxD5R843Po/mLZ3APEqtDTwJOY0pWXZQj6d2X6VMLjWjcCpFNx9GX44CQ
cPLsXzT/AM5EeolzZvFCs63tsbOeJq7pP6sZ6VNRUEe+ZHZArMQ19oS/dAhb+UepGPyf5fLO
WfTdakgYk/FxYRutfDrmR2x/F7mrs4mhbFPz8t49M/5yI8yXkdETUr/RtWJ8Re28Duf+CBzy
TtYEzl5vo/ZMicIHc/Qb8k7STWfJt/ZRpdTS6ZqTMkNnOLeSWJzxkj9RqAKRSu4OH2bkTMju
dN24eCYPe9hs/Kuu/pLlPptnAIUVtKSFi1nbchQvK5o0ko70HuD3zt8ZnxPPzyxMXoNwLPy7
5a166uLlCbbT5ptR1KfjGJGWNt2qQqqOgFaDNrhlQPXZwZ2SLflN+b2j2UXp6l5XceX7p4V5
z2BD2NwQu6zWoJiap7qA3vmy0eEGqY5MnQvifzr5ouTYx2bJLo3miK+iji+rMWAjlBWZ4XIq
YpoiVNd+x3GbOYBG7Tj+q30D+UmoSaFCbiaQwXd3CsENup2ggQg8SR1ZiAT4dMxc2m43KjqO
HZ9R6L51ugUIleWMbEA75QdDYbo6i+b0Ww/NC+t+Maxs8Y6+pQ7e22UT0ACjNuz2DzdDrNrS
7sSyuP7xfEjNbLAYFu8S0q0+7trHVrHULdGjeyuY5a/5KsOX4ZmYrAFuPJ9f6fIl5pXNaMgl
lVSD2EjAfgc2XOLhE1Jc6bRTUrT4JPcdP15TIcJsM4y2Ys8TW+oXMf7IcSLTeobr+vKCfUXL
ibhaRfmPaJeeSNZjlUkQwu9R7Kaj5E0y3Ad6a5d7819Q1G5cKpZvTjr6ScjRSxqaDtU9c6TD
iFW6rJkN0konYScuvjmRwtHGzXRJfUjYlqfDsa0H39s1usHC5+lkZFPPNeuXfl7RYtHsnjtr
tlW71GaNeUjc09VGkY1YlV+KnQfCPHOO1HFmyc3sNHEYoWyv/nGPTj+m9X8yywiOPQ9Dk+rD
qVlvHAUcj1YgMzHqTleTEIhp1mUzodCX1NqwPlTyTdvNtqWsMbjUGru0kn2I/oFMtxwEYgdS
4+P99lvoHyxcxenZ6jqElecn7qNj3PVj7b7ZssRoh2R3ID2Dy1YHT/Jnlm3ACz3fqXcwHUtO
xKk/JQMzcMrs9zq85ubxvzugfUryG2BInlERbsVT7Zr7tUZu9DEiIPesZMUlV7/zVp9hFQxW
zI0ygUHwDfp2GbnFcpWwyERgWRpbLfa7Je3G9lpjGVqdGfog/DNkaiL7nXgWKHMpFPenVdXu
Z3PK3teQ5Hs3f7umaqfUufECOzL9OJsvL0UaHhc6i5dAOvxbLt2oMMjUQHDmOKZPcnMNq4tb
WwgALbIpPdnPEV8SS1ct4vS0Hc28ai1VrD8zNVvJTXTPMF1LbRkfZ/cH0k/4hmNilwZL73LM
RPDXc9W8w+Xjqmm31mAzQXKepE+4VLhR8D06At45nZOGUrdfjnRUvKFw2r+W5LC6q17axtBK
P8tPhYfQRXNNrYWLc8eiQLN9FR9Y8l65pZo9xpaLqNoO/K3aslPH4Cc0Gv3ALsdOeHKD3vQd
NuxN5W0fUAx56ZOpDDeoanXNBl73KltMjveH/n55ahh/MAeY0jY2vmry0jXFKby2R9M/ehWu
a7MCZAd6NFkkIGPcXzBo2rnQvOUeuxOwSykvZp6DcmSNYyP+DYUzoNbG8GMdXC0siZ5L5JR5
81uLVvMetagv/H/deqSBQcggQ0HXdgTnTdj4j4cT3B5jtSceMgdWAsQ5+fXN+6a090uUWUqT
xSvBMn2JkYq4qCDRloehyjNHjFENmLIQX6Gf84kW0TeXvM2pqKyS6gkBbsAkS8QPoJzle0PR
J3+mkTF9P6ihfko3LsAB7k5qj9Nd7nQ2Np9BAC0UQ2SBBX50oMtEbIDRKQG6b2qCJHc7bFj8
v9oZkgUXHlu/Nr/nJ7zf9e16x0tJQ0Wk6ZANu0lwPVJ+6mTxGzaZXVPn38v/AMsNR/MK7nMF
x9Vt4STPORWhpUCnvmLrNYMQbsODiL6Y8rfkv5L8vQI2vapc3GqI4dZIHCRxOrBlKilWIp3z
n8+unkOzuMWlplX5kapbamiGwdplVSJWO1T3NPfBp7B3cjhIFPS/JiyD/nJfz2WQqj+WUKOe
jUGmA0+Wbbsz6R7j97ptR/dD3/rfkUROssdySot5ZHiSfmu7x8eQ415CnMbkUPboc3fGK4et
OPxeq3//0u4/8+9gf+Vu+ZCf+pNvKf8AcQ07Nx2gfSPf+twdKN/gynyc+lX/APzjhJaavxhR
vPUlvZzrRSs/6MWRWc/tbEjft8s5zJCQ1m38z9LucMgY7vN/IuhafqGrT2eo3ZtIFB4Og5c2
BpRfnh10pRjbnaGIlLd9PaV+XNl9WWTRtS5+jRmWRafqzl82o4jRd9HEIjZlOk+Yn0q4Gm6q
ULR7KCQdh75h5IcY2TVPQBq1iyxS+ij+BNNgfA5RGMgWjJEEJso0zXIvTdFDxg+nIQPhNKbZ
lRJHN18wQ9Ss0ppdgg3aKwhU+4UAfwzK1u+IHydfj+r4sO1+/hsbS+upGEcdpG8szdqDoPpN
M4ztDNwQNO608OIgPgD8yPOy+U9D1vz1MVe/aRrPytaSGon1GYHi5HUpAtZG+gd85bBjOWb1
GCI5Py11W5vdT1S6urydrqe4laW6upDVpJJCWZ2PiSa51uDGIRoN+U2XajxtdOMIFJZgF403
ofDLI83FkyryPpcf7t2Siq4eZv65i6rIeTGctlf8371bfSbexDcBI68kHcDp92Hs3Hc7asfe
8W0WyLySyeC1p+rNplPRyAkWuSs18FBI4DiF7V8BmRgj6WnNJHaU8kboB8JXenc0yOWNuLLZ
9fflzc3FhoWmzhzHNMz3COGIZQxopB6g0GZ2lw1B1eqy+rZ9R+T/AMxbyVmsrwC9kJ9RHZ+D
rKikiRW7PQde+bTFEgbOvlu9GtvO2peY5NJsrq3Q22n3HqW8p3lUSdVqBQKepA775IXfNiRQ
2Z3r8xuLOOAGgblX5EUzKjuXBfnJqpuHtLy6EfC3uWuZ73USOSQJNfXS0ZRUM0gHwgjtXpnb
6U1g+DzeovxX6BfkzGlp5a07iAFf1un+TxUfgM43jPFI+ZehkPSAO53nO6UcqfDRlY/ME4cc
rKY3SX+XyWh06Wg3uGKn7t8jk3k2jk92vbgCGDcnYV98pmGHV8vfmBL6fnezepCmg+5sxZRN
uygfTTPPKzLLehgfhAIPh0OZmHYODn5vn3/nI+Z7aDRbuGJp5IbiJvRTZpFE24+kHLezhWoa
tYf3Lzv8s9Xhm8r6zJbMGhi1W2uIwKghZIiKEGhG6d8zu1oE/Jp7PKef85RQj/HHkzX1HA61
5S0mYsdqvZTSQkg99qZ5V2zGpfB9D7FNwI836Gf841uPqesIjGk59UD5gN/HMD2aP+ESHk4P
tBHYHzfTaSEPxB+MDl9FaZ2IkRJ5k1SS+ehbHyL5wa8gju7YaXO8tvMokRuKE/ErVBAO++br
Tm4lxsmxfj75y1uF9SuTZWsdnbMT68SUigcdKvGPhB8CN83OjlQ2cTKSS+etZFlr/mSxFsiy
2OjIxe8UV9SaQ/ZDd1QD782deJJhD0vWPL8aQyQ8jQEipO5ocypYiI7KJgnd9HeWxotkqNe+
pcyMOSKlKAHxzCyCXJzhGIFvTLCLy1cR+v6ghANOEp3+7MUxmwlKinP+K/0TGI7W3iuLZPsO
FJH4ZUNDxm2I1Bjsl1v5yN3cSI9tGiyHdaUP9mTOg4BzT43E+yvyo1RtW8rP6rcpoLmRHP8A
kuqsp+44cW8aasvNnoHIPEdx9oE+/wDbhoGNMb6sZuQp1WC3b4JLi2dk9+DcT91Qcwpjik5e
M+kobzDEs3l7V4XXmtxaSROo6ksKfrwYSRJTuH503flaC6ljjgulDymiK3wjl4Z0WLV8Md3X
zwXLZEWX5Y39zKIXaNeTbygggU698Eu04gbNY0ZJZJa+RX0+3vxaz/WmWF6PxoKgHx8c1+q1
njRLn6XB4cg8nmkm13zDr2k3QKX9xpmoi1j2BZwtVJ9+LClO2abBjo+96HPkqAp9V/8AONtn
bQ/l5da9dR8bXU7z1pSRvJHZqIY4vpk5bZi5jxZHDzyMqDMfzd1KWePStKrWecmeVR2Y7AfR
0y6urmaDHwxJeQ+aNI4R6J5fgPOa7mjjlp/M5HL50qcycJ4rLfGfOT0fWNQjtJLe1twBJbxC
Cyj/AMqgjj+7rmz0mPjFOqmSTbzDWH/RLpdKqSTWzgxGVQ6nif2lOzVPUHOjEfRwriHEWB6V
IFu9c1kIqyO/1e3jXoJJDyan39M2eljwxXU9yZ6zqKaLpDQFA8kq1lbuZX6U/wBXBqstnhDX
p4dSx3TIOUVnZsVE18R6rgdIwan/AG8hw9GycqBLKdQuWXXbK24CO3jtlkt08VJ4gn/gcxMu
e51Ho1xw1C+9Mr3W10WwvNZcV+pIHtVO4e4f91bIPcuxOZE8p4dmgY7NPKoNIfWvKsjR76pp
MxmDDrzLciTXxNcqkDKFjo3XwTroXtPljVf8QeVraflSf0/RvOXUSx+Pftl8JiYBcDPj4MjG
9I5aV5pu4q8IdST6xGK/7sHwyDb3ocwtTuCHLhEyhfc9R8oumleYoHnVRp2pyPBJvX4JfgdT
4fa+7NDqBxQMe5zAbiD1Zz5Y05rePzJ5XnWrQeqsFf8AiskqR9FM54iwQ5+afFwzYN+dsM2p
fk9puvQQl77QLtbK5Y7t6Nw3oyEH2YJlIxGRBPIFxRMwyyiP4g/OLVbyRNWXjQQWUglnHVZp
geSoD3VG+InuaZ0Oi0s9bkEjtGLhazVR0WLg5yKRTXTzTPLI5aSRizuerEnc52mHEMcQByeL
yZTklZVI5AKEgMe1cuq2CIS4JYAL32pkZAUgDd+o3/OJtobb8q4rp04tqeq3twD3ZY2WIE+2
1BnFdrTPiEPTaSNQD6MuyqXFisg3uLhI41Pcn+wE5rox5OUDsWRwqVR26tMTx+nYZl4xu40p
dEH5kv4tG8r69qcr+lHY6fczFztQpG1Pxy1rG5fjv5hl1v8AMnzvqkei2b6je3cnKOIEAJBC
qxqWJ2AovfKcmaOGNlvjAyk+tfyc0G/8i+Wrqz1a1hW6eV55njIfZgOIY+2c3rc3jS25O00+
GhvzYzqmrLq2oiy09w17ezelbxk0+Jj1PsOuMcXCLdhE70hn1byvod82lvqA1HUU5C6vJDyQ
OoqyqOgA+/EY5zFgN/Hjjzey+R2lk/5yw/MMtK0kcHlKOONCSVjDfopqAdBU1ObjsyhjHfv9
7zWoNwD8d/qc/wBe9H0m9Unjxp8Wx6Zv7jw24PXzf//T7/8A8+/Ap/NPzG4A5f4RuxX/AKP7
DbNprxQHvcPSsduHksP+cZSJFKOn5p8aHY/8cSuas763b/U/985vFw4/j+h5t5Z8xtZypcB6
Ohqpy7U6fiDlabPRt9N+TPzDmieItL9unfY+Ocrr9DVkPQ6bVcT0nzVpUOr2kfmTT2InQD67
Cp2K/wAw8CM1GCfAeEublFjZUXTL+1062vkufrkTIrtDEWYpWnWmWz4bcM3TIdK10FSlfTdR
QjvXKZHdolyfTWiTc9B0qUmpk06FjX55kayVYh7nVRFz+LwD83dZlk02PRbI0m1OYBjWn7tS
aV9iasa9s817S1HGeEPU6DDXqL8gvzx/MNPNHmc2enXJl8t+W1bT9CUH4JeJ/wBIu/nPINv8
kLmZ2fpuCN9XeR9I83htunqyc+7GpObaqYGVtXQ+tX8cSGscG5HYnwwUwls+gPI+h/VtPe6m
QFJgABTbNbqTZaeb59/Nq9+t+Y2s0asVkKFR03zadnQ4Y22Rjsk2nR/V9PeYgVYV39hl87JZ
MBKfXNUau/7wnxzMB4YtGQWmrKBdxQRsFMjrHyJ2HI0qT4CuGETIuNlPCH1pplxDCltb2zKb
e3gWOIjoQigAinyzdY4UA6DISTaaaLeyvqFyFkKnlQUPtmTHm0yJD6l/LSVrmQSPU8eA337H
CAxlKhu9R1m4YSwqGoojYn6MuxfUHFkNi/PaT6/PoH1hJpbewTSUlmlWIPB9ZmlnMfrvXkrc
WbhQEGprTO0iKxfB5zILyV5v0Y/LlFsvJujPT0+SzED2LUziZki/e9GY3XuYf54vgjovTkSo
Hvl2FFbI7y7MRa6Quw5Fmr78sSfUkPd5YjJaRynoQvE/IDBKLF8pfmkzw+ZbSdTQguPpqDmN
kgQbcvFLZnPkC7EnCQkMerV6H55bjOzj5jZeKf8AOThkh0J7u2QPLYhpok/m9OeF6CntXLNE
azgsM4vG8F/LC5mH+K7GVOL3VtbahwpT7M8qEEdiBIM23aUfQ42hO71j/nI9k1Hyr+TGsK6m
WOz1LSpY6/FwRop1anWlSRXpnlXbYfQexDuR7n3d/wA43XCxhYi28tlayGvcPAoJ+8DOe7Dz
eHrR57NfbsLx2+r4CGuKV39Bj/w2d7AXP4PKSOyR/mChf8vvOSb/ABaVMu3utM2+lvgLizO4
fkN5w8rJcXcrupeOPcJTkPGtOmbrQw4hu4+UbsCs/L625McEHxMa0puST0zeYRGLRIEs9tvK
Or2US3dxAIIJADGzkV+7MnjBDHgpOItSks1KD7VKcsr4Q3jJQpQHmi5gJCsXNfHInEGo5aTj
TfON80gj5MsZI58TkDioLHJxPYdJ81+XAkCalL69ywoZY46lfZjtmtljzE7OVEwfSf5K+crC
PzG/l2K4D2+s25a2bpSeCrKu/inL7sYQlEbscu/J9RSq1WZd2T4gOx8a5XKhuwBLDPNsyafH
o/mIbJpOoQ/XSN/9Gu/9Hkr/AKpdT9GVziKttxnoUw1+zFxpmq2lCBPbScWHZgpZSP8AZAZi
n0zBZxNh+X93qUi3Vw7MVZpXY02oSxPTOmx4xKI83AlkIkWrXX9QSVXhnc8TUKGP44y0cSOS
x1BBet+XfMUxhP12cqZxQqPD3zV6nSCPJzsee+by78wfJmqRahaea/KM5/SEdxHHBGg5OrTk
RxxuopyRmam24BpuM1uTGYAkO0w6gSHDJ9n+XNOg8ur5O/Le3KN+hrMX+uOgoplWshFB4yMW
+7NXjucrKa2MktWP9P8AnTUtVmUS6foUbyGvTlGKRj6XzJlsKc2R8PEIjmWCKwvPNjX0u6aW
hk59vUeoFPvJzNwQqDDKeGNKnlwPr+v6nfSAtBp0fC27j1ZDxB+gVzc6cDHEb7lxMkaDCfP1
5bw3E1vWphbisY6tx8Pmc2kJGRDPBjoWxPR4Yo5bW2vGKW9grXeoyqK/vX3Ap0JHQZtMmQ48
fp5sJgSLDNV1F9Z1j0kblb28gVQa0Zydz9AzFxkn1Hm2GAiKZ/pMFubiKb1AFlkis4HegAZm
Csw9qnbLcuUYoGTi1xmmQ/mVZx6V5kS5A9OAafHFQD7McJK/fT8Tmh0GUzEjfVzRAGIp4p5o
1yPzBdW/l2wu0+ueXniv9fsVJDRXEycraJx4pHv7Mc2o1AyEAdEDAYCyObN9AljtruO5NBZa
0lJkI2jl6OpHip3GZt730Lh5IkiuoTPy/cf4b8y3ekzHhp+vEmCn2VuFOw+TDfMUT8OdHkWO
bH4sBIcwm2tQtHcQ36DjJYXAaSn8jHi38MqyzFrpweTPo09eyjCnZnEkEvhIq1pX3H6s12oj
wm65tuGW5D1a0uAdU8v+YAOS6pCsN+e3rRj05B9Ioc5jLExyOVH1YzHuSbzBpEl7pP5ofl0y
gyarps9/5fLb/Hw5qBX/AC1U5Vkuqa5CxHJ8C/J2VTPbxyOhjuAGNwhUqVfkeSsPEHO47InE
YRReY7VxSOU38EmeJ+Va0775u8cxJ0sgQaXI9WCV+Ku3yyxh1ZLpWlyXUqChNSCBTamYmfKI
hycULL9WP+caLR4vywsIZFK+jc3EEa9wquWP3s9c4jWEzyF6PF6YB69NIL3zxb6Yh/d+X9Ka
8uSOnrXbejED7hFc5ACj7gniqF95ZxGK/FX4UPFV+XU5bh3NtE5PNfzcuo5fLi+XiwLa8/Ce
MnrbxUZwf9Y0GOomYx2bMEbLwDyn5X8u+U/0pc2Wn2trd3ArcFKGRu4Ff4Zz+slkmd+TstPj
4ki1XzWy/WrVAqBwQfcHK8WG3YkcIea6Rqmm6XB5i1SQL9fs0JguCtWX1FKrxPQGuZM8dkRb
MUo8JL5R1LU5vrM1wZCWdyzb9ampOdFptNERdBnz7v0s/LvzNc/9DT/m15QRIVspNBs9UuH4
D1Wmht9Khj+PrxCztt0rmB2dp6xRyd9j7f2NObLfo7n4n/401D9Ki9oPU5ludN61rXOk/Ljw
+B1/iHit/9TtH/PvC4d/zf8AMsJPwf4MvGp7jUNOH8c3PaIHACO91+kO59zF7y4uL7/nFYTt
IWlb81wS9amn6CzVxA/P/wDJP/fOVKV4r/pfoeIaWZCgANR3GbHJRDDGS9x0ebRbbSNHkgvL
l9caQ/pG3Yj0VWpoF7gge++c9qhxW7/Skxq31N5d8w6dpmjme8nWSOdKLa1ry+degzlsmjlP
JYd6NRERQcP5oxaUkttYenHHJJyCKtaH29syf5PNOFPOCXoPl3zzpGtoYNTsIPVYbTBArEnv
sARmJm05gQ18Vh9CRXEVv5d0lYzxjawRIzXogFSfoGYXbGYQwjzDj6XHxZC/Oz/nKP8AMT9E
aLeWthcGDVfMHPT7Io1HgtEA+syinQlSIwf8o559gHi5r6B7bSYai/K68leaYjtXZR0A7Uzp
oAAN0j1Te34QW0krgUWlE8T2H04baSGVeWNEN40DNGHeQ1c08T/DKMuSt2OTk+jtXgTQNAtI
AwWQR8mpsOm2a7iM5MIxfBOu3Z1HX9VvCxYTXJC17qppnSYIcEAG8Jrqshs9FK8/i40BHiRX
BGPFJrJYn5fiEk007CvBdifHLspoMYK5XnfdxxVnqOo982/Y+EZJ7um7Yy8GM1snNv5v83eX
zW2uI7qEH0/TlCh1+dRQn6M66fZUJbx2Lyg10hzejfln+Zdtfa3Na+ZVFhc3ElIWUBSQaCu5
4N8gQfY5iZez54txu5ENVHIH6C/ljeaX6fK31KCQtJsrP6bbA9VehzDOxbMkrD0vWH4kS05K
kbHmNwRQk7j2wwPqDRKXpL4Mkl0+PyxpqfWHudQv7fTIm0pV4xx2zBf3shNRIzlj6YFONGJ7
Z2YNYfg88ReX4v0W08el5Y0OKPYek7EDp/ettnF0Ny9MXlPn6Wk0BBqDKNvCtMIkIlPDadae
/wBXtdKKt8SGSo8AaEZOUwUAPoi1Z5/LtjIr/E9OQ+jHjDAh8q/moTLrVgtK7yEt3ymUgS3g
GITvyXLJa28ZAapjDHY9anJEgBpkCSwf8/YJL3yrcN6bMXguOIAoa+mHH4pk9KP3g96csf3Z
fKfl6+1jTNT1G/S0t7q5uoL3T7l9wiqv1e65rGDVmFDRSR1qTTOkz6YZhXR1WLN4W6c3mpS3
vlDWIdUle9uorqx1C0vJgXdEcENDy6JwEgUqtF8BXOI9q+z8eLTekbvV+zmtlPPUjzfoR/zj
ZrXrReULktVNS0GDkK/txClf+EOeRaWfh6keRek7UjxQIfd8Bpex8ejW7An6ajPT4EcQPk8T
MUPigfOkL3fkrzVbx/ak0yegHcqtf4Zu9ILiQ4khuH5l6/auJLgsnRvir8s3mghQa8vNitjJ
bWc3MW6MerUWprmwNhqLNbKa11VQJw728JBmTcAqdqfRh4jWyCUygsfJls3CSD60z9RMxalf
AbYCMpQZwBosr/wX5K1y1jtUt0gZdxNEQu7dAWG+Yh1E8Z3bfDjIbPKfOX5bat5cu2fQ+N/Z
OgYAn96lBvt39t8zdNq45Ni1zwmIsPN7K7vllKzfA6n40IoQQehGZwAccnd6r5L8wXej6tpu
rQSkXOlXUV1CwNd42BI96ioyjNC4llGRt+sthf2+qWNlqdm4e2v4lliI7q68s1N83INsa862
wufKXmuyYAq+nTlPY8agj3BAIzDkdiG3GAJAqel6uupeTNL1mR6GbTQbhztSRYyr/wDDA4TA
SALLlMh+a/mVbMOWh4mR3JeniTnQ6UbC3W59pMSgkaJ/AE7U7UzMILUNmQ2OocnVfVPI/ZGU
ZMOzdCe+71b8uYr+58yHVtbaJvLvk62k1q6jWpMksQK2qty/y2rT2zme04ygN3b6YwlsOb2X
yNd3V3c+efOV+KTi2hsYmI2E9wPVkC/6gKLmmiOAOzlUpRiGSQ26+XvIV3eytS51+ZpiT/vp
K8ad9zvmTGBoX1Z8Xi56HKLxJ717PTb+4oPVu25O5/mbZR9Aqc2GPmA35IXJ6T5H0+Ow8r29
y44TarcSXRc9fThBVf45mDJvTh5gTKg+d9clW41nUdQuGJttOJeh35uSeC++b/RbDiLedoAJ
Lrd6+kaIY5qDUNRInuk/aDOPgjB/yR+OW6ifKKMUd7Yz5VgklniUIrtISTct1RB/eMe1KZKF
lrzFnNrfW+qeadI060Hp6bpNxFLN2qyMCBXvTqffMLW5uMEIxY6F96t/zkV55tfKennzBeLH
canIxTQdJb/j4uTvEH/4rh/vJPoXqc12KY02Ek8y5ekw+NKo/F8FeSL3zRo+qv51Rm1a/vLh
59WhmJLXqTNymJ+ZJK+G1MwcWecJ8Yd3nhjlDw33L5bvNK1zSYdU0e5E+jawx9OYgq9vdR/a
jkU7o6nZgc63TZRnhYeTzwlinRROuRNfaWrV9PUNMcFmGzHifgYHKNXG4+YZYTUvIsw0e9Tz
FpheZR9blgMV0g6CRRStP8oUOa7xeMbc0TxHHLyZlodvdXnlPVJLdwbjTYUuYYq/EXgblsO+
1a5Xq8ooLCNZfJ6F5Yu01bRGAbh8cd7aDpRz8MijwqP1ZodXHe3OMTCfkyPzrysNQ8mebU6w
SLY6jtsY5PhYH8cwcu4BcbARU8Z9782/zA8rW8fnTzLYW8O9tqM8cZUEEqrkLyFRXbpXOv7N
x4zhjIjd5vV5cgmYjkgdJ/KPV9YuYU9YIs58N9/Y5sJ9owxR9zhDRSySt6Ov/OPF/bXVvELi
PjIKzXDCoX3GYJ9oIgN/8l7vY/In5V+XvLj3DX8a6nfvtDLItEQV6hen05ptb2rPKdtg7DBo
hj5vqj8rxZW1rqmmWSJFDaX5IiQUA9RVO3zOY2KRlKy354ABT8kX41Pzh+auoqeYTU7TT4XG
442sJUAf7InLYm5FGWPDCIeuxLQRp1oMzIihThk2+L/zt83yS+bL2CCQ+lpMa2cQU/tD4nO3
ixymceMuXi9MHz+3m/VYfUETswl+13zDz4oyczT5CEmvNaeWR+UsirwoJn2LP327ZTCNFzJz
EgwvU/Nx0/Sr3R+SSW2pTrPM37fJFKih8N8z8WmEpcTh5NR4cCO94NrWqIiycHqTXjXtm4hH
o6TLMkv0m/LWfl/znV+cdv8AyeSrdh/yL0L+ua7Qf4lD3n7yzyf3p/Hc/FD0Z+Xq8GoO+dBu
4L//1eyf8+8rS7tvzm8xNc201us3ke8eFpUKh1Oo6bQrXqM2WrzRnCgbo/rcXBiMDuOjALW7
D/8AOIyycioP5tcAf+3DXMYiu0P+SX++ZQP7n/O/Q8o0S6jjCepvQ/EPEZl5WWMgFnK6taJI
HtwEApsc1s8N27GOoADKz5wmlgjhDAKNgco/LAbtp1BI2attV5zI3Oh5Vr2yRwimAyl7L5Z1
ysc88gQ+kBuCA247Drmp1eAByseWw+tvMXmH6l5f0qzRgrNplrHEa0oGjV3Jr0qT9wzzT2l1
plk8MdBTuOy9MT6n4v8A5x+eJfOvnPV9Qt5vV0i3Y2GijsbeBivqAf8AFr8n+VMxtDpRDGD1
L03GYjhePi2BkXuaU6eObEmgw4rR5t/VltrNV+IHlLttXoB9AyslB2fR35ZaKkl4DLHVLRA4
NNq1oBmr1M+jAbof869ZGn6XcGM/EIW4AHqfsgfecloICU2Qq3xbpkAluV9XdV+Jwe9M6OZA
DK0b5rl/cpbqR2LAdKnBi2LVKqRflnSyNIuLsgM0h29gMjnnvTESpjWpPJb3DSQu0TAUZqA1
B6gg7EZuOzNWdObddr9KNSKS0zT6gsUb0aWBeMUvOm38pDV28KnOz03bmCQ3NF5fP2JniSRu
E78sabbXd08N/aSyUIFyDHVVHIcQ5bZSpqQTsw2zb+JHILjvbqJY5QNHZ9b+QFnktZLfRdfu
9NMdxDVGKyRLA7NEWZJVdQPUMYr0UNvmJPFjJ3CTKQGxSvzh5t836XLc241+UROjRRxy2MKO
sjKVpIYXA+0GUgCoI3zIxdn4Zb04s9TkjteyZR2kDaLokpi+uX9lHpdtYxxkCZT9VgmmSNOJ
JU0+Ik9SABuc2WTH+7MR3ODCRMxI976Jn/Pyz0q00/SpdIumkjiKWZ+rTBpfiPQBqVqabd84
6XZmYF6WGsxkPEfN35639/OBHoLQ+jIv+izI8c5NTsI3kBJopxHZOYlmdfjiE30n/nIdJhYx
XHlu7RHqYZlikKuFIVirKZAeLGh8Dls+zMoDXHW4yX1N5a/5yN8l3Xl61R47mFw/pIGKhZHC
8iEMgjrQDcDNZlw5YmqLkxy4z1fMf5x/my3mK7ik8mBh9WdxO8oo32C5CBWWoCgsSCdsydJ2
bPIfXsGGbXRgPTuXiXl/8wPzDF1aXl3q8D6FdrKyLbJKl3+6IQ/BJIAFDGhfp94zZfyNiPMl
wv5RmTyej3fmLXrrTwL/AMzQ8rmBJUtxG0ciLMGeIMTyJogVmo2/KmZeLs/FhogWuTU5Mg3Y
pdzpb6LqWoNbyXSPrNrFNcIVDFLmylinZOVEJqoJA7ZbqtZj08eOWwatPpZ5TwxFlguo+YJr
t5LKCllp6gN9VjYn1CoAVpWP2iKbbUGeX+0Ha8tWeGP0voXYfZI0w4pfU/Rj/nGO9MXlL8sL
yRiVrcWTN4cLiRAPucZ5xnHBnJdlrLMS/S2wl9U2klDV04E+4Br+rPQOy9R40I+54rUDhJCd
3dv9c03ULMbtdWk8VPdo2AzrtGOQddN+X3my5UTXPKiAFeQG26ihzfaKQDDMHlM2qxWbllkV
PUO7V3+nNvjApxJptZ+aCttJGXJTieLVpjwb2w4mESeai9y5Ulgp+10rTMkQJDizlRZLpPnm
/EqB7n0LeMglQacvY5Rm0cZBthqDF6Fqn5uoscMqWkc3AhZFZq8owKFfn3BzCx9m8Bcs6oFg
Wq+a/LmrTfWfq5t5m6u/2qnoGK7H55n4cM482mWSJPNR0bU4hcD0gJUr8Jqe/hlhjtRaTL1b
P1L/ACC1ptY/LjS4ZSfX0iWWyIrU8EaqH/gWzSZo1IucNwC9F80L/uF1VuJYPYzJIo8CtPw6
5hkUWzHIB86x+YZLL8uvM+gxSgXInRNPqei3f29/AFW+/J4x0LZI9XyPq+h6q7sViXiCRu4z
eYpR5OsnA3bCL221W1aktu6Ab8gaj8MyRIFq5O0u7f10Heu3tkpyBCxG76L8nXSf4G83+ow5
X2qaZaSv0PoLylZfcGhzlO1hxZQ77QULL37yto1zL5V8taIF9O88zXUutasafYhleqcv9WMD
NNOPFIRc6OTh4sh6bBr819RiMtpo1qvG3to1ijjXYBV3NR92ZENz7nK7OxUDOXV4brMUrW2n
WMaEXOoXKRpD3q5AH3DMvEfU5gF3J7fqts2n+lpEcgENhZx2gA2C8UrIfvzJjOhbrwQdw+a7
q0S61Aq4IsLSV7y5J6OwP7tT7dDnQ4MwjjFszu8e8xajPruu+kpZ41kIRk61r8RHv4ZGEjI2
W8R4Qyq4nTy3pYBodSvgIkiB3VF+yo9h1J8cllzeH6RzcauOXkl+keZ9E8k/VtU1hvXvNQmE
WjadUGW5nZgKqp3IUmpY7D57Zq8+pjgjxSLnxwSzjhiOSYf85yeULfQovy1Zf9JuprO6bUb9
hQyyNLGdh0VV5UUDt1qc0uqyGeaN9QnsHITDJ5F4D5RsVNrbqU24qB8s2+CAIbNTlPN6BDd3
vkW8m1/TLBtQ0q9VU81eX4zx+sQqa/WYB0FxENwf2hscz4xnpzxR5OslL8x6Zc3rOn6vp2sx
6dqOl3gv9I1mAy6ZqYFFuYgeLKQd1kjPwup3BzKyZY5IiV82mOIjbqHr3k3ypxstQvoyS8Mq
fu+nKNur09jtmhnLwsvkWzMeKIB5p35MkTTvMtxptyALd3KMrdDFLsdvkcu1P0WwMSRxBPPK
Fk1lf+YPLMh4mxmlW3PijVePNPllYdhOXojN6Bfxv5m8iapYAg3+ncZYR/lwfECfmAc18t4n
ycDLEQzCXST5Fi0638yeffNV3KjN9Zn5o1BVXVVDEkeJBzfYs5x6WJHV0+bEBmkGTyPForRr
CVDqKeoR8YI269sxZZDkFlsjEBOrXzReTkusxdlXiCdx8sxpYQ2x32RMmvyWkXNeIkIqSxrW
uRGJyseO09/Lvzxa+XrrzJcajfIeWmSahEhNS0tv+wPchhmQIEHZhnxXTM/+ceLo32meYLty
Ge+1WS5uGBqeRAUAn7zl+KBEnG1nIPpJ5RDFNO1AsSs5r4KK5lcy6/m/M7zPrFrf6nqN1O3N
ru5levf4nJyfh7W5gtmnlK0/LBoq+Zbp4p44wyCJ6Byf2aAHcZzmtGQS2unNxRNbMM/NHRvJ
cGkTavoOrC0ErhLHQnb1ZmUfakZ+w9sx9HPKZ0Q35BUd3xZ5luXccUJJDEgjw9s6zS4xHm6j
U5NqYE+j6pqaNLEGjRSQQ4NT9HhmyjQcCQJfql+WlnKn/OdP5yXrD93N5Lt0jP8Azy0Kv4rm
n0H+JQ95+8t+T+8P47n5VfoqD0OPpbeFd83/ABOF1p//1vY//OJfmy+1X85ZfJt4IHX8ufI+
saJb3kaBZJ44NY09EkkIAqeKjKdNiMYmXeW/PMEiI6PkDRjPN/zh1I/pvIIfzhZpWRS3CMeX
xVmIrQCvU7ZnZ5iOvs/6l/vnAxxJw/536Hl+iJFOmuq15aRXOhLZ/WLR7ily73hJCRwBTy4I
OTnkOII61zAHavi6nwojZyBhqF9U1tIr3Vbz9G6a0X1topJollkEasIl5EBjtUjoM2WbJ4cS
WGOJmaT6TQvMWl2015NaPdadaC3F/qUCtwge5FYklVwGXmQQrU4se/bNZg7Qhmlw8i7PPoJ4
YCXMFba3zLJHU7VqRmfEU4QPDze1+Sln1O9tbC2Hq3N86QQIO7SEKPurU5z3bGcYcZl3ObpQ
ZSAD1L/nI3z0vl3yZq6Wk/DVNWQaHorKa8S6CF5R/qRgn7s8cJ/Nakz83uNHiEIAF+XNxEvr
FIyPSgpHHTpRBxH6s6COwpyJHdUtIqzGRthGD9+QkWUObJ9D09pr5JCo5SNXfwPTMfNPhCMj
6r8tWMWj6S0jrxlmHqEg026DNXklxFQNnyX+eGu/WNTi0oPyP2pPCimv682/Z2OhxKHkelRh
fUuAKAHiK+3XNjOSCUk1Mm6lC13kk2HhXwy3HsGuQeu6ZprWWglG+H9yTT3I75g5J8U2sAgP
F9bYCQmo+LY/fm0wn0oqilUEYpG/j0GWW3Cn1f8Ak9oFprmh+Z5ZLdmuNNtbWWK7ikaOaFZJ
HjPFh1FSNjUe2bTsrtDJjkRezpO1NJjyb1ujPqOt6JeNdadJFIyCSPk0LQSskilWVntWQMGB
IPJCDnUQ7S4uYecydnVyKR61o+r+YklurqzjhvWhZYZFvJYyDxoDRoDv0775scWvgOTqsmhk
OqdS6kIZFaNL1Y5YLSGe3mglURywQRxSUMRZWDGMHp2BzZnWYpDm4A0uSPRRtdXuYZZpEkke
6iDNYTC0uJJbdjuzpVSGJFeVQajMaeoxHq5GPTZT0eYa3550WSeVLe7gltpIxG6SWt27FgKe
qsjLyVhQbAgbDKo63AP4g5P8n6iQ2iVfy7rWmETpHferbMpN3HJBcK8RkAUyxytGyqWAAbls
1BX4gGyUdXiybCQaZaPNAeqJesx+e4IYmtU1G1vNIEbfV7f1LT01aSL0nBjMoKDiAPhPiepy
qcQSwiCOjCLnWbzzDqdbVYr14+NdSaZ4kj47KvqW4q7gdlNAPtEk4yzQxjdyMWmlkLILTyBq
OoPbTm4tIbiCMx2syR3Mjxx0p6alp1AWnUUocw59pxHIOdj7MPUvTfJ35R3nmLVHXUvMEtpY
2kMt1qt7Y2dvC6RQRtK/7xxKRULTNbre25Y4GhTs8HZkDV7vFdVv52ubqwa6nuLe0kb0UnlZ
+JI8CaA022GefavtLPqT65Gu57nR9nYcEQYgWwlFpNKevufftmDWzlmn6M/8453fL8s9H4Eh
9H1u4Fa1ID+nKPvOc3rwRmcLUB+pPledbuCJqiqtzUDwda51fsvPjJiejx3aUTGVs2tz+9iH
Shofl4Z32mFTDqJjZ+X/AOaulDTdY12yYn/RrqdPukan4Zt9NtJjm3iC+U9VnZJCeW9aKD4Z
0mIekOqzzS39ItGvFpiFPQV23zI4HB8YhB/XouY+MU6E5PgLA5LTL1eQBVqjvQ4WYlajdXJV
CK9O3hhxhmTavodhcaxcrbwkDmd3OwA8csyT4A1iBmdn0r5V8hWVmLeR5xJLtz5ePU0zS5dW
SeTtIYAKfcv5CsLW91nSoJlNsbSO49Af79EnEt4dCBmtmblblzFAPdfMbImj6hz2DQTIBWla
xtscpmN1g/OLVPOyhHoaAqAWzNw6e2vJkpgF15sEzcQ+7VIYZmwwuNLKsXU7ZoSWn5MR+2a5
YYlgJWktIGujNEFBc1YDplnIbpiAHrfku4OpWOq+V7eQLeavd6bJYgn7RWYwyhfcJJy+QzQ9
pw3Eg7XRzABD76sorbTpJbojg5t1htV7x2VuoUH25kZoAaJPUuUbnQHIfe+ctauTrvmW7csT
DC5WQ9iENW/GgzIgOGLvI/u8YCloOlnVPP8AoiyAPb6VyvZQdxVBUV+mmSxcrTllw4veyHzJ
qIe4v05Uku2aNpPBW+KRvoXbM3HCyB0cCIoPHPOlndafpogs4WjutSUOEA3CN9gH6N8zY5+O
XCOjk4Y728y0/RrfQIJtV1JlWbiaRn9kgVP9p+gZmxzAcmeXc08i84+bINPk/TWsAyvKhGga
HXjNdAbByBukPi3Vui5RlyVv1ZwxXsHiui3eq+ZPPWn6rr05uL+e6t1jUikcMSyLwijUbKij
oB9O+c12nKRG7vNGBAEDuL9Jf+c9LCOXy7+XV0FBl+t3VvX/ACSkT/rXJz+uBec9n5H978Pv
fIflSELFAoHQA50GjFkNmrk9I1SDjYgsd2U7ZtckLg6nFL1vPPIXmEeR/MmpaNqlo+oeRfMV
wt1LYRkK9he/ZN5aE/ZcD7S9HGx7Zz89WME6P0l6AaTx4XD6g/R3yzbRR+X7bVdKvE1K0Ao0
wFBJGwB+JeoqvbtleoyCUvJ1E74qPNiXmWBdP8z6Vqlvvb3jBA3Sofdfu6Zdjnx4zHqGWLlT
J9SkOmee7HUxQR6tZQSyHszJ8LfqzU5bO7m4QZYTHuZ1oZ/Rvmm60+Q8rPU4+ca/ssjio/pm
LEeqj1cLUevFfUPl/TbdvKfmfzfp9z8V5BfzRtKT1HqFkP0qRm1nC8UQOjqOcjLvSbzPP6k/
NTs/xcR79cjix0GY5qWk3Mdpbs5o0zniinxPfBkFt+KG6R+ZdbNsp/eg8B0B7+GSxQJcqWUR
Dx251y4vLggSNSuwHbNlDDQ3dblzkl93f84o3CN5d1qJ2BuZNTkYjuEjhj6/S+Y2SNTackjI
Pof8xtUOieRfMmpg0a1s2K/6zMqj9eWQju445vyk1jV19Vgrb1qz+5365nGDYZdbYre+YFhF
FlFaeOY504J3DkRzkMbl1WfVCIknMtyzenb225ZqKWND9H05X4EIFmcpn1YZIDPKHfdVPQ5l
cIcHIbO6ZHUkgUIn7sDrTDRtAIfpR+Xk0bf85lfmtAD+8TyjAWHt6ejf1zWaC/ycPefvLLL9
Zfjn+nP9J41FK/Z7Z0fBs6+3/9f0X/zgrouoJ+dvmjzFdzGWO98nXsR/131HTnrXvXicMcgM
eENuXGb4i8R1fQde8j/84kJDdyS2Mkf5wLc3UiqWRrObQDC4lj6PG24ZTt9IzXazVRz6gyj/
ADK/2TL8vLFDhPfb5c/LvVo/L/6aTVtItdbtLlLq0lu7uczSTICWgNmwKujBuPJz2HHNPo8W
SepBh8UQmI3fVCy3bTo0V2wmt5F43COdih2atKUGd1KAMak49kGwz7yb5p1yw8rQaf8Ap27v
bC/076jJDdssvOzM3rRRs5BY8SqMGJrUZq4dn4xLjrdyjq58PCeSbW92HmjPKgLb5mSGziW+
w/8AnHzRldtc84XqhrLQYRZabWo5X90hJYf8Yoan5sM839s9aMePgHMvRdjYeOVvmv8A5yT8
1HWfOMWiQScrPy/H6fpjYC4kAZz8wKDOH7Mx1HiPV7CqD50EHpwSMy8ewr3rm2uytUEdaRfA
E47ua+Py+7AS2RFC3rPk3RPrVzApBoSC9Bvtms1ORidy9o8zXSafpMkiH00hWlPAKKDMTEOM
pBfnPr2rS6/5p1C8eT1FVmSPwABptnVYYeHjAUphPJ9U08CgDzfCB7HATZY0lWmW/wBb1S1i
K1XkC30b5bO4xYl7hqsQg0FxQD4D+rNVAkzQYvmnVyJLhVrvXce5zc4j0YkL0hQGJepAH35a
TsyMafev/OKmlrf2v5kRMnKNfL1tJ7fDfJ/XDopesus7QoAF9BeTdEsBfxi5tIplEgqzqp28
RUds6PEdt3R5Nw9c1H8sdA8wROfqVu2xCyRD03HyKimZYJ6Ov3HN4D5w/JO2055biydz6ezQ
y0PxfRjkzGLlYoiXN4tqei/4X8t+ePME0fCXS9LkhsGPQXV6RaxcfespOarVauVbO00+AbPz
/m3ugiElA5XbuB0zTSzS73o8MR3Ppv8AIXy8da1TzFYqNzoNxcgV6i2kjb9THLtJnlHIN3A7
QxiUNwyO58oCG6kMtujqSaMFU9/GmdB+Zn3vPeBHuZ/5O8nRX+oW8YiACEfEw2A9h0wicpcy
nhEdwH2D5a8gaTa2az3ES3KHdCQAPuyezCc1vmHTLXyf+UP5i+YYUEVxqzx6PYBdiBdy8pCP
lFEfvzQ9tzEcBPeac7s08eeMe7d+ZMQ+sapqUkh5Fp2YfSM5a9nshLoljwFJp6Daux75YBYa
xIgvvL/nF2VZPIXmOAgB7XW4WYV7TW234rmj7UAjMNOSRJfp3+XN2JYLIFqmSERsT4hQRX8c
z/ZrLw6oAdQ8z2tG429QtphJBDMCN+vzU8T+Iz0mJqi8+Rb4G/5yF0oWfm3zIrABbt47qM+K
zKG/XXNxhNTDXKjB8Na7asZ+Cg1BBJzp8EtgXU5o7MXuNEvrino14GlHG9czRIAOtlApxovk
Q1kl1e8FjDGoZWkNOdTuBkcubagyxYeLm9Ls/K/lYJGIV9RWH96ZS1KilTTMU5Z9znwwRAYx
5i8nHSyLm2uBdW0jfY6lR1HzGZGPIaYHHXJf5ZkW1nIWIITtVRQ1xmb5pgBF6/F5kaxVISSH
RQSPGuY8dOJsp6oQ5vpr/nG/zQ9753hs3cgXlhcqo6A8Ar09+mYms03h7uRhzjIH0t+cuvx+
XfJV/qLtxKMqRjuS4KAfM1zWCJlKnJiQA/KHV72Sh+OpUUqfbN9gwkU6/Lk7mEvq5ic0c1r0
7ZsY47cKWSuqb6Tqq3JkjlYvyFFPcHtleSAi2Y8nFzTq1ml9VUBPInbMTIaDkR5vpj/nH3y8
dX89Q6ldJW18s2Ul9JIdgskn7qMn3oWP0Zz+vy+inZYI+p9W6jrlNB1vzE7cVvGaGxRv2YIv
hUD5nNFDfd3uDF6wB0eO6PC6ROWcF5h6lwx60JqN/c5k5bEXOmblXcynyaYbVvMmuvSsUf1a
BvGu7UzIjjPCB3tOpldBjWnWtxrmrSS0LQwvRgejuTyK/KvX2zOIGKG7jk1syfzfpltbWUc8
7evfN1Wm4HY+3sMxtLeSe3JuxT6Pgz85fzLsPKV9+gLO3TXfOcvEnSpPitNNEgrE92B/eSkb
rD0A3fwzPy5hA0Ny7GGAyFnk8Bi0fVLqeTXPMV9Jqmu3g5T3E55FPBV7CnQAbDoMtjg9NlAy
Ruh0RHlhFj856NXp9aiJHfZ1JznO1wRF2ui3v3P0Y/5zguFm0L8t7civKe6uB/wEK/xyuJJl
B5/sKPCc346vk3yqgJi5dqdP451OiGzHWndmWuXSrEsddwtOvQ5sNRPhi67TR4p285hspNZ1
O1sohzkubhIotqnk5Cin35xXa2YVT2egHADI9A/VjVPLx8uaZpNxo9v6z6Zp1vY6xpkYoLu3
gjCF1XoZY6VH8w+HwzH0esqsU+XQvHCRyTlLvJLzPUIbfVbYRwTLPDyE2n3CH4aE8lIPzzbx
kYSb42Ey828m0/yhqoX4rV3tZlO1Nq0OVSjxX3N2kycMiO9l8Mou9O03VY2rdaFKiTnu1u52
b5A7Zh1fwa8p4ZGJ5S+94r+cdnHpfnpdaReNt5j0yK45DvNAfSk+kjjmfp5cQ4XUyFfB4jf6
vHNKZK8QNhy9syCK5MoSixG+80JaCWOMlnO1fDIwwylzbfzAixK71Rr4F5pQVFaD2zKxYuFx
55uIsTuNShtT6cB+MmtRmbHGS4WXIByfWv8AziT5zl/xldeWJGAg1HTry7hJO5miMRp/wAOY
urxcJtljnxCn1V/zkhq50r8ptWYMVN7cW1o1PB25H/iOQwC5Bj5vyT1jWy80npvQVoM3QwuJ
LLRYlc3fOp5cuVa/PBLCkZu9j2ox3ep2l1Z2OryaDd+k0kOqxvx9EJ9qq78ww2K9fDNV2hiq
PE5umnxGkt07zNY3sQtrSZmu7JBHeWrEsUZaAuXP2g1QR88p0mbj27k5ogKN7q0y81HXp7Zs
4xBcQzfqR+Whd/8AnPz85T6zhIfIcCG3r8BLJ5fYMR4ihH05ptDH/AsZ9/3lvyH96Q/F2PVr
SWC81dLSX6nY6vbaRPZGQCX63dQz3UcAjr6pX07dwX6DYcqnM7+UPTwfxU4PCat//9D3p/zi
fZWtr581qS3tkg9Ty/ccuAoD/pVp2zA01+Ifc7TWRAxCu/8AQWD/AJoajoFv/wA49X3+KSya
Xc+bGti8cLy8WOlyMCRGrUFFO5FM0OO4ydhqQJZP839L87fy9/KVNQ8h+XtVS1vLXUNQhM95
JdwiJphMzPHLDJUiSMrsCPDNxo9THHuBu6yWiMt2EfmD5H1HRp7CkbMGla2nlFeZtZUPrIKE
faCgV7HNzHVDJycPLgOPmusr5bm2tbm1cNaXMatAVFF4UoAB7UpmdCQMXEkN6ZvoIeWWJRG1
w7UEcI3Z3Y8UVad2YgDMXPkEYklmN36RalbW35Ufl1ovluaWNZdCsZNR8ySr9mS/kHq3O/U0
akQ9hnhHtLqjqdVQPV7/ALEwcGN+Wur38+ua9qeqXT+pLd3DyM3bkzEn8Tl2GHBAB3Et5IO7
osSKNiTsDlsTuxlyTPRoJLqf01FQnTxr0yOedRTdB9OeRtKSC3kkkHGQACN/E980uaXEWIDC
/wA8PMEeieWrlEJEssLFf8k0oo+ZzM7PxcU0PhTy/C8nKRqFpiWqe++++dFkKE71aT15lUfZ
jXdfcdcriFtOPJ9h62otc7ssdFFelTucOeVRprk9Y80AJpRX7NImIp4UzWYx6mY5Pma6RZLx
B3L7HN1jNBQN0xtrX1J4wQeXbGU9kyL9Lf8AnE7Rni0f8x71YwBJo2n2kZ/y5bh5P1RZd2YO
KZdP2nICnrOj6Rf/AKRFhHEUuJnoDWoU167Z0sIkbOmlIEW+ptO0X9B6GlR6ksMfOVj3PU75
nxjwxddKdl5J5vuIJ47iVKcmBNOw2zCzztzMES+If+cjrxdD/LW3tJP3Vz5s1uB4kGx+r6dD
JM7H29SSMfPNBqDcqd/p4XT85LNud3GCB8QrT55jTjTuMZoPtj/nFSD1vON/A3wvJoGqpH/l
Vg5U/wCFyGnJOUAOBrpVjL1LWdFaK/lUBmQM3Hb3zpRHZ0YLNfI0NvaXDvIBv08fxx8TgYyF
h77Y6vJfmz0TTojPcXThVRRVqdz8gMoOeU5cIYcFCyr/APOQti1r+R2nW9QirrknqoOrEWoC
H6ByzU+0Ej4cR5uV2RL9+fd+l+U+noW1S6Ujb1ANvlnOGXpewgbddRcbtkp9rv8ALLMc1IfW
f/OLN8yHz9o7MKPb2N7CnvHI0bU+hs1naw2BcaQfph+VWqLLFBU8Wt5VSUdqVoPvrlPY2Tg1
UD5un7Tx3AvadJnX6xr2lOf3um3zME8IbkerGR7bkZ6nkIFgvKDkC+ZP+cnNNcXGk6v6YKXt
g0JfpV7d9wf9i4zc6afEIlxp2AQ/PDzCxgk5qAQRuM6nBydVnkw7/EL27q6ExmH7AXp9OZ8I
ghwJZCGK6n5pvrudle4YxgVB75kQwjuYCRR/lrzPNbXAWaZuDNTiO/zyGTCDybMeanrkOqab
dwGS/cyof7uFSQajxIzF4CC5gyCuaEvtaMMoMHBY+IEXFQDQePfLIYyWM8sQtj1V7plaRizU
ALHtTtmVjhw7OvzTsvo//nHDWfS/NfyjDz4C5e4hPgeUD0B+kZg9pxvHbnaAi6e4f85eeebK
3s9C8nxTf6dJcm/u4wfswqpVefzY7ZqdDgMp2XY6jIIQfnnf6srs3Fi1TTfOhhhADp5ZSWK3
Ev7zY1Db1y6mkptospE/w1Zm2VR3ynONm7DuXsXlbSHu5y9wOHE7H3zRarMKoF2unw2X2/5I
06LyT+Wd5fUC6l5ymLxOdmFnH+7j96Hc/TnOauZls7nS4xx33J1+YM0enaL5d0UOBHFAs9yP
EDf8WOV4cVl2mnkbMmDrctaaI95N8Ml4Wf8A2A2XbLfD8TKI9zkRPVNNOhvZNHsdFtgTdamx
uboj9hG3JPsBm34IxNno4eSdm2d6LFbaYpgtox6dsvGSXqXc/sL3qepOa7VyM5MIjayl/mu0
1668o+adc0mKM31hYXE+myyrzVp0X4Qg/a4dT2qKb5j59WNLjqPNs0s4yzxieRL8YLfTru28
yX8+rySXmqyXUk99dzktLJM7FmkYnqxO+T7OyjJUi9XrBQ4RyeqsDJbhgARx3NO+dSR6bdAD
Rpj+jKv+K9NI+FhLU/QK5yPbG4Id3oTR+D7t/wCcyrj1tK/KiQtX1dPlkO/8wg3ynCPVD3On
7IFeN73zX5YkC8DXoM6jRmqaNYN3a3f1dyTStdsOuy7e5GjxvRf+cfdBXzH+ZOgmRQ9tp0xv
J9q7QAuPxAziddPjmA7zPlOLSTI5kV836c6zJ6fpS1puCSPnmvzekAvK6SN2Hz95nSLy15ov
04enoWolLuPgNrSWcVdlA/YZgSR2O4zpdLm8XGAebk44kx8wn+uQ/W/LMvEiRUMdyGWhFe7K
R1DA1y3CalRaxtK0u8q60trJxuFEkDKYrqHs0T7EHMfIDCbfqMZnC+5A/nVorXPkvT9SjJnP
ly8URz9ns70cA30MFr75fpTU3UZTe74Y1q/mWdo90Udflm5xx4ubgznXJgF/egsSXO3XxzKh
iajNiV/rMtFijkKqu5I2qcyIYQGieXuS2O75ElySxO5y0x7mkyvm9e/JnztF5L/Mryfr88hS
xtr4W+p0/wCWe7UwP93IHMXVY+KDkYcot+in/OUE1nqP5XaWkt8LTT9S16ySbUVAf0omV6yA
EgNQb0rmrxTMbIF05YjxbcgX55+ZH/LbyrDZs+hJqM2mxS/pC81F5Ve4iK8xc3FvyCDfZeJH
Eb75ppdsaqeQjl5O+h2LgjDikbfP97ren6g63enQrDaSRgxCNTHER1Uxow5cQpAq27dc6rQy
yeHc3mtbDGJ1DklLX5VZkU/u7hGikHw14t2BINMnqMQzQMS14snhmw8al1j/AAnf3t3fep9a
vka2sLZwFj4Oao3IbfA5r8s5zH/g8yG8y4nqmr2T2Nnpt1LKsn6UiaRYgQSgSlKkfzA1zfab
LxtU4Vu/VT8rZYpP+c/fzxSOVXkt/JNqk8YPxKWg8vsKj3BBzWaEj8jjHmfvk3ZB+9L8Tv8A
D2let9Z/RqC49L0TcBm9QitQxatS4PRuu57Zu/ymPiut3CqVc3//0fe3/OJpnbze9zNG0Q1T
ypNdJG4AZD9btAyNQkVUmhzA0puZ9zs9Z/dj3/reIfmR5wutM/5xi1HzDZWkmotZednglt4m
VW4y6Q8fKrbUVpAT7VzVyhwZPh+lvyZeKV+TG/Ilpen8vfL7pqsfmtLTTIGGo2MAhtEiijWL
hbRD4hGhShLEljVj1oKvEETuXPwYzKGzzTzzYHVrViLGWegNGRKEivxFWYAfCDmxw5BWxddq
cZ6h5/B5K8nX/lfTtV8pvqEUEcwthY3MamL0+J3SRaFSGFaMKEGqnM3T6yQ2cCWAc3r/APzj
/wCQ4rr8wNL1DUYw+m+WI31e7jYbPJCeNqhr2MpDf7HNb2x2hwYT5s9Np7mLZD/zkh5t9XTp
oGn/AH+tXfCNAaVht/jevjycqM8gjA5s5m9/o6xwAfEtrbsQXptWle3zzaybuJB3bcrgoW2Q
hQPCmGAIUGy9V8oaaqr6jJ8b0CmlTSuYGry70y2L6U022S1to40Pwoi+q3ap3J/HNaTZQXx5
/wA5D6obuW1sQdppT8Na/Cpzf9lx5lDwLTgLVCSOIRdvnmyO5a5ELJ1KqJG6y7qfpwojK3qf
kbT2FqkpWrSuzDv7Zi6nIpDJvNh4WM3M0X0yEqfbemYmIbsnzfAvrapHQgqHrX+GbkfQyDM7
Kwb69FRfhHU5jymOFiX6sf8AONmm/o/8udbu3XidX1i3tUFOq21pyP3NNm17DF2fN5/teW9e
T17y0LNPO8wnYKqKAoPSpoBnTRNTdIYkwfTVxY2U2kStzAelAg6Mp65nkCnC3BfI3nWwey1m
30WKTm2oEPbON6xE7k/Lpmm1J4SXcaccVPzc/wCcrPM413ztPo1lIJNI8mwLpFkyn4ZJl+K8
l2/mlqo9kGcycgnkJeixR4Ih8e2aMt1zoKIfhb9WWnk50ZW+xv8AnGS/+ofmT5V5KfT1K7/R
twp/kvY3g/W4yjEayguJrYXjL7JsNLguNUure9FJkkeOaM+IJBzq4Cw83e6vN5Baxla6ivzH
at8Srxq3yr0yM4W2cb1n8vL7SvLaTXpVWvPTKeu4BcjfoTlOIjGba8gJYf8A85J+bIJ/yw8v
2IPGTVdTuryIeMUMawFvpdiPozne29Rx1Hzt2HZWEiZL809PodUbbcsKnNHMEB6rGUdqNuFu
w1KhumQxy3DMh67/AM4/6kbT8wJrKNuJ1XSruCg2qyKJF/4jlfaUbxW45O5fpf8AlVfqHuYu
YPqxBwv+UN80emmITB6uDq4XF7Zea0uj/mT5deZ+Fn550wWZbsLuD44qn/K3X6c9axz8XHGY
6gPGyhwgjuKC/P7RW1X8uLi9SOsugXKXJPhE9YpP+JA5utHL937nCyDd+TnmYqHKNRSGINSB
TOtwSuILpc5Nl5/Na2T81EwNf92Aihza4jTgHdjOoaFIivcRMssKCpKnegzM4kGOyRwIgmry
4im2NNJ2Z7p1zN6KqrVA2BOABfFI2TFpXb4m3A/DCKYyyFcmpxw1XkKjv2JwmNsTkHV6d+Uv
nvSvKH5geXPMmsSSLp2jyS3EgiUs5f0nVAoHcscx9ZgOSFObpMsYytj/AOYf5kXfnrzVr3me
95JNqtxWG15FvRgT4YowfZRvTvXI6fTeFEDq2Z9QMhebx3dzdzrBEjSPI3FUUEkk9qZlyqIs
uEAZGnsuk/lfJe6dFNdX7WepT0MdqVBCDwbfcn2zUZu0+CWwsO0x6EkXe6e6b+Wl3pEslxLd
pcFD+69NSPnWvfMTP2kMgoOTi0Yx83svknR31XUtN0SJAk+oTLC7fyod5HJ/yVBOafUToOyx
RoPpDzveLf635f8ALlj8Nt9Ygs7WJeqW9uVA296VOa0Q4jbtMMTGFpD5v1M+bfOn6HsDytoZ
BFJcLvSKA709q1OZcY+HAyLk49ooXzCUu9Vs9Mt6C1hK+pToEi3NfuzI0Gn24z1bDMAPU7Cy
+oaRJdzulrLfxiSW5f4RBar9hST0r9o5LPlBNdA4d8Utl/lCOz8xSytEHGi2dwYEDVVryQCr
s3dY6mlOrd6DbNRqNYOKoM8uOURu9gvPq7H6gY1W2ERhMCgBQhWnEAbAU7Zq9TLilRcXBAxH
EOdvxs/Pbygvlf8AMfUUROEUkrdqd9j91MyOyctenue28TxcImOoYnHJSyFD8JX7Wdpjy+h0
04b2x3Sif8U2LLv+86j5HOW7UNl3Ght9j/8AOXd07eW/yhflUx+XllkPf4vSBNPoyGlIM4+7
9LrezBXjf1nzp5Lu5dSeOC2XmVUc2G4FfHOl05N7NGqAA3V/NkEtlJxJ+1t9+YfaEzEFnpBf
J9ff84kaMI21rW5BvBarCjU7ytufuXOOyy4pE9zldsSrFGA6l9k+YX56asi9gf6jI5fVAOi0
fpyF5b5yhW9/RVyVBF5p7REnf4ozX+ObDQE8PucjHcZSHmxXyXqSxM/lW+etjqJeLS5mO0Mz
A/ujX9l+q+B+ebyQ4oiXVrzY69SDtYXs9Se2mBWjtDN2+IHia/TlGpx2LbYG4vUNAS28y6Jr
nkfUpV5XVrLDbltyUk6EV/kejZDFQF9XU6iBBt+cHn2zn0jUb+wuVMd5p8klvdKRTjJExV/x
Gb7SHidbmFF4uYzLGbq5lmjt5ZhDF6CB3Zv2q1ICqK7k/RktbrvyxAAsu37D7B/lAGUp8MQp
ava6Do+m3AtdRXWtW1AJDBIOLQW6k1kZaUJYAbH8Mx9N2hk1OWMeQdr2h2HpezdJOZPFI8mH
esV7hadRnQgbvn121LqJtreWb02uEiHOaNDRvSBq7DxKjentlGpkYRsC2cS+ndW/OyXXvyFs
vIfmAyNq3ly+hubHUlUuk+nxo9FY7kugYf6wzBx4+GXH0cs5OKPm+GfzC1qz8waFrmnSsDey
WouNIuw9ZXlhIeEK1RVW+yQRmo1epxZJ3GNFlDU5Ix4TI0hdL8yPd6boNxdDnf6rbRMIFO5f
iOZ9htXNrHVVCPeXDBsp1PdmM8q07GmZYshsAtgOqaFbapNbQ2ejz6jezTerBawBmT9yRJI8
zMeKRqPtEkbbDfNbq9PEb1u3QF7s1t9Xt9Z8vS3L2cmmtZzF7G3kPJXiLGGSGF+pWN16NRhk
NNmots9w/Wb8rrS1/wCih/5330cnC7/wBbQXUKnaQen5eZHYeK7ivgcxtAR+Th7z95TkP70/
jufAa/k9pA8tS3r/AJk+VTLJYJrVt5tF6/6LWJLd2l0th6fP620rRhTTjs2R/luf5jg4fTX2
t/5YeDx9b+x//9L0d/zgV5pufMX5s+alZ62dv5VuxbqSTut9YAke2+Yunri27m6eTiDzfUrT
U/OX/OMekaBo8iXVxrv5wwafLpwHq/XE/QzSNbfCQVJKg1rtTwzVaiQGX/N/S38Vjdj8X5i+
Zfy+QXFvpCOdHkVNV0iCQRTWoR+E3pKV4OqitVqD4VzF1miOeOzuNDrxgFSDK9d86p5uSDy9
c3LJaXpb69LOSxjsWYfWOMmwDSV9ND4EntkMGingjVuRqNbiz7AU9Ti0TSZ7Mw21lb20PBFE
UCLHHxjHFAANvhXYZM5pRaRggeidaVZ2/lfSL6W2hWG41QBHYdSiElRXrSprnL9t60yFN+m0
4Etnw1+dWqSat56n0wSfutAgjtQtaj1mHqzH72p9GaPSR4YX3u+hHZ5y0f1e1Brucs4jItg3
SfT7Y3V4wIrV6gn23P6sunsGIfRflPT/AIoVA/u05kH2p/HNHlnZZgmnp+pXIstJnk+y1PhP
jXMeFykpL4B/Ni8bUfMlrBzDNbR1YjsWNf1Z1Whx1jtr5sCQPM/BGoDTf2rmVy3YkI66gDzW
1ujbDipI775Hi2TF755WsFggiooACjp2NM1WplukpH52qYpYuwDnJ4DbIPBNGgZ9SQkVB3A+
WbISqLL3vXtI0x7iaEKlXZhT33zDyZFMX62flhoA0X8sPIsE37p743msXEZ7rcMI4WPzSEEf
POt7Ew8OIS73ku08t5JAMR1b9JfpK48wacGe2gnEVzwqSg/ZYjwPjmxyRJlYcXEQI0U9m/Nq
+sbUWhd68aVB6U+eQyZ5RFM/AgShPMmpyaP5Z1Hz/qrB9XsdGa50+Fj8MPM0tY/dmlkVm+Xt
mBrcpGOzzcrBjBkAH46+crx7q4uZHczPNKXklfqzEklj/rHfOcwkgvQ8NsIsLRpSTX7TgkDM
szZwi+p/yH0y5u/P3lCG1Bac6xZSIRtT0pllc/Qqk5Tis5B72rV14ZfcV7MIvN+oXURpBd3c
rx07iRiRt9OdfieYmKD0K4uHOnDlvCVyOQkbICUwRWdz6ETp9s8WK7Ef25r8xIu26MQXj/8A
zlleWkN/pWgWBCweWdMs9PMVfszFGnmHz5Sb++cvr8onnAHQO87NxmOOz1L4p0RCdSRj/u4q
w+QOY2T6S7WB3Zbq1iY5oZCRs+49swscgXIOwVvIV/8AoD8w/KWqElYxqMUM57enP+6Yfc2Z
WYceIhx5x3fox5C1caZ5rS2duISZopFPgGpnMgEG2jMBKL2786knj8neXPMFnKIr3y3qyrBI
TQj9qM/IEDPSuwcni6cA8xs8fqo8OQ+b2qPUrH8yfy5uJbP97F5s0S4QRgV9O5EZDow7FZBT
Op00hGXCOodTkD8Z/OkJS6m5jjIopIPBhsR9+dLoMlxp1uqxdXgt9cutyUWQooapoaZ0GM7O
qnGinWna4ickkYv8PD069femZMTaJR2Q9xJayTepCpSv2l7A+OXRcWVp/a3UMNsC0goPtAGp
+eVm2mV2gbrVRKSIm4jstf15bjx212SlP1smvxVA75f4YS0bm4YikhAHYZLh2Tx0iIzLPRQT
y7j2yJbBkHR7N5B8s3McsOrsnAJURSyigDEdVB65pdfmscIdro8NHiL3bT5bVDCk7C5ljbkG
U0p92aWcDTthIMwXXNOjKwyj4TuVzHOnk3ccXsf5Y2tpGdb82rCPSsIfqdjts084Bf7loPpz
BzEjZzMURJizeZOPmbXdcaQmLy5Zt6Rr1uJSUTfxLNXLMWPZ2Zj6QGZeWdMHlXy++ragANa1
ZSXD9Y1k3Cj3puTkjA5piMeQYGXRV8l2Ca35h9a6cR2USvPfTueKJbwfHIzE9Btm1zAYcVBq
nk22Qms+bLnz3q88lmDbeVNOaR7OH7JufS6TSjsCB8C9h13zmNRkp2enwjHGzze1fldbGDQ9
LD/aaI3MpPUtOxff6CM1OKQ47aNadmZLdetd3EvKoUP8tqjKpHikS1eHUAHw/wD85U+WI73X
NJ1RVAfUrCoYD/dqAqN/muW4JGGR33ZMzPCYdxfHGnajYfo5oZ3Cyn4SrdQR1rnX4cgONjmx
klI9AiFz5kt5ID6sbTGNW/yht/HOc7Qybl2Olhwi32N/zl7ZONM/L6AAD09BNovsY3jH/G2Q
7OlcnWdnDbJ5yfIn5f67Foss9tCByEhWRnPxOV2LHOqwZeApz4ONmms6guqzxqSCzHlXrSm+
a7tLIZBu02HgNP0D/wCcbLUWPkC7uacWvLmlSO0a/wBWzlZb2HE7Y3yRHcHvd5L9Z0eYA1Me
4r3yUaqnVQ9OSw89uHW703R1O72d5LA48FdTTNl2ftYb8m0turyvVLJlu9StUJjKhZbeRdij
Iaqw8CCM3WE7BI3Tj9InVJfr0y8bu5t4bmWg6yOpSQj5uhP05fPEOFoAMTSlda1c6Nrekapa
KPUUesq1oZKbSofGq9swo47Bacsb2eRf85ReXoZbnSPP2kIG0vzjbcLt16JqECAsDTvJHQ/N
Tmx7PnvRdLqIcJIfCE8d0pljWRo45pFLJWisa0Wv0nNzmjiq504mDU6jDccciL7kouPLWp2P
mFLWTT5Iri9s5JUhABWkbAs6npuDvTKccsUJjhoBjmzZsu0yT71e10S6vJzEA0QU0lZx0AzL
nlERYaYYyWZxeV/L+nLFfajcTS28bD1oARWQd1A7V6Zrc2qyZAQA5sdPCIsl59b+aLe206fT
btpLeTy7NNaRvJVvWhD8rYI1Tzf0mUEe2Y2DMcY4ZtOQxlsHmOsNp1/9a9PSrRJb9gwkmj9R
oyK7x0YCMmu9Bhy9nQyDijs1CRGzH/JOkanqN4xt4JtU1W7kGnaPYQRF5KRnj6cSDckk0FO2
5yrRCMQZzPLZERuq6xqkVg7w3cogliYpJGxoQwJBBHsRmwnqYge9tpO/JHkT8xvzOs/MWpeQ
tOjuNO8q2kl/rGsXN3HZWsawLzMQkkI9SRh0RQa96ZrdX2ljx7E7ly8OmyT3A2DGG1K5luk0
yTT5ntrpzd61DIQHshFQTenQAMk/wMGGYeOZkUSj3v2U/Kry3qNt/wA/Fvz28zfXIzpWoeQb
W2/R5YmUTrF5cAkVaUCFYyDv1yrs2Q8KI60fvcvNpZiHjfwk19n7H4nfoHWVv/8ABZv5v0PO
v6RVBTmYon9I1StKgyCh8K5m/mo1dbuR/JGTxvDvbm//05L/AM+v9Zkuvzn8y6b6vOOLyDfX
JTf4S2qaYB17mpzA0d8XwXog/LXmaaD/AJxa0TVRdDTOP53tHNrkdEm9BvLkj+unCg9X0yIw
W77nNNrOLxNu5z4VJ5j5wudJjivzo2q3b6XPwW2nuStX9cgenIw6ippyG565tMO8BfNry+kp
/wCVZreyiBluBdXV4we6uJj9thUKiIfsogPwqPmdzlsgKYY8tPqLyZqb6nJpulQPzlmlAm25
cIkHKQn5KM1Gsx8IMnZ4dTezLPMmq2o1RYlcGy05Glda0HGIFj+AzzvtPLxTp6HQwJFl+cch
udX1LVddvJ/VutXvJrtyw6eq5YD5AGmSExwgO0iKQuoPSJkHRT+I8MnjiOanYo3yxaerchyt
aUAHz65XnNRKC+jvLMHUqtNgCfbNNLklM/OdwLbRm5Nswbf5ZVphckSfnxr8ovNb1C9aj82I
BPtsKZ2WAcMAGB5ICxt6vEyii1oT+OCZpICaaVam81cVXkiEALkCaCafQ+lQelbMePECgBzU
55XJEmAecizi66MVFF8CCMu05Zjk8l0K0JvSwYABaD5nNjKQ4VB3fXX5K+QpvN3mvRtLavoX
cyi6mVa+lCnxzSGvQLGCcwMOM580YDvRqsoxYzI9H6R+Z545r2SKwAhsoLZILGCPZY4I1CRq
B7KBnouKHBsOgeLJ4ty8Wi1q40o31uGp6pKyKRsfnjxUyMAWMWOnvr+rxqIP9FjcG5Y7Aiuy
j3JyqdSZx2Y//wA5W+cY9G8v6b5LtHCXOqiC91FB+xBCrLaxnw5EtLTw4Zoe082/CHZ9n47N
vy/1vlIzsDSsgH0HNfjFu3Oy/R7RnEbDdRXmR2NcnM02R5bvuX/nGjy/LaXXmHzjcIVtfL2l
vFasR9q81GsEQU+KRCRsnoI8eX3OB2jMCNdS95ltrmeSK7C0DNX5Z1UTToZbvUbJRNYLA6iR
XUBlywxtqumVfl55XW580W3qxCS2t3ErRsKiifF3+Wa3UQZCdPgL897+a+1vWrl35Pc6jPOx
Y1NZGJ6/I5wGKROaR8y9pjgBjjXc+fNKLreWklQeL0PtmzzRBCccu967rNrG9sJQtCeLZpob
SciTzm/LwSRTpUSQuJIzXeqHkD+GbHHvFxpc33dpuqCW70vzBE1UvobW8B6V9WNXan01zntR
j4ZEMDuH0l+bGoS6r+VNjq1m/qxLPD9aXsBIAnM+4YAfTnUezWpEZcJ6vNa/FuSxr/nGj81I
NB10+SdbnW30jX51k0i5YkCK/ag9Mk7BZgKf61PHPTNPw863ecyB8s/85AaEPLH5lecdEdSk
UN9LPbBhSsFyfWjI+h6ZsdBtIg97jag2HyPq6xGWR0HHfp451GHYOnyhjryEEUcqwOxzNjyc
eU6TK2vSEJc7q3FffJcVNXBa5ZyQwV6VPxDxwiRaZRV1jZiPi69cyoSADAY3pHkb8ttd86PN
9QUQ2VvQS3UgISpPSvc+wzE1PaGPDsS34NFPKNnpb/kJrVsSbi9t4+LcVIaoan6sxY9sYyNu
bd/JOTqmMH5aW2iyQy3Fwt6/7acPg9q032yqfaBkNmePQeGbKcXyXNoiRiQjmtERdqL2FB0z
CuzZc4kgUETosU1oJ7iSQFXUBUfqD1qMjlIPJswCXVEm79WRpHJPDc1PQDfKJDq5QD7KjWPy
j+WvlnT7giK6uLFta1Svwv6lz8aD/YpQZpZjinTutHDqxTyV5WDaX+nteT07a8vP0rdwuP7x
0B+qQUP7Kg83+Yy2U/4Q5M57q+r6xca7dt8VIA3FFHSlegGbnRabw4+Zazsj5pzY+VfMNhCa
XGuS2mkh12KwHlcTj/ZKig/PMbtaW4iz00OOYPQbpzoOhiPy3cRpRZbiJ05ntyPH9WcvqLMv
c7GUre0+VriO00qacUEcEJWP2VFoP1ZrYUCWjPEyICloV8LiK7l58vhHIDsWJqMgAAzyRO2z
52/5yXuo49O8nTO1P3UwZh2VnYA/RlkIkzA8nO7JFCfv/Q/KvXZpBqt6I5DEDK/NQe9d6fM5
voTMYuwqy9y/JLR1v9V8vRfa53nrTEipIBrv92abWGy5EvTA+59kf85XWgvfJ/ljVY15Sadc
/V5iB0S5jDLX/ZRYNGRHJQ6up7PNSlfV+bVjFEdTuTFOYHWYh+4YE1DU+RzpscqDfI77PXNK
trW3cDk0rum0sh6nwA7DMXWjZuxy3fpn+TES2/5b6UKf3stwzkePwgZzwAJLqO0iTm+AZ/p1
4JrO6gZgWAZafLJYxu4MhTAknMV7Pa8/hFzFMo79aH9ebDAOEt/1C0l1q1ZL/UrvfikNDTwJ
zYYcnJrB3Ytc3Safq2k2MYHqw6XF9a3253Eryoh+akZtcGSM7ievJE4mrCI8zelLo0d/EoY6
bItwpNaqpNJFNPDMMw4JkFqmLFpzYaPF588j+ZPy/uQhnu4RqPlqTkH9K9hHqx8WG3x/Z+RO
Rj6ZODqY2AX5xeadPuJWdhGtvLEGSe2K8TzQ7h/dSKUzYTx+KBu64TEOjzDzP56vIpNMvLMO
NVtBMLO/mTlGyeiRIlAetRTie+TnERAro4k8tlnFrqyXVra3kcYiN5DHM6nanNQafjl8RxRb
BNLdYubm+jmWzt57praMyTegjSCNf524ggDfvkAYQ2MhazEpjYW8Nls76fU723e7MsMtt9ck
uHFEUxkxFqqNmGwqPpzAziMZHi3Y4cMspoPHdU1rzL5ev5tPm1CDU440XhdmIgQepKVQsduX
httmMNZOIoHZsz4PDNFkOiea9Z8qxPeafqMmkeaNGu5VW7tnKPFcOKCSNutGjY/RlBy1jMe9
xRsRSz8x9U8ieYfyv8u6dpdmV/Mq01aNbvzPGJVaS3lDtdregVRl5cRFQAg+xOV4BOctzs52
TJDgFc+qH/L782dT/LfSLfyNfaFIsjzSwWurWzjjcm6Nf9J5e5A+E+G1cll0UTMGQ3DlaXtI
48ZiOqzzpcXGgSWPnHR9WOqDUID+kbGR6tYl1b1beQKSKF1qNvhI98yiODeLjmpHd+435V3w
f/n4H+etg1zLM0fki0kigMdIoR6Hl7mFfuWLAnMLsweke4/e7vVzH5GER/O3/wBk/m+/TA/x
H+kKyfo/0/UF960nA2/LkT6nL7NfemR4dqbfzsfzHFez/9Qv/wCfSaev+dPmzUmvTI95+X98
RZU3UHVNK+IknboKCnfMTTipV5Owy6Lg04y3zlX2H9THrnSbzQP+cLJ7K7f61La/np6kF0hq
syN5YBD8T0G5HE9CM1ZqWb4fpcrWaSWkyGBeHeTNZbUYIpr6IXWnwcoLZD/uxZC0bM6jwGy+
G5zNgQQ4OWNvWNNgsJJYybiSfUrROEl2jVECqf3cbH7PKlNqVPU4fDBcbgfXn5Ih7fRfNvme
cFhp8EWm6bOw3ae4rJMy/KNQPpzTdt5eDCaLnaDEZTDEvOmsTWnlvzVfhqTS2MkcRJ6NOyxA
f8Oc8zy3PI9vp41F8yWYjW1jUruo3/hl3M05A3SbUShUpT4yRUe1czYCgxZr5UtQqxyBdjuK
96GhzE1UqW93unl+qxMBTsxr4VrmqyyZMM/NPW0SxlhQkC3hpXxcip/Xl+gx3JjJ8U+iZY2c
mrTOT8hXOpB4QlMBCLa35qKsg+GnvtXKpWSoZZ5PsQ10JilDWp8cpymope4wR8bMKRTkaZp5
G5MCbeQebZAqXZPsDTxJzNwM62Yr5b00zTcipqzbeHzy/NOgzxxsv1G/5x/0G28veTNd80PD
wu73jo+lzsACeaiS6Zf9jxT6Tmb2BjEjLKR5B1PbErIx/EvctDtpNSldivISKVFewAztsHqN
vNZzw7PH/M+k/Vr69DAqQ1AOpH9cjm2LdCXpT38u9BN1fW8k8pFsZasBsFSMF5CffiDmLPaN
shJ+dv52eYL3zf511jWr2WrX9xJNDD1WKNjSKNR2Cxqqj5ZyObIZzJL0mmjwRAD5o8xJ6Moi
47IV5Edz3yzE3S5sn0a0HoQIq7yBaDxJ7ZXklW7dEP0u/K/TYNM/KXQlS2MUvmTVbmZy3V47
TjaxN8qq9Ppzb9jQ9HF3ui7TneWu571D5Tim0NlWMCVKSbjxHtnS+F6XSnLRQmjaa8btA44l
TT7sjFHiA8nvn5eaUkN/c3BABMMhQ/JDmNmgN0SkRT8kPzdgaW/1IcfsXBNc80xbZT7y97jl
WMe54jYW6oWYDeJw/wB+bSRsNZNPZjGLnS0kK1pEB45p5gCTeDYeZ6nDzZaD4aMrDvUHM/CW
iR3fVP5e3Bvvy+8tSFwZrSK4sH8a2shKf8I4zV6zH+8KH1R5EX/Fn5f695VlkBkuYnS1Vv2Z
GFYz/wAjFXD2flOHKCHX6vDYL5H1P1NNeT1Ue3mRiHQHi8ciGjCvYqw656/oMniQBeP1UOE0
xn82/P1z5/by1q+oVPmbTtO/RHmC7P8Ax+x2zE2l2f8ALMbFH8SAe+b3TRInZdXm3D5s1OKd
Q8hrwXqfDOlw0Rs6rJsxAyMXIZt++Z0T0cOW6sk7Luta02+WGkcwioZHDAFWLdRse+T6MOB7
R+WvlS38zatCL/mbGyo89vH8LyV6KG7DxOa3XaqWMbOdo8EZnd9avrOnaFbRadpVstrDbKRF
DbgKi+NfEnxOaMA5N5O5iBDYJW3ma/vpY2kIYRjila0A9/fLYQjELxEon9L20as0zIGp9k71
OAC12YZe6vaes8n22LVqf1ZkAbNEgLSabWpJSSrqQNqYDA8y2cQ6Mv8AJekzeZfMXl/QlXk+
tajbWrU/kkccyf8AYA5j5TUSygLL7w8z6EPN3mK7iNIdGs5Ikc0AEdra0Wle4YKBTNOMlWXe
YzwQ83nPnbzKt9dfobR1MWn2YCEoafCO1dqk03zYaTTj65NuPzSO0mg0u1l1K7HG3tI+aqOr
OdlUDxYmgzbxnTGe5pMNHEl76tlfEJqFxMmqRRE9aI0ckY91Qgj5HNHr5GcrcrD6Xp/qC08t
XD9GjQAeG5oM0eWO7aKJRd3q66b5NYI37y5McC79S57fQDmFwWWwQHEs8mal62jXU5enq3LI
CfBMrMKLZkju8G/5yluOWkeXI1ejCwBoPF2c5bpheX4OToBUJnzfmPqzcr2VzuWoWJ7noc3O
SHCHPgOr6Z/5x9vEtPNHl1ZWAS4n9Ek/8WKVH4nNLqvTu3zHFAh9cfnndR3f5caokoDei9jw
8Qyy0r9xIyWCNUXT6PbLT8xooZfriXMIIDsEl9iDRSfn0zpcMbFN8iAXtGkWNxPLA8rfYXbi
KDJanDeNpjmqT9JfylvFPkDTY1b+6uZo/vVSc5CvUQ4+vjeW/JNNIvz9avYjJ8KysrFe2ZER
wm3FkNmPXdz6WvWlTtcMYiT0rWozMx2QziNk41lY2+srM/pwShXuZOnCGIc5CfmBT5nMjDuX
G3t4Nd6j9d1yTUpNoNTkaCVAacENBGAe3DitM2uXCY4gRzG7lQo7F6ToU9vqlnPZXVFvRGYr
mI7LcxUI9VR/MP2h9PTDHKM8BIc+rjZYnGa6KHks3PljUxFJzLafOGsZx1aMGtD7UODNGo8T
hz9Wz58/5yZ8sp5c8132uaXbGXRvNcR1bTWSgUSSHjcp/sJan6ct02TanUZ40/P7zHqhF2jz
W3ovKyFxEdnVT9liaUNK0PXLsk9nBkN93pn5NWWkNb67qXmaOfVtJ0h1itNIgkpJcTvWqs7M
vFIIwD4E0GantPV5cOH0O27I0kc+T1FnP5hfmvbjQNK0zQIBoemanMyWk0aLHMYx/erP6fCo
ZwBU15AfDnK6fLOWTiyEkvYZdJjhj9IAfN1t5pmE1ytxp41luA0qbVbY/U7Z5Lv95HZsvQFf
TqzAbd986bFx5gHkZ5Y4Mhrd5BrfljULx9V1PVtb56jPdepHpVuKQRRRrVEWSYgmighffcjM
zJ2bPHHiLgZspyStkfkryTP+a2tx6L5a0t9U1GeBZL+Z5hFHb2sFI2ubmV/hQAkAnc9gDmj1
erhgjxZE6bSZNRMQxjd7dF/zjfpulrq2k+YfPtlpOp3tjJcaTa6bC11BJe2zfFBdyycOKcNw
0YLE9BmDpu3YykOAbO7PszmjHikd3lF95b8tW/liC51PW/Q8yyyvM6LEj2KwRjjG8MxFZGEg
CyFN0OzL3O/z6qUog1s6T8vwWOr501a7ksZ9agmWNtK1H1Gm09QPgeRKc1bqyk0I+/MeGYkM
jIgP3+/J3VYH/wCfiv8AzkZo0opeQeULS5tqftW7af5VViT7SYezJegD3/e5WbLY4PN/N4mo
F47rVhok/wDgu2uINAfUPRb6l688czra8uPGvpRHbr3x4NuLq43hz4ePo//V5t/z6C1WX/oZ
zz35dKs8enfljqMouHIZiTrGi/DUdhy7ZCA3tvOpM8XD0u/vR7+Y117/AJwh0G/u7BrWCw/P
SC11qVU4BwPLbUllA6LI0qR19xnPazjhI1zEf0u113aEdVkEz7vveWeZNX8qp5Ytbny7Y2/l
uexuxarJbEi41OedwZOCsx4rbp+1TYnNR2XqcxmRNw9RlgOSK0DXCwCErBa8gscK7BiCObk+
Fe/UnN5PORycSErL730a5XRPyr8p6cgCTa6s+s3fHuLmQrDX5RxrTOZ7cz8QAd/2Zj3t4/8A
mNdj/DTWxIrfX0MZFeqQ1kb8SucfHfJ7nqICovFaFYCQKBiFU/MgZeObYEhmR2mSM7j1Ovyq
MyxyR5vUNBjMcMIIpwAA/Xmu1RtgBu9n05VhsPW2BdSBmukbbAXzr+ad8RBd0aru/ACu1GNM
3HZ+OpIt4fBCfTU0B4jfNzM0tqkysRbwquxarnvQZTdqHqflKx48H4AUFK5haidBBOz1G5iE
MC8dioLbfKua5AeF+a15JKv83E098zsPJmDsnfkTThLdWYK1FCxH45DVyqLdhfqJ9Sfy95J/
L/y7FGFdrD9I6gOxnvWMzV/2LKM6vsrFwYIDyea1eTxMsj5vYvJVoiWvqFQCE/X1zqdLCg89
qDcnlPnexEupTeD9W+RyrVRouVg3imnluIWtlqa268VstE1KZm/4s+qy0Oa3VyrEfc3Yxch7
35T+aLf1dRNaEllUfcOucdxWXqsQ2p4rrtkbi+jWg+KSn45kwlszPmz/AEGyIu7MEAqu5Byj
LPYtsC/T/T7NLTyl+UtikQWOLQbOSi9A0/Kdz9JkzquywPDjXc8rrZXkkfN9J6VDEbQKVFOI
DD2pnRiOzpZS3YgbdI9RagAUufpzBkKLZjBeoeVJfRGsyq3EwadcuD4FYXPTMXUS9J9x+5yJ
RuvePvfk/wDmHCLpr6U0JejE+4UZ5njlcy93EVAB4fa2rkXDAAlVBPvTrmzJaXquifvdPEbD
qpH4VzW6gVJyYfSw/VLSjTKopxYnftXfL8EqDiTNPavycmE/l7X9NSvPSr+C9Va/7ruYzE/0
clGU66O4LGJ2fRf5Z6q+nap6PMxiWX0yo8T0/HMKqNrXEGKfmz5auG81a1NbW1bS/dL+Eg/8
tC1f7pA2eq+zuXxMAPc8f2nj4ZvmXXNBUMyyo0ZD7MNiD7jO008bdBk2eU6zot7WQw3XJG2W
Nl7e+bnDLhDrskLLz2bTbqGRw8BYjoQSPppmdGbhzhu62YrKirCXetaH2ycpbKIgPQ9A8q6t
r0w9GNIYEp6s8jcUFe3iT8sxc+oGMN+LTHI+rfJ3lXT/ACdp5lhmF5f3UXCSQMOCV68R/XND
qdRLMQKdrp9KMQRd/BbhS6EVAJc161yeIbNhAYfcX0Nu1WmCrWm3f7syKtrJ4Urur6C4IZJz
8HUiuGMKLVKd8knuNRtg1DLQ0qSctphKW+6Utq0Msqxw7ioqw6VxIY3T6r/5xnja/wDzL0ue
QchomnX2obdnWL0oqD3aTb3zXaw1FzdPuRb7O823g0PRxp8DAX15Vrp1NTX39l7Duc1eKFl2
sDxF4ZY6a91zKAR2sI53N9L8KooNWLue9c2Ry8IoOSGM3F7H5j1610vTy/6E06YSF3FGuJQd
5GHYDoo7fPMnFGZBLZ9Kd6vLNaa2Li1PpzWRjMBHQFN6E+B6HMKcTRttgSQ9Q1rUIZfK1hcW
9PT1WeFo1HYbs6/7EimafJGpUzx/Uwrznq/oabpFkG6GS4ffpxHFfxJzHhAFyImrTvy5dfUf
L2jQHZ7pXmkWvTmSR94yrgspNl4r/wA5K3bTWflx+VUfTgo8BxZh/DBpYVmLm6QVjPvfndqV
GnUj5beObjMNnKiXsP5cXrWmo6NMrcTb3MUgI23VgTmo1MbBc6A2fWf506rx8k6ggYFbq4ty
i17DlJTMmGMeFHzdLp41nl5Pify3AJZFjkSqvuyn5165utON6RnPc93tolihRqU+EdM2OqhW
N1+LITkD61/KbUSPJJq1PQ1RVX3DxN/TOGnj/eScvWi5R9yZWOpmLzLq9mWoHAmT6NsyvC9A
LjGNoHWNRDTRTiha0uonNfAkZfghsVrZN/zD1KSPThY25pJqASW7YDcQIfgX5M259hmXooer
doiLsvJLK2N5bX9oaCSIho/buD94zosunuPJgCL3Zx5amhunjhuGMTygFJkPF4pR0dG7EHOW
kJ6fISHLmBOLJrbWdOi1tdD8xXEVjqEyhbLVJKJDdbkKrHYRvX/Yn2zaTyjLDZ1GWJgb5q/5
oeS77zP5NutLSBpdU8v89S0CAirvxX/SbZf+MsY5KP5lHjmNiuMnFzjjFh+YfmbyfNrkdyIJ
LSOOYsUVomeVgRsa9QR/kiubCVVuXVSxcUtub56t/NHmfyNfXNnBMbSWxmrc2LAOjq4AErKw
+NHABr/TMOfBkjUtwnHlngltsUv8weYNb86TSatrFz9WguQIdPtbdQ015KCFYxKxAQA/ackA
dswJaDGDcXNy9r5ckOAl53DqMWnx6hoOoX7qIdS9WNVJ9NiwHPcHc/DsQe2AznAUHWHc2m3m
Hy35mtfKh1TVNR0u70XVUW4063uLkfXZYZgTEwXYg7A0Y8qb98yR2jklHgO7aIxq7Zj/AM4l
30Gl+afOd/eeZYtOuYtEGnWXlCbj9Z1f61IHZ4gzJUWhjDkLVtxtxqc5zt7EcuLhAvd6X2Z4
Y6jikaeo/nB+ZFv5ejspIW/SUkVvLbQWhK+vLM6hS4UfZCgbuK7ZhdnaXgD0Xa+uhjB33fFr
6xq2qvY2pimuozI91JpMUbzt60vwPMijkylqgGm1aVzdzzCMaJoPBgTyzPCLtiXmBdd06/bT
rnTLn11mCxaXNC6Xi8zxXihFdz2Aoe2HHITHpKMsJQNSFP6Ifyz8tX2i/wDPy3849bvZFFt5
x/K1L7RY0KtyhtH8t2Uxcg1Rllh+yRuGBGZfZuMiAl0IP3sch/eF+TI1vS/+VWPoH6fi/wAD
/oRYhqfCLj6fpshYjjStej05V265jb8Xm954GD8lzFV9r//W5Z/z5u5p/wA5G/mFBPWO5h/L
m/EkRQBiP0vpFKsd/hFAKbGuVYCCGmErKI892WhJ/wA4C6l9Zv7i5gh/OwXHkm0tiYp7eaTQ
eMFpOzLWYJG8lSeicaH4Blna2PENWe7wvt4mjDORw3/T3+T8+7B1gkilu7yRplb/AEeBZPUc
nrQsTQDxpmi4B0ciAJfWf5Qi1l1TRbuWE6leXEvHT7FVMkbO0ipHUUNKMT1FBlMxW5er7O7N
hLGchfoj55vI21Y2VuV+r6dHHaQogAVVhUJQAbbUzke1MvFNzdHARfOnn+4eWXQ7M/Z4TXDD
xMkgUH7lzR4YAkl3d7MNuIiqqpFNxWntkzsWV7JOI+V9GBuBx/Vvlt+lBL1Swh4oCR0C7fR3
zByEFgBTNLm5+r6bBGGNW5N9HbMYQsthp8y/mM7Sy2qGtJZmcD2Vf7c3ujFC2oS3YhZxcbdN
hQsaV60GWZJ7suarZ2xu7t5OI4ItFUbUJ75Imopu3tXlyyEUKClCQK++anUStDKdRPG3Y7DY
in0ZjRG6LeFeY4/UnMfUkgfhm0w/SpNPU/yj01rvXtKtFWpmuUgH+zIX+OYup9RA73JieGJP
k/Srz+/DzctrHQQ2MUdvEvYLEgQD8M77Sw5D3PJSl6SXo/lpmisJJBuTGgp06AnOhxVTo5/U
8t8xz+vqkRIryDDj71zX558WSnPwCoJvYwND5e84TqOHHQtQFR1qbdl/jmt7VPDiNdzk6UXk
HvflV5jg46hKV/3VISfbbOLgbephHheS3MLS6iR1bnUZmw5Iyc3oWkQcbxAQPhUL9JHTMbNy
bLfppPJFH5f/AC2eH+7Gg6aEYbigt0X8CDnVdnTjwRrueW1I9cve9n0W+D2UbsafCPvAzpY5
LDqZY90jcma/NOrcqfTmFM+puxx2Zzps4svLvne+Y8VttJu6NXoTGVG/zOarWzMccz3RLl44
8U4D+kH5j+b4iyzbVFSCf9jtnnmE7vbT2DxjT4GM10tNmUg5sjRDhGW7P9ARhCiHopp89swM
h3tyMct0Pq1mvqTMRuy/Z9waY4pJnAc2T/ks/wBV82axpj1C6to1yqp4vAyzJT5UOT1J4sdu
OBts9qsZ3t9SRozxZWVlPupqMweY2bMQei/mpK7WGg6zahmW552lwV3p6q+vHt/rBxnaeyuq
MQYEvP8Aa2CzdPlHzELh5BQblvDfPT9DlEg8hqIUWCXcIkkAazld06uyGn0Zt4yDgTG6UXOh
pfusf1OVZth6iKVAHvlsc9NcsVpVN5MuYbtEhjSkhHxsdx70pXLvzIYnTkmmdwm+0i3itrZS
TGux40qfHMOf7wudCHAKa/xDqcZMdxemOQD+4QGor3r0yIw0mWSkkn1vUZZgkckjFz8RqaDx
75dHEA4c807TD1pYY1R7sPI25aQ1YV7bYTG+TaDtuVt5dyxxxiKVJGf7bp2yBBCDLZid1Nds
eKMq13qceJrKtpMV7JdBNqA1YkdMMvJkIkv05/5xI8ltpnlvXPP2pxelJrjCz0Zj3s7VvjYD
/iyfp7Lmm1uTiPD3OwwRIZ55813QLPUzLq1w0l9MP9D0iGklww6E8Rsv+s1APfMfFE27TGNt
niPm/wAy3r6dwUDT7Rm42unRmoLn9uVhTmQOnYHpmVixiUqtz4YxEX1RXk+yFhptrcyKRPeD
mQetKkivzzosWGsZcXJkudJvMfXNzdsQyKCA3avtmm1MSDTlYyQExFxKug+X7ORqrHe3kka1
3pSMfgSc0+oA4uTZDYkvPPOeqNeamlrGaqgSBB03Y/25HHjHCzuyzK21USarBYq37uwgCUPa
igDMYwpmBu88/PwfXPJmj3YNZNPuLmzlPs9Jkr9BOURiY5Q52kPpkH58XzAyOe6tUfTmzyi4
uVjegeULoxyWbAgcZkp9JzXzFucDs+kvzqv2byxplryHKWVSw/1YwP45mcO0I/F1WKuOcngW
hwmO8UEdgfv8M2mGPDLdx9RIEPZzVLVN/wBgdM2Ws2xOtw34j338up2tvItxJUr6mrpw37LC
1f15xnBcy7LVnce5FTXzQec7GZZOcV1G0RYilQy1BI+eZcIehxondCavfGG4uUEyv6sZZ0AI
MbKTRWqPatRmThx2GJPNl+sT/pDUr7kax/VbaKHfbisSkfiScvhj4AD5tUJbJFplibfURNxJ
guo6SBdqN2650VjJjDjZTwl10j6TfowqqSN6sdPnvT6c0OvwDityNPk4o0xz86jJJbaHrFv+
3GyO3gDQjbIaXHYcbUGuTK/yR/NW8a5sfKvmW6+sW8hX/D+rzktNDIfsQM5PxITspP2enTDm
xEbuEBYfPv58+X7HyR+ZmsWztd6XoVzGdbsJdPcJLbR3aseKt9qiTBhRQTTMfVymcBEBZcfT
iIzAy2D87PzCdNV1l7q1kvL+8gpDHqN0gVp4etHCgH5V6fTmHpIZIw9bDtKWKU7g8+tryWG4
j0+4PO3uQILV41LOQTsijfcHtmVDLRp1lWzG2Hl658reaNOvtGiv9buYWXyrdQQyPqkt5ssU
EEQFQRIvJlpuCe2RmYdXMwxiYG+bD38n65ea0y/mXb6ro8z2AeytoniMkjRcVWFRycQlUBPA
ippTIYhCR3YYoxeveXvJ3lbyl5YufM76YRqV/FcNb65expdT2qAD0khZiotzJFX1ONWpWpHT
LTjjHzD0mhwQxw4+r59vruDV7m7lsYXmjUvHbyryTjEp3PJyaimy+IzV5jG9nV6/N4k31f8A
ktaeX/LvkKy1axtWh1XzZbyHVtXP7y6VRKYDArqP3ULhS0dK/EKnOL7Wz5J5uEHYPo3s1oMO
PTDJXqL5m/O+/stS163tdKspINd01I5rTXLeSSSdrZeXCJ357NzodhsanvnRdjiUYWTs8v7U
ZMRyUOY5v2q/KG+lm/5+if8AOQtiYo44bL8tbYq45F5DJF5VNSWJAA6ALt36nN72blvHGPcD
97y2QfvCfx0fzUiO1+tNPS4+ri4X/RfVPpV5E8vSrTrv0pkfFNUy8WXDz297/9flH/Pna6nP
/OTnnzT76MLd2X5Y6kImJPMRfpnRRwavWhpTwzGww4ZWOTTjjRt5NZ69Jrv/AD7w0e4kkS2Q
f85HfVryXlyZY18oSSvwLE/G1aCnjmuyk+MeI3Uf0tnh8OL439j5Z0lLbUL+yjuYPQEYZbIr
QU5VohHevc+OQMgBaIkvrj/nGm6uLb8z/LduCHtLWe4vzE+3p/VLaSQvHTpyYLUHMLV5OGBL
0Gg1UxHg6F9uX1y88jTOauxBJPcnvXOI1GTilbvcEaeWecoml8xRon2LWzt1+TEFz+vKYAAO
fdpDfxH1eI+yAT9wyrJtuiEmPxx/6cu3RhT3oBkuP0MzJ6nYgMgoTUUBzAkbTEptrD8Y7aMG
nJeIH9MGJlIvnjz47S6rZ24A4W8JYj3kY7/cM3en+lp5MbUlYVFB3+jBW6eKmSeXLMsCXALM
1Rt92DJKtlkaezadAscYA6ClPfbNZlFlMUPq7lYCtKA7ivemQhzZeTx/VgZb8bbhxt9GbOG0
WfC9/wDyLta+cvLh4gg6jbkk/wDGRa/dmHPfLH3s8u2OXuL7j86Ts3nXUyaExzyKPoY56BpB
u8jkPpekaLdFNNdjTfgD9I3zdwnQdRPm8jvZvrGvIiVorNX5A7nNZxGWV2UNoMo1rUBpv5ae
cr0ACS4s0s46+N3Mse3+xBzTe0GfgxS+Tmdn4+LLEfF+ZHmO3Kz3z0+0WNPnnJacvSkUXk9v
C8molgoPxjb9ebISoNZFyegWUB+tTsetAVA9vbMeUtmwPv7ytM+r/lb+X+oFqvpaXGm3HiGt
Z24g/wCwdc6Dsid4h5PP6+FZT5vS9G1VXjEIengO+dJDJbqZxpOIZgtyXryMYPyO9BkZy3ZQ
jsmPmjUxp35Uec7liFn1IwWMXv6slW/4VTnOduZeDTTN86DsOz8fHqIeVl8E61C01tNIx6kG
nzFM4bEd3rcg2eU2lkyS3B4b8yp+jNtYIdZIb0y3QomFKr9liG9qZg5A5EZbL9Thb6wwKUV1
2/CuMdkkkt+RWew8++VrsHgs94bOcf5E6Mn8cyskAcRaRLenut1G0OpUoBRyN/Y0zWRqm+E6
D2C0l+v+WWhdIpXgCsqyD4eUT9TTf7LHN32JMRzjzcDtAXC3mGveW2MzTi3tQey0en0Z6dos
vDtbyGpgTu86v9NuAXCx20VBt8Ln+IzfY52Obq5x3YfdWmpJUCW3Va9omr+LZkCmo3aHii1G
JvVEluXGxka3JP3l8Np3QX+5DXEv4heQW02n3PoOFh3NFDKftbA1y0HhYkkoWTy5PyaR2SWV
6VZlYVp4bnbLBmAajAltNEul+zHB7EEj+GQ8cFeA9y4aLeJtEkHxH4geQ3+YBwjOmUFM6NqI
B/0OEVO5DGn4rkRlB6p8NATaPcAFnsBRRV3FNvwwcce9j4e6beXvKusavq+naLY2fC+1i7hs
rQhlPFp3CBv9jWp+WV5MwAboRPJ95/mt+b9p+XehaV+WX5eOv1rSLOLTl1ZQCqJCoiLx9RyZ
gd/Gua3FjOUknk7bDiERu8e0DT5reFp7yaS81K6ZZdQvZmLyTSt8RLOanbsMyibFB2OEdUv1
qRtZ1+z0qJtkkSDbu7kGQn5Lmbo8FkbNmXJUXtFwogUxW6/u4ohFGaV4LTiD7fPN3miBGnWx
PFK2xbSPaW9tFEXmuGCrGoqzEmtBnN6mR4i50ZUx7UtUimvbe1tJEkt9HRoPWTdXmZi8zKe4
5fCD7ZgSAlu5GMgCy800+X9J69JcM1Y4JmmJPghov3nDOA4aDKJBOyb+XtVF15j1SZQqLJKR
HEteIHLoKkmmY04cIbBLdW8+gar5a8z6axBMcS39r/rW54v/AMI5+7Kc+PYS7m/SzAnXe/PD
UQY7m6hP2lJ298tmfS7ECiyrybL6l7p0I39SeLb5kZiVezlE0H0D+cF0ZBokRI4c5F28V45t
Jwqcfc6nTyuMvewbT0BvUoOiqAfemZ4+px8h2ek3LKtui1I+Eb5dr5/u3G00bm928t1tPy90
kdHury6uKeKqEjFfxznNPDikS5mrPqHuSDVtSMV1pV8W/uJF5Ef5JzPhiBBAcY0CqeZblU1V
WBBiuFr7EOP7cyMGO4okQyzy3qSalZCRmBurKNba7Q9ax7RvTwdQBXxFMtnDanGlKiyq3f0l
YCgLg8QRv1BI9jmXppnYFhnHFG1XzHpxvNE+vwEM1mRIT/kHZgPl1yWtjY5ONpMhjKiw7zDb
nXfJZgoHmtA3Gv2gUHIb+4zW4SRKnI1G759sprjTp9ImUmN1Zwjd1KNVT9BzK8Li2LgAkFZ/
zlD5gu/M/wDyqbXqIbzUfL10mofs8nguwvLl23J+/MPHDhJDhauG9vz481fWvrDRmaW2ZXEs
cUZPLbuD36djkMkbcE7MLvY5b/6u7XkEDX7n07xpCk6T29KMeFDy8CN81s/SUeaKk/NL8wNE
vri2i8yW+o3LWyRjUhEi3axxg/DJKqrJU13atT3yMaJtsjPZGfl9pvnD8w73U7mXRNS1aw09
A2rXmlxFxamRh6TSoCDICQaqh503GU5tRjwm5GnK0+nnkPpBL6U8ofli/wCYc1zpWvJdaZoW
jpHaan5bRZLJZZpVZQGmlCyKtI/WkBFaLxrvmq7W7Z4YDwiCS9X2doDqARkuMQHyP5kudFTz
Prukfl9HNceWdLlaHR5rn4pZkiAja5Y0AAd1LLXotMswSkcYlPm87rIY45SIfTaQ6f59866P
arp6eZ5ItPsg0em6U6xTrGSSSNxsKk0FaCvTDLQ48suIjdysHbeo08OCMtkt1uQWcEw9eea8
u41mu76QgvLNIoL1IGwqKADYUzMx4RECtnUZs8s0zKRsv3p/KfTrqP8A5+cfn3qMqpFbT/ln
apbVcepKCvloFlT+VDGQSe5y3suW1eR+9sy/3h/Hc/nLj8va+/lu784foSUeTYNWt9FOvlKQ
m+ljmmESyEVLBI/iYCgJAO7AZHijfBfq515L+Wn4fHRp/9CSf8+dLq7gs/OMN75ZtIJvNSap
qyecopIprq7WwurC0NndUJlg+rtIWjRqBlcuBtXMGBP5mr24f0hyRjiNPxdeIfKi9ii/LT8l
POn/ADj15r8p6j+XsGn+UfPf5mfWruLQFFo+m6udHt1Gq6enFktZI/QCcQvEgsCCHIPns+3M
+LEMxNkT4P8ANq3rsnYWPJqPBjsPD4vjxU/M78+v+cbpPyG1XRNZ8saxd+ePy+8wBv0drtzB
Gt3pl8jU+pag0H7rlIo5QuAvMBhxBXN3ou1IauFjY9zz2s7JnpZUeTM/yO0nQrXzhFrdh5lh
1TVD5fvTe6VDbyIkEk3pKSkr0DcQeLbdem2UazPIwMSHM0mCESCH1GrqykE/Ezjb2zl8gd3C
gwHWj6uvam3Kv71VU+yqoyomg5IohL5oWadQBU8GPy2ymZtiAk1tHW9SQiqq9K/cMnLaDaN3
oNkOLAdnYUHtXMMUyHeqX3Oe8j3PCKpH0DCArwDze3reYLpU/wB1LHHv7Cp/Xm0wT9LAjdKB
H/dilQxoK5bHdaei6BbcRGeNVqMxspYyNl6ZAoUgLWhpmvO5bYhBa9EfQJKkHqB4jBjNFlTx
iSMyX0xNSBJQDwzZ36W66fRH5NN9W81+XnJpxvoC1f8AjIuYfFWSJ80ZTeOQ8i+zfODcvOmt
b/ZupRX/AGRz0TSDk8dOVhmEV36GlScT0VaGvgM2UjQdfw3J5vYurahPJWshUqn0+GYGLaVu
f0pd+cWpLon5c6PpCv8A6V5huzdyoOv1e1BRCf8AWkY0+Wcl7R5rqHe7jsbFczI/wh8I+YU5
29w5/bJrmi02xdzkee6XpzSXXIKWWvX3zPnOgxtklsvp3Yr8NCQT8xlZ3UyfbX5M3sV9+Xnm
DSiwdtJvre9A6lVuojC5p4Folza9i5D6o+dup7ThchLyZRoc4S7aMt8Ib7XbOox2C6bIGfwz
KGYBqmnUeGWAsAkX5r6iIPImjaasgRr+/munjB3KQRBFPy5SHOP9psnpjHzd72PjvIZHoHyx
Mn1i2deoBFR45zEXeZZhgU8CW9xOGNKkMK/Klc2mIGUXX5ZAFkWm6BrUsRu7PSbuSBqt6ypx
BA60DEE5sIdmZcsbES4ktXCHVL9UDpLGs8TwOKho5VKH8cwc2hyYfqBcvHqYZBsUrjc2N3p2
oo1DY3tvPX/UkUn8McX0kFlLnb6N1hOV/JMBQepyC+zGv8c1wjWwXipnHl+etvPbkij1Cqf8
taD8cytJPgyxLHLUoFWuTdXEaqNPjLcfj5XKih/5F56dpeQLyOY82B6pY36liLK2HKo3ua0/
5JZu8cjTrZDmxWbSdQlPJrayQ0+Gs7n7+MYzJEy0iFpNc2GoAMpTTieu0snX/gMRMhJixXQ9
Lv21DXpYY7OK3+vNb3McgkkLTxKtXRhxopDCgOWnLQ3QIMsOkSovIrbMy9ePqj7tzlRzWU+E
kNxeC0kVJYhbNUgNIG4tTwJFPxyEsxd5oezsGUeqW6e6bexXLRWoiie7lP7pNwreNOIb7+mR
GQlGv7MxYhcCnM9leRjfTFYjf4JR/FMPiU6WOM9WMXcdw5CyafKwRgQqyxGhHQ0PHETtBjuz
XyBcDStXuda+qT213o2m3dzp0koQhbllEMbAqzbr6hIwZDxCm/TQHGxNLeTVPOk11LWW3s2V
yzb8vTAVevid8zgPDxgB2EiJSeyQ3kFvpFzeswpaPK8g91UcR9JwY4kmnIxmgxr8v7Oa91iX
VJh6jQ1cN/xdOdt/YVzotLjrfucfPlJFPZmAVZZ7iRLa0DUe5lNFqD9lepZv8lanJarLEBpx
Czs8685+fmhuZvLWiMbW3RPT1TUCKXE3ICsaU/uk33A3Pc9s5yVzJLsI4uHc80mSWGx0aW4S
dXZLdjJGoIMT1KqrEgAkih2yIFncNhmxXSLr9H6PqGoMSXmPFPkv9ScGSNlMDtap5Eui9xKw
PLkwZ9upFT8++U5cYFNmM2GU3t6i30CzKGhuhNHMD+1G6lHFPkcPgicCGPiGMg+EPPOntpPm
O7tq8lWR05eNCRX6c1/ONdzu+IEAovyGwGuaUh7XKbH2OV447tpl6Hu/5nOZrKwm7wXZH/BU
zc6yPCYnydVopcXEPNjuht6t506ECvhTHHPikjOKDNtZuPTWMA0rQfT75PXy2adEPU99hlWD
RdG01XobDS4jN/xknJmav0MMwdNi4YX3tmc8UywTzBOrW0qxklbeWicqcuLDatNszcUacbKd
kRezrf6Lp2ovPwlhgEYHEt6ksbBeJIPw/DvU+FMth6TTXKWyWWmq3Wk3seoWM5gnoOTU5KVb
ZldTsynuDl5DRdl7bpWr2nmPSxfQqLO9t2K3VnyJXmuxKHrxPavTocce0q6stwPJn/l4peQC
zuHBjuonhlHULy23998zc8bg63JcZ288gR7Maxpc1QbdmUoehMbcSR9GaqEN3ZGXGAXjvmPS
/q1zpyhSqcTID4cicy8cOKTgzx08R/PjWGitvy902IqX07y7NJt2a6u5GFT8kzGyQqZp1+oN
F8kNo9zrLS3OqagdOtFYBJWUl5G6n019h3zFyzoOBOe7zjzVp9nbn1NJv21W4eo+uShY4oFH
QrQ/G9e/QD3zAozNFQwWxm0rSbVrm90ltSvZmLXN28pEcdTQIAu5BG5JyqcSCzIe3/lR+cEP
5c6ob240N9U0G4WR7rynY3D28N9cleEL3TpycxxAkgClTTemaftHRHURrq7Ts3X/AJSd9E38
xfnZq92NV/wlqOqQW2p29xZny3rkxuJLFJ42DPaXS0MhHI8Q/wAQ8Tmth2RHGBxi6dlk7el6
hDYSfMUk116MOjaZFNLcXZjhkghqZJZpCFjiHHdtyABXN9hgC8+ZcUvN7tc/842a55UPl6fz
jqCQXt5GbjUfLYj5LIwqPRiuI3rVduZIA7DNjjwgkOyHZsqBPVg/5heWtO0eziv7VmiEfCGf
THkLeor1BKVqQwO9K46nAALDj6nTjHyfuX+UupSX3/Pyr8/7OWAEaJ+X1tBa3S02jng8sTtG
/evNiR7HMDsuPXyP3teX+8L4CP5g6D/0Jal1+g9N9D/DbaONE9CL0TeeqtvT0eVPUEv72v2+
XxZzfgT/ADt2eb2HjY/5N+H2v//R5V/z54vpk/5yg/MWwsb+c6Je/lpqF3c6fzYQtcwaxo8c
UjR/ZLokrqGpWhIyjDz35sITJFPsr8stctG/5xqSbXvMUXlyaP8AMprS1u9Sgab1J00dJFhm
9IBnPAM3PiCeO4r1831GgJwmH9O/sfQ8evA1gnz/AHdf7J5t+eXnjyt5c/IXz3YeZdFv/Mt3
5onj0vS9Wt7F4dJk1iQmewvPWkdGT0QhZOKdRSm5yzsjQmMjRcftzVxlF8b/APOOl6j+cEhk
ded7pN7DGadXXhJT6eJzea7B+7Lzujyet9fAH1vflQ5x+WNPSRlYfPfmz8yI9G8ya1ZHTBO1
jdyxu4mCu6pTkVXiemZ+LsrxocVusy9rjFLhpnHl7V7bzBaQanbRSQrPbMxt5qCSMlagMBUd
Nwe+avWaSWCW7stJq45xYUbaP42alatt9+Y59Qc4M1tRX0qV7bZhkUWwIg/HcAj9oUH3ZZWy
gPANZjZ9Y1G4415XDrv4L8P8MzcW0UcNKFvAssgqNoulPE7nLgdmJ5vTdBtxwQEe/tmJml0a
o7lnEKASBKdBmJezkBQ8xqDGBWn7sb+G+RgOrIvG1irfNQfbclvvzY2eFZSp7T+Xrm117TJf
99Tox+SkH+GYk+h80XYIfZvnKdT5x1FxTjPOZDT/ACqH+Oeh6SWweQmSyScqmkCg+0BUfRmy
nJx47liXlu0e81eOMKXeaQRxr41IoPpOYUrc0HZ5r+fmtrqnmy8sbVwbLQli0ux49ONqKOf9
lIWOef8Aa2bxdQe4bPS9mYzjw+Z3fNGvITZHfcGo965jYBu35JJFoVtuzgdSaV6ffmRnJDTC
TbQ8bhzx+022Rgdmwbvc/IukaxcWmpXWh3Fza3Njp73F09tIUJtkZfULgbMqlgSCDTrmboOI
zPCWjVyiIjiZv5b1fU4g0t7BPOsLkTXHD1Ah60YwAsKjcVXfOhxTy1YNumyRg9RtfNOjtCbg
W1xPKAeMAMqqW7ByYhQE++ROsyjchYaeJqkm/NCZJNL0lhqsGqtqIWeKKBDGLFkXhNb77kDb
5nfvmh7aAPDImyfsdr2btYqq+147BGPqk9QKhRvmlA3cuc+aVaJpy3V/eahKAsNtSG1lZQ1J
epIDbGgzuOwNAMg45DYPO9pakj0jmzdGumotxPdMxNI2SUiNx/k9KfI/jnaRjGPIOglKR5lW
k017mN4ZbE3EJFClw6tX5VqcqzYIZRUgG7HllDcFiWqeQ4p4ZhZs9lLICVhLerFXsKGhAr4H
Oa1nYMNzA07XB2pIbS3Z9qbOHHOgl9GEyKOnLgtfxzz+cDDIYnoXecQlCwn+hymKZAejcSR1
6EZZhB4gplcSyC7bTOMqz6xZ2/xNyQ3A5A16EBtqeGeo6KX7uPueT1AuRYvcT+XIq8NZs5SB
v+8LEn8c20Jlx+EJak2n3CsYLqORBXdI5aV8OTJT8ct42PpQQjdw8ttBJqAQhPSt0VmLMeKj
YmgJ6kig64ONYxEtkiRptEv76Ob0rq9vZWutQsWrEocqqKYHKmgVQAQQeVOWxyqWaubkjRkb
p5d3v1KCC5vtKht7a7k9OG4a4YqzAVYmkJICjqSKDIjKD1cTLeM0VWscnNW0qzmjYbkXqlGH
uHhAIIy0kVVohkI3CbWN1bWcaLFp9jZoimvG9t1VR/wC0GS8rTOcjzTGG5F/CJbLT11CGrBm
tbmKQAg0PQA5A11LCNk0EHJZQXMRnjsDNHVlLwzW8g5KaFdn6gilMRG+RU80ugit4Zmgls7u
2S+he3edo1KJ6lKMxVzQKwFTluMmMt2UJcJU5tG/REDvLD6d5cOTcK3UBTQA/rzYZSJUA5kD
e7FNQ1V10yTS0NHvb7m4/wCKkFSPpambHS4rPE5F+mu96fo17beTPJ9pqE0CXGp6y8kml2JJ
UNwHASyEb8F9up28c2HFQ4YuKImcqPJKtNv9R1e6/SWs3bXUkO6VoIo1X4mEca/Cop4D55g6
sgCurtMUIxGzwuDVf0l5gvrx2LrcXLOeR7VLDfMMwqLXk3LPNau2g8tW6rT1dSuACPEdafgM
MItBY7r92YdOtdOjFBGoMpH8fmciBZtnxCtk28hXH1f6xPE/GSEECQdmbbb6MqywshyMJ2Tn
VJ+Vzp5DdPUHt0GX4IgNWWT5p/OOyVdRt9SA/v0Blp/Mnwkn57ZrNVj4MhDt9Nk48QYP5KlA
8xaWCNjOhyqIqYbeL0EPoPz2RLo9ySAfRnVx9+bbtGPphJ1nZ87nIMT8qtynMhFatuMxtP8A
U5Op5M4lQ3+s6ZYg1E88aH5E7k/LHWeqVBr0YoW9eXU0uZdQnRvhlkdYx24IOCf8KozIGLgi
A43ETK2FX9w0n1iI9JIgRv3TbbJwG7HLLZW8vXP17RNRsDu1q4mjHgrbN+Iy8ijbjRmSKSm+
l42q+P2W/wA/nkjFgWVeRtSlng1COKZoLmER3EEi9VcVQmnQ12qMpyAxkCHIxkHZ7V5N85wX
M0OnakqWGoSPxilXaGdulB/Ix8Dse2bLisbuFqcJ5hGebwtt5geVfhXUIVkag25kcH2+YzGG
P1NmmncaLEptF/SllJPPWkBIic+FKMWPgvXJxnHGSSupIfE/5lT23mbzLf39nIF0qzjhsNLD
sFDWtovpo7E7Dmat9OYUso506TPLiL5x8zFGkaG2vi4VJIXEdWVAwp8DbCu/UZjTgJ9HGkN3
kc+lGz+Eyq6ClHdOVB7V6HKpwERst0gL0W0pNhZWwk4xmS8uX2XkdhGqjY16nNbISkbViMt8
kFqtrBK8EKMVktoBRi1dzI1a0HYYBj23SALUbW1vdTl+q6RaPJKaN6086xqvgzPIVVfbKctA
bpJRl9pusabcR3dzLbw30bLOJrS5SZlnioyuCnShAO2VYpVsyjIg7PqTUPzgfUvL+m3XmnXN
HvL2O2Ux3sX+/SOLNGpPMHsdutds2sJAC9npIa6Phi+b5t8yeaLbzh6rz3i6bplrPFaR6xeh
2hSeVjznKoC5WONSQAKsaZj6jNewdTqdR4kqfvv+UU/l0/8APxz/AJyGtrK21NfMK+RrKXWL
qYD6iwNr5aVFgIHUII6178sw+y7+FH72vL/eF/PIsVyhn8vDzDTyhPfxanIlXMBuolkiWf6v
1EwjkZdtiPkMh04q3afFlwcN7dz/AP/S5B/z5pe3b/nJX8wj9XIun/LbUSs9aKsY1jRqqo78
mNSfYZTi5/BphdsH1b9HQ/8APvazu5Ly7C2v/OQsU9neQXEsc8U0XlIpHJ6vIuCVHPY9Tmgw
y/eGuo/S3xzz4Lve3w1ZefdY86eZvK+g+ePzH1NtBS++rx67rVxNeQ6ZDcN+8m9InjWgFT18
TSuZ0sHBAyjHfnQ6uQJyzECRfeNl+XEn5VWvlD80dB80r5k8taZqVpb+YVlEccqC8doRPC0T
NHLBKh6A8lPXbfOeHacdRcCCC7f+T/AqQNvrJggu6oweNyGRx0KtuCPmM0GeNSdviNxfC/nv
Xprbz952tbexgSRNSuYJ7+RObFD/AC16VBzrtFg/dAvH60A5T70//JfW54PNB0eS4luLLVba
ZIWmO6TRKWWnsVqM1Hbem9Fu27Hyeqn0SLYKjMBTjMQPlTOTD1AKdW7ECFq70GUSDaCi0YpM
reHUn5YALNJJ2t4ZcyxS3ssCRySTyTOQqqT1Yn8M6zD2DlnAEOpn2rCBoouytkCNJG6OCTyd
SCKjbY9Dmo1OnnglUg5OPURybh6NpkIjtrdgAHNKj9eayR4i5EYsptA0s6VO5BIPsuVS2DcO
5AeZ3oJOI4gItF8cGJjM7vMtPhElzNIw3R1APzNc2XRhIvVPKq+nqkDE0U1BPtTfMXUDZcUn
0F5h8zX9tr5TW7JEuYfTWSWE8VmoFHKNWqCKU+yx+jOp0etlADjDpcukEiaL3sD6z5RbUkji
SKBOU7u4EkgZeQCLWgMa0LDqa7dM2ke0YyPk4Z0pB82HeVdWsrK9u9Rll9RtLsrm8gSLYKyJ
8DMzgCqswNN6mgzB1vaEIwPDzpyMemkSHyb5ivpLvU5maQyMG+J27sepPzzhyCdz1emgaDEN
ai525Wn0/Rl2AbtWYoTSYnEaRwW8lxIRQRxIXO/yrmbLTZcv0g04XjiB3KYS6Hq4YSyaRdRx
kg8jGTv3NBU4fyOaA3i2Y9VAnm+i/wAjbw6d5s0u3J9P9IwXVgynY8p4GoKH/KUZd2VI49SL
FWuvAniJBROp6Jd22r3V35cc27qWL6avFe9SIS3wlSesT/DX7DKc6HUQOM8UDRdXAiUakibb
zHNcxNpd3HJBe+vDFPCwKcSXUkOj/EtQO4I8Cc1WXWyPpPVysenA3CE8yQyulhHIhHIXM6px
NeLy8agdaUTNRrozlICnYafJGIJYFO4ZTarcQWnJSWnuGCKig7nfcnwA65PRdm5c8xts42fW
QjtaeXk0XljSrINp0BtGUi2ury4PqTSndj6MKmhPWhetM9M0WEYcYgHU5Oz8ueRkkF15su7K
e0ikv9NjhvkWeKbTrU3aeixpV/VlZlKnY/DtmaNjRdNq8MtPPhkzq01XSLqKBl8zKyzBw0hm
itUUpseBZRXMvgj3pIiY83n0erXFp5g1RfM+p3SWksddJs4Lg3NqsVTSVrmEgMxHbamYOf02
4+O+JmD6jFqSwXMMqTQzwRmKVDUFVFOvfPIdaP8ACJ+97XFXhD3Mm0mX96jVrx609sGliZTC
yNApXr35mp5V1Oxju9NnfSdRfjPqLwtaxwtvsJJIxxO4qTUdc9JhxQxADnTy8ZcWapcrRGme
edC1aeRruS2PKiPLZyy3LO42rGIFYcPc4dDkzyl6+Tt+0cOkjjHhH1Jje2XkbVZBNd394syJ
SNXjvDxWn7MckTKPuzaF0JxApJa+WIIbiO68r3OqtPbAPbyQaPc8gVNQxliVTv0NVII6jK4i
V80HCYjZK7vzlrvmZbvypqfl+9tNUsLj1NR12ws6xPGv2fSUhfTdq0ejHj4CuTkLFNc88yKb
07yhAZGe6vtZAlieFLhbKSeQI44ujCsi7j2ymOEktfhGQ3epaZqGm6Tpn1AanqN/Mg42Vxq1
lMgiVQAqVWFQEWm1a5OQkBtu7DSQhxVPkxjXfNMT3VtZxXlq8AtW/TNtbbyPM5IRYy8LV26g
dO5ygyy8gx7QEYyrHyed22tXfkuPVfQl+rW2pzRy2kdg3rNBw6RyCgbbxr1y3w5SG7Hs3VQ0
0ycgsJp5R876FML6HULJIBeKs9spCenzLEyO46I7k7k5LEDAU1anV4807iKCfaDP+mNUufrV
vaNpdkvr3BiAHpKpqqkqaHlmZpMc8mRqjUmW3PmSDzwLmynjU6rYxtLpt4oANzBFuYnp1KKP
hPcbZusuHh3cqGxeH36rNqSov2EfiGHYsd82WlFRtypEllOuak2p62sVOMGnpHYWUXZIrYBF
FPEmpPuc2EYAbsobc041W6TRvLOt3n2Wt7KRUHQmST4F/Fs0upJlkpyIyoPnfy28yyvGjlTd
KROPGMkGm/jQYckBTQTZeheY70Nc6FYAjjbxmdwPagH6sjCOzCXMMT1C89RpriZqRIdk7sab
DIwgBsiXNOfK959W0+V2YK11NsPADIzG7fiybUm02pJNe20fIEwqzMSenLYZdiiEZDbzL82r
VpNDtLph+7leX0nKMB8BCsAxHFjuD8PQUrvmB2hH1Bz9BM8JDwny7drbajp1yWp6Eqk03Ox8
O+YRFEEOZfPzfUfmxoJdHvGiaJvUiSSRIpTOiNQFgJSqFtyf2RQ/D2zb64cWCJdXoKGaTE/K
oHpFyNu3yzF043cvVS2ZTpVyTrNzd9RYW7snhzf4F/E5AQGTLSB6MZJZlpF3xVo6mg6E+HbN
lMOtjPuSzWLkQsknQBqOPZuuVx5oMtkD5Y1EWOtrbsf3V6Htzv8AzfZOZUo7NEZbphqK1TUb
c7PGwkiFNivX9YysM5u/L2+A1x7ckj14JUoPccx+IwZAxxz3ZJrMpt7hyuymjinTfwzYY4cU
HIPJnll5on17TLCK5kEl1pI4R3LfbaN9uL+NKbHK+EwlTi0IysPTdM0q21Xy5qGmT3Jt5NV0
25isOOzh5FILr/q1+nNfqsgBoNeSRk/MDzJpcsN9LpNzN6csEjRvbmtQ8ZKn4WpvtgAFbOpm
KLynzFopXibaQiRT8Vejexwyjs0SBLBruwllUrKhXcH4HGx8cqnCw1gG2MXNs9igDVlkevFQ
tC69q07jKJYR3MgGLTWK2enN6egHUtQnb1bieaQrDFUmnFVPJqDxzFnpZy5clPNgV5aX7Sq0
sHpkOGWAL8Gx+Gi1NRmPk0hA3TbL57m71CzRbyOTU7qIfvItOgS3toCOiLPxJdvHjQD3zXjE
b2TzYTeXOkgXJiinttRhFfQulUyJtQjkADT6MvjEqC1b3FsYbJJlSbTdOYXGpRVNJZZhTk3i
AMjkxk8mYNP6Ifycvbu6/wCfnv8AzklatKBZ6Z+Xmnxxwkbs8tt5YlLD2WtD8xkey4+kHyP3
uRkI8U/jufz/AAn0ve9FhB1FdNoeFakijVrxpWu9cy/yfRx+j//T53/z6E0qKy/5yZ8+XKuk
f1j8tNRWC0Fa8RrGjc29gCAMxNPImXwcbDKy8MFzp2nf8+5fV846LdahDL/zkUA9grNDLGze
URwYElSKKKfTmsxYyM9RPT9LbG/C2/nfofDllqOmG5Gn+WYbibRNVrDJpWopG08TvtQyKKSA
n7LUBHfMjNCXM8/JIkRuXrvlK+j0OxXQ4UkvobSYhzLK7QCX9po4i3FaVpUCua/Lh45cRG7k
w1kiKvZ+i/5VebYvMfk+weeVTqWit+j9QWtTSMVhf/ZpT6RnNdoYDCdvTaLMJQfLXn8L/wAr
S87ssywgak8kqy7RlXRG3771zruz43p4vMa3fKfenHkj6rF5h0PU7NSY7S+jE7UIAWSqErXc
j4swe1NOZ4i5fZ0+HIH1aU+CQUJoxqOueeZPTKntMZBGyopHFRQ1Wm/zOVjctlo6cFamoHGM
k126KT1zK02PiyxHm0Z5GOMkPNLDTP0grSGJ/qU+8sv2Gua9UXoyw+J6v/q9fadLjEcQFdHz
/LIymSyO406MW5I9NfTAEcSqEoo2oANts0PbvZkc2MyiNw7Ds7UmEqJ2R9ncQOqxxtuo3GeW
5cMsct3ssOQS5MktV+FXG/AEAD3OUyDk0Up14GUMa/s0OOGO7XIJDomivcCWdZY7e3aQRrLN
UciP5R3p451Oh7JOojxXQdVq9cMRp6lpfly+tJYpB6MzMvwJyMZNR1Fcv1Ps9MDY24+HtMXu
92v0Y6lcabf24NtrOmW176Uo9RGY2yIzqGFD1HKnQivfLIYTihwy7mccnGbDIQ866BHZu31d
Lk24uDHJxZUWNY5DHStGIWikeOaqGUeJRc/wxWzBPMl/Z22g3h061ithfXgtWulq806QfvHY
ysSxUMFXruRXK+1JjgAj1TpYkz3fPsvKW5dz+05rXNGBs5/EAp3foG5WBoprtqB3treMySFa
03pQLU9yRm67I0BzSuWwdfrNUIihzZRZ+dWih+r6Z5dhtHiHClzOI+LL2McaOfxz0TDp4COw
eXyykZbo7SNZ1TV7vUDqOr2sEWmRxT3lhpx4XKRSPxMqJIWaQKOuwHvkMuCNW5Gigcsqem6J
beWb7VvLkVjrGoibUtUgtbW/uiomAuCRHNWMDhQrsKgntmny6WE5WBv3u9y6WWnhd2GP6hqX
mTRdcks7pprlvrDpFfckkVkBpyFU5NTuPtDuO+abVwzQNXs14pY5h6J9VvLyy0/V717O9it5
4jDdcvUlCM1CEKxoAOxBOYn5c1xE2zGQbx5JJ+a35ieYf0vHPoumRWWpnTbQJ6ESPAIl5BU4
ua9NyRm708Tmlx0OVOl1mfwRwg+b5H83+ZZrsT2eq3ENnNqMvLUZdOhZ5+YIKVV2KoFPdd/b
N9h0+3KnRnLLi4mO6z5y8wDTbS1h1W11q1FxFFBDJYy3F0xf4Wei1VadWbbM/HHhLtB2zm4a
Aej6RoVjfxwagbfWFuPRRIIY7UMqqu5CqUJUE9id++XTFuJlzyzyEp9Ev1O58wa35gvvLOle
T4pLfy3JDLfrqkQkuHjnQelKqRmP01Y9AK16nMc2dgXHnMy2p63oWkecrbSDbWWjW2kBV+Fo
7UiImm5cPMz0PsuYuoieHYuXhBB3TcLdWkFmt6YmvRCPrUkUfpIX78Y/2c8u1w/wiV971uA3
jDKtBgn1GK49CYWwiUcbgv6Z5V2VWG4ObHsXSnLk4q2DjazJwRplAg1a6jKT3OrSw8uE6RS2
2oxN41V4+QH0Z6Bjxnq89M7rvX0GzZ7SKB4bj02uJbRhJaBYY9pJ3JEUaon7TE0Hz2y2j0Sc
kYjdMILS6lRntdJtLK229LU9SSSRnSlQ8VpVZCD+y0rICN+NMq4ykCR3CudPEyMtxqN1eRkh
jbGtvblgP98W/BfoYthBpmIXzRSSXTW0Nmx+tWFv/vLZPCDHCenKMJxKEeKkZPxCBsg4Q2dB
V1aeFYhcE1b61D6vIHsZE4SD6eWATYnEQdihrqfTtHijk1kXOg2sj8V1ISyPZCQmgSSaMr6R
boPUUA+OHipBkIn1Lb6Owt7kW0mrXLXkiCaOwguJZrho26MI4yxCnrU0Bw8ZG7I8EkFdaXeK
G9GJ1R9w1/eemK9uSD1HI+WXDJTXLECxubyEdTZ5NQ1LTwJB8UdjYGSvsXuTQj5Lk4ZRzaJa
ZLr/AEqx8oaG+iaSpN1rkxku5zxV/STYV4BRSlaD55u9HGhaccBHkhPJwhsL+bzBfAQ6ZpEb
ssh2DBQR9NTsPEnMnJMT2DkRiSWAWbNfSSyU4M7tLUdtyR92bHDDhi2xq09ubeVb6DUko0V4
/Y7JMQPURvp3HiDmcPVFtjypC/mrqAi8s2dorhTqF2jSe6RIWP4kZojH94WcjUXnflOITPLc
qv7uqQxE9KDc4ch3pqBWeZtUhtdSvLy6vIbK2tYkhe4ncRoKCpBZiB3w2AGEyIl5dffmV+X7
TLBN5tiRgvFRGjSRAnuzqCBgiWmWSJPNm+m6/o2pWkL6b5gsruBVovoyox261Fa174L3b8eQ
Jfqnnvyp5YQ3Gp67brM5/dxCQSSufARx8mxMqOzKWSI5lhsX5zaL52s9Y8v3vlS9vtN062kn
0u9gkjiuVmlbgrlqHjEJGDyLuzgBRTMbU0d5Nml1BlOoJXanyFoup+tZR33mtHikXT4pi9kl
ncxAKs1weK+qrvVkRei/a+IZjSnjFVu5/wC8kd9mYXP5jXWta1qvl3UbTlqFxpMWqXGppwSO
QuApAjQKFPJd6D3yzNqhPAI+bTp4CGoIZT5ZJ/RwlO1RyNfAZHAaiS5GceqksufOegeVIIp9
ev2sjrV6y23GNpSyWwBY0UEgcnHXHSC5GTXrZxxwAJ5sq0Lz/wCTtUuPT0rzJZzXMoottK5g
kqPBZAtT8sy+LY9HVwIPJkuqhJI5VmkVKio/gaZXjnRbCDTCbzXvL1g1oJtVhg1FHG00ixgk
HYDkQa5lRzdC1SoPQ9SuY5oLfVY6encRgyt1BRx1+g48VpmbDEfL11+jfNukyFwsUlyI617M
eP8AHJn6bY4zu9U8xAMgZB8UBdHr1IB2+7M/SSsU5RCV+WZZrWC6u2bilzeW1lGW7kvzen+q
tK/PLc0OIuJLm9PvPM82meYJbLmUWwSL6gg6UiFHH+y3JzVZMXFG2HFT5p/PfR7Ntft/MMFm
H0vzKpkkIrxjvowPVQnsWWjAjrvmOJEGqcPPjINvA57a2kHGRpGI/wCPhB6rIPB0AqwA7j4h
74RlB57OKcbG7/Qqcbi2ga9jkT1EktR6qslaAkjYH2O+HiBY8LCdWjuY/wB1FpNyStficKm/
0nBVsDEsRlttWkR0GmrHXoXlWgPjQYQAAxECDuxzUNNlaWJ1MBngDEwlwTWnYGgPyzHz5Iy2
ZcDHrlL6RaPJK6jYJuAD7KKAZVDDE8kGNMJ1TSHuZ4y0MjyBgoAqXYnYDx+jGWADowtC3vly
+sYrmxuVNp9dT1DAzAtxjP7VDt8sxzjiSnif0Lfk16n/AEVT/wCckxQiL/lWtmfYsbfymP4Z
g9mx/cRPv+8uVkP76X47n4A/4kg9ExfVoqUoF9I1p4ZtaLj8W1P/1OXf8+epmuP+cmvPc0k0
80x/LLU1asJSFQNZ0X4VYnqOwp45ThgInZx8Q3eEXdxdah/z7XvrbXmkF7p//ORLW1qHbdHj
8pCQKTUgghmG229Rmr4a1Aru/S2ihi2/nfofEOg2qW1xYXbSpbSs9EH7TmnVadKV65m5IXs1
GVvZ9C1G1uVOl39qkNzTjZX8S8eTdg1Otcw8mKUdwxiKlb6E/JjWZdHufrct9E+n6gptr+zj
SjR0aiu7eKHf5ZVrdAMuKxzd3o9TwypOfPXl24b8xdc1P6nHdxahFaXMLuagMYVVmp81zK7J
F4QD0aNcB4prqi9NstQSeGTjHCimsiIvShrVSO+2ZWo0/FEjva8U6IfSWk3CX9qtynICVQWV
hurDZgfpzy7tjSnDkL2egzCcUxa2+F3psONPvGaeHNzjRRLwGd/S6LJG6nx3Uj+OZ+lNZAfN
x8+8CHm9tpjo3H9K6jIsdUcySsE22NCQtae2ex6Y3iiQ8FljUyEz+p24Te8uVI+063L1P3k5
LJ6timBpfaCxtG9MTXEsjbiR29Qj22UHOf1/YeHUXtRdrpu0J42ZaXFf3kXK1gS5ToaNxK/M
NSmcdqPZ3LA+nd3+LtWEhujbvy3qtwVT6twLDdmYcVHiaV/DDpewsnEDJc3aEK2VYvIuhCII
9rJNcE/6RemSRGLHrRQ3EDw2zq8OHwo8IdLmIyGyzXSbebRbNPRvBb2NsCsdxqKxuOXgJDxd
jToBU4TlkBTEYgOT0bVjqMgsZLm5ku1jgt5bUoeTwAxKaqkhV41I/ZBII6jNTqbMS7DAaOyL
8y6zpMXl7TLG3OoLq1xKU1M/CITG4qgtgoL8mrxoM5qMbn5u0iZC75MRvrHVvMR07SUm0+za
COZvqU9ykTQjlwUvGobjXgAACT/NTMvLoJ6qQA6JxG7p5vq/knzJPbWsvl0t5huZWlj1LR9O
kt7Z7SSLYl7udxVW6LwWte2Z2PsPhrqXE7Qx6iMbi8Qfz9r/AJI1SyjutEeYtqUdtDpFupuZ
kkr8TvK/H1AOprsR0Iza6XH4RqqeXh2n4eWsg2THVvzqt/M2heZNH0by1eHU9P1CCH/EGoJF
b3cKySlZJ4Y1rJJCGqlT9moJ2pm2jY6ux1utwZcfoG6muheWZNPmm0ryxrEuuXdv+/8ANGq3
zWksUhHxNHHC5LrXcKQA21csyTiI7h1uCc4bh6j+TM3mrT/MXlHSINejudPg1i0m1a2MQeeb
02EkqvNxKgIq1ArXlsM089QYS5Oyjrs2YcB5PeWu9I1PU75DNDeWzzNWJzUkE1U06ggdxuMf
GxZY70kiUGXvoL2OnNd2t8w08ywtcW06ktXmoUiQUDAH+YV9zms1ODGN4nbucnBlkdiGP/mb
+WUdzqKatcaiqG6tICLIKzgJw7FJU2Y70ptmz0f7sAOLngMhJeBD8vls5w1lZaeUVqn1bSQj
5jlcHN3DO4ZwAdGX21rrVlD8EelwgbKY4HQGu1Phm74eOyyjgMjQXw6veKb4Xk+nWjWYViZY
pDUNUgj99uDSm29cE507LD2TOY3NJpa2Uw1O080R/o6a8n002iyRLOge1dxMizRrKwkKtUoT
utSMjfe42q7Plg3ZtaT+Yp4j6EOkQRdR6j3CvTv8PFiMx8nDR3ceFsPFlqPmPVDaWFr9cvIl
aS6jheiAK1DxeQbAnYFh1zzrNhObVSA5W9JCXBiBZnbGPSbUafqnluS3KCkMYlt5wQdySeS7
51/ZmOGICIdVqTKe5RUvmqz8o6fMtn5ZuoZr0BtOmu/Sh06W5JCiKW5jdxEzD7PPiGO1c288
o4ti6vITAcmH6h+c/l7S38uavrek3kUt9qMsGseXeIVlv7P4Y0b6wKNDbKfVSPqZGDGvEYTl
4RY38nFOaMqMnsOjedvLnmmEnSbaeKeTjSCajySMdyxIJP39cwoajiNU7jHDjAMeTI7cQzOb
NOP6QBq+nSUjkVR1d+VKDvXMzHjlJ2Uey8koca+/tlsIHnmlgW3V441uI3BRpJnEcaK3dmYg
BeuU5ZeFzcHPp5YZVJLb7UBot4+lalNFZXSw+v6czhVKFyg+NqAHkCKH6MphqYSDRKgaKTav
5j8viw1Ky1m40+eKfTp5m0qWWOUTxLETxCAnmTtQePTL45Lacs4cNW8m8k+dNP8ALMGi+Ubu
zj0a/Fsl35g1K6VgeNwxdQ1OTyOqlQCxoNhQUyUshGzh488YmqejajrfluGQG3nl1aYmqi0j
eeoO+zqOP3nCTJzvGBCH0/V9S1K5lt7TQZrK3tRyubi4eMPv9lFRGb4m/wAo0AzZaXRynueT
ScpO1MJ8xXem6dc3F/rsy3VzJ8KaPauC/EDYO+4jXxpU5u4E8gkPF/MPm/U9dZIphHZ6bA1b
XS7ZeEKU2BPdiB3bMvDjAZ8VcmR+VYnvIiI4+HMcuTdRGo3Y+FT0zNlMRisZbo6W8NvdChDW
LuFuATsQvSQDxUmoy3HLbm5J5MT/ADd5LP5ft3NK2sso+fqBQR8wM1+SNSJaTKwxzy3qDWlk
qtHHHAlSrnqe7yMT2AyiRspga5vh/wA76xL5v8x65fzXtxc6dPeyvptq0jCOOJTxQooNBUCu
Q4iNnXZpGRYi2k2vphRIzJSvGcBwp9mFG++uWQnbScYLHLiK2s5xFc2krLNvBd2xJIbwcJuB
70yXH3BrBMeqxbYqry20sFzFXchSr08OXQn5jBKVmmRJL3j8ntJvHg1vU2iMdlqUP6O015WC
tJc28iyyoF/yFI+I0BJoKnK82CeSNh2vZZ4Z8RZbfIqEmoB2YVIBr8jmrnCXc9DfmlWn3sdz
56guI5/UlTymfrKBTQcrxo4yzdCTQgDDKJENxvbj4/VqTXKn0ZpbC10NWJ4j0gPpIzIl6cbO
Vmb5k/OvVlGuadpJNu1vpGlxNOJyRxlu2aZiCBXpxy7RkRhZdP2pkBnXc8J0++u76b6naEFp
mP1e2mPNWAFa1NCuSGccnVYxIn0sri83eYRZfo6TWtQtYYPhEK3crQAjbiCTUfI5djhGW9Nk
s2QbJDMRcSM80v1iRjUvIS7EnrUtU5eWg5O99L/k5+bNnpmknyP5ovRDCrP/AIf1K4ekYSXd
7WSRvs8TvGTtvx8MgYHiscnMw5QRRerTzzwSWs3Iv6EiyQXC7oyg/CQw2Pvll7Nu9vohXXUy
jlgsV3AtwZCahVZORP0b5LTZKLkmTGb2/hlktrOy5R2FmpFt/MzsatK3ux/DNrCQNguOSn+p
PLrs9rqULBLtVRbpK7xzLTdv8iSlQex2OYE48JI6IIsL9a8vSaxodzo+owyR2WoKCjx7PDKh
qrq29Cp+8bZhTAJpjKII3fMV/wCWbrR7q4tHvXWWBiknLxHQjbv1zDJANODL07MLvdGntrr9
JWFzHFqKA+okq1t7gN1WZVp9DDcYYFgd0q+s2l5I1tcWptr5ErJp8h+IKOrwMNpU9xuO4w+5
CQ3GkwOxMbOyGpXft88sgSwIYZrGgQ3HFoqRzxMSjHevip+eDJiEmBFFi9xpKRN0ZYjVeHdH
+fgcEYcLOI23SGGxayvWu4pHS4jR1ilQgEMwpUcge3tlsocYa5xYtqWnXb3E9xIWlWdD608k
nqNXxPTrlMsNNBBfvR+TcJ/6Kkf85Iz8tv8AlXFioX52/lbf8M0/Z4/wWB9/3lzZj99L8dz+
f39FWfL1Pg9P5mlK9Kdc2fBJxaD/AP/Vh3/Po7zHca1/zkb50huEDtH+W+pyC5EfEn/cxowo
WoA3XvmDpYyEjZ6NGOFG3zmvlzUU/wCfczWax/XJ4v8AnI3605RuQMY8ocCwJ328DkMRE9T/
AJn6WZP7r/O/Q+Q9F0Nbm8SY0WREAWMsqqo9yTt8s3EdPbjh6xZW1ppSCeb6te3KkG3t1ZJK
MNwSK0p44MumBFN0YvQ/LE9vZXF1e29zaaRHfGsumGRZVQHqAT2rX6Nsqjp9qLkiVPUY/NGn
XbWkdzq9pcT21uLdWV6l41JK8qV6A0yGn04xXXVlkmchCe2GrWBolrcW1PtEcwm3vzpmSSKp
gAyXyp5huHuJZLfhd6bcMazoT6R41HKDqZKH7Tmi9lrnLdt9l+PCxzdx2frPCNF7TbFZrd2Q
gq4Br2zzTLilimQXqIzExYXovAwudxuCclhlUrRkFhIJ4meWWN3CpyYCu+1a57N2TPj00T5P
D6yPDlISyTy+lwxaIxxSMKc05A/cDTMrKaaoICTQdZ04SXjatbpZ24L3EzqwKKOpoK1zFlO9
nIA2ex+VTZvptvcJLJcLMoZZXUrU+IB7ZiZBu3Q5M6S3NxIpVWeRqJxHevQADKCyphmoec9H
t9UvfL+lKmra/aBRM0sscNhbMepnmJq3EinFRUnbpvkOG2wV1RujPaW2oQ6jq2pprmts1U1C
bh6UIPVLWFapEo9hXxOYmfHwhyIzD1LzA7zw6HrSlXS/06GOSSvZCyek3+VtyQn3XuM1Wqsw
sdzl4DUkr1KJpF8vvGkk06yObaBFJkdzCRHHGOtWJ2zR6aPFKw7GZ2eKfmJb6ZBq2oWA83Lo
vnDyf5cmu7vR0YRC5bgbqBLaYlBIC7iN1G57Zu9EZQlu6zLrvCl6Xkc/5vefrvSJdH/wtqVk
+u2scGs32jNHE6xmglWLlz4uR8PqHcDpvvnTYeAmyuXtk5ocCe3H5beUvMOlT6/5lnv9GtkR
LVtWe9l+sSsijjEqnnzcCgoBXM8aXHMXTpNRpccj5sPT8rNJuNRstTsI73y5pGkwzQtcX9w0
t9qEUq8SJkYhIowNwtKn2pkZY8cItMMIB2ey+Wvy71S+t4oZr65t9EX/AHmu9RrLI6AbejEe
LuvgWIHuc1Wo1I5B2eLDtu+iPIPk7yzpGr6afqMZS39SY3lwKKkgQhWREokbFiBWhPvmBOQN
cTdwcI2S3yp+XOm33ne+PIWMsTu00rqJEJr/ACEr49jkJdnwkLGy+PIc3tM3lsappmqaNYPB
9dWFxZPDDx9SWL95Gisztx5soG3jmNLs0AHdshn3Qeqo+reXNK1WfVIxEr+j6lyFhRFnXnAi
uKVoFKcTuCGwaSRA3LLJV7PN73SrOEtJJq1gqgcv78Eb/KubeEyS4s4liWsjQLuxlsm1qKNy
ah4I7l+LL3+CI1H05lQnwlgMhgbDyO4fVItRW1N8uoaeY2hae4tbl41BX4XNYeYZexGZcjjL
mw7UkBu9T8oW3lHRZ5NSt9TjfXJIPq7z3guo4kViC3pRMgVOVACepzEyz3oOPn1ksw35M7fV
bSRqSalp0zdWSCdOVPkSDmNIGVhpieTyqLzw/k3UdW8m3EcN1Y+dbYrpusxVguLK9V2pFJMp
LNFKlGVl/u3G+zZqMHZ8YAkCySjVa48XD0pl9v8AmRBqGiaPqGoRmfV7WeTTvMmn26es0UkS
EmUj/KChxTrU0zJGCd+gfJnh1PFDdjPmD8xtQNvdpoeu6d+j4J4YtWgutNa609IrkH6stzNy
DAzMpAoPh77b44BMTImGjVzEhs8WhsvO35g3FvY6f5ZubPyvr9zFNq/m0cLmKygtnYSjT52Z
fUqvwLUBqEDcLm2xTFHZp0/ZGXMQaPD3ve9N89+X/IOhWw8sWM2qeVrTWDpemw6YqXl1Yeuh
+sQaoxYSIYXjYAlgzfdmBPUQjl4ap7TAdJpsQ3BI5oHzJ+Zuimz03zC2smfQfMZktrPzPbxv
NHCISSTLH/fRxClGZhQMKUy+OoBlXR28e1tNhgJXsV0/5geWdd/Qumz+YDNZaJKt1b39ulyI
ri7mKRxLIskYb0wBVJ1FFc7HbOg0PZOPXD1nZ5/tXU4tVkBhyV9Q8y29v5paHzFdahPp5ivP
V1Z43W/IUo8djcTLyUpGfjiYV9XpQZj6z2bhpZem+F188ePgMpbEJ35Q/K6+/MV4/NOm6/Z2
el6pM9suqxxPCySxuCbOS3GySjevEqAemc/LJDHKiXn/AMqckrB2esnQvLfl21K+Ybu3nOns
FR4oooopJJHC8ooxUiQ8a1kLMfbNVl7TzTycGMbO60fY/jEAbksQ1/zLbpaXDeV7e81SRplg
MM86ubfm4TkEYfERXoubzRRyzmOPk7XWdgS0uLieCeafNGsaG8tk0kkTxsVdakCtTUnxzs8U
BsOjy8jTzdvOFneKPrszQSr9pQGcHfrtlxiInZrOQKMOu2FxMkVrHLcuzBQSoUEntvvl8Ib2
z4xT1ldbTQNISxiIk1jUqNdKu/pp0CfQMlkBvmkSpKY7rVL9xbQ2M0kkhoiqpHwgbsSQAAO5
Ow74CSGfHtuXz1+aP/ORnku6182WnLd69F5dt002G8tvTW3uJYf76SOV2JZC5IDAb0qMoJ3a
jniNnhmvfnXr/mWCXTLC1Gj6ROpSS1tuUk8yd1ebiKA9woFcrMLYnUGQoMGS6uQBS2WCMigE
pAJP09vownEGi9lN457hw81yFjXb04K0J/4yN/BclVcmFlEwrDGG4KIlbrxbjX3Y9T9ONoO6
Hntbe4kMgcR3I2E0QIJ9n6BvpyJtFPWvy+uLi+8r6jZTwBbTy3qERmlJISUTypcFKgMaL6ZO
4NSRTfNjpc+OAIm7LSxlOPpZPNqRutBt47wXI1KQzT3zLbsvGSeRpCqs/UDlQb5YNZpo83Zx
hkoMt0Lyut15d0vzLBZSvd3EJgu7jkSRYxTOyKkABIVJOTSSVpU07ZqNdk8ciURsHM08owkb
5sn1rWILTSlhilVnYqhWorXbbMPUWYgNkIgyJL5Z/wCckNN1Xy553tJ9RCXMfmzTIdR063iV
lntBAFtXtrmN6FZY2Sp7cWBGW4/TDhLzfaX96S8O0zzLdadY3ELUtLr1ucc8yqVeoA4h1qAa
VG+U5MZPJt7PzY4xo82cr5givFtuWnLKiqf3zsUUKegG3xU3rXMvSxlXqatZPHKWyV87Ys/p
38FtcFjS3eRfRau9BU8k+j7szJWNnBmO5eUlnhkYxCsVFuIwQ3Dl9kmmxVuxGxxEmvdMtI8z
ea9CfjpGv31hGtP9HSQtEKf8VvyT8MBNltjkkH3h+U35kah5o/LPUbzVblLrXPLcVzZX7xKs
TNG7xtbuUTYVjZhUChIOQxHhnTlxnxRQjeeLstWBVj4bkU5EdumZoJJ5sTNl2g/mBFJKiXRS
GalHQEoG/wBU9scsiWYybU9m0vzlLHHGBepeW7UL2l2ByUU6Bh+vMEn1Wpk86/M2wg1OI+Y9
FBZ4oaarZE/GI06SIP2go2anbfKMkDdtOWFiw+ejciQcH+Je2VhxSll5BBPEqSJ6io3KM14u
jfzIw3U+4wiVILG7yf8AR4eTUBLNpyISdRtozLOhUVpPCv2q9A6f7Id8tsHkiqSm4uEdA/6D
1FVdA0ckgiiqCKggM9dxhul4bYpeXaoSo0y7Cnsxh6/8HkjIIMCxW8u2oStrcLx34kQ7e2zV
yyNNRgWMXF1LJUC1kPXiCyV38RllbVTWYv3f/KGNh/z82/5yHk9Oin8u7MCSo3/ceWO3XOe0
A/wKHvP3lysg/fS/Hc/EYfkn59/wG/5it5dlXRfguYbP1a3z6dRuepegFqtujcVqfiYNzC8F
LZsPzMPE4LT/ACdm8LxK2f/Wgv8Az6GS4/6GN86yOx9H/lWupKik9T+mNHNQuH8v4e7j4pWX
nOhaK91/zgALO8ufVDf85AmVmqW5L/hUDjtTv45VjwiGtr/a/wDfMif3P+d+h4Tp+jW9nEEg
tUEajYlF39ztm4FOKLZVYWC8Q6wou4IqoAPv0xbhZZdZo8VAIUZ22CBQTv4bZXIgN8QerO9P
sv0bbS6pqi2+n2sCGS5uJQqrEni7dvl9GY0jbMDdK7rXYfMUTQLC0egOABYLCZLy/UmnOdVB
MUJ/32SGb9ogbZERF7sySzDTb6zsokgs9MmC8VXifSi6CgAUE0AHbtkZRB2YklmGkeY1ilNv
NbSRRSmgHL1OLePwjbON7c7JjIGcBu73s7XEemTOAQV5BqgbqO24zhpYzE09EJCQSG4a69aR
Y7a3kTYBpJ/TJJ7ceDfrz072czE6YDueX7UhWW0BM2rxMWt7K3Zyd1F6FoPmYjnQZLkHV8nT
T+drmyubfT/LmnLcTxtEl1PqnJUDChb0xb0J8AcxJwot8JWEy8sRfmXollBY/wCHLbXmPFIa
axEkhrsFXnAvfpmLkPRyIAc0H5g/Mbz1Bfah5SufKB0ie2ZILmLTtTh1C/u5HFWhW4iCxwIP
ssEBc+Iy2GEVZa55KNBIoPP3mby/cJpuo/lzaaNpvESGG9SMsyk0BoQxYk7V33yrJOMT6WEj
OJogvSbJYPM2n3ur2/5faZZi1JMnrxi1vGdHCc7aHgpcryrvT6c1uqyGYqncabs7NKHiVs+g
9SY6NZ2/lq5+O60W3aFpCVBkBYnmVPwstTsRtmi1E+CBBcjBjuVsmsJorYafdaqklmi2sgt3
hRZ5OTcVHAqdqr91aZqNBkAmSXN1MSY0Hz5+fdi+r3cTweU1m0e+trdNO1t41lvI5YSVkQSo
rlGDCoXOhgCRxAPMavHLj2eX6domj+Xzoo8w/lvNcW+vTS6fp18l+ZboyxReoZJ7RnQiKtA7
Kfhr0zeaOJkNxyaoxMdyyyzs/wBE2FimpTG/OnIyaeOJMFqkjlvRtIzVurcQTV22qe2bYzqN
dEE2Xo2naFpGk20es+abqy/SMpDWmn3c0S29mvVS6u1Jp+/8qdBU75qtRKUjXRzMYARyebtE
lm5W18+qSk0b6pBcXVae8UbD8cwTiDkWWf6Nqgm0LzBezWWpadB6lnZ2l3eWxt4nllZ5GUq5
5sgVPi2FOuY2fCZxNdE45gSFqdhfqkt1cF2S6dfTnWvxckX4gSOpA3B/aXfxyvR6k1wyO7LL
i3sPVPIuqWlubd7qZlnkkEkcYBZuPYgfxNBluXWwgPUWIxE8mbNY6bZa699wJ0HV3MmueXUB
unt1l+OWb0o1PCFpP3jUo0bVdSQzLmHDIJT44jZhMmq6sF89+Xv0LILqysJdY0C7YLYanbUk
kjdhURy8DuCN0dahx03qMzcGUTNBrObajzeHzarFBcGAahHDKwH+h3haCQCu9WkCDM0E3TEy
BCaWyXt3VokW44CvOGVZK/PiTkuNiaClealJpFrPqGoWlzHbWw5TcYpZDxBoSERSxp3oOmA+
piTGIeaeb/Peg3On2N/Zp+n7O9lktyunfVpQvpfb9Y3G6EdgVyY9PNxcupAGzwzVvPOk+WrE
615eu18tXv1hbe71++0039zE0r14W9whlt4QB+yETau+HGQZADqXDifEnuyVPzMj0fT59N0W
yc3ExDDzCJkUXci1DTXV1MI05Ly4im9NlGemaDRYMWMEAbvT6XDCMRTzCDTvzS/NR7+4/K7y
VeeZ20sz3cmrW9wsNlLdylYHmtnn9KOWRODIqCpbfYdc0Xbw0p2iBbh6qIv0hKZvz081+SdD
0W81n8tvNkTTy2+k6Fo17pc2nWQu7cBJHtbyVQDxER4qR2O1N85A499js9jp+3NPDSAEVKIW
jXfJWo+b9c823Gqyaa/maeS91KxlZ7j0budQJ5A9sIIm5EV+Oqr2zEOIylZ3eB1+pGbITDYE
vdvy/wBM/LXyxoulefPMWp32vPLG0mmQXEKvpskKBlgDxyBjcEE+opJCk02IXOk0HY8OETnz
es7I7CGSInM29Ni/Mnyn+ba2WjeZtDi8x2sM6fo29huntbiBImr6TTwlWWFwTzj5cDSubU4x
jheMu81HZGI/TsQ8c/O+w05PPmnaN+Xv6MsfKGu2IuNa8ui+Z2sJrZqSCOEytIkc9FdKEmvL
oDmp1naGSUPDJ2eF7ZEtMeC7tX8m/nn5h/JqHSNE1/UBdeXb+8kEUtlDGoDSKeMd1GA0zUp8
LKCy7165x3aPZ2TP6sZ3a+yO0MMY8GQPb/M/5sap+ZfkLUJNE8lReYoLGWG6j1GyK2zpPbuR
KxEjLzkRAVKqKqCaiu2R7O7J1M/VKPLq9Hh1kNLkGXGbD5quvzS0XWdOutTsNaaIKiyPp1sl
WCKrdSwWoFNmUkbeOdJj05i7bVdv4NVgNHcB5jZ/85HQ61KNL/MO1i1HTBFGsXmWzjIvYtqA
yxAj16D7R2b55uMBl1L5r+Z4pGx1ZmmmaZqMaX+hXEWr6fOA0U1q/I0PTkho6n2YDMs5C2mI
PJfeeY/Ln5fQC/1l4kv3Umw0iMiS7lPakfVBXq7UAy6M9rSZADd4nd/n558j1GbUNPuLPTYS
/wC6sl0+G4RF7K0k6sznxO2INm2uU75FjPm786/zI846fLpGs+Z7s6NdIY7zStNSLTbeZDvw
lW2VGdfYtTCRbUZEvIY7Sy+yIJrZ1FEaOU7D6cC8IKuIrlKenql1GoGwk4SD8QMG7IRpcovE
FfrME5BqS8RWvz4thVTOo3kfJGsopadFhl4D6A6/xwEFqtUj1RIgxuLC9iB35emsy7+8RJ/D
EApskI2PVLCSvC7jBH7LngT81cLiAo3e5eQp47byjeStIg/TGoyy2zFlUPHaxLG7KaioBqPn
kJ6fJk3iLd92cYwgbO5ZVdW/pw8JR6cqhSY2pyowqK7nqMwsmOcehdqKIsFlX5YX+oadc3X6
Lu/qdzdLcwz80EyFJlMX925oCFYlfA75bhJPp6NGaIIs8081/X/NehjTI49G8uSvDpU2hPPJ
Z+tJcvOzBL1g1ArxhqKNz1q2+w1EzA8kY4CXV+cv5t+Yta81/mDrl7quu32vfoiT9FaZc3ct
GS0tP3fpq4CgjnyY9zXcnK+OUhZ5vL6/L+8IHIMRstPkjHotJJazyjlHbzDdkboyswHwnx6Z
dASrdqwYsuQ0AyD/AA/a2S2TRaw9/NO4X6iafVQAhZim/UfjmTAU7XUdmyxRB6o+4NlpSw/W
oLczzb21pGqNK5JoKLSvU03yzJMR5usyng2Kbqt/Ey3EMP1G6jSkUZIZCG+1G69CD0Iwg2w4
kVHdm8tHvILCUCNxDcxq6kxy0rRgTWh7HAE8WyfeTPzA1nyFq36VsrCS5sryI2mv6O7L6d5a
t1iJB+FhWqN2PtXHm2Y81F9F+Xtd8ueaJ47vyzqYldv3jaLOwjv4COqyRE/HTpyj5A5cCQHL
HDIbM1uLOwu5Va7gm0+7AoXhBALf5cTdz7YjJamNMps9KtNLtI77WPOVvomnuK25vZBb+sR1
CLIQTTvTIGVnkx5boO7/ADa8jaHbXEGn64fMuoBJY7eC1VvRMhUqPUmIChN+1a5TONtZzgB5
Np+rQ3tuGNxbWUlaEP6rgjxHGPK5Y65OPdplwm4c472xuSdgo9dfxKHKhHbdUquI9WdaxW+m
tsRx+syp192hpvkogc0sIn146FL9Tv8ATpTppLF9JkPIRnvJZTrsN9+J2Ptk+a2iJbOGeGC9
02Ualp11V7a7AIJp1VlO6svQg4SSEWkF7AiEP6TCQAgclqrDuDiJ7oLzi7WsrsiFZa7xEdPp
zKgQXGMTb+hL8pvI13bf85zf85AfmFqF01omoeWtP0jy7pXEf6XbrY6BJdXhJ3CxzRLElNif
U7rnM6DKDpYQ7r+8u1y6UiJzdCQPs/Y/PD/lb12fMP6T/RNr9aUeidOqfSMTJw9P0609MIPT
p045iXvfV73whXDW3c//1w3/AD6u0xtO/wCcjfO0MtRJF+XeoopjZXgkQ6tpBDqRuOnQ5m5z
cPi42EbvGZlvdI/5wEUwTzSuv59qTMYalI28sUqQB0rvXx2zDma13/JP/fM6/c/536HjOkaX
d20SCXWbhp3oZC8MRoepFGWo+WbEeTVABlcOns28mt3dAamNY4V2+hMSXJAAZVcahZeStLHm
HVbeG4uJwT5c0JrX1r2/mUVBRI3RkhX9qQ/RXMaVlkhLM6j5oktPMfnGW1lupSl1a+XIEZtP
syRVfgY/vpF/meoHYV3wCKgvQLbVVoIoZCIwaMqqqID2JCgDHgZRFsktI1P76UlgSAG34VPY
dq5jTNNscMj0ZDCE2/YoPhU7ZjyAls3iPDum9tIVQpWoU/Ybb7jnO9pdixy+qOxdjpdeYbS5
NtNBHJJyHJhQ8QNwPfL+wLxAwlzDDtE+JUgo/XVeUJDaFm7ljQU96VzqeK3Slk1r6rxD0wsJ
rUtQsMx5t+Nf5g8xjyr5N8zeZpb9NLmsYo7PTtQkUBFuLklSwZtgwQGnhWuY+PGZybJ5REPk
7QPzKj04ahqOnRNrGpyQFheRzR/ES/7xYaktzZeh8K98HbGTgxcMdix7N1mLDnE8vJlWrfmz
quo+VrTzBe6Xp15qfl25W2t9Eug7XckN6oX1UHEcuLDbbbds0vZkZG+I29Vq+0tHnyxIAqn0
N+Tnm7TPMb2erxG60KQT266vYX3JWURsPUk4kstQoPxLsRmfmnEmnd5NXAaYgEVWz6u/NTy2
LbVJjLEZ4HuVlgcVqFkdWBUjcAq3yzRdrYOGJeU0Gay3HodvfXtlFOXNtbwu1xbwEosiFggU
uDyC16haHtXNH2VhGTIQXO1uYwjYS38w7LSbXWFWxtIoZdPtLWyijjIEcfCMVIjWgG7bmlTn
WZTHDCg6LHeSVvlTzZ+jvMP5j65p0qz3mm+SrO103SLiCWW0YSzIJ55CYmQnmzE1PgM2Wg/u
7RqDvXchofK+gavq2neXJ9U1WztGtbrUdRvzfTTSRpaqFiEfrFlBMsg3pWgzKynZxIXbNdP0
R9DMLaDP5f1NI1Cwvqml/V7jiOn+kwGSvzKZrcm7mwlTL4fM3mCH4NS8u3IVBXlp13DeRn5R
kwuP+BOYUo3blAhmM2uWd75G0R4JHjmvtcuZbmynQwzxLBCkcbSRPRgG5NxPQ9ss0w2LTlPq
YbrM4sXhlgPKO4UK8R+yOPQH/VrVfDcdM0PamLwpcUeRdlpJcex6Mh8sXl0Gh1Ge8a3hkJMM
UZpKwrTkzCvpg+A+OndemV6bQnMBORZZs/B6QH0x5Z872mlW1raxywwLK+60HGNV+J5XFfio
OlTue+bkZI6cAOsnA5GTv9ee3vdZ0Dy2dT8k6gjm58qtIPrk6S/FJd2tlQBY2PxegWDt9uMI
3wtHPh4/3kNj3fs/Q43CYnhPzeUS/lloOswX195avZdftkLSxaK15KLxI1FXTiwAk9M7UoHH
RhyynS62R2mKIbSaNEPHdV/K7yHrRk+v+XJ2mUkGuo3UBVu4IjdKH5jM+OUHdMsYkw+T8j9C
Kenpt/qmgdRG0OualK0Y8QpkVT8stGYcLWdNezxzzr+SXmnQ2Orabqk3mGLklvBpqgrKFccD
PLMzFQAd3ZqmnQHETtwsuiIeJ+bda80NpI8l6hotnN5TQU1SGCyLoWXqxu7lkPUbsE+Rw3Qc
Q4ZR9RfL/njzdYW9nqkMnmcyTpEqWFjZW7XLWKRrwihgeagqB9piDTxzc6ftfMIcPRz8WsnE
U/VXT/NPnbyx+Sn5b6e81odRtfL1hb3M/l+RpbWIPErQOg4AF2UgyAGnPkQaZp9bklksh3fZ
5h9U93oPqxfm3+U2qeXvzN0O786W84V9O02O4ME51GwQiGSO4BpBOhJYFqhQd1INMw4ZfBHr
LZrY48oPAH5XSflXrN/5h1ny7pYtbu6tL1NP1WT1XkitCzcPTuZ3EIFDQVCCp7Uy46vHECV7
F5jwsnFQG4Zw/wCb2t6bPrP5XfmF5Gl1rzD5THoJc2t4LCxdrcBOLU4qnw0IKVDD7I3zpcHa
0fBFiw9NoPaM6eIhIMeH5n+U/InmEaTpUGqaxA1wPrHl/SraWO0hlYAu8l3KTVWavHY7Dth/
MceM8At2eT2nxgXEWWc+brnWvON7oWv3v5Zt5XmubMS6NqDxNaLewb8XnuVEUcvAdOJqO+aL
JDMN5ig8Z2t2hPVT4jGkStlokmv6DFp7T+WtZ1LUbfT5rSVxqUTs3H057SSfm0XIhgebUrQc
hmy0tZJxFOvwcMpU+hbvzNeWF/p1npEElrpXl2O4nuDLGFjQKWknWRkNAQ3xEkmrN4Z1Qxxx
gRA2e5x44jDQp8vefNSsdX8xW+u+VtHljm80K41PUYuS2MzqVUelArcEA6vQAP1p1zU9qY4w
3i8r2jjOOVx6sa1y18p2P1Ozg0TWNV1W+Xml9bItqjGIgMYjsrhT+yqfPNPjySPV1GOMxLye
KeYr+XR9enjtbzVtDuHiB1I6tIvrMW3jbioBUU7de9M2mKRrdypZZUxjUhe3fKaW/wDrAlWs
rojq0u4p8Z+17VNMybI2DVOZlzUoLmx0+kRgvrdpRyBuDzBA60CEqPoGTjYDZjyU1H5i9RnI
t6K20Ub1HED9pqAmreAyQkSkZFZr+3kZEAmEku6gRPv4026ZZYUyNq3K4VmUW70/mdlQfRuT
gJs0y4pNob87OYFHYPKa/SFTG02rRxXJ+3dWsBrsypJIQPp4DCtomO3O6trcioftMkKo30MF
YjBut7IS6jtIo3pPPesd/wB4ZJD/AMMaCvywqKepeVPMcV9oGlW0NjdRHRIEtdThgjjaMxxu
VWQEMJOTvKDSlTvmywavHix1J3GmxyyQ9PR7Fp3mPSrLStQsdSsL2yuBetFJJdWnKAzzUEMK
SoX5FVVRU98MNbgma+9zzhyCKeflmYXvLy4jkDxSyuIiPs0FF2702zVZQDnPDyZyjLw9+bO/
OBLz2UkfHlBIsgJFVBTcE+1fHMTWRJ5LpzvT8yPzN0mLTfP/AJ1061kmFouqSz27BPUCfWeM
55pseshG2VxjYDy+thw5T70s0vzPHo9utpqUvquhP1e7hjanogVEEivVlp18MtGURFF2XZva
ePCOGaLsNf8AL0dvdatPqNnNFM/N7a3BaZSynhFQcSrsR1Ay2E63t3GbtLFKF2xSwYpePrd9
cxWF08heNZWNxJFXdQASRRQaDIRlxSsvGZ8hyTt6Vpl3eahDHd8jPaAlPrFAvIr12G9fGuZU
ZApjK0TFdfUdctlZiLTXE+rXQHT1BtGx+RpktmVr7mqtJG9VZaqfmDTDEC0DmkohRZVdSQ6N
yRgSGU+KkUIPyy3jZCx1ejaf+Zv5i2VmNPtvO+rR2iDjHE0qylR/kySo7j6DkJAFvjlIFJLP
NNrF4b/WLy71bUJOt5ezPM/yBcmg+WPuQZ3zTa0jELVXYCm/bKybaCWa6bdScFcOKhqFGFPp
GBIZfa6n6S1aMqTtQGuV0m7ZDpsX6Rgnv5rgQWdvJ6KxIR6sklKkAb8QoIJJHyyrJMxGztez
uzjqtyaASfzF+j4Z0gt7sXXqKf8AR3Uh1AoORYgBgx6EZHHk4+jHtLRR0xAibtigsbiN2udN
uDYzbepbqf3E3H9mRe3+sN8tq+bq1K9uJbiGea3naMQnhdWklPUgeleLDwI6N0OQ35s3m11J
eI0vplJ4/tMG6/eKZaBKuTdiMRzD+iX8ujdR/wDOan5sxXGo3l7HceT4Z7G0kIFrZQrHokfp
RADcvIJJCWO1du+c32dXhR9x+93OqB/IR/r/AKJPzBP5j/lx9TXyiPIEHEaMVbV/qg+tcSgQ
Xn1jl6nLmC/KtP8AY5Dw5PWcQ4ub/9Ax/wCfWunW1r+evnKazUel/gbUYnO1a/pPSHQnueSs
PprlxycUPi4emnxH4PLlYah/zhNAhq1rZ/n2PrVGqJEg8s+oRToRzAAH05rskjk1oA/m/pZE
3h/zv0PDrSKWdxI1WlkJdgoJJZjU7fM5vCeFnjiidW1S38r3MUVwkVz5gmZFsdDlPwqX+y90
agLtuErU9TQZAm24lfpEha5utZ1PWYdQ12/J+s6lK6O4TosMQJpFGo2CqPngrZiDaffpKzh+
OTUYWPQmWWMU+QqBkWQS+9826LYPbS3F/HdRl/TaC0YTMpcfDI0aVqFp9GWY66uXp5RjLdmv
lv8ANHQlvIXW/ksvVUwXVlfWk1xYXcaj7SuAGgc9QeOx6HNfrYkbh7DQarTSHDOmdz+fdDso
f0ck8Eun3c5uLea3LXJhZQPtyBOW4PFQPmcwsQle/Jx+2cum8MDFVqR86aEw5i8nk2qCtpcm
tPCke+ZdPKCfciIPMmm3LCS2stRuJmWgkjsLrceG8YGUDDCMuIc2fikik2j1iW3i5nStUQDr
ysZgSPfYZleKKajEqsHm+d5Fij0vUo1O3P6qdvoaRcoyTDPGCkH553NzrX5Lvpdv5W19o49f
stQvdfmtk+o27AiLjOEldlV1JFStK03GDS5hGe6c0CQ8E8xeSJ7S9g0XS/K0NzqMsccjai3p
wW0SPuCstVBNOw6ZnZ8UcoOzrTjRF35B1qLT4f0z5gDRQVY21uWkVNqbOxrsNqgZroaYYrpy
MMOHk9X/ACR0qa/8waToOm6vq8kN9fWsN46xl0igMg9VnZlHFAgYkE5p9RL96HZY8s64bfqV
5p1kea9buL21tZrqzguUSNLdCRDEJFVGdtlU8aUBPXtmr7X1ByA1yc7Rw8Meae+dtM/RN3pt
9omkXtlb2GmyXl3fXEqSyRQxuod3twSzJV/3gBrTcA0zndETjyXG3JM5ZARM2Xwz+Zr6l5i/
MHUbjTvMY0yx1J4ZL20tk9a5SSSJR6aPzCcCRVWI6HpnQeJ4m7rpacidAsBu9GHkLz0umvcX
lxa+a9HgvbPUL2U3Es13bEx3S+pRQOOxC02B2zpezpfuq7mvNDhKPl1q00PXLLWLkj9HywS6
ZqU4BIgS4ZWinP8AkrIoDeANe2ZZ3FNQ2LPV1q2hkP1i4RPT39MnrTwpmDkgW4SsL0802jyf
33yr+rMc42YyPOdR/NHy810mhT6pH62jyyR2N9G4guIkkcu0SyMPSnQMSQr7qSeJoaZiZcOb
GbiNm+GSEufNGXPnO1uIFjbXncKaxs9snIHtukpU5rtUJ5hUg5uKse4Qem/mDqmmXP7qaC8t
JCS8Mkc0VT3ZWT1QpPeoocjpuLAK6Msojk3ei+X/AM07e41C3fU7d7K1BHO5LJNbNwAKxvIh
PGrGpDBdhkcmXiyWeTEY6FB9S6R+YU11HbSWmpcGu2X07yKQFQOrNXpWnfL9RrfChY5uKMBJ
er2timuXNrrukXdl5Z1e5irFrVxJLJc3xAHp3D2yFFFezsebr9oFaZKAlqYCR2LjzjRIT/U/
LNhrmnE+bFit/MtqpS71/S04xSivwSELVWqKVDgEGvbJyhOI9zVCRiduT598x+WfOWgam0dt
HpN7pslTY6i3rsZAACVkjBUKygioqQeoJGS058T3uYJjmw3zBa+brqzunuNas9Os7aBpbn6p
pyfAiAl2Mk8shoAP5czccN92GTIALfEN7bap+YreYRpWtj9G6Okbl765SA3jysQkaRcYow54
k8SOnvmQcZp1eTOc2w5JLo3khfL0F9ol75Bt73XHE7z3duqpJ9k8UnMwqRU9VPTtmTjhwx83
H8HheOXNz+ZXku3sdS1Hzre2Nto8E1vouk3Ze40yBZCf3MNrMxEnFTQUU8e1ME40w/MTiaBU
Pyt/MvzB5B1nXL6485XrW3nC7g1bVZTazzlb1Xo0sUZKqjzIeACIdwtRQZou29DLV4+GHMO3
7H7TjhyHj3D1z839Y83+ZdUfVfy+0248ui5hlh81X14qLPqyBuVtK8EfxeogZh6hAZthSgzG
7I7LyY4GOfcdA2dq9oYZzvEKfJlhPcafe32pXt1d3nmCGI/VtAvpDqAknbnH6l7M4NXdTxEZ
JYdyKUzfToAAcnQyle5ew/l9rFta6vr9h5p0h9DggS01NdS0i1lltrOkAjFlcMVkrU0Zaig+
IbVzpuwdTjhExkHK0mQAbvofy35tP5meU/MHlW18t6vL5Diuhc+WfOD3KG2stbjcJdLHpTBJ
EilVtk2qamgU5ldpjHlj6Rs58sUc8S8X17S/OWltrOhalprXN1FdXFtZa7bEPpkcUDL9XdWU
s6yBzsF3r16Zz+LHKMtujocuI4pbPQ49e1dNI0ryx5sTU31a5rLe30CSz2eqSPQGadLetGOw
KkdRWtM6LDrbAE3c6ftMxjRYZdeQPNMF+97BpV0+gaZcfWdK0Z5JdPWWTgRMoK8jGr12H9cq
1GUZDtycPUak5JeTErzT9Rg1K9tdZtVj0jWoYbxtO4twtCyBX+rEGqFGWhKkFu+afND1WNnA
nIg7KOl/lqt9qkL6BdpcveVEs0B+tsEryLSJKCTttuQfDI5tWMEeKTbghLIaSm/sNTtZ7u01
Ly6C9pLJBJNZvyUmNiPsyAU6fzZsdPl8SII6tk8dGixm9h0Pgy3LtZFP2LmFkoT/AJYDL+OZ
YsJjBjkunw1L2U8Fwh6tE0cgIHjxqcsibWNJNdaZNHN9biDWl0oKrMo+Fgeqsh2IOSoW1yCW
zavcWsjJd2JVRQLNGOcbDxqNx8iK4SK3QZIqHWbSVEcojiTaPtX76YeG92Qyd6UX1zfPPDJB
JKts/IToqRtwp0IBFWHjTBKJAYSydzkvr2RHt7W6ieZlLpJJHwLIOrRlSVan4YjdRKxsx27h
8xXksf1i6jSOIEqQzU5+JChS1PfbERUWCy7yXrE3lrUa390Yop5IZFvIyyRxzxsrcnHxbOoK
1/ZNDlkICQMT1dpodWcUqfRmreZI0TQTPpd5ZQXNxd6iZZUcxxTsrC2VZ15RsDzLVU028c1s
uz8onyNeT1MNVAwG70v8ofMOmLqzfXBPPaQxFjDZWUlyhkJ+In01Iqd9651WmlpoitrAdTnE
zvbOvN3mjTJfMkK6Ul9HZQXFp+kEig+qhrV0MbBo515Sqrs3OinieLb4z8DKSI04n7yO78//
APnIXSrez81WOsxXRa98z6al9q0VoKwpdQv6DSREVqsgVSSafGG2zQ67EMeT08nV6veVnm+c
pDf3Vw0MkM940cXNoVjkWb0q/Ey7Eso7+GaueIkuKMMpGgGQ2nkXU2R2j8uX0kc3Ay3EjCoJ
px+AFSPYsOmW4sRcuPZ+oIutkZew+YBIum2JttMurduDpID6tAOhZgR+GXnH0DTPCcZqXNmM
Gt+YLO2s7W/0i3t440C/XUasMv8AlOYweJPvlsCY7ENN0eS28a71GSzt0RfrU86LbLExPxE1
FGoKDatcvjzbokMolt7/ANVhd3Flcy9XkiWUAt3qRtXDdFmACgHgueW0Vuw6hg7g/iuEVaaU
Gtr37QiTY/CFnp/xrgulKY22oXEHAS6RPNx6vHPC1T7hgpwcTAptJ5gjkSGI6fdQl3AljCoz
lRuR8LYBsWDIIvMcEaFodP1Cig8QYNhTxPLEBmLpG2vnO+lX04dKhZq9ZSUI+Zrh4BSLLItI
8wa9p10dTsbeS2uZV9OaGCeFomWu1Y3ahp45VUTzcjT6vJh+kpprHmTWvMsNnb6jo03qWdx6
8d7bJF624o0R/eU4N1p45WIxB2cjPrp541IBr6/OkdDomop2H7tDv9DYOLmHBILC/MV5NIRe
WFpd6dq1shQTNECk0Y6wzqCap4dx2xEqRRY9p+t2msRyK8AsL23+G7tGpyU0+0vipPQ5fjlY
UWH79/ll53vdS/5+AfnT5Ils7WGy8veQbae1uoQ3rytIugyOZyTQ0+sUXiOg3zn+z8IGlhPv
v7y7PUasyxDD0Bv7/wBb+fcfmR5p/Tza96Nr+kdk9Ph/o/o8DF9X9KtPR9P4OHTj775t/wAr
Ducn+WMlv//RBf8APp/UDN+ffnS1IKkfl7e+ojdQYdV0tBUeID0OCIpwdKN3m35die//AOcE
vVkbjHc/nzJJbO2wdF8tqtQT2LqcowDh1hv+Z/vm2A/c/wCd+h5c/mW48uySad5bEb+YpYaT
6lIA8VhE23qE7jkR9lRuT7ZtzIS5MoyDHNN8l6XczC61O5uL24kmaea7uHDXEsr9XYkELU9h
9JyPFTZuXpVjoWjW8SxpZwAKfgVkUt99MhPLQZCPRmel/ljrPmHT7nV7Ly2dQ0S2f031GCNJ
Y1fujlKlXFPstTNOe2sPHwXu5sNDOYsLrfyfpVkwa5srfmhoyemq0p8t82UM4mNnFnjMTRTG
Sw0XivDTbduJHRanbxyvLxSWM6TSyNlZhTbW8UIXdQqU6+NMjHHaeMp3Fq8pFPQV1HTZloPb
fJmCjJupTavdqTxmjiQjZaFvxJyHh2y8QJbL5q9NjDKxu6CjQpGG+/an45Hwl8TdExalGYxK
umWsLfshgvMg+yjb78rljbBJkugas4e8t9QMNxo+q20+n63pb1YT2l0hjlHHYEqDyX/KAzGl
iINhmJ3s+Y9S0OwsvNV35T89XN/e3WnUTQdSF28UN1ZIo9AhAPhk9Mgnf4uvjm6wzuIcOexR
l7pmkaXHBB5Yvf0jPJJxuNE1i5nltViIJ5rJAUkDA9ASQcoz7BYno9//AOceNJ1qDzHrRvUt
LDRINJkuHawLEQGWRIzIXlJYUBYAse+crrMlSc3SxPE+7fLmtatHY8bXQ7yTyt9btPTv4owl
upaZaHkxDyerTiWVTuRvmozSJge52cR6ue72HV9V1O/m0ybS/L2o3zfox2m9ONWaK29eM19F
mRpWBXiUUE/PNXpMMpnZs4hEmy/Mzz9oUuh/mX5l13T9Wt47eBoBpNrGrgtZlOUXJm2PEkqB
xqCKHpm5wxAFONP6+IvFvN35x6L53MnlLUNUh0fW9Hun1DyL52Xe2jvIlCvBeBN1hmFY2I9m
7ZudEZYzZ5OJk1UZEjuYrB+aEnmHS3JtoodTtOVrrumKyypDOPhYBujxuN0PQjN5CN7uMcqG
0Dzz9QuYrbzC8lxoFunCFoQWuLcdgSTV4l7ftD3GOTT2Nljm73r51vR7uwiuPL063jXqFbRw
/IEsDTpWhHgcxBjIO7kHKCHzFqlldwSzNeoVNSzyNsBQ965nCIIcfiScE3a+lZ2wk50AmkJj
i+a/tN9AymeGPUNoyGubQ0C7s5BcXN1dIwNVS3Z4EH/AnkfvzGnjgegbhmkerJNJ80+c9DnW
azvV1GFCP9HvSWcL4LMPjHyNR7Zr8/Z+PJ5FyIasjm9u8vfmppkw9K9F15UvJRSdrSRYYZCe
pKkNbvX5Rk5pNX2bOPSw5sNVGT3+x/OHzIyxTR+Z7fUmBUrc3dtJHIAKUo9qZI+g8Mx45skN
qbDigXtugf8AORd1boCbWB7lgFd0vmCOQKVcGLlQ+FMy/wCU5AVTQdILu1DRfzU1zzF5ng0i
3lN3aTOt3qirG0drYW1vE8UUUIkPqNzZ/tuByNAFCjIaEZJ5eKqC5McYx82Wefmnn8oap6el
Q6vMvBkt51LxKQf75ogRz9PrxO1eudFgiOIW4OWNh5v+Wn5c6VrHlpLm81C8pO0kWs2EXopB
NweqggxHjQEfZzJzZhDYNMMAiLQPmf8AJua91r63D5qnt9BieMwaDxY+nHFTjFG/IDiKUqRX
fKoaraiGuenJNg7JH5o/KPybrRl1PzDbR6OV4cvMVzci3aOJescUt0xRFNNwork/EtrOniXl
lz+Xv5beYfNfly3/AC8u7jUr/wArzC5vJrFXks5GWphVbiRaSSu2xZVIVanJSG1tUsIBoJ95
r/KTzheWep3f5ha3pXlPSpISYdA8uRGW79JF+CBrlgpJf9o1qSelMwpyqySzGn2svnPyR+Qe
rarcfpUwyWHl/TXJskiqZLic14xwltm4VHJ+i9qnMfFcjvyYYdKZmzyfVnkf8lG0eC4iXUru
z06ZS8tmHBD3DUHqOSCSQBStc2sNV4Uajyc2GlpW1T8jXsLtNT8oaneaLfXLsuqNp8rQNO0i
8Ob8NiaH7VKgd8MdbI8204SBsaTDVPy81/yrocnlm4tB5102+tvQ02+sk9LWLO5ADiRkIKzo
ripP2jvvl0MkZFxJ4DW+70b8sdV8g6vp0LQy2dnq0K+hPYXirbyerGOMhjLHiQzAnrXsRlty
idmrhBHLdkvm3yppmrWnoMktgzVK3FuAR7V5VUjJRnTCUHzZrf5T6tDMsqanYarp615xSx+j
PQbsAdxv88kcglzYnGL3Rfk/T49Ng1bRtA0HTY7vUELNqUshjaFkUhSqRispDbgE7980faXZ
uTV5AeKojo7zRZdNgxG/qeE+YdAXR/XtHlr6LuZ3HRmZizNuTuSTm/00fDgI9zp8kxKdvMLy
DTpo3kVXVhXlJwAU/PfM4A1aJEMD1Xy9YycpLjSrciVQfUaJAWHjzWhycZgDdhCMidgWF3ei
Q2UwitzdWaSIHieGeVRQ+IYsv0Uy0SEuSc+CeP6hzY9NozKHZWluvUPKQyMAfwABycTYpx63
S1bFLZ2miE7O1PVsWTnE+9N1K9R4gjJVsyI6Ks2kwyhbm3u/RYHkqwIIwCD/ACEmh8Rkz9zj
kJRdaZdBPhcM6v6izIODB+obbYYKu0xBCik2oM6Lc2YuXY7Pbuo37fA1KH2rjwsokpdqmq2t
ixt7i0uWvCvIWoVTSuw5lWYLX3xMW0bpbbXvnRxFomkeYr7ToNZnjto9NtZnEIMzhBxHXata
imJzziDu5WHJIyEX6o/l5o1roti0NuAIbSOO1gfoSIVClq9yxBJ+eVaPrJ6HPsBFf5gsodQN
yssS3CFSswdeY6V32NMw88pCRIZ6cd/J+an56pd6Z+YmuW1vHJPGI7K6tEQhI0jeBOITwAYH
Yd6nKYZSRZ5vP9qREM5ec6T5o1uO7F9f2X16e3WVEaJf3ixSgCStaFzsPhrQ/PLhMT5sNDq4
YZ2XsCa7cXkCXn1yT0LaktvewODHGsY5FZlY842A+Ehq5Oca5PYYdbiMLt5jr93Z6pJBri6k
76nMif7jLYqIQikkKrceQZa/EW3JyeME7l5ntOcJyMolFjzNq0NsjppC/VmAEss7sQw6U2A6
+GZNd7qNq3T3QIJZJ59Ykb0oYA9vp9sBQGSQfvXHtGPh+dclEJBZdBGSKmUEVrxpgke5mKCo
8fLovUZWSjiQphYkinHtjSLJTWy0xZaVAZh498mRQZ0z/wAv/lpPrr3WtQ+YbHQmsFWBYL6O
ST6wz7laRbqoH7e++azV9pR00qILk4NGcw2RGt6JY6HefUtP1aPUbqJQdQgjQqoYj7URrVo/
AsAcjpu0PGPLZGTTeH1SyJY2/v7GF2NKsQQd/lmcZ9GrgRzaJBOtYo1VuOwjcilf45ASpAxF
DC21jS/itbjnv9idA4p2HIEHIicZS5NnhkJDqPnjWrAtHcaKJmrQS2kvxV9o5KV+g5Hhs7MJ
GgkNt5gGr3Lh7hLCY09SK7VoZAPEB9m+g5k8AiKYEp7f6B5fvbVGGpQ2Oox1Nrq0TpzUkbhh
X4kPdTlfFXJg/bb8odQsZP8An5f/AM5Dad9Wkh1G3/L2ykWciqTQtB5aqQ3YqxCkfTmp0Ev8
BgPM/eW7L/eF+En+G7j6z6HqxegRy+sVWnEHpX6c6Gw0eJs//9Ir/wCfXEXD/nKnzpcw09DU
vyw1WWZRX4Z49Z0RWO/8wIOZGaAiXGwxqTxiW3s4/wDnAO2stJvr7V4ofz/SGKRSGkjK+VaF
eIVQFC7geJ65iHDxa2j/AKnf+yZiN4f879D588t6Vdeus/6D1SKQbW68SyqtKF5Gd15uflQd
s2IxgbBEY09Wt9K1lILqdLKeP0IXkjlmaAU4KWqV9Uk9PDMbNOgW6IRekXGqahb2eqQadKLS
4t1uBdGaBIzHx5OV5yBqCh6jMPJnvGb7m6MaLL/+cZ/z8vfIXmbz7D9VgvLL8xNLuLXU5Zy4
ZEjSSW1NuFJQytJRRyFDXqvXPPowyHOeH+LY/O3dYpxAHEeW4an80eZ9RuZJm8pyWwlcktc3
Vsjg9d1ErZ6FosfDEAup1OQTkSENJf8Am8VZbSCRaVNvBeWiyU9vUIH45mmnFoOTz5Lo4B1v
QtasoyN7uSKOWAf89IGdR9ORpIiz7R9bOvwxXGk+jeW0/ERTJOsvIn9n93UV+ZyQB5BFJRqP
mGzj5LVrqTcBK8YwQfbrkhCkEMVfVtQuJAYmAU7AKnT2qcPCGUBZVIvMKy6hpOmRXSu+pCX1
pW+zCbc/viQOyqCanI+HEvXYOwhPGJE80x1fzNf6HZ2epW2nTX2nagxFjcLLGgQlBIqzM32C
UNem+I04LpO09DLSm+jxbz55wn80tYtM1jb3tjEYw0c5mmIQ8oaFFJ5RkkDxBpl+PCIumlO0
u8q6651GK21CNre+BDP8JUMD9lxy3ocjqMY4VgTb9XvyJ0XSLP8ALWHWLgxz6n5guXuotIuo
5J/VW3YrDM0ECSPNHEQQikemHJdqsFA4zWiyXd6eIAt7xo/nScKdF1UKtxqTQfV2/eWkzBJk
c+nHdJHzICmgUk17ZqZH0kFyeHfZ6hqvnCx8tXdpPZKsy2diYZWmY2625muRJEJ3Za8mANFC
liegyjSwMDsiUeI2S/OP/nMkWdzrOmeYrCG1mg1+N7jUY7WaSOFLuEhZo3UhJOXIh+LqPt1p
vm1hAcVhxdR6Q/N67886dDeT6NaaPb2molzHGspiiilJFdnOx28Tm4wYtnX4oHJOgnFh5Itr
zUNN1rS/NsflK45K2r2shR5buyYV/cW5pEzFthU0+Rza44U9JPsEUKKY6herAtzc3FndtocN
8bLT9fWD9xeGtEZY1YuhahFGFKjY5kWAHRazQ5MBJI2fbP5M+SdD0vyDe+b2stOs3fTRq+s6
9qWmQa6LO2nv30uyt7LSbh1tbi7ubmJ+T3FI0Sg5J8TN3XYuLDpcePJXrkOIkEwJHDxm5xuc
YQx7+j1GX8M9hHlNXOWUyF7DvAl14R6TsSZfztgO7qS/mxa+TPMnlHVLjT2hfzH5c0uLVpr2
HQLfy960L3yWLW9xplhcXNiJa3EcsU1uQOHNJAX48B2lk0faWGeXHISkBYPFLIQACRc5xhkI
lwyjw5BYPDKNRvinpJZdPKMTYB25CI51yBMbFg3HmLB35cI/IHyI3n/z9oegtFczHVL5LeYp
DLLOsC/HcyRIUPJooVdwACTxoBnLdmYYz1AlIAxxjjN8vT9IPlKfDE/1na6qZ8Ohzlt8+de4
Wfg+0fz7/LTT9StPIvnKDyI/5X2nm/TpLa78r3GmS6b9S1DTJ2gmZ7cR8h68DRyiiFnAdgGO
bLt3RRz5ADnjPw5iBycQmDCY4obj+ZIShzoXGNgOJo8xxixAx4hfDVeqJo/MUfOid3n3/QtV
s/mLy/5Qt/Ovk+680eadNt9W8v6VBLrnO7tLq3N1DIssuiR26c4lLUllSn7XHGXsdEYMmfjy
8GORjInHjoSB4SDWcy57emMvK1Ha0vEjjqNyAIHFLlz/AJgHzIQnlz/nH2x1jTb7UD5m8t2L
WGiSeYtR0u/udTN3baWsscSzyx2OlXsf7z1o3SNZDIUdW4UOQl7IRx1HLklxGQj6YQMeIgn6
p5sZr0yBkYiNxkL2ZDtaRswiKq95G626CEu8bXdEbLof+ccrTT49X1a91DSLTSrG6t7SHXBP
fvp11JdW63cIsfqNjc3dyWgYStxtvgU/vOBrmIPZHGclTyVEiweGIlQPCTMTyQxw9Xp3yniP
08TkfyxkEfTGz7zXf6aiZS23+nbrT0jyt+QLza8PLVqNOu9TbTE1u2ln1uO3sLrTZEeRLizm
d/VnVlib7MXwEH1vS65iz9j4QByTn+7vhsQJlxbemURtHmL9ZuxwcbeO2pyqIHqq+Yqu8Hmf
l76Z15U0NfKZu7uxh0/VdLN7DpdxB5bF5cTfXLkMbJZF1K002V0uijJBNGskUjDislcv1Xsj
wxA087PP1CMdgQJG4Tyj0WDOMjGcY78LDD20SScg+RJ931Rj9XKJFgnq9Gl1i/i/T1v9R0m4
uPLahtX0211a5F3bp6y28jnnpP1e4WGVhHMbO4uPTJod8rn7HRMImOc3I/zIiI24umQziTG5
QGTHj4wNmce2zZBgKHmb7v5oBo7HhlKl11feZ7G5Gl2o8l2sb6Tb60+r3Gpa5JYw2t6I2s1k
lGjw/vrkSViQRGpBUlXKI9n+gvCRxePkoSMa8KHFcfq28euGNeqRkK5gGPERX/LmS64I8gfq
NUeX8HM9BX21cXvZvMcugap5h1TULSOx0uVLS+0iyutU0i9lllhmuIlihl8vwvxljgd1eWeP
ioPqemwK5LF7HafJIRhqDK+UhCEoUCIm5RzS3BkBURKyfTxDdjPtrJGJJxgV3mQPK+RgPmSP
Ol/+BtATV9G0vW/JOha7qOvaPDrumFbzVL10sZxLIk99PrmnWItUMdtM5NS6iM1QEoGlP2Ug
I8WPKSIzMJcUIjcVfBwZMvGblEdATIVLnQj2vInhlAWRYonr38UY1yJ79uXJD+QJ/LOl6dfX
3lCHy8bLWdVuLOPWPL1zeXMcdwkJm+pN+kLGwmRvSRpFIjKOoJV9iMr7e9mc3ZsbuWwBIlGM
CIk8IkOGeQEWQD6gQSLG7LQdpw1J5Dc0KJIurreMTy35V5spupb3UU1i2mtdFns9O0t9T1BN
cn1GMz2kckMMslulhpWperwknjRkqJKsKIV3zB7K9nsWuxCcssgTLhqMYyokEjiM8mLhsRJB
3jQNkHZyNX2lLDLhEAaF7kju5VGV8/f5IR/rVlpdhq11aaBHpt7JdWNrb29/qNlPHJYGNJlm
i1rR9Jito42mjDNNKg+IceWZ8/Y/GTwYs0jL084QMSJWRwnFlzGRqMiBGJ5Hk1Q7ckBcsYA3
/iN7d4nCFfEhPn0/XNI8x3Hla+sdEutYtomkuNHsNRvbm5qkTTNDEzaXFYvP6SNIsDXaylBy
9PplH+hXFkweJDMd+XFCMRzqz+8OQRsgcfhGAO3Ez/lmYycMoD4Ek+76RG+tcQNdEubzDDPq
PlywsJ9DiXzhc/VvKw1PULu3m1Am4e1jeFbPTr6GJZponSE3U0PqFTx2FcyNL7EzOGc8s5CU
BchGEZCOwlUjLJjkTEEGfhxnw3v3NeXt4CcYwAIkdrJF71tUZDfpxGNoXUtdEOneZNZuLfSt
E0nyettLqd/r17qkEqevOlmHhj0/R9SWVUuy0B4yFg6ElQnF2u0XscM0oY/FkckyQBCMJfSO
Lczy4qJhUxYqiN+KwIZ+3TASlwjhFWZEjnttUJcpennzHcxbRtP0eXzHpOr3nlXQvM8H5m2F
xPpdxazSCynhhWeaa5kl1K00+a3EAtHkYtCCycvT9Tpl2o9lp45ygMhqG0+KIEon00BGEsgk
ZGYAqex+rhaYdrcVS4fq5Udjz6yESKonl7rRWm6Po2r28F3oN0uhWVzqk+jw3nl7VtUlt4NR
gtmvTa3Fpq+nWEkbNAjujCF0IU/EDQGHa3s8dFAyEieGIkRKMY3Ay4OKJhPLEjiIB9QO/JGn
7R8c0QBZI2JO4F0eKMTy8kk1fTdY0oXhuPN1h6FlY3GoXV9rsarbRW1u8cbM8unwTTs5aVQq
JAzN8RAoppidkdintCRAsCxHYCUjKV0AJShHobJkANu8Nuq1vgC9uRO5IFD3CXf3IK00XWlu
7H0W8vXJ1LQR5mg1i0uryCx/Q7ll+tObm0S6X4l4+n9W9RiV4I4Ncz8nswceSuM8AlwG4jjE
x/DwicoHnd+II1fERTTDtMGPIWRxDfbh77IB+HDfdbzzzH5Ki1LT9G1k3mkT+X/Mxv8A6t5n
s59RexgOmyJHd/Wo5tLhvYzE0i1AtWqDyFVBIvyezJxZxi8QjeIIMY8dzBMOEDJLHLio1+9G
+xokMI9p8UOPhHI9TXp53cRIV/VKS3v/ADjZc2vmLzb5avPMnlq1vvJGmzapr1xJNrD2phtS
v1pbeWPR3MrwepHzUKCea8OdH4Sh2LhywjOOWZEyABwQ4vVfCZA5hwiVSo2fpPFw7Wy1+SJM
TCOwJPqlW3OvRvVix57XukcX/OOttJaeStcl8w6Dpo89Sz2ekWk0ms+rBNZyxwXEd7HHo0qQ
+lPNHEzKzKWYFWaPlIr/AKHsEjIeNI8NGxDHUuKJlHgJzAy4oxMgCImgbAlUTfg7azYQOGER
d9ZWKIBv0GqJA67+W6yP/nF46nq3n7Tx5v8AL7H8vIbq6813Mz649pAtlM1vcek66Kxdo5EK
BeIL0JiEiqxE49g4oCB8SdZDER9GPi9Q4hYOYAbEHmaBHHwkgGObtrNmsER9N3vKtjX8zff5
9LY9L/zjPa/ofybrc3mry7bW3nW6msdPtZG1UT20toY47r64n6LpGsEs0cbsjOCzApzSriX8
i4bIGaRrh3EIcMuMEx8M+N6jIRkQCI7A8XCdnGGtnQJgBd9TYrY8Xo2okAnfysJsP+cSTBqv
nXS385eWIrr8vIpJ/Mp9TWSgjglWCb6uU0hjKY5XVGAHU/DyWpyEeysMhEjLOpVXohY4gZDj
/fem4gkbnbnR2ZHV5BY4Y7Xe8uhrb0bsUT/nFb9Iz6BbJ5g0HS/M3nWwGpeVvJFzPcfpS+hd
WaEp6VtLaxm4C1iE9xGX249RmVHsGYw5MhlKsZIlIQHAP6xlOM9v4uHHLh6tUteDKMQBchYB
PqP2Ee65C0uvf+cadJ0zyRoPnLU/O3luy0vzRdmwtoZjqv1qGaL0TdCaMaYV/wBHSZWcxu/I
f3QlNAb8Hs5LNmlhhKZnHc1CJj1Gx8W9zEgcUYUfrMGufaXhwE5CIB5bm/lw/cT5Wnt9/wA4
ST2uu+aPLkn5i+VNNv8Ayfoz65rs6DWzFHZQ20d5MUnXSGDvHBNFIyp8RDqF5MHCY2PsvHMQ
lHJkPGRGI4MfFcpSgLj4+wMoyAJ6xN0OEytOsnEyBjH0gk+qVUAD/M3NEbefvrkH5af84rWv
nvzVe+VtN83aBYXM31iXTby++v8AoX4topbiZllt7O4ZSIYWk/fBCRt9r4cpn2RLFPJHOZx4
K2EBxEEiPFwznjscUhH0mW5/m+plHW8YicdG/PbkTVgS3oXvXz2eLad+X8OkfnPZaWmt2up6
ToM097aXVmk0VvcrbqeExNykMqoSeQDorfzBTtmPPRQhqZYeLiEeu3duDRkLB2NSkLGxLtez
cxyVOqP47wDv5gPunSPzB/Lq10FtIW7F/rYRp5Rp+n3NysUY/wCLY1II9xWubPFPSY9jVO3n
HPM7AsJtPzB0+4s9ds087C2gXRbeK10Rg1sz3UlzWUwl2T1GHEty6kHj0UjMcjTTl6aO7L97
A7gvkv8A5yKg0y51byx5ma8ik1e901rPXY0kR0kls2X0pUMNY/syFDx6kZpO09NDHMcA5us7
RJlIEvnzT7OSWQTfXIo5JGBNswDsqitAoqO2YmKFc3XxATo6LbyOJLsvdOzBtgIxUdCeG5p7
nMkYw2cUoihsnDwadp0BmuTDDGSWDGhJY9fGpyyq5oNpPBHL5gvOVWt9PtjWNVIqK9Gp3Y9u
w65IbhN7M3ijjjjWJV9KNAESNdwFHQb/AI+OFkrxlY35VJCjcZEQ3Zjdz38X7J9unfLBEBat
Vhn9QhQwWp798DIbMpsJBECTx6be2Vzley3SPbXLy0WQQ3IEciFHU0KlT1HE1GYeTDDIPUGz
HnlD6XnOqXFxaX8nmexlkN/EjG5TkWeSMbsACaGg/ZyWLHCAqIYSyGRss48u6/a+YLRLiJ15
FQfgOze4B3+Y7ZDIAC2Ro7PU/JHlTVfOmrrpGjywpPEgmuZJm4KkXNUZ/FiOXTNbq9UMEbLu
dLjiI7sm8zeUtR8uxz2N01vd3UqPe2aovFvqKO8QknZqem0rLyRP5dz2yGlzyzDijybRpjPk
HhPmWGw52atMri4uBbAtSklwIxK6wgVNEBAqe+ZmmzXk4S6rX4449r3QyWkLgL8XAfYTr/DN
tw2bdTIsu8r+SNS816kujeW/L955i1b0pLn9HWULTSiKEcpJOK9FUdSdvpzG1GSGEXM0GUIz
ybAP21/KnTHP/Of/AOfWrx2TtDF5LsbW51IISiSS22gOkTP0DMsRYL1IWuaPQZI/lYRvfc18
S5eWEuMy6PwWGh6xVtEMsXoeoFXWaLX0alSpHTnWgrWnfN9fpvpTi2Lrq//Tj3/PpzVJtV/5
yL803K2ptLSX8stTmgic8pPTl1nR1ikfw9T02IA7CuZGSRkLcbCSSgfy/wDIOr+ZP+cFtWtv
LulPejy9+c7azq0aGsotl8vwWzzU6sQ9wlfBantmJlzDHrb/ANrr/ZOVixGWOvNpP+cYvzA0
jQJ/MF1Po8lvBpZ1f9GR3TPdvBHT1lReHFnhB5Mobp0rTLpa6B2tyBo5Vbxe9K2frR1UMYmN
AQDx4nc+2VZMolEsPDI5vJPJ1/ea35dTyjPcP+i47qe41yaNuLNZSMDb2AYbr67KzORuIxT9
vMHBEzG/JkZUbev2WnW9sJX0zTba2eegneGMIWpsKkb0FOnTM3Do8UDYAtplkl3puI51TjO9
KDanh88zREBihXSxoecpdu2/TJc1CXSW8QIMV3JHX+Viux27YKR70nntvL9nPHyDw3TS+nqG
q2Fy1lLaxgVZnaArzYg9GBHjmTg0/HuW/FjM0v086ZYfWLWHzZcSW6zn9Fs0KyAQBqAyB6b/
ACNMyzpR3t35QlD6lf6lBO8U/mu9WFkMltc6ZbwwxNseIDssj9diMw8uExLHDi4MgvlbzbS/
Oo07U4Rf3Zhv7nTLjTZ6qRwaeQln37sopXpvlUDvRfR8MwYjhZl5g1jWtfntbTWLKVfL8Z+t
wCQfuLm7CCFWXgePGOMcQCdzlkpdXnvaKV49kGk0NsvC1iS3AFFSJQg27GlMHE8MYprYQR6p
OkOor8S/7yXKtxeJqdQ3hXqDtleeYMWeOO79kPyL8zaX5X0jy55S0m4jNlLbBn1j0y11cW7h
VVmI2+GUmIx9EodqtU8Rk1NSkD1Lv44iI2+nra20fzPDoUto1tq+l6/ql3LKtAUW3thM724S
UV4kxLUU2wDDHL8Ws5DElhoGnw+d9e06yhub+DyeltY6XC8/rvDPcxfWJCheppGhRASxKLVQ
d8gMIhkbeK42+Ef+c59I1G+8w6brct+ieX7WztrN7eFjHMbuSKSf1Jq7upjBAPX4aeGZAA43
GzRuL8oNRv8ARbe6lnXTZHijP7ud4T8XjQuCfppm4wByuysmHEbnzYvqfmnTZ19W/lUJap/u
Pd+ReIN9pY1U1Ymnh1zYRLv8nauIC7TnzX5ii1/y9oel2cep2Fxbzx3+oxgUt3Ji4UaJGPxI
ACCOtTXBM2Hne1+1YaiAjF9sf84+/n9oeg+UV8q65q9/pk1rZT2Nlr+n2VlqjvY3LiSXT9Q0
jUTHb3ttzrIquylGLbsGovWdi9uYMcIY9RtwEUSZRBr6aljEskJRuuKMZXGvpN8XF6jTTJJh
19x58xUqjIHnuRv39DH83Pzj0Cfy1PpXkzQX1yLWIUtvM3meLQ9G8vyTW0UvrraLpejJ6SJ6
qpI7vLK7lEAZFUq2d217Q480JY8JJva+LJMAHY+vN65Ei41wwjESltImw6HQGJBltXlGN/CH
pHfzJNDkEv8AyS8+/lZ5f8meffrF/q2n+c9f0ebStDtbaxt57aEXDxNcG5+sXsEimaJHt/gj
bgkjvRzRM1vYWp0umjxTyiEifV9fEAAeHw+GE4kiRE/UY3KERsLk5Oux5choRsVtyrer4rIP
L07XsSd+T6B/L383/IFv+Wut+V9Z/SdtrEuvW+u+WjpmlWBsbO5htjaTtNy1G0d/rULem4SM
cOKv+8Pw4w7QwanTRGr1HFLglGfGchyEcXHDhIx5I+ggEcUt7MTwjdidNPHM+FjoWCK4eHlR
scUTuNth57vZbj86PLmk3Hk2+/Tf5gXPk/yzoWkaVc+TXs7c6dqMWmWoglW4it/MNzarFdhf
3qvYzMFJCtyowy8vbfZ0vEPi4vElKcrjGZkDM2KMtNGfFD+Gs+ON/UKsER0GpHD6JcIAG5jW
w8shjR63CR7nlnkz86vyxFt5t03UtWmsJ9e8v6joekwaTaWJFqNRu7a8aSf9I6jprt6LWwRU
C/EpLFwdsxtD2tpck55J5BAyyxkRPj+mEZQiInHjygEiZJuhE7CJG7LNpckQIiJIESLFc5EE
3xSjyrbv6ljXkH87tKtPL+oeVPMFjrOjXlh5hm1zRvMWk2NvqkPrXFrHZXcElq17ZCSN0hR0
dZ1INahhtmRg1WkzR8HLP0RBgDIyiZQjMzxnijDKYyHEQQYEcNUQW2WLLjIyYwOI7kCtpGIj
LYyhY258V2+j/wAtPO2g+bPOdlPbaZfw+XtD8k6npFpY3c0Md/c2Gn6dqM0s8yxhhFJPLeyd
AUQcQK974as6kTji3AnE8dHh45zxjhF71GOOPOpS3NBxpYfDkDLmYnaxdAHu6kyPLYbMaf8A
MeDRWt20KHVdRuLm/wBH1BNS1WDTbZUg8vTyXml2sdvZ6heeoXnk5TzGRaqvFIVrtr9T2t2f
2ZeKPqJM+KMeLY5QI5STkhiqoiscBGW5uUyzxafNqPUdhtRNfw7xFRMup9RseUUJr/nzy0mi
av5qpqGnaLoF7Je2X6Rt7Djo880nOaOG6ivHuL1wz8IEa3tQaj1WlAKsIdqdlQ4s/icRyARm
B4nqrYGUDCMY98qnm3+gRJsGWHUyHDw0Im43w7e42SfL0w/pWySy/OfyZ5oltIbZvMlx5B0L
QtP0m8Bs9HsNQtda062jgsr+zuJNYEYk4hy/Jz8H7l0lR6xWHtzs2Qn+/wAZlKUibGY4zGZJ
lCV4QfcBHmOMShIVOkYsxIqEqAH8ziscpD119vlRB2fY/mdpnmPRvM+m6Hb6p5k81yXum6hZ
6zHpGmDTrSbTYp44g8p1m6EM8hmNZI1cxHeIFgsgr7P7X7J05EcWceHHjBH70yImRdfuYRlE
VtGUo8X8W1xbMuHU5buB4jRB9Nbf55o+YBrp3sxTVdYXXNE1zSotZF/p3k2Pyxrc+qXGn6Zq
N5QXwkutOu7PVdTMVy7X5lT1+IVolHrEueOVl7c7PEPD44SBymYEROUYg8G04zx4uKI8MRPD
zEj6RwgEQ0OoMuLhIIjw7kAnnyMZSo+q9+7nu85vfNtvZa3pOmeavMvnOK6gm+tadJ54ur2O
wldLee1C20U2razb+s4mLPOZ06cI440Z+WL232zpZ6aWHB4ZMxuYQEeUhLeXhYCR6docJHWU
iQKu0OhyjIJ5OIV/ON9CNhxz79zY8gBbNYdTKS63Hd6frEpvvL9zo2kS6XbafcJE13dWV41z
P9d1TTywVrJVVIwQykt6gNBmH2Dq9Jp8FZMsYyMxKQlxjaMZxAjwY8g3GQkmVUaHCebdr8Oa
c7jEkcJArh6kHfilH+byHzQnmTzBfXfkLU0vtNvbTXYtP8zT61dXK6fHpbtrlvCHhtJY9Tnu
WaN7dVjLW49Wu4jzedn5tFk1GHFhy8YGTDwgCfH+6kd5g44wAIkTKpnhrbicHUY88cc5ThXp
nZ24fUOQ9Rl029O/k9K82669t+Zvm2Ty8t7M2g63NdmwuV076hb649uIY7qa6W8N6YBE4kFu
LIFnFPrHDbMUnS6bT48uoNTnjERXHxSxXfDEcHh8V+nj8XYf5O26McuXJKOPkJX0oSrmTfFV
b1w8/wCKmCeXZrvynP5Rs/LllqemQeVYLJtQstFksNPt9ZurG4V2uLjVVuvrji6hjSOS3ms3
TiPTEqqAwy83b+i1UJzy5AZZCdpCUjjEhyEOHgHBImQnDKJX6uAmwaYdn58REYxIEa5EASIP
Pivi3AogxrpabXeo6tpek+cLuNfNnlyLVgp0rWrSLSLKaythrT6vNFdTQ+bLWR2lV2tz6EsZ
KHlUMxRRj1/Z/HEnJjlX1CXiEE+GMQMRLTSAquP1xl6tqIHEYzwajhI4ZC+VcO3qMqNZAd+W
xG3yYvpOqyedLny9q8PljWPM1n5fsNWtrrzjqgsn1Ca9ugTYTxw6lqN7BcjTZByt1ub+Uksx
LJxXJDtrSY5SxwyACRibAlGEQK4o3GGOQOUbTOPDEbDY2V/J5ZASMTYB50ZX0O8pA8P8PFM8
2RalqPnCz8sWVtNp2v6xqmi6umv6TeXUunXFs8v6Mu9Nks209NXc6dEyziStvNcjnyb0/wBk
1Z9d2bmOSJyRjGUOA8IlxH1xyCQl4f7w3GvXHFtQ4urKGHURETwkkG96rkY1XF6RvfpMt+jy
PzP+YOgG+gl1ZfMGg3FryNqVjaO7s7uN1khurR4bi2WUgqVZTPC3Ro5o2U8tR2B2jg05lHJ6
TKtyLFbgxl6Z7d37uY5iUJA7ZOv0850Y719/QjeP+6HkQntl+anlfWQrRpq2raxpmhPpzeZ9
Qs7O61lb6e79aDUHsry+a3lWKJmtkaTUHnEZ5erz3O8j2tpBkMBkAjxA7ccYcNUYcUcYkDI1
M8OEY+Lbg4WGDszVaiN48ZkQK6GV3zoyrblvMyrrazzV5507XPLtt5V1+880fpHy5+kkv9Wu
0sNUkks9bjgDj0ZtXtTYmN4D6EKyXEYWi+oAfgOPX6EZjkE4CpY5AVOHqxk0SY4pcYIPqkRj
mTvwk/Vdqextfix1PHLlIX6TtIb85ij3C5Dz7q1n80fImqeZfzD8wvL5otrPzvpmr2FnYnRd
HL2b6sbQtJJOfMgE4jNqKKEjry+1jp9Vo8UcY8bGZRMOI3lqQx8VAD8v6SePcmUuXJwMmLNO
UjwSoiVbQ24q5/vN/p7g6Pzj5Gu9A8rtceYNXsbzyRc6lqF5aXWiWEEusQ6vq1heSppka69L
EskDWyApLPUxs8ihvTKHI0/gz4hilEwiIb8c/R4eOcAcnFhiTGXGd4Q+oCO3FbXkE41xgiW+
1D1cUoy9NTIBFdZcrPRj2qfn9+XC+YvzPnv9a1zTNC87aVrFhpXl/T9L0oC0udYuIbiW8uoV
1xUmmRoaF+ReXmfiiVUjAhrtL4eKBywMscoEyPi7iAI4YnwSQDxciBGNChMmUkyw5eKR4ZAS
Ethw7GRBs+uidu+zfTYMRb85vyw1HQPI9hf655j0/VNBn1W41qSPy/Yy2tw+s3NldSQ2rza9
bMoiaz4LIykuDyMafZyOLPocewyxMY+GYWckZXjjOI4608gb8QkxidqoTPNEo5juYm/Ve0SP
UQdv3gO3DzPyD0Gw/OP8pdb80/mHNL5n13Q7X8yY9QtbO8v9CsPQ0ltR1CG/Mt1JBrs0lwiN
CE+CJNjU9Mqjm0wjAQyQlMcFjiyDj4IHGBHjwRjAkSv1Tluy9ZMuIEA3W0drPFvUyT8AGEeZ
f+cmvLul3OiWfmD8wPPGk6x5X0+20q98s+VtWmi0fVjpy/V7eW3vrbUbVbZLnipkdbObmPij
K12yM+t0OkyZIz8O+ImpYxKfr9W4linxEX6YnPj4T6Z3W9XDlmIn1cq2lUTW3MSjV9TwSvok
8n/ORnlLR/y38seWNO/MLzn5Y8yW+qz3fmG80hBa28ragltHKsZtNchnna0WFmj9UKshJD+l
XkKo9qdnTznIZ4zE1QlCU5CjKVS48E4xjIyqRgZSiB6TPqmGbwxECQI6ggDoOkwTVbXQPWma
N/zk3+VN759/MHztp3mfzlpx81+XbjStMnt9LsUv9Pv7rTbPTmvfrA1yMt6X1FJU4lWLMRyT
gGeGDPozDHHxMUjAxsHxeCUYzyZOGvAPPxDE3cQAPqsiNko5TKUhGQ4ga+mwTGMbvj/o2Ovu
rcrsv+cl/wAqYvMfkG88xa/5q16byVa+YDNr9xZW9xqupDWraW0WCT61rM7Rw2aylo2e5nZi
SoEa5knXaYQy4oZIDxOCtpiEeAiRI4MMblOhxAYscdgbkWAhPigZRkeHi7iTxAjrM7C9vVI+
5+X/AJ01zSovzKF3os02s6OJ/StzdxJaSXsMTiRI5YBLOitKEFU9RhX4eRG+aTViB1GTwDcZ
Gwd+Z3NWIkgGwCYxJG5Ad72PMwlHxNq2/V1PTzPvfT+jfmh5Mhn8qXFvrsn6R9SSyvorqJbd
bH67CXRTFxqVjkVasx+EbdM0ePHmjKQIJe5PCQCCxvUre31gHXBpMi22jSanapql7xttNl0u
Ys4b1pQoBEjNxKAsNqdcyo9najJRPpB6sMmrw4r3svjHzJrd35u1y31C7SCRNLiFrayRQJCr
8TvNxRVBJNNyK5bKAj6Qbp5DXZxlmSEXa2jSVLKCQKCo3+ZOSAFOENktuNRWCb6vaxNqV8QQ
LW3AYAj+duijxwlkERa6NcXNbnWILe4mfcW8gLxxDqAgFAT4k4RFCOfQ9PYAfVIYq784OSMK
+BDZLhoJXx6S8IDR6rqCRj7MfqIwr2+2pwcGyQVstvrBlgitb31YpJAsss0ER9NT1YlaE/QM
uxYJZCAHI0+M5JUFeXTtTFy1us9rC3ppNE8sQHNHBIP2iF3U1zMPZuToXP8A5Mn0UIba+DSN
fX0sMKqJOUIQbE8VC0U7semUR0M7otX5KYNFlR0lYQY4L/Uri5YgIiTLVmPYVSlMxcmnMTTh
5BKMqKZ2vkjUb5Ee+1a4gVqlbdGEjD2L8VH3DKJYLUFK9R8n6FYOYLuWSR/tUup3KmviAQKZ
EYSE0UHD5bk0udL7QIFhVVDS6ch429yvYq2/B/Bhse+RmAdmAnwl9Aflf+ZWj+V4L+5l05n1
a5uIhp9/LRDEV+GeyuF2KDo9a7kbbZotf2f45G+zvNDqYSqJNJd+avnubXF1PWrzV/W1S+mh
H1gMAkkfJEMfBdgoTYDL+D8vCo07fLqIYobF5xcWIvddW7aIfUNB9eK2c9Jr+5AMpQeESEV8
DQZHQQM8hmXkdVl8SZL0j8vfy68w/mNryaB5dghjMcTXWrardEpaWFqn2553G9OyqN2bYZn6
/tDHo8fFMrptLLUS4YvpzyKul/lu+tn8tNU1PUPMN6i6dqusXXpw+vBG/PhDCu0aFhU8mJIA
rnkHtD7S5db6Y7APe9k9i49Mblvb9O/yz1OCX/nLX87NKhIiNroOmzXMK7CWd7XTA0rDuRF6
SA+Azedh5Jy7SyAnYQ2H+lLpNdjiOzcUgNzI/wC+fjSumfld9Rl0IGc68J0aTXjcH0Be8XK6
co+yIiKgmlS1DWgpmy/lrU8F9Kpt/knBx18X/9Qk/wCfS1pHD+fnmu7j2bUvy3vp5VBqqodU
0YW8SnwijAX51zLzQqILTiFB6d+TPmY+Rv8AnGTUbnRnI0e+/Oe5029spWLCSwufLsXqQyHq
eLAEHrVVOanUQlLUkdfD/wB87LCeED3rdA/MzVLDXkht7v65DYGSkLfEiwsCGAVtiHXYg7HO
a1WsMMnC9FhwiUOJLZtc8r+ctH17yo3lq3uPLOrXNwLOGBIY7yxmlJ4z2E5HMOrfsglGX4CK
ZnYssjG3Dy4BLbq+LfMPkvTfyY1GTyndau19HEFvINQFuUvNQFwof1XtlLFGUfARy4rxoDTN
nh1EIxdZmxVJOPLusXur2c99HpR0vRolKWN1dSg3F0/cxxRjiqL3YsanYZl4cpmduTiyiAqO
0slS8zUruM2QOzXSAms9fuvXOmabdSwWzRxXc0MLyFHlr6ayEA8S9Dxr1yvJliOezdHSZZ8o
lLTDqen3McFzZTx3sx/dR3KOnGnf4gOmCOSMvpNteTT5Mf1RIfP3nLzBpMGr6xpmlX4uPqsr
FjuF+sSE/WEWu5Cudjm0wS9Ll4DsLQieY7S+GmWk8zLc6eFksJIwVUEAB/Vr1DHqTmRxWXNG
QBm9xrbDRbJpGMk9s8qyOCOHBqEMF6jfuco1Fc3W6vJvbypdTOs6mDLbxyz3poz3DmOOzsIT
1DrUl5Sa09hmpJJk7Lsvtfwti9MtLG1tBafou9M2myq0ojFy8xaStDzRqcPkBlye1e0I5to8
k+ZmO1OPgKbk5B5+m/r01nb3JRamSJlBPbltleQExZRG76D/ACv/ADyfR9Nt9C84QSX2kkBE
1QCV1JCCNTOkDJNHKqgATwsGIADq1M4zXaImRMXfYMwqi+4PI/51abH/AIUk0TXo9XtfKy3C
aXYrJHdOYrmH0Sk8sbQXLNGN1MkJNftE5rY5cuLmHIlhjM+9fcfnJrOha35p1n63pv1bX9Ul
1QxXcFzaywGVVURGQMPUChBQkDAZzmeLdsGOMRT4t/5yA/OnUvP2uG2W9R4IT697qEQCwTyi
NYIY4UqwCwxAjdmJLMxNTTNvocM57lwNTQD4s1fy/JqM0shvGkLtUqVrv4HiRTOhw4SBs6Wb
EdS8siGL6xLp/wBeW2FZiOy9ztQimWzxzAsOPLiHVvT7rTbG24Wks1lIFJhsIHKNLXcH499/
EHKsYn/E11aFsdb1O+1COKfT5/qNxKtvckzBrmBW2MgkFGSh3r0y4xAZUK2Z1Yat598tajJp
ly8fmOJIxPY+onqSXEIaiqHSjxsV2PLbJGY4UxkA9BPmHTNXtIf8SeXZNInaqrHOVZ1c7qAy
8WYEdxvmFPUcPJvE0z8nRwXt5TS9dk017eYqli9yl1HcOqluEUco5MQBUrWvhmvz66QHJlCb
6I/K7zR558yecZfJdxbeX20+DT5b+PX7m3mSEpsqR/uHZg0kjBT8NFHxZXpAMp4hzd7oMU9Y
Tjj3Jzqekap5g1PV9B83eVNG8uppcnoyT3kE2pC4Za1+o0VfXRQKlwwAFO+2bbBCci3YvZ/N
lkRyp4tD5G8oWPnLVPK8Wo6bb65aNFyhs5ZYg8dwiSxMqk7VWQfD1GZByEbOtn2fljm8LmXt
cv8Ays38ptFvp/IXmnV9FuZYElu10/Vrm0F1bxlilJraVQ5TkxUNUVrg/lbV6bGY4jGrupQh
kF7WQMkZVdDl3OFr+zTjn+9BEvImP+5Itnn5L+dvKa+RJNf87eQ7vzXqfnWW4tfMvmnUbh76
SaO4kdS2mXFVSIsTUstJVlBLE1zi+0dTmz5ZZMh4pHmeXIVyFAbbAdHsPZ7sLBqMFbgo7zf5
J8haj+SPmP8AK/8ALzyxeeevP+sx2reXdXuKjWLnWmulNvctH6qQxRW8YYONlIFWqxyjS6iQ
yCJOxdnr/ZmGn0kpjeT5a/L6Hy3B+j7DzHqOsXaaPdSR61pT28/oQ3McjR3KyfV2M4bkpBAU
HsTm0hp+I2eT5/KHBKjzfoT5Q1v8v9XsYdM8ka3pl5FZLRNDtZPq80JO5rZycJQfElT7nNlj
jGIoBviYsxj02fmRIgUjqGrUD5HLabNkxFhDc2dxpF+LTUdHuAfrOi6gqXFpJUUJaGXYGn7S
0b3yV0zAtht15V8y+UohP+Xif4s8sR73P5WX94Gu7Yd20LUZCX33/wBHmr4KWwiQLExI5Izy
55p0TzB60Wm3V/aappjiW+0Sdp9L17S5VqORSJ45lK1IEsLUPiMu0uqy6WfHjO/LcCQI7jGQ
MSPIghryYoZo8Mh9pHyIohkAuDeT3VzFc6lqVzLDGl9qmq6ld6jKlvbmRkD3V/PM0cSGVzQs
FBZj1Jy7Wdp59YIjJVRuhGMYAXVnhgIizQs1ewY4NJjwWY3v3kyO3LeRJ6li1n5zk1mW6tfy
68vN52ns5BDf+b7uU2HlmxlJpx+tNR7thSvGMU+eY4iIiyzkSeTJ7P8AL6DUpYtU8/eY38/6
vEeVrZSj6totoa1It7BSOYHZpT/scn4oHJh4JPN6LESFKf3KIgSIoAFUKdhGooFWnYCmTjG9
2qZA5PMfzCm/MOztUufIi6XqE8Klp9Pv0dpJT/KhVgtCPprlwx8XJxck5Dk+Z0/PPWA9xpX5
q/l89tYoDHPrGnwyXUcDcuLLNbPybbuUP0Zj8QEqLTDVgmpMJ83+dLDTtM0zRNGuLWLy7HdX
K3V4H4295FcFWiuCQSB6ZY84x8dQNsz4yBjQfZOxhgw6WJx1uN3lWp+cptV1C8t7J3Wee7t3
jurgekkFgh4RLcMx+0VUMoJqK/PIGu+2vX5BkBB5PPbrz/rL3usqutvJDpjS/WrXT4IvrSJE
WIMCSO6yDgKlkb6MrGr8OW4fKdaODIRHlaje6tp/mCx08eXfO+peaNd1slILK5maE2vBBJLL
dxH7CRKa7GjGgGZR1cT0cGcyA9R8jyeStI0LU21K20rUvMWj3U1i1y7f6XdQTBHhuOIYrFIt
TxHcCleubrsvg1EDY3bccBLdh3nW6snsLbRrCIXOklpogYmaSduL/vJbiegLSuxrQUCbAZl6
nSwjDhDkHTbJT5X/ACr1SWLyrqerebZr3TyZbnXbO0YzJJDGeVukVwldweInV1r1pnKTw8Mt
yadlpexeKpEsg83fl/F+Yt5Y6l5rvr+01DSzc2UU2mlVN2hYPFEpdWAWPqrAd6ZfUJ9XP1PZ
MZ0eVPmnzfo9j5N83655Yh14S2uhMgsDczI9y0k8KSMJSm3KMErsMoyjgNAPLavD4czEICw1
13t5Ws7e51ACgEpmWKMPTcVJJP3ZkafNHHzcfcMy06U3UKtdvY21254iKKcvxUitGZwN/Gm2
bGOfHLkWN3ugNU0Npouci8ovtRzoQwqvfmKjLhIdC2wn1CK0Tzh528t1/QWpWtvMRx+utZxy
zge0jk0y+GqnEUKc0aqXVKPMWq+f/Naep5j846lqMCtX0btl+rgDoAo4gUyvJmyT5lrOQyYT
NHfq8cWi6nJqt0DSWBIQ8YU9/UHSnvlJ5NfCn9r5d16+QfpTUhbQEAtaW+xYjs5FNvpwAXsW
BZPbaaLGJYbS1ESUAIAFW+ZHbLIgBNbrpFkQxiQASSkhYQauOJ6kU2B6j2wggmmXCWQXPlW/
smT67NDEsteLKwYcqApT+YEmhpmQMBcqGkJDGix4qzfASORVtgAeh+WVSFNE8ZgaLEbi61aW
7nu0gms7K1lhjtbon9w7ht5C42ANab7ZttGRjFl6Ds0wxw81XzMmtST6VJJGZBDcoH9MniEa
pFPEEmpyOp18YG+jbk1NHZMtGX68mpG+uoreCyh5yXMjfuo1jr8VRvuTQU77Zix7ThkJALj5
NRtZW2Ou3M1zYnRbW61RbSr3CrE4DMx2BNQEC+5rlWTNxnZ0uozccrDO28zee545gtpb2Ssh
EEcLRK1exLOXIygyLV4lMT+o+dNQB/SV5YWnI0uL5Xe5lK9yqlVUU9zQZA3VtgzpxaeW4Gkg
06ysbrVb2UUht2eaSSSoqSsYYCh67CgykmMRZTHDkyGgDaSajoV7oV/PJa2R03UVQC/0piRH
dRfsczVqMKfA46HbplfDGYsJyYcmE1IEFVa8uNa0yWKAxl3VoLvT7tac1IoYZiu8bKfiSReh
FdwTmr1OjJNgtc5SkKtknl66u76yit70kX+mu0N+pKlmkJ5eqeOx9RSDUZmaKHDCuTQdi+tv
yp8peeNO0bVPMkNmbfyn5ms2tpQbhYJ7lbZjJFcQwn4pI1cFSQRWppWmcb7YavDkh4QPrD1n
s9p8kZ8ZGxYD5o1UyyC0sbe8tr8sIkhgWQyTsTRVYEAGvY55lHCZHd7kzEQ/YL8sj5dt/wDn
Pb857eHzDc6n5n1DyRBd3mhxRCOz022ii8vwhZZG+Ka4mPGQcaKkZA3ZjT0bsbCBq5z74/8A
EvC63Jegxx7pf8U/n+/xFH+jP0bxpZgcy37ZmrX1a+Izof5JHgV/E4X8qnx76P8A/9WCf8+f
tWSb8/8AzdojQTGfTPy31RReEj0WiXWdIEaj9rlRu/hmXml6acbBInmx7QfNk+kf84JWepXE
U8Zb8+hZzrdI0MpU+V+VWDVNRQfdmLIcWu/5J/75zYy9F+aB0nzJoer2Elw9zKJbm3EE0tq4
RpIyKUr1BptUb5havsqGSfEQ7HBrZRjwpTBr9sdTgt9K9CDTNJh9JpTUH1uQKpEa7lBUs3ia
ZA6cRFMxnJO7OfzQufy984eTvIjvYXeo/mHoEt0mveYFAit59KclrXTp3NZLhonJcOKBVJjq
a7SxaKMiC4uoym3hV9qF454mURJGoSKNaIiquwVVGwAHYZuMeIAcnXGaAsdQk+twtOwuoVbk
1q7H05OP7DcSDxPeh6ZaY7N+kkDlHFyTvSvzS8zWt29rKv1Bntm0/U0s5GR7mxLco4ndi3L0
iAYmPxL0rTNLqcZkaL6boMuHbhp7lL500y606xt7e3Hnnypq6BdYsrkMmp6dexKQt0oFWjkV
TUMtY3pQ5qx4mDcO01OkwayHDMC+98V/85LflvYeSvOeiXnl+1vZ9G83aZb6pY61dwcGW4lJ
WW2kkRVRpBx5caBgrbjOh7L15zRqXMPm3bmi/I5aj9LyKx8qX7TGWyu3ElxT15JSqjpt8dKg
DN0Mm7pPzMiyxoIY0OmzRR3DsOMk8bSKz1+0QxIJ+kZXkIOxaZz4uac+VfLGk2N2zSNJDHcN
W5v55KiGIAliTToo+/MXhplABNHmshdTDTVkbTxKfqcsyhZXj/ZZ+IoCfDJ1TIlPVurdAAyc
K9DTIHZrNoO4uk9OUIQQBtXGQsMQSCidElPAHfjJ/uvxp3zTTxgyp2MJ7MsEcMrBpIgrkALK
BQ1/1hTBLSxlzDLxpDkU5gtYD8UsCzcR8TSsWAA7nkSMiNHDuU6mR5lR8w63ot3oi6faWX6Y
dHo0FrEDbx+Ja4NEB9gScyMeEQ5Bqnk4ubyKHy0Hu/rlvqj6IhHx2zE3ZYnelG4bD2zMx2Gm
QARMum638SQSWmro5Iaoe0Zh8pAyf8NmQCC1SCSanMq2y2Wt6EbaFR8LXNuHRfArKlQKdqEZ
AxB5MeFjll5Wh1KWKS31tnEe0bQKDKB4cq9sqOJgYMlXyBeXFwv1bWL5YpaG6aZmMz/SCK/T
lXhKYsj0jRrbRrfXVEQuNPt3WO1nuUFxPNcQgiUoWrRQ5oKdSMpy6USCaROsTW+n3NhY6bZN
DLdW4v0mkT6vNFcRkBJomUFi6ONtvalM0Z0+UHcMLIKM8s+a/MNt51bTpFu/L1/55hjsvL+u
RxgiK/jYyeqAxDGNqsDGBuSB0zc9l6bw7sc3ouwNedPl5c31H5iuda8xafpmjx6wbWbSZYv0
peoStzK4UqzLHyqhYnlxrTxGbWeAiuF78aiM97U7H817Ggh8vm21uzsg2m3DGKP0rmaJuDES
havxoA3I08Mthpxk3ccarCfVEAnvePfmz5+16DS/Jen6JrUr6jp1zecraCcxSyJMqgQy23xI
0cbCnT+OabtcRxgU8t7SZ45ZA7WyD8mvziTywb3yN5sTSdKbVbUXOkXHE7PLKfWhnduSq5Hx
xFuO1RXpnOy0viRJAcj2a7Yjh9Ezt0et3n50+TPy6u9C02G+h1/UTcPdcrWZfrVrBMoC85Pi
UiRhsrHxNMwcuk4Ryep1vtPiw9bt5JHL5g/MXzb5i1q2/KXStT13zJfT6nqWpaTeXVsGMrfb
IjnCl6AcqRrvvTN7oMuOUeHqHzfU5/HyGYHMs70z8nPM8ksd3rPlbzTbTRMHhjs45ZxF4FZj
WQfQRmw44AtAxl7Hpkn5o+XoRb22q+eI7JDtFqGmSXvBf8lpbeRvxwSMLZcMgyFPzG81WJre
ebpo5AKcNQ8txhqjx/dRGmQ4YNgMqRUX55eYbcBR5q8rEcT8V1o7xHbxpOo2xjjiV8SQY15v
/MS+8429s2qeb/JFvq2nlZNH81WFs8GpWRBBPo3KXRJRl2KNVadsujjADRLISXn8vnjzd51t
rnTfM35hafD5d0bVBCNLnt2t7bVo0UTJcTGJoDIk6t8JLElalT3wxiApMrsvW2/NjzJJaWdj
B5w8i2em2MYj0vSrDTHFtbxj9mKKO7Kr0+Z74yETzZ+IQNkXF+Z/mpQhTzjpJoKrHY+XHkLD
xVnkcDECFsJTkQjj+YnnCcKD5k1qZmX/AI8NDEAPyItJD+OZcREBpkSk2tah5s1qwvRKn5ia
mrQsZILZLu2DAdasYreNdu7MBloqtmmUbD5t1eTR9LtxdX+h+c9OMwaPnfcpE5qK0BiuGq2V
GOPqHDlj3eHa/HrVk1tfLpt9oFpdRGWwjvLtWa5SfdH9CMs1XG4JINMwMmpjjnwh2+j7Qz6U
CpbMDeHzF5wtYtEtdc+r2gua67d2scs/ox1rQtUM0hp0Q7dzl2GUp8xQdjm7VzamNclODyPr
fl/Wbb/D11qWo2kNwjabdSW5jeSu55wksUPYmtCMObBx+nvdRkwZCbq2Waf5Q81x6hbQ6fpe
maKdYnWPUNd1R1ht7b1pDz5RxsXMafsgdfnkodnTI36OOMVyol7L/wAqltvITahqFpq8moXm
oBYbu+1EVM8ZozJBZWwKwKzfZaSQsBm47PkNLJ3MNHGEdnidz5pGj63qdlqpuLfWr6Ywm0Ue
rZSMy80eKRQKclI5BhsfHNnk1sJX3uJPJwmnpvk79DweULjU7rzFc6HqyXEknmFw6pDa3HL4
AGLLGsbpQhiKnfNPlubvOz9dCMd2An82fINxYtp+oeZ767tdMv5jC9u1xHLNCGISBHVTyiJq
watSPbKseE86pzMna+Gj3sYmvNI/MnzBNqflHSbXSoLO1gt5zcKI7l2So9RkXkxFDxBJJPfJ
T0nHvbyWuyxyzuKvfflFdSM97Z3aLellLpChhR1B3B7VPjTEaMV3uJwo/wDwJoFghbUdQjtT
Ss0cs/I1HsGJrmTDTQiOS8AY3Pa6VZesnlzVb2Qc+TrZB2hZuh5K4ZPvzJhDfkjhAQdkfM8w
lha2giNKRXl1GoYeBCRdT88kBTMAHkhD5c1D6wLi8A15AaSQXbvGgPjGqEqPCjA5E+TMYzyT
yO7sbXjbTxfohqUjhlCpEfZZU+A/SRhvoxO3NOlj5IJK/A4+Bxup28RtkgjiRlrBVQ7gqRSi
nJBiTuzSFY9E0+HU4JY5r9HMzQoiMQjLRo2LEggr9x3zKhERFuywRADE9X846FqUNnfARvca
ZBNFbTP8HpAjdTH0DKBQHIz1Ai3DIRzeSWWtyebria/if0LWJRDbwmM+mEBPQ0AYt126Zhzz
mRcDPl45PTfIWhaLFb6lo97cT2cWt3EZbX43aVbGL7BVrJ6xzREtVwCr0+y3bNTrddkwiwdn
I0h4jwksw/Mf/nGfz15StI5tY1QWOkzzKNCu7JvrVvOFUn1qsA8I2FI3Fd9jmnj2l+YPDbtM
uilGHFb5psb2XzCLaxe2OnI9wUuoovhrBbAtzH81TuK9D8s3GgwcErdHnzyO3cz9tf0fRIfq
nqW+n21opZbNGAaiipAXqWPvuTm24x3uEZWr2+q3c9tbS3NqtlcSRrJLbKS3plt+BJ7gUr71
yYF7s6D1bQNO0vSIvLvmTzHqVsy3DLf2/lr0XlM0Kk+mJpRVE9RgDxIO3Xrmu1OqAJgPm9X2
R2BLLw5ZGospj/NVPM2s6nDqOnW2kS6fbP8AXJIApf6qzUaOOQAEcjxoAaZqoGcjVve4dLhj
IUAwjzD5zOr6dqgt7GCKKUwWayyBQeJ24cqVbgoqPAmuZmCwaLre2dJA4ZEDd5HJYTRXP1y0
Hp3CjjOn7MsY34t7jsc2MoA8nyuSYWF29vqEOowxH6vdoLbUIj1Ur9hjT+UmnyOYpPBPfqzE
LD3D/Hl3eWlja6zZrraabAlpp7SzzwenEgoiEROAQo9s0Wv9mMGryHJxEEu40fb2XTR4K2Sj
zv8AVIbEvDrq3l7cRqxsrKaVoI2/kBdizU6V6ZzUfZyQyECJoF3cu2omIMiLfrp+UdpMn/Pz
v/nIG8FJLeb8uLZJGrQxuIfK3FSO/MBjUdKZ0HZmk4MQzfzrH2/seez6niiMXdv+Pm/AX61D
6tPV+E/H7cQa1r8jnScYdLb/AP/WLP8An1THBB/zkb5pt7eFIYl/LXVuCxigFNY0SoIHffMv
UCnHxc3g62kvnn/nDWL8tfKvmfyoPzCj/O9vMreUtc8z6LoN1Jo0Plr6o93GurXlrzj9eRUB
Su9dqK1MPLPg1fHR4eCtgTvxX0BboT/d0K597xfy3+Tv5iT28nr695Cgs7Jyl0sX5neS3hqP
tozwa0SpXvWmZJ1WMj+L/Sy/UzEiO75h9J/llpnnTy7dwWlvY/k9q+kRRBT9b86+ULv1h/JD
6WsM4p3ZqfLMDLkhLlxf6WX6m/Hmru+YemeedD81ecZ7a6ax/Lby2lnb+glrpXnDyxDGyV5D
mW1X4iOx8MnhnGHSX+ll+pcszL+0PAdY/LDzShlup9e8gWtvHUvNN5/8oRog8WLauAM2EdVj
A3Ev9JL9ThcBPd8wldl+VPm28jjurLzB+X11aFqJe2/5geT5IyabgMusEE4PzuI8uL/Sy/Uk
AxPMfMfrS7zB+VvnO2tVki1/8vYtQEgNr635heTY+agjmKvrS1oMwdTnjIbCX+ll+p2Gm7Qy
6c7EfMfrQ9n+Xnne5a1Z/NfkKy4xH1dR0v8AMjyWrLL0EDN+mwx5g9RmHIxnzB/0sv1PS6X2
liNp7fEL9f8Ay+/MzWLC08t3fnDyZdabFKt7Jpt3+Znk6UiSMFUmdH1vt9lSo+eZel8LHvUr
/qy/U6btjtU6w0K4R5j9bHpPyg842kJaTXPy9RRXgD+Y3kpeTDsC2tgZmS10Y9Jf6WX6nQ8B
8vmP1pNJ+Rv5hanLFOmt+QLj0iGtnt/zI8mLbwN7sutM7sO+wHtlR1Yl0l/pZfqazjkT0+Y/
Wnk/5Afmlc2yRf458gTPt61p/jryhHG1NxVo9XLN9OWDUxrlL/Sy/UzhGQ7vmP1o3S/yH/Mq
3nit5NW8iXXJ1WOGD8wfKDGp8EfVQW+WSlrICIsS/wBLL9TdHHI/2hml5+RX5gafCkup3vk3
T4y5jQ3fnfyjEDIBUoGbV6VpvSuVR12GWwJ/0sv1Mp6acNyGG65+UmvNYXLnzD+Xf1sKVtWT
8xvJkDiX9kc21pV+g5adVjrYS/0sv1OMYnoR8x+tW8u/lZ5nt9Os/r/m/wDLZrlIx9alH5ie
TWTl3FV1kjbNdLIDK6l/pZfqcyA2/aGSQ/lJ+ZEkldMvPIkkU5/46Fx5+8otbU8Ujh1d2b6a
Zd+YhX8X+ll+pSD+CmEn5F+cJIuWseaPJurXAI9K0PnnypBaKfH0hqw5U/yicTqodx/0sv1M
eE/ghlMv5QebTosFpb6n5JWKBgar528q8B8j+lKDDHPHul/pZfqRR8vmEug/JnzDCfWm1byM
XUf3z+ePKm3/AHNdsujqId0v9LL9SCD5fMMh0H8m/M+qveCDV/JVLZoxH6XnTyxOGD1Jf9xq
chUKdvioT2GYuq1vB9IP+lI+8OfoNEM18R+QJ+60L5x/JjXrBbeGDzX5Hk1a4FLbQZPOPla3
luiKcjG1xqsR+Bas2x2HQ5Xp9aSdwfkf1ORrNBixwsE35gj7wwWP/nHe+uWaW9vPIjXJJ4XN
t588rW0o/wBlDqwH3jNiNVDul/pZfqdMYny+YT20/ILz1Aqfov8AMDypbEUIttV84eVLuI77
KskWqep+GR/MQHSX+ll+peE+XzCV63+T35maBDGb+L8vxZsSbbUbfz/5Xs4nJNSQLzVI96mp
pkY54HpL/Sy/Uk4/xYYfZ/lX+YWp3v1jTP8AAV5exEqJm/MrydctFXqQkWtEDbtic2O9xL/S
y/UxGE3v94Zfb/8AOOmnFItQ88+cPI2oauQOMN3598rxW8DBuQ9ELqwJII6k5GWriOQl/pZf
qbYwIO33hObX8gri6lvf0J508nwQajF9Xu103z75aJkirUlmXVGap3HIGtD1w/nBXKX+ll+p
zMWrywBAlz80dff84vear+fSbDSPOHlXy35esLdVmttP82eXfXklDjidtR40VRtXv45A63p6
v9LL9TUM2Ucj9qTeWP8AnFvX5taub+41zyvrVzc6jMb2/l85+WZ7iOxtmpBE3pamfjuG3Ygf
Co47EnMGcozlchI/5sv1OPMTmbkb+L6K0z/nGm5uQfUg8rqzj4mj8waE/Ie5S9YnLPzMI8gf
9Kf1M4Yl1z/ziBo+qXRaSx8syzxgCeGHW9HLDwBAvF/HKp5sc+h+R/UzOEl6J5K/J1vy0eSL
SrDRbJrj7U2oeaNEVUbuyqb6VqH2pmOIYwbiD8j+pux+l7VbaFrTwrK+reXpFIrzh1zSvT+Q
Juzt9ONjuPyP6m3xAhZtP8xQt/o8+iOoP2h5l0hPu/0wZMcJ7/8ASy/UwlmPRxtfN8kai11b
SvWf7UDeaNLbf2pfGuPpv+L5H9SDm932MOm1LXfrckFrrPl7zTrVjIOflGw82+W/rZZTXjL9
Z1FQinv1NO2WRlEd/wDpZfqaST+C83/Kv8jrzQ7p9T87WvlC5uLu/ur7SvIlpr+iPaxGad5g
l3L9aDSpFzoI4/hNPjYj4culqBVUf9LL9TZh08skthZ8t/ufSXnHyBr/AJuszrmnah5c0nzd
YWYt455NQ06XTL+0gq0djfxJKaJFU+jKg5Q1oOUZK5QM3CeR+R/U52bs/II/TL/Sn9Txf8r/
ACv+ZPk3/EY1ryRp+k6dr+qHVrrWrPzJ5XNvaFoUjIkH6QRmSicgwAO/2cyPFhLof9LL9Tq+
EwNF7dpE9xrMj/oXzloWpmBuLR2PmXS5wPciK8agPvh8WHcf9LL9Sn8bhlotvNERpNdaeKdC
+tafv991l3jw7pf6WX6mog+XzCHvrbWp9PvolOhXskkLiGyuda04QzSU+FJCLhqKTSuxyzx4
Vyl/pZfqYGB8vmHyL5j/AOcSLjznJe6357872GseZb4lkNnqul22nWIIASO0tzcjaMbAt16n
DCWM7kS/0sv1OP4Uu8fMPGr3/nE7zMLWy07Vdf8ALtl5b0dJINF8u2HmXRYliRmPKS6u57xJ
Jp5tmkcBR+yoCimMRi4rIlf9SX/Es+Anu+Y/Wn+m/kbqmgWEOn6f/hG0tIQREq+afLyCp71O
oVJPvjknEdJf6SX6naabJECkx038sPO2jT3N5pWreULe7njEfGbzT5eZSoNQFYahySh6Fd8o
Bif53+ll+p2WHWRwmyLQ8f5ReY9Xubz61f8AlJ4jvPap5v8AL9wFkbd2/wB7VIVvA71zYY9U
IiiJf6Sf/Euu1sseSXFAV8kt8wfkx5rmvNPu287aNZXGnhkt4pfOPl1ofTdeLBoJ7/i/wjqw
qOxyQ1cbupf6SX6mjxZ1z+0MBtPyStre6uG1jzj5FmuvWeV9Su/OnlcO4bsVXUhTiKAbCgyc
tXA/wy/0k/8AiXFyRMje3zCW63/zjl5R188j5p8j6yy0KWkHnbyyQx90bVVU07VyI1MD0l/p
J/8AEsakBQ2+I/WwHX/+cW9Uu4QNB8ueWbO6jBMN6PPPk9Y5D04yx/phuQ+W+T/MY+6X+kn/
AMS1nFI9R8wktn+RH5o+UEa5h0zyNprgVe+Hn/yhGKU+L4ptXWgH05ZHV4hvUv8AST/4lRhl
fMfMPRrz/nHr8y73T7C8vvzE8qySuKX1hB5u8srBGSKhUmfVByoOpI37ZH89AchL/ST/AOJZ
jCfL5hD23/OPWqWKh5ZPI+o3W5S5v/PXliQcj3EX6URD9IOH+UId0v8AST/4lPhH8EJpB+SH
mduRm1LyOFJ3RPOnlZU+hU1QKKZMa6HdL/ST/wCJR4R8vmEcn5G67Sv6Y8nJt9kedfK/8NUw
fnIdRL/ST/4lmIEb7fMIm3/JLUllf63rPk14ljYwWx86+WAJZeioxGqAgHrtmDqtdGA9PF/p
ZD7w7Ps/AMk/VuB3b/dbHdR/IPW/0dJcQ+ZfJT35QyCyfzn5V+qMSQPQ9V9UD8hWhYjjlEO2
RHmD8j+pzs3ZUZiwJf6WX6kg1D/nHTzJpUitYeYvI0U00KyNLY+efLNmWYD95wSbVAjqh2JZ
RXwzOw9q45ncS/0sj9wdXqOzZ4xtZ94I+8NWX5NfmXHQ3mr/AJeXUS7c287+VYZwP8r0tWaM
kewGZn52HdP/AEk/+JdWcRvp8x+tZc/k95tIhtrbzJ5I0JeTNPLL+YXlGVSD+0I21VuvQbgV
64y18K5T/wBJP/iXMxEgb18wxbzt+R+oPpNsLTXvIEk68q3l5+YfkuN3FOrSNrEak17DYZi5
dZAjlL/ST/4lulKxz+1hflz8mvO2kWC2Gp6/+XVoIlEunhvzI8j7rIeTRKBrn7LHY9KHrmPH
Wwrbi/0sv1Ov4TfT5j9b0/yn+R35jXGp2lzf6l5Is9HjdZGSHz55Sn9XieQBMWrtU17dMwdR
PxhVSr+rL9Tfpiccr2+YfWP5kax598w6TZaDdzeQ30y7QrruqL588qwPZ+lQpIIptVVeFF+I
qeQ7AjNRp9F4WTj9X+ll+p3+TtOEsfD+kPiFPyL81WUNjrVtrn5fXElhZ6ppMt0fzC8mrE0j
SGaxk5nWQoLK1KVqAdwM6WOugI1Uv9LL9TzWSBs1XzH62L6X/wA43+crvUrW6uNY/L+a201/
WuWH5h+TJfVuloUibjrTU4k82r7dcGmzxJsiX+kn/wAS1QxHma+Y/W9Hj/I7zrdSxwDXPICy
TNxaRvP/AJRIFerME1Z2IHU0Un2zYS10AOU/9JP/AIlvxYTKQAr5hlvnv8p/NFzqkV4nmvyD
r0n1aFZb6Hzx5R01GmiQJSGJ9ZFEAFPiH3ZpJzEiTUv9LL9T6RotZCOIQldgdIy/Ux28/J2/
0vSJLq285eQtV8zX8YS5lX8wvJ0NjZwg8uNZdYR5ZK7EkBR2r1yOHIIk8XF/pZfqcqPaEI7+
r/Sy/U86t/yp83ahqFnaP5p/LW3022m9WaQfmX5JkZ2qDQKmuMeTmg3HTM3Hqsd8pH/Nl+p0
fafbUJQMYGye/b73rkX5JecHYf7lfIx3qFHnvykevy1bMr83A9Jf6Sf/ABLwsoE93zH63of5
cfkHbX3m/RrTzv5j8n6T5Ykv1j8139h5z8rz3MMAFXKxx6m550oPskgGtDmq7S1O3oEr/qyH
3gOZo4je6+f6lH80fym0TTvNmuQ/l95j8ny+VIbhl0c6h5+8ox3LQgbNJ6+rRHc9KgGnUZHs
/tAxj+9u/wCrL9THWQhfpr5gfe8buPy5167h9a313yB6YJVnP5jeRygp/lLrpHXM/wDlTD53
/Vl+pwDCQ7vmP1v1d/5x984+U/Ov/Pxz8/dY8neatI82aPc/l5bm11TR72G+tpBEnluKQxzW
7ujBZFZGKk0YFTuMwtGDHRwidiCdviXKOQSzGjf4D+b8XF4Wbyt67fXEuBpRuq7/AFViSJf+
RS0zJ3vhcSvVx9Of4+L/AP/X8i/84N/85R+Rv+cYfzBk8/8A5j6Xr2uab5k8mTaDZweX4LW5
uxd3F5YXPORbu6tEEfC0apDk14/CdyMrPL0AuDCfBI3yCFTXv+fa9/f3SQz/APOUEN3cWq6S
90p8lp6VvHQyFWJPEMF+M9adMojIndsJjEDn3sy0Xyr/AM+9PMehWNtaD/nJrRfLVirG2muG
8m28FzJyJMp2d5GbxIp7DLeCcxXIMDKBPW01j/LL/n3nbukyal/zkeGry9VZfKPxf7IQ/qx/
KSbIRj0tnMutf84L2iabo5k/5yLvUKmJr0Hyo52BIaYsQegpVVp45dCGSPczBHmxvW/Mf/Pv
nRrqxtNRH/ORAfUUkkSZF8qMqrGQrBxWvfspwZs8se0q397CRiOaRaxo/wDz7msYZtcij/5y
KtbWYR3F0ult5TjiuFJqkxTZTTxFDlEoEji2+DEiJ70dfaV/z7vuTcm9u/8AnIoQ21snrSzT
+VWjjW6USKA0vIhgAD18MSDLnSbh5sa0nTf+fcodotHuP+ckNWSG4UmSCbyU4LH9rjVX4jue
OUcQEqa5cHW2SWdn/wA+9vrF2tvD/wA5G39w8oN9eH/CNOVSFQuSingOir0775mxE+lNg4K6
p95c07/n3ro3nPR9fkT8+tcudLeS4g8uaxH5TuNMuQI2VoJoERC4YE7chvvWuUajFKQ3Pycz
RYfEnUefny+xk+i+V/8AnBDzDFeS6JZ/n1wtFM36OV/KsbRoxJWONZDyIHQVJPia5KEpV7nL
ydl5QSa+SWWrf84Ec3SO0/P+B0qsgkXyqCCOoO5y4cddHWyAiaK+7tv+cEpStxby/wDOQttP
F0NnJ5Uicn5uQK/TlWTHKYopjmENw3feb/8AnDTVdFfyvqF9/wA5NReXwyvPYSt5MFu0imok
bdqsD3GY+PQiB4gGeXVyyCiTTArbyj/z7mkndpLX/nIfVXBLKbk+VHRa9SEHFT9IOZkRPpTR
DFG9rZppflr/AJ9zy3X1W01b86rW8gj9SKzlXyzFVR9oIpgCEqPiPenSuQnKYO9PQ6bsPLli
CDD4k/oD0bTvL3/OEN9b2Vxpmr/nbewXJoZFfyyohTlxDyc4k2NKgLUkdspkHIl7P6gdYfM/
qS7Uk/5wdtJ7mxvYvz1jnspWimQf4YrVTSoNdwRuPbKgRbpMuKWMmJ6IjTr3/nB6S1a2jX88
lgYdZR5a3p4cSczQJEdHFsAqYk/5wWCsfV/O3Y0Za+Wq/dkRxeTKgpc/+cGFdZEm/POOQAhX
jby2rAHqKihwyhI86Z488sZ9JIQU6/8AOCKl53h/PWeQ0Mk4HllpCB2Ln4iPauHgkO5E88sn
1ElVh1L/AJwX2eNPz2QDoOPlgUp9OSAmO5qsEsmu5f8AnB7y7pUHmTWbv857GK4YDTrG6Pl5
rm7PYQwRgs1e3TE8Z22ZAAMb8xj/AJwj/MY2E+vW35/WtrbqAmg/86vBGFG49QIWcV609Svj
4YBxx7mQZBplr/zhTpkEdrp83546faRALHbxP5cgjUf6sXH+uQ4ZXaaZ5pOtf84lWa8LHW/z
qljPWGeXQJo/kUkDKfuyuUSqMuov+cItXb/cv5Z89avK3WWXTfLUUh+clskTfjlRJHezsqdv
+X//ADg9fypHZ6D+aelO4pG8GoW0C7dKBboj8Mgctd7KF+SCl/Lr/nE3RdUcWHmD88NKkloz
+hd6BNECf2i11FK9fmclHLYRKG/R63omn/kfYiNYfPv5y+iqgI1yvldlK+FYrKpGY8pwJ3Bb
RCY5UzqG0/5x6YerL5h8+Tyt9t54NJDtT+ZltFB+/AJ4/NJhk8nXTf8AOPkK8lh88X3Hp6Um
hRk/RJJFk45IMZY5kWwTU/NX/OP8MhtT5Q/N2+kP2YbGXy9KW+Srf7/dlsRHmGk2xC1/MD/n
GO+1aTRZtL/Ory7e20Qmnh1C20S24BiQhpI7O3Ig04hhkwAxKHlvP+cXdTlvbK/1D86NRspA
0csX1jQ7W3fkKFQto8EjU/yhjw7pvZV0eP8A5xd0vS7TQ7K7/OG3s7ZBEOK+XbcyDxlECRq5
I2LFanqSTvhrdbSq7/M//nEzyXcXPlOfy1+cU+r6g6XSeZzD5fkuZYwaxmGd7lFWNPs8RGo/
mBO+XxxmujvOzs2bERLHwX52nFh+a3/ON+r3F5Ytpv55aFdtbqtnq866DCZ3laiJbLFcSLI4
pX4oyij7VMhLGeodtqO19aI7+H8BL9L0vRb7/nHzR7Swt4L/APNCe4sE4Je3D6P9aapJJeSP
gD1pttlHBu8pnySySMjVvPvOOg/84j6rNd6/qLfmcuuJIrwX2kPo9tqMPJgGKywhC6L9orMz
jwXtlsYnk4xDJ/L/AJy/I3ypbpHJ5p/ObWbZNrU6qfLc6SCnQOkcY3/yyMkBK1Rmg/mr+QPn
vUtWt9K8nfmuZvL/AAXWZpYvL9pbRGWvphp5LxYyzgEgI1ab0yyJmO5iYgs5hvfyHuHMaaf5
5MoHJ4UutDmKjxPpXUg/HLRPJ5fawMIqV1c/84/vHJb3S+fIIm3aNjpJH3VbLRPL5faxEIjb
d555h0j/AJxiubYi41L8y1VG5hrQaLyB7f3kJGRnPJIbgfa2Y4iJ2eZ3Wjf84sSVr5j/ADpj
A/30PLC/ibauQicg7nJuRSKPyl/zhys8jz6z+d88k396TfaPEGp4/V/TyfFlPd9rUYgt3Hkv
/nBiplutI/NW+etTJcXGlXBr/wA9ZWwA5fJRGghF0v8A5wgsnBtdK/NS0I6CC18sg0+ZQt+O
TBy+X2oIBT0Xf/OIMsSxQD85IEXb90NBX+zDeXy+1rEQEvfT/wDnDz1RKq/nP6gP2lHl7r9K
4byn+b9qaCzU7P8A5w+1TTrvTL6x/OqS0eNnklCeXa7ChVadCRtuKHBWX+j9qPSw3ylff84R
6jpV/odjJ+eTJoBhtbk33+G/rBQqzwODHsRRSgJAO1D45EnL5fayFLrj/oSMFPUP54kg7Ef4
a2+/CDl8vtZGKqkn/OEccR4/8rvZR8VKeXCTlgGY/wA37WFB0Fz/AM4ROqSGP87mjDBmikHl
wA0PQ8SDQ+xxMcxFbfamBAN/elWt6x/zgnGrre2f53WEdxKroIR5bjVWjNfURi5pTwr9GanV
Ypj67L0egy5Dvi8Mf6ZBXjf84EXkcRhvfztu4vVMdvY2beW25OV5VCsK0HX4jSua7ghf8X2O
9Oo1/D/kv9kkUJ/5wF1e5ks49X/PoT2qhYk9TyuzSsGFYIwFdjTuaBR/NXNrpNPKRHB9ro+0
NXnAPHwfC/0s2XTv+cIyBSL89APD/nWvxzecOp/o/a8mZQPekV95f/5wP1NzbXsP56SlNw1f
LS8T/kutGH0HBKGoPPg+1RKI72OX/wCVP/PvS8aOWeD89xNCQYrlZvLhdD7FgcqnhzHnw/an
xI+aBn8k/wDOAFnJBcy33/OQL3Gnt6lrIT5SZ6j9kFoaGvvlI0+UfzftYGUD3o6y83/84I/W
PqaWf/OQ4u1ovpSjykH+YAl3+jKsmTJDnX2so8HmjNR1b/nBWI/WLmy/5yFHEVJjXyqxHvQO
TmINYCasfamXCRe7AJrv/n29p+neY7i2m/5yASz1Rop9XsLceVUNtPCCUuFhkC8GkICE0KE0
rTrlm8u77WJMJbbsjsrb/n37aWVpbQD/AJyCWGONSnL/AAryJkHMs57sxNSfHM+Ec0RQ4ftS
ODzXuP8An3+CQw/5yCr/AOCrkj4/9H7WcZRibFscvtO/592ekU+q/wDORJldyzXMJ8qGXc9K
yHiB8hlRx5vL7XfYO1skI7GPxtJLrQf+fe0kHAj/AJybulkYI8EcnkuoB/aPOgoPnlUsGWt6
Y5O2cpBjcftSnypYf8+1dL8wXWj2tr/zkgNYg5SJLqK+TnBCAN+6ZPEHkNshiEwaFX5ujlME
2bel6/5z/wCcAPLsMFhJN/zkPBcatCzpc2S+UzPFGrBSeUhovPpUAnwIy3Jlyx22+1x8s8YG
9/Yp+Vrn/nAA6DJcabL/AM5FraardXM7Ncnyp65Y0ic1Q9Dx2Na+OVmM5jemzFKERtbAmh/5
9w+XNVtJ9Uk/5yY8y+nN6g0G9fynNbzjr+9EZhcoD2LgHvUVzUamEYkwNg+X7WfHAmyE985+
df8An3l5/vbSx1KT/nI7SAkZ+raNpieTbW3jjQdfTBcKABlGk0uPGbjxH30jJKB5gs4/5x0/
5yO/5wE/5xM8+ap+YnkHRf8AnIPXNY1nQJ/Ltw3mCDyzdWZtLi6tbtnjFvdWbcw9ogB5caFv
hOxGxu2OOUIHa/sfkL+mrj639f4gan6XpG5psR2fj/MBt9OWcXXq0cHpq9n/0Pipef7yeRv7
r+4HX7P2e/vlmo+gOBP+Jiunf8dF/wC4/wB6z/ef3X94v95/kfze2Rx9GeTkPc+h/wAx/wDe
6y+3/cr/AL2f8c/oP95f8nw9suycurXi+lOPy7/3nu/7zt9r/ePr/uv/ACst0/Pq3xZ/J/vf
B/vJ0P8ArdP1eOZLIvKvzX/463lX/eP+4vOvX7Uf4ZrNfyDCfJONN/8AJaz/AO8n9xqP+9X2
ev8Aur/irw/yq4cH90V6MB83f7z2f93/AL1Sf72f3H91H9r/AIs/l/yaZTPkoYhof/HQi/3g
/vY/95P7/r/uvMOfMMTyfUdh/vBYf8cr+7P9x9jqenv/ADf5WbrDy+DIfBI9S/3tsP8Ajn/7
0RdP737X7OV5/i52h/vA9E0L/jvWP2v7qT/jnf3v2j9v/IygvXR5Jfff8dK+/uv96H+fX9r+
OZceTx2p/vSgpf8AYde2Fxikl9+z/vP/AM9emDoqM0r7H/Hr2+xkotsObzrzX/x2U/3l+2n2
f7zv19v7cq1HN7Lsv6Rze5/lx/xyof7/APurj/ef7Hb/AD+WUyd4Pp6phrv+9l90+0P737X2
F/Dw9sxjzeG7Q/v5NaT/AHR6f7Hpm2h9IdRLmkV7/wAdif8A3l+yv93/AHnTv75V1ZdFWP7Q
6fThR1TL/dZ+z0/a6YhBVNP/AN67T/eX+8HX7PXvlkeax6JKf/Jv33X/AHjP/KR/72dv+OX/
AJP8MerOXJ6VF1P9z1PTAmKHu+q9On0ZFkibD7f7PUdP4ZEserO9M/vF/ueuU5OTIs8P9zD9
nr/nTMVn1Vo/74/Y6f7u+10/aySlkNv/ALxx9ev7P2P9j7Zjy59HIjyTfT/7yT/jE32/l39v
DDJgfinH7LfY+yOnXKos4pLc/wB8n91/eL1+3/sffMgcmmXNhP51f8dDyV/vR/vNef3/APx0
ftR/Z/5d/wDjfLMfJqLEtL/45tt/xz/7t/8Ae3r1P2P8rx98uT1ZF5a/3j/Z/vD/AHn2f9h7
ZHv5thd50/u9A/44n+9L/wDHW/ve3+8v/G30ZZjcrSfUyGD/AI62nf7z/wBzJ9v++6f7p9vH
2yc+TdqPp6p7P9iX+86Dp1ysOulyY3H/AHsn939sfZ+f7WTi1l17/wAcm5+x0b7f939GTLDo
yL8o/wDlCNS/3i/5SG5/vftf3MP95/lfyf5OSS968r/7xXP939of7yf8b+2FilOtfbH9z3/v
euXR+LX1eeeZf+ObN/vP0/3X1ycmWN4rN+19n6emVjk5fRKz9tv95uvfLerRLmpXn2T/ALyd
sIbAki/bb/eT6OuS6IlzTZPsf7r6j7H8MgebXLmqf17YGMkZF0H2/tDphHNgebw7Qf8AyYHm
/wD3j/456f7y/wDMZ/u7/K/l9+WVy+LdFde/af8Auup6fPtkgzKwf3A/1T0zJi1lLLb/AGXU
9fsZE8uqhLvMv/HIvf8Ajm/3Z/46P9x/svfwwZvoP6XK0v1defR4/Yf706p/vF/vMv8Axy+v
T/iPjmik9MOX8XJmP5af8dBv+OR/vN/x7f3nX9n28c3uhed7S5dX0FH9nt9jtmxHxdMGGv8A
70TdPtfTkT1YqVz9hvtfwyA5qxt/97E/3n6N/vR0+j3zGnzRFhP5gf7w2n/HG+33/wB6v+eW
YWp5Mwp6Z/xyf+Pvov8AvX06fs+2c9L6m48ujyDz3/dy/wC8v+8tx9j+++z3/wCK/H3pmwwd
WmPN7JH/ALz2391/cRdev92vX3zoY/SgKbd/7rv1xnzZS5oQ9v7j+GTZlEdv+PbrkDy6sY8n
lWp/+TS0D+4/uYP7n7f2ZPt+3j/k5rz/AHjGSH/MX/lJoPs/8c+3+30+0/2fbx98jn+pw9Q9
S8nf8odoH+8/9xJ8v76T8fHLcPJyIcmLax/x0tQ/3k+0vT+9+yOv+R4ZoNZ/fFnF4Gv/AB0t
Y/uukv8Aef3v2h/ef5Hj7ZlQ+lyJ/SHot3/xxI/95P7lf77+66dvbwymH1teXk8z/wB2f9K3
/jXMlq6dX//Z</binary>
</FictionBook>
